Дело № 2-447/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 марта 2021 года г. Медногорск

Медногорский городской суд Оренбургской области 

в составе:

председательствующего судьи Удотова С.Л.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Доценко А.В., секретарем Блещенко И.А., 

с участием:

истцов ФИО1, ФИО2,,

их представителя ФИО3, действующего на основании нотариальной доверенности, 

представителя ответчика ОАО «РЖД» ФИО4, действующей на основании доверенности, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 и ФИО2 к ОАО «Российские железные дороги» и публичному акционерному обществу «Ингосстрах» о компенсации морального вреда, и ФИО1 о взыскании расходов за ритуальные услуги, 

УСТАНОВИЛ:

истцы обратилась в суд с вышеуказанным исковым заявлением к ОАО «РЖД», в обоснование которого сослались на следующие обстоятельства.

**.**.**** в районе ... железнодорожным поездом был смертельно травмирован 

<

данные изъяты>, **.**.**** года рождения, который находился на железнодорожном пути. Истцам 

<

данные изъяты> приходился близким родственником. Причиной смерти 

<

данные изъяты> явилась железнодорожная травма. Несчастный случай произошел при использовании ответчиком ОАО «РЖД» транспортного средства, вследствие причинения вреда жизни источником повышенной опасности. В связи с гибелью 

<

данные изъяты> истцы испытывают нравственные страдания, боль утраты близкого человека.

Ссылаясь на указанное, опираясь на положения ст. ст. 1079, 1086, 1088, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, истцы просят суд взыскать с ответчика ОАО «РЖД» в свою пользу денежные средства, а именно ФИО1 – в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 1 000 000 рублей, расходы связанные с оформлением нотариальной доверенности и копий документов в размере 2230 рублей, расходы на ритуальные услуги 43 342 рубля, ФИО2 - в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 1 000 000 рублей, расходы связанные с оформлением нотариальной доверенности и копий документов в размере 2230 рублей.

В судебном заседании истцы ФИО1 и ФИО2 заявленные требования поддержали, настаивали на их удовлетворении по доводам и основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика ОАО «РЖД» ФИО4 в судебном заседании против удовлетворения иска возражала. При этом заявила ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве соответчика страховое публичное акционерное общество «Ингосстрах».

Определением от 15.01.2021 г. к участию в деле в качестве соответчика привлечено ПАО «Ингосстрах». 

Свои требования о компенсации морального вреда истцы в судебном заседании обосновали перенесенными нравственными и физическими страданиями, выразившимися в фактически невосполнимой утрате близкого человека. Поскольку смерть 

<

данные изъяты> была неожиданным событием, то явилась большим горем для их семьи. Все события, связанные с гибелью 

<

данные изъяты>, принесли истцам страх, ужас, страдания и переживания, все члены семьи фактически ощущали огромное чувство подавленности и отчужденности от мира. Горькие воспоминания о днях похорон по-прежнему присутствуют в памяти.

По фактическим обстоятельствам дела истец ФИО1 пояснила, что в последнее время она проживала вместе с 

<

данные изъяты> в многоквартирном доме, который находится возле железнодорожных путей. 

<

данные изъяты> было известно, что рядом проходят железнодорожные пути и что под железнодорожными путями был тоннель, по которому можно было безопасно перейти на другую сторону. В молодости он служил в армии, лежал в госпитале, не хотел служить, в связи с этим был случай, когда он повредил вены, после чего его комиссовали. После армии он работал на 

<

данные изъяты>. В молодости он употреблял наркотики, а последнее время злоупотреблял спиртным, в связи с чем сильно болел. Сам вызывал себе «скорую», бывало по 2 раза за вечер. За несколько дней до смерти он снова лежал в больнице, где его отходили от состояния запоя. Она его проведывала и он говорил, что надо бы поехать в ... на заработки. За день до смерти его выписали, примерно в * на такси его привезли домой. Вечером он был дома, ходил курил, ничего плохого не предвещало. Примерно в * она легла спать, утром проснулась и увидела, что его нет. Пришли из полиции, предложили пройти с ними на опознание, где выяснилось, что он попал под поезд. Потом ее допрашивали в следственном комитете, где она давала правдивые показания. Она очень сильно после его смерти переживала, чтобы успокоиться пила успокоительные капли, но к врачам не обращалась. В **.**.**** года с ней случился инсульт и она полагает, что причиной инсульта явились переживания, связанные с гибелью 

<

данные изъяты>, которого ей теперь не хватает. Она считает, что он не собирался уходить из жизни, так как никаких разговоров об этом не было. О наличии у него таких мыслей, она не знает. 

Истец ФИО2 по обстоятельствам дела пояснила, что является 

<

данные изъяты>. В детстве они росли вместе, он её встречал со школы, помогал во всём. После армии 

<

данные изъяты> принимал наркотики и был судим, потом работал на 

<

данные изъяты>, в теплицах, ездил на заработки по договорам частного найма в .... У него была семья, ребёнок, но потом они развелись и он стал жить отдельно от семьи с матерью в ее квартире. Последние семь лет она живёт отдельно от 

<

данные изъяты>, в другом доме, так как у неё своя семья. Ей известно, что последние годы 

<

данные изъяты> злоупотреблял алкоголем, из-за чего им приходилось вызывать для него «скорую», отвозили в больницу. Незадолго до смерти он также находился в больнице, где ему помогали выйти из запойного состояния. Первые дни после смерти состояние было крайне тяжелое, не воспринимала случившееся за реальное. Только спустя время осознали и свыклись с тем, что 

<

данные изъяты> теперь нет. До сих пор все это переживают. К врачам не обращались, но регулярно употребляли успокоительные. 

