Дело №1-57/2019

ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

с. Кош-Агач 08 августа 2019 года

Кош-Агачский районный суд Республики Алтай в составе: 

Председательствующего – судьи Панина А.А.,

при секретаре Унтаковой А.Д.-Д., 

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Кош-Агачского района Республики Алтай Казанцева Д.В., 

подсудимого ФИО1 и его защитника – адвоката Кашетова М.У., 

подсудимой ФИО2 и ее защитника – адвоката Абатаевой М.Ж.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении: 

ФИО1, родившегося 

<

данные изъяты>, с мерой пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, 

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п.«а, б, в» ч.2 ст.158, п.п.«а, б» ч.2 ст.158 УК РФ, 

ФИО2, родившейся 

<

данные изъяты>, с мерой пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных п.п.«а, б, в» ч.2 ст.158, п.п.«а, б» ч.2 ст.158 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 и ФИО2 в составе группы лиц по предварительному сговору совершили кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, с незаконным проникновением в помещение либо иное хранилище, при следующих обстоятельствах.

Около 22 часов 26 апреля 2019 года, у ФИО2, находившейся в алкогольном опьянении в доме №26 по ул. К.Тебековой в с.Бельтир Кош-Агачского района Республики Алтай, из корыстных побуждений с целью личного незаконного обогащения, возник преступный умысел на тайное хищение чужого имущества, находившегося в помещении для хранения имущества на территории животноводческой стоянки в урочище «Адак-Кёл» на расстоянии 20 км в южном направлении от с.Бельтир Кош-Агачского района Республики Алтай, после чего в том же месте, в то же время, ФИО2 предложила находившемуся вместе с ней ФИО1 совместно совершить вышеуказанную кражу, проникнув в названное помещение для хранения имущества. ФИО1, находившийся в алкогольном опьянении, согласился на предложение ФИО2, и они предварительно распределили между собой роли в готовящемся преступлении, в соответствии с которыми ФИО1 должен был похитить имущество из помещения, а ФИО2 в это время должна была наблюдать за окружающей обстановкой и, в случае появления посторонних лиц, предупредить об этом ФИО1 Тем самым ФИО2 и ФИО1 заранее договорились о совместном совершении тайного хищения чужого имущества с незаконным проникновением в помещение, то есть вступили в предварительный преступный сговор.

В период времени с 22 до 24 часов 27 апреля 2019 года ФИО1 и ФИО2 прибыли к животноводческой стоянке Потерпевший №1 в урочище «Адак-Кёл» на территории МО «Бельтирское сельское поселение» Кош-Агачского района Республики Алтай, где, реализуя вышеуказанный совместный преступный умысел, подошли к двери помещения для хранения имущества, и умышленно, из корыстных побуждений, с целью личного незаконного обогащения, осознавая, что их действия по изъятию чужого имущества явно незаконны, носят тайный, безвозмездный, общественно опасный и противоправный характер, предвидя наступление последствий в виде причинения материального ущерба собственнику имущества и желая этого, убедившись, что за их действиями никто не наблюдает и не может помешать осуществлению задуманного ими преступления, действуя в соответствии с ранее достигнутой договоренностью, ФИО1, открыв незапертую входную дверь, прошел внутрь прихожей комнаты указанного выше помещения для хранения имущества, а ФИО2 в это время находилась рядом и наблюдала за окружающей обстановкой, чтобы в случае появления посторонних лиц предупредить об этом ФИО1 Сразу после этого ФИО1, открыв незапертую входную дверь, из прихожей комнаты незаконно проник во вторую комнату указанного помещения для хранения имущества, где взял в руки не представляющий материальной ценности для потерпевшего мешок, в котором находился принадлежащий Потерпевший №1 козий пух в количестве 11 килограммов 340 граммов, стоимостью по 1 500 рублей за один килограмм, на общую сумму 17 010 рублей, который вынес на улицу к ФИО2

Непосредственно после этого, продолжая реализацию своего совместного преступного умысла, направленного на хищение имущества Потерпевший №1, на территории животноводческой стоянки в урочище «Адак-Кёл» территории МО «Бельтирское сельское поселение» Кош-Агачского района Республики Алтай в то же время, ФИО2 решила совместно с ФИО1 тайно похитить еще и принадлежащего Потерпевший №1 барана, содержащегося в загоне для содержания скота на территории указанной животноводческой стоянки, после чего в том же месте, в то же время, предложила находившемуся вместе с ней ФИО1 совместно совершить данную кражу, проникнув в названный загон для содержания скота. ФИО1 согласился на предложение ФИО2, и они предварительно распределили между собой роли, в соответствии с которыми ФИО1 должен был незаконно проникнуть в загон, откуда похитить одного барана, а ФИО2 в это время должна была наблюдать за окружающей обстановкой и, в случае появления посторонних лиц, предупредить об этом ФИО1 Тем самым ФИО2 и ФИО1 заранее договорились о совместном совершении тайного хищения чужого имущества с незаконным проникновением в иное хранилище, то есть вступили в предварительный преступный сговор.

Сразу после этого ФИО1 и ФИО2, находясь в том же месте и в то же время, реализуя вышеуказанный совместный преступный умысел, подошли к ограждению открытого загона для содержания скота на территории животноводческой стоянки в урочище «Адак-Кёл» на территории МО «Бельтирское сельское поселение» Кош-Агачского района Республики Алтай, и умышленно, из корыстных побуждений, с целью личного незаконного обогащения, осознавая, что их действия по изъятию чужого имущества явно незаконны, носят тайный, безвозмездный, общественно опасный и противоправный характер, предвидя наступление общественно опасных последствий в виде причинения материального ущерба собственнику имущества и желая этого, убедившись, что за их действиями никто не наблюдает и не может помешать осуществлению задуманного ими преступления, действуя в соответствии с ранее достигнутой договоренностью, ФИО1 перелез через ограждение вышеуказанного загона для содержания скота являющийся иным хранилищем, тем самым незаконно проникнув в него, а ФИО2 в это время находилась рядом и наблюдала за окружающей обстановкой, чтобы в случае появления посторонних лиц предупредить об этом ФИО1 Сразу после этого ФИО1, находясь внутри загона для содержания скота, поймал принадлежащего ФИО17 годовалого барана стоимостью 1 800 рублей, которого передал через ограждение ФИО2, после чего перелез через ограждение вышеуказанного загона для содержания скота, тем самым покинул его и присоединился к ФИО2

Сразу после этого ФИО1 и ФИО2 скрылись с похищенным с места совершения преступления и впоследствии распорядились им по своему усмотрению, причинив Потерпевший №1 материальный ущерб в размере стоимости похищенных козьего пуха и барана на общую сумму 18 810 рублей.

