УИД 39RS0001-01-2019-006259-33

Дело № 2-301/2020

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

15 января 2020 г. г. Калининград

Ленинградский районный суд г. Калининграда в составе:

председательствующего судьи Паршуковой Н.В.,

при секретаре Стрыгиной А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Государственному учреждению - Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Калининграде Калининградской области (межрайонное) о перерасчете пенсии,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с вышеназванными исковыми требованиями, с последующими уточнениями, в обоснование которых указала, что с ДД.ММ.ГГГГ ей установлена страховая пенсия по старости в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в размере 18 603,18 рублей. Из ООО «Геострой» уволилась ДД.ММ.ГГГГ, соответственно ей должны были увеличить пенсию, как неработающему пенсионеру. Кроме того, указала, что с ДД.ММ.ГГГГ ей должны были проиндексировать размер пенсии как всем работающим пенсионерам. Однако размер пенсии не поменялся. После трудоустройства на работу, обращалась по указанному вопросу к ответчику и за период с сентября 2018 г. по июль 2019 г. ей была выплачена пенсия с учетом доплаты за иждивенца в размере 20 373,22 рубля. С ДД.ММ.ГГГГ размер ее пенсии составил 17 246,21 рублей. Такая же сумма была зачислена ей в августе и в сентябре 2019 г. Повторно обратилась ДД.ММ.ГГГГ к ответчику в личном кабинете ПФР, ответ не был получен. После устного обращения по телефону к руководителю отдела назначении пенсий, ей был дан ответ, что из-за недоработков программно-технического комплекса в подсчет специального стажа за работу в РКС был ошибочно включен в «Северный стаж» отпуск по уходу за ребенком до 3-х лет с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на старшего сына, ДД.ММ.ГГГГ рождения, и с ДД.ММ.ГГГГ данная ошибка устранена, в связи с чем размер пенсии изменен. Однако полагала, что отпуск по уходу за ребенком до достижения им трех лет, который имел место до ДД.ММ.ГГГГ, подлежит включению в стаж работы в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях не только при назначении досрочной страховой пенсии по старости, но и при установлении права на повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости в соответствии с ч. 5 ст. 17 Федерального закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». В связи с этим просим признать незаконным исключение из расчета пенсии специального стажа за работу в районах Крайнего Севера период нахождения отпуска по уходу за ребенком до 3-х лет с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и назначить с августа 2019 г. исчисленную пенсию, признать незаконным указание периода нахождения в Центре занятости населения в г. Кола Мурманской области с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ как «учеба», так как была зарегистрирована в качестве «безработной», обязать ответчика отладить и привести в нормальный рабочий режим ее личный кабинет, исключить «ручной перерасчет пенсии», взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей и расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Истец ФИО1 исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в иске, настаивая на их удовлетворении.

Представитель Управления Пенсионного фонда Российской Федерации (государственное учреждение) в городе Калининграде Калининградской области (межрайонное) - ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований ФИО1 по основаниям, изложенным в письменном отзыве, просила исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения.

Заслушав объяснения участвующих в деле лиц, исследовав представленные доказательства по делу в их совокупности и дав им оценку в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ), суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – Закон о страховых пенсиях) страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 женщинам, достигшим возраста 50 лет, если они проработали не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 20 календарных лет в приравненных к ним местностях и имеют страховой стаж соответственно не менее 25 и 20 лет. Гражданам, работавшим как в районах Крайнего Севера, так и в приравненных к ним местностях, страховая пенсия устанавливается за 15 календарных лет работы на Крайнем Севере. При этом каждый календарный год работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, считается за девять месяцев работы в районах Крайнего Севера. Гражданам, проработавшим в районах Крайнего Севера не менее 7 лет 6 месяцев, страховая пенсия назначается с уменьшением возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, на четыре месяца за каждый полный календарный год работы в этих районах. При работе в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, а также в этих местностях и районах Крайнего Севера каждый календарный год работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, считается за девять месяцев работы в районах Крайнего Севера.