Представитель ответчика ОАО «РЖД» ФИО4, поддержав письменные возражения на иск и возражая против его удовлетворения, просила обратить внимание на то, что постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела установлен факт наступления смерти 

<

данные изъяты> в результате его собственных умышленных действий в состоянии алкогольного опьянения, направленных на причинение себе вреда (суицид). Полагает, что на данное обстоятельство указывает совокупность таких признаков и фактов, как очевидная осведомленность 

<

данные изъяты>, проживавшего всю жизнь вблизи железной дороги, о возможности безопасного перехода по тоннелю под путями и наоборот о невозможности этого по путям, так как с противоположной стороны путей очень крутой спуск без каких -либо лестниц. Однако, хорошо зная об этом, 

<

данные изъяты> сознательно поднялся и вышел на пути. Также 

<

данные изъяты> не мог не видеть проходивший мимо длинный состав. Также ответчик считает, что погибший был травмирован вагоном, а не локомотивом. Габариты вагона говорят о том, что 

<

данные изъяты> был травмирован нижней частью ходовой части вагона, а это значит, что для того, чтобы попасть головой под эту часть, 

<

данные изъяты> надо было либо специально для этого наклониться, либо его должны были толкнуть, либо кинуть. Последнее опровергается тем, что был отказ следователя по ст. ст. 105 и 110 УК РФ. Кроме того, на трупе 

<

данные изъяты> не было найдено никаких сопутствующих повреждений, кроме как 

<

данные изъяты>. Основная часть вагона является выступающей, поэтому при росте 

<

данные изъяты> * см и при движении поезда с малой скоростью * км/час, если бы он падал и его толкали бы, то он бы стукнулся и его откинуло в сторону, а тогда у него были бы сопутствующие повреждения на теле. Однако фактически тело 

<

данные изъяты> лежало относительно рельсов перпендикулярно и повреждения на теле были именно 

<

данные изъяты>. Это говорит о том, что он сам непосредственно наклонился и сам прыгнул под вагон. Таким образом, положение тела, в котором 

<

данные изъяты> был найден, свидетельствует о том, что это было именно умышленное самоубийство.

Кроме того, судебно-следственной экспертизой было установлено, что у погибшего помимо 

<

данные изъяты>, также были сопутствующие хронические заболевания: 

<

данные изъяты>. Все эти заболевания также могли способствовать ухудшению его состояния здоровья, из-за чего он мог захотеть совершить суицид. Согласно показаниям ФИО1, которые она давала следователю сразу после смерти 

<

данные изъяты>, в молодости он дважды резал себе вены, когда не хотел идти в армию, из-за чего был комиссован. Это, по мнению ответчика, говорит о том, что 

<

данные изъяты> мог совершить новую попытку суицида. 

Также ФИО1 следователю давала такие показания, которые свидетельствовали не в пользу заявленных ею в иске требований: говорила о том, что у них нет каких-либо тесных доверительных отношений, что он употреблял наркотики, смешивал их со спиртным, чувствовал себя очень плохо, вызывал себе постоянно «скорую помощь», однако потом не долечивался в наркологических отделениях и вынуждал ее забирать его оттуда; она просила его прекратить употреблять наркотики, но он ее не слушал. 

Таким образом, материалы доследственной проверки, медицинские экспертизы, техническая характеристика вагонов, объяснение машиниста, постановления об отказе в возбуждении уголовных дел, в их совокупности свидетельствуют о том, что в действиях пострадавшего имелся умысел на причинение себе вреда.

Напротив, отсутствие вины ОАО «РЖД» подтверждается тем, что в действиях машиниста вина не установлена; также наличием на месте травмирования предупреждающих знаков о том, что ходить по путям запрещено; наличием санкционированного места прохода непосредственно в том месте, где произошло транспортное происшествие.

Наличие в крови у погибшего алкоголя и нарушение им требований и правил нахождения на железнодорожных путях, в случае недоказанности факта суицида, говорит, по мнению ответчика, о наличии в его поведении грубой неосторожности и, следовательно, о необходимости снижения сумм компенсации морального вреда по правилам ст. 1083 ГК РФ. 

Относительно глубины нравственных страданий истцов, ответчик считает их недоказанными, поскольку между истцами и 

<

данные изъяты> в действительности, вопреки утверждениям истцов, не было серьезных доверительных отношений, 

<

данные изъяты> жил самостоятельной от них жизнью, их в свои мысли не посвящал. 

