Дело № 2-02-2017 года

П Р И Г О В О Р

именем Российской Федерации

07 февраля 2017 года г.Чита

Забайкальский краевой суд в составе:

председательствующего судьи - Краснояровой Т.И.,

с участием государственного обвинителя–прокурора отдела прокуратуры Забайкальского края Быкова С.В.,

подсудимых–ФИО3, ФИО1,

адвокатов Ситникова И.Э., представившего ордер № 128241 от 09.12.16 года, удостоверение №675, ФИО2, представившего ордер № 133421 от 08.12.16 года, удостоверение №659,

потерпевшего – П1.1,

при секретаре Тихонове Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, 

<

данные изъяты> не судимого;

ФИО3, 

<

данные изъяты>, судимого:

23.12.97 Советским районным судом г. Улан-Удэ по п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 161 УК РФ с применением ст.73 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно;

17.03.2000 года Советским районным судом г. Улан-Удэ по ч.1 ст.213 УК РФ с применением ст.ст. 70, 73 УК РФ к 3 годам 6 месяцем лишения свободы условно;

21.05.02 года Советским районным судом г. Улан-Удэ по п.п. «а», «в», «г» ч. 2 ст.162 УК РФ (в соответствии с изменениями, внесенными постановлением Тавдинского городского суда Свердловской области от 02.06.04 года) с применением ст.ст. 70, 74 УК РФ окончательно к 08 годам лишения свободы;

23.04.07 года Октябрьским районным судом г. Улан-Удэ по ч.2 ст.321 УК РФ с применением ст.70 УК РФ окончательно к 04 годам 06 месяцам лишения свободы, освобожденного по отбытию срока наказания 21.10.11 года,

обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 и ФИО3, совершили умышленное убийство П1, 

<

Дата> года рождения, группой лиц.

Преступление совершено подсудимыми в г. Нерчинске Нерчинского района Забайкальского края при следующих обстоятельствах:

В период с 17-00 часов до 23-00 часов 22 января 2016 года, у находящихся в состоянии алкогольного опьянения ФИО1 и ФИО3 во время совместного распития спиртных со П1 в его жилище, расположенном 

<

адрес>, началась ссора с потерпевшим, и на почве личных неприязненных отношений к П1, у подсудимых возник умысел на его убийство группой лиц.

Реализуя задуманное, подсудимые с целью причинения смерти потерпевшему, действуя совместно и согласованно, группой лиц, умышленно нанесли ему множественные удары ФИО1 нанёс не менее 7 ударов, и не менее 20 ударов нанёс ФИО3, кулаками, ногами, в голову, по телу и рукам П1,. Продолжая совместные преступные действия, направленные на лишение жизни П1, ФИО1, используя в качестве орудия преступления различные предметы, нанёс потерпевшему удар стеклянной бутылкой в голову, два удара стулом по голове и телу, кочергой не менее трёх ударов по телу, после чего, вооружившись находившимся в доме ножом, используя его в качестве орудия преступления, подсудимые совместными действиями, группой лиц, объединяя усилия на причинение смерти П1, поочередно, умышленно нанесли потерпевшему ножом множественные удары в голову, шею, по телу и рукам, из них – ФИО1, нанёс потерпевшему не менее 6 ударов ножом, ФИО3, нанёс потерпевшему не менее 14 ударов ножом. 

Своими совместными преступными действиями ФИО1 и ФИО3 причинили П1 телесные повреждения различной степени тяжести: 

- колото-резаное ранение на правой боковой поверхности шеи в верхней и средней трети с повреждением правой сонной артерии;

проникающие колото-резаные ранения:

на передней поверхности груди слева по окологрудинной линии на уровне 3-го ребра; на передней поверхности груди слева по окологрудинной линии на уровне 4-го ребра; на передней поверхности груди справа по передней подмышечной линии на уровне 6-го межреберья; на передней поверхности груди справа по передней подмышечной линии на уровне 9-го межреберья; на правой боковой поверхности груди по средней подмышечной линии на уровне 11-го межреберья; на передней поверхности груди справа по среднеключичной линии на уровне 4-го межреберья;

на правой боковой поверхности живота по передней подмышечной линии; на задней поверхности груди справа по задней подмышечной линии на уровне 9-го межреберья.

Данные повреждения, как в совокупности, так и каждое отдельно являются опасными для жизни и квалифицируются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью; 

-рвано-ушибленные раны: на коже нижней губы и в лобно-теменной области слева; резаные раны: на правой ушной раковине с отсутствием средней и нижней трети большого завитка с мочкой; на задней поверхности шеи с переходом в затылочную область справа; на правой боковой поверхности шеи в средней трети; на передней поверхности шеи в нижней трети в центре; на ладонной поверхности левой кисти по наружному краю ногтевой фаланги 1-го пальца;2 резаные раны на задне-наружной поверхности правого лучезапястного сустава; колото-резаные раны: на правой боковой поверхности шеи в верхней трети; на передней поверхности груди слева по окологрудинной линии на уровне 2-го ребра, в 1,5 см от срединной линии; на передней поверхности груди слева по среднеключичной линии на уровне 9-го ребра; на задней поверхности груди по околопозвоночной линии на уровне 6-го грудного позвонка - данные повреждения, как в совокупности, так и каждое отдельно квалифицируются как повреждения, причинившие легкий вред здоровью;

- кровоподтеки в окружности левого глаза с переходом на нос, лобную, височную и щечную область слева на фоне отека мягких тканей; множественные ссадины на лице и предплечьях, не причинившие вред здоровью. 

Смерть П1 наступила от массивной кровопотери, развившейся в результате полученных проникающих колото-резаных ранений груди и живота с повреждением правого легкого, сердечной сорочки, сердца, диафрагмы, правой доли печени и колото-резаного ранения на правой боковой поверхности шеи в верхней и средней трети с повреждением правой сонной артерии.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в предъявленном ему обвинении признал частично, и показал, что ФИО3 к убийству П1 не причастен. 22 января 2016 года с утра позвонивший ему П1, позвал его к себе в зимовье опохмеляться, так как накануне они вместе употребляли спиртное. Первую половину дня он распивал спиртное со П1 и находившимися у него С1 и своей сестрой С2, а около 17-00 часов по его звонку в зимовьё пришёл ФИО3, двоюродный брат его гражданской, на тот период, жены С7.1. ФИО3 поинтересовался у П1 продажей ему сруба под дом, и стал с ними употреблять спиртное, к этому времени С2 и С1 ушли из зимовья. Пьяный П1 при распитии спиртного, сказал ему, что имел близкие отношения с С7.1, и на этой почве, он нанёс ему несколько ударов кулаком в лицо, затем с телефона ФИО3, позвонив С7.1, находившейся в селе Зюльзя, узнал, что П1 пытался её поцеловать, и из ревности, нанёс П1 множественные удары в лицо и по телу кулаками и локтями. ФИО3, не вмешиваясь в их конфликт, вышел из зимовья, а он, продолжил избиение кулаками, затем, лежащему на полу П1, нанёс удары ногами по телу. К возвращению ФИО3 он уже успокоился, а поднявшийся с пола П1, перед ним извинился, сказал, что пошутил, и они продолжили употреблять спиртное. Опьяневший П1 вновь стал его провоцировать своими разговорами о близости с С7.1, и тогда он, сидящему в кресле П1 нанёс несколько ударов кочергой по телу и голове. ФИО3, растолкав их в разные стороны, его к печи, П1 - на диван, взял 150 рублей, и ушёл за сигаретами, больше он в зимовье не возвращался. Оставшись вдвоём со П1, со злости нанёс ему два удара стулом по голове и телу, затем взял со стола бутылку с остатками водки, и стоящего перед ним П1 ударил по голове, от удара П1 присел на корточки, бутылка разбилась, а он, взмахнув осколком горлышка бутылки, не заметил, как у П1 отлетела часть уха. Вытирая кровь тряпкой, П1 сел в кресло, а он с испугу, что П1 заявит на него в правоохранительные органы, как в тумане, взял со стола нож с серой ручкой и нанёс ему 3-4 удара в живот, 3-4 удара в грудь, последний удар ножом нанёс в шею.

Отрицая нанесение ударов ножом в спину потерпевшего, допускает, что они образовались в результате сквозных ран, нанесенных им ножом в область груди.

Далее показал, что оставив окровавленного П1 в кресле, сложил в пакет нож, полотенце, бутылку водки и направился в дом к своей тёте С8 на 

<

адрес>, и в ограде её дома встретив ФИО3, сказал, что по ходу зарезал его, имея в виду П1. В тот момент был зол на ФИО3 из-за его слов, что увезёт в г.Улан-Удэ С7.1 водиться с его ребёнком, а сам с женой станет работать, поэтому, решив обвинить его в убийстве П1, обтёр нож и, попытался его ему отдать, но ФИО3 не взял нож, а он, выбросив куда-то нож, войдя в дом, сказал С8, что по ходу убил человека, она ему не поверила, хотя испугалась, увидев его окровавленные руки.