Органом предварительного следствия указанные действия ФИО1 и ФИО2 были квалифицированы по п.п. «а,б,в» ч. 2 ст. 158 и п.п. «а, б» ч.2 ст.158 УК РФ, отдельно по эпизоду кражи козьего пуха как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение, с причинением значительного ущерба гражданину, и отдельно по эпизоду кражи барана, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в иное хранилище.

Подсудимые ФИО1 и ФИО2, как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании свою вину в предъявленном им обвинении признали полностью, заявили о раскаянии в содеянном.

Показания подсудимого ФИО1 на предварительном следствии (т.1 л.д.181-184, 195-198, 208-211) и в судебном заседании, содержат отдельные противоречия, касающиеся последовательности действий на месте преступления, погрузки похищенных пуха и барана в автомобиль ФИО3, времени распределения похищенного пуха по двум мешкам, которые подсудимый ФИО1 объяснил тем, что его показания фиксировались следователем не точно, а при ознакомлении с протоколом он не придал этим противоречиям значения. После оценки показаний подсудимого в совокупности с другими доказательствами по делу, суд признаёт выявленные противоречия несущественными и не влияющими на исход дела, а достоверными показания подсудимого, данные в судебном заседании, в соответствии с которыми он совместно со своей двоюродной сестрой ФИО2 совершил кражу имущества Потерпевший №1 при следующих обстоятельствах. 26 апреля 2019 года он приехал в с.Бельтир Кош-Агачского района к ФИО2, в этот же день ФИО2 спустилась домой со стоянки Потерпевший №1 и они встретились у нее дома. В ходе распития спиртных напитков около 22 часов ФИО2 предложила ему съездить на животноводческую стоянку к Потерпевший №1, у которого они ранее работали вдвоём на чёске козьего пуха, и украсть 1 мешок с козьим пухом, чтобы продать, а вырученные деньги потратить на личные нужды. Он согласился на ее предложение, они сразу определились, что он зайдет в помещение, где хранится козий пух, а ФИО2 в это время будет следить, чтобы им не помешали посторонние лица. На следующий день 27 апреля 2019 года он в с.Бельтир встретился с ФИО3, которого попросил вечером свозить его и ФИО2 на стоянку к Потерпевший №1, сказав, что у него остался якобы принадлежащий им козий пух, который они заработали, на что Свидетель №2 согласился. Вечером в тот же день он снова встретился с ФИО18 в с.Бельтир и около 22 часов 27 апреля 2019 года вместе с ФИО2 и ФИО19 на автомобиле под управлением последнего выехали на стоянку к Потерпевший №1. Приехав на место через пару часов, подъехали прямо к жилому дому Потерпевший №1. Затем Свидетель №2 остался в автомобиле, а они вышли на улицу. Убедившись, что все спят, он с ФИО2 пошел в сторону хранилища, где был козий пух. Там он открыл рукой дверь и зашёл внутрь, а ФИО2, как договаривались, осталась на улице и ждала его, следила за тем, чтобы никто их не увидел. Далее он открыл вторую дверь в веранде, прошел во второе помещение, где взял один мешок с козьим пухом, с которым вышел на улицу. Сразу после этого ФИО2 предложила ему еще украсть 1 барана из загона на стоянке у Потерпевший №1, где они находились, чтобы потом его продать. На ее предложение он согласился, они оставили мешок на сопке, где стоял автомобиль ФИО3, и подошли к нижнему загону для содержания скота, который расположен на стоянке Потерпевший №1. Там они договорились, что он залезет в загон, поймает барана и передаст его ФИО2, которая будет ожидать его снаружи и следить, чтобы им никто не помешал. Далее он перелез через ограждение загона, тем самым проник в него, поймал первого попавшегося небольшого барана возрастом около 1 года и передал его через ограждение ФИО2. Затем перелез обратно из загона и вместе с ФИО2 пошел к автомобилю ФИО3, взяв у нее похищенного барана. По дороге к автомобилю ФИО3 он также подобрал ранее оставленный мешок с козьим пухом, после чего они с ФИО2 погрузили в автомобиль к Свидетель №2 похищенный пух и барана. Свидетель №2 в это время ремонтировал свой автомобиль, у которого были проблемы со сцеплением, а также не работал стартер, он помог ему отключить сцепление, чтобы автомобиль тронулся с места и завелся при движении с пригорка, после чего они поехали в с.Бельтир. Когда совершали кражу, то их никто не видел, в том числе Свидетель №2. Даже собака на стоянке Потерпевший №1 не лаяла. Далее они спустились в с.Бельтир, выгрузили украденного барана и поместили его в загон дома у ФИО2, чтобы продать на следующий день. Козий пух оставался в автомобиле ФИО3, затем они легли спать, а утром 28 апреля 2019 года он с ФИО3 поехал в с.Кош-Агач на автомобиле последнего ВАЗ-2107. Также утром он распределил украденный козий пух на 2 мешка, один для себя, а второй – для ФИО2, и погрузил оба мешка в автомобиль ФИО3. Когда узнал о том, что Потерпевший №1 обратился в полицию, то, не посвящая в подробности, попросил ФИО3 где-нибудь на время оставить данный козий пух, который они оставили у мужчины в с.Кош-Агач, которому ранее вместе с ФИО3 пригоняли на ремонт автомобиль последнего. 

