Дело № 2- 67/2019 (УИД 24RS0040-03-2018-000613-31) 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

25 февраля 2019 года г.Норильск

Норильский городской суд в районе Кайеркан Красноярского края в составе председательствующего Ивановой Т.В., при секретаре Буланкиной Ж.В., 

с участием прокурора Пирогова Ю.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении вреда, причинённого дорожно-транспортным происшествием,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась с иском к ФИО2 о возмещении материального и морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия. В обоснование заявленных требований указала, что в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 18 июня 2016 года около 22 часа 50 минут по вине ответчика, управлявшего мотоциклом «BALTMOTORS ENDURO 250», на котором он перевозил ФИО1 в качестве пассажира, нарушившего Правила дорожного движения, ей по неосторожности были причинены телесные повреждения в виде 

<

данные изъяты>, причинившие тяжкий вред ее здоровью. Приговором Норильского городского суда в районе Талнах от 10 июля 2018 года ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.264 УК РФ. После полученных в ДТП травм она с 18 июня по 02 августа 2016 года находилась на стационарном лечении в КГБУЗ «Норильская межрайонная больница № 1», с 04 августа по 21 октября 2016 года лечилась амбулаторно в КГБУЗ «Норильская городская поликлиника № 3». Для дальнейшего восстановления ей потребовалась еще одна операция, в связи с чем с 22 октября по 28 ноября 2016 года она вновь находилась на стационарном лечении, а с 29 ноября 2016 года по 10 января 2017 года на амбулаторном лечении, проходила курс восстановительной реабилитации. 22 марта 2017 года ей проведена операция по удалению патологического кожного рубца крестцовой области, возникшего в результате последствий тяжелой открытой черепно-мозговой травмы, полученной в ДТП, в связи с чем она вновь находилась на стационарном лечении с 22 по 30 марта 2017 года, а с 31 марта по 12 мая 2017 года на амбулаторном лечении. После полученных травм она полностью не восстановилась, в голове ей установлена пластина, функции речи не восстановились, память стала кратковременной, до конца не восстановились двигательные функции, в связи с чем с 10 октября 2017 года ей установлена 3 группа инвалидности, срок инвалидности продлен до 01 декабря 2019 года. В период прохождения лечения она утратила заработок. В процессе лечения вынуждена была приобретать медикаменты, которые не предоставляются бесплатно, на сумму 69 450,25 рублей. Виновными действиями ФИО2 ей были причинены физические и нравственные страдания. С момента ДТП по май 2017 года она проходила лечение, в настоящее время проходит курсы реабилитации, которые потребуются и в дальнейшем. По причине полученных травм она ограничена в свободном движении, у нее существенное нарушение речи, в связи с чем она испытывает постоянный дискомфорт и смущение, не может как раньше вести активный образ жизни, испытывает сильные физические боли, связанные с увечьем и лечением. Вынуждена проходить обучение у логопеда. Ответчик после совершения ДТП не интересовался ее судьбой, состоянием ее здоровья, не принес извинения, не предпринял попыток загладить причиненный вред в какой-либо форме. Ею понесены расходы на оплату юридических услуг за подготовку искового заявления и представление интересов в суде по уголовному делу на общую сумму 36 000 рублей. 

Просит взыскать с ФИО2 в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей, денежные средства в размере 365 330 рублей 46 копеек в счет компенсации утраченного заработка, материальный ущерб в виде расходов на лечение в размере 69 450 рублей 25 копеек, судебные издержки в размере 36 000 рублей. 

Исковые требования ФИО1 в части взыскания материального вреда в виде утраченного заработка и расходов на лечение оставлены без рассмотрения отдельным определением. 

Ответчик ФИО2 представил в материалы дела письменные возражения на исковые требования, в которых просит учесть, что потерпевшей была допущена грубая неосторожность. В материалах дела имеется заключение комиссии экспертов № от 09 апреля 2018 года, в котором ФИО1 об обстоятельствах произошедшего сообщила, что при поездке мотоцикл трясло и признавала, что не смогла удержаться на нем. Значимым является тот факт, что ФИО1 в момент происшествия находилась в сильном алкогольном опьянении (заключение эксперта №), которое превышало алкогольное опьянение ФИО2 более чем в 2 раза. Соответственно, с учетом сильного алкогольного опьянения истицы, которое состоит в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями и содействовало увеличению вреда здоровью ФИО1, компенсация морального вреда в размере 1 000 000 является явно завышенной и не отвечающей требованиям разумности и справедливости. 

В судебном заседании истица ФИО1 исковые требования о взыскании компенсации морального вреда поддержала, пояснила, что в день происшествия они в гараже отмечали День рождения общей знакомой, она вместе со всеми выпивала, но в состоянии сильного алкогольного опьянения не находилась, была в нормальном состоянии. С ФИО2 они поехали на мотоцикле от гаража в сторону нефтебазы, ФИО2 управлял мотоциклом, она находилась сзади него и держалась за него руками, на них были надеты шлемы. Ехали со скоростью около 40-50 км/час, мотоцикл был спортивный, он подпрыгивал на кочках, во время движения мотоцикл слетел с дороги в кювет ниже уровня дороги, где были камни и брошенный металл. Она упала с мотоцикла во время его падения вниз, после чего потеряла сознание. После травмы она проходила длительное восстановление, в стационаре с ней занимался логопед, учил говорить, считать, писать, она заново учила слова, для нее все было по новому, она не знала, как совершать простые действия, на всех предметах висели таблички, каждый день она учила названия предметов, при этом подолгу не могла их запомнить. В настоя время на испытывает головные боли, не может стоять и долго ходить, бывают периоды, когда она с трудом передвигается, ей нужно держаться за опору, чтобы не упасть, нуждается в постоянном медикаментозном лечении. На работе ее оставили в прежней должности, понизив оклад, но она испытывает трудности с запоминанием нового, с изучением новых программ, общением с коллегами, не может запомнить их имена и фамилии, не может общаться по телефону и принимать заявки. 

Представитель истца адвокат Фадеева Е.Н. в судебном заседании исковые требования поддержала, ссылаясь на то, что на указанных в иске основаниях у истицы в соответствии с действующим законодательством наступило право на возмещение морального вреда, который обусловлен длительным лечением и последствиями, обусловленными полученной травмой. После поступления в Норильскую межрайонную больницу истица долгое время не приходила в сознание, 22 июня 2016 года ей была проведена тяжелая операция. На сегодняшний день истица в силу полученной травмы имеет ограничения, у неё нарушена речь, она заново учится говорить, осуществлять определенные действия, которые ранее были привычными для неё, у неё нарушена память, в связи с чем истица была переведена на легкий труд. Она испытывает сильное смущение, так как при общении забывает слова. Ответчик, несмотря на вынесенный в отношении него приговор суда, свою вину не признает, от возмещения вреда уклоняется. 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании полагал сумму компенсации морального вреда чрезмерно завышенной. Пояснил, что 13 июня 2016 года он купил спортивный мотоцикл «BALTMOTORS ENDURO 250», на учет его не поставил, гражданскую ответственность не застраховал. Права на управление мотоциклом он не имеет. 18 июня в гараже они праздновали День рождения, он выпил бутылку пива, но не чувствовал себя пьяным. С Жуковой они поехали прокатиться на мотоцикле от гаража в сторону нефтебазы, истица находилась сзади него, они были в мотошлемах. Ехали со скоростью 20-25 км/час, дорожное полотно не позволяло ехать с большей скоростью. Он сам не понимает, как все произошло, в кювет мотоцикл не падал, в какой-то момент он начал притормаживать, вероятно, ФИО3 испугалась, что мотоцикл подпрыгивал на кочках, она спрыгнула с мотоцикла, после чего по инерции занесло мотоцикл, и он упал. Это произошло на ровной поверхности, никаких откосов не было, вероятно, истица упала на камень. Так как ФИО3 не приходила в сознание, он незамедлительно вызвал Скорую помощь. Он женат, имеет двоих несовершеннолетних детей, размер его заработка составляет 80 000 рублей, общий доход семьи около 120 000 рублей. Он посещал истицу в больнице, приносил извинения ей и ее маме, пытался возместить моральный вред, его адвокат предлагал ей 300 000 рублей, но она отказалась. Считает, что моральный вред может быть компенсирован сумой 100 000 рублей. 