Утверждает, что на следствии, со злости оговаривая ФИО3 в отрезании ножом уха П1 и нанесении удара ножом в шею, по телефону в тот же вечер сообщил С1 или своей сестре С2, что он и ФИО3 зарезали П1, об этом же рассказал им на следующий день, после того как утром с ФИО3 сходил к П1, полагая, что П1 возможно нужна помощь, если он жив. В зимовьё ФИО3 не заходил, а он, войдя и убедившись, что оставленный им с вечера в кресле П1, не подаёт признаков жизни, избавляясь от улик, собрал в зимовье осколки стекла, бутылки, рюмки и выбросил их в овраг.

В связи с противоречиями в показаниях подсудимого ФИО1, в судебном заседании исследовались его показания на предварительном следствии, которыми установлено, что признавая вину в умышленном лишении жизни П1, первоначально ФИО1 давал стабильные показания об обстоятельствах убийства потерпевшего, изобличая как себя так и ФИО3.

Так в явке с повинной, 25.01.16 г. ФИО1 в присутствии защитника, сообщая об убийстве П1, указывал, что в ходе совместного распития спиртных напитков, из-за своей сожительницы С7.1, двоюродной сестры ФИО3, у него возник скандал со П1 и он нанёс потерпевшему около 6-7 ударов кулаками в лицо, а ФИО3 не менее 10 ударов ногами по лицу и телу. Далее сообщал, что он пустой бутылкой ударил П1 по голове, бутылка разбилась и, он табуретом нанёс ему два удара по голове и телу, затем взял со стола нож и нанёс ему ножом удар в затылочную часть, оставив у не на шее порез длиной около 8-10см., и закурил, отбросив нож. Оглянувшись видел, как ФИО3 отрезает этим же ножом ухо у П1, домой ушёл домой, так как испугался, когда на шее П1 увидел рану в области сонной артерии (т.1 л.д. 63-64).

Аналогичные показания ФИО1 давал 25.01.16 г. при допросе в качестве подозреваемого, и при проверке его показаний на месте 26.01.16г. дополнив, что ФИО3 при нанесении не менее 10 ударов по лицу и телу ни только ногами, но и кулаками, заставлял П1 говорить ему правду. Уточнял, что после ухода С1 и С2, возникла ссора со П1 около 20-00 часов вечера при совместном ими распитии спиртных напитков. Уточнял, что от его ударов стулом, П1 упал на пол лицом вниз, и в этот момент он ножом в затылочной части сделал порез и бросил нож, а затем увидел как этим ножом ФИО3 отрезает ухо у кричащего от боли П1, лежащего на полу возле кресла, лицом вниз. Отвернувшись к печке он закурил, а затем, увидел у хрипящего П1 рану на шее справа в области сонной артерии. На следующее утро вдвоём пошли в зимовьё, чтобы выкинуть бутылки, ФИО3 один заходил и вынес пакет с бутылками и рюмками, который они выбросили в овраг. Характеризуя ФИО3 как вспыльчивого человека, ФИО1 уточнял, что между ними нормальные отношения (т.1 л.д.72-76, 99-102).

Допрошенный в качестве обвиняемого 28.01.16г., признавая вину частично, ФИО1 давая аналогичные показания, отрицал сговор с ФИО3 на убийство П1, показывая, что действуя самостоятельно, потерпевшему нанёс ножом только один удар в шею сзади, других ударов ножом не наносил, ФИО3 наносил удары ногами и кулаками, отрезал ножом ухо П1, кроме того, до скандала с потерпевшим, ФИО3 бросал этот нож со стола в сторону умывальника, разбив над ним зеркало (т.1 л.д. 142-146).

На очной ставке с ФИО3 10.03.16г., подсудимый ФИО1, изменив свои показания и, сообщая о нанесении им сидящему в кресле потерпевшему 4-5 ударов ножом в живот, бок и грудь, указывал, что не помнит когда нанёс ему эти удары, до того как увидел на шее у него рану или после, при этом категорически отрицал нанесение П1 других ударов ножом, в том числе и в шею (т. 2 л.д. 58-64).

Аналогичные показания ФИО1 давал при допросе 12.03.16г., при повторной проверке его показаний на месте 13.03.16 г., а, при выяснении у него на допросе 19.03.16г. обстоятельств причинения всех обнаруженных экспертом на теле П1 телесных повреждений, воспользовавшись ст.51 Конституции РФ, от дачи показаний отказался, вместе с тем, 20.04.16г. в своём ходатайстве указал об оговоре его ФИО3 в совершении убийства, сославшись на то, что ФИО3 на манекене точно показал те удары, которые были обнаружены на жертве, поэтому допускает, что именно ФИО3 нанёс эти удары, а ему предлагал всю вину взять на себя (т.2 л.д. 65-70; 71-75; 85-90).

Затем, 14.09.16 г. ФИО1, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ, отказался от своих прежних показаний, данных им, по его мнению под психологическим воздействием следственных органов, и затем, 27.09.16 г. в чистосердечном признании, в последующих допросах 07 и 10 октября, признавая вину частично, просил снять обвинение с ФИО3 в связи с его непричастностью к преступлению, так как в его отсутствии он убийство П1 совершил один при обстоятельствах, указанных им при допросах, дополнив, что после его трёх ударов кочергой по телу, П1 упал и уснул, он, разбудив его для продолжения с ним разговора, сидящему в кресле П1 нанёс удар стеклянной бутылкой по голове, замахнувшись осколком бутылки для повторного удара, попал по правому уху и отсёк часть ушной раковины, затем от его двух ударов стулом по голове и телу, П1 упал и он нанёс ему около 5 ударов ногами по телу и лицу, закурил, а потом, сидящему в кресле П1 ножом нанёс около пяти ударов в живот и грудь, и уходя домой, захватил с собой нож и бутылку водки, при этом не помнит, где встретил ФИО3, рассказал ему о произошедшем, и потом оба, одновременно вошли в дом к С8.

Сообщая, о неправдивости его прежних показаний о причастности ФИО3 к убийству, в связи со злостью на него из-за С7.1, вместе с тем, ФИО1, утверждая об убийстве им П1 в результате нанесённым им 5 ударов ножом в живот и грудь, происхождение остальных колото-резаных телесных повреждений, обнаруженных на теле потерпевшего, в том числе раны на шее, не смог объяснить (т.3 л.д.19-22, 78-81, 92-100, 184-187).

Более того, на очной ставке с ФИО3 20.10.16г. ФИО1 дополнял, что отмывая от крови свои руки в доме, слышал как ФИО3 говорил С8 про него, что скорее всего, он (ФИО1) убил П1 (т. 3 л.д. 219-228).

Подсудимый ФИО3 вину в предъявленном ему обвинении не признал и показал, что не совершал убийства потерпевшего П1, его оговорил Карлин со злости. У него не было мотива для убийства П1, с которым познакомился 22 января, придя к нему в зимовьё около 17-00 часов по просьбе ФИО1, позвавшего его для разговора. В зимовье пьяные П1 и ФИО1 ругались, С1 вышел с ним во двор и предложил приобрести у П1 сруб под дом, но он в связи с выездом семьи в г.Улан-Удэ, отказался, они вернулись в зимовьё, где уже проснулась С2 и вскоре с С1 ушла, и они втроём продолжили употреблять спиртное. ФИО1 и П1 сидя у печки, продолжали ругаться из-за С7.1, с которой Карлин сожительствовал, а П1 ему сообщил об интимной близости с ней. С его телефона ФИО1 позвонил С7.1, от которой узнал, что у нее со П1 не было отношений, обозлённый ФИО1 ударил П1 2-3 раза кулаком в лицо, затем нанёс ему 3 удара кочергой. Пытаясь успокоить ФИО1, он растолкал их в стороны, пьяный П1 упал на диван и уснул, ФИО1 пытался его поднять, но он ему не позволил, они вдвоём выпили, затем ФИО1 дал ему 150 рублей на сигареты и он ушёл в магазин. Спустя 40 минут, он из квартиры, в которой временно проживал, пошел в дом к С8, тёте ФИО1, проживающей по 

<

адрес>, и, увидев свет в окне зимовья П1, решил дойти туда. Открыв дверь в зимовьё, увидел окровавленного, сидящего в кресле к нему лицом П1 и стоящего напротив него ФИО1 и поэтому окликнул его. ФИО1 обернулся, у него были бешенные глаза, в руках - столовый нож с белой рукоятью и окровавленным лезвием длиной 20 см. Испугавшись, он захлопнул дверь и побежал к дому С8, ФИО1 его догнал возле калитки, и ничего не говоря, достал из пакета нож, обтёр кровь и попытался ему передать, но он не взял его. Увидев в пакете окровавленную бутылку, спросил ФИО1, не бутылкой ли убил, ему ФИО1 ответил, что бил ножом, два раза в живот, два раза в шею. Предложив ФИО1 идти в полицию, сказал ему, чтоб за собой никого не тянул, а ФИО1 ответил смехом, что его потянет за собой. Войдя в дом первым, так как ФИО1 оставался с ножом в ограде у туалета, он сказал С8: «Шутит что ли Серёга, что убил своего друга, зайдёт, сам скажет», в этот момент Сергей зашёл с окровавленными руками и С8, увидев его руки, побледнела, была в шоке. Употребив с ФИО1 водку, ушёл к себе в квартиру за сигаретами, и остался там ночевать. Утром ему позвонила С7.1, его двоюродная сестра и спросила: «Кого Сергей убил?», и попросила его сходить к П1, а затем позвонил ФИО1 и тоже предложил сходить с ним в зимовьё. Из любопытства, узнать действительно ли убит П1, пошёл, но увидев в открытую ФИО1 дверь П1 в кресле в том же положении, понял, что он мёртв, и заходить не стал, а вынесенный из зимовья ФИО1 пакет с бутылками и рюмками, выбросили в овраг. В тот же день, собираясь уезжать в г.Улан-Удэ, из-за отсутствия денег на билет, предложил супругам С9 и С10 купить у него женские унты, и рассказал каждому из них об убийстве ФИО1 П1. В полицию не стал заявлять об убийстве, опасаясь, что ФИО1 его обвинит в убийстве, так как с его слов знал, что у него в полиции друзья, и поэтому вечером уехал в г. Улан-Удэ.

