Дело № 22-2271/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 19 декабря 2025 года

Ленинградский областной суд в составе судьи Ивановой Н.А.,

при секретаре Судовской Е.И.,

с участием:

государственного обвинителя – прокурора отдела управления прокуратуры Ленинградской области Дзуцевой А.Р.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката Лапушкина Е.В.,

рассмотрел в апелляционном порядке в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе адвоката Лапушкина Е.В. в защиту интересов осужденного ФИО1 на приговор 

<

адрес> суда Ленинградской области от 02 сентября 2025 года, которым

ФИО1, 

<

данные изъяты>, несудимый,

осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы на срок 10 месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 10 месяцев.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ ФИО1 установлены следующие ограничения: не выезжать за пределы 

<

адрес> района Ленинградской области и не изменять место жительства и работы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, а также возложена обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

В соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ, срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 10 месяцев, постановлено исчислять с момента вступления приговора суда в законную силу.

Мера пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

По делу разрешена судьба вещественного доказательства.

Изложив содержание приговора, существо апелляционной жалобы адвоката Лапушкина Е.В., суть возражений на нее государственного обвинителя ФИО3, выслушав выступления осужденного ФИО1 и адвоката Лапушкина Е.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, просивших приговор суда отменить, вынести оправдательный приговор, либо передать уголовное дело на новое судебное разбирательство, мнение государственного обвинителя Дзуцевой А.Р., полагавшей приговор подлежащим отмене с возвращением уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, суд апелляционной инстанции

установил:

приговором суда ФИО1 признан виновным в том, что совершил нарушение лицом, управляющим автомобилем, Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, а именно в том, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 20 часов 50 минут по 21 час 00 минут, управляя автомобилем 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак № с полуприцепом «

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак №, двигаясь по участку 

<

адрес> со скоростью около 75-80 км/ч., в нарушении п.п.9.10, 10.1, абзац 1 ПДД РФ, совершил столкновение с останавливающимся впереди него автомобилем 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак № с полуприцепом 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак № под управлением водителя Свидетель №1, чем создал опасность для движения водителю Потерпевший №2, управляющей автомобилем «

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак №, которая двигалась в попутном направлении и на участке 

<

адрес> совершила наезд на автомобиль 

<

данные изъяты> с полуприцепом под управлением водителя ФИО1, в результате чего по неосторожности водителю Потерпевший №2 и пассажиру Потерпевший №1, находящимся в автомобиле «

<

данные изъяты> были причинены повреждения, которые расцениваются как тяжкий вред здоровью.

Обстоятельства преступления, признанного судом доказанным, подробно приведены в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Лапушкин Е.В. в защиту интересов осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором, считая его незаконным, необоснованным, а изложенные в приговоре выводы не соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Отмечает, что ФИО1 вину не признал, считает виновным в ДТП водителя Потерпевший №2

Указывает, что обвинение основано лишь на заключении автотехнической экспертизы, которая, как полагает, проведена не объективно, на основании неверных исходных данных, предоставленных следователем, в части момента возникновения опасности – обнаружения водителем Потерпевший №2 остановившегося впереди по ходу движения автомобиля 

<

данные изъяты> на расстоянии 5 метров, что было установлено лишь из показаний самой Потерпевший №2 и потерпевшего Потерпевший №1 о сложных погодных условиях и видимости около 5 метров, при том, что фактическая видимость на расстоянии ближнего света фар составляла 40 метров.

В обоснование ссылается на протокол осмотра места происшествия; показания сотрудника ДПС Свидетель №5, согласно которым видимость была более 200 метров и автомобиль ФИО1 был оборудован светоотражающими элементами; показания свидетеля Свидетель №3 о том, что он увидел остановившийся грузовой автомобиль на расстоянии 200 метров.

Считает, что показания Потерпевший №2 о том, что она обнаружила остановившийся автомобиль на расстоянии 5 метров, свидетельствует о том, что она не контролировала ситуацию, возможно, отвлеклась от контроля дороги.

Обращает внимание, что в действиях Потерпевший №2 эксперт также установил несоблюдение п.10.1 ПДД РФ, а сама потерпевшая полагала, что к ДТП привели случай и случайное стечение обстоятельств.

Оспаривая заключение автотехнического эксперта, ссылается на заключение специалиста ФИО4, который пришел к выводу как о том, что экспертиза была проведена ненадлежащим образом ввиду неправильно заданных следователем исходных условий, так и о том, что водитель Потерпевший №2 имела объективную возможность предотвратить ДТП, двигаясь с максимально допустимой скоростью по условиям видимости дороги.

