П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Тамбов 26 октября 2017 года

Тамбовский областной суд в составе

председательствующего – судьи Зубрийчука С.А., 

при секретаре Лапаевой М.Н.,

с участием:

государственного обвинителя: прокурора отдела по поддержанию государственного обвинения уголовно-судебного управления прокуратуры Тамбовской области ФИО1,

подсудимого: ФИО2

защитника: адвоката Пестова А.А., представившего удостоверение № *** и ордер № *** г., 

потерпевших: Г. Ч.

представителя потерпевшего Ч.С. – адвоката

Симонова И.А., представившего удостоверение № *** и ордер № *** г.,

законного представителя малолетнего потерпевшего Ч.С. – П.

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО2, *** года рождения, уроженца ***, зарегистрированного по адресу: ***, фактически проживающего в ***, гражданина РФ, с высшим образованием, работающего в *** мастером участка, холостого, в/о, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти двум лицам при следующих обстоятельствах:

*** года в *** ФИО2 распивал спиртные напитки. Находясь в состоянии алкогольного опьянения, он вспомнил о рассказе своего отца Р. о противоправных действиях в отношении последнего со стороны жителей поселка С. и Ч. 

Испытывая в связи с этим личную неприязнь к С. и Ч.., Рогатин решил лишить их жизни.

Реализуя задуманное, взяв с собой нож, около 20 ч. 40 мин. *** года ФИО2 вместе со своими знакомыми А. и Щ.., которые не были осведомлены о его намерениях, пришли к дому С.., расположенному по ***. Пройдя вместе с А. и Щ. через незапертую дверь внутрь дома, где в тот момент находились С.., Ч.., А. и Д.., ФИО2 достал из кармана куртки нож и, на почве личных неприязненных отношений, с целью лишения жизни, ножом нанес лежавшему на кровати С. два удара в область шеи, причинив телесные повреждения в виде колото-резаной раны шеи с повреждением левой общей сонной артерии, сквозным повреждением щитовидного хряща гортани, квалифицирующейся как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; колото-резаной раны мягких тканей правой надключичной области, не расценивающейся как вред здоровью, и от острой кровопотери и травматического шока вследствие колото-резаного ранения шеи с повреждением левой общей сонной артерии, С. скончался на месте происшествия.

Продолжая реализацию умысла, направленного на лишение жизни двух лиц, из личной неприязни, ФИО2 ударил кулаком в подбородок вставшего с кровати и схватившего его за куртку Ч.., после чего ножом нанес Ч. пять ударов в область головы и шеи, причинив телесные повреждения в виде колото-резаной раны шеи с повреждением левой наружной сонной артерии, внутренней яремной вены, глотки, колото-резаной раны шеи с повреждением трахеи, квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; двух колото- резаных ран шеи, колото-резаной раны левой затылочной области, квалифицируемые как легкий вред здоровью, кровоподтека в подбородочной области, не расценивающегося как вред здоровью, и, от острой кровопотери и травматического шока вследствие колото-резаных ран шеи с повреждением левой наружной сонной артерии и внутренней яремной вены Ч. скончался на месте происшествия. 

После совершения вышеуказанных действий ФИО2 покинул дом С., а используемый нож выбросил на берегу пруда.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 вину в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, признал полностью, и показал что ***. он заехал к своему отцу – Р.., проживающему отдельно по ***. Отец грелся на улице у костра, в окне дома не было рамы, выбиты стекла, проемы заделаны одеждой, внутри дома был разгром. Со слов отца это сделал С. и Ч.. До этого он уже обращался к С. с просьбой не ходить к отцу. Кроме того, отец рассказал, что в середине или в конце декабря С. и Ч. приходили к отцу, хотели его изнасиловать. Этот разговор его взбудоражил, его переполняли эмоции. Однако, чтобы не «наломать дров», он поехал к себе домой. *** г. он с А., Щ. праздновали у него Новый год, употребляли спиртное, потом пошли к родителям А., посидели у них. Там он употреблял пиво. Затем, выйдя от А. на улицу, он предложил пойти и пообщаться с соседями, которые обижают отца. Ребята согласились. Встретившийся по дороге З. на автомашине довез их до ***, и уехал, а они пошли к дому С.. На улице было уже темно. Через незапертую дверь он зашел в ***, чтобы пообщаться, в крайнем случае подраться. В комнате находилось 4 человека – С., Ч., Д. и А.. Он начал на них ругаться, возникла словесная перепалка. Полулежавший на кровати С. стал подниматься, сказав, что сейчас его изнасилуют. После слов С. у него в глазах возникла пелена. Он ударил ногой по лицу А., который стал вставать со стула, затем, достав из кармана куртки нож, который постоянно носил с собой для самообороны, нанес им 1 удар в шею начавшему вставать с кровати С.. Сидевший на той же кровати Ч. встал, взял его руками за куртку, и сказал, что сейчас оторвет ему голову. После этого он (Рогатин) ударил Ч. ножом в область шеи, и выбежал из дома. Нанесение других ударов не помнит. Все произошло молниеносно, в течение около 1 минуты. В процессе своих действий с применением ножа он порезал себе руку. Когда вышел из дома, А. и Щ. находились на улице. Он не видел, заходили они в дом или нет. Щ. стал кричать – типа что случилось. Он ему ничего не ответил и вместе с А. ушел. Проходя мимо пруда, он в панике выбросил нож. До утра ходил по поселку и прокручивал все в голове, а утром 2 января сам добровольно пришел в полицию и сообщил о совершенном им убийстве. Одежду, в которой он совершил убийство, - спортивную кофту, куртку, штаны, у него впоследствии изъяли. В содеянном раскаивается, сожалеет о случившемся. Гражданский иск Г. признает в полном объеме, исковые требования Ч. и П. признает частично, считая их завышенными.

