Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Железногорск-Илимский 15 июня 2018 г. 

Нижнеилимский районный суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Тимощук Ю.В., при секретаре Малетиной О.О., с участием прокурора района Филиппова В.И., представителя ответчика ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-694/2018 по иску прокурора Нижнеилимского района в интересах ФИО2 к Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения "Железногорская районная больница" о взыскании недополученной заработной платы, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

Прокурор Нижнеилимского района обратился в Нижнеилимский районный суд в интересах ФИО2 к Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения "Железногорская районная больница" о взыскании недополученной заработной платы, компенсации морального вреда. 

В обоснование требований указал, что в прокуратуру района поступило заявление работницы Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения "Железногорская районная больница" ФИО2. Работница указала на то, что в нарушение Федерального закона РФ «О минимальном размере оплаты труда», заработная плата ей выплачивалась в 2017 г. в заниженном размере.

В результате проверки, проведенной по обращению установлено, что действительно, размер заработной платы вышеуказанной работницы, не соответствует действующему трудовому законодательству.

Заработная плата вышеуказанной работнице выплачивается в размере, ниже минимального размера, установленного ФЗ «О минимальном размере оплаты труда», так как работодатель включает в состав минимальной заработной платы гарантии и компенсации, установленные для работников, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях -северную надбавку и районный коэффициент.

В ходе проверки было установлено, что ФИО2 за период с февраля по декабрь 2017 недополучено заработной платы в размере 7908 руб. 34 коп. 

Действия работодателя противоречат положениям трудового законодательства, нарушают права работника на оплату труда, размер которой должен соответствовать установленному Федеральным Законом РФ «О минимальном размере оплаты труда», с учетом гарантий и компенсаций затрат труда работников, связанных с выполнением работ в районах с неблагоприятными природно-климатическими условиями. 

В связи с несвоевременной выплатой заработной платы, работнику причинен моральный вред, который работник просит взыскать с работодателя в размере 50000 рублей.

Просит взыскать недополученную за период с февраля 2017 года по декабрь 2017 года заработную плату с ответчика – ОГБУЗ "Железногорская районная больница" в пользу работницы ФИО2 в размере 3141 рублей 56 копеек; компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей. 

ФИО2, надлежащим образом извещенная о месте и времени судебного заседания, в суд не явилась, просила рассмотреть дело в ее отсутствие. 

Прокурор Филиппов В.И. в судебном заседании исковые требования в интересах ФИО2 о взыскании недополученной заработной платы, компенсации морального вреда, поддержал в полном объеме, в обоснование привел доводы, изложенные в исковом заявлении. Дополнительно указал, что Конституционный Суд Российской Федерации, в постановлении дал толкование действовавшим и ранее нормам трудового права, они не признаны недействующими до момента вступления в силу Постановления КС. 

Представитель ответчика ОГБУЗ "Железногорская районная больница" ФИО1, действующий на основании доверенности от ***, сроком действия по ***, с исковыми требованиями не согласился, в обоснование привел доводы, изложенные в письменном отзыве на исковое заявление, приобщенном к материалам гражданского дела. 

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования на предмет спора – Территориального фонда обязательного медицинского страхования Иркутской области в судебное заседание не явился, был надлежащим образом извещен о времени и месте его проведения, просил рассмотреть гражданское дело в его отсутствие, представил письменный отзыв по существу исковых требований, приобщенный к материалам дела. 

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора – Министерства здравоохранения Иркутской области, в судебное заседание не явился, был надлежащим образом извещен о времени и месте его проведения, просил рассмотреть дело в его отсутствие. 

Суд, с учетом мнения прокурора, представителя ответчика, посчитал возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие не явившихся лиц по имеющимся в деле доказательствам.

Выслушав прокурора, поддержавшего исковые требования, представителей ответчика, третьих лиц, исследовав письменные доказательства по делу, и оценив их в совокупности в соответствии с требованиями ст.ст. 59, 60 и 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему выводу. 

Как установлено в судебном заседании, истец, в интересах которого прокурор обращается в суд к ОГБУЗ "Железногорская районная больница" о взыскании денежных средств, является работником ответчика. 