Представитель ответчика адвокат Терновых С.В. в судебном заседании полагал, что размер компенсации морального вреда должен быть снижен, так как вред здоровью ФИО3 был причинен вследствие того, что она не удержалась и упала с мотоцикла, что подтверждается заключением амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы №, из которой видно, что истица сообщила экспертам, что при поездке мотоцикл трясло, и она не могла удержаться на нем. В заключении судебно-медицинской экспертизы указано, что в крови потерпевшей был обнаружен алкоголь в концентрации 0,89 промилле, что в два раза превышало алкогольное опьянение ответчика, при поступлении ФИО3 в городскую больницу было отмечено, что она находится в состоянии сильного алкогольного опьянения. Алкогольное опьянение истицы повлияло на то, что она не удержалась на мотоцикле и тем самым причинила себе более тяжкий вред здоровью. В рамках уголовного дела ФИО2 предлагал истице компенсацию в размере 300 000 рублей, однако данная сумма включала в себя компенсацию не только морального, но материального вреда. Судебные расходы, понесенные при рассмотрении уголовного дела, подлежат взысканию в рамках УПК РФ. 

Заслушав доводы сторон и их представителей, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд полагает исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. 

В судебном заседании установлено, что 18 июня 2016 года около 22 часов 15 минут ФИО2 в нарушение требований пунктов 2.1.1, 2.7 Правил дорожного движения РФ, не имея водительского удостоверения на право управления транспортным средством соответствующей категории, находясь в состоянии алкогольного опьянения, управляя мотоциклом «BALTMOTORS ENDURO 250» без государственного регистрационного знака, на котором перевозил пассажира ФИО4 в мотошлеме, осуществляя движение со скоростью 40 км/час по участку грунтовой дороги, расположенной в районе гаражного массива напротив 

<

адрес> по направлению в сторону нефтебазы, не проявил необходимой внимательности и предусмотрительности, в нарушение п.п. 1.3, 1.5, 10.1 Правил дорожного движения, не выполнил относящиеся к нему требования Правил, не учел дорожные условия, избрал небезопасную скорость для движения, не обеспечивающую ему возможности постоянного контроля за движением транспортного средства, не справился с управлением и допустил съезд с проезжей части дороги с последующим опрокидыванием мотоцикла в кювет. В результате произошедшего пассажиру мотоцикла ФИО1 по неосторожности были причинены телесные повреждения в виде 

<

данные изъяты>, а последствия тяжелой черепно-мозговой травмы (афазия), вызвали значительную стойкую утрату общей трудоспособности в размере 100%. Повреждения, образующие комплекс сочетанной тупой травмы подлежат оценке в совокупности как образованные в результате единого механизма, и квалифицируются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью. 

Указанные обстоятельства подтверждаются приговором Норильского городского суда в районе Талнах от 10 июля 2018 года, вступившим в законную силу 18 октября 2018 года, которым ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.264 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года. С применением ст.73 УК РФ основное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 3 года. 

В силу ч.4 ст.61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом, в связи с чем суд приходит к выводу о доказанности причинения вреда здоровью истца в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 18 июня 2016 года вследствие нарушения ответчиком правил дорожного движения при управлении им мотоциклом «BALTMOTORS ENDURO 250». 