Вина подсудимого, кроме его признательных показаний, подтверждается совокупностью следующих доказательств. 

Произведенным освидетельствованием на большом и указательном пальце левой руки ФИО2 обнаружены телесные повреждения в виде рассечения кожного покрова (т. 2 л.д. 143-145). Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы (т. 3 л.д. 154-155) имеющиеся у ФИО2 телесные повреждения в виде резаных ран 1-го, 2-го пальцев левой кисти, могли быть причинены возможно ножом *** г. 

Свидетель Р. показала, что сына – ФИО2 может охарактеризовать исключительно с положительной стороны. Рогатин очень привязан к своему отцу – Р., проживавшему в *** отдельно от них по ***. У отца ФИО3 часто происходили пьянки, в том числе с С., Ч., они там пили, дрались. Рогатин заботился об отце, помогал деньгами, отдавал долги в магазине. ***., когда она находилась в Москве, Рогатин позвонил, и сказал, что у отца выбили стекло в доме и там холодно. Ножей В. с собой не носил. В ходе предварительного расследования она опознала нож, который до этого находился у них в доме в столе.

Свидетель Р. пояснил, что в *** г. Ч.. выбил у него окно, а С. дверь в террасе, которую потом сам починил. Об этом он рассказал сыну – ФИО2, который приходил к нему примерно за 3 дня до ФИО4 года. До этого, в ***. С. и Ч. его били, говорили что «устроят» ему, брали за штаны, о чем он тоже рассказывал сыну. Ножей с собой сын не носил. 

Свидетель М. пояснил, что в доме С. по ***, и в доме Р.. по *** часто собирались компании, употребляли спиртное, происходили потасовки. ФИО2 очень переживал по этому поводу.

Свидетель Р. показала, что Р. часто выпивал с С., который приходил к нему домой, приводил каких-то людей. Часто к Р. приходил и Ч.. В ходе распития спиртного случались драки, избиение Р.., разгромы в доме. Сын Р. – В. разговаривал на эту тему с С., просил не ходить к его отцу. 

Свидетель Г. охарактеризовала ФИО2 исключительно с положительной стороны, пояснила, что он хорошо относился к своему отцу Р.., который проживал отдельно, по *** и часто употреблял спиртное с С. Ч... Перед ФИО4 годом ФИО2 ей говорил, что Ч. побил стекла в доме отца. 

Свидетель З. пояснил, что *** года около 20ч.-20ч.30мин. в *** он, на автомашине, подвозил ФИО2, А. и Щ. до ***. Со слов ФИО2 ему известно о том, что в доме у его отца Ч. с другим человеком выбили стекла. В. знает как добропорядочного человека.

Допрошенный в качестве свидетеля А. в судебном заседании пояснил, что где-то в середине ***. от Р. он узнал, что Ч.. выбил у него (ФИО3) оконную раму или дверь в доме. В течение дня *** года в доме С. он вместе с С. Ч.. и с подошедшим ближе к вечеру Д. распивали спиртные напитки. Все были пьяные. Потом С. прилег на кровать, в спальне, Ч. сел у него в ногах, Д. находился у окна, а он сидел на стуле, ближе к входу. В какой-то момент его кто-то ударил сзади, и он, упав со стула, «отключился». Нападавших он не видел, т.к. сидел к входу спиной. Очнувшись минут через 20-30, он увидел, что мертвые С.. и Ч. лежат на кровати в луже крови. Д. вызвал полицию. 