Свидетель 

<

данные изъяты> в судебном заседании пояснил, что работал и в настоящее время также продолжает работает машинистом электровоза ОАО «РЖД». В ночь на **.**.**** он управлял железнодорожным грузовым составом в количестве 50 вагонов, вечером выехал из ... в сторону станции ..., примерно в полночь, чуть позже, проезжал через .... По станции нельзя двигаться свыше * км/час, поэтому фактически ехали * км/ час. Электровоз состоял из трех секций, состав был длинный. Двигаясь по территории города смотрел по сторонам, чтобы не совершить наезд на человека. Когда проехал станцию ..., двигался по ... пути. По ходу движения слева от себя заметил мужчину, стоявшего около перил, которые поднимались снизу к железнодорожным путям, то есть не доходя до 1-го пути. Мужчина был в 

<

данные изъяты>. Не заметить движения поезда было нельзя, так как они подавали свисток, включены были ближний и дальний свет, работал мотор вентилятора, создававший большой шум. Когда под утро они приехали в ..., их там уже ожидали сотрудники полиции, которые сообщили, что по всей вероятности их составом был сбит человек. Работники следственных органов осмотрели их электровоз, отфотографировали его, контактных следов не обнаружили, опросили его и помощника, и рассказали, что у пострадавшего 

<

данные изъяты>. Потом в ... ему показали фотографии погибшего, найденного на железнодорожных путях. Опознал он мужчину по куртке и цветному капюшону, полагает, что это тот самый человек, которого он видел стоящим у перил. По фотографиям было понятно, что он как будто прыгнул «щучкой» под вагон. Свидетель считает, что если бы его толкнули, то были бы переломы на теле, так как у вагонов железные углы. 

Выслушав истцов, их представителя и представителя ОАО «РЖД», заключение помощника прокурора Кучерова В.И., полагавшего недоказанным факт суицида, а требования подлежащими удовлетворению частично с учетом грубой неосторожности 

<

данные изъяты>, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам. 

Согласно положениям ст. ст. 8, 307, 1064 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом. К числу таких оснований законом отнесено и причинение одним лицом вреда другому лицу, порождающее деликтное обязательство, в силу которого вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред, хотя обязанность по его возмещению может быть возложена законом и на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно статье 1079 ГК РФ юридические лица, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании.

Из разъяснений постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года №1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" следует, что в силу ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины. По смыслу ст. 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами. Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне. При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств (пункт 18).

Из содержания искового заявления, пояснений истцов в судебном заседании и представленного ими свидетельства о смерти * от **.**.**** усматривается, что 

<

данные изъяты>, **.**.**** года рождения, умер **.**.**** в ....

Из справки отдела ЗАГС администрации МО ... о смерти * от **.**.**** следует, что 

<

данные изъяты> умер **.**.**** как пешеход, пострадавший при столкновении с поездом или другим железнодорожным транспортном, в результате травматической ампутации частей головы. 

Согласно акту медицинского исследования трупа 

<

данные изъяты> * от **.**.****, при исследовании трупа обнаружены тупая сочетанная травма тела: 

<

данные изъяты>. Телесные повреждения образовались от ударных воздействий твердых тупых предметов с большой механической силой, например, частями железнодорожного транспорта, либо, при ударе о таковые, в быстрой последовательности, в срок незадолго до наступления смерти, причинены в короткий промежуток времени, и по этому признаку расцениваются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью человека. Смерть 

<

данные изъяты> наступила в результате травматического шока и отёка головного мозга, как закономерных осложнений тупой сочетанной травмы головы. Таким образом, между телесными повреждениями в виде 

<

данные изъяты> и наступлением смерти имеется прямая причинно - следственная связь. В крови от трупа 

<

данные изъяты> обнаружен этиловый спирт в концентрации *%, что у живых лиц соответствует легкой степени алкогольного опьянения.

По факту смертельного травмирования 

<

данные изъяты> Оренбургским следственным отделом на транспорте Уральского следственного Управления на транспорте Следственного комитета РФ была проведена доследственная проверка в порядке ст. 144-145 УПК РФ, по результатам которой в связи с отсутствием события преступления и отсутствием в действиях должностных лиц состава преступления **.**.**** вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

В ходе данной доследственной проверки осмотром места происшествия было установлено, что участок ... станции Медногорск не предназначен для перехода граждан или переезда транспортных средств. Железнодорожный путь имеет искусственное освещение в виде прожекторов на опорах контактной сети. Видимость в обе стороны составляет более 500 метров. Осматриваемый участок оборудован подземным тоннелем, посредством которого граждане переходят из одной части города в другую. С правой стороны от входа в тоннель имеется металлическая стационарная лестница (подъём), предназначенная для работников ОАО «РЖД» и не является сквозным проходом, то есть на противоположной стороне аналогичная лестница для спуска отсутствует. При подъеме по лестнице на жд пути в 5 метрах от подъема обнаружен труп 

<

данные изъяты> с признаками железнодорожного травмирования. На осматриваемой территории следы обуви иных людей на снегу обнаружены не были. На осмотренном участке местности следов борьбы, волочения также не обнаружено. От лестницы до трупа имелись следы обуви одного человека, принадлежащие 

<

данные изъяты>

Опрошенная в ходе проведенной проверки дежурная по станции Медногорск 

<

данные изъяты> показала, что **.**.**** в * часов * минут машинист поезда 

<

данные изъяты> по радиосвязи сообщил ей, что на ... лежит труп мужчины, после чего она вызвала на место работников ПЧ.