В силу ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). 

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических или нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. 

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности. 

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из заключений судебно-медицинских экспертиз, проведённых в ходе производства по уголовному делу, выписок из медицинских карт, историй болезни на имя ФИО1 из КГБУЗ «Норильская межрайонная больница №» №, №, № за 2016 г., № за 2017 г., амбулаторной карты истицы из КГБУЗ «Норильская городская поликлиника № 3» установлено, что ФИО1 в связи с полученной в дорожно-транспортном происшествии травмой находилась на стационарном лечении в Норильской межрайонной больнице № 1» с 18 июня по 02 августа 2016 года, куда была доставлена в состоянии нарушения сознания по типу глубокого оглушения (комы), ей были проведены операции – 19 июня 2016 года диагностическая лапароскопия, в ходе которой был выявлен разрыв правой доли печени, гемоперитонеум, затем в этом же день проведена операция лапаротомия, холецистэктомия, ушивание ран печени, дренирование брюшной полости. 22 июня 2016 года ФИО1 была проведена операция –краниотомия в теменно-височной области слева, подвисочная декомпрессия, удаление пластинчатой субдуральной гематомы теменно-височной области объемом до 5 мл.; субпиальная резекция контузионного очага с элементами внтуримозговой гематомы глубинных отделов височной доли слева объемом до 40 мл., пластика твердой мозговой оболочки искусственной твердой мозговой оболочкой, дренирование субдурального пространства. В период нахождения в стационаре истица длительное время находилась в состоянии комы. С 04 августа 2016 года по 17 октября 2016 года ФИО1 находилась на амбулаторном лечении в КГБУЗ «Норильская городская поликлиника № 3», затем с 18 по 28 октября 2018 года была госпитализирована в КГБУЗ «Норильская межрайонная больница № 1», где ей была проведена операция - краниопластика дефекта костей свода и основания черепа слева, затем с 31 октября по 25 ноября 2016 года истица проходила курс восстановительного лечения в условиях стационара, который продолжила с 29 ноября по 2016 года по 10 января 2017 года амбулаторно. 22 марта 2017 года ФИО1 была проведена операция по удалению патологического кожного рубца крестцовой области, являющегося последствием тяжелой открытой черепно-мозговой травмы, в КГБУЗ «Норильская межрайонная больница № 1», где она находилась с 22 по 30 марта 2017 года, затем с 31 марта по 12 мая 2017 года находилась на амбулаторном лечении. 

При последующем наблюдении у истицы были отмечены последствия тяжелой черепно-мозговой травмы в виде стойких когнитивных нарушений, представленных снижением памяти, отсутствием речи (афазия), неспособностью писать, читать и считать (аграфия, алексия, акалькуляция), обусловленных грубым повреждением височной доли левого большого полушария. 

Жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах).

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.32 Постановления Пленума верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего правоотношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Совокупность изложенных доказательств подтверждает причинение ФИО1 морального вреда – физических и нравственных страданий в результате дорожно-транспортного происшествия по вине ответчика ФИО2, нарушившего при управлении транспортным средством правила дорожного движения, в связи с чем исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда являются обоснованными.

Вопреки доводам ответчика, обстоятельств, дающих основание для снижения размера компенсации морального вреда в силу ст. 1083 ГК РФ, в рассматриваемом деле не установлено.