Приходит к выводу, что ненадлежащим образом проведенная следствием экспертиза привела к вынесению неправосудного приговора.

Просит приговор суда отменить и вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель ФИО3 считает вынесенный приговор законным и обоснованным, а назначенное наказание справедливым.

Полагает, что заключение эксперта соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, экспертиза проведена компетентным лицом, который был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, ввиду чего оснований сомневаться в обоснованности его выводов не имеется.

Отмечает, что при постановлении приговора судом учтена степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также иные юридически значимые обстоятельства.

Просит постановление суда оставить без изменения, доводы апелляционной жалобы без удовлетворения.

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и адвокат Лапушкин Е.В. доводы апелляционной жалобы поддержали, просили приговор суда отменить, вынести оправдательный приговор, либо передать уголовное дело на новое судебное разбирательство; государственный обвинитель Дзуцева А.Р. полагала приговор подлежащим отмене с возвращением уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим отмене на основании ст.ст. 38916, 38917 УПК РФ, а уголовное дело подлежащим возвращению прокурору на основании п.1 ч.1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом, исходя из следующего.

Согласно ч. 2 ст. 297 УПК РФ приговор суда признается законным, обоснованным и справедливым, если он основан на правильном применении уголовного закона и постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Исходя из положений ч.4 ст. 302 УПК РФ, обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постанавливается лишь при условии, что в ходже судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Между тем, данные требования закона, судом первой инстанции не выполнены.

В соответствии с п. 5 ст. 389.15, ч. 3 ст. 389.22 УПК РФ обвинительный приговор или иные решения суда первой инстанции подлежат отмене с возвращением уголовного дела прокурору, если при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке будут выявлены обстоятельства, указанные в ч. 1 и п. 1 ч. 1.2 ст. 237 УПК РФ.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Исходя из положений ст. 73 УПК РФ, при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию: событие преступления, виновность лица, характер и размер вреда, причиненного преступлением, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, и другие, изложенные в законе.

В соответствии со ст. 220 УПК РФ, в обвинительном заключении следователь должен указывать существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела.

В силу положений статьи 240 УПК РФ выводы суда, изложенные в описательно-мотивировочной части приговора, постановленного в общем порядке судебного разбирательства, должны быть основаны на тех доказательствах, которые были непосредственно исследованы в судебном заседании.

Согласно ст. 87 УПК РФ проверка доказательств производится судом путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а в соответствии с ч.1 ст. 88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела.

Исходя из положений ст. 252 УПК РФ, судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному обвинению, по представленным сторонами обвинения и защиты доказательствам, исследованным в ходе судебного разбирательства.

Указанные требования закона по уголовному делу в отношении ФИО1 не выполнены в полной мере.

Органом предварительного расследования ФИО1 обвинялся и приговором суда признан виновным в том, что управляя автомобилем «

<

данные изъяты> двигаясь со скоростью около 75-80 км/ч., в нарушении п.п.9.10, 10.1, абзац 1 ПДД РФ, совершил столкновение с останавливающимся впереди него автомобилем 

<

данные изъяты> под управлением водителя ФИО2, чем создал опасность для движения водителю ФИО17 управляющей автомобилем 

<

данные изъяты> которая двигалась в попутном направлении и совершила наезд на автомобиль 

<

данные изъяты> с полуприцепом под управлением водителя ФИО1, в результате чего по неосторожности водителю Потерпевший №2 и пассажиру Потерпевший №1, находящимся в автомобиле 

<

данные изъяты> были причинены повреждения, которые расцениваются как тяжкий вред здоровью.

Считая вину ФИО1 доказанной, суд сослался в приговоре на следующие доказательства:

- показания потерпевшей Потерпевший №2, исходя из которых, она следовала по дороге со скоростью 80 км/час, с ближним светом фар, в вечернее время, по мокрой дороге, с видимостью порядка 5 метров, поскольку шел снег, увидела перед собой ДТП на расстоянии в районе 5 метров, начала сбавлять скорость, но затормозить не успела, совершила столкновение с прицепом стоящей грузовой машины. Утверждала, что стоящий автомобиль был без опознавательных знаков, горящих сигналов либо габаритов, также не был выставлен знак аварийной остановки;

