2а-20/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

12 февраля 2018 г. г. Волгоград

Волгоградский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего Будай Р.А., при секретаре судебного заседания Морозовой П.С., с участием помощника военного прокурора Волгоградского гарнизона 

<

данные изъяты> ФИО1, административного истца ФИО2 и его представителя ФИО3, представителя командира войсковой части № – ФИО4, рассмотрев административное дело по административному исковому заявлению бывшего военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО2 об оспаривании действий командира войсковой части №, связанных с исключением из списков личного состава воинской части, 

установил:

Истец ФИО2 обратился в суд с административным иском, в котором просит признать незаконным приказ командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № в части его исключения из списков личного состава воинской части, восстановить его в списках личного состава части и обязать командира войсковой части № обеспечить его всеми видами довольствия за период незаконного исключения, предоставить время для сдачи дел и должности и неиспользованную часть основного отпуска за 2017 год с учетом времени для проезда к месту проведения отпуска. Также истец просит обязать должностное лицо направить личное дело для подсчета выслуги лет, внести в личное дело соответствующие записи с учетом восстановления в списках личного состава, произвести перерасчет продолжительности военной службы и выдать ему (ФИО2) приказы об увольнении с военной службы, исключении из списков личного состава воинской части и предписание для постановки на воинский учет.

В исковом заявлении и судебном заседании ФИО2 пояснил, что он проходил службу в должности 

<

данные изъяты>, в июне 2017 года в связи с предстоящим увольнением был освидетельствован ВВК и в июле того же года написал рапорт на увольнение по достижению предельного возраста пребывания на военной службе. С 4 июля 2017 года ему был предоставлен основной отпуск пропорционально прослуженному времени, а затем отпуск по личным обстоятельствам. 28 июля 2017 года командир войсковой части № издал приказ об исключении его из списков личного состава воинской части с 25 августа того же года, однако о данном приказе ему стало известно 19 октября 2017 года. До указанной даты он исполнял обязанности военной службы, следовательно, он подлежит восстановлению в списках воинской части, учитывая также, что основной отпуск ему предоставлен не в полном объеме и неправильно произведен подсчет выслуги лет.

Представитель должностного лица требования истца не признал и пояснил, что уволен ФИО2 в соответствии с предоставленными командиру войсковой части № полномочиями, порядок увольнения и исключения из списков личного состава соблюден, до даты исключения из списков личного состава истец полностью обеспечен положенными видами довольствия. Кроме того, истец пропустил срок обращения с административным исковым заявлением в суд, что прямо указывает на необходимость отказа в удовлетворении заявленных требований.

Военный суд, исследовав представленные доказательства и выслушав заключение прокурора, полагавшего необходимым отказать в удовлетворении административного иска, приходит к следующим выводам.

Приказами командира войсковой части № от 6 и 28 июля 2017 года №№ и 164, соответственно, ФИО2 уволен с военной службы и исключен из списков личного состава воинской части с 25 августа того же года.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 обратился с жалобой по вопросу неправомерности исключения из списков воинской части сначала в порядке подчиненности, избрав административный порядок защиты права. Направленная 26 октября 2017 года жалоба поступила должностному лицу 31 октября того же года, однако ответ на обращение командиром войсковой части № направлен истцу 20 декабря 2017 года, то есть за пределами срока, установленного Федеральным законом «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации».

Часть 6 статьи 219 КАС РФ прямо предусматривает, что уважительной причиной пропуска срока обращения в суд является несвоевременное рассмотрение жалобы вышестоящим органом или должностным лицом.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что предусмотренный ст. 219 КАС РФ срок пропущен истцом по уважительной причине, и административное исковое заявление подлежит рассмотрению по существу.

В соответствии с п. 16 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы военнослужащий, уволенный с военной службы, на день исключения из списков личного состава воинской части должен быть полностью обеспечен установленным денежным довольствием, продовольственным и вещевым обеспечением. До проведения с военнослужащим всех необходимых расчетов он из списков личного состава воинской части без его согласия не исключается.