Так, согласно трудовому договору *** от *** истица ФИО2 была принята на работу в ОГБУЗ "Железногорская районная больница" Новоигирминский филиал на должность ***, ей установлена заработная плата в размере: должностной оклад 1746 руб., районный коэффициент 60%, надбавка за работу в местности, приравненной к районам Крайнего Севера в размере 50%, иные выплаты.

Период, учитываемый прокурором при предъявлении исковых требований о взыскании недополученной заработной платы в интересах истца, ограничен периодом с февраля по декабрь 2017 года.

В судебном заседании от представителя ответчика ОГБУЗ «Железногорская РБ» поступило ходатайство о пропуске истцом срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора за февраль 2017 г.

Статья 392 ТК РФ предусматривает, что за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении. При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

Как следует из абзаца 5 пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и др.).

Таким образом, в каждом конкретном случае суд оценивает уважительность причины пропуска работником срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, проверяя всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе объективный, не зависящий от воли лица характер причин, не позволивших работнику обратиться в суд в пределах установленного законом срока.

Суд находит обоснованными доводы представителя ответчика о том, что истцом пропущен срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора в части исковых требований, относящихся к предъявляемому прокурором периоду февраль 2017 года.

В судебном заседании установлено, что расчетные листы о начисленной заработной плате работникам ОГБУЗ «Железногорская РБ» выдавались ежемесячно. Изложенная в них информация излагалась доступным и понятным способом. Обратиться за ее разъяснением в случае возникновения каких-либо неясностей истице ничего не препятствовало. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что о произведенных начислениях по заработной плате истице было известно за февраль 2017 года в марте 2016 года, и с указанного же периода истцу стало известно о нарушении ее прав в истекшие месяцы.

Таким образом, учитывая дату направления настоящего искового заявления – 03 мая 2018 года, суд полагает, что срок обращения в суд с исковыми требованиями о взыскании недоначисленной заработной платы за февраль 2017 года истцом пропущен.

Согласно ст.392 ТК РФ, при пропуске по уважительным причинам установленных сроков обращения в суд, они могут быть восстановлены судом.

В судебном заседании не установлено обстоятельств, не позволивших истцу своевременно обратиться в суд за разрешением данного спора. 

Согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ, истечение срока исковой давности, т.е. срока, в пределах которого суд общей юрисдикции обязан предоставить защиту лицу, право которого нарушено, является самостоятельным основанием для отказа в иске.

При таких обстоятельствах суд полагает, что в удовлетворении исковых требований прокурора в интересах ФИО2 о взыскании недоначисленной заработной платы за февраль 2017 года следует отказать.

Статьей 7 Конституции Российской Федерации установлено, что в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда.

В соответствии с ч.1 ст. 133 Трудового кодекса РФ, минимальный размер оплаты труда устанавливается федеральным законом одновременно на всей территории Российской Федерации. 

Федеральным законом от 19 июня 2000 года № 82-ФЗ «О минимальном размере оплаты труда» (в редакции федерального закона от №164-ФЗ от 02 июня 2016 года), с 01 июля 2016 года минимальный размер оплаты труда на территории Российской Федерации установлен в размере 7500 рублей. В соответствии со ст. 1 от 19 июня 2000 года № 82-ФЗ «О минимальном размере оплаты труда» (в редакции федерального закона от 19.12.2016 N 460-ФЗ) с 1 июля 2017 г. минимальный размер оплаты труда на территории Российской Федерации установлен в размере 7800 рублей. 

Частью 3 ст.133 ТК РФ установлено, что месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

Согласно ст.22 ТК РФ, работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров. 

Постановлением Совета Министров СССР от 10 ноября 1967 года № 1029 «О порядке применения Указа Президиума Верховного Совета СССР от 26 сентября 1967 года «О расширении льгот для лиц, работающих в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера» утвержден Перечень районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, на которые распространяется действие Указов Президиума Верховного Совета СССР от 10 февраля 1960 года и от 26 сентября 1967 года о льготах для лиц, работающих в этих районах и местностях.

Из данного Перечня, а также из «Общероссийского классификатора объектов административно-территориального деления» ОК 019-95, утвержденного Постановлением Госстандарта РФ от 31.07.1995 N 413, усматривается, что не все субъекты Российской Федерации имеют в своем составе районы, отнесенные к районам Крайнего Севера, а также к местностям, приравненным к районам Крайнего Севера. Кроме того, ряд субъектов, имеющих в своем составе указанные районы, имеют наряду с этим в своем составе также и иные районы, не отнесенные к таковым. На территории Иркутской области из 27 районов только 1 район отнесен к районам Крайнего Севера и 10 являются местностями, приравненными к районам Крайнего Севера.

Согласно названному Перечню, местностью, приравненной к районам Крайнего Севера, является в т.ч. и Нижнеилимский район Иркутской области.

Из приведенных выше данных, определенных с учетом Постановления Совета Министров СССР от 10 ноября 1967 года № 1029 «О порядке применения Указа Президиума Верховного Совета СССР от 26 сентября 1967 года «О расширении льгот для лиц, работающих в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера» следует, что не все входящие в состав Иркутской области районы являются районами с одинаковыми природно-климатическими условиями, в т.ч. с теми, в зависимости от наличия которых в определенных местностях законодатель выделяет их в особую группу.

Главой 50 ТК РФ установлены дополнительные гарантии работникам с учетом особенностей труда, в том числе и в зависимости от условий труда в связи с природно-климатическими условиями, которые распространяются на местности, приравненные к районам Крайнего Севера, каковой в т.ч. является и Нижнеилимский район Иркутской области.

Согласно ст.313 ТК РФ государственные гарантии и компенсации лицам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, устанавливаются Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со ст.315 ТК РФ оплата труда в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях осуществляется с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате.

При этом в ст. 146, 148 ТК РФ законодатель также указал, что оплата труда в таких местностях производится в повышенном размере.

Закон РФ от 19 февраля 1993 года № 4520-I «О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях» также устанавливает государственные гарантии и компенсации по возмещению дополнительных материальных и физиологических затрат граждан в связи с работой и проживанием в экстремальных природно-климатических условиях Севера.

Согласно толкованию, изложенному в п. 4.2 Постановления Конституционного Суда РФ от 07.12.2017 N 38-П "По делу о проверке конституционности положений статьи 129, частей первой и третьей статьи 133, частей первой, второй, третьей, четвертой и одиннадцатой статьи 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО3, О.Л. Дейдей, ФИО4 и И.Я. Кураш", в силу прямого предписания Конституции Российской Федерации (статья 37, часть 3) минимальный размер оплаты труда должен быть обеспечен всем работающим по трудовому договору, т.е. является общей гарантией, предоставляемой работникам независимо от того, в какой местности осуществляется трудовая деятельность; в соответствии с частью первой статьи 133 Трудового кодекса Российской Федерации величина минимального размера оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации, т.е. без учета природно-климатических условий различных регионов страны. Следовательно, повышенная оплата труда в связи с работой в особых климатических условиях должна производиться после определения размера заработной платы и выполнения конституционного требования об обеспечении минимального размера оплаты труда, а значит, районный коэффициент (коэффициент) и процентная надбавка, начисляемые в связи с работой в местностях с особыми климатическими условиями, в том числе в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, не могут включаться в состав минимального размера оплаты труда.

Выявленный в настоящем Постановлении конституционно-правовой смысл положений статьи 129, частей первой и третьей статьи 133, частей первой, второй, третьей, четвертой и одиннадцатой статьи 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации является общеобязательным, что исключает любое иное их истолкование в правоприменительной практике (п. 2 резолютивной части указанного Постановления).

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что в установленный законом на всей территории Российской Федерации минимальный размер оплаты труда, действие которого территориально в одинаковой мере распространено и на местности с особыми климатическими условиями и на местности, которые таковыми не являются, при выполнении работником работ в особых климатических условиях, не может включать в себя установленные федеральным законодателем компенсации и гарантии, установленные для работников, осуществляющих свою деятельность в местности с особыми климатическими условиями, в т.ч. районный коэффициент и процентную надбавку. В связи с чем, требования ч.3 ст.133 ТК РФ работодателем, осуществляющим свою деятельность на территории с особыми климатическими условиями, подлежат исполнению с обязательным учетом дополнительно к ним требований ст. 146,148,315,316,317 ТК РФ.

