№2-2850/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 июня 2017 года г. Барнаул

Центральный районный суд г. Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего Запаровой Я.Е.

при секретаре Денисенко М.В.

с участием прокурора Ефимовой О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Т.П. к муниципальному бюджетному дошкольному образовательному учреждению «Детский сад №63» общеразвивающего вида о восстановлении на работе, взыскании оплаты вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Т.П. обратилась в суд с иском к муниципальному бюджетному дошкольному образовательному учреждению «Детский сад №63» общеразвивающего вида о восстановлении на работе, взыскании оплаты вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

В обоснование требований указала на то, что с 07 ноября 2014 года состоит с ответчиком в трудовых отношениях. Нареканий в период трудовых отношений не имела. 27 марта 2017 года она была уволена по пункту 13 части 1 статьи 83 Трудового кодекса Российской Федерации приказом от 24 марта 2017 года, с которым ознакомлена 27 марта 2017 года, в тот же день ей вручена трудовая книжка. Увольнение полагает незаконным, так как при трудоустройстве ограничений не было установлено, в том числе при предоставлении справки о прекращении уголовного дела, кроме того, она имеет инвалидность. Полагает, что увольнение связано с ее обращением по телефону доверия в ГУ МВД по Алтайскому краю по факту противоправных действий заведующей детским садом. Ссылаясь на нормы трудового законодательства, а также на причинение ей нравственных страданий неправомерными действиями работодателя, просила восстановить ее на работе в МБДОУ «Детский сад №63», признать недействительной запись в трудовой книжке об увольнении, взыскать оплату вынужденного прогула, компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб.

В судебном заседании Т.П. исковые требования поддержала, дополнительно пояснив в ходе рассмотрения дела, что предложение обратиться в комиссию за получением допуска ей от работодателя не поступало, в день увольнения она пришла на работу после периода нетрудоспособности, однако ей заведующая сообщила об увольнении. При этом в этот момент в кабинете не присутствовали лица, указанные в актах об отказе от подписи. 27 марта 2017 года ее не допустили к работе, на глазах у родителей попросили покинуть детский сад, что унизило ее достоинство. Справку о наличии уголовного дела она получила в январе 2015 года и сразу представила работодателю, однако претензий к ней не было. В настоящее время допуск ею получен. Размер компенсации морального вреда обусловлен тем, что в результате увольнения она осталась без средств к существованию, испытывает трудности в оплате кредитов.

Законный представитель ответчика В.М., представитель ответчика и третьего лица Т.А. возражали против удовлетворения требований, указывая в ходе рассмотрения дела на то, что основанием увольнения Т.П. послужил факт наличия в отношении нее производства по уголовному делу. О том, что прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон, препятствует осуществлению педагогической деятельности, заведующей детским садом известно не было, данное требование ей стало известно после проведения проверки в 2017 году. Предложение работнику обратиться в комиссию за получением допуска к осуществлению педагогической деятельности не было сделано также в связи с неознакомлением заведующей с данным требованием и невозможностью (так как Т.П. в марте 2017 года находилась в отпуске). Более того, обязанность получить такой допуск возлагалась именно на работника, и даже положительное решение комиссии не является обязательным для работодателя и носит рекомендательный характер.

Представитель третьего лица ГУ – Алтайское региональное отделение Фонда социального страхования России в судебное заседание не явился, извещены. 

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению в связи с нарушением процедуры увольнения работодателем, не предложившего работнику, имеющему факт прекращения по уголовному дела небольшой тяжести по нереабилитирующему основанию, обратиться в комиссию по делам несовершеннолетних Алтайского края за получением допуска, в компетенцию которой (комиссии) и входит определение возможности продолжения педагогической деятельности, суд приходит к следующим выводам.

Как установлено судом, Т.П. с ДД.ММ.ГГГГ состояла в трудовых отношениях с МБОДУ «Детский сад №63» в должности воспитателя.

ДД.ММ.ГГГГ Т.П. выдана справка ГУ МВД по Алтайскому краю об отсутствии у нее судимостей, наличии уголовного дела по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных статьями 115,119 Уголовного кодекса Российской Федерации, производство по которому прекращено на основании статьи 25 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации в связи с примирением с потерпевшим. Данная справка имеется в личном деле Т.П.

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ Т.П. уволена по пункту 13 части 1 статьи 83 Трудового кодекса Российской Федерации на основании установленного ограничения для продолжения трудовой деятельности.

Расторжение работодателем трудового договора с Т.П. суд полагает незаконным по следующим основаниям.

Трудовые отношения педагогических работников, помимо общих норм трудового законодательства, регулируются специальными нормами, в том числе главой 52 Трудового кодекса Российской Федерации, устанавливающей дополнительные требования к педагогическим работникам, особенности условий их труда, особенности прекращения трудовых отношений.

В соответствии со статьей 331 Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на дату заключения трудового договора между сторонами ДД.ММ.ГГГГ) к педагогической деятельности допускаются лица, имеющие образовательный ценз, который определяется в порядке, установленном законодательством Российской Федерации в сфере образования.

К педагогической деятельности не допускаются лица, в том числе имеющие или имевшие судимость, подвергающиеся или подвергавшиеся уголовному преследованию (за исключением лиц, уголовное преследование в отношении которых прекращено по реабилитирующим основаниям) за преступления против жизни и здоровья, свободы, чести и достоинства личности (за исключением незаконного помещения в психиатрический стационар, клеветы и оскорбления), половой неприкосновенности и половой свободы личности, против семьи и несовершеннолетних, здоровья населения и общественной нравственности, основ конституционного строя и безопасности государства, а также против общественной безопасности.

Указанная норма в действовавшей на дату трудоустройства Т.П. редакции не предусматривала каких – либо исключений и условий для занятия педагогической деятельности лиц, указанных в приведенном абзаце, а для лиц, состоявших в трудовых отношениях, введение указанного ограничения влекло прекращения трудовых отношений на основании пункта 13 части 1 статьи 83 Трудового кодекса Российской Федерации (возникновение ограничений для осуществления трудовой деятельности).

Вместе с тем, Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июля 2013 N 19-П взаимосвязанные положения пункта 13 части первой статьи 83, абзаца третьего части второй статьи 331 и статьи 351.1 Трудового кодекса Российской Федерации признаны не соответствующими статьям 19 (части 1 и 2), 37 (часть 1), 46 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой данные законоположения вводят безусловный и бессрочный запрет на занятие педагогической деятельностью, а также иной профессиональной деятельностью в сфере образования, воспитания, развития несовершеннолетних, организации их отдыха и оздоровления, медицинского обеспечения, социальной защиты и социального обслуживания, в сфере детско-юношеского спорта, культуры и искусства с участием несовершеннолетних и, соответственно, предполагают безусловное увольнение лиц, имевших судимость (а равно лиц, уголовное преследование в отношении которых прекращено по нереабилитирующим основаниям) за совершение иных указанных в данных законоположениях преступлений, кроме тяжких и особо тяжких преступлений, а также преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности, не предусматривая при этом необходимость учета вида и степени тяжести совершенного преступления, срока, прошедшего с момента его совершения, формы вины, обстоятельств, характеризующих личность, в том числе поведение лица после совершения преступления, отношение к исполнению трудовых обязанностей, а также иных факторов, позволяющих определить, представляет ли конкретное лицо опасность для жизни, здоровья и нравственности несовершеннолетних, чем несоразмерно ограничивают право таких лиц на свободное распоряжение своими способностями к труду и нарушают баланс конституционно значимых ценностей;

Федеральному законодателю предписано - исходя из требований Конституции Российской Федерации и с учетом основанных на этих требованиях правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в настоящем Постановлении, - внести в Трудовой кодекс Российской Федерации изменения, направленные на обеспечение баланса конституционно значимых ценностей применительно к ограничениям на занятие педагогической деятельностью, а также иной профессиональной деятельностью в сфере образования, воспитания, развития несовершеннолетних, организации их отдыха и оздоровления, медицинского обеспечения, социальной защиты и социального обслуживания, в сфере детско-юношеского спорта, культуры и искусства с участием несовершеннолетних для лиц, имеющих или имевших судимость, подвергавшихся уголовному преследованию (за исключением лиц, уголовное преследование в отношении которых прекращено по реабилитирующим основаниям), в том числе установить, имея при этом в виду приоритет прав и интересов несовершеннолетних как нуждающихся в особой государственной защите, скорректированный с учетом содержащихся в настоящем Постановлении правовых позиций перечень видов преступлений, сам факт совершения которых - вне зависимости от каких бы то ни было обстоятельств - дает основание утверждать, что совершившие такие преступления лица представляют безусловную опасность для жизни, здоровья и нравственности несовершеннолетних.

Впредь до внесения в действующее правовое регулирование надлежащих изменений при применении положений пункта 13 части первой статьи 83, абзаца третьего части второй статьи 331 и статьи 351.1 Трудового кодекса Российской Федерации в отношении лиц, совершивших иные преступления из числа указанных в этих положениях, притом что их судимость снята или погашена, либо лиц, уголовное преследование в отношении которых по обвинению в совершении таких преступлений прекращено по нереабилитирующим основаниям, необходимо учитывать факторы, позволяющие оценить возможность осуществления этими лицами профессиональной деятельности, связанной с регулярными и непосредственными контактами с несовершеннолетними, без риска подвергнуть опасности их жизнь, здоровье и нравственность.

Установлено, что в отношении Т.П. осуществлялось уголовное преследование по статьям 115,119 Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающим ответственность за преступления против жизни и здоровья, которое (преследование) прекращено постановлением мирового судьи от 18 сентября 2013 года по нереабилитирующему основанию (примирение с потерпевшим). 

Данное обстоятельство имело место на дату трудоустройства Т.П. При этом даже в случае достоверной осведомленности работодателя о данном обстоятельство на дату подписания трудового договора ДД.ММ.ГГГГ оно с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации не являлось безусловным основанием для отказа в приеме на работу Т.П. и заключении с ней трудового договора.

С 01 января 2015 года, в период трудовых отношений сторон, вступили в силу внесенные Федеральным законом от 31 декабря 2014 года №489-ФЗ в целях реализации указанного Постановления Конституционного Суда Российской Федерации изменения в статью 331 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми лица из числа указанных в абзаце третьем части второй настоящей статьи, имевшие судимость за совершение преступлений небольшой тяжести и преступлений средней тяжести против жизни и здоровья, свободы, чести и достоинства личности (за исключением незаконной госпитализации в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, и клеветы), семьи и несовершеннолетних, здоровья населения и общественной нравственности, основ конституционного строя и безопасности государства, а также против общественной безопасности, и лица, уголовное преследование в отношении которых по обвинению в совершении этих преступлений прекращено по нереабилитирующим основаниям, могут быть допущены к педагогической деятельности при наличии решения комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав, созданной высшим исполнительным органом государственной власти субъекта Российской Федерации, о допуске их к педагогической деятельности.

Из приведенных норм в совокупности с учетом действия их во времени следует, что при принятии после 01 января 2015 года решения о расторжении трудового договора с педагогическим работником по пункту 13 части 1 статьи 83 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан убедиться в отсутствии у работника оснований продолжать педагогическую деятельность, что предполагает наличие решения уполномоченного органа о допуске либо отказе в допуске работника к осуществлению педагогической деятельности.

В ходе рассмотрения дела работодатель не отрицал, что Т.П. не предлагали обратиться в комиссию, представить допуск, в связи с чем нарушение процедуры прекращения трудовых отношений нашло свое подтверждение.

Позиция ответчика и комитета по образованию о том, что обращение в комиссию является обязанностью работника, а не работодателя, хотя в целом и согласуется с нормами о порядке рассмотрения данного вопроса комиссией в части заявителей (которыми являются работники), однако не основана на вышеприведенных нормах трудового законодательства, которыми требование о наличии допуска введено после трудоустройства Т.П., в связи с чем обязанность по приведению трудовых отношений в соответствие с действующим законодательством возлагалась именно на работодателя, который обязан был предложить всем педагогическим работникам представить сведения о фактах привлечения к уголовной ответственности и при наличии фактов прекращения уголовного дела по нереабилитирующим обстоятельствам – представить дополнительно соответствующее решение комиссии по делам несовершеннолетних, а при не предоставлении такового либо предоставлении решение об отказе в допуске работника к осуществлению трудовой деятельности – разрешить вопрос о прекращении трудовых отношений. В отношении работников, имеющих судимость, вопрос о расторжении трудового договора подлежит разрешению без обращения работника в комиссию.

После увольнения Т.П. обратилась в комиссию по делам несовершеннолетних Алтайского края, решением которой от ДД.ММ.ГГГГ Т.П. допущена к осуществлению педагогической деятельности.

При таких обстоятельствах увольнение Т.П. не может быть признано законным.

В соответствии со статьей 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор. Если увольнение признано незаконным, а срок трудового договора на время рассмотрения спора судом истек, то суд, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, обязан изменить формулировку основания увольнения на увольнение по истечении срока трудового договора.

На основании данной нормы истица подлежит восстановлению на работе с ДД.ММ.ГГГГ, следующего дня после увольнения.

Согласно ст.394 Трудового кодекса Российской Федерации орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

В соответствии со ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться, в частности, в случае незаконного увольнения работника.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» (пункт 62) разъяснено, что средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном ст.139 Трудового кодекса Российской Федерации. При этом необходимо иметь в виду, что особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного ст.139 Кодекса, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений

Порядок расчета средней заработной платы установлен Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденным постановлением Правительства российской Федерации от 24 декабря 2007 года № 922 (далее – Положение).

Согласно пункту 4 Положения расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. 

При исчислении среднего заработка из расчетного периода исключается время, а также начисленные за это время суммы, в частности, если: за работником сохранялся средний заработок в соответствии с законодательством Российской Федерации, за исключением перерывов для кормления ребенка, предусмотренных трудовым законодательством Российской Федерации; работник получал пособие по временной нетрудоспособности или пособие по беременности и родам; работник в других случаях освобождался от работы с полным или частичным сохранением заработной платы или без оплаты в соответствии с законодательством Российской Федерации (подп. «а», «б», «е» п. 5 Положения).

В соответствии с пунктом 9 Положения при определении среднего заработка используется средний дневной заработок. Средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате.

Средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

Согласно справке работодателя и расчетным листкам (табель учета рабочего времени со слов законного представителя ответчика находится в правоохранительных органах в целях проверки деятельности заведующей по жалобе Т.П.), заработная плата истицы за период с марта 2016 года по февраль 2017 года включительно составила 254 653 руб. 73 коп. (по коду оплаты труда 2000), отработано фактически в указанный период 197 рабочих дней, следовательно, среднедневной размер заработной платы составил 1 292 руб. 66 коп. 

Время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (по день вынесения решения суда) составляет 56 рабочих дней при 5-дневной рабочей неделе. Заработная плата за время вынужденного прогула составила 72 388 руб. 96 коп.

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В силу разъяснений пункта 63 Постановления «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в соответствии с ч.4 ст. 3 и ч.9 ст. 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Учитывая факт нарушения работодателем трудовых прав работника, выразившееся в незаконном увольнении, объем и характер причиненных работнику нравственных страданий, связанных с лишением возможности трудиться, а равно пояснения стороны истца о том, что нравственные страдания связаны, в том числе с изменением имущественного положения в связи с невозможностью оплаты кредитов (то есть нарушением имущественных прав), с учетом статуса ответчика как муниципального бюджетного учреждения, требования разумности и справедливости, суд находит требуемый истцом размер компенсации 300 000 руб. Чрезмерно завышенным и приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 10 000 рублей. Ухудшение имущественного положения истца в результате незаконного увольнения восстановлено путем взыскания заработной платы за все время вынужденного прогула.

Признание увольнения незаконным влечет обязанность работодателя внести записи в трудовую книжку согласно Инструкции по заполнению трудовых книжек, утв. Постановлением Минтруда России от 10 октября 2003 года N 69, в связи с чем требование о признании записи недействительной излишне заявлено и не подлежит удовлетворению.

На основании изложенного исковые требования Т.П. подлежат частичному удовлетворению.

В силу статей 98,103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 2 972 руб., в том числе 600 руб. – за требования о восстановлении на работе, компенсации морального вреда, 2 372 руб. – за требование о взыскании заработка за время вынужденного прогула. 

Решение суда в части восстановления на работе и взыскании оплаты вынужденного прогула, не превысившего 3 месяца, подлежит немедленному исполнению (статья 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Оснований для вынесения частного определения в адрес муниципального учреждения суд не находит.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования Т.П. удовлетворить частично.

Восстановить Т.П. в должности воспитателя муниципального бюджетного дошкольного образовательного учреждения «Детский сад №63» общеразвивающего вида с ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с муниципального бюджетного дошкольного образовательного учреждения «Детский сад №63» общеразвивающего вида в пользу Т.П. заработную плату за время вынужденного прогула в размере 72 388 руб. 96 коп.

Взыскать с муниципального бюджетного дошкольного образовательного учреждения «Детский сад №63» общеразвивающего вида в пользу Т.П. компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с муниципального бюджетного дошкольного образовательного учреждения «Детский сад №63» общеразвивающего вида в доход бюджета муниципального образования городского округа – города Барнаула государственную пошлину в размере 2 972 руб.

Решение в части восстановления Т.П. на работе и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула обратить к немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Центральный районный суд г. Барнаула в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Я.Е. Запарова

.

.

.