Как пояснил истец, претензии по вопросам обеспечения положенными видами довольствия на день исключения из списков личного состава, то есть по 25 августа 2017 года, у него не имеются.

Свидетель ФИО7, командир роты, показал, что в июле 2017 года ФИО2 был уволен с военной службы, после чего ему были предоставлены установленные отпуска. До окончания отпуска по личным обстоятельствам он сообщил ФИО2 об издании приказа об исключении его из списков личного состава воинской части, поэтому по окончании этого отпуска и исключения истца с 25 августа 2017 года из названных списков ФИО2 для исполнения обязанностей военной службы в воинскую часть не прибывал.

Свидетельские показания ФИО8, командира батальона, по своему содержанию, в том числе в деталях, соответствуют показаниям свидетеля ФИО7

Из показаний свидетеля ФИО9 следует, что он с июня 2017 года, когда ФИО2 проходил освидетельствование ВВК, стал исполнять обязанности старшины роты, при этом после прибытия из отпуска – после 25 августа 2017 года ФИО2 обязанности старшины роты, а также иные обязанности военной службы не исполнял.

Поскольку вышеперечисленные доказательства являются допустимыми, сомнений в своей достоверности не вызывают, согласуются между собой и в своей совокупности взаимно дополняют друг друга, суд приходит к выводу о надуманности утверждения истца о том, что обязанности военной службы он исполнял по 19 октября 2017 года, что, по мнению истца, является одним из оснований для его восстановления в списках личного состава воинской части.

Согласно п. 3 ст. 29 Положения о порядке прохождения военной службы продолжительность основного отпуска военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, в год увольнения с военной службы исчисляется путем деления продолжительности основного отпуска, установленной военнослужащему, на 12 и умножения полученного количества суток на количество полных месяцев военной службы, прошедших от начала календарного года до предполагаемого дня исключения его из списков личного состава воинской части. Округление количества неполных суток и месяцев производится в сторону увеличения.

Как пояснил истец, продолжительность его основного отпуска по состоянию на дату издания приказа об увольнении с военной службы составила 45 суток, следовательно, с учетом прослуженного времени в количестве 6 полных месяцев в результате расчета 45/12*6=23 (с округлением в сторону увеличения) суд считает установленным, что продолжительность предоставленного ФИО2 основного отпуска с 4 по 26 июля 2017 года соответствует требованиям законодательства.

Вручение ФИО2 отпускного билета 4 июля 2017 года и непредоставление ему времени для проезда к месту проведения отпуска не является доказательством нарушения права истца на отдых.

Оценив показания офицеров войсковой части № ФИО8 и ФИО7, пояснивших о нежелании Я-ны написать рапорт о предоставлении отпуска с указанием места его проведения для исчисления времени проезда, суд приходит к выводу о том, что причиной невозможности командования своевременно вручить истцу отпускной билет и реализовать право Я-ны, связанное с увеличением продолжительности отпуска на необходимое для проезда время, явилось бездействие истца, препятствующее реализации такого права. По смыслу п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса РФ такое право судебной защите не подлежит.

На основании названной нормы не подлежит судебной защите и право истца на получение предписания для постановки на воинский учет, поскольку для его получения ФИО2 к соответствующему должностному лицу не прибывал, препятствуя таким образом реализации возложенной на командование обязанности, что подтверждается совокупностью свидетельских показаний ФИО8, ФИО7 и ФИО9

Кроме того, вопреки утверждению представителя истца отсутствие у гражданина, уволенного с военной службы, указанного предписания не является основанием для отказа в пенсионном обеспечении такого лица.

Следовательно, требования истца о возложении на должностное лицо обязанностей по предоставлению неиспользованной части основного отпуска за 2017 год с учетом времени для проезда к месту проведения отпуска и выдаче предписания для постановки на воинский учет удовлетворению не подлежат.

В соответствии со ст. 92 Устава внутренней службы прием (сдача) должностным лицом дел и должности осуществляется на основании приказа по воинской части. 