Из показаний свидетеля А. в ходе предварительного следствия, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ (т.1 л.д.л.д. 179-181, 182-185) следует, что его ударил ногой в лицо забежавший в дом ФИО2. 

Показания в данной части согласуются с показаниями подсудимого, свидетеля Д.., в связи с чем суд считает их достоверными.

Свидетель Д. в судебном заседании пояснил, что *** около 19 ч. он пришел домой к С.. Вместе с С., Ч. и А. они распивали спиртное, все были пьяными. С. лег на кровать в спальне, Ч. сидел поперек кровати, а он и А. сидели напротив на стуле – А. у окна, а он к двери. Потом в спальню забежали ФИО2 и А.. Навстречу им никто не поднимался. Рогатин сразу же ударил А. ногой в лицо, тот упал, и не встал. После этого В. нанес удар ножом С.. Затем его (Д.) кто-то ударил. Он прикрыл голову, и не видел, что было дальше. Когда все стихло, он увидел лужи крови и трупы С. и Ч. на кровати. Все произошло очень быстро – в течение около 2 минут. О происшедшем убийстве он сообщил в полицию. В *** года отец В. - Р., - рассказывал, что Ч. выбил у него в доме раму, дверь, стекла в террасе.

Свидетель А. показал, что *** в *** он в компании с ФИО2, Щ. и другими лицами праздновали Новый год, употребляли спиртное. Рогатин рассказал ему и Щ.., что к его больному отцу ходят, домогаются, пытались изнасиловать, Ч. разбил стекла в окнах дома отца. В. предложил им пойти и разобраться, объяснить, может ударить, чтобы эти люди больше у отца не появлялись, после чего, около 20ч. 40 мин. он и Щ. пошли с ФИО3. Встретившийся по дороге З. подвез их на машине до ***, и поехал дальше. Подойдя к одному из домов, на ***, они через незапертую дверь прошли внутрь – первым Рогатин, вторым он, а Щ. последним. В доме находилось четверо мужчин – слева один лежал на кровати, другой – Ч. - сидел возле него, а двое мужчин сидели справа. Ч. практически сразу поднялся к Рогатину, и они разговаривали на повышенных тонах, а С. так и лежал на кровати. В какой-то момент между ФИО3 и Ч. произошла потасовка. Он (А.) для недопущения драки с остальными, нанес удары рукой сидевшим справа мужчинам – одному в корпус тела, другому в область головы, находясь спиной к Рогатину, и не видел действий последнего. Примерно через минуту его одернул Рогатин, сказал: «Все, пошли», и они быстрым шагом покинули дом – Рогатин первым, а он за ним. Уходя, он увидел в области шеи и на груди у лежавшего на кровати С. кровь. На улице они направились к Щ., стоявшему неподалеку. У ФИО3 из руки текла кровь. Никаких предметов – ножей, кастетов и др. Рогатин с собой не носил.

Свидетель Щ. дал аналогичные пояснения об употреблении спиртных напитков ***. Кроме того, пояснил, что около 20-21ч., Рогатин рассказал ему и А. что «алкаши» у его отца бьют окна, избивают самого отца, и предложил пойти поговорить ними, припугнуть, чтобы больше не ходили. Они пошли с ФИО3. Встретившийся на автомашине З. подвез их до *** и уехал, а они дальше пошли по данной улице, после чего, через незапертую дверь зашли в какой-то дом, - Рогатин первым, А. вторым, а он последним. В комнате находилось четверо мужчин: справа сидели двое, слева один лежал на кровати, а Ч. сидел возле него. На их приход никто не встал и не отреагировал. Пройдя внутрь комнаты, Рогатин что-то закричал, ему кто-то что-то ответил, и Рогатин сразу же стал наносить удары руками, а он (Щ.) вышел на улицу. Минуты через полторы из дома вышел ФИО2, в руке у которого был нож. С ножа на снег обильно текла кровь. Он (Щ.) сказал: «Что наделали?». Рогатин ответил: «Отстань, меня там не было», и он (Щ.) ушел. 

Из показаний свидетеля Щ. на предварительном следствии, оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ (т. 1 л.д.161-165) следует, что ФИО2 закричал «Я Вас за отца всех порву!». 