Согласно ч.2 ст.1083 ГК РФ если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Из заключения судебно-медицинской экспертизы следует, что в лабораторном анализе крови ФИО1 от 18 июня 2016 года (забор крови производился в 23 часа 45 минут) обнаружен алкоголь в концентрации 0,88 промилле этилового спирта, в моче 0,89 промилле этилового спирта, что соответствует алкогольному опьянению легкой степени тяжести, в этой связи доводы ответчика и его представителя о том, что потерпевшая находилась в состоянии сильного алкогольного опьянения, нельзя признать обоснованными. В истории болезни № из КГБУЗ «Норильская межрайонная больница № 1» в описании неврологического статуса ФИО3 при осмотре ее нейрохирургом 18 июня 2016 года в 23 часа 50 минут действительно отмечено, что сознание нарушено по типу глубокого оглушения, не критична, не адекватна, больная находится предположительно в сильном алкогольном опьянении. Вместе с тем, указанное предположение о сильной степени опьянения истицы ничем не подтверждено, а нарушение сознания ФИО3 при поступлении в Норильскую межрайонную больницу было вызвано тяжелой открытой черепно-мозговой травмой, степень тяжести которой и ее последствия для головного мозга были выявлены при проведении операции 22 июня 2016 года. 

Каких-либо допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих, что состояние алкогольного опьянения ФИО3, либо ее действия состоят в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием и с полученными ею в ДТП травмами, стороной ответчика не представлено. 

Пояснения ответчика о том, что опрокидывание мотоцикла произошло в результате падения ФИО3, которая не удержалась на нем во время движения, опровергаются вступившим в законную силу приговором суда от 10 июля 2018 года, которым установлено, что ФИО2, действуя в нарушение п.п. 1.3, 1.5, 10.1 Правил дорожного движения, не учел дорожные условия, избрав небезопасную скорость движения, которая, с учетом отсутствия у него права на управление, а соответственно и необходимых навыков вождения мотоцикла, не обеспечивала ему возможности постоянного контроля за движением транспортного средства, не смог своевременно принять меры к снижению скорости и остановке управляемого им мотоцикла, вследствие чего не справился с управлением и допустил съезд с проезжей части дороги с последующим опрокидыванием мотоцикла в кювет, что повлекло причинение тяжкого вреда здоровью пассажира ФИО1 Суд пришел к выводу, что именно нарушение ФИО2 Правил дорожного движения, допущенные при управлении мотоциклом, состоит в причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшей ФИО1

Указанные обстоятельства в силу ч.4 ст.61 ГПК РФ не подлежат оспариванию при рассмотрении настоящего гражданского дела. 

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает фактические обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, при котором причинен вред здоровью истицы, и наличие неосторожной вины ответчика ФИО2 в причинении такового, объем и характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, индивидуальные особенности потерпевшей, связанные с восприятием происшедшего и его последствий. 

Так, суд учитывает, что в результате дорожно-транспортного происшествия здоровью ФИО1 был причинен тяжкий вред, полученные ею повреждения являлись опасными для жизни и повлекли стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть и установление инвалидности третьей группы. Длительное время вследствие полученной травмы истец проходила стационарное и амбулаторное лечение, испытывала физическую боль, перенесла ряд медицинских вмешательств и неоднократные хирургические операции, длительное время была лишена возможности полноценно передвигаться, вести активный образ жизни. 

Полученная истицей в ДТП тяжелая черепно-мозговая травма повлекла последствия в виде стойких когнитивных нарушений, представленных снижением памяти, отсутствием речи (афазия), неспособностью писать, читать и считать (аграфия, алексия, акалькуляция), обусловленных грубым повреждением височной доли левого большого полушария. Согласно заключению амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы, проведенной ФИО1 в ходе производства по уголовному делу в отношении ФИО2, на момент проведения экспертизы 09 апреля 2018 года после перенесенной тяжелой травмы головного мозга истица обнаруживает не доходящее до степени слабоумия легкое когнитивное расстройство с сенсомоторной афазией и акалькулией. 

Оценивая изложенное в совокупности, принимая во внимание, что в результате действий ответчика вред причинен наиболее значимым нематериальным благам истца (жизни и здоровью), защиту которых государство ставит приоритетной, суд полагает необходимым определить размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу ФИО1 равным 550 000 рублей, признавая, что указанный размер компенсации с учетом обстоятельств рассматриваемого дела отвечает требованиям разумности и справедливости и согласуется с принципами конституционной ценности здоровья и достоинства личности. 

