УИД 42 RS 0032-01-2019-000888-72 

Дело № 2-26/2020 

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

«16» ноября 2020 год г. Прокопьевск

Рудничный районный суд г. Прокопьевска Кемеровской области 

в составе председательствующего судьи Емельяновой О.В.,

при секретаре судебного заседания Заниздра Т.Н.,

с участием помощника прокурора г. Прокопьевска Раткевич И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Р к АО «СУЭК-Кузбасс» о внесении изменений в акт о несчастном случае на производстве, оспаривании вины в связи с несчастным случаем на производстве,

У С Т А Н О В И Л :

Истец Р обратился в суд с требованиями об оспаривании акта о несчастном случае на производстве от 08.02.2019г. в части определения его вины в связи с получением травмы, компенсации морального вреда в сумме 100 000,00 рублей.

В ходе рассмотрения дела истцом уточнены требования (т. 2 л.д. 32), в которых просит признать незаконным акт 

<

...> о несчастном случае на производстве от 08.02.2019г. по форме Н-1, составленный АО «СУЭК-Кузбасс» Шахтопроходческое управление в связи с травмой, полученной им 11.01.2019г. в части выводов комиссии:

- в п. 8.2 относительно полученных повреждений и тяжести причиненного вреда здоровью;

- в п. 9 относительно причин несчастного;

- в. 10 относительно лиц, допустивших нарушение требований охраны труда.

В связи с этим Р заявлены требования о возложении на ответчика обязанности составить акт о несчастном случае на производстве, в котором:

- в п. 8.2 о характере полученных им повреждений указать «закрытая черепно-мозговая травма в виде сотрясения головного мозга, закрытая травма позвоночника: переломы дуги слева 6-го шейного позвонка, компрессионные переломы тела 2,3-го грудных позвонков», о медицинском заключении о тяжести повреждения здоровья указать «тяжкое»;

- в п. 9 о причинах несчастного случая указать «несчастный случай на производстве произошел по вине работодателя, не организовавшего надлежащие безопасные условия труда для выполнения работниками своих трудовых обязанностей»;

- в п. 10 о лицах, допустивших нарушение требований охраны труда, исключить из числа таковых З

Кроме того, заявлено требование о компенсации морального вреда в сумме 100 000,00 рублей, которое в судебном заседании не поддержал уточнив требования таким образом в сторону уменьшения.

Требования истца мотивированны тем, что в связи с работой на предприятии АО «СУЭК-Кузбасс» шахтоуправление Талдинское-Западное шахта Талдинская-Западная-2 проходчиком 5 разряда подземным, при исполнении трудовых обязанностей был травмирован. 

На основании приказа 

<

...>к от 24.12.2018г. в связи с производственной необходимостью был направлен для выполнения работ в АО «СУЭК-Кузбасс» Шахтопроходческое управление с 25.12.2018г. по 24.01.2019г. 

10.01.2019г. в третью смену (с 01 час до 09 час) заместителем начальника участка 

<

...> АО «СУЭК-Кузбасс» Шахтопроходческое управление З выдан наряд на проведение и крепление горной выработки, фланговый путевой квершлаг на пласт 69 звену в составе проходчиков: его, К под руководством горного мастера О 

11.01.2019г. в 05:30 час. производя работы по возведению рамы арочной крепи в горной выработке – фланговый путевой квершлаг на пласт 69, он стоял на монтажной полке и поддерживал верхняк арочной крепи, в то время, когда проходчик Ф, стоя рядом на монтажной полке спиной к нему Р), производил затяжку гаек на соединительном замке для крепления стойки и верхняка арочной крепи между собой. 

При производстве работ от груди забоя горной выработки откололась часть массива и ударила его Р по голове, шейному и верхнему грудному отделу позвоночника, от этого удара он упал с рабочего полка с высоты около 1,8 метра на почву горной выработки, в результате чего получил телесные повреждения. 

Считая на тот момент полученные повреждения незначительными, первоначально он отказался от оформления акта Н-1 о несчастном случае на производстве, однако, 15.01.2019г. обратился в администрацию предприятия с заявлением о расследовании несчастного случая.

Комиссией проведено расследование, в результате которого установлен факт произошедшего с ним несчастного случая на производстве; составлен акт 

<

...> о несчастном случае на производстве по форме Н-1 от 08.02.2019г.

Согласно п. 8.2 указанного акта «Характер полученных повреждений и орган, подвергшийся повреждение, медицинское заключение о тяжести повреждения здоровья», ему причинены следующие повреждения: ушиб шейного отдела позвоночника, межлопаточной области, повреждение связок левого голеностопного сустава. 

Согласно «Схеме определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве», указанное повреждение относится к категории легких. Запись внесена на основании медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести 

<

...> от 17.01.2019г., выданного ГБУЗ КО «Прокопьевская городская поликлиника» поликлиническое отделение 

<

...>.