Показания подсудимой ФИО2 на предварительном следствии (т.1 л.д.233-236, 243-246, т.2 л.д.13-16) и в судебном заседании также содержат противоречия, касающиеся последовательности действий на месте преступления и погрузки похищенных пуха и барана в автомобиль ФИО3, которые подсудимая объяснила тем, что её показания фиксировались следователем не точно, а при ознакомлении с протоколом она не придала этим противоречиям значения. После оценки показаний подсудимой в совокупности с другими доказательствами по делу, суд признаёт выявленные противоречия несущественными и не влияющими на исход дела, а достоверными показания подсудимой, данные в судебном заседании, которые полностью соответствуют вышеуказанным показаниям подсудимого ФИО1

Помимо полного признания подсудимыми своей вины, их виновность в совершении кражи имущества Потерпевший №1 подтверждается и другими доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Потерпевший Потерпевший №1 представил суду заявление о прекращении уголовного дела в отношении ФИО2 в связи с примирением. Давая показания суду указал, что ему жаль её наказывать, так как она является матерью-одиночкой. Также в судебном заседании по существу дела пояснил, что он постоянно проживает на животноводческой стоянке в урочище «Адак-Кёл» на территории МО «Бельтирское сельское поселение» Кош-Агачского района Республики Алтай совместно со своей гражданской женой Свидетель №1 На указанной стоянке они держат свыше 400 голов малого рогатого скота, из которых 160 коз, свыше 20 голов крупного рогатого скота и 8-9 лошадей. ДД.ММ.ГГГГ они начали заниматься чёской коз, в этот же день он позвонил жительнице с.Бельтир ФИО2, которую пригласил к себе на стоянку, поработать на чёске. Ранее он уже привлекал ее на подобную работу, сполна оплатил её труд, поэтому она согласилась. Он сразу же своём автомобиле съездил в с.Бельтир и забрал оттуда ФИО2, которая также взяла с собой своего брата ФИО1. На стоянке ФИО2 и ФИО1 пробыли около недели, работали на чёске, а он их кормил. Проработали примерно до 09 апреля 2019 года, за что он рассчитался с ними деньгами в сумме 10 000 рублей, то есть по 5 000 рублей каждому. Весь собранный козий пух они складывали в полимерные мешки, которые хранились в нежилом помещении на территории стоянки. Там есть входная дверь, но он ее не закрывает на замок. Также на стоянке у него имеется жилой дом, 2 загона для содержания скота, частично крытые, которые огорожены деревянным забором из плах высотой от 1 до 2 метров. В каждом из загонов имеется входная калитка, которая завязываются на веревку. МРС он в ночное время каждый день загоняет в загоны, а КРС и лошади в ночное время находятся на улице на территории стоянки. В одном из загонов для содержания скота он содержит кастрированных баранов в возрасте от 1 года до 5 лет, и всех своих коз. Во втором загоне он содержит только овцематок. В его хозяйстве имеются МРС как белой масти, так и черной масти, на правом ухе у каждой головы имеется метка в виде выщипа. Итак, после работы он увез ФИО2 и ФИО1 в Бельтир, пригласив их продолжить работу через неделю. 24 апреля 2019 года ФИО2 пешком пришла к нему на стоянку, снова поработала, за что он заплатил ей 800 рублей и она ушла домой. Далее может пояснить, что 27 апреля 2019 года его сожительница около 20 часов сходила в помещение для хранения имущества и взвесила мешки с пухом, так как хотела сдать скупщикам. Всего было 6 мешков общим весом около 60 кг. 28 апреля 2019 года в 7 часов он пошел выгонять скот на пастбище, по пути зашел в помещение для хранения имущества и обнаружил, что не хватает 1 мешка с козьим пухом, в котором находилось более 10 кг пуха. Сначала он не придал этому значения, выгнал скот и только потом спросил у сожительницы, сколько было мешков с пухом, и куда она убрала 1 мешок. Тогда и выяснилось, что кто-то украл 1 мешок с козьим пухом. Он сразу понял, что пух могли украсть только ФИО2 и ФИО1, так как кроме них никто в ближайшее время не посещал стоянку и не видел, где хранится пух. Будучи ознакомленным со справкой отдела сельского хозяйства Кош-Агачского района о том, что стоимость 1 кг козьего пуха на апрель 2019 года составляет 1500 рублей, он полностью согласен с данной оценкой. В настоящий момент пух, который был у него похищен, возвращен сотрудниками полиции в полном объеме, его вес составлял 11 кг 340 граммов, без учета веса мешка, который не представляет для него никакой материальной ценности. Кроме того, 15 марта 2019 года он пересчитывал свой МРС, которого на тот момент было 478 голов. После вышеуказанной кражи козьего пуха, 06 мая 2019 года около 07 часов он решил еще раз пересчитать всех МРС, не досчитался 7 баранов. После чего он обратился с заявлением в полицию. Затем уже в присутствии сотрудников полиции он снова пересчитал всех баранов, на этот раз не досчитались 10 баранов. Видимо, утром он ошибся при подсчете. Какие именно отсутствовали, он не знает, так как не ведет письменный учет. Знает, что всего было 159 голов в возрасте от 1 до 5 лет. Никому баранов брать не разрешал. В данной краже он также заподозрил ФИО1 и ФИО2. Впоследствии от сотрудников полиции узнал, что они действительно украли из его загона годовалого барана. Он согласен с имеющейся в материалах уголовного дела справкой о стоимости барана в возрасте одного года в размере 1800 рублей. Ущерб от кражи в размере стоимости похищенных козьего пуха и барана на общую сумму 18 810 рублей не является для него значительным, так как он получает пенсию в размере 11 000 рублей, имеет в собственности значительное количество МРС, КРС и лошадей, а также автомобиль УАЗ, иных источников дохода не имеет. При чёске пуха с одной козы можно получить не менее 700 грамм пуха, поэтому подсудимые похитили пух, полученный примерно от 16 коз из 160, имеющихся в его хозяйстве, что также не является для него значительным. Ранее на предварительном следствии он указывал, что ущерб, причиненный кражей пуха, является для него значительным, так как был обижен на подсудимых, которых знает с детства, к тому же на предварительном следствии он неправильно уяснил пояснения сотрудников полиции о значении термина «значительный ущерб», полагал, что «значительный» означает «значимый», и считал, что если заявит о том, что причиненный ущерб не является для него значительным, то это будет означать отсутствие преступления и невозможность привлечения виновного к ответственности. В настоящее время требования закона ему разъяснены, он понимает, что значительным ущербом является тот, который ставит потерпевшего в затруднительное материальное положение с учетом его имущественного состояния. Настаивает, что ущерб в размере 18 810 рублей для него не является значительным, похищенный козий пух возвращен ему в натуре сотрудниками полиции, а стоимость похищенного барана не возмещена до настоящего времени, но при этом он не настаивает на возмещении подсудимыми его стоимости, так как ему от них ничего не нужно.

