УИД 23RS0044-01-2024-001828-81

к делу № 2-2374/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

ст. Северская 21 октября 2024 года 

Северский районный суд Краснодарского края в составе:

председательствующего 

Лапшина К.Н., 

при секретаре судебного заседания 

ФИО1, 

с участием истцов 

ФИО2, 

ФИО3, 

представителя ответчика ФИО4 

ФИО5, 

представителя ответчика ФИО6 

ФИО7, 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО2, ФИО3 к ФИО6, ФИО4 о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненных преступлением,

установил:

ФИО2, ФИО3 обратились в суд с иском к ФИО6, ФИО4, в котором просят взыскать с ответчиков в солидарном порядке в пользу ФИО2 материальный ущерб в сумме 281 400 рублей, компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 рублей, взыскать с ответчиков в солидарном в пользу ФИО3 компенсации морального вреда в размере 1 500 000 рублей. В обоснование иска истцы указали о том, что приговором Северского районного суда от 07.10.2022 года ФИО6 осужден за совершение преступления, предусмотренного п. «б» ч. 4 ст. 264 УК РФ. Согласно материалам уголовного дела ФИО6 на момент ДТП управлял транспортным средством 

<

данные изъяты> г/н №, который зарегистрирован на имя ФИО4 При этом ФИО6 согласно сведениям страховой компании в полис страхования ОСАГО, как лицо, допущенное к управлению транспортным средством, допущен не был. Каких либо документов, подтверждающих приобретение автомобиля у ФИО4, представлено не было. Сведений о том, что ФИО6 завладел автомобилем незаконно, также не представлено. Обстоятельства преступления свидетельствуют о самонадеянности и непредусмотрительности собственника транспортного средства ФИО4 при передаче его ФИО6, а, следовательно, собственник автомобиля в соответствии со ст. 1079 ГК РФ несет ответственность за причиненный вред солидарно с причинителем вреда. С момента ДТП ФИО2 и ФИО3 перенесли сильнейшие переживания по поводу гибели близкого им человека, которого ФИО6 бесчеловечно бросил умирать на обочине дороги. Они подвергнуты моральным страданиям, что приводит к ухудшению состояния здоровья. На фоне переживаний у них был потерян сон, покой, вера в справедливость, обострились хронические заболевания. Преступлением ФИО2 причинен моральный вред, который она оценивает в 1 500 000 рублей, истцу ФИО3 причинен моральный вред, который он оценивает в 1 500 000 рублей. Кроме того, ФИО2 понесены затраты для благоустройства захоронения их дочери в суме 281 400 рублей, что подтверждается договором и товарным чеком ИП ФИО8

Истцы ФИО2, ФИО3 в судебном заседании просили исковые требования удовлетворить в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО6, отбывающий наказание ФКУ КП-3 УФСИН Росси по Республике Адыгея и не имеющий возможности личного участия в рассмотрении дела, о дате и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, ходатайств об участии в судебных заседаниях путем ВКС не заявил.

Представитель ответчика ФИО6 ФИО7 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований. 

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, о дате и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, в письменных возражениях на иск указал о том, что затраты на обустройство места захоронения в общем размере 281 400 рублей понесены истцами по собственной инициативе исходя из личного усмотрения, просил определить размер указанных расходов на основе стоимости аналогичных услуг в иных ритуальных организациях с учетом принципа разумности, справедливости и соразмерности. Обосновывая размер компенсации морального вреда, истцы указали, что в связи с совершенным ФИО6 преступлением, они подвергнуты моральным страданиям, что сказалось на их состоянии здоровья, обострились хронические заболевания. Однако, документов, подтверждающих доводы истцов относительно ухудшения состояния их здоровья, не представлено. Просит учесть, что преступление совершено ФИО6, а не им, фактически ответственность за данное преступление и его последствия должен нести непосредственно ФИО6 Просит в удовлетворении исковых требований о взыскании с ФИО4 компенсации морального вреда отказать, в случае удовлетворения исковых требований, определить размер компенсации морального вреда в долевом порядке исходя из степени вины каждого из ответчиков, уменьшив сумму компенсации, подлежащую взысканию с ФИО4 до 100 000 рублей. 