Во исполнение положений названного Устава Министр обороны РФ приказом от ДД.ММ.ГГГГ N 333 утвердил Руководство по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооруженных Силах Российской Федерации, пунктами 196 и 122 которого необходимость осуществления личной сдачи дел и должности ограничена только случаями назначения на должность старшины подразделения или перевода такого лица к новому месту службы.

Поскольку законодательством не предусмотрена обязанность командира воинской части предоставлять время для сдачи дел и должности военнослужащему, увольняемому с военной службы, суд не усматривает нарушений прав истца по вопросу бездействия командира воинской части, связанного с предоставлением ФИО2 такого времени.

4 июля 2017 года с истцом проведена беседа, в ходе которой он выразил несогласие с расчетом выслуги лет, составляющей в календарном исчислении 30 лет 8 месяцев, сведения о чем внесены в приказ командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № об увольнении истца с военной службы.

Согласно п. 14 Положения о порядке прохождения военной службы уточнение данных о прохождении военной службы военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, осуществляется перед представлением его к увольнению. Об исчисленной выслуге лет объявляется военнослужащему. Возражения военнослужащего по исчислению выслуги лет рассматриваются командиром (начальником), и до представления военнослужащего к увольнению с военной службы по ним принимаются решения.

Следовательно, подсчет выслуги лет является одним из мероприятий, направленным на реализацию прав военнослужащего на стадии его увольнения с военной службы, так как сведения о выслуге лет подлежат внесению в приказ об увольнении с военной службы.

При исключении же из списков воинской части в соответствии с п. 16 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы разрешаются только вопросы обеспечения уволенного военнослужащего положенными видами довольствия.

В листе беседы ФИО2 не указал конкретные доводы в пользу несогласия с выслугой лет, а сам по себе лист беседы, которым, по мнению представителя истца, нарушены права Я-ны, не может расцениваться как документ, содержащий властное волеизъявление должностного лица и порождающий правовые последствия для истца.

При таких обстоятельствах, учитывая, что ФИО2 не оспаривает приказ об увольнении с военной службы, суд отказывает в удовлетворении требования Я-ны о возложении на командира воинской части обязанности по перерасчету продолжительности военной службы.

Эти же обстоятельства, принимая во внимание также и нахождение в настоящее время личного дела истца в военном комиссариате по месту постановки на воинский учет, указывают на необоснованность требования Я-ны обязать командира войсковой части № направить личное дело для подсчета выслуги лет.

В ходе разбирательства дела истцу в результате добровольных действий ответчика выданы приказы об увольнении его с военной службы и исключении из списков личного состава воинской части. Поскольку право истца реализовано, требование о возложении на должностное лицо обязанности по выдаче перечисленных документов не подлежит удовлетворению.

Таким образом, учитывая признание ФИО2 того обстоятельства, что на день исключения из списков личного состава воинской части он был обеспечен всеми видами довольствия, указанными в п. 16 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы, основания для признания незаконным приказа командира войсковой части № от 28 июля 2017 года № об исключении Я-ны из названных списков отсутствуют.

Отказ в удовлетворении требования о признании незаконным приказа об исключении указывает и на необходимость отказа в удовлетворении требований истца о восстановлении его в списках личного состава, обеспечении всеми видами довольствия за период незаконного исключения и о внесении в личное дело соответствующих записей с учетом восстановления, поскольку данные требования находятся в неразрывной связи с вопросом законности приказа об исключении истца из списков личного состава воинской части.

Руководствуясь ст. 175-180 КАС РФ, военный суд 

решил:

В удовлетворении административного искового заявления бывшего военнослужащего войсковой части ФИО11 

<

данные изъяты> ФИО2 об оспаривании действий командира этой воинской части, связанных с исключением из списков личного состава воинской части, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по административным делам Северо-Кавказского окружного военного суда, через Волгоградский гарнизонный военный суд, в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий по делу Р.А. Будай