-показания потерпевшего Потерпевший №1, который показал, что следовал в качестве пассажира в автомашине под управлением Потерпевший №2, было темно, шел сильный снег, видимость дороги была в районе 5 метров, следовали со скоростью 80 км/час, с ближним светом фар. Неожиданно, на расстоянии 5 метров увидели ДТП, Потерпевший №2 не успела среагировать, и произошло столкновение их автомобиля с прицепом грузовой автомашины;

- показания свидетеля Свидетель №1 показавшего, что ДД.ММ.ГГГГ он двигался на автомобиле «

<

данные изъяты>» с полуприцепом, со скоростью около 80 км/ч, с ближним светом фар, в какой-то момент впереди легковой автомобиль сбросил скорость и остановился, собираясь совершить маневр поворота налево и пропуская машины, двигавшиеся во встречном направлении, за ним снизил скорость и остановился грузовой автомобиль. Он также снизил скорость и остановился, а через несколько секунд почувствовал удар в полуприцеп своего автомобиля, от которого съехал передней частью (кабиной) на обочину и остановился. Выйдя из автомобиля, он увидел, что в полуприцеп его автомобиля въехал автомобиль марки 

<

данные изъяты> при этом у последнего сорвало кабину с крепления. Когда он зашел за прицеп автомобиля 

<

данные изъяты>, то увидел, что в прицеп данного автомобиля врезался автомобиль 

<

данные изъяты> На момент ДТП было темное время суток, были ли осадки в виде снега или дождя не помнит, дорожное покрытие - мокрый асфальт;

- показания свидетеля Свидетель №2, согласно которым он двигался на принадлежащем ему автомобиле «

<

данные изъяты>» по направлению в 

<

адрес> со скоростью около 80-90 км/ч. за автомобилем 

<

данные изъяты> Было темное время суток, шел снег с дождем, во встречном направлении также двигались машины, одна из которых подала сигнал фарами, из чего он понял, что впереди стоят либо сотрудники ГИБДД, либо что-то случилось. Проехав около 1 км от поворота на 

<

адрес>, он неожиданно увидел впереди, как автомобиль 

<

данные изъяты>» совершает столкновение с прицепом фуры. В этот момент расстояние между его автомобилем и автомобилем 

<

данные изъяты> было около 5-7 м, он резко вывернул рулевое колесо, начал тормозить;

- показания свидетеля Свидетель №3, согласно которым он в вечернее время следовал на автомобиле 

<

данные изъяты>», на автодороге между 

<

адрес> и 

<

адрес> на расстоянии 50-100 метров увидел грузовой автомобиль, у которого были включены фары аварийной остановки, сбросил скорость, приблизился к грузовому автомобилю – 

<

данные изъяты>» на расстоянии примерно 10 метров и увидел за ним искры, после чего появилась кабина второго автомобиля - 

<

данные изъяты>». Указанный автомобиль от удара стало выворачивать на встречную полосу, поэтому он затормозил и съехал на обочину по ходу своего движения, стал светом фар предупреждать водителей на встречной полосе, и в этот момент услышал хлопок - в автомобиль 

<

данные изъяты>» въехал легковой автомобиль.

- показания свидетеля - инспектора ДПС ОДПС Госавтоинспекции ОМВД России по 

<

адрес> Свидетель №4, исходя из которых он и инспектор Свидетель №5 выезжали на место дорожно-транспортного происшествия - на участке автодороги 

<

адрес>, где было установлено, что на данном участке автодороги произошло столкновение 3-х автомобилей: 

<

данные изъяты> с автомобилем 

<

данные изъяты> и автомобиля 

<

данные изъяты>» с автомобилем 

<

данные изъяты>». Со слов водителей ему стало известно, что автомобиль «

<

данные изъяты>» совершил наезд на стоящий автомобиль «

<

данные изъяты>», после столкновения они услышали еще один хлопок, когда покинули салон кабины, обошли место аварии и увидели, в автомобиль «

<

данные изъяты>» в полуприцеп врезался автомобиль «

<

данные изъяты>». С участием водителей автомобиля «

<

данные изъяты>» и «

<

данные изъяты>» был произведен осмотр места происшествия, составлена схема к протоколу осмотра, в которой водители поставили свои подписи, замечаний и дополнений не поступило;

- показания свидетеля Свидетель №5, который сообщил аналогичные Свидетель №4 сведения, в том числе показал, что со слов водителя одного из грузовых автомобилей, он ехал со стороны памятника «Самолет» в сторону 