Из оглашенных в судебном заседании с согласия сторон показаний свидетеля Свидетель №1 (т.1 л.д.81-82, 83-85), являющейся сожительницей потерпевшего Потерпевший №1, следует, что она подтверждает его показания по существу дела.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №2 показал, что 27 апреля 2019 года он встретил в с.Бельтир своего знакомого ФИО1 Темирлана, который помог ему отбуксировать принадлежащий ему автомобиль на ремонт к Свидетель №3 в с.Кош-Агач. При этом ФИО1 попросил свозить его и ФИО2 на животноводческую стоянку к Потерпевший №1 в урочище «Адак-Кёл», чтобы забрать козий пух. Он пояснил, что они заработали пух, пока работали у Потерпевший №1 на чёске коз. После того, как они с ФИО1 отбуксировали автомобиль к Свидетель №3 на 

<

адрес> в с.Кош-Агач, ФИО1 остался в Кош-Агаче, а он вернулся домой в с.Бельтир. Около 18-19 часов в тот же день ФИО1 пришел к нему, где-то до 21 часа они ремонтировали его автомобиль УАЗ с регистрационным знаком № потом пошел дождь и снег. В это время ФИО1 пошел за ФИО2, потом через какое то время вернулся обратно и около 22 часов они на вышеуказанном автомобиле поехали за ФИО2 к ней домой, забрали её и все вместе поехали на стоянку к Потерпевший №1, до которой примерно 20 км. Примерно 1,5 часа провели в дороге из-за погодных условий. Там он остановился на возвышенности неподалёку от жилого дома, ФИО1 и ФИО2 вышли из автомобиля и ушли в сторону дома, там горел какой-то свет. Заходили они туда или нет, он не видел, было темно и шел снег. Сам он в это время ремонтировал свой автомобиль, у которого были проблемы со сцеплением, а также не работал стартер. Минут через 10-15 ФИО1 и ФИО2 вернулись обратно, принесли с собой что-то, положили в автомобиль. Он в это время находился под машиной, поэтому не видел точно, что они там принесли. ФИО1 помог ему отключить сцепление, чтобы автомобиль тронулся с места и завелся при движении с пригорка, после чего они поехали в с.Бельтир. Там ФИО1 и ФИО2 вышли у дома последней, забирали ли они из машины барана, он не видел или не обратил внимания, но ФИО1 ему сказал про оставленный в автомобиле мешок, что тот побудет здесь до завтра, так как они все вместе собирались на следующий день ехать в с.Кош-Агач. Наутро к нему пришел только ФИО1, который сказал, что ФИО2 не поедет, но просила забрать ее дочь из интерната. Впоследствии этого сделать не удалось, так как каникулы начинались позже. Ехать они собирались на другом его автомобиле, ВАЗ-2107, ФИО1 попросил у него мешок, куда переложил часть козьего пуха из того мешка, что оставался в автомобиле УАЗ, тогда он впервые увидел этот пух. Затем они с ФИО1 на его автомобиле марки ВАЗ-2107, куда погрузили вышеуказанный козий пух, поехали в с.Кош-Агач. Там приехали к Свидетель №3, чтобы дальше ремонтировать ранее оставленный здесь автомобиль. При этом ФИО1 оставил у Свидетель №3 козий пух, чтобы позже продать. Когда он в этот же день вернулся в с.Бельтир, его встретили сотрудники полиции и сразу стали расспрашивать по факту кражи козьего пуха. О том, что пух и баран были украдены ФИО1 и ФИО2, он не знал, если бы знал, что они с его помощью собираются совершить преступление, то никогда не повёз бы их на стоянку Потерпевший №1.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №3 показал, что 27 апреля 2019 года Свидетель №2, житель с.Бельтир, пригнал к нему на ремонт свой автомобиль марки УАЗ-фермер. 28 апреля 2019 года в утреннее время к нему домой приехал Свидетель №2 и ранее незнакомый ему парень, который в судебном заседании находится на скамье подсудимых. Свидетель №2 привез шпильки, необходимые для ремонта автомобиля. Также эти лица занесли ему домой два полимерных мешка с каким-то мягким содержимым. Что было в мешках, он не смотрел, горловины мешков были завязаны веревками. При этом Свидетель №2 попросил его, чтобы мешки полежали у него до вечера. Так как он знает ФИО3 уже некоторое время и находится с ним в хороших отношениях, он разрешил оставить данные мешки на веранде своего дома. После этого Свидетель №2 с подсудимым уехали. 29 апреля 2019 года около 01 часа к нему домой приехали сотрудники полиции, которые стали выяснять, не оставляли ли у него козий пух Свидетель №2 по кличке «Кокоз» и еще один парень. Тогда он понял, что этот пух находится в оставленных у него мешках, затем был осмотр места происшествия, на который полицейские привезли подсудимого, который тогда представился Темирланом, извинился перед ним и сказал, что он украл данный пух на какой-то животноводческой стоянке. Затем сотрудники полиции изъяли у него данные мешки с козьим пухом, составив протокол. Он не знал, что у него оставили мешки с краденым козьим пухом, если бы он знал, то не позволил бы оставлять их у себя дома.

Из оглашенных в судебном заседании с согласия сторон показаний свидетеля Свидетель №4 (т.1 л.д.105-107), являющейся матерью подсудимой, следует, что она проживает в с.Бельтир со своей дочерью и внучкой, муж умер ДД.ММ.ГГГГ, оставив ее вдовой. ДД.ММ.ГГГГ у нее дома происходило распитие спиртных напитков, в котором принимали участие их родственник Темирлан ФИО1 и ее дочь Эллада. На следующий день она также находилась дома, как и Эллада, которая около 22 часов она уехала куда-то вместе с Темирланом. Ночью она не дождалась дочери и легла спать, 28 апреля 2019 года проснулась и со слов дочери узнала, что Темирлан был у них дома и уехал утром.

Также виновность подсудимых в краже имущества Потерпевший №1 подтверждается письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании:

- заявлением Потерпевший №1 от 28 апреля 2019 года, согласно которому он просит привлечь к уголовной ответственности неизвестных лиц, которые незаконно проникли в помещение для хранения имущества, расположенного на территории животноводческой стоянки в урочище «Адак-Кёл» Бельтирского сельского поселения Кош-Агачского района Республики Алтай, откуда похитили принадлежащий ему козий пух (том.1 л.д.12);

- справкой Бельтирской сельской администрации о том, на территории Бельтирского сельского поселения имеется урочище с названием «Адак-Кёл» (т.1 л.д.27);

- протоколом осмотра места происшествия от 28 апреля 2019 года, в ходе которого осмотрено помещение для хранения имущества, расположенное на территории животноводческой стоянки в урочище «Адак-Кёл» Бельтирского сельского поселения Кош-Агачского района Республики Алтай, согласно протоколу указанное помещение представляет собой строение, предназначенное для размещения материальных ценностей в производственных целях (т.1 л.д.13-26);

- протоколом осмотра места происшествия от 22 мая 2019 года, в соответствии с которым был осмотрен загон для содержания скота, расположенный на территории животноводческой стоянки в урочище «Адак-Кёл» Бельтирского сельского поселения Кош-Агачского района Республики Алтай, представляющий собой огороженный участок территории, состоящий из открытого и закрытого загонов, предназначенных для содержания скота в ночное время (т.1 л.д.55-60);

- справкой Управления сельского хозяйства МО «Кош-Агачский район» №146 от 14 мая 2019 года, согласно которой стоимость одного килограмма козьего пуха по состоянию на апрель 2019 года составляет 1 500 рублей (т. 1 л.д.36);

- справкой Управления сельского хозяйства МО «Кош-Агачский район» № 149 от 14 мая 2019 года, согласно которой среднерыночная стоимость одного барана в возрасте одного года по состоянию на апрель 2019 года составляет 1 800 рублей (т.1 л.д.61);

- протоколом осмотра места происшествия от 29 апреля 2019 года, согласно которому осмотрена усадьба дома Свидетель №3 по 

<

адрес> Республики Алтай, где обнаружены и изъяты два полимерных мешка с козьим пухом (т.1 л.д.28-33);

- протоколом осмотра предметов от 30 апреля 2019 года, согласно которому два вышеуказанных полимерных мешка с козьим пухом были осмотрены, установлен общий вес козьего пуха без учета веса мешков – 11 килограмм 340 грамм, мешки с содержимым признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела, после чего переданы потерпевшему Потерпевший №1 (т.1 л.д. 139-142, 143, 144, 145);

- протоколом выемки от 06 мая 2019 года, согласно которому у свидетеля ФИО8 был изъят автомобиль марки УАЗ с государственным регистрационным знаком 

<

***> использованный им для поездки в урочище «Адак-Кёл» на животноводческую стоянку, в ходе которой ФИО1 и ФИО2 была совершена кража имущества Потерпевший №1 (т.1 л.д. 147-150); 

- протоколом осмотра предметов от 10 июня 2019 года, согласно которому вышеуказанный автомобиль ФИО8 был осмотрен, в его багажнике была обнаружена шерсть белого цвета, после чего автомобиль признан вещественным доказательством и приобщен к материалам уголовного дела, помещен для хранения на территорию МКУ «Транспортное строительное учреждение» МО «Кош-Агачский район» по ул.Мелиоративная, д.23 в с.Кош-Агач (т.1 л.д.151-156, 157);

- протоколом явки с повинной ФИО1 от 29 апреля 2019 года, в соответствии с которым он добровольно сообщил о совершенной им в ночь с 27 на 28 апреля 2019 года краже мешка козьего пуха из помещения для хранения имущества на территории животноводческой стоянки в урочище «Адак-Кёл» Бельтирского сельского поселения Кош-Агачского района Республики Алтай (т.1 л.д.160-161);

- протоколом явки с повинной ФИО1 от 10 мая 2019 года, в соответствии с которым он добровольно сообщил о совершенной им в ночь с 27 на 28 апреля 2019 года краже барана из загона для содержания скота на территории животноводческой стоянки в урочище «Адак-Кёл» Бельтирского сельского поселения Кош-Агачского района Республики Алтай (том.1 л.д.185-186);

- протоколом проверки показаний на месте подозреваемого ФИО1, согласно которому он показал на месте, как именно в ночь с 27 на 28 апреля 2019 года им была совершена кража мешка козьего пуха из помещения для хранения имущества на территории животноводческой стоянки в урочище «Адак-Кёл» Бельтирского сельского поселения Кош-Агачского района Республики Алтай (т.1 л.д.174-178);

- протоколом проверки показаний на месте подозреваемой ФИО2, согласно которому она показала на месте, как именно в ночь с 27 на 28 апреля 2019 года ею совместно с ФИО1 была совершена кража мешка козьего пуха из помещения для хранения имущества и барана из загона для содержания скота на территории животноводческой стоянки в урочище «Адак-Кёл» Бельтирского сельского поселения Кош-Агачского района Республики Алтай (т.1 л.д.249-253, т.2 л.д.1-4)

Оценивая вышеуказанные показания потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №1, ФИО8, Свидетель №3, Свидетель №4 и подсудимых, суд находит их последовательными, согласованными, не содержащими каких-либо противоречий относительно обстоятельств кражи имущества Потерпевший №1, в связи с чем суд признает их правдивыми и кладет в основу обвинительного приговора. Также вина подсудимых подтверждается исследованными в судебном заседании письменными доказательствами, в которых последовательно отражены факты обнаружения преступления, установление его обстоятельств и причиненного преступлением вреда, добровольное сообщение подсудимого ФИО1 о своей причастности к данному преступлению, а также результаты следственных действий, направленных на установление иных обстоятельств преступления и причастности подсудимых к его совершению.