Заключение о причиненных ему в результате произошедшего несчастного случая на производстве телесных повреждений и тяжести вреда здоровью «легкое» в акте о расследовании несчастного случая на производстве указаны на основании медицинских документов после первичного осмотра в медицинском учреждении без проведения детального осмотра и обследования. Впоследующем проходил стационарное лечение в ГБУЗ КО «ОКОХБВЛ» г. Прокопьевска.

Также ссылается на заключение судебно-медицинской экспертизы в 

<

...>ном отделении ГБУЗ КО КОКБСМЭ 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ., согласно выводов которого, ему причинены:

- закрытая черепно-мозговая травма в виде сотрясения головного мозга, что подтверждается неврологическими симптомами (установочный нистагм при взгляде в стороны, пошатывание в позе Ромберга, при выполнении пальценосовой пробы интенция с обеих сторон; положительная ортостатическая проба, проба Шеллона; гипергидроз ладоней);

- закрытая травма позвоночника: переломы дуги слева 6-го шейного позвонка, компрессионные переломы тела 2, 3-го грудных позвонков, что подтверждается данными СКТ от 14.01.2019г.

Данные повреждения могли образоваться от воздействия твердым тупым предметом, возможно в результате падения тяжести в область головы и согнутой шеи, одномоментно, поэтому в совокупности, квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Возможность образования данных повреждений при обстоятельствах, указанных в постановлении, а именно «…11.01.2019г. … с высоты около одного метра на затылочную область головы, на всю поверхность шеи и по верху лопаток, упал огромный кусок угля…», не исключается.

Таким образом, считает, что вывод комиссии, изложенный в п. 8.2 Акта о причиненных ему в результате несчастного случая на производстве телесных повреждениях и тяжести вреда здоровью, противоречит фактическим обстоятельствам, установленным заключением судебно-медицинского эксперта.

Кроме этого, в п. 9 акта должны быть указаны причины несчастного случая. Согласно выводам комиссии, изложенным в акте от 08.02.2019г., факты нарушения со стороны работодателя не выявлены, а указано следующее: «Причины несчастного случая: нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда:

- 9.1.1. Применение опасных приемов труда: не произведена оборка отслоившейся горной массы кровли и бортов выработки, нарушение п. 3.10 «Инструкции по охране труда для проходчика», п. 3.5. «Паспорта на проведение и крепление флангового путевого квершлага на пласт 69»;

- 9.1.2. Возведение арочной крепи без предварительной установки анкерной крепи первого уровня, нарушение п. 3.2. «Паспорта на проведение и крепление флангового путевого квершлага на пласт 69»;

- 9.1.3. При производстве работ на высоте более 1,5 м не применялась страховочная привязь, нарушение п. 3.4. «Паспорта на проведение и крепление флангового путевого квершлага на пласт 69».

С данными выводами комиссии он также не согласен, поскольку не соответствуют фактическим обстоятельствам произошедшего.

Указывает, что оборка отслоившейся горной массы кровли и бортов выработки была произведена в полном объеме, а также возведение арочной крепи было осуществлено с предварительной установкой анкерной крепи первого уровня. 

Данные обстоятельства подтверждаются его пояснениями, а также пояснениями заместителя начальника участка З горного мастера О., проходчиков К А 

В этой связи, считает необоснованным вывод комиссии по расследованию несчастного случая на производстве о таких причинах несчастного случая, произошедшего с ним, как нарушение им трудового распорядка и дисциплины, указанных в п. 9.1.1 и п. 9.1.2.

Согласно п. 9.1.3 комиссия по расследованию несчастного случая на производстве решила, что одной из причин несчастного случая явилось то, что он при производстве работ на высоте более 1,5 метров не применял страховочную привязь, нарушил п. 3.4 «Паспорта на проведение и крепление флангового путевого квершлага на пласт 69». 

Указывает, что действительно допустил нарушение требований охраны труда, не применив страховочную привязь, однако, это нарушение не явилось причиной несчастного случая, так как страховочная привязь не предотвратила бы отслоение части массива горной выработки и удар ему по голове, и, как следствие, причинение выявленных телесных повреждений, относящихся к категории тяжких, так как повреждения он получил при исполнении должностных обязанностей на производстве и в результате удара частью массива горной выработки, а не в результате того, что от удара упал на почву горной выработки.

Считает, что несчастный случай на производстве произошел с ним по вине работодателя, не организовавшего надлежащие безопасные условия труда для выполнения работниками своих трудовых обязанностей.

Кроме того, в п. 10.1 Акта указано, что он допустил нарушение требований охраны труда, которые соответствуют нарушениям, перечисленным в п. 9 указанного Акта, что также считает несоответствующим фактическим обстоятельствам произошедшего и подлежащим изменению.

В судебном заседании истец Р и его представитель адвокат Р действующий на основании ордера, уточненные исковые требования поддержали в полном объеме. 