Уточнил, что 26 января с С7.1 не созванивался, никаких разговоров о том, что всю вину ФИО1 на себя возьмёт за убийство П1, он не вёл с ней, считает, что С7.1, зарегистрировавшая летом с ФИО1 брак, его оговаривает, как и остальные свидетели, которые, якобы, слышали его с ней телефонный разговор. Не знает, по какой причине оговаривают его и С9 и С10, указывающие, что он не сообщал им об убийстве ФИО1 П1.

Дополнил, что зная на следствии об оговоре его ФИО1 в нанесении ударов ногами, кулаками и ножом отрезании П1 уха, и нанесении удара ножом в шею, также давал в отношении него ложные показания о том, что видел, как ФИО1 наносил удары ножом, фактически обстоятельства убийства, механизм и последовательность нанесения им ударов ножом П1 ему известны только со слов самого ФИО1.

В связи противоречиями в судебном заседании исследовались показания подсудимого ФИО3 на предварительном следствии, из которых установлено, что 02 марта 2016 года подозреваемый ФИО3 отдачи показаний отказался, воспользовавшись положением ст.51 Конституции РФ (т.2 л.д. 8-10).

03.03.16г. при допросе в качестве обвиняемого, не признавая вину в предъявленном обвинении, ФИО3 показывал, что после нанесения ФИО1 потерпевшему нескольких ударов локтями в лицо и кочергой, он их разнял и вышел из зимовья покурить. Вернувшись, увидел стоящих рядом с креслом друг против друга П1 и ФИО1 в центре зимовья, при этом ФИО1, ножом с белой рукоятью длиной около 11 см. и лезвием такой же длины, наносит П1 удары в область живота. От ударов ножом, П1 упал в кресло, и ФИО1 нанёс ему удар ножом в шею. Всё происходило быстро, ФИО1 не отвечал на его вопросы, и он вышел. Когда ФИО1 вышел из зимовья, при нём был пакет с бутылкой водки, в руках нож и белая тряпка, которой он вытирал руки и нож. Войдя в дом, Карлин стал мыть руки, а он дважды сказал С8, что ФИО1 убил человека, она его услышала, но ничего не ответила. При нём ФИО1 позвонил своей сестре С2, сказал, что убил П1, и попросил её в полиции сказать, что уходили из зимовья вместе и ночевали все в одной квартире.

Уточнял, что выехав 23 января в г. Улан-Удэ, до задержания проживал в доме своего знакомого, данные которого и адрес назвать не смог (т. 2 л.д. 15-20).

Аналогичные показания ФИО3 давал при дополнительном допросе 09.03.16г. при этом, сообщая о количестве ударов, нанесённых ФИО1 потерпевшему: около 5-6 ударов локтями обеих рук в лицо, 4 ударов кочергой по телу, 2 ударов ножом в область живота и 1 удара ножом в шею сидящему в кресле П1, уточнял, что отсутствовал в зимовье минут пять, и увидел нанесённые ФИО1 удары ножом, вернувшись, и когда присел на стул возле стола, разглядел нож в руке у ФИО1 при нанесении им удара в шею П1, а когда от двери шёл до стола, видел только взмахи его правой рукой при нанесении ударов в живот (т. 2 л.д. 52-57).

Из просмотренной в судебном заседании видеозаписи проверки показаний на месте от 20.04.16 г. следует, что ФИО3 уточнял как часто он выходил из зимовья: после нанесения ФИО1 ударов локтями по лицу П1, при его возвращении ФИО1 наносил удары потерпевшему кочергой. Он разнял их, П1 уснул, ФИО1 остался в зимовье, а он вышел покурить минут на 15-20. Возвратившись, увидел сидящего с окровавленным лицом П1 в кресле, и ФИО1, наносящего ему удары правой рукой в живот. Нож в руке ФИО1 разглядел, когда он повернулся к нему, а пройдя к столу и увидев на стуле кусочек уха, скинул его на пол, увидел как ФИО1 ножом с белой рукоятью нанёс удары вниз живота потерпевшему (т. 2 л.д. 122-130).

14.09.16 г. при дополнительном допросе, не признавая вину, ФИО3 подтвердив предыдущие показания, воспользовался положением ст. 51 Конституции РФ (т.3 л.д. 29-32).

При допросах 08.10.16г., 18.10.16г, и при проверке показаний на месте 19.10.16г., оставаясь на прежних показаниях о своей непричастности к убийству, ФИО3 дополнял, что он постоянно во время ссоры успокаивал ФИО1 и П1, а после нанесённых ФИО1 потерпевшему ударов локтями и кочергой, в течение часа отсутствовал в зимовье, уходя за сигаретами, вернувшись, обнаружил окровавленного П1, сидящим в кресле и возле стола с ножом в руке ФИО1. ФИО1, бросив нож на пол, при нём ударов ножом потерпевшему не наносил.

Уточнял, что опасаясь, что ФИО1, рассказавший ему при выходе из зимовья о нанесении П1 двух ударов ножом, всю вину за убийство переложит на него, он на предыдущих допросах показывал, что видел, как ФИО1 наносил удары ножом потерпевшему. Также утверждал о попытке ФИО1 передать ему нож после убийства, который он не взял, и, придя в дом, сказал С8: «По моему ФИО1 кого-то убил», и в это время ФИО1 отмывал от крови руки, а после употребив с ним спиртное, с его телефона ФИО1 позвонил С7.1 и своей сестре С2 и обеим сказал что убил П1. На следующее утро после вынесения из зимовья окровавленные бутылки и рюмки, Карлин сказал ему, что зарезал П1, нанёс ему ножом два удара в живот и один удар в шею (т.3 л.д.115-120, 169-174, 195-199).

Из исследованной в судебном заседании очной ставки между подсудимыми от 10 марта, установлено, что ФИО1, изменив показания в пользу ФИО3, указывал о нанесении последним только 5-6 ударов кулаками по лицу потерпевшему, и отказался давать в отношении него показания о нанесении им ударов П1 другими предметами. При этом ФИО1, давая подробные показания о нанесении им потерпевшему ударов кулаками, стулом и бутылкой по голове, уточнял, что отбросил осколки бутылки в сторону, затем сидящему в кресле потерпевшему ножом нанёс 4-5 ударов по телу - в бок, в живот и грудь, утверждая, что он точно помнит это количество ударов ножом, удар ножом в шею не наносил, и не избивал его кочергой, как указывал ФИО3.

ФИО3, отрицая нанесение потерпевшему ударов кулаками, показывал, что не видел как ФИО1 наносил П1 удары кулаками, стулом, бутылкой, в его присутствии ФИО1 нанёс около 3 ударов локтями, кочергой около 3-4 ударов по телу, и два удара рукой в живот, после чего увидел в его руке нож, и удар ножом в шею. Вместе с тем, ФИО3 уточнял, что вывод о нанесении ФИО1 удара ножом в шею сделал из-за того, что увидел в его руке нож, а на шее у потерпевшего кровь, а поэтому допускает, что ФИО1 возможно прав и не наносил удар ножом по шее П1. (т.2 л.д. 58-64).

Несмотря на противоречия в показаниях подсудимых, вина каждого из них в совершении убийства П1, при обстоятельствах, установленных судом, доказана полностью и объективно подтверждена совокупностью следующих доказательств:

Потерпевший П1.1 в судебном заседании показал, что об обстоятельствах убийства своего племянника П1, ему ничего не известно. 24.01.16 года в первой половине он решил его навестить, и, войдя в зимовьё, обнаружил окровавленного П1 сидящим в кресле посередине комнаты, с признаками насильственной смерти. Обратил внимание, что у П1 была отрезана ушная раковина, сам он оказался примёрзшим к креслу, поскольку жилище было проморожено. Об убийстве сообщил в полицию.