Все вышеизложенные доказательства суд признает относимыми, допустимыми и достоверными, а их совокупность – достаточной для разрешения уголовного дела.

В судебном заседании установлено, что реализуя возникший около 22 часов 26 апреля 2019 года по предложению ФИО2 совместный преступный умысел, ФИО1 и ФИО2 в период времени с 22 до 24 часов 27 апреля 2019 года на автомобиле неосведомленного об их преступных намерениях ФИО3 прибыли к животноводческой стоянке Потерпевший №1 в урочище «Адак-Кёл» на территории МО «Бельтирское сельское поселение», где из помещения для хранения имущества совместно тайно похитили принадлежащий Потерпевший №1 козий пух в количестве 11 килограммов 340 граммов на общую сумму 17 010 рублей, действуя в соответствии с ранее распределенными ролями, согласно которым ФИО1 непосредственно проник в помещение и вынес оттуда полимерный мешок с похищенным козьим пухом, а ФИО2 находилась у входа в помещение и наблюдала за окружающей обстановкой, чтобы предупредить ФИО1 в случае появления посторонних лиц. При этом в ходе совершения данного преступления, еще не получив возможности распорядиться похищенным, ФИО1 и ФИО2 по предложению последней вступили в преступный сговор на продолжение преступных действий и кражу иного имущества потерпевшего в виде барана, находившегося в загоне для содержания скота. Сразу реализуя данный умысел, ФИО1 и ФИО2 похитили из этого загона годовалого барана стоимостью 1 800 рублей, действуя в соответствии с ранее распределенными ролями, согласно которым ФИО1 непосредственно проник в загон, поймал и передал барана через ограждение, а ФИО2 находилась у ограждения, наблюдала за окружающей обстановкой, чтобы предупредить ФИО1 в случае появления посторонних лиц, а также приняла похищенного барана от ФИО1 через ограждение. После этого ФИО1 и ФИО2 скрылись с похищенным с места совершения преступления и впоследствии распорядились им по своему усмотрению, причинив Потерпевший №1 материальный ущерб в размере стоимости похищенных козьего пуха и барана на общую сумму 18 810 рублей.

Мотивом преступления послужила корыстная заинтересованность подсудимых, которая нашла свою реализацию в безвозмездном изъятии имущества потерпевшего, представляющего материальную ценность, и намерении подсудимых в дальнейшем реализовать похищенное, получив незаконное обогащение. 

Время преступления установлено из показаний подсудимых и свидетеля ФИО3, что не противоречит показаниям потерпевшего и его сожительницы, в соответствии с которыми 27 апреля 2019 года около 20 часов похищенный козий пух был на месте, а 28 апреля 2019 года в 7 часов обнаружилась его пропажа, а также МРС в хозяйстве потерпевшего пересчитывался 15 марта 2019 года и был в наличии, а 06 мая 2019 года около 07 часов обнаружилась недостача баранов. Место преступления установлено на основании осмотров мест происшествия и проверок показаний на месте ФИО1 и ФИО2, а также показаний потерпевшего и свидетелей. Тайный характер преступления подтверждается показаниями всех допрошенных по делу лиц и установленными обстоятельствами его обнаружения.

Причастность ФИО1 и ФИО2 к данному преступлению подтверждается их преступной осведомленностью об обстоятельствах совершения преступления, выраженной в явках с повинной ФИО1, показаниях, данных ФИО1 и ФИО2 при допросах в качестве подозреваемых и обвиняемых, а также в ходе проверок их показаний на месте. Также свидетельством их причастности к инкриминируемой краже являются показания свидетелей ФИО20 и Свидетель №3, протокол выемки у Свидетель №3 похищенного пуха, протокол осмотра автомобиля ФИО21, в котором была обнаружена шерсть. Косвенно на их причастность, кроме того указывают показания потерпевшего и свидетеля Свидетель №1, из которых следует, что подсудимые до совершения кражи ориентировались на месте преступления, знали места хранения и расположение имущества потерпевшего.

Ущерб установлен на основании справок Управления сельского хозяйства МО «Кош-Агачский район» при согласии потерпевшего с данной оценкой, и не ставился сторонами под сомнение.

В судебном заседании нашел свое подтверждение квалифицирующий признак кражи, совершенной группой лиц по предварительному сговору, на что указывают показания подсудимых о том, что они заранее договорились о совместном совершении кражи козьего пуха у Потерпевший №1, а впоследствии продолжили свою преступную деятельность, договорившись еще и о краже принадлежащего Потерпевший №1 барана. Также на наличие сговора указывает общая согласованность их действий и наличие распределения ролей при совершении преступления.

Кроме того, нашел свое подтверждение признак кражи, совершенной с незаконным проникновением в помещение и иное хранилище, поскольку из показаний потерпевшего и его сожительницы, протоколов осмотра мест происшествия, следует, что послужившие местом преступления помещение для хранения имущества представляет собой строение, предназначенное для размещения материальных ценностей в производственных целях, а загон для содержания скота представляет собой огороженный участок территории, состоящий из открытого и закрытого загонов, предназначенных для содержания скота в ночное время. Также суд учитывает показания подсудимых о том, что условия хранения похищенного имущества требовали совершения действий по проникновению. Изложенное на основании п.3 Примечания 1 к ст.158 УК РФ позволяет сделать вывод о том, что помещение для хранения имущества, из которого был похищен козий пух, является помещением, а загон является иным хранилищем в том смысле, который законодатель вложил в эти понятия при установлении ответственности за совершение преступления, предусмотренного п.«б» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Органом предварительного следствия действия ФИО1 и ФИО2 были квалифицированы по п.п. «а,б,в» ч. 2 ст. 158 и п.п. «а, б» ч.2 ст.158 УК РФ, отдельно по эпизоду кражи козьего пуха как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение, с причинением значительного ущерба гражданину, и отдельно по эпизоду кражи барана, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в иное хранилище.

