Дело № 2-227/2025

УИД 44RS0002-01-2024-004337-75

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 марта 2025 г. г. Нерехта Костромской области

Нерехтский районный суд Костромской области в составе: председательствующего судьи Маматкуловой З.Р., при секретаре Ерёмченко Е.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Отделению фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Костромской области о включении периодов работы в страховой страж и назначении страховой пенсии по старости,

установил:

ФИО1 обратилась с иском с учётом его уточнения к отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Костромской области о включении в страховой стаж, необходимый для назначения страховой пенсии по старости, период работы у ИП Ф. с 01 января по 31 декабря 2001 г.; назначении пенсии с 03 января 2025 г., взыскании расходов на оплату услуг представителя в сумме 12500 руб. и оплату государственной пошлины – 3000 руб.

Требования мотивированы тем, что истица 03 января 2025 г. обратилась к ответчику с заявлением о назначении страховой пенсии по старости в соответствии с п. 1.2 ст. 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». Решением пенсионного органа ФИО1 было отказано в назначении пенсии по старости по причине отсутствия необходимого стажа в 37 лет. В страховой стаж не был включен период работы у ИП Ф. с 01 января по 31 декабря 2001 г., так как сведения о стаже и заработке по страхователю Ф. отражены только по 31 декабря 2020 г., сведения за 2001 г. страхователь не представлял. С решением ответчика не согласна, так как архивной справкой подтверждается факт работы ФИО1 у ИП Ф., то, что у пенсионного фонда отсутствует информация об отчислениях, вины истца нет. Кроме того, за составление искового заявления и представление интересов в суде, ФИО1 оплатила 12500 руб., а также понесла расходы по оплате государственной пошлины, которые просит возместить. 

Истица ФИО1 в судебном заседании не участвует, о дате и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, её интересы по доверенности представляет ФИО2, которая исковые требования поддержала, указав, что материалы дела содержат доказательства работы истицы у ИП Ф., тот факт, что страхователь не представил сведения от отчислениях в пенсионный фонд, не является ответственностью ФИО1 и обстоятельством, препятствующим назначению страховой пенсии по старости.

Представитель ответчика ФИО3 исковые требования не признала, поддержав доводы, изложенные в отзыве на исковое заявление, согласно которому на момент подачи ФИО1 заявления о назначении пенсии, её стаж составлял 36 лет 01 день (по решению об отказе в установлении пенсии от 27 января 2025 г.), что является недостаточным для назначения пенсии в возрасте 57 лет. Полагает отказ ФИО1 в назначении пенсии при фактических обстоятельствах законным. Также считает несостоятельными доводы о необходимости взыскания в пользу истицы расходов на представителя, поскольку дело особой сложности не представляет, данные расходы завышены и ничем не обоснованы.

Выслушав стороны, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО1 03 января 2025 г. обратилась с заявлением о назначении страховой пенсии по старости в соответствии с нормами Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – Федеральный закон № 400-ФЗ).

Дата регистрации ФИО1 в системе обязательного персонифицированного страхования – ДД.ММ.ГГГГ.

Решением отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Костромской области от 27 января 2025 г. ФИО1 отказано в назначении страховой пенсии по старости в соответствии с п. 1.2 ст. 8 Федерального закона № 400-ФЗ, поскольку у истицы отсутствует необходимый стаж в 37 лет. В страховой стаж не был включен период работы у ИП Ф. с 01 января по 31 декабря 2001 г., так как сведения о стаже и заработке по страхователю Ф. отражены только по 31 декабря 2020 г., сведения за 2001 г. страхователь не представлял.

В соответствии с ч. 1 ст. 4 Федерального закона № 400-ФЗ право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», при соблюдении ими условий, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Частью 1 статьи 8 Федерального закона № 400-ФЗ установлено, что право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных Приложением 6 к настоящему Федеральному закону).

Частью 1.2 названной статьи определено, что лицам, имеющим страховой стаж не менее 42 и 37 лет (соответственно мужчины и женщины), страховая пенсия по старости может назначаться на 24 месяца ранее достижения возраста, предусмотренного частями 1 и 1.1 настоящей статьи, но не ранее достижения возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины).

Часть 1.2 статьи 8 Федерального закона № 400-ФЗ введена в действие с 1 января 2019 г. Федеральным законом от 3 октября 2018 г. № 350-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсий».

Вышеуказанными нормативными положениями определена продолжительность страхового стажа, учитываемого при определении права на досрочную страховую пенсию.

Частью 1 статьи 11 Федерального закона № 400-ФЗ установлено, что в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации, а пунктом 2 части 1 статьи 12 названного закона определено, что в страховой стаж наравне с периодами работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьей 11 настоящего Федерального закона, засчитываются периоды получения пособия по обязательному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности.

При исчислении страхового стажа в целях определения права на страховую пенсию периоды работы и (или) иной деятельности, которые имели место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона и засчитывались в трудовой стаж при назначении пенсии в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения работы (деятельности), могут включаться в указанный стаж с применением правил подсчета соответствующего стажа, предусмотренных указанным законодательством (в том числе с учетом льготного порядка исчисления стажа), по выбору застрахованного лица (ч. 8 ст. 13 Федерального закона № 400-ФЗ).

Согласно ч. 9 ст. 13 Федерального закона № 400-ФЗ, в редакции, действующей с 4 ноября 2022 г. установлено, что при исчислении страхового стажа лиц, указанных в части 1.2 статьи 8 настоящего Федерального закона, в целях определения их права на страховую пенсию по старости в страховой стаж включаются (засчитываются) периоды работы и (или) иной деятельности, предусмотренные частью 1 статьи 11 настоящего Федерального закона, а также периоды, предусмотренные пунктами 1 (периоды прохождения военной службы по призыву, периоды участия в специальной военной операции в период прохождения военной службы), 2 и 13 (периоды участия в специальной военной операции) части 1 статьи 12 настоящего Федерального закона. При этом указанные периоды включаются (засчитываются) без применения положений ч. 8 настоящей статьи.

Таким образом, только предусмотренные частью 1 статьи 11 и пунктом 2 части 1 статьи 12 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ периоды подлежат включению в страховой стаж лиц, указанных в части 1.2 статьи 8 Федерального закона № 400 в целях определения их права на страховую пенсию по старости.

Законодатель, вводя новую льготу по назначению пенсии в отношении лиц, имеющих длительный страховой стаж, предусмотрел особый порядок исчисления страхового стажа для назначения пенсии по данному основанию, согласно которому в страховой стаж подлежат включению только периоды работы или иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 Федерального закона № 400-ФЗ, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации, а из иных периодов, предусмотренных статьей 12 Федерального закона № 400-ФЗ, - только периоды получения пособия по обязательному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности. Все остальные периоды в подсчет страхового стажа, необходимого для назначения пенсии в соответствии с часть. 1.2 статьи 8 Федерального закона № 400-ФЗ, не входят.

До 1 января 2002 г. взносы на обязательное пенсионное страхование уплачивались в составе единого социального налога. Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ и Федеральным законом от 31 декабря 2001 г. № 198-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Налоговый Кодекс Российской Федерации и некоторые законодательные акты Российской Федерации о налогах и сборах» состав единого социального налога был изменен, страховые взносы на обязательное пенсионное страхование исключены из состава единого социального налога.

Предусмотренному в части 1 статьи 11 Федерального закона № 400-ФЗ правилу о включении в страховой стаж застрахованных лиц периодов их работы при условии начисления и уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации, с соблюдением которого связывается реализация права на получение страховой пенсии в надлежащем объеме, корреспондирует законодательно закрепленная обязанность страхователя своевременно и в полном объеме уплачивать страховые взносы в бюджет Пенсионного фонда Российской Федерации.

Невыполнение страхователями требований Федерального закона от 1 апреля 1996 г. № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» и Федерального закона от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» само до себе не может служить основанием для отказа гражданину в реализации его права на пенсионное обеспечение. Однако данное разъяснение не означает, что лишь наличие записи в трудовой книжке является основанием для включения в страховой стаж периода работы при отсутствии в системе индивидуального (персонифицированного) учета сведений о данном периоде работы застрахованного в случае, если такой период работы имел место после регистрации в системе индивидуального (персонифицированного) учета.

В случае отсутствия в сведениях индивидуального (персонифицированного) учета данных о периодах работы и (или) иной деятельности, с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, гражданин, претендующий на досрочное назначение страховой пенсии по старости, может оспорить достоверность таких сведений, предоставленных работодателем, доказав факт выполнения им такой работы в судебном порядке путем представления письменных доказательств, отвечающих требованиям статей 59-60 ГПК РФ.

Для включения в страховой стаж периодов работы, за которые отсутствуют сведения на индивидуальном лицевом счете, гражданину необходимо представить допустимые и достаточные доказательства осуществления трудовой деятельности и получения заработной платы, с которой подлежали начислению обязательные платежи, в том числе в пенсионный фонд.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 г. № 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» разъяснено, что лица, работающие по трудовому договору, подлежат обязательному социальному страхованию (включая пенсионное) с момента заключения трудового договора с работодателем. Уплата страховых взносов является обязанностью каждого работодателя как субъекта отношения по обязательному социальному страхованию. Невыполнение этой обязанности не может служить основанием для того, чтобы не включать периоды работы, за которые не были уплачены полностью или в части страховые взносы, в страховой стаж, учитываемый при определении права на трудовую пенсию.

С учетом приведенных положений, неуплата работодателями взносов на государственное социальное страхование не лишает работников права на обеспечение за счет средств государственного социального страхования, предоставляя работнику право доказать факт выполнения им такой работы в судебном порядке путем представления письменных доказательств, отвечающих требованиям статей 59-60 ГПК РФ.

В соответствии с трудовым договором от 01 марта 2000 г., заключенным между ИП Ф. и ФИО1, последняя принята на работу по совместительству в должности (данные изъяты) с 01 марта 2000 г.

Согласно архивной справке от 05 апреля 2024 г. №, выданной отделом по делам архивов администрации муниципального района город Нерехта и Нерехтский район Костромской области, приказом № ИП Ф. от 31 июля 2008 г. (данные изъяты) ФИО1 уволена по собственному желанию.

В выписке из индивидуального лицевого счета застрахованного лица (для назначения страховой пенсии) период работы ФИО1 у ИП Ф. с 01 марта 2000 г. по 31 декабря 2001 г. в качестве (данные изъяты) отражен.

Рассматриваемый период имел место после регистрации истца в системе индивидуального (персонифицированного) учета ДД.ММ.ГГГГ.

В качестве доказательств работы в спорный период с 01 января по 31 декабря 2001 г. у ИП Ф. и получения заработной платы истицей в дело представлены приказы работодателя, являющиеся первичными документами.

Заработная плата ФИО1 за 2001 год составляла: январь-май 2001 г. – (данные изъяты) рублей в месяц, с июня по июль 2001 г. – (данные изъяты) руб., с августа по октябрь 2001 г. – (данные изъяты) руб., с ноября по декабрь 2001 г. – (данные изъяты) руб.

Данные сведения подтверждаются как архивной справкой, так и расчетной ведомостью ИП Ф. за 2000-2001 г.г.

Эти же данные отражены и в трудовом договоре от 01 марта 2001 г., где имеются указание на повышение заработной платы работнику, а именно: с01 марта 2000 г. работнику устанавливалась заработная плата в размере (данные изъяты) руб., с июня 2001 г. – (данные изъяты) руб., с августа 2001 г. – (данные изъяты) руб., с ноября 2001 г. – (данные изъяты) руб.

Факт осуществления деятельности ИП Ф. подтверждается выпиской из ЕГРНИП, из которой следует, что индивидуальный предприниматель осуществляла свою деятельность в течение 8 лет, дата прекращения деятельности – с 12 августа 2008 г. 

Таким образом, совокупностью представленных в дело доказательств, в том числе, копией трудового договора, архивными справками, расчетной ведомостью, подтвержден факт работы ФИО1 у ИП Ф. и выплаты заработной платы за спорный период в соответствии с требованиями трудового законодательства Российской Федерации.

В данном случае вины истицы в неуплате страховых взносов суд не усматривает, обязанность производить соответствующий контроль за действиями страхователя по своевременному начислению и уплате страховых взносов на истицу не возложена. 

Кроме того, Конституционный Суд Российской Федерации в своем Постановлении от 10 июля 2007 г. № 9-П указал, что неуплата страхователем в установленный срок или уплата не в полном объеме страховых взносов в Пенсионный фонд России в пользу работающих у него по трудовому договору застрахованных лиц в силу природы и предназначения обязательного пенсионного страхования, необходимости обеспечения прав этих лиц не должна препятствовать реализации ими права своевременно и в полном объеме получить трудовую пенсию.