Представитель ответчика ФИО4 по доверенности ФИО5 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований. 

Заслушав участвующих в деле лиц, изучив исковое заявление, исследовав и оценив в соответствии со ст. 67 ГПК РФ представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Конституция Российской Федерации ставит право на жизнь и здоровье в ранг естественных и неотчуждаемых прав личности, что предполагает эффективную охрану и защиту этих прав. Перечень охраняемых законом неимущественных благ приведен в статьях 20-23 Конституции Российской Федерации и части 1 статьи 150 ГК РФ, к ним относятся, в том числе жизнь и здоровье.

Согласно п.1 и п.2 ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу п.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

На основании ч.4 ст.61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Как разъяснено в п.8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003г. №23 «О судебном решении», исходя из этого (положений ч.4 ст.61 ГПК РФ) суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения. В решении суда об удовлетворении иска, помимо ссылки на приговор по уголовному делу, следует также приводить имеющиеся в гражданском деле доказательства, обосновывающие размер присужденной суммы (например, учёт имущественного положения ответчика или вины потерпевшего).

Как установлено судом, вступившим в законную силу приговором Северского районного суда Краснодарского края от 07.10.2022 года ФИО6 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 4 ст. 264 УК РФ (л.д. 5-12).

Указанным приговором установлено, что 01.01.2022г. с 21час. 40мин. до 22час. 10мин. ФИО6, управляя автомобилем 

<

данные изъяты> г/н №, двигаясь напротив 

<

адрес> в 

<

адрес> со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>, в нарушение п.п.1.3, 1.5, 9.9, 10.1 Правил дорожного движения РФ на прямом участке автодороги, видимость на котором была ограничена темным временем суток, не выбрал безопасную скорость движения, не обеспечил постоянного контроля за движением своего транспортного средства для выполнения требований Правил, передним правым колесом автомобиля выехал на правую по ходу движения обочину, где передней правой частью автомобиля допустил наезд на пешеходов ФИО9 и ФИО10, которые двигались по обочине в попутном направлении. 

В результате дорожно-транспортного происшествия пешеходу ФИО9 причинены повреждения в виде перелома свода и основания черепа, субарахноидальных кровоизлияний, кровоизлияний в мягких тканях головы, перелома тела девятого грудного позвонка с расхождением фрагментов и полным разрывом спинного мозга, множественных переломов ребер слева и справа по окологрудинной линии, разрыва селезенки, неполного разрыва левого подвздошно-крестцового сочленения, полного разрыва правого подвздошно-крестцового сочленения, перелома правой подвздошной кости, разрыва лонного сочленения, открытых многооскольчатых переломов левой бедренной кости и костей левой голени, ушибленных ран, ссадин, кровоподтеков, которые причинили тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, т.к. по своему характеру непосредственно создают угрозу для жизни, находятся в прямой причинно-следственной связи с ее смертью, наступившей на месте происшествия. 

После этого ФИО6, являясь водителем, причастным к ДТП, в котором погибли (ранены) люди, в нарушение п.п. 2.5, 7.2, 2.6 ПДД РФ, оставив управляемый автомобиль на месте происшествия, не выставив знак аварийной остановки, не приняв меры для оказания первой помощи пострадавшему, не вызвав скорую медицинскую помощь и полицию, не ожидая прибытия сотрудников полиции, скрылся с места ДТП.

В ходе рассмотрения уголовного дела ФИО6 вину в совершении преступления признал частично, указав, что в момент ДТП телефона у него не было, и он после столкновения побежал вызвать помощь. 

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Краснодарского краевого суда от 29.11.2022 года приговор Северского районного суда от 07.10.2022 года оставлен без изменения (л.д. 13-21).