В соответствии с ч. 5 ст. 17 Закона о страховых пенсиях лицам, проработавшим не менее 20 календарных лет в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, и имеющим страховой стаж не менее 20 лет у женщин, устанавливается повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости и к страховой пенсии по инвалидности в сумме, равной 30 процентам суммы установленной фиксированной выплаты к соответствующей страховой пенсии, предусмотренной частями 1 и 2 статьи 16 настоящего Федерального закона. Указанным лицам, достигшим возраста 80 лет либо являющимся инвалидами I группы и (или) на иждивении которых находятся нетрудоспособные члены семьи, указанные в пунктах 1, 3 и 4 части 2 статьи 10 настоящего Федерального закона, повышения фиксированной выплаты, предусмотренные частями 1 - 3 настоящей статьи, дополнительно увеличиваются на сумму, равную 30 процентам суммы соответствующего повышения фиксированной выплаты.

Судом установлено, что ФИО1 с 5 августа 2016 г. назначена досрочная страховая пенсия по старости в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 32 Закона о страховых пенсиях.

При проверке пенсионного дела выявлено, что ФИО1 при расчете фиксированной выплаты период ухода за ребенком в период осуществления ею трудовой деятельности в районе Крайнего Севера учтен календарным стажем в результате ошибки программно-технического комплекса. В соответствии с п. 4 ст. 28 Закона о страховых пенсиях решено устранить данную ошибку.

Специальный стаж работы в РКС для установления повышения фиксированной выплаты к пенсии составил – 16 лет 11 месяцев 22 дня, который не дает право на повышение фиксированной выплаты.

ДД.ММ.ГГГГ пенсионным органом принято решение № об обнаружении ошибки, допущенной при установлении (выплате) пенсии, поскольку установлено повышение к фиксированной выплате при отсутствии необходимого стажа.

В этой связи с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 произведен перерасчет пенсии в сторону уменьшения.

Данный перерасчет явился основанием для обращения истца с настоящим иском в суд.

Проверив доводы истца, суд находит их заслуживающими внимания в силу следующего.

Установлено, что истец в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась в отпуске по уходу за ребенком до трех лет, ДД.ММ.ГГГГ рождения.

До введения в действие Закона РФ от 25 сентября 1992 г. № 3543-I «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР» статья 167 КЗоТ РСФСР предусматривала включение периода нахождения в отпуске по уходу за ребенком в стаж работы по специальности для назначения пенсии по выслуге лет.

Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 22 января 1981 г. «О мерах по усилению государственной помощи семьям, имеющим детей» были установлены частично оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста одного года и дополнительный отпуск без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет.

В соответствии с п. 2 Постановления Совета Министров СССР и ВЦСПС от 22 августа 1989 г. № 677 «Об увеличении продолжительности отпусков женщинам, имеющим малолетних детей» с 1 декабря 1989 г. повсеместно продолжительность дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком была увеличена до достижения им возраста трех лет. Указанный дополнительный отпуск подлежал зачету в общий и непрерывный стаж, а также в стаж работы по специальности.

Впоследствии право женщин, имеющих малолетних детей, оформить отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет было предусмотрено Законом СССР от 22 мая 1990 г. № 1501-I «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты СССР по вопросам, касающимся женщин, семьи и детства», которым внесены изменения в Основы законодательства Союза ССР и союзных республик о труде, утвержденные Законом СССР от 15 июля 1970 г. При этом статья 71 Основ изложена в новой редакции и предусматривала предоставление женщине частично оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет и дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет.

С принятием Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 г. № 3543-I «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР» (вступил в силу 6 октября 1992 г.) период нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком перестал включаться в стаж работы по специальности в случае назначения пенсии на льготных условиях.