В судебном заседании представитель ответчика АО «СУЭК-Кузбасс» Шахтопроходческое управление М., действующая на основании доверенности, исковые требование не признала, поддержав ранее изложенные возражения, согласно которым, по результатам расследования комиссия пришла к выводу о том, что травма получена Р является производственной, имела место грубая неосторожность истца 25 %. 

Как установлено комиссией, грубая неосторожность выражена в нарушении п. 3.10. Инструкции охраны труда, п. 3.5 паспорта ведения флангового путевого верхняка на пласте 

<

...>; п. 3.2 и п. 3.4 данного паспорта, с которыми Р был ознакомлен и не отрицает указанное обстоятельство. 

Из паспорта проведения крепления низ флангового путевого верхняка на пласте 69, колебания мощности которого обусловлено отщеплением в кровли верхней пачки. Непосредственно кровля представлена мелкозернистая, которая относится к неустойчивому и легкообрушаемому типу. Также данным паспортом предусмотрена необходимость проведения тщательной оборки кровли и ботов забоя выработки от нависших кусков породы металлическими и длинной не менее 3 метров из под закрепленного пространства, а также монтируется временная предохранительная крепь, что исключает падение отслоившейся породы с кровли забоя.

Таким образом, по мнению ответчика, со стороны Р имело место непринятие достаточных мер по обеспечению личной безопасности; Р. применил опасный метод работы: приступил, не убедившись в качественной оборки забоя; производил работы на высоте более 1,5 м без применения страховой привязи; приступил к возведению арочной крепи, предварительно не установив промежуточную анкерную крепь. 

Также ссылается на постановление Минтруда 

<

...> от 24.10.2002г., относительно требований об оспаривании п. 8.2 несчастного случая, - несчастный случай, квалифицированный комиссией либо государственным инспектором труда, проводивший их расследование как несчастный случай на производстве подлежат оформлению актом о несчастном случае на производстве по форме второй, предусмотренной приложением 

<

...> настоящего Постановления, Также само содержание акта формы Н-1 должно соответствовать выводам комиссии либо государственного инспектора труда, проводившего расследование несчастного случая на производстве. В акте подробно излагаются все обстоятельства и причины несчастного случая на производстве, а также указываются лица, допустившие нарушения установленных нормативных требований. Форма акта о несчастном случае утверждена. Ввиду вышеизложенного акт Н-1 о несчастном случае на производстве не противоречит форме, утвержденной вышеуказанным постановлением Минтруда, следовательно, не может быть признан незаконным в данной части.

Представитель третьего лица ГУ Кузбасского Регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации филиал 

<

...> 

<

...> в суд не явился, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом; при этом представлен отзыв на исковое заявление (т. 1 л.д. 213), согласно которого в удовлетворении исковых требований истцу необходимо отказать. 

Так, согласно отзыва, представитель третьего лица полагает, что материалы учетного дела Р содержат медицинское заключение установленной формы 

<

...>, выданное ГАУЗ «Прокопьевская городская поликлиника» поликлиническое отделение 

<

...> с указанием диагноза «ушиб шейного отдела позвоночника, межлопаточной области, повреждение связок левого голеностопного сустава» по факту обращения пострадавшего впервые за медицинской помощью. 

На основании данного заключения ответчиком правомерно внесена запись в п. 8.2 Акта о несчастном случае на производстве № ё от 08.02.2019г., составленного по результатам расследования несчастного случая на производстве.

Также считает, что истцом нарушены положения ст. 231 Трудового кодекса РФ, работодателю не выдавалось предписаний об устранении нарушений установленного порядка расследования и учета несчастных случаев на производстве, соответственно требование о возложении на ответчика обязанности составить новый акт с указанием иного диагноза, по мнению третьего лиц, - необоснованны.

Также просит учесть, что истцом пройдена медико-социальная экспертиза на основании акта формы Н-1 от 08.02.2019г. 

<

...>, по результатам которой ему установлена утрата профессиональной трудоспособности, в связи с чем, назначена ежемесячная страховая выплата и рекомендованы меры реабилитации, а выдача нового акта повлечет утрату истцом права на получение ежемесячной страховой выплаты.

Считает, что истцом необоснованно заявлены требования об указании диагноза и степени тяжести вреда в медицинском заключении, поскольку выдача медицинского заключения не входит в компетенцию работодателя, а является обязанностью медицинской организации.

Учитывая сведения о надлежащем извещении третьего лица, а также поступившее заявления и отзыв, суд считает возможным рассмотреть заявленные требования в отсутствие представителя третьего лица.

Суд, заслушав доводы истца и его представителя, представителя ответчика, заключение помощника прокурора г. Прокопьевска Р полагавшей исковые требования истца подлежащими удовлетворению, изучив возражения третьего лица, исследовав письменные доказательства, в том числе показания свидетелей, приходит к следующему.

Согласно ч. 1, 3 ст. 227 Трудового кодекса РФ расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли: в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни;

Обязанность работодателя производить расследование несчастных случае на производстве предусмотрена ст. 228 Трудового кодекса РФ.