Опрошенный в ходе проверки машинист электровоза 

<

данные изъяты> показал, что в качестве машиниста электровоза в составе грузового поезда * в * часа * минуты выехал со станции ... до станции .... Станцию ... проезжал **.**.**** в * час * минут местного времени. На * км пикет 2 станции Медногорск он видел мужчину в 

<

данные изъяты>. Они двигались по четному нуги, а мужчина стоял за четными путями на обочине и их движению никак не препятствовал. В связи с чем экстренное торможение для предотвращения наезда не применяли. Их состав грузового поезда составлял более 50 вагонов, он не исключает, что если, человек планировал покончить жизнь самоубийством, то он вполне мог дождаться прохождения мимо него головного электровоза, а затем выбежать на путь и броситься под последние вагоны. 

Согласно справке по расшифровке скоростемерной ленты, снятой с локомотива * под управлением машиниста 

<

данные изъяты>, в * часа * минут поезд * проследовал станцию ... на проход со скоростью * км/час по зеленому огню на локомотивном светофоре, а в * часа * минут прибыл на станцию ....

Согласно акту служебного расследования транспортного происшествия, повлекшего причинение вреда жизни или здоровью граждан, не связанных с производством, на железнодорожном транспорте Центральной Дирекции инфраструктуры - филиала ОАО «РЖД» от **.**.**** - причиной транспортного происшествия явилось нарушение самим пострадавшим п.п. 6, 7, 10 Правил нахождения и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и прохода через железнодорожные нуги, утвержденные приказом Минтранса №18 от 08.02.2007. В соответствии с медицинским заключением от **.**.**** функциональное состояние машиниста 

<

данные изъяты> и помощника машиниста 

<

данные изъяты> в норме, алкогольного, наркотического и токсического опьянения не выявлено.

Из показаний ФИО1 следует, что с * лет пострадавший употреблял внутривенно наркотические средства, предпринимал попытки суицида (резал себе вены), часто смешивал алкоголь и наркотики. В последнее время 

<

данные изъяты> чувствовал себя значительно хуже из-за своего образа жизни, часто вызывал скорую помощь, когда болело сердце. Также, он часто лечился в наркологии, но до конца лечение не проходил, просил забрать его домой, что ею и делалось.

Проанализировав все имевшиеся материалах дела сведения, следователь пришел к выводу о том, что в действиях машиниста грузового поезда 

<

данные изъяты> и его помощника 

<

данные изъяты> отсутствует состав преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 263 УК РФ, поскольку они действовали в соответствии со своими должностными инструкциями и выполнили весь комплекс действий по безопасному управлению локомотивом в составе грузового поезда *. 

В соответствии со ст. 21 Федерального закона от 10.01.2003 г. №17-ФЗ "О железнодорожном транспорте в Российской Федерации" железнодорожные пути общего пользования и железнодорожные пути не общего пользования, железнодорожные станции, пассажирские платформы, а также другие связанные с движением поездов и маневровой работой объектов железнодорожного транспорта являются зонами повышенной опасности.

Следовательно, ОАО «РЖД» является юридическим лицом, которое занимается коммерческими железнодорожными перевозками и обязано обеспечивать необходимые условия для безопасности, людей на железной дороге. Прямой обязанностью ответчика является обеспечение безопасности на таком объекте как железнодорожный транспорт и ответчик обязан предпринимать все меры, чтобы не допустить травмирование граждан движущимися поездами.

Согласно сведениям эксплуатационного локомотивного депо ... электровоз * относится к Южно-Уральской железной дороге ОАО «РЖД». Из ходатайтсва ответчика о передаче дела по подсудности также следует, что подвижные составы находятся на балансе филиала ОАО «РЖД» - Дирекция тяги. 

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что описанное выше транспортное происшествие, в ходе которого был смертельно травмирован 

<

данные изъяты>, произошло при эксплуатации ответчиком ОАО «РЖД» источника повышенной опасности.

Данное обстоятельство ответчиками по делу ОАО «РЖД» и ПАО «Ингосстрах» не оспариваются. 

Доводы ответчика ОАО «РЖД» о наличии обстоятельств, освобождающих причинителя вреда от ответственности, не могут быть приняты во внимание, поскольку противоречат установленным по делу обстоятельствам и достаточными доказательствами не подтверждены.

Так, по смыслу положений ст. 1079 ГК РФ владелец источника повышенной опасности освобождается от возмещения вреда, если докажут, что вред причинен вследствие умысла потерпевшего. 

В данном случае бремя доказывания указанных обстоятельств (умысла потерпевшего на причинение вреда) лежит на причинителе вреда, однако таких допустимых и достаточных доказательств ответчиком не представлено.

В обоснование данных доводов ответчик ссылается на выводы следователя в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от **.**.****, который указал, что несмотря на то, что под местом травмирования имеется искусственная водопропускная труба, которая используется гражданами для перехода из одной части города в другую, 

<

данные изъяты> самостоятельно поднялся по оборудованной лестнице, ведущей на пути, предназначенной для монтеров путей, где бросился под проходящий поезд, положив руки и голову под поезд на рельсу. При этом, по мнению следователя, 

<

данные изъяты> дождался прохождения головного состава поезда и бросился под последние вагоны, чтобы локомотивная бригада не смогла предотвратить наезд на него.

Между тем, по убеждению суда данные выводы следователя носят предположительный характер, поскольку они основаны только на субъективном анализе данных о положении трупа 

<

данные изъяты> относительно железнодорожных путей, зафиксированных в протоколе осмотра места происшествия, в то время как ни одного объективного доказательства, указывающего на то, что 

<

данные изъяты> именно умышленно, сознательно, желая умереть, бросился под проезжавший мимо вагон, в материалах проверки нет. 

Так, очевидцев случившегося следователем не установлено, ситуационная экспертиза им не проводилась. Само по себе расположение головы потерпевшего на рельсах безусловно не указывает на его умысел на причинение себе смерти, поскольку, находясь в состоянии опьянения потерпевший мог упасть на железнодорожные пути.

Критически оценивая данные выводы следователя, суд также обращает внимание на то, что в рамках проверки, проводимой по факту смерти 

<

данные изъяты> психолого-психиатрической экспертизы для оценки эмоционально-психологического состояния потерпевшего непосредственно перед смертью не проводилось. Из показаний ФИО1 у следователя также не следует, что 

<

данные изъяты> планировал совершить самоубийство, тогда как в суде она наличие таких мыслей у сына отрицала. Предсмертных записок 

<

данные изъяты> обнаружено также не было.

Сами по себе имевшиеся у 

<

данные изъяты> болезни, а равно состояние опьянения (легкой степени тяжести) определенно не свидетельствуют о том, что эти обстоятельства оказали на душевное и эмоциональное состояние 

<

данные изъяты> такое влияние, которое побудило его совершить суицид.

Все вышеуказанные обстоятельства как отдельно, так и в их совокупности указывают лишь на возможность наличия у 

<

данные изъяты> желания совершить самоубийство, однако прямо, однозначно и безусловно в отсутствие подтверждения наличия у него таких размышлений, его не доказывают.

Объективных, официальных и достоверных данных о том, что 

<

данные изъяты> ранее совершал попытки самоубийства, страдал какими либо психическими расстройствам или имел психологические проблемы, обращался за соответствующей медицинской помощью, также не имеется.

С учетом изложенного, вопреки доводам ответчика, достаточных и объективных доказательств, подтверждающих, что смерть 

<

данные изъяты> наступила в результате его умысла, по делу не имеется и в этой связи предусмотренные законом оснований для освобождения ответчика от ответственности отсутствуют.

Поскольку доказательств тому, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего 

<

данные изъяты>, в материалах дела не имеется, в силу ч.1 ст. 1079 ГК РФ обязанность возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, несмотря на отсутствие вины должна быть возложена на его владельца – ОАО «РЖД». 

Довод ответчика о том, что ОАО «РЖД» является ненадлежащим ответчиком, поскольку его гражданская ответственность застрахована в СПАО «Ингосстрах», суд отклоняет по следующим основаниям.

Материалами дела подтверждается, что между СПАО «Ингосстрах» и ОАО «РЖД» **.**.**** заключен договор на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД» *.

По вышеуказанному договору застрахован риск гражданской ответственности страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда в течении действия договора жизни/ здоровью выгодоприобретателей (п. 1.1, 2.3 договора).

Согласно п.2.4 договора страхования, обязанность страховщика по выплате страхового возмещения может возникнуть в случае: признанной страхователем претензии; на основании решения суда, установившего обязанность РЖД возместить ущерб; на основании иных документов, подтверждающих факт причинения ущерба в результате наступления страхового случая.

Согласно п.7.1 договора страхователь обязан информировать выгодоприобретателей о предоставлении страховщику документов, необходимых для признания события страховым случаем при причинении вреда жизни и/или здоровью.

Вместе с тем, согласно п.8.1.1.3 договора если суд возложил на страхователя обязанность денежной компенсации морального вреда выгодоприобретателям, страховая выплата осуществляется страхователю в пределах, установленных настоящим договором, после предоставления страховщику доказательства произведенных расходов.

Кроме того, в соответствии с п. 8.6 договора в случае вынесенного судебного решения и вступления его в законную силу о возмещении страхователем выгодоприобретателю причиненного им вреда, страховщику должны быть предоставлены документы (вступившее в законную силу постановление суда, копия исполнительного листа и т.п.), подтверждающие факт причинения вреда и размер причиненного вреда, которые послужат основанием для составления соответствующего страхового акта.

Таким образом, из буквального толкования условий договора страхования следует, что возможность возложения на СПАО «Ингосстрах» обязанности по возмещению вреда в результате причинения вреда здоровью потерпевшему источником повышенной опасности, принадлежащим ОАО «РЖД», наступает не в результате как такового события причинения вреда, а в связи с наступлением гражданской ответственности страхователя на основании решения суда, либо добровольного удовлетворения страховщиком обращения по поводу наступления страхового случая.