Достоверность данных показаний свидетель Щ. подтвердил в судебном заседании. 

Потерпевшая Г. показала, что ***. она узнала о том, что ее отец – С. и еще один человек, были убиты в ***. На похороны отца она затратила 51 524 рубля, которые просила взыскать с виновного. 

Потерпевшая Ч. в судебном заседании пояснила, что ***. после 23 ч. ей от сотрудников полиции стало известно о том, что убит ее сын – Ч.. 

Из показаний потерпевшего Ч.., оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т. 1 л.д.л.д. 85-88, 89-93) следует, что ***. около 23 ч. 30 мин. его пригласили в отдел полиции, где сотрудники сообщили о том, что его сын Ч. убит в доме С.. 

Представитель потерпевшего Ч. – адвокат Симонов И.А. гражданский иск Ч.. о взыскании морального вреда в размере 3 млн. рублей и материального ущерба в сумме 160 615 рублей поддержал в полном объеме. 

Законный представитель малолетнего потерпевшего Ч. – П. показала, что с Ч. она совместно проживала без регистрации брака около 9 лет, имеют общего ребенка – Ч.С. *** г.р. Утром *** Ч. ушел, потом позвонил и сказал, что он находится у С. Ночевать Ч. не пришел. Утром ***. ей свекровь сообщила о том, что Ч. убит. Сыну погибшего – Ч.С. - причинен моральный вред в размере 3 млн. рублей. Гражданский иск на указанную сумму она поддерживает. 

Проведенным осмотром места происшествия – *** (т. 1 л.д. 34-67) установлено наличие в спальне, на кровати, трупов 2-х мужчин - Ч. и С., с ранами в области шеи, зафиксировано наличие на кровати сгустков вещества, похожего на кровь, а также нахождение вещества бурого цвета, похожего на кровь, на стене, дверцах шкафа, находившейся на полу бутылке из-под коньяка «Киновский», в террасе на полу. Обнаружена дорожка следов вещества бурого цвета, похожего на кровь, ведущая от дома к проезжей части дороги, на тропинке обнаружен фрагмент следа обуви. С места происшествия изъяты в том числе смывы вещества бурого цвета, похожего на кровь на ватные диски, вырез обоев со стены, бутылка из-под коньяка «Киновский», с помощью фотосъемки осуществлена фиксация фрагмента следа обуви.

По заключению судебно-генетической экспертизы № *** (т. 2 л.д. 246-252) на бутылке, трех смывах с тропинки, ведущей от дома к дороге, смыве с дверцы шкафа в спальне, смыве с пола террасы обнаружена кровь ФИО2 На смыве с кровати из-под трупа С. обнаружена кровь С. На смыве с кровати из-под трупа Ч. обнаружена кровь Ч.. 

Механизм причинения телесных повреждений, изложенный подсудимым, объективно подтверждается заключением судебно-медицинских экспертиз.

По заключению судебно-медицинской экспертизы (т. 2 л.д.192-197) смерть С. наступила *** возможно в период времени 19:00 - 21:00 ч. от острой кровопотери и травматического шока вследствие колото-резаного ранения шеи с повреждением левой общей сонной артерии. Обнаруженные при исследовании трупа С. колото-резаная рана №1 шеи с повреждением левой общей сонной артерии, сквозным повреждением щитовидного хряща гортани, квалифицируемая как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, колото-резаная рана № 2 мягких тканей правой надключичной области, не расцениваемая как вред здоровью, могли быть причинены колюще-режущим орудием, возможно ножом, в короткий промежуток времени до наступления смерти. В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы (т. 2 л.д. 176-183) смерть Ч. наступила *** возможно в период времени 19:00 - 21:00 ч. от острой кровопотери и травматического шока вследствие колото-резаных ран шеи с повреждением левой наружной сонной артерии и внутренней яремной вены. Обнаруженные при исследовании трупа Ч. колото-резаная рана шеи № 1 с повреждением левой наружной сонной артерии, внутренней яремной вены, глотки, колото-резаная рана шеи № 4 с повреждением трахеи квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; колото-резаные раны № 2, 3 шеи, колото-резаная рана № 5 левой затылочной области, резаные раны 4-го, 5-го пальцев левой кисти квалифицируются как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья на срок менее 21 дня; кровоподтек лица как вред здоровью не расценивается. Колото-резаная рана № 5 левой затылочной области, колото-резаные раны № 1,2,3,4 шеи могли быть причинены колюще-режущим орудием, возможно ножом в короткий промежуток времени до наступления смерти; кровоподтек подбородочной области мог образоваться в короткий промежуток до наступления смерти от ударного воздействия тупого твердого предмета.

В ходе выемки у ФИО2 были изъяты куртка, кофта, спортивные брюки, его обувь – кроссовки (т. 2 л.д.116-122).

По заключению судебно-трасологической экспертизы (т. 3 л.д. 111-113) изъятый при осмотре места происшествия – *** след обуви оставлен подошвой, которая имеет фрагменты рисунков, размерные характеристики и степень износа, одинаковой групповой принадлежностью с подошвенной частью изъятого у ФИО2 кроссовка на правую ногу.

В ходе выемки из бюро СМЭ были изъяты 2 кожных лоскута с ранами от трупа С.., 3 кожных лоскута с ранами от трупа Ч., одежда с трупа Ч. – спортивные брюки, тельняшка, одежда с трупа С. - трусы, пара носков (т. 2 л.д.130-135). 

По заключению судебно-генетической экспертизы № ***. (т. 3 л.д. 7 - 14) на тельняшке Ч. обнаружена кровь Ч.., С.. На спортивных брюках Ч. обнаружена кровь Ч.., кровь ФИО2, а также смешение крови С. и Ч., С., Ч. и ФИО3.

По заключению судебно-генетической экспертизы № ***. (т. 3 л.д. 24- 28) на трусах С. обнаружена кровь С.. Кровь человека, обнаруженная на паре носок С. происходит от ФИО2

По заключению судебно-генетической экспертизы № ***. (т. 3 л.д. 38-43) на куртке, кофте, спортивных брюках и паре кроссовок ФИО2 обнаружена кровь и клетки эпителия ФИО2 Также на куртке ФИО3 обнаружено смещение крови ФИО2 и Ч.

В ходе проверки показаний на месте (т. 2 л.д. 31-48) подозреваемый ФИО2, рассказав об обстоятельствах лишения жизни С. и Ч., продемонстрировал как и куда он наносил ножом удары каждому из них, указал место, где потом выбросил нож. 

В ходе проведенного после проверки на месте показаний ФИО2 следственного действия - осмотра места происшествия – ***, был обнаружен и изъят нож (т. 2 л.д.108-114).

Изъятый нож был опознан Р. как нож, принадлежащий ее сыну – ФИО2 (т. 1 л.д.219-224). 

Согласно заключению судебно-криминалистической экспертизы № *** (т. 2 л.д. 209-213) на трех кожных лоскутах изъятых от трупа Ч. обнаружены раны №№ 1-2, 4-5, которые могли образоваться от многократных (4-х) воздействий ножом, обнаруженным и изъятым в ходе осмотра места происшествия - ***. 

В соответствии с заключением судебно-криминалистической экспертизы (т. 2 л.д. 218-221) на двух кожных лоскутах, изъятых от трупа С.., обнаружены раны №№ 1-2, которые могли образоваться от двукратных ударных воздействий ножом, обнаруженным и изъятым в ходе осмотра места происшествия - ***. 

По заключению судебно-генетической экспертизы №***. на клинке изъятого ножа обнаружена кровь С.., а на его рукояти обнаружено смешение клеток эпителия и крови, происходящих от С.. и Ч.. (т. 3 л.д. 53-57). 

Все изъятые предметы – одежда и обувь ФИО3, одежда с трупов С. и Ч.., нож, ватные диски с образцами вещества бурого цвета, фрагмент обоев, кожные лоскуты, бутылка из-под коньяка «Киновский» осмотрены, описаны и приобщены в качестве вещественных доказательств (т. 2 л.д.158-164; 165-166).

Дав оценку собранным доказательствам, суд квалифицирует действия ФИО2 по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ – убийство, то есть умышленное причинение смерти двум лицам.

Квалифицирующий признак, предусмотренный п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, основан на факте умышленного лишения жизни двух лиц – С. и Ч.

Суд исключает из объема обвинения ФИО2 причинение Ч. телесных повреждений в виде резаной раны 4-го и 5-го пальцев левой кисти, поскольку органом предварительного расследования ФИО2 каких-либо конкретных действий по причинению указанных телесных повреждений не вменялось.

Нанесение подсудимым неоднократных ударов в жизненно важные органы и выбор для этого орудия преступления с колюще-режущими свойствами, которым возможно нарушить анатомическую целостность тканей человека, свидетельствует о прямом умысле подсудимого на лишение жизни С. и Ч. 

Мотивом совершения ФИО2 убийства С. и Ч. суд считает личную неприязнь, возникшую из-за рассказа отца подсудимого – ФИО5 о том, что С. и Ч. хотели его (ФИО5) изнасиловать, выбили стекла в доме, в результате чего он в конце *** вынужден был греться на улице у костра. О наличии у подсудимого веских оснований доверять словам отца свидетельствуют результаты осмотра места происшествия – дома Р. по ***, в ходе которого зафиксировано отсутствие стекол в окне и наличие осколков стекла между рамами, заделывание проемов одеждой и покрывалом (т. 2 л.д.101-107). Из показаний свидетелей Р.., Г.., М.., а также исследования эксперта-психолога (т. 3 л.д. 139-145) следует, что подсудимый очень привязан к отцу, поэтому данная привязанность и повышенное чувство ответственности перед родителями вызвали после рассказа отца злость, возмущение и негодование подсудимого. Указанное подтверждается заключением судебной психолого-психиатрической экспертизы (т. 3 л.д. 139-145). 

О том, что ФИО2 пришел в дом С. с целью лишения жизни С. и Ч., свидетельствуют скоротечность происходившего, - около 2 минут, на что указывают как сам подсудимый, так и свидетели Д., А., Щ.., четкость, лаконизм, последовательность и целенаправленность действий подсудимого в доме, что следует из показаний как самого подсудимого, так и свидетелей Д., Щ., незамедлительное удаление подсудимого с места происшествия после достижения преступного результата.

Показания подсудимого ФИО3 о том, что нож он применил только после того, как С., поднимаясь с кровати, сказал, что сейчас его изнасилуют, - т.е. для защиты от посягательства на его половую неприкосновенность, - опровергаются заключением судебно-медицинской экспертизы о нахождении С. в тяжелой степени алкогольного опьянения, оцененной в совокупности с показаниями очевидцев происходившего - свидетелей Д.., Щ. А.., А.., которые не указывали на какие-либо угрозы Рогатину со стороны присутствующих в доме, и на то, что С. поднимался с кровати. 

Показания ФИО2 о том, что он нож всегда носил с собой для самообороны, опровергаются показаниями свидетелей Р.., А.., показавшими, что подсудимый ножей с собой не носил, свидетеля Р.., пояснившей, что опознанный ею нож до этого находился у них в доме, в столе. 

С учетом изложенного, суд принимает во внимание показания подсудимого только в той части, в которой они подтверждаются другими доказательствами, а в остальной части рассматривает показания как способ защиты подсудимого. 

Также суд отвергает показания свидетеля А.. о том, что после их прихода в дом Ч. сразу же поднялся с кровати к Рогатину, разговаривал с ним на повышенных тонах, а потом между Ч. и Рогатиным возникла потасовка. Показания свидетеля в указанной части опровергаются показаниями свидетелей Д.. и Щ. о том, что на приход ФИО3 в доме никто не отреагировал и не вставал, а также показаниями Д. и подсудимого ФИО3 о том, что вначале телесные повреждения были нанесены С., и только после этого – Ч.. 

Доводы потерпевших о том, что Рогатин не мог совершить преступление в одиночку, и действовал в составе группы лиц, суд отвергает как не основанные на материалах дела и положениях ч. 1 ст. 252 УПК РФ.

По заключению комплексной стационарной судебной психолого-психиатрической экспертизы, проведенной комиссией экспертов ФГБУ «Федеральный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им ФИО6» (т. 3 л.д. 139-145) ФИО2 хроническим психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, которое лишало бы его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период совершения инкриминируемых ему деяний не страдал, и не страдает таковым в настоящее время. В период, относящийся к инкриминируемому ему деянию ФИО2 не обнаруживал и признаков какого-либо временного психического расстройства. В его психическом состоянии не было признаков расстроенного сознания, психотической симптоматики (бреда, галлюцинаций), его действия носили последовательный и целенаправленный характер. В период совершения инкриминируемого деяния ФИО2 мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время по своему психическому состоянию может понимать характер и значение уголовного судопроизводства, в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. В экспертно-значимый период времени присущие Рогатину индивидуально-психологические особенности существенного влияния на его действия не отказывали, способность к произвольной регуляции своих действий не ограничивали. В докриминальный период времени конфликтная ситуация с потерпевшим носила характер субъективно значимой, затрагивала особо ценностную для него сферу, область значимых отношений, особенно в силу особой привязанности к отцу и вызывала у него внутреннее напряжение, негодование, возмущение, злость. В период совершения правонарушения совокупность переживаний и сопровождающего их эмоционального напряжения уровня какого-либо экспертно-значимого состояния не достигали. Об этом свидетельствует отсутствие в переживаниях подэкспертного специфической динамики развития и протекания эмоциональных реакций с характерными при этом изменениями сознания, восприятия и регуляции деятельности.

Данное заключение выполнено высококвалифицированными экспертами ФГБУ «Федеральный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им ФИО6», с применением научно обоснованных методик, выводы экспертов достаточно аргументированы, логичны, и оснований не доверять им у суда не имеется. Поведение подсудимого на протяжении всего судебного разбирательства никаких сомнений в его психической полноценности не вызвало. 

Таким образом, в отношении содеянного суд считает ФИО2 вменяемым, и подлежащим уголовной ответственности.

Разрыв во времени (сутки) между сообщением отца о противоправном поведении в отношении него потерпевших и действий подсудимого, направленных на лишение их жизни, выбор орудия убийства, детальное описание подсудимым, находившимся в состоянии алкогольного опьянения, событий происшедшего, последовательность, рациональность и целенаправленность его действий в ходе совершения противоправного деяния, количество и локализация нанесенных ударов, последующие действия подсудимого, указывающие на понимание своей причастности к лишению жизни потерпевших, избавление от орудия убийства, - на что указывают показания как самого подсудимого в судебном заседании, так и показания свидетелей Д.., Щ.., свидетельствуют об отсутствии у ФИО2 состояния аффекта.

Не имеется также оснований считать, что Рогатин совершил преступление в состоянии необходимой обороны, поскольку, как следует из исследованных в судебном заседании показаний Д., Щ., в момент нанесения смертельных ранений С. и Ч. на ФИО3 не нападали, и их поведение опасности его жизни и здоровью не представляло. Каких-либо оснований не доверять показаниям указанных свидетелей у суда не имеется.

Назначая наказание суд, руководствуясь принципом справедливости, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимого, влияние наказания на его исправление, и на достижение иных целей наказания, таких как восстановление социальной справедливости и предупреждение совершения новых преступлений, наличие обстоятельств, смягчающих наказание.

ФИО2 ранее не судим, к административной ответственности не привлекался, по месту учебы, работы, месту жительства и содержания характеризуется положительно. В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, в соответствии со ст. 61 УК РФ суд признает: молодой возраст, состояние здоровья подсудимого, страдающего плоскостопием, состояние здоровья его родных и близких, полное признание вины, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, противоправность поведения потерпевшего Ч. явившегося поводом для преступления, раскаяние в содеянном, что подтверждается также принесением извинений потерпевшим в судебном заседании и признанием заявленных исковых требований.

Признавая явку с повинной обстоятельством, смягчающим наказание, суд исходит из факта добровольной явки подсудимого в отдел полиции и сообщения о совершенном им преступлении. Нарушение сотрудником органа дознания требований ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ при ее оформлении не указывает на отсутствие добровольного сообщения ФИО3 о совершенном преступлении.

Признавая в качестве обстоятельства, смягчающего наказание противоправность поведения Ч. явившегося поводом для преступления, суд исходит из того, что Ч. в *** г. разбил стекла в доме Р.. Данный факт подтверждается соответствующими показаниями свидетеля Р., Д.., которому стало известно о данном факте в ***. от Р.., показаниями подсудимого ФИО2, узнавшего об этом от отца – А.. ***., показаниями свидетелей Р.., Г.., которым подсудимый перед Новым 2017 годом рассказывал о данном факте, протоколом осмотра места происшествия – дома Р. по ***, в ходе которого зафиксировано отсутствие стекол в окне и наличие осколков стекла между рамами, заделывание проемов одеждой и покрывалом (т. 2 л.д.101-107). Совокупность указанных доказательств опровергает в указанной части результаты проведенной органом дознания проверки, а также доводы законного представителя потерпевшего Ч.. – П.. о том, что стекла в доме Р. были выбиты 5 лет назад.

Что касается доводов о том, что С.. выбил Р.. дверь, и вместе с Ч. пытались его изнасиловать, то суд отвергает их как не нашедшие своего подтверждения в судебном заседании. По этим же основаниям отвергаются судом доводы об избиении Р. С. и Ч., поскольку указанные сведения носят обобщенный, неконкретный характер, и с достоверностью не подтверждают данный факт. 

Обстоятельств, отягчающих наказание, по делу не установлено.