Так, в соответствии со ст. 229 Трудового кодекса РФ, для расследования несчастного случая на производстве в организации работодатель незамедлительно создает комиссию в составе не менее трех человек. В состав комиссии включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители профсоюзного органа или иного уполномоченного работниками представительного органа, уполномоченный по охране труда. Комиссию возглавляет работодатель или уполномоченный им представитель. Состав комиссии утверждается приказом (распоряжением) работодателя. Руководитель, непосредственно отвечающий за безопасность труда на участке (объекте), где произошел несчастный случай, в состав комиссии не включается.

На основании собранных документов и материалов комиссия устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, определяет, был ли пострадавший в момент несчастного случая связан с производственной деятельностью работодателя и объяснялось ли его пребывание на месте происшествия исполнением им трудовых обязанностей, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством, определяет лиц, допустивших нарушения требований безопасности и охраны труда, законов и иных нормативных правовых актов, и определяет меры по устранению причин и предупреждению несчастных случаев на производстве.

Если при расследовании несчастного случая с застрахованным комиссией установлено, что грубая неосторожность застрахованного содействовала возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, то с учетом заключения профсоюзного органа или иного уполномоченного застрахованным представительного органа данной организации комиссия определяет степень вины застрахованного в процентах (ст.229.2 ТК РФ).

В соответствии со ст. 230 Трудового кодекса РФ по каждому несчастному случаю на производстве, вызвавшему необходимость перевода работника в соответствии с медицинским заключением на другую работу, потерю работником трудоспособности на срок не менее одного дня либо повлекшему его смерть, оформляется акт о несчастном случае на производстве в двух экземплярах на русском языке либо на русском языке и государственном языке соответствующего субъекта Российской Федерации.

Результаты расследования несчастных случаев на производстве рассматриваются работодателем с участием профсоюзного органа данной организации для принятия решений, направленных на профилактику несчастных случаев на производстве.

В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая на производстве, а также указаны лица, допустившие нарушения требований безопасности и охраны труда. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению или увеличению размера вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, определенная комиссией по расследованию несчастного случая на производстве.

Акт о несчастном случае на производстве подписывается членами комиссии, утверждается работодателем (уполномоченным им представителем) и заверяется печатью, а также регистрируется в журнале регистрации несчастных случаев на производстве.

Работодатель (уполномоченный им представитель) в трехдневный срок после утверждения акта о несчастном случае на производстве обязан выдать один экземпляр указанного акта пострадавшему. Второй экземпляр акта о несчастном случае вместе с материалами расследования хранится в течение 45 лет по месту работы пострадавшего на момент несчастного случая на производстве. При страховых случаях третий экземпляр акта о несчастном случае и материалы расследования работодатель направляет в исполнительный орган страховщика (по месту регистрации в качестве страхователя).

Согласно ст. 212 Трудового кодекса РФ работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций.

Судом установлено, что АО «СУЭК-Кузбасс» является действующим предприятием, основным видом деятельности которого является добыча угля, за исключением антрацита, угля коксующегося и угля бурого, подземным способом (выписка из ЕГРЮЛ, т.1, л.д. 148).

Согласно акту 

<

...> от 08.02.2019г. по форме Н-1, 11.01.2019г. в 05:30 час с Р, являющимся проходчиком 5-го разряда подземный, произошел несчастный случай при следующих обстоятельствах (л.д. 11 т. 1):

- в забое горной выработки – фланговый путевой квершлаг на пл. 69 аО «СУЭК-Кузбасс» шахтоупрвление Талдинское-Западное шахта Талдинская-Западная-2 Фланговый путевой квершлаг на пл. 69 является капитальной горной выработкой, проводимой комбайновым способом. Крепление горной выработки арочное А-19\27, расстояния между рамами крепи составляет 0,5 м, кровля горной выработки перетянуты железобетонной затяжкой, бока – решетчатой металлической затяжкой. Кровля горной выработки дополнительно крепится анкерной крепью между рамами арочной крепи. Ширина горной выработки в свету составляет 5,42 м, высота 4, 24 м. для возведения арочной крепи применяется монтажный полок заводского изготовления из металла. Почва выработки имеет неровности. Освещение выработки происходит за чет индивидуальных головных светильников; 

- при производстве работ по возведению рамы арочной крепи в горной выработке – фланговый путевой квершлаг на пласт 69, Р. стоял на монтажной полке и поддерживал верхняк арочной крепи, в это время проходчик Ф стоя рядом на монтажной полке спиной к Р производил затяжку гаек на соединительном замке для крепления стойки и верхняка арочной крепи между собой. При производстве работ от груди забоя горной выработки откололась часть массива и ударила Р по голове, шейному и верхнему грудному отделу позвоночника, от удара Р упал с рабочего полка с высоты около 1,8 метра на почву горной выработки, в результате чего получил телесные повреждения, согласно выписного эпикриза: сочетанная травма, позвоночная травма, копрессионные стабильные неосложенные переломы тел Th 2, Th 3 позвонков типа А 1 (AO ASIF), перелом дуги С6 позвонка слева, сотрясение головного мозга, ушиб мягких тканей головы, шейной области (т. 1 л.д. 15). 