Довод стороны защиты о том, что признак причинения значительного ущерба гражданину вменен подсудимым излишне, суд признает обоснованным, поскольку в судебном заседании было установлено, что ущерб в размере стоимости похищенного козьего пуха и барана не является для потерпевшего значительным. Данный вывод в полной мере подтверждается показаниями потерпевшего, давшего суду последовательные объяснения отсутствия значительности причиненного преступлением ущерба и причин возникновения противоречий с его показаниями, данными на предварительном следствии.

Кроме того, государственный обвинитель в судебных прениях, указав на то, что квалификация действий подсудимых по п.«в» ч.2 ст.158 УК РФ (по обстоятельствам кражи козьего пуха) не соответствует установленным в судебном заседании фактическим обстоятельствам дела, предложил переквалифицировать его действия на п.п.«а», «б» ч.2 ст.158 УК РФ, и квалифицировать их как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение.

В силу ст.ст.246, 252 УПК РФ полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства, а также изменение обвинения в сторону смягчения предопределяет принятие судом соответствующего решения. Предложенное государственным обвинителем изменение обвинения подсудимых не нарушает их право на защиту, поскольку при указанном изменении объём нового обвинения уменьшается, изменение обвинения улучшает положение подсудимого, действия подсудимых, квалифицируемые по статье закона, вменялись ему в вину, не содержат признаков более тяжкого преступления и существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от обвинения, предъявленного подсудимым на досудебной стадии уголовного судопроизводства.

Кроме того, исходя из исследованных в судебном заседании доказательств, действия ФИО1 и ФИО2, квалифицированные органом предварительного расследования как два самостоятельных факта краж, носили однотипный характер, осуществлялись в одном месте, в одно время и в отношении имущества, принадлежавшего одному и тому же потерпевшему. 

Квалифицируя действия подсудимых, суд отмечает, что в процессе реализации преступного умысла, направленного на совершение кражи козьего пуха, и до его завершения, когда похищенный пух был изъят из помещения, но ФИО1 и ФИО2 еще не получили возможности распорядиться им по своему усмотрению, их совместный преступный замысел был ими уточнён, включив в себя умысел на кражу барана из иного хранилища – загона для содержания скота. Уточнённый преступный умысел был реализован подсудимыми в полной мере, они скрылись с похищенным с места совершения преступления и впоследствии распорядились им по своему усмотрению, причинив Потерпевший №1 материальный ущерб в размере стоимости похищенных пуха и барана. Таким образом, умысел на последующие действия появился в процессе совершения предыдущих, что указывает на так называемое «перерастание» умысла.

При таких обстоятельствах имеются основания для квалификации действий ФИО1 и ФИО2, связанных с хищением имущества Потерпевший №1, как единого продолжаемого преступления, состоящего из нескольких однотипных преступных действий, совершенных путем изъятия имущества, принадлежащего одному и тому же потерпевшему, объединенных единым умыслом на завладение чужим имуществом, совершенных из одних и тех же корыстных побуждений. 

Указанное изменение обвинения подсудимых также не нарушает их право на защиту, поскольку при указанном изменении объём нового обвинения уменьшается, изменение обвинения улучшает положение подсудимых, действия подсудимых, квалифицируемые по одной статье закона, вменялись им в вину, не содержат признаков более тяжкого преступления и существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от обвинения, предъявленного подсудимым на досудебной стадии уголовного судопроизводства.

В связи с изложенным, суд приходит к выводу о виновности подсудимых ФИО1 и ФИО2, и квалифицирует их действия по п.п.«а», «б» ч.2 ст.158 УК РФ, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенную группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение либо иное хранилище.

При назначении подсудимым вида и размера наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершённого преступления, данные о личности подсудимых, роль каждого из них в совершенном преступлении, их состояние здоровья, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей. 

Из материалов уголовного дела следует, что подсудимый ФИО1 не судим, не работает и живёт случайными заработками, сотрудниками полиции и по месту жительства характеризуется положительно, имеет малолетнего ребенка, не состоит на учете у врачей психиатра, нарколога и фтизиатра. В качестве смягчающих наказание подсудимого ФИО1 обстоятельств, в том числе на основании ч.2 ст.61 УК РФ, суд учитывает явку с повинной, активное способствование расследованию преступления, наличие малолетних детей у виновного, отсутствие у потерпевшего материальных претензий, а также признание подсудимым вины и раскаяние в содеянном.

Подсудимая ФИО2 не судима, в инкриминируемой краже выступила инициатором при двух эпизодах ее совершения, не работает, не состоит в браке, проживает с матерью, занимается воспитанием малолетней дочери, сотрудниками полиции характеризуется посредственно, по месту жительства – положительно, не состоит на учете у врачей психиатра, нарколога и фтизиатра. Подсудимой ФИО2 в качестве смягчающих наказание обстоятельств, в том числе на основании ч.2 ст.61 УК РФ, суд учитывает активное способствование расследованию преступления, наличие у нее малолетнего ребенка, отсутствие у потерпевшего материальных претензий, а также признание подсудимой вины и раскаяние в содеянном. 

Заявление потерпевшего о прекращении дела в отношении ФИО2 суд отклоняет с учетом личности подсудимой, поскольку она выступила инициатором совершения преступления и его продолжения, а также ей не соблюдено условие, предусмотренное ст.76 УК РФ о заглаживании причиненного потерпевшему вреда, поскольку похищенный козий пух был изъят и возвращен потерпевшему сотрудниками полиции, а вред от кражи барана не возмещен до настоящего времени. Довод потерпевшего о том, что ему жаль наказывать ФИО2, так как она является матерью-одиночкой, суд оценивает критически, полагая, что в рассматриваемом случае положение одинокой матери должно было служить препятствием к преступному поведению, а не основанием для освобождения от уголовной ответственности. Кроме того, высказывание потерпевшего в судебном заседании о том, что ему ничего не нужно от подсудимых, указывает на его крайнее разочарование в них, а не на восстановление социальной справедливости и постпреступное поведение подсудимых, позволяющее сделать вывод о примирении с потерпевшим и заглаживании причиненного вреда.

С учетом указанных обстоятельств, личностей подсудимых, характера и степени общественной опасности совершенного преступления, при выборе и назначении им наказания, которое сможет обеспечить восстановление социальной справедливости, их исправление и предупреждение совершения ими новых преступлений, суд не усматривает оснований для применения ч.6 ст.15 и ст.64 УК РФ, и руководствуется следующими доводами.

При назначении наказания подсудимому ФИО1, избирая наименее строгий его вид из числа предусмотренных за совершенное преступление и способный обеспечить достижение целей наказания, суд полагает возможным исправление подсудимого без изоляции от общества, в связи с чем вопрос о назначении ему наказания в виде лишения свободы или принудительных работ не рассматривался. Также суд не находит оснований для назначения подсудимому наказания в виде штрафа, так как он нигде не работает, не имеет заработной платы или иного дохода, в связи с чем суд не усматривает положительного влияния данного наказания на исправление осужденного. Кроме того, назначение данного вида наказания способно оказать отрицательное влияние на условия жизни его семьи. Наказание в виде исправительных работ суд полагает излишне суровым, в то время как обязательные работы и привлечение ФИО1 к общественно полезному труду, по мнению суда, способны обеспечить достижение целей наказания в рассматриваемом случае. При таких условиях, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, роли подсудимого в его совершении, данных о личности подсудимого, наличия совокупности смягчающих наказание обстоятельств и отсутствия обстоятельств, отягчающих наказание, суд полагает необходимым назначить ФИО1 наказание в виде обязательных работ в пределах санкции ч.2 ст.158 УК РФ.

Разрешая данный вопрос в отношении подсудимой ФИО2, суд также полагает возможным исправление подсудимой без изоляции от общества, в связи с чем вопрос о назначении ей наказания в виде лишения свободы или принудительных работ не рассматривался. Также суд не находит оснований для назначения подсудимой наказания в виде штрафа, так как она нигде не работает, не имеет заработной платы или иного дохода, в связи с чем суд не усматривает положительного влияния данного наказания на исправление осужденной. Кроме того, назначение данного вида наказания способно оказать отрицательное влияние на условия жизни её семьи. Наказание в виде исправительных работ суд полагает излишне суровым, в то время как обязательные работы и привлечение ФИО2 к общественно полезному труду, по мнению суда, способны обеспечить достижение целей наказания в рассматриваемом случае. Также суд учитывает семейное положение подсудимой, наличие проживающей совместно с ней матери и тот факт, что ее малолетняя дочь, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проходит обучение в интернате, в связи с чем отбывание ФИО2 наказания в виде обязательных работ не окажет отрицательного влияния на условия жизни ее семьи. При таких условиях, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, роли подсудимой в его совершении, данных о личности подсудимой, наличия совокупности смягчающих наказание обстоятельств и отсутствия обстоятельств, отягчающих наказание, суд полагает необходимым назначить ФИО2 наказание в виде обязательных работ в пределах санкции ч.2 ст.158 УК РФ.

Суммы, выплаченные адвокату Кашетову М.У. – 11328 рублей за оказание юридической помощи подсудимому ФИО1 в ходе предварительного расследования уголовного дела и 8640 рублей за оказание юридической помощи подсудимому в ходе судебного заседания, всего на сумму 19968 рублей, в соответствии со ст.131 УПК РФ являются процессуальными издержками. Оснований для освобождения осужденного ФИО1 от уплаты процессуальных издержек суд не усматривает в связи с его согласием на взыскание, трудоспособностью и возможностью получения им денежного дохода при трудоустройстве.

Суммы, выплаченные адвокату Абатаевой М.Ж. – 11328 рублей за оказание юридической помощи подсудимой ФИО2 в ходе предварительного расследования уголовного дела и 8640 рублей за оказание юридической помощи подсудимой в ходе судебного заседания, всего на сумму 19968 рублей, в соответствии со ст.131 УПК РФ являются процессуальными издержками. Оснований для освобождения осужденной ФИО2 от уплаты процессуальных издержек суд не усматривает в связи с ее согласием на взыскание, трудоспособностью и возможностью получения ей денежного дохода при трудоустройстве.

Определяя судьбу вещественных доказательств, суд руководствуется ч.3 ст.81 УПК РФ, в соответствии с требованиями которой автомобиль марки УАЗ с государственным регистрационным знаком № подлежит возвращению свидетелю Свидетель №2; два полимерных пакета с козьим пухом общим весом 11 кг 340 г – оставлению в распоряжении потерпевшего Потерпевший №1

Гражданский иск по делу не заявлен.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.303-304, 307-309 УПК РФ, 

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного п.п.«а», «б» ч.2 ст.158 УК РФ и назначить ему наказание в виде 200 часов обязательных работ.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения, затем – отменить.

Признать ФИО2 виновной в совершении преступления, предусмотренного п.п.«а», «б» ч.2 ст.158 УК РФ и назначить ей наказание в виде 240 часов обязательных работ. 

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения, затем – отменить.

Вещественные доказательства после вступления приговора в законную силу: автомобиль марки УАЗ с государственным регистрационным знаком № возвратить свидетелю Свидетель №2; два полимерных пакета с козьим пухом общим весом 11 кг 340 г оставить в распоряжении потерпевшего Потерпевший №1

На основании ч.ч.1 и 2 ст.132 УПК РФ взыскать с ФИО1 процессуальные издержки в размере 19968 (Девятнадцать тысяч девятьсот шестьдесят восемь) рублей.

На основании ч.ч.1 и 2 ст.132 УПК РФ взыскать с ФИО2 процессуальные издержки в размере 19968 (Девятнадцать тысяч девятьсот шестьдесят восемь) рублей.

Приговор может быть обжалован в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Алтай в течение 10 дней с момента провозглашения через Кош-Агачский районный суд. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья А.А. Панин