<

адрес>, впереди него двигался также грузовой автомобиль с прицепом, который остановился перед пересечением дорог, так как осуществлял левый поворот, а как только грузовой автомобиль повернул налево, и он хотел начать движение дальше, то почувствовал удар в заднюю часть автомобиля, после чего остановился, вышел из автомобиля, увидел, что с ним столкнулся грузовой автомобиль «

<

данные изъяты>», и в этот момент автомобиль «

<

данные изъяты>» столкнулся с автомобилем «

<

данные изъяты> Дорожное покрытие было скользкое, но был ли снег, не помнит. Также не помнит, был ли выставлен знак аварийной остановки. На грузовом автомобиле, которым управлял Дубаченко, были установлены светоотражающие знаки, обозначающие перевозку негабаритного груза, но насколько они отражались пояснить не смог;

- а также письменные доказательства, включая:

- протокол осмотра места дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей и схему к нему,

- заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого, с технической точки зрения в сложившейся дорожно-транспортной ситуации действия водителя автомобиля 

<

данные изъяты> противоречат требованиям п.п. 9.10. и 10.1., абзац 1. ПДД РФ, действия водителя автомобиля 

<

данные изъяты> противоречат требованиям п. 10.1, абзац 1 ПДД РФ в части допустимой скорости движения 57...63 км/ч., при этом водитель автомобиля 

<

данные изъяты> имел возможность предотвратить ДТП, водитель автомобиля 

<

данные изъяты> не располагала технической возможностью предотвратить ДТП даже при допустимой скорости движения 57...63 км/ч.;

- заключения судебно-медицинских экспертов по установлению полученных в результате ДТП телесных повреждений потерпевшими Потерпевший №2 и Потерпевший №1 и иные, содержание которых подробно приведено в приговоре.

На основании вышеуказанных доказательств, находя их не содержащими существенных противоречий, а в совокупности достаточными для разрешения уголовного дела, суд пришел к выводу о доказанности предъявленного ФИО1 обвинения, его виновности в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 264 УК РФ, поскольку нарушение им п. 9.10 и п. 10.1, абзац 1 ПДД РФ повлекло совершение им ДТП и причинение тяжкого вреда здоровью потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1

С данными выводами не может согласиться суд апелляционной инстанции, поскольку они не подтверждаются исследованными материалами дела и противоречат обстоятельствам, фактически установленным как в ходе производства предварительного расследования, так и при рассмотрении уголовного дела судом.

Устанавливая вину ФИО1 в совершении преступления, суд взял за основу показания потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1 о том, что с учетом погодных условий видимость на дороге составляла около 5 метров, на этом же расстоянии они увидели препятствие в виде дорожно- транспортного происшествия, ввиду чего у водителя Потерпевший №2 отсутствовала техническая возможность избежать столкновения с уже стоящим автомобилем; а также заключение эксперта-автотехника о противоречии действий водителя ФИО1 п. 9.10 и п. 10.1, абзац 1 ПДД РФ и наличии у него возможности при соблюдении указанных требований Правил предотвратить ДТП, а также об отсутствии такой возможности у водителя автомобиля 

<

данные изъяты> Потерпевший №2

Вместе с тем, показания потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1 о сложных дорожных условиях и видимости на дороге в пределах 5 метров ни органом следствия, ни судом проверены не были, при том, что их показания существенно противоречили показаниям иных участников дорожного движения, а также показаниям инспекторов ДПС, чему суд оценки не дал.

Так, свидетель Свидетель №1 показал, что перед ДТП на дороге был мокрый асфальт, были ли осадки в виде снега или дождя не помнит, видимость в направлении его движения составляла около 150 метров.

Свидетель Свидетель №2 в части видимости на дороге до обнаружения препятствия не опрашивался, но при этом показал, что, следуя за автомобилем 

<

данные изъяты>, увидел, как автомобиль с встречной полосы подал сигнал фарами, из чего он понял, что впереди либо стоят сотрудники ДПС, либо что-то случилось, и проехав после этого около 1 км, увидел, как автомобиль Skoda, следовавший перед ним, совершил столкновение с прицепом фуры.

Также из показаний данного свидетеля следовало, что на момент столкновения автомобиля 

<

данные изъяты> с прицепом фуры, между его (Свидетель №2) автомобилем и автомобилем 

<

данные изъяты> было расстояние 5-7 метров, но оно оказалось достаточным, чтобы совершить маневр и избежать столкновения.