Таким образом, исковые требования ФИО1 о включении в страховой стаж, необходимый для назначения страховой пенсии по старости, периода работы у ИП Ф. с 01 января по 31 декабря 2001 г. подлежат удовлетворению.

В соответствии с п. 1 ст. 22 Федерального закона № 400-ФЗ, страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 настоящей статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

С учётом включенного периода работы страховой стаж истицы составляет более 37 лет, что соответствует положениям п. 1.2 ст. 8 Федерального закона № 400-ФЗ, в связи с чем требование ФИО1 о возложении обязанности на ответчика по назначению пенсии с даты её обращения, а именно с 03 января 2025 г., также подлежит удовлетворению.

В силу ч.1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителей, суммы, подлежащие выплате экспертам, а также связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами (ст.94 ГПК РФ).

В ч. 1 ст. 98 ГПК РФ предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ч.1 ст.88 ГПК РФ).

В силу абз. 5 ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей.

Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

По смыслу названных законоположений, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13 указанного постановления).

Как видно из материалов дела, ФИО1 в связи с данным спором понесены расходы по оплате юридических услуг ФИО2 по консультированию, подготовке искового заявления и подаче его в суд, представления интересов истца в суде в сумме 12500 руб., что подтверждается договором возмездного оказания юридических услуг от 24 октября 2024 г. и распиской о получении денежных средств в размере 12500 руб. от 10 февраля 2025 г.

Объективные причины сомневаться в достоверности представленных документов о получении ФИО2 денежных средств в счет оплаты услуг представителя у суда отсутствуют.

Актом об оказании юридических услуг по договору от 10 февраля 2025 г. исполнитель оказал, а заказчик принял следующие услуги: консультация заказчика по формированию его правовой позиции, включая изучение документов – 500 руб., составление искового заявления – 1500 руб., составление ходатайства о передаче дела на рассмотрение в суд по месту нахождения большинства доказательств и рассмотрении дела в отсутствие истца – 500 руб., осуществление представительства интересов заказчика с его участием и безво всех судебных заседаниях суда первой инстанции – 10000 руб. услуги оказаны надлежащим образом полностью, претензий по качеству и срокам оказанных услуг со стороны заказчика к исполнителю не имеется.

В этой связи, принимая во внимание категорию дела, объем проделанной представителем истца работы (консультация, составление искового и уточненного искового заявлений, составление ходатайства о передаче дела на рассмотрение в суд по месту нахождения большинства доказательств и рассмотрении дела в отсутствие истца,представление интересов истца в судебных заседаниях 12 февраля 2025 г. (продолжительность 15 минут) и 27 марта 2025 г. (продолжительность 20 минут), объем дела, с учетом принципа разумности суд определяет разумной сумму за оказанные истцу юридические услуги в заявленном размере 12500 руб.

При подаче иска ФИО1 уплачена государственная пошлина в размере 3000 руб., которая также подлежит взысканию с ответчика, поскольку исковые требования признаны судом обоснованными. 

На основании изложенного и руководствуясьст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к Отделению фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Костромской области о включении периодов работы в страховой страж и назначении страховой пенсии по старости удовлетворить.

Включить в страховой стаж ФИО1 ((данные изъяты)), необходимый для назначения страховой пенсии по старости, период работы у ИП Ф. с 01 января по 31 декабря 2001 г.

Возложить обязанность на отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Костромской области ((данные изъяты)) назначить ФИО1((данные изъяты)) страховую пенсию по старости с 03 января 2025 г.

Взыскать с Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Костромской области ((данные изъяты)) в пользу ФИО1 ((данные изъяты)) расходы по оплате услуг представителя в сумме 12500 (двенадцать тысяч пятьсот) рублей и расходы на оплату государственной пошлины в сумме 3000 (три тысячи) рублей, всего взыскать 15500 (пятнадцать тысяч пятьсот) рублей.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения в Костромской областной суд с подачей апелляционной жалобы через Нерехтский районный суд Костромской области.

Председательствующий: З.Р. Маматкулова

Мотивированное решение изготовлено 07 апреля 2025 г.