Охарактеризовал племянника как спокойного, молчаливого человека, не злоупотреблявшего спиртным, дополнив, что проживал П1 один в зимовье, собираясь строить дом, приобрёл сруб, но в последнее время, уволившись с работы, намеревался с С1 уехать на вахтовую работу.

Свидетель С1 в судебном заседании показал, что 22 января он распивал спиртные напитки в зимовье у П1, сначала с ними употребляли спиртное Карлин со своей сестрой С2, во второй половине дня присоединился Александр, его по телефону пригласил ФИО1. Лично он не был знаком с Александром и не знал его фамилию, когда видел его, приходя к С2 домой. Употребив вместе бутылок 5 водки, он с С2 ушёл в дом к её матери, а ФИО1 и ФИО3 остались в зимовье, ещё до их ухода, во время распития спиртного, ФИО1 что-то выяснял у П1, а ФИО3 ему поддакивал, пьяный же П1 никак не реагировал. Утром звонил П1, его телефон был недоступен, потом С2 ФИО1 позвонил, и сказал ей: «По ходу мы зарезали его». Эти слова ФИО1 ему тут же передала С2. В тот же день ФИО1, придя в дом к своей матери, рассказал ему и С2, что все было как в тумане, он помнит как Александр и он резали П1 ножом, потом он нож выкинул, куда не помнит. Кроме того, ФИО1 просил подтвердить, что он из зимовья ушёл раньше них, если полиция будет интересоваться событиями того вечера.

Аналогичные показания свидетель С1 давал 28.01.16г. на очной ставке с ФИО1, ФИО1, подтверждая, что действительно говорил С1, что резали ножом П1, ссылался на своё шоковое состояние в тот момент, так как считал себя соучастником убийства, вместе с тем указывал, что П1 от его ударов кулаками, стулом, бутылкой, ножом, не мог умереть, сам он не выкидывал нож, последний раз нож видел, когда ФИО3 им отрезал ухо П1 (т.1 л.д. 127-132). 

Свидетель С2 в судебном заседании дала аналогичные показания по распитию спиртных напитков в зимовье у П1 совместно со своим братом Сергеем и ФИО3, дополнив, что Сергей и ФИО3 начали при ней ссориться со П1, сообщившим её брату об интимной связи с его сожительницей С7.1. ФИО3, двоюродный брат С7.1, активно поддерживая ФИО1, разговаривал с П1 на повышенных тонах, но до рукоприкладства у них не дошло и около 17-00 часов она с С1 ушла домой. Утром ей позвонил ФИО1 и сказал: «Мы по ходу убили П1, он готов», - но она ему не поверила, не исключает, что находившийся рядом с ней С1 слышал слова её брата. Днём ФИО1 заходил в дом к матери, и снова сказал ей и С1, что он и Александр зарезали П1, и что между ними до убийства произошёл конфликт, какой не уточнял, но он догадалась, что из-за С7.1 они убили П1.

Дополнила, что 26 января в дневное время С7.1 позвонила на сотовый телефон её матери С3 (

<

данные изъяты>), и она услышала, что С7.1, подключив конференц-связь разговаривает по телефону с ФИО3, поэтому включив режим громкой связи, вместе с матерью и находившимися рядом с ними С5 и С4 услышали их разговор. ФИО3 говорил, что на 

<

адрес> познакомился с женщиной и находится у неё в двухэтажке, завтра, 27 числа он уедет и его не найдут, а если поймают, всю вину будет валить на ФИО1, пусть Серёга берёт всё на себя, паровозом его не тащит, так как у него ребёнок и он недавно освободился.

Аналогичные показания свидетель С2 давала на очных ставках с подсудимыми 28.01.16г., при этом ФИО1, подтверждая, что действительно он говорил сестре об убийстве П1 совершённым им и ФИО3, ссылался на своё шоковое состояние при даче этих показаний, а ФИО3, не соглашаясь с показаниями С2, утверждал, что у него не было с С7.1 26 января телефонного разговора, он общался с ней последний раз по телефону 23 января, когда она у него спрашивала, кого убил ФИО1 (т.1 л.д.133-137; т.3 л.д.188-194).

Свидетель С3 в судебном заседании положительно охарактеризовав своего сына ФИО1, показала, что со слов дочери С2 ей известно, что ФИО1 и ФИО3 вдвоем убили человека, ей же Сергей только говорил, что у них произошла драка со П1, так как он плохо отозвался о его жене С7.1.

Дополнила, что 25 января ФИО1 был задержан по подозрению в убийстве П1, а ФИО3 находился в бегах, и его телефон был недоступен. На следующий день, то есть 26 числа она с дочерью и С5 находились в квартире у С4, когда на её телефон позвонила С7.1. Телефон взяла С2 и включила громкую связь и они все услышали разговор С7.1 с ФИО3, говорившим, чтобы ФИО1 брал все на себя, а у него маленький ребенок, он недавно освободился и его не поймают. Что ещё ФИО3 продолжал говорить, она не разобрала из-за помех, и так как сильно заволновалась, когда поняла, что ФИО3 сказал, что Сергей всё возьмёт на себя, он или договорился с ним, или договориться, но в тюрьму не «сядет».

Аналогичные показания о звонке С7.1 на телефон С3 26 января 2016 года, показали в судебном заседании и свидетели С4 и С5, уточнив, что из разговора они поняли, как ФИО3 говорил, что он скоро уедет в г. Улан-Удэ, и его не поймают, пусть всё на себя берёт Сергей, они договорились, а у него маленький ребёнок, семья и он недавно освободился. 

Более того свидетель С4 дополнила, что она и её муж С6 накануне этого звонка ФИО3, узнали от П1.1 об убийстве его племянника П1, и о задержании по подозрению в убийстве сына С3, Сергея, по прозвищу «Космос».

Свидетель С6 в судебном заседании показал, что 14 января, услышав от пьяного П1 о его близких отношениях с С7.1, сожительницей ФИО1, велел ему молчать, а спустя неделю, от жителя села С11 узнал, что «Космос», так называют ФИО1, кого-то убил, одновременно об убийстве и обнаружении тела П1 в зимовье узнал от П1.1. Кроме того, 26 января ему С4 рассказала, что у них в квартире были С5 и С3 с дочерью, когда на телефон С3 позвонила С7.1 и они все по громкой связи услышали её разговор с ФИО3, из которого поняли, что ФИО3 намерен скрываться, а всю вину за убийство П1 валит на ФИО1. 

Свидетель С7(С7.1 до брака) в судебном заседании подтвердив свои показания на предварительном следствии, воспользовавшись положением ст.51 Конституции РФ, отказалась от дачи показаний.

Из исследованных в судебном заседании её показаний, установлено, что характеризуя своего двоюродного брата ФИО3 с отрицательной стороны, она сославшись на нормальные между ними отношения, поясняла при допросе 28.01.16г., что лично со П1 не знакома, с ФИО1 22 января созванивалась около 2-3 раз, последний раз он ей звонил около 18-00 часов, говорил, что находится у сестры, звал её вернуться в Нерчинск, никаких разговоров о П1 между ними не было. 23 января в первой половине дня ей позвонил ФИО3 и ничего не объясняя, сказал, что его «закроют», после этого она ему звонила неоднократно, интересовалась, что произошло, и ФИО3, не сообщая подробности, сказал ей, что кого-то зарезал. На другой день, ФИО1 по поводу отсутствия ФИО3 ей ответил, что он «стегал», а на её вопрос, кого зарезал ФИО3, сказал, что она позже узнает. 24 января, дозвонилась до ФИО3, услышала от него, что он в г. Нерчинске у родственников С9 и С10, и сообщила ему, что 25 числа возвращается домой из Зюльзи, ей нужен ключ от квартиры, в которой он жил. Пообещав принести ей ключ, ФИО3 25 января прекратил отвечать на её звонки, 26 числа дозвонившись до него, во время их разговора, включила режим громкой связи, позвонила С3, взяла телефон С2 и услышала, как ФИО3 говорил, что он на 

<

адрес> у женщины в двухэтажке, не смог вернуть по этой причине ключ от квартиры, что 27 января он вернётся в г. Нерчинск, а потом уедет в г. Улан-Удэ, говорил, что его ищут сотрудники полиции, поэтому отключает телефон. Интересуясь у неё, где ФИО1, ФИО3 говорил, чтобы Сергей брал всё на себя, а у него маленький ребёнок, он уедет, спрячется и его не найдут, предложил и ей уехать с ним в г. Улан-Удэ и водиться с её ребёнком, но она отказалась (т. 1 л.д. 122-126). 

Из допроса С7 от 07.09.16г. следует, что сообщая номер симкарты (

<

данные изъяты>), которым она пользовалась в январе 2016 года, уточняла, что согласно представленным ей распечаткам телефонных соединений, с абонентского номера 

<

данные изъяты>, принадлежащего П1, ей могли 21 и 22 января звонить только ФИО1, его сестра С2 и ФИО3. Кроме того, вспомнив дополняла, что звонивший ей 22 января ФИО1 интересовался у неё об интимных отношениях со П1, и, узнав, что они не знакомы, заставил П1 по телефону извиниться перед ней. Извинившись, П1 сказал ей, что он пошутил (т.3 л.д. 53-55).

Подтверждала свои показания свидетель С7 и на очной ставке 20.10.16 г. с ФИО3, уточняя, что 23 января по телефону спрашивала его, правда ли, что они убили П1? ФИО3 ей отвечал, что это правда, а в октябре месяце он позвонил, и просил её на следующей очной ставке подтвердить, что 23 января при разговоре по телефону она просила его сходить на 

<

адрес>, и спрашивала его: «Правда ли что ФИО1 убил П1?».

ФИО3 отрицая телефонные разговоры с С7.1 после 23 января, указывал, что ничего не говорил ей об убийстве, и С7.1 только просила его сходить до С2 и узнать что произошло (т.3 л.д.229-234).

Свидетель С8 в судебном заседании, показала, что 22 января около 22-00 – 23-00 часов пришли в дом к ней пьяные ФИО1 и ФИО3, стали в кухне употреблять спиртное, а она, находясь в комнате никаких разговоров об убийстве П1 не слышала, ей ФИО3 об убийстве ФИО1 П1 ничего не говорил, он у неё только интересовался сигаретами, и, распив спиртное, ушёл за сигаретами, с тех пор она его не видела. 

Уверена, что если бы у ФИО1 были руки в крови, она бы такое не забыла.

Аналогичные показания свидетель С8 давала на предварительном следствии 20.10.16 г., в том числе и на очных ставках с подсудимыми, утверждая, что ей как ФИО3 об убийстве ФИО1 П1 ничего не говорил, и крови на руках ФИО1 она не видела, так и сам ФИО1 не говорил ей об этом убийстве.

Вместе с тем, ФИО3, изменив прежние показания, на очной ставке показывал, что он не помнит что конкретно говорил С8 придя в дом, и не знает о чём и с кем ФИО1 разговаривал с его телефона, слышал только одну фразу, что убил П1, а также не знает, напугалась ли С8, увидев у ФИО1 руки в крови, кроме того, уточнял, что ранее давал неправдивые показания в целях своей защиты. 

ФИО1 в свою очередь, на очной ставке уточнял, что он допускает, что С8 могла не расслышать его слова, когда ей говорил войдя дом, что возможно он убил человека (т.3 л.д. 235-241;242-247).

Свидетель С9 в судебном заседании показала, что 23.01.16 года днем заходил дальний родственник её мужа ФИО3 и предложил ей купить у него женские унты за три тысячи рублей, так как, собравшись уезжать в г. Улан-Удэ, не имел денег на билет. Сообщив ему, что вечером посоветуется о покупке унтов с мужем, в тот же вечер ФИО3 вновь пришёл к ним домой, ему отдали за покупку унтов деньги и по его просьбе муж отвёз его на станцию Приисковую.

Уточнила, как и С10, что ФИО3 им ничего не говорил об убийстве ФИО1 П1, и они ему не предлагали идти в полицию. 

Аналогичные показания в судебном заседании давал и свидетель С10

Более того, свидетели С9 и С10 свои показания подтверждали 07.10.16г., и на очных ставках с ФИО3, который не соглашаясь с показаниями С9, показывал, что допускает, что С10 мог не слышать, как он говорил его жене, что ФИО1 убил П1 (т.3 л.д.101-105, 106-111).

При повторных очных ставках с супругами С9 и С10 19.10.16г. ФИО3 показания С9 подтверждал, показывая, что допускает, что он мог только подумать о том, чтобы сказать ей об убийстве П1, но на самом деле не сказал, поскольку сам был не уверен, убил ли ФИО1 П1 (т.3 л.д.200-204; 205-210).

Суд критически относится к данным показаниям ФИО3, поскольку убийство П1 было совершено накануне в вечернее время 22 января, более того, до посещения им С9 и С10, с утра он и ФИО1 с целью уничтожения улик побывали в зимовье, а поэтому суд считает, что ФИО3 выдвинул данную версию в своих показаниях с целью изобличения им одного ФИО1 в убийстве П1, и умаления своей роли, и поэтому ссылался на показания свидетелей С8 и С9, которым он сообщал об убийстве ФИО1 П1. 

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля С11 от 09.07.16г., следует, что ему не известны обстоятельства убийства, интересовался 24 января у С6, проживавшего по соседству с ФИО1, действительно ли Сергей отрезал голову какому-то П1, но тот сам ничего не знал. Ничего не мог сообщить об убийстве и позвонившему ему С18, который тоже спрашивал, кому ФИО1 по прозвищу «Космос», отрезал голову (т.2 л.д. 194-196).

Свидетель С12 в судебном заседании показал, что в январе 2016 года работал в службе «такси», и кроме извоза граждан осуществлял услугу доставки спиртных напитков по заявкам на дом лицам, которые ему звонили, доставлял ли водку 22 января на 

<

адрес> к П1, не помнит.

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля С13 следует, что ей об обстоятельствах убийства её знакомого П1 ничего неизвестно, охарактеризовала его только с положительной стороны (т.3 л.д. 33-35).

Свидетели С14, С15 в судебном заседании положительно охарактеризовав П1, показали, что он не был конфликтным, об обстоятельствах его смерти им ничего не известно.

Кроме того свидетель С15 дополнила, что по соседски часто общалась со П1, накануне убийства он ей говорил, что к нему приходит и достаёт мужик, называл при этом П1 его по прозвищу «Космос», и говорил, что с этим «Космосом» какой-то незнакомый ему человек, а примерно 18-20 января П1 ей сказал, что у него пропала собака и по его мнению её убил этот «Космос». 22 января в первой половине дня звонивший ей пьяный П1 просил срочно его куда-то свозить, полагает, что, скорее всего, его нужно было свозить за водкой, но она не смогла, а когда перезвонила ему, он уже не нуждался в транспорте. Утром 24 января от П1.1 узнала, что он обнаружил труп своего племянника П1 в зимовье. Войдя с сотрудниками полиции в зимовьё, увидела, в не отапливаемом помещении замёрзшего в кресле П1 с признаками насильственной смерти, с окровавленным лицом и отрезанным ухом, часть от которого валялась на полу.

Свидетель С16 в судебном заседании положительно охарактеризовала своего мужа ФИО3, как трудолюбивого человека, ветерана войны, у которого на иждивении малолетний ребенок, указала об имеющейся у него травме головы. Дополнила, что об обстоятельствах убийства П1 ей ничего не известно.

Объективно вина подсудимых доказана совокупностью следующих доказательств:

Из протокола осмотра места происшествия от 24.01.16 года следует, что в 

<

адрес>, в кресле обнаружен труп П1 с признаками насильственной смерти. В ходе осмотра изъяты: сотовый телефон марки «Samsung», ключ с брелком, две перчатки, шапка вязаная, нож, три окурка со стола, восемь окурков из печи, пачка из-под сигарет «Балканская звезда» и «More», кочерга, газета, пакет, четыре бутылки из-под водки «Фаворит», полимерный таз, бутылка из-под пива «Жигулевское пиво», осколки стекла, сломанный стул (т.1 л.д. 5-31).

Протоколом осмотра трупа от 25.01.16 года, установлено, что на трупе П1 обнаружены множественные телесные повреждения: раны на лице, на правой ушной раковине; на шее, в том числе одна рана с пересечением магистрального сосуда (правая сонная артерия); раны на передней и боковой поверхности груди, в области живота, на заднее-наружной поверхности правого лучезапястного сустава; на ладонной поверхности левой кисти по наружному краю ногтевой фаланги 1-го пальца; раны на задней поверхности груди по околопозвоночной линии на уровне 7-го межреберья; справа по задней подмышечной линии на уровне 9-го межреберья; а также кровоподтёки в области лица и множественные ссадины на лице, конечностях

В ходе осмотра трупа изъяты кровь, срезы ногтевых пластин с рук, два кожных лоскута и одежда (т.1 л.д. 32-50).

Протоколами осмотра предметов от 29 и 30 января, 04 марта 2016 года, а также постановлениями о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств установлено, что осмотренные предметы приобщены в качестве вещественных доказательств (т. 1 л.д. 151-159, 160-162, 163-164, 165-177, 178-180, 181-182, т. 2 л.д. 43-49, 50-51).

Заключением судебно-медицинской экспертизы трупа П1 № 7 от 19.02.16 года установлено, что на трупе П1 обнаружены следующие повреждения: 

Группы А: 

- колото-резаное ранение на правой боковой поверхности шеи в верхней и средней трети (рана № 7); раневой канал направлен справа налево и сверху вниз, с повреждением мягких тканей шеи и правой сонной артерии, и слепо заканчивается в мягких тканях, с кровоизлиянием в мягкие ткани. Глубина раневого канала около 6,0 см; 

- проникающее колото-резаное ранение на передней поверхности груди слева по окологрудинной линии на уровне 3-го ребра (рана № 10); раневой канал, глубиной около 12 см. слепо заканчивается, с кровоизлиянием в мягкие ткани.