Свидетель Свидетель №3 показал, что являясь свидетелем столкновения автомобилей «

<

данные изъяты>» и «

<

данные изъяты>», он светом фар стал предупреждать об опасности водителей, следовавших по встречной полосе (то есть той полосе, на которой произошло ДТП), после чего услышал хлопок, а затем увидел, что в автомобиль «

<

данные изъяты>» въехал легковой автомобиль.

Протоколом осмотра места происшествия зафиксировано в месте ДТП наличие осадков в виде снега с дождем и видимость в ближнем свете фар 40 метров, в дальнем – 90 метров.

При очевидности явных и существенных противоречий в показаниях потерпевших и указанных свидетелей относительно дорожной обстановки, в том числе видимости при включенном ближнем свете фар, ни орган предварительного следствия, ни суд мер к устранению данных противоречий не приняли и фактически их не устранили, фактическая видимость дороги и возникшего по пути следования водителя Потерпевший №2 препятствия не установлена.

Из показаний свидетеля Свидетель №2 следовало, что еще за 1 км до случившегося он видел предупреждающий сигнал от водителя со встречной полосы, при этом не установлено, что помешало водителю Потерпевший №2 увидеть данный сигнал, учитывая, что Свидетель №2 следовал в непосредственной близости за нею.

Таким образом, фактически не установлено, в силу каких именно обстоятельств водитель Потерпевший №2 не смогла своевременно обнаружить препятствие на полосе своего движения в виде произошедшего ДТП, в том числе с учетом показаний инспектора ДПС Свидетель №5 о наличии на автомобиле под управлением ФИО1 светоотражающих знаков, обозначающих перевозку негабаритного груза, было ли это вызвано тем, что ее видимость дороги составляла действительно 5 метров либо она отвлеклась по какой-либо причине в указанный момент.

Данные обстоятельства достоверно не установлены, при этом они имели существенное значение для дела, поскольку именно они брались за основу при назначении следователем и проведении автотехнической экспертизы.

Как следует из заключения эксперта, им было установлено несоответствие действий водителя ФИО1 требованиям п. 9.10 и п. 10.1, абзац 1 ПДД РФ, соблюдение которых позволяло ему предотвратить ДТП, а также, что водитель Потерпевший №2, действия которой также противоречили требованиям п. 10.1, абзац 1 ПДД РФ в части допустимой скорости движения, не имела возможности предотвратить ДТП.

При этом, учитывая, что несоблюдение требований п. 9.10 и п. 10.1, абзац 1 ПДД РФ водителем ФИО1 могло иметь отношение только применительно к следовавшему перед ним автомобилю «

<

данные изъяты>», из заключения эксперта не было ясно, каким образом несоблюдение требований вышеуказанных пунктов Правил дорожного движения связано с совершением столкновения автомобиля под его управлением с автомобилем «

<

данные изъяты>» и наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1

При допросе в суде апелляционной инстанции эксперт ФИО6 свое заключение подтвердил, при этом показал, что оценивал оба столкновения как единое дорожно-транспортное происшествие, исходя из тех данных, которые были заложены в постановлении следователя о назначении экспертизы, в том числе о том, что водитель Потерпевший №2 обнаружила препятствие на расстоянии 5 метров. Вопрос о фактической видимости водителя Потерпевший №2, в частности того, на каком расстоянии она должна была увидеть препятствие, им не исследовался, поскольку не ставился следователем и мог быть разрешен лишь при проведении по делу следственного эксперимента.

Вместе с тем, из исследованных судом материалов уголовного дела следует, что столкновения автомобилей «

<

данные изъяты>» и «

<

данные изъяты>», автомобилей «

<

данные изъяты>» и «

<

данные изъяты>» имели место хотя и в один промежуток времени, но не одновременно. Как показала сама потерпевшая Потерпевший №2, появление автомобиля «

<

данные изъяты>» на полосе ее движения как препятствия явилось для нее неожиданным, до этого, следуя в попутном направлении, она данный автомобиль не наблюдала.

Из показаний свидетеля Свидетель №3, данных им в судебном заседании, следовало, что первое ДТП произошло, когда он находился на расстоянии 10 метров от первой стоящей во встречном направлении фуры, после чего стал тормозить и объезжать трал, проехав который, увидел в той же полосе дороги движущееся транспортное средство, стал подавать сигналы, моргая ближним и дальним светом фар, остановился, а затем услышал хлопок и увидел, что легковая автомашина въехала в трал, а следующая за той легковой машиной еще одна машина сумела вырулить.