В соответствии со ст.ст.146, 147, 148 ТК РФ, работа в особых условиях труда является самостоятельным основанием для установления повышенной оплаты труда. Повышенная же оплата труда в местностях с особыми климатическими условиями производится с обязательным применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате в соответствии со ст.ст.315, 316, 317 ТК РФ. 

Статьей 7 Конституции Российской Федерации установлено, что Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека.

Статьей 129 ТК РФ установлено, что заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Таким образом, законодатель, уточняя, что входит в оплату труда указывает на взаимосвязь ее составляющих с условиями выполняемой работы. В противном случае у законодателя не имелось бы необходимости устанавливать для работников, выполняющих свои должностные обязанности в местностях с особыми климатическими условиями, дополнительные гарантии и компенсации. 

В связи с этим, применение установленного минимального размера оплаты труда, без учета установленных законом гарантий и компенсаций одинаково во всех районах и местностях Российской Федерации, в т.ч. во всех районах Иркутской области с различными климатическими условиями, привело бы к нарушению указанного выше конституционного принципа, а также принципа справедливости оплаты труда, установленного ст.2 ТК РФ.

Согласно ст.133 ТК РФ, минимальный размер оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации федеральным законом. При этом, месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

С учетом изложенного, в том числе требований норм ст.ст.146,148, 315,316,317 ТК РФ, суд приходит к выводу, что исходя из размера, действующего до июня 2017 года минимального размера оплаты труда в 7500 рублей, с учетом установленных истцам районного коэффициента в размере 60% и процентной надбавки за работу в местности, приравненной к районам Крайнего Севера в размере 50%, при условии выработки нормы рабочего времени заработная плата истцов в январе - июне 2017 года не может быть менее 15750 рублей, с июля 2017 г. по ноябрь 2017 г. в размере 16380 рублей.

Суд не может принять доводы представителя ответчика о том, что истец вправе требовать перерасчета заработной платы с 07.12.2017 г. - с момента вступления в законную силу Постановления Конституционного Суда РФ от 07.12.2017 N 38-П, по следующим основаниям. 

В соответствии со ст. 12 ТК РФ закон или иной нормативный правовой акт, содержащий нормы трудового права, вступает в силу со дня, указанного в этом законе или ином нормативном правовом акте либо в законе или ином нормативном правовом акте, определяющем порядок введения в действие акта данного вида. Действие закона или иного нормативного правового акта, содержащего нормы трудового права, распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, лишь в случаях, прямо предусмотренных этим актом.

В соответствии с ч.ч. 2, 4, 5 ст. 125 Конституции Российской Федерации Конституционный Суд Российской Федерации по запросам Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, одной пятой членов Совета Федерации или депутатов Государственной Думы, Правительства Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации, органов законодательной и исполнительной власти субъектов Российской Федерации разрешает дела о соответствии Конституции Российской Федерации: а) федеральных законов, нормативных актов Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства Российской Федерации; б) конституций республик, уставов, а также законов и иных нормативных актов субъектов Российской Федерации, изданных по вопросам, относящимся к ведению органов государственной власти Российской Федерации и совместному ведению органов государственной власти Российской Федерации и органов государственной власти субъектов Российской Федерации; в) договоров между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации, договоров между органами государственной власти субъектов Российской Федерации; г) не вступивших в силу международных договоров Российской Федерации. Конституционный Суд Российской Федерации по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан и по запросам судов проверяет конституционность закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле, в порядке, установленном федеральным законом. Конституционный Суд Российской Федерации по запросам Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства Российской Федерации, органов законодательной власти субъектов Российской Федерации дает толкование Конституции Российской Федерации.

Таким образом, Конституционный суд не принимает новых норм трудового права, а в рассматриваемом Постановлении лишь устанавливает конституционно-правовой смысл положений статьи 129, частей первой и третьей статьи 133, частей первой, второй, третьей, четвертой и одиннадцатой статьи 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации. Действие же вышеуказанных норм трудового права, предусматривающих дополнительные гарантии работникам, осуществляющим трудовую деятельность в особых климатических условиях, не прекращалось с момента их принятия и до вступления в силу Постановления Конституционного Суда РФ от 07.12.2017 N 38-П. 