- проникающее колото-резаное ранение на передней поверхности груди слева по окологрудинной линии на уровне 4-го ребра (рана № 11); раневой канал, глубиной около 17 см., слепо заканчивается, с кровоизлиянием в мягкие ткани.

- проникающее колото-резаное ранение на передней поверхности груди справа по передней подмышечной линии на уровне 6-го межреберья (рана № 13); раневой канал глубиной около 6 см., слепо заканчивается в плевральной полости, с кровоизлиянием в мягкие ткани.

- проникающее колото-резаное ранение на передней поверхности груди справа по передней подмышечной линии на уровне 9-го межреберья (рана № 14); раневой канал, глубиной около 5 см., слепо заканчивается в плевральной полости, с кровоизлиянием в мягкие ткани.

- проникающее колото-резаное ранение на правой боковой поверхности груди по средней подмышечной линии на уровне 11-го межреберья (рана № 15) глубиной около 10,56 см., с послойным повреждением мягких тканей груди, плевры, диафрагмы, правой доли печени, где и заканчивается, с кровоизлиянием в мягкие ткани. 

- проникающее колото-резаное ранение на передней поверхности груди справа по среднеключичной линии на уровне 4-го межреберья (рана № 16); глубиной раневого канала 13 см, с послойным повреждением мягких тканей груди, плевры, верхней, средней и нижней долей правого легкого, где и заканчивается, с кровоизлиянием в мягкие ткани.

- проникающее колото-резаное ранение на правой боковой поверхности живота по передней подмышечной линии (рана № 17); с глубиной раневого канала 5 см., с послойным повреждением мягких тканей живота, проникает в брюшную полость где слепо заканчивается, с кровоизлиянием в мягкие ткани. 

- проникающее колото-резаное ранение на задней поверхности груди справа по задней подмышечной линии на уровне 9-го межреберья (рана № 22) глубиной раневого канала 7 см. с послойным повреждением мягких тканей груди, плевры, нижней доли правого легкого, где и заканчивается, с кровоизлиянием в мягкие ткани.

Данные телесные повреждения могли образоваться в результате воздействия колюще-режущего предмета, каковым мог быть клинок ножа, у живых лиц данные повреждения, как в совокупности, так и каждое отдельно являются опасными для жизни и квалифицируются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью. 

Группы Б: 

- рвано-ушибленные раны: на коже нижней губы (рана № 1); в лобно-теменной области слева (рана № 2), имеют характер тупой травмы и могли образоваться в результате травматических воздействий (ударов) тупым предметом (предметами), каковыми могли быть руки, ноги, табурет, кочерга, стеклянная бутылка;

- резаные раны:

на правой ушной раковине с отсутствием средней и нижней трети большого завитка с мочкой (рана № 3); на задней поверхности шеи с переходом в затылочную область справа (рана № 4); на правой боковой поверхности шеи в средней трети (рана №5); на передней поверхности шеи в нижней трети в центре (рана № 8); на заднее-наружной поверхности правого лучезапястного сустава (раны № 18,19); на ладонной поверхности левой кисти по наружному краю ногтевой фаланги 1-го пальца (рана № 20), могли образоваться в результате режущего действия острого предмета (предметов), каковыми могли быть лезвие клинка ножа, осколок стекла;

- колото-резаные раны: на правой боковой поверхности шеи в верхней трети (рана № 6); на передней поверхности груди слева по окологрудинной линии на уровне 2-го ребра, в 1,5 см от срединной линии (рана № 9); на передней поверхности груди слева по среднеключичной линии на уровне 9-го ребра (рана № 12); на задней поверхности груди по околопозвоночной линии на уровне 6-го грудного позвонка (рана № 21); Данные телесные повреждения могли образоваться в результате воздействий (ударов) колюще-режущим предметом (каковым мог быть клинок ножа), у живых лиц данные повреждения, как в совокупности, так и каждое отдельно повлекли бы развитие кратковременного расстройства здоровья на срок не более 21 дня и квалифицируются как повреждения, причинившие легкий вред здоровью.

Группы В:

- кровоподтек в окружности левого глаза с переходом на нос, лобную, височную и щечную область слева на фоне отека мягких тканей; осаднение и множественные ссадины на лице, ушной раковине, тыльной поверхности правой кисти у основания 3-го пальца; предплечьях, локтевых суставах которые могли образоваться в результате воздействий (ударов) тупым предметом (предметами), каковыми могли быть руки, ноги, табурет, кочерга и т.д. квалифицируются как повреждения, не причинившие вред здоровью.

Все телесные повреждения образовались в результате более 30 ударов, нанесённых прижизненно, в быстрой последовательности с силой, достаточной для образования данных повреждений.

Смерть П1 наступила от массивной кровопотери, развившейся в результате проникающих колото-резаных ранений груди и живота с повреждением правого легкого, сердечной сорочки, сердца, диафрагмы, правой доли печени и колото-резаного ранения на правой боковой поверхности шеи в верхней и средней трети с повреждением правой сонной артерии (раны № 7,10,11,13,14,15,16,17,22), 

Из заключения судебно-химического исследования установлено, что в крови и моче от трупа гр. П1 этиловый алкоголь обнаружен в концентрации 3,78 ‰ и 5,27 ‰ соответственно, что у живых лиц обычно соответствует тяжелой степени алкогольного опьянения. 

Фрагмент от ушной раковины, изъятый в зимовье, принадлежит трупу П1 (т. 4 л.д. 11-17).

Заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 152/16 от 20.09.16 года, проведенной с учетом показаний ФИО1 о нанесении повреждений П1, описанных в протоколах его допросов от 25, 28 января и 12 марта 2016 года установлено, что им П1 могла быть причинена:

рвано-ушибленная рана в лобно-теменной области слева от удара бутылкой или табуретом;

рвано-ушибленная рана на нижней губе;

кровоподтёк вокруг левого глаза с распространением на область носа, височную и щёчную области с отёком мягких тканей; 

ссадины на кончике носа, подбородке, правой височной области, лобной области справа, у корня носа, рана № 4 на задней поверхности шеи с переходом в затылочную область справа веретенообразной формы размерами 8,0х0,7см, с ровными краями, острыми концами; в дне раны, подлежащие мягкие ткани, глубиной 0,2см,

могли также быть причинены проникающие и непроникающие ранения груди и живота, а также шеи с учётом показаний ФИО1 в протоколах допроса описанных выше, где он во время ударов находился передней поверхностью туловища по отношению к сидящему в кресле П1. 

Обнаруженные повреждения у П1 на голове, лице, шее, грудной клетке и живота, могут соответствовать показаниям, описанных в ходе допроса ФИО3 от 03.03.16 года.

Отсечение части ушной раковины у П1, было причинено режущим предметом, чем мог быть нож, на что указывают ровные края раны в месте отсечения, обнаруженные при экспертизе трупа П1 (т.4 л.д. 218-240).

Заключениями судебных медико-криминалистических экспертиз, проводимых 30.06.16. и 30.08.16. при исследовании ран на препаратах «кожных лоскутов» с ранами на груди №.№ 1,2,3,4 и шее, №№1,2,3,4,5 установлено, что выводы экспертов не противоречивы, придя к выводу, что орудием мог быть, например, клинок ножа, эксперты исходили из сходной морфологии и взаимном компактном расположении указанных ран, что свидетельствует о возможности их образования в результате 5 травмирующих воздействий клинком одного орудия (т.4 л.д. 127-135;т.5 л.д. 10-20).

Заключением судебной экспертизы вещественных доказательств №72 от 07.04.16 года установлено, что на осколках стекла; на части от стула и на кочерге, изъятых в ходе осмотра места происшествия по адресу: 

<

адрес>, обнаружена кровь человека, происхождение которой не исключается как от потерпевшего П1, так и от обвиняемых ФИО1 и ФИО3 (т. 5 л.д. 33-39).

Заключением судебных молекулярно-генетических экспертиз установлено, что на изъятых с места происшествия окурках сигарет: обнаружена слюна, произошедшая от ФИО1; от П1 и от ФИО3;. кроме того, на пачке сигарет «Балканская звезда», обнаруженный смешанный след потожировых наслоений с входящими в их состав эпителиальными клетками, произошёл от ФИО3 с примесью незначительного количества биологического материала ещё как минимум одного человека (т.4 л.д. 44-72; 179-189).

Заключением судебной дактилоскопической экспертизой подтверждено, что на поверхности одной из бутылок из-под водки с наклеенной этикеткой «Водка ФАВОРИТ Королевский», имеются следы пальцев руки, оставленные средним и безымянным пальцем правой руки ФИО1 

<

Дата> г. рождения (т. 4 л.д. 110-114).