Причинами, вызвавшими несчастный случай (п. 9 акта), квалифицированные по материалам расследования несчастных случаев явилось:

применение Р опасных методов работы при возведении крепи, не убедившись в качестве оборки забоя, чем нарушены п. 3.10 Инструкции по охране труда для проходчиков; 

производил работы на высоте более 1,5 метров без применения страховочной привязи, чем нарушил требования п. 3.4 Паспорта на проведение и крепление флангового путевого квершлага на пл. 69; 

приступил к возведению арочной крепи, предварительно не установив промежуточную анкерную крепь, чем нарушил п. 3.2 Паспорта на проведение и крепление флангового путевого квершлага на пл. 69». 

В результате несчастного случая Р установлено 25 % степени вины работника, в связи с несчастным случаем на производстве 11.01.2019г.

Согласно заключению эксперта 

<

...> от 11.02.2019г. (т. 1 л.д. 16-19) 

<

...> отделения ГБУЗ КО ОТ КОКБСМЭ, Р. причинены:

- закрытая черепно-мозговая травма в виде сотрясения головного мозга, что подтверждается неврологическими симптомами (установочный нистагм при взгляде в стороны, пошатывание в позе Ромберга, при выполнении пальценосовой пробы интенция с обеих сторон; положительная ортостатическая проба, проба Шеллона; гипергидроз ладоней);

- закрытая травма позвоночника: переломы дуги слева 6-го шейного позвонка, компрессионные переломы дуги слева 6-го шейного позвонка, компрессионные переломы тела 2, 3-го грудных позвонков, что подтверждается данными СКТ от 14.01.2019г.

Данные повреждения могли образоваться в срок, указанный в постановлении, от воздействия (ий) твердым тупым предметом (предметами), возможно в результате падения тяжести в область головы и согнутой шеи, одномоментно, поэтому в совокупности, квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты трудоспособности не менее чем на одну треть. Возможность образования данных повреждений при обстоятельствах, указанных в постановлении, а именно «...ДД.ММ.ГГГГ... с высоты около одного метра на затылочную область головы, на всю поверхность шеи и поверху лопаток, упал огромный кусок угля...» не исключается. 

Согласно заключения дополнительной судебно-медицинской экспертизы от 30.07.2019г. (т. 1 л.д. 142-143) Р причинены:

- закрытая черепно-мозговая травма в виде сотрясения головного мозга, что подтверждается неврологическими симптомами (установочный нистагм при взгляде в стороны, пошатывание в позе Ромберга, при выполнении пальценосовой пробы интенция с обеих сторон, положительная ортостатическая проба, проба Шеллона, гипергидроз ладоней), ушиб мягких тканей головы;

- закрытая травма позвоночника: переломы дуги слева 6-го шейного позвонка, компрессионные переломы тела 2, 3-го грудных позвонков, ушиб мягких тканей шеи, что подтверждается данными СКТ от 14.01.2019г., данными клинического обследования, динамическим наблюдением.

Данные повреждения могли образоваться в срок, указанный в постановлении (11.01.2019г.), одномоментно, от одного воздействия массивного твердого тупого предмета, в область головы и шеи (...с высоты около одного метра на затылочную область головы, на всю поверхность шеи и по верху лопаток, упал кусок угля...), поэтому квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Истец, не оспаривая обстоятельства несчастного случая произошедшего с ним 11.01.2019г., указывает на отсутствие в его действиях нарушений ст. 21, ст. 214 ТК РФ, состоящих в причинно-следственной связи с наступившими последствиями, полагая вину работодателя в связи с несчастным случаем на производстве равной 100%.

В ст. 21 Трудового кодекса РФ указано об обязанности работника добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину; выполнять установленные нормы труда; соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда; бережно относиться к имуществу работодателя (в том числе к имуществу третьих лиц, находящемуся у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества) и других работников; незамедлительно сообщить работодателю либо непосредственному руководителю о возникновении ситуации, представляющей угрозу жизни и здоровью людей, сохранности имущества работодателя (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества).

В соответствии со ст. 214 Трудового кодекса РФ работник обязан: соблюдать требования охраны труда, установленные законами и иными нормативными правовыми актами, а также правилами и инструкциями по охране труда; правильно применять средства индивидуальной и коллективной защиты; проходить обучение безопасным методам и приемам выполнения работ по охране труда, оказанию первой помощи при несчастных случаях на производстве, инструктаж по охране труда, стажировку на рабочем месте, проверку знаний требований охраны труда; немедленно извещать своего непосредственного или вышестоящего руководителя о любой ситуации, угрожающей жизни и здоровью людей, о каждом несчастном случае, происшедшем на производстве, или об ухудшении состояния своего здоровья, в том числе о проявлении признаков острого профессионального заболевания (отравления); проходить обязательные предварительные (при поступлении на работу) и периодические (в течение трудовой деятельности) медицинские осмотры (обследования).

