Дело № 2-512/2025 

УИД 36RS0022-01-2025-000005-05

Стр. 2.213

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Новая Усмань 14 августа 2025 г.

Новоусманский районный суд Воронежской области в составе: 

председательствующего судьи Алешниковой С.В.,

при секретаре Демидовой Е.В., 

с участием:

представителя истца по ордеру и доверенности адвоката Серебрякова О.В.,

представителя ответчика по доверенности ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о взыскании суммы долга, процентов за пользование займом, 

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3 о взыскании суммы долга, процентов за пользование займом. В обоснование заявленных требований истец указал, что 25.03.2022 между истцом и ответчиком заключен договор займа, по условиям которого ФИО2 (займодавец) передал в собственность ФИО3 (заемщик) денежные средства в размере 3 500 000 рублей, а заемщик обязался возвратить указанную сумму займа в срок до 25.04.2022. В подтверждение займа, ответчик написал расписку № 3 от 25.03.2022, дополнительных соглашений о продлении срока возврата займа не заключалось. Ответчик в установленный срок займ не вернул. 

13.05.2022 между истцом и ответчиком заключен договор займа, по условиям которого ФИО2 (займодавец) передал в собственность ФИО3 (заемщик) денежные средства в размере 6 000 000 рублей, а заемщик обязался возвратить указанную сумму займа в срок до 04.12.2022. В подтверждение займа, ответчик написал расписку от 13.05.2022, дополнительных соглашений о продлении срока возврата займа не заключалось. Ответчик в установленный срок займ не вернул. 

17.06.2022 между истцом и ответчиком заключен договор займа, по условиям которого ФИО2 (займодавец) передал ФИО3 (заемщик) денежные средства в размере 3 000 000 рублей, а заемщик обязался возвратить указанную сумму займа в срок до 17.12.2022. В подтверждение займа, ответчик написал расписку от 17.06.2022, дополнительных соглашений о продлении срока возврата займа не заключалось. Ответчик в установленный срок займ не вернул. 

17.05.2024 между истцом и ответчиком заключен договор займа, по условиям которого ФИО2 (займодавец) передал ФИО3 (заемщик) денежные средства в размере 40 000 000 рублей, а заемщик обязался возвратить указанную сумму займа в срок до 17.06.2024. В подтверждение займа, ответчик написал расписку от 17.05.2024, дополнительных соглашений о продлении срока возврата займа не заключалось. Ответчик в установленный срок займ не вернул.

Стороны по утверждению истца действовали лично при заключении указанных договоров, договоры займа заключены сторонами как физическими лицами. На момент подачи иска задолженность ответчик так же не вернул. В соответствии со ст. 395 ГК РФ, истец так же указал на возникновение у него права на взыскание с ответчика процентов ха пользование чужими денежными средствами.

Таким образом, истец просит взыскать с ответчика сумму займа от 25.03.2022 в размере 3 500 000 рублей, проценты за пользование займом от 25.03.2022 в размере 1 148 466,10 рублей, сумму займа от 13.05.2022 в размере 6 000 000 рублей, проценты за пользование займом от 13.05.2022 в размере 1 628 360,65 рублей, сумму займа от 17.06.2022 в размере 3 000 000 рублей, проценты за пользование займом от 17.06.2022 в размере 804 933,75 рублей, сумму займа от 17.05.2024 в размере 40 000 000 рублей, проценты за пользование займом от 17.05.2024 в размере 3 700 546, 45 рублей, а так же расходы по оплате государственной пошлины в размере 219 000 рублей, расходы на представителя – 7 000 руб. за составление искового заявления, 10 000 руб. – за каждый день участия представителя в судебном заседании.

Представитель истца по ордеру и доверенности адвоката Серебряков О.В. поддержал заявленные требования, просил удовлетворить их в полном объеме по изложенным в иске основаниям. 

Представитель ответчика по доверенности ФИО1 возражала против заявленных требований, просила отказать в их удовлетворении по изложенным в письменных возражениях основаниям.

Истец, ответчик, третьи лица, прокурор в судебное заседание не явились, о слушании дела были извещены надлежащим образом, в связи с чем суд посчитал возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц. 

Выслушав участвовавших в судебном заседании лиц, исследовав материалы дела, суд установил указанные ниже обстоятельства и пришел к следующим выводам. 

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 ГК РФ.

В силу ст. 160 ГК РФ, сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами. Двусторонние (многосторонние) сделки могут совершаться способами, установленными п. п. 2 и 3 ст. 434 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 161 ГК РФ сделки должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения, сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки

Пунктом 1 ст. 421 ГК РФ установлено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В соответствии со ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В соответствии с п. 1 ст. 807 ГК РФ, по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Согласно п. 1 ст. 808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда заимодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

При этом договор займа является реальным и в соответствии с п. 1 ст. 807 ГК РФ считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

По утверждению истца, между ним как займодавцем и ФИО3 как заемщиком, как между физическими лицами, были заключены ряд договоров займов о передаче в собственность как заемщику ФИО3 денежных средств, а именно:

- 25.03.2022 на сумму 3 500 000 рублей со сроком возврата до 25.04.2022;

- 13.05.2022 на сумму 6 000 000 рублей со сроком возврата до 04.12.2022;

- 17.06.2022 на сумму 3 000 000 рублей со сроком возврата до 17.12.2022;

-17.05.2024 на сумму 40 000 000 рублей со сроком возврата до 17.06.2024.

В подтверждение заключения договоров займов в материалы дела представлены расписки, подписанные ФИО3, подлинности подписей ответчиком не оспаривались. 

В установленные в расписках сроки ФИО3 не вернул заемные денежные средства ФИО2, дополнительных соглашений о продлении срока возврата займов не заключалось, в материалы дела сторонами таковых не представлено.

Расписки не содержат условий о размере процентов за пользование заемными денежными средствами, также как и не содержит условий о договоренности сторон о беспроцентном характере договоров займа. 

Поскольку для возникновения обязательства по возврату займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определенных родовыми признаками), то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

В соответствии со статьей 812 ГК РФ заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от заимодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 ГПК РФ).

Таким образом, на лице, заявляющем о недобросовестности сторон договора в связи с оформлением договора с противоправной целью, безденежности договора займа, лежит бремя доказывания данных обстоятельств.

В Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 8 июля 2020 г. (далее – Обзор) отражено следующее.

При рассмотрении экономических споров арбитражные суды, а также суды общей юрисдикции при рассмотрении дел в порядке гражданского и административного судопроизводства, в целях достижения задач судопроизводства вправе в рамках руководства процессом по своей инициативе проверять обстоятельства, касающиеся возможного обращения участников оборота к судебному порядку разрешения споров в целях легализации доходов, полученных с нарушением законодательства, и учитывать данные обстоятельства при разрешении отдельных процессуальных вопросов (процессуальное правопреемство, изменение порядка и способа исполнения судебного акта и т.п.), при рассмотрении дел по существу.

Согласно пункту 6 названного Обзора, выявление при разрешении экономических и иных споров, возникающих из гражданских отношений, обстоятельств, свидетельствующих о направленности действий участников оборота на придание правомерного вида доходам, полученным незаконным путем, может являться основанием для вывода о ничтожности соответствующих сделок как нарушающих публичные интересы и для отказа в удовлетворении основанных на таких сделках имущественных требований, применении последствий недействительности сделок по инициативе суда.

Суд, установив, что действия (сделки) участников оборота вызывают сомнения в том, не связаны ли они с намерением совершения незаконных финансовых операций, определяет круг обстоятельств, позволяющих устранить указанные сомнения, в частности, имеющих значение для оценки действительности сделок, и предлагает участвующим в деле лицам дать необходимые объяснения по этим обстоятельствам и представить доказательства.

На основании п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды.

Исходя из этого сделки, направленные на придание правомерного вида операциям с денежными средствами и имуществом, полученным незаконным путем, в том числе мнимые и притворные сделки, а также сделки, совершенные в обход положений законодательства о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, могут быть признаны посягающими на публичные интересы и ничтожными, что исключает возможность удовлетворения судом основанных на таких сделках имущественных требований, не связанных с их недействительностью.

При оценке того, имеются ли признаки направленности действий участвующих в деле лиц на придание правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами или иным имуществом, приобретенными незаконным путем, судам необходимо исходить из того, что по смыслу пункта 2 статьи 7 Закона № 115-ФЗ такие признаки могут усматриваться, в частности, в запутанном или необычном характере сделок, не имеющих очевидного экономического смысла или очевидной законной цели, а также учитывать разъяснения, данные в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 7 июля 2015 г. № 32 «О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем», принимать во внимание типологии незаконных финансовых операций, подготовленные Росфинмониторингом.

При этом само по себе наличие указанных признаков не может являться основанием для вывода о нарушении закона и предрешать выводы суда о направленности действий участников гражданского оборота на совершение финансовых операций в связи с легализацией доходов, полученных незаконным путем.

В пункте 7 Обзора указано, что суд отказывает в удовлетворении требований, основанных на мнимой (притворной) сделке, совершенной в целях придания правомерного вида передаче денежных средств или иного имущества.

На основании ст. 170 ГК РФ сделки участников оборота, совершенные в связи с намерением создать внешне легальные основания осуществления передачи денежных средств или иного имущества, в том числе для легализации доходов, полученных незаконным путем, в зависимости от обстоятельств дела могут быть квалифицированы как мнимые (совершенные лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия) или притворные (совершенные с целью прикрыть другие сделки, в том числе сделки на иных условиях) ничтожные сделки.

Разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации по вопросам, связанным с оценкой мнимости (притворности) сделок, содержатся в пунктах 86 - 88 постановления от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в которых внимание судов обращено на то, что мнимой может быть признана в том числе сделка, исполнение которой стороны осуществили формально лишь для вида, например, посредством составления актов приема-передачи в отсутствие действительной передачи имущества или осуществления государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество без реальной передачи владения (пункт 86), а притворной - сделка или несколько сделок, совершенных на иных условиях, например, на иную сумму, в сравнении с действительной суммой исполнения (пункты 87 и 88).

Мнимость или притворность сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением. При этом сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.

При наличии сомнений в реальности существования обязательства по сделке в ситуации, когда стороны спора заинтересованы в сокрытии действительной цели сделки, суд не лишен права исследовать вопрос о несовпадении воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий, в том числе, оценивая согласованность представленных доказательств, их соответствие сложившейся практике хозяйственных взаимоотношений, наличие или отсутствие убедительных пояснений разумности действий и решений сторон сделки и т.п.

Требования, вытекающие из долговых обязательств (выдачи векселей), не подлежат удовлетворению, если судом установлено, что оформление долгового обязательства (выдача и предъявление векселя к оплате) направлено на придание правомерного вида незаконным финансовым операциям (пункт 8 Обзора).

Согласно пункту 9 Обзора, обход участниками гражданского оборота положений законодательства в противоправных целях, связанных с совершением незаконных финансовых операций, может являться основанием для вывода о недействительности сделки и отказа в удовлетворении требований, предъявленных в суд в этих целях.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса РФ.

Таким образом, реальность обязательств по сделке не исключает право суда отказать в удовлетворении требований, основанных на сделке, если целью ее совершения являлся обход запретов и ограничений, установленных законодательством о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма; законодательством о банках и банковской деятельности; валютным законодательством и т.п.

В преамбуле постановления Пленума Верховного Суда РФ от 7 июля 2015 г. № 32 «О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем» указано, что легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, добытых преступным путем, создает основу теневой экономики, причиняет вред экономической безопасности и финансовой стабильности государства, затрудняет раскрытие и расследование преступлений, обеспечивает возможность преступным группам (организациям) финансировать и осуществлять свою противоправную, в том числе террористическую, деятельность.

При рассмотрении данной категории спора суду следует определить обстоятельства, имеющие значение для настоящего дела и подлежащие доказыванию сторонами, применительно к обстоятельствам настоящего дела, с учетом повышенного стандарта доказывания; дать оценку действиям сторон по заключению договоров займа, установить действительную волю сторон, разумность действий заимодавца и заемщика, экономический смысл сделки, платежеспособность истца, фактическое получение и расходование заемщиком денежных средств на условиях займа.

Разрешая заявленные требования о взыскании сумм займов и руководствуясь вышеуказанными нормами права и разъяснениями, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований по следующим основаниям.

Согласно представленным в материалы дела сведениям из МИФНС России № по Воронежской области доход ФИО2 за 2021 год составил 

<

данные изъяты> рублей, сумма профессионального вычета – 

<

данные изъяты> рублей (л.д. 98).

Согласно представленным в материалы дела сведениям из МИФНС России № по Воронежской области доход ФИО3 за 2021 год в базе данных Инспекции отсутствует по форме 2-НДФЛ, за 2022 год доход в общей сумме составил - 

<

данные изъяты> рублей, за 2023 год – 

<

данные изъяты> рублей, за 2024 год – 

<

данные изъяты> рублей (л.д. 89-96).

Таким образом, представленные в материалы дела расписки, вышеуказанные суммы доходов истца в значимые периоды времени, не доказывают факт наличия в распоряжении истца как займодавца достаточных свободных денежных средств для передачи ответчику как заемщику в качестве займа в вышеуказанных размерах.

Представленными в материалы дела стороной истца выписками из ПАО Сбербанк о списке кредитовых операций по лицевому счету ИП ФИО2 так же не подтверждается наличие свободных денежных средств у истца, поскольку отражают лишь оборот по операциям на счете.

Иных доказательств в подтверждение платежеспособности сторона истца не представила.

Несмотря на значительный размер долговых обязательств, фактически меры к обеспечению их исполнения не принимались со стороны займодавца, не предусмотрен залог недвижимого или движимого имущества, договоры займов не обеспечены поручительством и др. 

Кроме того, факт передачи большого размера денежных средств наличными, а не в безналичной форме, которая бы позволяла фактически бесспорно подтвердить факт поступления денежных средств от одного лица другому, с высокой вероятностью исключающей сомнения и возможные контрдоводы заемщика по безденежности свидетельствует о том, что стороны, в частности, займодавец не принял достаточные меры для фиксации заключения договора и обеспечения возврата долга.

При указанных обстоятельствах также обращает на себя внимание наличие неоправданного риска со стороны ФИО2, который, передавая заемные деньги, не обеспечил возможность исполнения обязательств.

Проценты за пользование займами стороны не предусмотрели, что ставит под сомнение экономическую целесообразность сделки со стороны истца передачи денег в долг. 

Ссылки на устную договоренность, на наличие давних дружеских отношений, ведения сторонами бизнеса, наличие у истца денежных средств наличными в обозначенных суммах и хранящихся в сейфе голословны, данные обстоятельства не подтверждено ни косвенными, ни тем более прямыми доказательствами.

Доказательств, что ФИО3 был платежеспособен на дату заключения договоров займов, на даты предполагаемых возвратов долгов, не имеется. При должной степени заботливости и осмотрительности ФИО2 не мог не усомниться в исполнимости договоров займа, в реальности возврата долгов. Указанные обстоятельства вызывают сомнения в заключении договоров займов, в том числе на указанных в них условиях.

Доказательств, каким образом ФИО3 распорядился заемными денежными средствами, полученными от ФИО2 не имеется. 

В подтверждение имущественного положения ФИО3 доказательств не представлено, напротив к участию в деле было привлечено третье лицо ФИО4, которым представлена в материалы дела долговая расписка, подтверждающая наличие у ответчика долга и перед другим кредитором. 

Кроме того, согласно сведениям из ЕГРН от 22.01.2025, в ЕГРН отсутствуют сведения о правах ФИО3 на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости, то есть в собственности ФИО3 в значимые периоды времени отсутствовала какая-либо недвижимость (л.д. 44).

При фиктивных договорных конструкциях, сопровождающихся составлением документов, имитирующих сделку, с целью придания отношениям субъектов такой сделки признаков реальности, в ряде случаев может инициироваться судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта; подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска.

Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют, что между ФИО2 и ФИО3 в действительности могли сложиться иные правоотношения, не связанные с предоставлением займов. Документы, подписанные ими, указывают лишь на формальное исполнение сделок.

Кроме того, факт безденежности спорных договоров займов подтверждается также и тем, что в течение длительного времени с декабря 2022 года по 26.12.2024 (дата направления иска в суд), ФИО2 не предпринимал никаких попыток для взыскания долга с ФИО3 в размере 12 500 000 рублей, хотя, согласно условиям договоров займов срок исполнения обязательств – 25.04.2022, 04.12.2022 и 17.12.2022 соответственно. Более того, при наличии невозвращенной суммы займа в размере 12 500 000 рублей в 2022 году, в 2024 году истец дает в долг ответчику единоразово займ в размере 40 000 000 рублей на незначительный период времени – 1 месяц, что так же в очередной раз ставит под сомнение экономическую целесообразность сделки со стороны истца передачи денег в долг. 

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что факт заключения договоров займа в данном случае стороной истца не доказан, передача указанных в расписках сумм так же не доказана.

Поскольку в удовлетворении основного требования судом отказано, оснований для удовлетворения требований о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, расходов по оплате госпошлины и расходов по оплате услуг представителя не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 12, 56, 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3 о взыскании суммы долга, процентов за пользование займом – отказать.

Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд через районный суд в течение 1 месяца с момента его изготовления в окончательной форме.

Судья С.В. Алешникова

Мотивированное решение изготовлено 28.08.2025.