Кассационным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 25.05.2023 года приговор Северского районного суда от 07.10.2022 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Краснодарского краевого суда от 29.11.2022 года отмены в части разрешения вопроса о процессуальных издержках, уголовное дело в этой части передано на новой судебное рассмотрение в порядке ст.ст. 396-399 УПК РФ. В остальной части указанные судебные решения оставлены без изменения (л.д. 22-33). 

Разрешая требования ФИО2 о взыскании материального ущерба, суд исходит из следующего.

Как следует из договора на выполнение работ по изготовлению и установке надгробного сооружения и обустройстве места погребения от 25.03.2022 года, заключенного между ФИО2 и ИП ФИО8, и товарного чека от 10.06.2023 года, ФИО2 оплачены работы по изготовлению и установке надгробного сооружения, обустройства места погребения в сумме 281 400 рублей (л.д. 34-37).

Согласно ст. 1094 ГК РФ, лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Бремя доказывания необходимости понесенных расходов, а также их размер лежит на лице, требующем их возмещения. При разрешении вопроса о необходимости расходов, их размере следует учитывать положения Федерального закона от 12 января 1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», в котором установлен порядок захоронения, а также необходимо учитывать возможность проведения религиозных обрядов в соответствии с гарантированной Конституцией РФ свободой вероисповедания и существующими в данной местности обычаями.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 12.01.1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», погребение определяется как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. 

Согласно ст. 9 Федерального закона от 12.01.1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», супругу, близким родственникам, иным родственникам, законному представителю или иному лицу, взявшему на себя обязанность осуществить погребение умершего, гарантируется оказание на безвозмездной основе следующего перечня услуг по погребению: оформление документов, необходимых для погребения; предоставление и доставка гроба и других предметов, необходимых для погребения; перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий); погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом). Качество предоставляемых услуг должно соответствовать требованиям, устанавливаемым органами местного самоуправления.

В силу ст. 5 Федерального закона от 12.01.1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», волеизъявление лица о достойном отношении к его телу после смерти - пожелание, выраженное в устной форме в присутствии свидетелей или в письменной форме. В случае отсутствия волеизъявления умершего право на разрешение действий, указанных в пункте 1 настоящей статьи, имеют супруг, близкие родственники (дети, родители, усыновленные, усыновители, родные братья и родные сестры, внуки, дедушка, бабушка), иные родственники либо законный представитель умершего, а при отсутствии таковых иные лица, взявшие на себя обязанность осуществить погребение умершего.

Исходя из толкования вышеприведенных законоположений вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.

Таким образом, исходя из указанных правовых норм, а также обычаев и традиций населения России расходы на достойные похороны (погребение) включают в себя, как расходы, связанные с оформлением документов, необходимых для погребения, изготовлением и доставкой гроба, приобретением одежды и обуви для умершего, а также других предметов, необходимых для погребения, подготовкой и обустройством места захоронения, перевозкой тела (останков) умершего на кладбище, погребением либо кремацией с последующей выдачей урны с прахом, так и расходы на установку памятника.

Ни действующее гражданское законодательство, ни законодательство о погребении и похоронном деле не определяют критерии определения достойных похорон, в связи с чем решение этого вопроса входит в компетенцию лиц, осуществляющих похороны, с учетом своего отношения к умершему, а также с учетом отношения близких к памяти об умершем.

В отношении расходов на погребение законом установлен принцип возмещения лишь таких расходов, которые признаны необходимыми судом.

Затраты на погребение могут возмещаться на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, то есть размер возмещения не поставлен в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного в субъекте Российской Федерации или в муниципальном образовании, предусмотренного статьей 9 Федерального закона от 12.01.1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».

Истцом представлены документы, согласно которых ею понесены расходы на изготовление и установку памятника, благоустройство места погребения – 281 400 рублей.

Заявленные истцами расходы на изготовление и установку надгробного сооружения, обустройства места погребения к поименованным в ст. 9 Федерального закона от 12.01.1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» не относятся.

Однако, как указано выше, статья 3 этого же Закона определяет погребение как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям.