Для объективного, всестороннего и полного рассмотрения дела по существу назначена судебная экспертиза в целях проверки обоснованности доводов как стороны истца, так и стороны ответчика (л.д. 60 т. 2). 

Согласно выводов экспертного заключения 

<

...> ООО «НИИСЭ» от 10.07.2020г. (т. 2 л.д. 78-88), Р 

- не нарушил требование п. 3.10. «Инструкции по охране труда для проходчика». Оборка отслоившейся горной массы с кровли и бортов выработки была проведена в соответствии с Инструкцией. 

- нарушил требование п. 3.4 «Паспорта на проведение и крепление флангового путевого квершлага на пласт 69» (не использовал предохранительной привязи при работе на высоте).

- не нарушил требование п. 3.2, т.к. этот пункт предусматривает организацию работ при проведении выработки проходческим комбайном и технологию возведения анкерной и арочной крепи, а в должностные обязанности проходчика 5 разряда подземного, организация работ не входит.

- не нарушил п. 3.5 «Паспорта на проведение и крепление флангового путевого квершлага на пласт 69», т.к. арочная крепь возводилась в соответствии с предусмотренной технологией.

Нарушение п. 3.4 Паспорта на проведение и крепление флангового путевого квершлага на пл. 69 не находится в причинной связи с происшедшим 11.01.2019г. с Р несчастным случаем на производстве.

При этом, эксперт пришел к выводу, что вина р в произошедшим с ним несчастном случае на производстве 11.01.2019г. не усматривается. Действия Р не способствовали происшедшему несчастному случаю на производстве и вызваны обстоятельствами непреодолимой силы.

Требование п. 3.4 «Паспорта на проведение и крепление флангового путевого квершлага на пласт 69», который предписывает иметь исправную предохранительную привязь и быть надежно пристегнутым ею к элементам анкерной крепи при работе на высоте были Р нарушены, но не могли повлиять на выброс горной массы (куска угля), поэтому не имеют связи с несчастным случаем на производстве 11.01.2019г., вина Р в происшедшем не усматривается. 

В действиях Р грубая неосторожность не усматривается. Имела место простая небрежность в связи с несоблюдением п. 3.4. Паспорта на проведение и крепление флангового путевого квершлага на пласт 69. Данное нарушение в причинной связи с происшедшим 11.01.2019г. с Р. несчастным случаем на производстве не состоит. 

Оценивая экспертные заключения, суд пришел к выводу о допустимости полученных судом экспертных исследований, поскольку исследования проведены компетентными лицами, заключения экспертов оформлены надлежащим образом и фактически соответствует проведенным исследованиям, отвечают требованиям ст. 87, 187 ГПК РФ и ФЗ «О государственной экспертной деятельности в РФ», содержат полные ответы на все поставленные вопросы, ссылки на примененные методики и другие необходимые данные, эксперты предупреждены о наступлении уголовной ответственности, выводы экспертов являются научно обоснованными. Оснований для сомнения в объективности экспертных исследований, а также компетентности экспертов, суд не усмотрел. Эти доказательства суд признает достоверными и допустимыми доказательствами по делу при разрешении заявленных требований.

Вместе с тем, оценивая доводы ответчика в совокупности с заключением эксперта ООО «НИИСЭ» от 10.07.2020г., суд учитывает, что часть экспертных исследований основано на свидетельских показаниях, которыми также руководствовался ответчик при проверке условий наступления несчастного случая с Р и которые были допрошены в судебном заседании.

Свидетель О (л.д. 116 оборот т. 1) пояснял, что работал в смене с Р ДД.ММ.ГГГГ-11.01.2019г., являлся мастером, допустил Р к работе без страховочной привязи; им выдали наряд на выработку забоя. Р был на полке высотой выше полутора метров, обирал забой комбайнер, борта кровли обирали рабочие. Крепили анкера находились по бокам по три арки, затем возвели временную крепь. Затем услышал шум, что что-то отслоилось от забоя, и сразу Р закричал. Прибежал в забой, увидел, что рядом с Р. лежал комок горной массы, помогли Р встать. Страховочной привязи на Р не было, т.к. висела по левому борту. Свидетель указал, что данная выработка имеет свойства отслоения горной массы; нарушения Р заключались только в отсутствии страховочной привязи. 

Свидетель Г суду пояснял (т. 1 л.д. 117), что 11.01.2019г. в 06-30 час по телефону ФИО1 сообщил о несчастном случае с Р.В – отслоился комок от груди забоя, который сбил Р с полка, в результате чего тот упал; грудь забоя не крепится, исключить возможность отслоения от груди забоя невозможно. 

Свидетель З суду пояснял (т. 1 л.д. 117 оборот), что 10.01.2019г. получили наряд на крепление выработки забоя, в том числе и Р Перед выработкой комбайнер обобрал, поставили временную крепь, обурили борта, поставили стойки, огниво соединял со стойками Р и ФИО2: ФИО2 держал стойку, а Р стоял на полку около 1,5 метров, соединял огниво со стойкой; он в это время осматривал комбайн. Затем услышал шум – Р упал с полка, вывели его на пути. Отслоение угля произошло с груди забоя ввиду специфики горных условий, а также наличии воды в забое, в связи с чем и происходит отслоение горной массы. При этом, грудь забоя нельзя прихватить. Также указал, что на Р отсутствовала страховочная привязь, в этом заключалось его нарушение; он это видел, но допустил Р до осуществления крепи забоя.

Свидетель К суду пояснял (т. 1 л.д. 118), что 10.01.2019г. работал в смене с Р по проведению выработки; он должен был проводить крепление выработки. ФИО3 находился на полке, ближе к груди забоя, производил крепление стоики с огнивом скрепляющим хомутом, с ним был ФИО2. В этот момент произошло обрушение с груди забоя, вырвало кусок угля. От этого ФИО2 начал падать в его сторону, а Р вблизи забоя упал плашмя возле полка. Свидетель указал, что нормы техники безопасности были соблюдены, но страховочный пояс Р не надевал. Также указал, что перед креплением были обурены борта, возведена временная крепь; огниво монтируем с помощью временной крепи. Условия горно-геологические были сложные, т.к. забой был обводненный. 

Свидетель Ф суду пояснял (л.д. 118 т. 1), что 10.01.2019г. работал с Р по выполнению наряд в 3-ей смене на проведение выработки: отрубили, обобрали, борта отбурили, начали крепить, стойки поставили. После того как повесили огниво и закрепили правую сторону, он, стоя на полке, Р залез ему помогать придерживать хомут, а он одевал накладку. В этот момент с груди забоя выпала порода. Он отскочил в левую сторону, потом увидел, что возле Р лежащего внизу стоит мастер. Указал, что поскольку порода была обводненная, под давлением могла осыпаться, т.к. слабая. При этом указал, что страховочная привязь на Р не была одета. 

Свидетель Р суду пояснял (т. 1 л.д. 118 оборот), что 10.01.2019г. он работал с Р в одной смене, в эту смену Р получил травму. Момент травмы не видел, т.к. готовил хомуты. ФИО4 повернулся и увидел, что Р лежит возле комбайнера, т.к. на него что-то упало. Указал, что для безопасной работы отбурили забой, поставили временную крепь. Р. стоял на полке высотой около 1,3 метра, но страховочная привязь на нем не была надета. Поскольку забой был водянистый, то произошло отслоение из груди комка породы, отчего Р упал. 

Свидетель К суду пояснял (л.д. 119 т. 1), что 10.01.2019г. работали с Р в одну смену по выполнению наряда на крепление Р и бурение. В ходе крепления на Р из груди забоя обвалился большой комок породы и упала на него, ударив в шею и спину, после чего тот упал вниз. В тот момент он держал полог, а Р и ФИО2 стояли на полке. После удара у Р было тяжелое состояние, продолжать работать он не мог.

Оценивая свидетельские показания, суд признает их достоверными, поскольку согласуются между собой, свидетели предупреждались о наступлении уголовной ответственности по ст. 307, 308 УК РФ; какими-либо иными доказательствами эти показания свидетелей не опровергнуты. Соответственно суд признает их как допустимое доказательство по делу, в том числе при оценке экспертного заключения ООО «НИИСЭ» в котором имеются ссылки на данные, указанные свидетели при наступлении несчастного случая.

Кроме того, совокупность свидетельских показаний и фактически установленных экспертных исследований ООО «НИИСЭ» согласуется с заключениями судебно-медицинской экспертизы (в том числе дополнительной) относительно тяжести вреда здоровью, причиненного Р в связи травмой на производстве, поскольку заключениями СМЭ не исключена вероятность образования телесных повреждений при обстоятельствах, изложенных Р. – одномоментно от воздействия массивного твердого тупого предмета в область головы и шеи. Указанный вывод эксперта согласуется с показаниями свидетеля К.

Установив фактические обстоятельства произошедшего несчастного случая, суд пришел к убеждению об отсутствии в действиях Р грубой неосторожности, учитывая следующее.

В соответствии со ст. 229.2 Трудового кодекса РФ, комиссия по расследованию несчастного случая устанавливает - была ли допущена пострадавшим (застрахованным) работником грубая неосторожность: если при расследовании несчастного случая с застрахованным комиссией установлено, что грубая неосторожность застрахованного содействовала возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, то с учетом заключения профсоюзного органа или иного уполномоченного застрахованным представительного органа данной организации комиссия определяет степень вины застрахованного в процентах.

Однако само понятие грубой неосторожности пострадавшего, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью в результате произошедшего с ним несчастного случая, трудовым законодательством не определено, также как и не определена процедура принятия комиссией в отношении пострадавшего работника, а в некоторых случаях и лиц, находящихся на его иждивении.