Свидетель Свидетель №2 показал, что, следуя за автомобилем 

<

данные изъяты>, увидел, как автомобиль с встречной полосы подал сигнал фарами, из чего он понял, что впереди либо стоят сотрудники ДПС, либо что-то случилось, и проехав после этого около 1 км, увидел, как автомобиль 

<

данные изъяты>, следовавший перед ним, совершил столкновение с прицепом фуры.

Таким образом, показания очевидцев происшествия свидетельствуют о том, что имели место два ДТП с незначительным, но разрывом во времени, что экспертом при производстве экспертизы не было учтено, и данное обстоятельство также не получило оценки суда в постановленном приговоре.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что действия водителя Потерпевший №2 не являются предметом судебного рассмотрения при разрешении уголовного дела в отношении ФИО1

Вместе с тем, выводы эксперта и суда в той части, что водитель Потерпевший №2 не располагала технической возможностью предотвратить ДТП даже при допустимой скорости движения 57...63 км/ч, не свидетельствуют о виновности ФИО1 в причинении тяжкого вреда здоровью потерпевших, как исходя из того, что водитель Свидетель №2 практически в тех же условиях, обнаружив препятствие для движения в виде ДТП за 5-7 метров, сумел избежать столкновения, так и в силу того, что как в предъявленном ФИО1 обвинении, так и в приговоре суда, в нарушение требований изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 года N 25, отсутствуют ссылки на конкретные правовые нормы в виде пункта (пунктов) Правил дорожного движения, несоблюдение которого (которых) явилось непосредственной причиной дорожно-транспортного происшествия с участием автомобиля «

<

данные изъяты>» и возникновения последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевших. Пункты 9.10 и 10.1, абзац 1 ПДД РФ, несоблюдение которых инкриминировано ФИО1, указаны лишь применительно к первому ДТП, с участием автомобиля «

<

данные изъяты>».

Указанные обстоятельства судом при рассмотрении уголовного дела и постановлении приговора оставлены без внимания и оценки.

Вместе с тем, исходя из разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 года N 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», уголовная ответственность за преступление, предусмотренное статьей 264 УК РФ, может иметь место лишь при условии наступления последствий, указанных в этой статье, и если эти последствия находятся в причинной связи с допущенными лицом нарушениями правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств.

Признавая вину ФИО1 доказанной, суд, как и орган предварительного следствия, указали, что, совершив в нарушение п.п. 9.10, 10.1, абзац 1 ПДД РФ, столкновение с останавливающимся (а фактически уже стоящим) впереди него автомобилем «

<

данные изъяты> он своими действиями создал опасность для движения водителю Потерпевший №2, управляющей автомобилем «

<

данные изъяты>», движущейся в попутном с ним направлении, в результате чего данный автомобиль «

<

данные изъяты>» совершил наезд на автомобиль «

<

данные изъяты>», а водителю и пассажиру автомобиля «

<

данные изъяты>» были причинены телесные повреждения в виде тяжкого вреда здоровью.

При этом суд оставил без внимания, что нарушение п. 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации, предусматривающего, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда….., а лицо, создавшее помеху, обязано принять все возможные меры для ее устранения, а если это невозможно, то доступными средствами обеспечить информирование участников движения об опасности…, ФИО1 не инкриминировалось.

Вместе с тем, согласно разъяснениям, изложенным в п. 3 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 года N 25, при рассмотрении дел о преступлениях, предусмотренных статьей 264 УК РФ, судам следует указывать в приговоре, нарушение каких конкретно пунктов Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства повлекло наступление последствий, указанных в статье 264 УК РФ, и в чем конкретно выразилось это нарушение.

Если в обвинительное заключение (обвинительный акт) включены отдельные пункты названных правил, нарушения положений которых не соответствуют установленным в судебном заседании фактическим обстоятельствам дела, суд, исходя из положений статьи 237 УПК РФ, по ходатайству стороны или по собственной инициативе вправе возвратить уголовное дело прокурору для предъявления обвинения с указанием конкретных пунктов правил, нарушение которых повлекло указанные в статье 264 УК РФ последствия, если это не связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия.

Пунктом 5 постановления также обращено внимание судов на то, что при исследовании причин создавшейся аварийной обстановки необходимо установить, какие пункты правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств нарушены и какие нарушения находятся в причинной связи с наступившими последствиями, предусмотренными статьей 264 УК РФ.

