дело 2-147/2019

№

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 апреля 2019 года г.Комсомольск-на-Амуре

Комсомольский районный суд Хабаровского края в составе:

председательствующего судьи Богатыревой Н.Ю.,

при секретаре судебного заседания Третьяковой Л.В.,

с участием: представителя истца - ФИО1, действующего на основании ордера от 28 марта 2019 года №,

рассмотрев гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 о применении последствий недействительности ничтожной сделки,

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратилась в суд с указанным иском, ссылаясь на то, что на основании договора купли-продажи от 5 января 2018 года от неё к ФИО3 перешло право собственности на квартиру, расположенную в 

<

адрес>. Фактически данная сделка являлась притворной, так как прикрывала отношения иного рода: ответчик предоставил истцу взаём 

<

данные изъяты> под залог недвижимости. По факту погашения займа ответчик должен был заключить с истцом обратную сделку, в результате которой недвижимость возвращается в собственность ФИО2. Таким образом, договор купли-продажи недвижимости прикрывал договор залога в обеспечение исполнения договора займа. Реальные взаимоотношения сторон по сделке купли-продажи были изложены в договоре займа и в письменном обязательстве о возврате недвижимости. В настоящее время истец исполнил свои обязательства по возврату займа. О возврате суммы займа ответчиком была составлена расписка, однако от оформления недвижимости обратно на имя истца ответчик уклонился. Просит применить последствия недействительности ничтожной сделки - договора купли-продажи от 5 января 2018 года квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, и вернуть стороны сделки в первоначальное положение. 

В судебном заседании представитель истца ФИО1 настаивал на удовлетворении исковых требований в полном объёме по доводам, изложенным в иске, пояснив, что до настоящего времени ответчик обязательства по переоформлению имущества не исполнил. Сделка купли-продажи недвижимости является притворной, просил применить последствия недействительности ничтожной сделки - договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, и вернуть стороны сделок в первоначальное положение.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась. В заявлении, адресованном суду, просила рассмотреть дело в её отсутствие.

Ответчик ФИО3, представитель ответчика ФИО4 и представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика - представитель Управления Росреестра по Хабаровскому краю, в установленном законом порядке извещённые о дате, времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились. Об уважительности причин своей неявки суду не сообщили, об отложении рассмотрения дела не ходатайствовали. 

В соответствии со ст.167 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее - ГПК РФ) суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников судебного заседания. 

В судебном заседании 23 апреля 2019 года представитель ответчика ФИО4 исковые требования признал, пояснил, что 5 января 2018 года при заключении договора купли-продажи объекта недвижимости у ФИО3 не было намерений обращать спорное имущество в свою собственность. Это было сделано с целью обеспечения договора займа, заключенного с истцом. Вместе с тем между истцом и ответчиком не достигнуто соглашение по поводу размера процентов по договору займа, поэтому он отказывается переоформлять объект недвижимости. Спорное имущество в собственность ответчику не передавалось, он на этом не настаивает. Также истцу не передавались денежные средства за объекты недвижимости.*

Выслушав представителя истца, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с положениями статей 17, 40 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии со статьей 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Таким образом, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, суду следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

В силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со статьями 421, 422 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам).

Часть 2 статьи 170 ГК РФ, устанавливает, что притворная сделка, то есть сделка, совершенная с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пунктах 87, 88 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» содержатся разъяснения, что согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

В силу ч. 1 ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Судом установлено, что 5 января 2018 года между ФИО3, действующим как займодавец, и ФИО2, действующей как заёмщик, заключён договор займа, по условиям которого заёмщик получила от займодавца денежную сумму в размере 

<

данные изъяты> под 5% ежемесячно. В расписке указано, что в обеспечение займа истец оставляет залог в виде объекта недвижимости: квартиру, расположенную в 

<

адрес>, которую стороны оформили договором купли-продажи и при погашении займа будут оформлять обратной куплей-продажей.

Также, 5 января 2018 года ФИО3 написал обязательство о том, что получил от ФИО2 вышеуказанный объект недвижимости в качестве залога по договору займа от 5 января 2018 года. После выплаты данного займа обязуется переоформить данную квартиру договором купли-продажи обратно на ФИО2.

В соответствии с п.5 договора купли продажи от 5 января 2018 года фактическая передача объекта недвижимости осуществлена продавцом покупателю без составления акта приёма-передачи.

Государственная регистрация перехода права собственности к ФИО3 в установленном законом порядке произведена 18 января 2018 года.

16 декабря 2018 года составлена расписка, свидетельствующая о получении ФИО3 от ФИО2 денежной суммы в размере 

<

данные изъяты> по договору займа от 5 января 2018 года.

Статья 431 ГК РФ определяет, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условий договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в ч. 1 ст. 431 ГК РФ не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом, принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписка, практика, установившаяся во взаимоотношениях сторон, обычаи делового оборота, последующие пояснения сторон.

Вместе с тем, по выводу суда, имеющиеся в материалах дела и не оспариваемые сторонами спора письменные доказательства достоверно свидетельствуют о том, что фактически заключённый 5 января 2018 года между ФИО2 и ФИО3 договор купли-продажи квартиры, расположенной в 

<

адрес> прикрывал собой договор залога указанного объекта недвижимости в обеспечение исполнения обязательств по договору займа от 5 января 2018 года на сумму 

<

данные изъяты>.

Установленные судом обстоятельства, стороны не оспаривали, кроме того, об этом свидетельствует и последующее поведение сторон, совершивших фактические действия по исполнению обязательств по договору денежного займа, а не по договору купли-продажи жилого помещения, на что явно указывает письменное обязательство ФИО3 от 5 января 2018 года.

В данном случае, притворность сделки - договора купли-продажи от 5 января 2018 года также подтверждается пояснениями представителей сторон спора, относительно мотивов заключения сделки, которые подтвердили условия займа денежных средств с обеспечением исполнения обязательств в виде договора купли-продажи квартиры. В ходе судебного разбирательства представитель истца и представитель ответчика не оспаривали факт того, что стороны не преследовали цели отчуждения квартиры, ФИО3 являлся лишь титульным владельцем, фактически не вступая во владение спорной недвижимостью. Указанное свидетельствует о притворности сделки, поскольку она совершена без намерения создать соответствующие последствия.

По выводу суда, оформление договора купли-продажи от 5 января 2018 года между ФИО2 и ФИО3 находится в прямой причинно-следственной связи с намерением истца заключить договор займа, поскольку при заключении оспариваемого договора ответчик, используя нуждаемость истца в деньгах, убедил его в том, что для получения денег необходимо предоставить гарантии их возврата передачей в залог своего имущества, однако в этих целях был заключён договор купли-продажи квартиры.

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что у продавца и покупателя отсутствовали намерения создать соответствующие правовые последствия заключённого между ними договора купли-продажи, а совершена лишь прикрыть иную сделку.

Поскольку в судебном заседании установлено отсутствие волеизъявления сторон на заключение договора купли-продажи квартиры, расположенной в 

<

адрес>, то что данная сделка по своей сути не должна была порождать переход права собственности на указанные объекты недвижимости, а только должна была обеспечить исполнение ФИО2 обязательств по договору займа, заключённому с ответчиком, то есть по существу прикрывала договор залога указанного имущества, суд считает, что сделка купли-продажи от 5 января 2018 года в отношении квартиры, расположенной в 

<

адрес>, является недействительной (ничтожной) в силу её притворности.

Принимая во внимание установленные судом обстоятельства в совокупности с пояснениями представителей сторон, суд приходит к выводу о том, что доводы истца о недействительности договора купли-продажи от 5 января 2018 года заключённого между ФИО2 и ФИО3, как совершённого с целью прикрыть другую сделку, обоснованы и подлежат удовлетворению.

Возражения представителя ответчика ФИО3 против удовлетворения заявленных исковых требований по основаниям невозвращения истцом полной суммы займа в части начисленных процентов, не принимаются судом во внимание, так как не имеют правового значения для разрешения настоящего спора.

В соответствии с положениями ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечёт юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента её совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой всё полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 52 и 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», решение суда о признании сделки недействительной, которым применены последствия ее недействительности, является основанием для внесения записи в ЕГРП.

Поскольку в ходе судебного разбирательства сторонами не оспаривались те обстоятельства, что ни оплата по договору купли-продажи от 5 января 2018 года, ни фактическая передача спорной квартиры не производились, исходя из того, что указанная сделка является ничтожной (притворной) сделкой и, следовательно, не порождает юридических последствий, за исключением тех которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента совершения, суд приходит к выводу, что для приведения к полному восстановлению нарушенных прав истца подлежат применению последствия недействительности ничтожной сделки, путём возврата сторон в первоначальное положение, ограничившись при этом, лишь восстановлением права собственности истца ФИО2 на спорный объект недвижимости, исключив запись о праве собственности ФИО3 на спорное имущество, поскольку жилое помещение из обладания истца не выбывало.

Согласно ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Вместе с тем, принимая во внимание, что притворный характер сделки предполагает, что стороны, прибегая к той или иной договорной форме, реального намерения на исполнение такого договора не имеют, поскольку прикрывают данной сделкой иное обязательство, фактически имеющееся между сторонами, при этом в данном споре обе стороны сделки действовали не добросовестно, то есть знали об основаниях недействительности оспоримой сделки при её заключении, и с учетом положений ст. 10 ГК РФ, по выводу суда, судебные расходы подлежат распределению между сторонами в равных долях, в связи с чем, с ответчика ФИО3 в пользу истца ФИО2 подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты> / 2).

При таких обстоятельствах, исковые требования о применении последствий недействительности ничтожной сделки обоснованы и подлежат удовлетворению частично. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ФИО3 о применении последствий недействительности ничтожной сделки удовлетворить частично. 

Применить последствия недействительности ничтожной сделки по договору купли-продажи от 5 января 2018 года квартиры с кадастровым №, площадью 

<

данные изъяты>, расположенной по адресу: 

<

адрес>, приведя стороны в первоначальное положение, существовавшее до заключения договора купли-продажи. 

Исключить из Единого государственного реестра недвижимости запись о государственной регистрации права собственности ФИО3, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, произведённую управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Хабаровскому краю 18 января 2018 года за № в отношении объекта недвижимости - квартиры с кадастровым №, площадью 

<

данные изъяты>, расположенной по адресу: 

<

адрес>.

Восстановить в Едином государственном реестре недвижимости запись о праве собственности ФИО2 на объект недвижимости - квартиру с кадастровым №, площадью 

<

данные изъяты>, расположенной по адресу: 

<

адрес>.

Взыскать с ФИО3, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, проживающего в 

<

адрес>, в пользу ФИО2, проживающей по адресу: 

<

адрес> государственную пошлину в размере 

<

данные изъяты>.

Решение может быть обжаловано в Хабаровский краевой суд через Комсомольский районный суд Хабаровского края в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме 8 мая 2019 года.

Председательствующий Н.Ю. Богатырева