Следовательно, установка на могиле умершего надгробия и обустройство места захоронения могут быть отнесены к традициям и обычаям, связанным с погребением человека, является одной из форм сохранения памяти об умершем, и подлежат возмещению в разумных пределах.

Доводы ФИО4 о том, что произведенные истцом расходы на погребение не отвечают критериям разумности, поскольку заявленная стоимость затрат на установку памятника и обустройство места захоронения явно завышена, не соотносится с общепризнанными объективными критериями разумности, является несостоятельным, поскольку в силу ст. 5 Федерального закона «О погребении и похоронном деле», вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти. Установление надмогильного сооружения и обустройство места захоронения является одной из формой сохранения памяти об умершем.

В силу ч. 1 ст. 56, ст. ст. 57, 68, ч. 2 ст. 150 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений; доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле; в случае, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны; непредставление ответчиком доказательств и возражений не препятствует рассмотрению дела по имеющимся в деле доказательствам.

Сведений об иной стоимости аналогичных услуг по изготовлению и установке надгробия и обустройство места захоронения не представлено. 

При рассмотрении уголовного дела судом учтено добровольное возмещение ФИО6 расходов на погребение. Расходы на изготовление и установке надгробия и обустройство места захоронения возмещены не были.

Таким образом, суд полагает данные расходы подлежащими возмещению в заявленном истцом ФИО2 размере.

Разрешая требования ФИО2 и ФИО3 о компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Согласно характеризующему материалу, отраженному в приговоре Северского районного суда от 07.10.2022 года, ФИО6 на иждивении малолетних и несовершеннолетних детей не имеет, состоит в браке с работающей супругой, трудоустроен, характеризовался положительно, освобожден от призыва на военную службу по состоянию здоровья, имеет мать-пенсионерку, 1951г.р., которой оказывает финансовую помощь.

Заслуживающих внимание обстоятельств, связанных с личностью ответчика ФИО4, равно как и сведений о его материальном положении стороной ответчиков по делу не приведено.

Согласно ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Статьей 1100 ГК РФ определено, что в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

В соответствии с требованиями ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом с учетом характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, индивидуальных особенностей потерпевшего, а также с учетом требований разумности и справедливости.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.п. 14 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под нравственными страданиями понимается страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности, в том числе из-за переживания в связи с утратой родственников.

В указанных случаях потерпевший вправе требовать компенсации морального вреда, в том числе путем предъявления самостоятельного иска в порядке гражданского судопроизводства.

Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Указанные разъяснения содержались также в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 года 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», действовавшем на момент причинения вреда.

Истцы ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО3, являются родителями погибшей в ДТП ФИО9

В исковом заявлении истцы, ссылаясь на положения ст.ст. 151, 1064 ГК РФ, указали о том, что преступными действиями ответчика ФИО6 приведшими к преждевременной потере близкого человека, им причинены нравственные страдания и переживания. 

Также указали о том, что ответчик ФИО4 является собственником автомобиля 

<

данные изъяты> г/н №, то есть владельцем источника повышенной опасности; сведения о законности или незаконности изъятия указанного транспортного сведения из владения собственника отсутствуют, в связи с чем имеются основания для привлечения ФИО4 к солидарной материальной ответственности.

Решая вопрос о компенсации морального вреда, суд полагает, что гибель дочери сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие истцов, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, невосполнимость данной потери, причиняет нравственные страдания.

Однако, суд также учитывает, что кроме факта родства с погибшей, истцы не указали иных оснований для компенсации морального вреда и не представили доказательств степени перенесенных страданий, доводы об ухудшении состояния здоровья допустимыми доказательствами не подтвердили.

Руководствуясь ст.ст. 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, требованиями разумности и справедливости, принимая во внимание, что жизнь и здоровье человека представляют наивысшую ценность, а также степень и характер нравственных страданий истцов в результате потери дочери, индивидуальные особенности истцов, отсутствие доказательств тяжелого материального положения ответчиков, соблюдая принципы соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, суд полагает возможным взыскать в пользу каждого из истцов компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Разрешая требования иска о взыскании вреда в солидарном порядке, суд исходит из следующего.