Следовательно, доводы истцов, прокурора о том, что ответчик заработную плату выплачивал истцам в спорный период не в полном объеме, поскольку в размер минимального размера оплаты труда включал северную надбавку и районный коэффициент, по мнению суда, являются обоснованными. 

Из представленных суду расчетных листков за период с марта по декабрь 2017 года иных документов: табелей учета рабочего времени, справок о начисленной заработной плате, следует, что истица в спорный период времени исполняла свои должностные обязанности по профессии, и ее заработная плата в указанный период состояла из должностного оклада, северной надбавки, районного коэффициента, доплат.

Разрешая вопрос о размере подлежащих удовлетворению исковых требований о взыскании недоначисленной заработной платы, проверив расчеты, представленные истцом, изучив бухгалтерские справки, расчетные листы, табели учета рабочего времени, учитывая фактически отработанное истцом в спорный период время, вышеизложенные нормы права, суд находит расчеты недополученной заработной платы, выполненные прокурором, верными. 

Представителями ответчика, третьих лиц, представленные прокурором расчеты недополученной заработной платы не оспорены, свои расчеты недополученной истцом заработной платы не представлены. 

Таким образом, суд полагает исковые требования прокурора о взыскании недополученной заработной платы за период с марта по декабрь 2017 г. в пользу истца обоснованными, подлежащими удовлетворению в заявленном размере, за минусом недополученной заработной платы за февраль 2017 г. в размере 222,94 руб. 

Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. 

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

С учетом выводов суда о неправомерности действий работодателя (ответчика) в части порядка начисления истцам заработной платы, суд находит исковые требования о компенсации морального вреда обоснованными. 

Вместе с тем, разрешая вопрос о размере подлежащей взысканию в пользу истцов компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства дела, а также тот факт, что каких-либо доказательств в подтверждение обоснованности заявленной суммы компенсации морального вреда - 50000 рублей и ее соразмерности фактически причиненным им неправомерными действиями работодателя в связи с нарушением порядка начисления заработной платы моральным страданиям, истцом суду не представлено. При таких обстоятельствах, руководствуясь также, в соответствии со ст.1101 ГК РФ, требованиями разумности и справедливости, и учитывая установленные судом фактические обстоятельства дела, положенные в основу вышеприведенных выводов, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца 300 рублей.

Поскольку истец освобожден от уплаты госпошлины на основании п. 3 ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ, то в силу ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика. 

В настоящем деле заявлены требования как имущественного характера, подлежащего оценке, так и неимущественного характера. 

В соответствии со ст. 333.19 Налогового кодекса РФ по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, мировыми судьями, государственная пошлина уплачивается в следующих размерах: - при подаче искового заявления имущественного характера, подлежащего оценке, при подаче искового заявления имущественного характера, подлежащего оценке, при цене иска до 20000 рублей 4 процента от цены иска, но не менее 400 руб. (п. 1); - при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера для физических лиц - 300 рублей (п. 3). 

При таких данных, размер государственной пошлины, подлежащий взысканию с ответчика в доход местного бюджета составит 700 руб.

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования прокурора Нижнеилимского района в интересах ФИО2 к Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения "Железногорская районная больница" о взыскании недополученной заработной платы, компенсации морального вреда, удовлетворить частично. 

Взыскать с Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения "Железногорская районная больница" в пользу ФИО2 недополученную заработную плату за период с марта по декабрь 2017 г. в размере 7685 руб. 40 коп., компенсацию морального вреда в размере 300 руб. 

В удовлетворении исковых требований прокурора Нижнеилимского района о взыскании с Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения "Железногорская районная больница" в пользу ФИО2 о взыскании недополученной заработной платы за февраль 2017 г. в размере 222 руб. 94 коп., компенсации морального вреда в размере 49700 рублей, отказать. 

Взыскать с Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения "Железногорская районная больница" в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 700 руб. 

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Нижнеилимский районный суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения, с которым стороны могут ознакомиться с 22.06.2018 г.

Судья Ю.В.Тимощук