Решение о возложении на пострадавшего ответственности за допущенные нарушения, приведшие к несчастному случаю, можно принять только после всесторонней проведенной проверки пострадавшего в части его подготовки по технике безопасности и охране труда, а также принятых мер по обеспечению его безопасности.

Как раз норма ст. 212 Трудового кодекса РФ обязывает работодателя обеспечить безопасность работников при эксплуатации оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций.

Исходя из выводов эксперта ООО «НИИСЭ» от 10.07.2020г., с учетом установленных по делу свидетельских показаний, которые суд признал допустимыми и достоверными, письменных материалов дела, суд пришел к убеждению о том, что вина работодателя в полученной Р травме на производстве равна 100%, а нарушений требований Р в части отсутствия на нем страховочной крепи не может быть расценена как вина работника, поскольку как пояснил свидетель З являющийся мастером участка и на которого возложены обязанности в том числе по соблюдению подчиненными требований безопасности, - видел, что на Р отсутствует страховочная крепь, однако допустил его до работы в груди забоя на полке, что относится к вине работодателя и не может быть расценено как часть вины работника, с учетом, что отсутствие страховочной привязи не состоят в причинной связи с наступившими последствиями у Р выразившиеся в получении вреда здоровью на производстве.

Вместе с тем, указанный вывод суд свидетельствует о субъективности показаний свидетеля И о том, что травма получена Р в связи с нарушением им требований безопасности ввиду отсутствия на нем страховочной привязи.

Так, указанный свидетель пояснял (т. 1 л.д. 132 оборот), что работает в шахтоуправление Талдинское-Западное шахта Талдинская-Западная-2, занимался расследованием несчастного случая с Р 11.01.2019г. Вина Р. в несчастном случае была установлена, поскольку им не была соблюдена техника безопасности. Грубая неосторожность выразилась в том, что работы производились на высоте, а на нем не была одета страховочная привязь, соответственно, он бы не получил такие телесные повреждения. К указанному выводу он пришел без проведения специальных исследований условий труда и является его заключением по результатам расследования несчастного случая. 

Таким образом, сведения, сообщенные свидетелем И., опровергаются показаниями иных свидетелей, которые суд признал достоверными и допустимыми (свидетели присутствовали при получении травмы Р, часть из них являлись очевидцами), а также выводами и исследовательской частью экспертного заключения ООО «НИИСЭ», где учитывались показания свидетелей в совокупности с особенностями труда Р при получении им травмы 11.01.2019г.

Кроме того, суд не может принять как доказательство, опровергающее доводы истца показания специалиста В (т. 2 л.д. 19), которые указал на свою осведомленность относительно обстоятельств наступления несчастного случая, что противоречит требованиям ч. 1 ст. 188 ГПК РФ, согласно которой суд привлекает к рассмотрению в деле специалиста для получения консультаций, пояснений и оказания непосредственной технической помощи. Специалист В в судебном заседании указывал на субъективную оценку обстоятельств наступления несчастного случая с Р, что не входит в его компетенцию, соответственно не может быт принято в качестве допустимого доказательства по делу.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

Поскольку истец был освобожден от уплаты государственной пошлины, решение состоялось пользу истца, суд считает необходимым с учетом требований ст. 333.19 Налогового кодекса РФ взыскать с ответчика в доход федерального бюджета судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 рублей, а также по оплате за проведение судебной экспертизы условий труда в ООО «НИИСЭ» в сумме 80 000 рублей, согласно представленного экспертным учреждение счета. 

На основании выше изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования Р к ВАО «СУЭК-Кузбасс» о внесении изменений в акт о несчастном случае на производстве, оспаривании вины в связи с несчастным случаем на производстве, - удовлетворить.

Внести изменения в акт 

<

...> о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ-19г. по форме Н-1, составленный АО «СУЭК-Кузбасс» Шахтопроходческое управление в связи с травмой, полученной 11.01.2019г. Р:

- в п. 9, исключив сведения о нарушении Р нарушений трудового распорядка и дисциплины;

- снять с Р вину в размере 25%, определив вину работодателя равную 100 %.

Взыскать с АО «СУЭК-Кузбасс» государственную пошлину в доход государства 300 рублей.

Взыскать с АО «СУЭК-Кузбасс» в пользу ООО «НИИСЭ» судебные расходы в связи с проведением судебной экспертизы условий труда в сумме 80 000,00 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Кемеровский областной суд через суд принявший решение.

Мотивированное решение изготовлено 23.11.2020г.

Председательствующий: подпись О.В. Емельянова.

Подлинный документ находится в материалах гражданского дела №2-26/2020 (УИД 42 RS 0032-01-2019-000888-72) в Рудничном районном суде г.Прокопьевска Кемеровской области.

УИД 42 RS 0032-01-2019-000888-72

Дело № 2-26/2020