Положениями п. 2 ст. 209 ГК РФ установлено, что совершение собственником по своему усмотрению в отношении принадлежащего ему имущества любых действий не должно противоречить закону и иным правовым актам и нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц.

Согласно ст. 210 ГК РФ, собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 ГК РФ).

Пунктом 2 ст. 1079 ГК РФ установлено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

В п.п. 19, 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность по возмещению вреда может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности, в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них (например, если владелец транспортного средства оставил автомобиль на неохраняемой парковке открытым с ключами в замке зажигания, то ответственность может быть возложена и на него).

Таким образом, владелец источника повышенной опасности несет обязанность по возмещению причиненного этим источником вреда, если не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, либо, что источник повышенной опасности выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц или был передан иному лицу в установленном законом порядке.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности. Наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (ч. 3 ст. 123 Конституции РФ), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ), и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий. Стороны сами должны нести ответственность за невыполнение обязанности по доказыванию, которая может выражаться в неблагоприятном для них результате разрешения дела.

Требованиями Федерального закона от 10 декабря 1995 года № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», Правилами дорожного движения Российской Федерации, установлен запрет на эксплуатацию транспортных средств, владельцы которых не исполнили установленную названным законом обязанность по страхованию гражданской ответственности.

Так, в соответствии с пунктом 2.1 Правил дорожного движения (вместе с Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения) водитель механического транспортного средства обязан иметь при себе и по требованию сотрудников полиции передавать им, для проверки: водительское удостоверение или временное разрешение на право управления транспортным средством соответствующей категории или подкатегории; страховой полис обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства в случаях, когда обязанность по страхованию своей гражданской ответственности установлена федеральным законом.

Пунктом 1 статьи 4 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ, пунктом 3 статьи 16 Федерального закона от 10 декабря 1995 года № 196-ФЗ установлена обязанность владельцев транспортных средств на условиях и в порядке, которые установлены Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

Согласно пункту 3 статьи 32 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ, пункту 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностей должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения запрещается эксплуатация транспортных средств, владельцы которых не исполнили установленную названным законом обязанность по страхованию своей гражданской ответственности.

Как установлено в судебном заседании, собственником автомобиля 

<

данные изъяты> г/н № является ФИО4, а водителем в момент ДТП, произошедшего при обстоятельствах, указанных в приговоре являлся соответчик ФИО6

Учитывая изложенное, ответчику ФИО4 для освобождения от гражданско-правовой ответственности надлежало представить доказательства передачи права владения автомобилем иному лицу (ФИО6) в установленном законом порядке. Таких доказательств материалы дела не содержат. 

Наоборот, ФИО6 в ходе рассмотрения уголовного дела пояснил, что по просьбе друга ФИО4 перегонял его автомобиль 

<

данные изъяты> по месту жительства последнего по 

<

адрес>.

ФИО4 пояснял, что проживает по адресу: 

<

адрес>. По просьбе дочери он привез по месту жительства ее подругу ФИО9 для совместного празднования Нового года. К ним также приехали друзья, в том числе супруги К-ны. Он в рассматриваемый период пользовался автомобилем 

<

данные изъяты>, а дочь - 

<

данные изъяты>. 01.01.2022г. вечером он попросил ФИО6 перегнать автомобиль 

<

данные изъяты> по месту жительства, сам двигался спереди на автомобиле 

<

данные изъяты>.

Сам по себе факт передачи ключей от автомобиля подтверждает волеизъявление собственника на передачу данного имущества в пользование, но не свидетельствует о передаче права владения автомобилем в установленном законом порядке, поскольку использование другим лицом имущества собственника не лишает последнего права владения им, а, следовательно, не освобождает от обязанности по возмещению вреда, причиненного этим источником повышенной опасности.

В данном случае гражданско-правовой риск возникновения вредных последствий при использовании источника повышенной опасности возлагается на его собственника и при отсутствии его вины в непосредственном причинении вреда, как на лицо, несущее бремя содержания принадлежащего ему имущества, не исполнившего обязательных требований закона о страховании гражданской ответственности владельца транспортного средства и не обеспечившего выполнение этой обязанности другим лицом.