В судебном заседании исследовалась и распечатка телефонных разговоров, согласно детализации звонков, на телефон 

<

данные изъяты>, принадлежащий ФИО1 за период с 21.01.2016 по 25.01.2016, имелись соединения, т о есть поступали входящие вызовы от абонентского номера 

<

данные изъяты>, принадлежащего ФИО3 22 января в 15:25:12 и в 15:31:47; 23 января в 09:08:55, 09:20:20, 09:36:03, 09:44:23.

Кроме того, в течение 23.01.2016 были исходящие и входящие вызовы с номером ФИО3. 

С телефона ФИО3 был осуществлён звонок 22 января в 19.28.05 на номер 

<

данные изъяты>, записанный на С17, которым пользуется С7 (С7.1 до брака) после этого 22 января на данный номер С7.1 звонки не поступали. 23 января с телефона С7.1 в 12.04.56 осуществлялись телефонные телефонные вызовы на номер ФИО1

С телефона № 

<

данные изъяты>, принадлежащего П1 последний исходящий вызов с его номера осуществлялся 22 января в 15.29.16 на номер 

<

данные изъяты>(т.3 л.д. 87-88)

Проанализировав доказательства в их совокупности, суд находит надуманными доводы подсудимого ФИО1 о непричастности ФИО3 к убийству П1.

Утверждение ФИО1 о том, что находясь в шоковом состоянии в связи с применением к нему недозволенных методов следствия, а также из злости на ФИО3, постоянно угрожавшего ему увезти его сожительницу С7.1 которая ему приходится двоюродной сестрой, в г. Улан-Удэ, водиться с его маленьким сыном, по этим причинам оговорил ФИО3, суд находит надуманным, направленным на уклонение его ответственности за содеянное.

Доводы подсудимого ФИО1 о применении к нему недозволенных методов следствия опровергаются как результатами проверки, так и заключением судебно-медицинской экспертизы живого лица №19 от 25.01.16. г. об отсутствии у него на момент обследования каких-либо телесных повреждений (т. 4 л.д. 28).

Выводы проверки и заключение СМЭ у суда не вызывают сомнения.

Первоначальные показания ФИО1, в том числе и его явка с повинной, в которых он давал стабильные показания, изобличая как себя, так и ФИО3 в причинении потерпевшему телесных повреждений различными предметами, в том числе и ножом, суд находит правдивыми и кладёт их в основу приговора, поскольку они объективно подтверждены совокупностью исследованных доказательств, в том числе и выводами судебно-медицинских, медико-криминалистических экспертиз как о характере и локализации телесных повреждений, так и об одном травмирующем орудии преступления - ноже, которым были причинены все, обнаруженные на теле потерпевшего колото-резаные ранения, в том числе и отсечение части ушной раковины у П1

Доводы подсудимого ФИО1 в суде о том, что С2 и С1 его не поняли, и неверно истолковали его слова, суд расценивает как способ защиты им ФИО3, в отношении которого ФИО1 в дальнейшем изменил показания.

Свидетели С2 и С1 давали стабильные показания, в том числе и на очной ставке с ФИО1, что он звонил только 23 января утром и сообщил, что с ФИО3 зарезали П1, затем днём он подтвердил им эту информацию об убийстве им и ФИО3 П1.

У суда не имеется оснований сомневаться в искренности показаний данных свидетелей, поскольку сам ФИО1 первоначально свидетельствовал об этом, а в дальнейшем их изменил в пользу ФИО3.

Так, начиная с очной ставки 10.03.16г., ФИО1 отказался давать показания о действиях ФИО3 в отношении П1, при этом о себе показывал, что кроме ударов кулаками, стулом и бутылкой по голове, он нанёс П1 удары ножом в бок, грудь и живот, помнит точно, не более 5, при этом категорически отрицал удар ножом в шею и удары кочергой.

С 07 октября 2016 года ФИО1, отрицая причастность ФИО3 к убийству, показывал, что все удары ножом наносил один, в живот, в грудь, и в шею, а ухо отсёк П1 случайно, при взмахе осколком бутылки, пытаясь нанести второй удар ему в голову, также придерживаясь версии о злости на ФИО3, уточнял, что после совершённого убийства, чтобы обвинить ФИО3 в убийстве пытался передать ему в руки нож. Дополнял, что с ФИО3 придя домой к себе, он сам С8 сказал, что убил П1 и тётя ему поверила, увидев его окровавленные руки.

Кроме того, отрицая нанесение потерпевшему ударов ножом в спину, показывал, что они образовались в результате нанесённых им сквозных ранений ножом в грудь.

Доводы подсудимого ФИО1 о механизме образования колото резаных ран, обнаруженных на трупе П1 на задней поверхности груди опровергнуты выводами судебно медицинской экспертизы, из которых установлено, что ни одно из ранений не является сквозным (рана №21), в том числе проникающее колото-резаное ранение на задней поверхности груди справа по задней подмышечной линии на уровне 9-го межреберья (рана № 22) глубиной раневого канала 7 см., заканчивающимся с кровоизлиянием в мягкие ткани.

Надуманным суд признаёт и утверждение подсудимого ФИО1 о случайном им отсечении части уха у потерпевшего, вследствие взмаха осколком бутылки, поскольку комиссионная судебно-медицинская экспертиза на основании исследования показаний подсудимых в совокупности со всеми представленными доказательствами, в том числе и выводами судебно-медицинской экспертизы по трупу, пришла к однозначному выводу, что отсечение части ушной раковины у П1, было причинено режущим предметом, чем мог быть нож, на что указывают ровные края раны в месте отсечения, обнаруженные при экспертизе трупа П1

При таких обстоятельствах у суда имеются все основания относиться критически к изменённым показаниям ФИО1, данными в пользу ФИО3, и расценивать их как способ защиты от более тяжкого преступления, совершённого в группе с ним.

ФИО3, отрицая вину на протяжении всего предварительного расследования, утверждал об оговоре его ФИО1, и показывал, что он видел как ФИО1 наносил потерпевшему удары ножом в живот и в грудь, а затем нанёс удар ножом по шее, а после преступления пытался передать ему нож, чтоб обвинить в соучастии, он же в свою очередь сразу же сказал об убийстве совершённом ФИО1 его тёте С8, затем родственникам С9 и С10, более того, сам ФИО1, придя из зимовья, 22 января звонил своей сестре С2 и сожительнице С7.1 и обеим говорил, что убил П1.

Суд находит данные показания ФИО3 о его непричастности к убийству П1 несостоятельными и опровергнутыми как первоначальными показаниями ФИО1, так и показаниями свидетелей супругов С9 и С10, которые, сообщая о цели его прихода к ним 22.01.16г. для продажи им унтов и получения денег на билет для выезда в г.Улан-Удэ, категорически, несмотря на родственные отношения с ФИО3, отрицали как в суде, так и на очной ставке его версию о сообщении им об убийстве П1 ФИО1. 

Более того, в последующем, 19.10.16 г.на вторичной очной ставке с С9, ФИО3 пояснял, что он допускает, что мог только подумать о том, чтобы сказать ей об убийстве П1, но не сказал, так как не был уверен, убил ли ФИО1 П1.

Суд расценивает надуманными доводы ФИО3, утверждавшего на очной ставке с С9 19 октября, что он не был уверен в убийстве П1, поскольку материалами дела, в том числе и его показаниями установлено, что он до прихода к С9, знал об убийстве П1, а показаниями ФИО1, данными первоначально на следствии установлено, что они оба использовали нож для причинения потерпевшему телесных повреждений, а утром приходили в зимовьё для уничтожения улик и видели П1 в кресле в том же положении без признаков жизни.

Суд критически относится и к изменённым показаниями ФИО3, данным им на очной ставке 10.03.16г. с ФИО1, в которых он, отрицая свою причастность к убийству, показывал, что увидев в руке ФИО1 нож, а на шее у П1 кровь, допускал нанесение ФИО1 удара в шею и показал, что видел его удар ножом.

Более того, на очной ставке с С8 20.10.16г., категорически отрицавшей наличие крови на руках ФИО1 и сообщение ей подсудимыми об убийстве П1 ФИО1, ФИО3, также изменил свои показания, сославшись на запамятование, указывал, что не помнит, что говорил С8 и не знает, испугалась ли она, увидев у ФИО1 кровь на руках.

Одновременно ФИО1, заняв аналогичную позицию с ФИО3, на очной ставке с С8, пояснял, что он допускает, что С8 могла не расслышать его слова, о том, что он, возможно, убил человека.

Доводы ФИО3 об отсутствии у него телефонных разговоров с С7.1, опровергнуты исследованными в судебном заседании показаниями С7.1, в том числе и на очной ставке с ним, в которых она утверждала, что ФИО3 при разговоре с ней по телефону подтвердил, что с ФИО1 зарезал П1 а 26 января, при разговоре по телефону с ним, она звонила С3, и через громкую связь они слышали его слова, что он договорился, ФИО1 всю вину возьмёт на себя, а у него семья, ребёнок и он недавно освободился.

Показания свидетеля С7.1 у суда не вызывают сомнения, объективно они подтверждены показаниями свидетелей С3, С2, С5 и С4, оснований не доверять их показаниям, не имеется. 

Опровергнуты исследованной в судебном заседании распечаткой телефонных соединений и доводы ФИО3 о звонках ФИО1 22 января своей сестре С2 и С7.1, с сообщением им об убийстве им (ФИО1) убийства П1.

Более того, сведения, имеющиеся в распечатке телефонных соединений, свидетельствуют о неоднократных звонках совершённых между собой подсудимыми до задержания ФИО1. 

Анализ приведённых доказательств позволяет суду прийти к выводу о доказанности вины обоих подсудимых в совершении ими убийства П1 Каждый из подсудимых принял активное участие в лишении жизни потерпевшего, путём нанесения множественных ударов различными предметами, в том числе ножом 22 раны, причинили множественные телесные повреждения, которые как каждое в отдельности, так и в совокупности повлекли тяжкий вряд здоровью, а поэтому у суда имеются все основания считать, что как ФИО3, так и ФИО1, оба выполнили объективную сторону убийства.

Вместе с тем, исходя из совокупности исследованных в судебном разбирательстве допустимых доказательств, суд приходит к выводу, что подсудимые ФИО1 и ФИО3 не вступали в предварительный сговор на убийство П1, их действия носили спонтанный характер, вместе с тем, смерть потерпевшего наступила от их совместных действий, направленных на его убийство, а поэтому суд, соглашаясь с позицией обвинения, исключает из их обвинения квалифицирующий признак обвинения, предварительный сговор как излишне вменённый.

О наличии у подсудимых умысла на причинение смерти потерпевшему свидетельствуют способ совершённого ими убийства, выбор орудия преступления, механизм образования и локализация телесных повреждений, целенаправленный характер их действий, находящийся в прямой причинной связи с наступившими последствиями в виде смерти потерпевшего.

При таких обстоятельствах суд квалифицирует преступные действия каждого подсудимого по п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ, так как ФИО1 и ФИО3 группой лиц умышленно причинили смерь другому человеку, то есть совершили умышленное убийство П1

По заключению амбулаторных судебно-психиатрических экспертиз, ФИО1 и ФИО3 в период времени совершения правонарушения и в настоящее время хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием и иным болезненным состоянием психики не страдали и не страдают в настоящее время. Имеющиеся у них особенности психики выражены не столь значительно и глубоко, при сохранности интеллектуальных, критических и прогностических способностей, отсутствии психотических нарушений и потому не лишали их в период времени совершения правонарушения и не лишают в настоящее время, способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По психическому состоянию ФИО1 и ФИО3 в применении принудительных мер медицинского характера не нуждаются, могут правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и давать о них показания (т.4. л.д. 147-151, 163-166).

Выводы экспертов о психической полноценности подсудимых научно обоснованны, непротиворечивы, согласуются с материалами уголовного дела в связи с чем у суда не вызывают сомнения. 

За содеянное подсудимых ФИО1 и ФИО3 следует признать вменяемыми.

В судебном заседании исследовалась личность потерпевшего П1, родственниками и соседями по месту жительства характеризуется положительно.

При назначении наказания суд учитывает тяжесть и общественную опасность содеянного каждым из подсудимых, роль и участие их в преступлении, конкретные обстоятельства по делу, данные, характеризующие личность каждого из них, родственниками оба характеризуются положительно, и принимает во внимание, что подсудимые не имели постоянного места работы, склонны к употреблению спиртных напитков, ФИО3 неоднократно судим, в том числе за особо тяжкое преступление. 

Исходя из установленных обстоятельств дела, суд приходит к выводу, что именно состояние алкогольного опьянения, в которое подсудимые ФИО1 и ФИО3 сами себя привели, распивая спиртные напитки, сняло внутренний контроль за их поведением, что привело к совершению ими особо тяжкого преступления. Поэтому, в соответствии с ч.1-1 ст.63 УК РФ суд признаёт отягчающим их наказание обстоятельством совершение преступлений в состоянии опьянения, вызванным употреблением алкоголя.

В соответствии с п.«а» ст.63 УК РФ, обстоятельством, отягчающим наказание суд признаёт в действиях подсудимого ФИО3 в соответствии с п.«б» ч.3 ст.18 УК РФ наличие особо опасного рецидива, поскольку он дважды осужден за тяжкое преступление и совершил особо тяжкое преступление, поэтому суд ему назначает наказание с учётом требований ч.2 ст.68 УК РФ.

Обстоятельствами, смягчающими наказание суд признаёт состояние здоровья подсудимых, наличие у ФИО3 на иждивении малолетнего ребенка; явку с повинной ФИО1 и его первоначальные показания об обстоятельствах совершения ими преступления.

Определяя вид наказания, суд приходит к выводу, что в целях исправления подсудимых, предупреждения возможности совершения ими новых преступлений, необходимо и справедливо назначить им наказание в виде реального лишения свободы, поскольку иной менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания.

Местом отбытия наказания в виде лишения свободы, суд назначает подсудимым: ФИО1, в соответствии с п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ исправительную колонию строгого режима; ФИО3, согласно п.«г» ч.1 ст.58 УК РФ - исправительную колонию особого режима.

Учитывая, фактические обстоятельства дела, данные о личности каждого подсудимого, степень общественной опасности содеянного ими, оснований для изменения категории преступления, на менее тяжкую, в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ не имеется.

В ходе судебного разбирательства защиту интересов подсудимых ФИО1 и ФИО3 осуществляли адвокаты по назначению суда. Принимая во внимание, что подсудимые являются трудоспособными, суд считает возможным судебные издержки взыскать с них в доход государства.

При разрешении заявленных потерпевшим П1.1 исковых требований о компенсации морального вреда и взыскании в его пользу с подсудимых ФИО1 и ФИО3 двух миллионов рублей, суд, руководствуясь положением ст.1101 ГК РФ и исходя из принципов разумности и справедливости, считает правильным удовлетворить исковые требования потерпевшего в полном объеме, поскольку ему причинены нравственные страдания в связи с гибелью близкого человека - племенника, по вине подсудимых. 

Вещественные доказательства по вступлению приговора в законную силу: 

возвратить по принадлежности:

подсудимому ФИО1: ключ с брелком, куртку, мастерку (куртку) синего цвета, трико, мастерку (куртку) серого цвета, футболку жёлтого цвета, ботинки, шапку норковую; 

потерпевшему П1.1: сотовый телефон «Samsung»;

свидетелю С2: сотовый телефон «Nokia».

остальные вещественные доказательства- уничтожить.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.296-299, 307, 308, 309 УПК РФ, суд 

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п.«ж» ч.2 ст.105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы с учётом требований ч.2 ст.68 УК РФ сроком 18 (восемнадцать) лет с ограничением свободы на два года.

Возложить на осужденного ФИО3 в соответствии ч.1 ст.53 УК РФ следующие ограничения: не уходить из жилища после 22 часов; не посещать общественные места; не изменять избранное им место жительства и не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования без согласия уголовно-исполнительной инспекции; два раза в месяц являться для регистрации в уголовно-исполнительную инспекцию, осуществляющей надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы.

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п.«ж» ч.2 ст.105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком 17 (семнадцать) лет с ограничением свободы на 1 год 06 месяцев.

Возложить на осужденного ФИО1 в соответствии ч.1 ст.53 УК РФ следующие ограничения: не уходить из жилища после 22 часов; не посещать общественные места; не изменять избранное им место жительства и не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования без согласия уголовно-исполнительной инспекции; два раза в месяц являться для регистрации в уголовно-исполнительную инспекцию, осуществляющей надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы.

Отбывание наказания назначить осужденным: ФИО3 в исправительной колонии особого режима; ФИО1 в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения заключение под стражу оставить осужденным без изменения до вступления приговора в законную силу, срок наказания исчислять каждому с 07 февраля 2017 года. Зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей: ФИО1 с 25 января 2016 года, ФИО3 со 02 марта 2016 года.

Вещественные доказательства по вступлению приговора в законную силу: 

возвратить по принадлежности: подсудимому ФИО1: ключ с брелком, куртку, мастерку (куртку) синего цвета, трико, мастерку (куртку) серого цвета, футболку жёлтого цвета, ботинки, шапку норковую; потерпевшему П1.1: сотовый телефон «Samsung»; свидетелю С2: сотовый телефон «Nokia».

остальные вещественные доказательства- уничтожить.

Взыскать с осужденных ФИО1 и ФИО3 в Федеральный бюджет процессуальные издержки, связанные с оплатой услуг адвокатов, по 23 тысячи 400 рублей с каждого.

Взыскать с осужденных ФИО1 и ФИО3 в пользу П1.1компенсацию за моральный вред, связанный с гибелью его племянника П1 в размере 2000000 рублей в долевом порядке по 1000000 рублей с каждого осужденного.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденными в тот же срок со дня вручения им копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в тот же срок.

Судья Т.И. Красноярова