Учитывая, что мотоцикл «BALTMOTORS ENDURO 250» был приобретен ФИО2 по договору купли-продажи 13 июня 2016 года и на момент дорожно-транспортного происшествия находился в его собственности, ответственность за причиненный истице моральный вред подлежит возложению на ответчика. 

Как усматривается из материалов уголовного дела № 1-72/2018 в отношении ФИО2, в ходе производства по уголовному делу потерпевшая ФИО1 воспользовалась помощью представителя-адвоката, за услуги которого уплатила Норильской городской коллегии адвокатов 10 000 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № от 15 июня 2018 г. (л.д. 84). 

Принимая во внимание, что истица в связи с причинением вреда ее здоровью в дорожно-транспортном происшествии была признана потерпевшей по уголовному делу в отношении ФИО2, на основании ст.42 УПК РФ воспользовалась правом на оказание юридической помощи представителя, расходы, понесенные на оплату его услуг, вызваны необходимостью восстановления ее нарушенного ответчиком права, являются ее убытками и подлежат возмещению лицом, причинившим вред. 

Несмотря на то, что расходы на оплату услуг представителя по уголовному делу, могут быть взысканы с ФИО2 в порядке ст.132 УПК РФ, данное обстоятельство не препятствует восстановлению нарушенного права истицы и взысканию их в рамках настоящего гражданского спора в качестве убытков. 

На основании ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

В соответствии с частью 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. В силу абзацев 2 и 5 статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей.

Согласно ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истица понесла расходы на оплату услуг адвоката по составлению искового заявления и ведению дела в суде в общем размере 26 000 рублей, что подтверждается квитанциями к приходным кассовым ордерам № от 17 декабря 2018 года на сумму 10 000 рублей и № от 24 декабря 2018 года на сумму 16 000 рублей. Согласно пояснениям представителя истца, из указанной суммы 6 000 рублей было уплачено за составление искового заявления, 20 000 рублей за услуги представителя. 

Расходы на оплату юридических услуг за составление искового заявления в размере 6 000 рублей суд признает необходимыми для истца, поскольку несение таких расходов при отсутствии специальных познаний в области юриспруденции было необходимо для реализации права истца на обращение в суд, и полагает их подлежащими возмещению ответчиком. 

Согласно разъяснениям п.п 12,13,14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Определяя размер подлежащих возмещению на оплату услуг представителя расходов, суд принимает во внимание объем заявленных к ответчику требований, фактическую и правовую сложность рассматриваемого дела, характер и объем оказанных представителем услуг, время, затраченное представителем истца на участие в судебном заседании и, исходя из требований разумности и справедливости, определяет ко взысканию в возмещение понесенных истцом расходов на оплату услуг представителя 15 000 рублей. 

При этом суд не соглашается с доводами представителя ответчика о том, что судебные расходы должны быть снижены в связи с оставлением без рассмотрения требований истицы о взыскании компенсации утраченного заработка и расходов на лечение, поскольку расходы на оплату юридических услуг по составлению искового заявления и представительству в суде в общем размере 21 000 рублей признаны судом необходимыми, разумными и справедливыми в рамках рассматриваемого спора о взыскании с ответчика компенсации морального вреда. 

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

С учетом изложенного, исходя из удовлетворенных судом исковых требований имущественного характера, не подлежащих оценке, и исковых требований имущественного характера, подлежащих оценке, с ответчика в местный бюджет подлежит взысканию государственная пошлина в размере 700 рублей. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить. 

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 550 000 рублей, убытки в размере 10 000 рублей, судебные расходы в размере 21 000 рублей, всего 581 000 рублей. 

Взыскать с ФИО2 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 700 рублей. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Норильский городской суд в районе Кайеркан города Норильска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Председательствующий Т.В.Иванова 

Решение в окончательной форме принято 02 марта 2019 года