То есть факт виновности в ДТП водителя автомобиля ФИО6 не является достаточным основанием для освобождения, наряду с ним, собственника от гражданско-правовой ответственности в виде в возмещения вреда.

Автомобиль выбыл из владения ФИО4 не вследствие противоправных действий ФИО6, поэтому основание для исключения ответственности ФИО4 как владельца транспортного средства за причиненный вред, предусмотренное пунктом 2 статьи 1079 ГК РФ, отсутствует.

Действия ФИО4 как собственника источника повышенной опасности, передавшего автомобиль другому лицу не могут быть признаны добросовестными и разумными, поскольку на ФИО6 не был оформлен страховой полис ОСАГО, т.е. ФИО4 без законных оснований передал автомобиль ФИО11, который совершил вышеуказанное ДТП. 

Суд приходит к выводу о том, что действиями ответчиков: собственником автомобиля, не обеспечившему контроль за эксплуатацией своего транспортного средства лицом, не имеющим права на управление им и виновником ДТП, истцу ФИО2 причинены материальный ущерб и нравственные страдания, истцу ФИО3 – моральные страдания, связанные с гибелью близкого родственника, обязанность возмещения которых должна быть возложена на обоих ответчиков.

При установленных фактах отсутствия полиса ОСАГО на автомобиль и обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия суд полагает необходимым возложить совместную ответственность по возмещению вреда в результате дорожно-транспортного происшествия на законного владельца источника повышенной опасности ФИО4 в долевом порядке с лицом, управлявшим в момент дорожно-транспортного происшествия указанным транспортным средством, - ФИО6 с учетом степени вины каждого из них, распределив между ними вину в соотношении 50% и 50%.

Таким образом, с ФИО4 с учетом установленной вины надлежит взыскать в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, в пользу ФИО2 – компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей и возмещение имущественного ущерба в размере 140 700 рублей; с ФИО6 подлежит взысканию в пользу ФИО3 компенсация морального вреда в размере 500 000 рублей, в пользу ФИО2 – компенсация морального вреда в размере 500 000 рублей и возмещение имущественного ущерба в размере 140 700 рублей.

В силу требований ст. 88, ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 и ст. 333.36 НК РФ, учитывая, что в соответствии с требованиями главы 7 ГПК РФ, п. 2 ст. 333.18 НК РФ при распределении судебных расходов солидарная обязанность (ответственность) не возникает, положения ч. 28 ст. 19 Федерального закона от 08.08.2024 года № 259-ФЗ, с ответчиков подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета муниципального образования Северский район, от уплаты которой истцы освобождены законом при подаче искового заявления, в размере 6 014 рублей. С суммы морального вреда, подлежащей взысканию с ответчиков в пользу истца, независимо от суммы компенсации, подлежит взысканию с ответчиков в доход государства государственная пошлина в размере 300 рублей. 

Таким образом, с ответчиков подлежит взысканию в доход МО Северский район государственная пошлина по 3 157 рублей с каждого.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО2, ФИО3 к ФИО6, ФИО4 о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненных преступлением – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО2 в счет возмещения материального ущерба 140 700 рублей, в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, 500 000 рублей.

Взыскать с ФИО4 в ФИО3 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, 500 000 рублей.

Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО2 в счет возмещения материального ущерба 140 700 рублей, в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, 500 000 рублей.

Взыскать с ФИО6 в ФИО3 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, 500 000 рублей.

В остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО6 государственную пошлину в доход муниципального образования Северский район в размере 3 157 рублей.

Взыскать с ФИО4 государственную пошлину в доход муниципального образования Северский район в размере 3 157 рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд через Северский районный суд Краснодарского края в течение месяца со дня составления мотивированного решения суда.

Мотивированное решение суда составлено 21.10.2024 года. 

Председательствующий К.Н. Лапшин