При таких обстоятельствах, ответственность по возмещению должна быть возложена судом на непосредственного владельца источника повышенной опасности.

При этом суд отмечает, что ОАО «РЖД» не лишено впоследствии права на обращение к страховщику с требованием о возмещении выплаченного вреда в пределах страховых сумм в соответствии с договором.

При разрешении требований истцов ФИО1 и ФИО2 о компенсации морального вреда суд исходит из следующего. 

Согласно ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты нарушенных гражданских прав является компенсация морального вреда.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные имущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

В силу статьи 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с правовыми позициями Конституционного Суда РФ, суд, определяя размер подлежащего компенсации морального вреда по основаниям, предусмотренным в статье 1100 ГК РФ, в совокупности оценивает конкретные обстоятельства дела, соотнося их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности (Определение от 15.07.2004 N 276-0).

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" определено, что моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников (абзац 2 пункта 2).

Из Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" следует, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда (абзац 3 пункта 32).

По смыслу ст. 14 Семейного кодекса РФ близкими родственниками являются: родственники по прямой восходящей и нисходящей линии (родители, дети, дедушка, бабушка и внуки), полнородные и неполнородные (имеющие общих отца или мать) братья и сестры.

В связи с этим, вопрос о том, кто именно из близких погибшего потерпевшего имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного его смертью, следует решать, опираясь на понятие член семьи, которое также нашло закрепление в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 г. № 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", в соответствии с которым членами семьи гражданина являются проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители. Членами семьи могут быть признаны и другие родственники независимо от степени родства (например, бабушки, дедушки, братья, сестры, дяди, тети, племянники, племянницы и другие) и нетрудоспособные иждивенцы, а в исключительных случаях иные граждане (например, лицо, проживающее совместно с собственником без регистрации брака).

В ходе рассмотрения настоящего дела на основании пояснений истцов и показаний свидетелей судом установлено, что 

<

данные изъяты> проживал вместе с ФИО1 в ее квартире по адресу .... 

истец ФИО2 вышла замуж и поэтому последние * лет проживала отдельно от 

<

данные изъяты> в своей квартире в многоквартирном доме по адресу .... 

Доказательств тому, что истцы испытывали физическую боль либо у них возникли болезни из-за переживаний по поводу смерти 

<

данные изъяты> в материалах дела не имеется и истцами представлено не было. Как следует из их пояснений, они сильно переживали преждевременную смерть самого близкого им человека, однако занимались самолечением, употребляя успокоительные капли. 

Между тем, является общепризнанным, что смерть близкого человека (супруга, родителя) уже сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие человека, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам.

Как следует из искового заявления, истцы страдают от потери близкого человека. После его смерти истцы страдают от одиночества, боль утраты невыносима, тяжело переносима. Подобная утрата, безусловно, нарушила их психологическое состояние, явилась тяжело травмирующим событием в жизни, нарушив неимущественные права истцов на родственные связи и неоспоримо причинившим им нравственные страдания. 

Таким образом, на оснований указанных данных в их совокупности суд соглашается с доводами истцов о том, что каждым из них были испытаны глубокие нравственные страдания, вызванные гибелью очень близкого, родного человека, в связи с чем заявленные ими требования о компенсации ОАО «РЖД» каждому из них морального вреда признает обоснованными и основанными на правильном применении действующего законодательства. 

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Определяя размеры подлежащих истцам компенсаций морального вреда, суд исходит из следующего. 

Компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом, - компенсировать потерпевшим перенесенные ими физические или нравственные страдания.

Как установлено судом, истец ФИО1 фактически проживала вместе с ним по одному адресу до дня его смерти **.**.****. Кроме того, по делу прослеживается наличие факта ведения ими совместного хозяйства.

Напротив, истец ФИО2 на протяжении последних * лет и на день его смерти уже вела самостоятельную жизнь, так как работала, имели свою семью, отдельное жилье, совместно с матерью и братом не проживала и общее хозяйство с ними не вела. 

Следовательно степень семейной связи между ФИО1 и 

<

данные изъяты> на момент его смерти была значительно выше, чем между ним и ФИО2

Исходя из этого сравнительного анализа переживаний истца ФИО1 и ФИО2, суд находит что степень нравственных страданий у ФИО1 была значительно более высокой, чем у ФИО2, и поэтому при взыскании сумм морального вреда должен быть применен дифференцированный подход, вследствие которому взыскания сумм компенсаций должны также существенно разниться. 

Кроме того, при определении размеров присуждаемых компенсаций следует учитывать положения п.п. 2, 3 ст. 1083 Гражданского кодекса РФ, согласно которым если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

По смыслу указанной нормы при грубой неосторожности проявляется явная неосмотрительность, когда игнорируются элементарные правила безопасности.

Согласно разъяснениям пункта 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

В соответствии с пунктами 3, 4 раздела II Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути, утвержденных Приказом Минтранса России от 08.02.2007 № 18, железнодорожные пути общего пользования и железнодорожные пути необщего пользования, железнодорожные станции, пассажирские платформы, а также другие, связанные с движением поездов и маневровой работой объекты железнодорожного транспорта являются зонами повышенной опасности и при необходимости могут быть огорожены за счет средств владельцев инфраструктур (владельцев железнодорожных путей необщего пользования).

С целью обеспечения безопасного нахождения граждан в зонах повышенной опасности владельцами инфраструктур разрабатываются, планируются, организуются и проводятся необходимые мероприятия, позволяющие:

реализовать возможность размещения объектов с учетом соблюдения условий, обеспечивающих безопасное нахождение граждан, пользующихся услугами железнодорожного транспорта;

иметь достаточное количество мест, оборудованных информационными знаками, для проезда и перехода через железнодорожные пути.

В соответствии с пунктами 6, 7, 10 раздела III вышеуказанных Правил проезд и переход граждан через железнодорожные пути допускается только в установленных и оборудованных для этого местах.

При проезде и переходе через железнодорожные пути гражданам необходимо пользоваться специально оборудованными для этого пешеходными переходами, тоннелями, мостами, железнодорожными переездами, путепроводами, а также другими местами, обозначенными соответствующими знаками (при этом внимательно следить за сигналами, подаваемыми техническими средствами и (или) работниками железнодорожного транспорта).

Действия граждан, которые не допускаются на железнодорожных путях и пассажирских платформах:

находиться в состоянии алкогольного, токсического или наркотического опьянения;

проезжать и переходить через железнодорожные пути в местах, не установленных пунктом 7 настоящих Правил;

находиться на железнодорожных путях (в том числе ходить по ним).

Из материалов дела следует, что у 

<

данные изъяты> имелась возможность безопасного перехода через железнодорожные пути по тоннелю, расположенному под железнодорожными путями, однако он ею не воспользовался, пересекал железнодорожные пути в неустановленном месте, в непосредственной близости от приближающегося железнодорожного состава, находясь при этом в состоянии алкогольного опьянения. 

При таких обстоятельствах, учитывая, что вина в действиях локомотивной бригады полностью отсутствовала, единственной причиной смертельного травмирования 

<

данные изъяты> явилось его явное пренебрежение Правилами нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, суд приходит к выводу об обоснованности доводов ответчика о наличии в его действиях грубой неосторожности, дающей основания для уменьшения компенсации морального вреда на основании п.2 ст. 1083 ГК РФ. 

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

С учетом конкретных обстоятельств произошедшего, а именно отсутствия вины работников ответчика, отсутствия доказательств умысла на причинение 

<

данные изъяты> себе вреда, но при этом несоблюдения им личной безопасности при нахождении в зоне повышенной опасности перед близко двигающимся поездом, его грубой неосторожности, наличия тесных родственных связей 

<

данные изъяты> с истцами, неоспоримо большей степени нравственных страданий ФИО1 относительно аналогичных страданий ФИО2, а также с учетом требований разумности и справедливости, суд определяет сумму компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика ОАО «РЖД» в пользу истца ФИО1 в размере 30 000 рублей, а в пользу истца ФИО2 - 15 000 рублей. 

При разрешении требований истца ФИО1 о взыскании расходов, понесенных на погребение 

<

данные изъяты>, суд исходит из следующего. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1094 Гражданского кодекса РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 12.01.1996 г. N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле", погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

В силу ст. 5 Федерального закона от 12.01.1996 г. N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.

Положениями Федерального закона от 12 января 1996 года N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле", предусмотрено, что в расходы на достойные похороны (погребение) включают как расходы на оплату ритуальных услуг (покупка гроба, покрывала, подушки, (в том числе приобретение одежды для погребения), туалет трупа, выкапывания могилы, захоронения, установки креста, доставления из морга, предоставления автокатафалка) и оплату медицинских услуг морга, так и расходы на установку памятника (надгробной плиты) и благоустройство могилы, поскольку установка памятника на могиле умершего и благоустройство места захоронения общеприняты и соответствуют традициям населения России. Кроме того, общепризнано, что в день похорон на могиле устанавливается крест, установка памятника производится позднее после усадки грунта. Установка памятника является одной из форм сохранения памяти об умершем, отвечает обычаям и традициям, что в порядке ч. 1 ст. 61 ГПК РФ является общеизвестным обстоятельством и не нуждается в доказывании. Каких-либо доказательств, свидетельствующих о завышенном размере стоимости расходов на изготовление и установку памятника стороной ответчика не представлено.

Затраты на погребение могут возмещаться на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, при этом размер возмещения не может ставиться в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного в субъекте Российской Федерации или в муниципальном образовании, предусмотренного ст. 9 Закона о погребении. Возмещению подлежат необходимые расходы, отвечающие требованиям разумности.

В подтверждение расходов истцом ФИО1 предоставлены:

товарные чеки от **.**.**** на сумму * рублей за поминальный обед на * человек, от **.**.**** на сумму * рублей за поминальный обед на * человек, от **.**.**** на сумму * рублей за поминальный обед на * человек, выданные 

<

данные изъяты>, 

кассовый чек * от **.**.**** на сумму * рублей и отчет об открытии смены от **.**.****, выданные ИП 

<

данные изъяты>, согласно которым были приобретены ритуальные товары: гроб, крест, подушка, табличка, полотенца, покрывала, лента, венок, церковный набор, а также ритуальные услуги по выкапыванию и закапыванию могилы, вынос на траурной процессии, доставка и перекладывание тела, подъем (спуск) гроба, катафалк, автобус пассажирский, прощальный зал; 

кассовый чек * от **.**.**** на сумму * рублей, выданный 

<

данные изъяты> за услуги по перевозке трупа 

<

данные изъяты> из морга в ... для последующих похорон,

кассовый чек МУП «КСК» на сумму * рублей и квитанция к приходному кассовому ордеру * от **.**.**** МУП «КСК» на сумму * рублей за услуги трактора * по расчистке дороги к месту захоронения. 

Анализируя требования истца ФИО1 о включении в расходы на погребение уплаченную ею сумму * рублей на проведение поминального обеда на * дней, суд считает их неподлежащими удовлетворению, поскольку по смыслу статей 3-5 вышеприведенного Федерального закона от 12.01.1996 № 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" расходы на проведение поминальных обедов не в день похорон непосредственно с обрядовыми действиями по захоронению тела не связаны и, соответственно, выходят за пределы действий по непосредственному погребению тела.

Таким образом, учитывая факт подтверждения понесенных расходов на приобретение памятника, расходов на приобретение одежды для трупа для захоронения, расходов на услуги по захоронению, руководствуясь ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований, то есть всех заявленных истцом сумм за исключением расходов на поминальный обед **.**.**** в сумме * рублей, то есть в общей сумме 39025 рублей.

Разрешая вопрос о распределении между сторонами дела судебных расходов, состоящих из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, суд применяет нормы ст.ст. 98 ГПК РФ, ст.ст. 333.17, 333.18 НК РФ, которыми установлен порядок уплаты государственной пошлины, распределения между сторонами понесенных судебных расходов. Согласно указанным правилам стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.20 Налогового кодекса РФ при подаче исковых заявлений, содержащих требования как имущественного, так и неимущественного характера, одновременно уплачиваются государственная пошлина, установленная для исковых заявлений имущественного характера, и государственная пошлина, установленная для исковых заявлений неимущественного характера.

С учетом изложенного, при подаче в суд искового заявления истцам полагалось уплатить по неимущественным требованиям о компенсации морального вреда следующие госпошлины: 

ФИО1, - 300 рублей, ФИО2, - 300 рублей. 

а также истцом ФИО1 по неимущественным требованиям о возмещении расходов на погребение - 1370 рублей 75 копеек.

Учитывая, что требования истцов подлежат удовлетворению, указанные суммы госпошлины подлежат взысканию с ответчика ОАО «РЖД», против которого принимается решение, непосредственно в бюджет МО г.Медногорск.

Согласно разъяснениям, данным в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 года * «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оформление доверенности представителя могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном судебном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Из представленных доверенностей, выданных **.**.**** представителям: 

<

данные изъяты> * от имени ФИО1 и * от имени ФИО2, следует, что доверенные лица наделены полномочиями по совершению различных действий, в том числе представлять интересы и вести гражданские, административные, уголовные дела во всех судебных, арбитражных, административных, правоохранительных учреждениях, и иных правоохранительных органах, направленных на взыскание сумм возмещения вреда, компенсации морального вреда и страховых выплат и возмещений в связи со смертельным травмированием 

<

данные изъяты>,, умершего **.**.**** 

Следовательно, выданные истцами доверенности не представляют 

<

данные изъяты> возможность в период их действия (3 года) участвовать в неограниченном количестве дел, а наделяют представителей полномочиями только на участие в данном деле. 

При таких обстоятельствах, понесенные истцами расходы (по 1500 рублей за каждую доверенность), связанные с оформлением данных доверенностей, подлежат им возмещению за счет ответчика. 

Кроме того, по тем же основаниям с ответчика ОАО «РЖД», против которого принимается решение, в пользу истцов подлежат взысканию понесенные ими расходы на нотариальному заверению документов – по 730 рублей каждому. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 88 - 98, 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 и ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 30 000 (Тридцать тысяч) рублей 00 копеек

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 15 000 (Пятнадцать тысяч) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части (о взыскании денежных средств в больших размерах) исков о компенсации морального вреда отказать.

В удовлетворении исков ФИО1 и ФИО2 к публичному акционерному обществу «Ингосстрах» - отказать.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО1 в счет возмещения расходов, связанных с погребением, денежные средства в общем размере 39025 (Тридцать девять тысяч двадцать пять) рублей 00 копеек.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО1 в счет возмещения расходов, понесенных на оформление нотариальной доверенности и заверение копий документов, денежные средства в размере 2230 рублей 00 копеек.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО2 в счет возмещения расходов, понесенных на оформление нотариальной доверенности и заверение копий документов, денежные средства в размере 2230 рублей 00 копеек.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в доход бюджета муниципального образования «город Медногорск Оренбургской области» государственную пошлину в размере 1970 (Одна тысяча триста семьдесят) рублей 75 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Оренбургского областного суда через Медногорский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья Медногорского

городского суда подпись С.Л. Удотов

Решение в окончательной форме составлено: 19.03.2021.

Судья Медногорского

городского суда подпись С.Л. Удотов