Согласно пункту 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 г. № 30 при разрешении споров, возникших в связи с включением женщинам в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, периода нахождения их в отпуске по уходу за ребенком, судам следует исходить из того, что если указанный период имел место до 6 октября 1992 г. (времени вступления в силу Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 г «№ 3543-1 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде Российской Федерации», с принятием которого период нахождения в отпуске по уходу за ребенком не включается в специальный стаж работы в случае назначения пенсии на льготных условиях), то он подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости.

В соответствии с Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 29 января 2004 г. № 2-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений статьи 30 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» в связи с запросами групп депутатов Государственной Думы, а также Государственного Собрания (Ил Тумэн) Республики Саха (Якутия), Думы Чукотского автономного округа и жалобами ряда граждан» норма пункта 4 статьи 30 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», в силу которой - во взаимосвязи с пунктом 2 статьи 31 того же Федерального закона - исключается льготный (кратный) порядок исчисления общего трудового стажа и отменяется включение некоторых нестраховых периодов в общий трудовой стаж при исчислении расчетного размера трудовой пенсии в целях оценки пенсионных прав застрахованных лиц по состоянию на 1 января 2002 г. путем их конвертации (преобразования) в расчетный пенсионный капитал, по своему конституционно-правовому смыслу в системе норм не может служить основанием для ухудшения условий реализации права на пенсионное обеспечение, включая размер пенсии, на которые рассчитывало застрахованное лицо до введения в действие нового правового регулирования (независимо от того, выработан им общий или специальный трудовой стаж полностью либо частично).

Таким образом, истец в соответствии с ранее действовавшим законодательством имела право на включение периода отпуска по уходу за ребенком во все виды стажей, в связи с этим такой же порядок исчисления стажа в отношении нее должен сохраниться.

В соответствии с п. 7 Разъяснений «О порядке предоставления женщинам частично оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет и дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет», утвержденных Постановлением Госкомтруда СССР, Секретариата ВЦСПС № 375/24-11 от 29 ноября 1989 г., время частично оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет и дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет засчитывается как в общий, так и в непрерывный стаж работы и в стаж работы по специальности, в том числе: при назначении пособий по государственному социальному страхованию, при назначении государственных пенсий, при выплате единовременного вознаграждения или надбавок к заработной плате за выслугу лет и стаж работы по специальности и вознаграждения за годовые результаты работы предприятия; в стаж работы по специальности при установлении окладов работникам просвещения, здравоохранения, библиотечным работникам и некоторым другим специалистам; при предоставлении льгот лицам, работающим в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, а также в Карельской АССР, Коми АССР, Архангельской области; в других случаях, когда от стажа зависит получение каких-либо льгот. Время отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет засчитывается также в стаж, дающий право на пенсию на льготных условиях и в льготных размерах. Во всех случаях исчисления общего, непрерывного стажа работы и стажа работы по специальности время частично оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет и дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет учитывается в том же порядке, как работа или соответственно учеба, в период которой предоставлены указанные отпуска.

Таким образом, период нахождения в отпуске по уходу за ребенком может рассматриваться как осуществление трудовой деятельности и, соответственно, давать право на включение спорного периода в стаж работы в РКС и МКС, для назначения повышенного размера фиксированной выплаты к страховой пенсии в соответствии ч. 5 ст. 17 Закона о страховых пенсиях.

Принимая во внимание, что период отпуска за ребенком, о включении которого просит истец в стаж работы в РКС, имел место до 6 октября 1992 г., исходя из положений статей 6 (части 2), 15 (части 4), 17 (части 1), 18, 19, 55 (части 1) Конституции РФ, предполагающих правовую определенность и связанную с ней предсказуемость законодательной политики в сфере пенсионного обеспечения, необходимых для того, чтобы участники соответствующих правоотношений могли в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в том, что приобретенное ими на основе действующего законодательства право будет уважаться властями и будет реализовано, суд приходит к выводу о том, что исключение из специального стажа ФИО1 периода нахождения в отпуске по уходу за ребенком с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ является незаконным.

Требования истца о включении в специальный стаж в целях установления права на повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости на основании ч. 5 ст. 17 Закона о страховых пенсиях периода нахождения в отпуске по уходу за ребенком с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ подлежат удовлетворению.

Определяя дату, с которой надлежит произвести перерасчет пенсии истца с учетом включенного спорного периода, суд исходит из следующего.

В соответствии с ч 8 ст. 18 Закона о страховых пенсиях в случае приобретения необходимого календарного стажа работы в районах Крайнего Севера и (или) приравненных к ним местностях и (или) страхового стажа, дающих право на установление повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости или к страховой пенсии по инвалидности в связи с работой в районах Крайнего Севера и (или) приравненных к ним местностях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, производится соответствующий перерасчет размера фиксированной выплаты к страховой пенсии.

Поскольку начисление повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии прекращено с ДД.ММ.ГГГГ, то с данной даты ее выплата подлежит возобновлению, а пенсия перерасчету.

Согласно представленной в судебное заседание справке МКУ «Кольский архив» Кольского района Мурманской области № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, зарегистрирована в качестве безработной с 28 июля 1993 г. по 9 августа 1994 г., выплата пособия осуществлялась с 28 июля 1993 г. по 27 июня 1994 г.

При этом в представленных данных о стаже истца период с 1 июня 1993 г. по 29 августа 1994 г. указан как «учеба».

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 считать указание периода с 28 июля 1993 г. по 9 августа 1994 г. как учеба незаконным являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Между тем правовых оснований для удовлетворения исковых требований истца о понуждении ответчика отладить режим ее личного кабинета и исключении «ручного перерасчета пенсии» и в дальнейшем ссылаться на «недоработки программно-технического комплекса» не имеется, поскольку нормами действующего законодательства возложение такой обязанности на пенсионный орган не предусмотрено, указанные требования удовлетворению не подлежат. 

Что касается заявленных требований о взыскании компенсации морального вреда, то они также удовлетворены быть не могут по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности). Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Из доводов истца не усматривается, что со стороны ответчика имели место действия, нарушающие его личные неимущественные права. Законом взыскание компенсации морального вреда при тех обстоятельствах, на которые ссылается истец, то есть за нарушение права на пенсионное обеспечение, не предусмотрено, поскольку такое право относится к имущественным правам.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ государственная пошлина, уплаченная истцом при подаче иска, подлежит взысканию с ответчика пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

При подаче искового заявления истцом была уплачена государственная пошлина в размере 300 рублей, которую она просит взыскать с ответчика.

В то же время, положениями ч. 2 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации (далее НК РФ), предусмотрено освобождение пенсионеров, получающих пенсии, назначаемые в порядке, установленном пенсионным законодательством Российской Федерации, по искам к Пенсионному фонду Российской Федерации, негосударственным пенсионным фондам либо к федеральным органам исполнительной власти, осуществляющим пенсионное обеспечение лиц, проходивших военную службу.

В этой связи государственная пошлина в размере 300 рублей может быть возвращена истцу налоговым органом в установленном ст. 333.40 НК РФ порядке и взысканию в рамках вынесения настоящего заявления не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Государственному учреждению - Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Калининграде Калининградской области (межрайонное) о перерасчете пенсии – удовлетворить частичной.

Признать исключение из специального стажа ФИО1 периода нахождения в отпуске по уходу за ребенком с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, незаконным.

Обязать Управление Пенсионного фонда Российской Федерации (государственное учреждение) в г. Калининграде Калининградской области (межрайонное) зачесть в специальный стаж ФИО1 в целях установления права на повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости на основании ч. 5 ст. 17 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» период нахождения в отпуске по уходу за ребенком с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и произвести перерасчет пенсии ФИО1 с учетом включения данного периода с ДД.ММ.ГГГГ

Считать указание периода с 28 июля 1993 г. по 9 августа 1994 г. как учеба незаконным.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Ленинградский районный суд г. Калининграда в апелляционном порядке в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 22 января 2020 г.

Судья Н.В. Паршукова