Не признавая обстоятельством, отягчающим наказание, совершение подсудимым преступления в состоянии алкогольного опьянения, суд исходит из того, что причиной его совершения явилось не нахождение подсудимого в данном состоянии, а личная неприязнь, испытываемая после рассказа отца, к которому он имел особую привязанность, о противоправных действиях в отношении него потерпевших.

Принимая во внимание характер и высокую степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории особо тяжкого, учитывая, конкретные обстоятельства совершения убийства, суд приходит к выводу, что исправление и перевоспитание ФИО2 возможно только в условиях изоляции от общества, с отбыванием наказания в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ в исправительной колонии строгого режима. 

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности, которые давали бы суду основания для применения ст. 64 УК РФ, суд не усматривает, как не усматривает и оснований для применения условного осуждения в соответствии со ст. 73 УК РФ и для изменения в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ категории преступления на менее тяжкую.

Требования потерпевшего Ч.., а также законного представителя малолетнего потерпевшего - П. о компенсации морального вреда основаны на законе – ст. 151 ГК РФ, и подлежат удовлетворению. Убийством Ч. его отцу - Ч.С.А. и сыну Ч.С.А. причинены нравственные страдания.

Размер компенсации причиненного морального вреда суд определяет в соответствии со ст. ст. 151, 1100, 1101 ГК РФ, учитывая при этом характер причиненных страданий, связанные с этим эмоциональное потрясение и глубину переживаний, принимает во внимание требования разумности и справедливости, учитывает материальное положение ФИО2, его трудоспособный возраст, обстоятельства совершенного преступления. С учетом изложенного, исходя из требований разумности и справедливости, суд считает необходимым удовлетворить исковые требования частично и взыскать в пользу Ч.С.А. и Ч.С.А. – каждого – компенсацию морального вреда в размере 900 000 рублей.

В части исковых требований Ч.С.А. и Г.И.А. о взыскании материального ущерба, суд считает необходимым признать за каждым из них на основании ч. 1 ст. 1094 ГК РФ право на удовлетворение гражданского иска, и передать вопрос о его о размере для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, т.к. понесенные расходы должным образом не подтверждены кассовыми чеками, что влечет необходимость производства дополнительных расчетов, требующих отложения судебного разбирательства.

Вопрос о вещественных доказательствах суд разрешает в соответствии с требованиями ст. 81 УПК РФ. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 303-309 УПК РФ суд,

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 16 (шестнадцать) лет лишения свободы с ограничением свободы на 1 (один) год и установлением ограничений: не покидать с 22 ч. до 6 ч. утра следующего дня жилище по месту жительства или пребывания, где он будет проживать после отбывания лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, не изменять места жительства или пребывания и не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования по месту жительства или пребывания, дважды в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган для регистрации.

Срок наказания исчислять с *** с зачетом времени задержания и времени содержания под стражей со *** по *** года включительно. 

Меру пресечения в отношении ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю – заключение под стражей с содержанием в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тамбовской области.

Гражданский иск потерпевших Ч.С.А. и Ч.С.А. – удовлетворить частично, взыскав в пользу каждого из них с ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 900 000 (девятьсот тысяч) рублей. 

Признать за потерпевшими Ч. и Г. право на удовлетворение гражданского иска в части возмещения материального ущерба, передав вопрос о размере его возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Вещественные доказательства:

- бутылку из-под коньяка «Киновский», вырез обоев, 7 ватных тампонов (дисков), нож, срезы ногтевых пластин от трупа С. и Ч., 2 кожных лоскута от трупа С. и 3 кожных лоскута от трупа Ч., трусы и носки С.., тельняшку и спортивные брюки Ч.. – уничтожить;

- принадлежащие ФИО2 куртку, кофту, спортивные брюки, кроссовки – передать ФИО2

- детализацию телефонных соединений – хранить при деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня получения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать в ней о своем участии в рассмотрении апелляционной жалобы судом апелляционной инстанции.

Председательствующий: Зубрийчук С.А. 

Апелляционным определением Верховного Суда Российской Федерации приговор Тамбовского областного суда от 26 октября 2017 года в отношении ФИО2 изменен, для отбывания наказания назначена ФИО2 исправительная колония строгого режима. В остальной части приговор оставлен без изменения. 

Приговор Тамбовского областного суда вступил в законную силу 

31 января 2018 года.

Подлинный документ приговора подшит в деле № 2-13/2017 находящегося в производстве Тамбовского областного суда.