При решении вопроса о технической возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия судам следует исходить из того, что момент возникновения опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учетом дорожной обстановки, предшествующей дорожно-транспортному происшествию. Опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить. При анализе доказательств наличия либо отсутствия у водителя технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие в условиях темного времени суток или недостаточной видимости следует исходить из того, что водитель в соответствии с пунктом 10.1 Правил должен выбрать скорость движения, обеспечивающую ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

В нарушение данных требований закона, установив отсутствие в предъявленном ФИО1 обвинении и в обвинительном заключении ссылки на конкретную норму Правил дорожного движения, которая, согласно обвинительному заключению явилась основанием считать между действиями ФИО1, создавшими опасность для движения водителя Потерпевший №2, и наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1 прямой причинной связи, суд первой инстанции в силу закона был обязан рассмотреть и решить вопрос о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, однако этого не сделал, постановив приговор без ссылки на конкретную норму Правил дорожного движения, нарушение которой повлекло наступившие последствия в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевших.

При указанных обстоятельствах постановленный судом первой инстанции приговор в отношении ФИО1 не может быть признан законным и обоснованным, в силу чего он подлежит отмене.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что по смыслу уголовно-процессуального закона обвинительное заключение является процессуальным документом, завершающим работу органов предварительного расследования, подлежащим обязательному вручению лицу, обвиняемому в совершении преступления, в связи с чем выполнение требований, предъявляемых законом к обвинительному заключению, обеспечивает право обвиняемого лица защищаться против предъявленного ему обвинения с учетом не только перечисленных, но раскрытых по содержанию доказательств.

В данном обвинительном заключении при описании преступного деяния, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, органы предварительного следствия не указали конкретный пункт Правил дорожного движения Российской Федерации, который был нарушен водителем ФИО1 применительно к автомобилю «

<

данные изъяты>», вследствие чего он создал опасность для движения водителю Потерпевший №2, что повлекло столкновение автомобиля под ее управлением с автомобилем «

<

данные изъяты>» и причинение ей и ее пассажиру тяжкого вреда здоровью, не раскрыто содержание, в чем именно выразилась опасность для движения водителю Потерпевший №2, что составляет признаки объективной стороны инкриминируемого ФИО1 преступления, и отсутствие чего не позволяло ФИО1 защищаться от предъявленного ему обвинения в полном объеме.

Таким образом, на основании имеющегося в данном уголовном деле обвинительного заключения суд первой инстанции был лишен возможности постановить законный и обоснованный приговор, и суду надлежало возвратить уголовное дело прокурору.

Допущенные органом предварительного расследования нарушения требований закона по уголовному делу в отношении ФИО1 свидетельствуют о том, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения и является основанием для возвращения уголовного дела прокурору.

Суд апелляционной инстанции считает, что вышеуказанные нарушения уголовно-процессуального закона привели к постановлению незаконного приговора, и в соответствии с требованиями ст. 389.17, 389.20, 389.22 УПК РФ находит приговор подлежащим отмене, а уголовное дело возвращению прокурору для устранения препятствий рассмотрения дела судом, поскольку данные нарушения не могут быть устранены в судебном разбирательстве как при рассмотрении уголовного дела судом первой, так и апелляционной инстанций.

В связи отменой приговора по указанным основаниям и возвращением дела прокурору суд апелляционной инстанции не входит в обсуждение иных доводов апелляционной жалобы, так как они подлежат проверке и оценке в ходе дальнейшего производства по делу.

Учитывая, что для дальнейшего производства по делу необходимо дополнительное время, принимая во внимание, что основания, по которым обвиняемому ФИО1 ранее была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, не изменились и не отпали, а оснований для ее отмены либо избрания иной меры пресечения не имеется, суд апелляционной инстанции считает необходимым избранную ФИО1 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.

Руководствуясь ст.ст. 389.15, 389.17, 389.20, ч. 3 ст. 389.22, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор 

<

адрес> суда Ленинградской области от 02 сентября 2025 года в отношении ФИО1 – отменить, уголовное дело на основании п.1 ч.1 ст. 237 УПК РФ возвратить 

<

адрес> прокурору Ленинградской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру пресечения ФИО1 оставить без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Апелляционную жалобу адвоката Лапушкина Е.В. удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с главой 47.1 УПК РФ.

Обвиняемый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья