№ 2-5/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с.Казанское

Казанского района

Тюменской области

14 января 2019 года

Казанский районный суд Тюменской области

в составе председательствующего судьи Первушиной Н.В.,

при секретаре Жолудевой Н.М.,

с участием помощника прокурора Казанского района Шмидт В.Я., истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском. Свои требования мотивирует тем, что ДД.ММ.ГГГГ около 20 часов 00 минут (дата уточнена истцом в ходе судебного разбирательства), находясь напротив дома № 

<

адрес>, ФИО2 и ФИО3 умышленно, с целью унизить честь и достоинство, высказали в его (ФИО1) адрес слова грубой, нецензурной брани. Кроме того, в ходе возникшей ссоры, ФИО2 нанесла ему множественные удары ладонями своих обеих рук по лицу и по телу в область грудной клетки. Своими действиями ФИО2 причинила ему телесные повреждения в виде пяти ссадин в переднем отделе левой щечной области, ссадины на переходной кайме верхней губы слева и ссадины кожной части нижней губы слева, тем самым причинив физическую боль. Противоправными действиями ФИО2 и ФИО3 ему (истцу) были причинены нравственные страдания, выразившиеся в унижении его чести и достоинства и в физических страданиях, связанных с переживанием сильных болевых ощущений, возникших вследствие нанесения ударов ФИО2 по лицу и телу, что повлекло общее значительное ухудшение состояния здоровья. Размер компенсации морального вреда, причиненного ФИО2, он оценивает в размере 20 000 рублей, размер компенсации морального вреда, причиненного ФИО3, оценивает в размере 10 000 рублей. Просит взыскать указанные суммы с ответчиков в его пользу.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал, обстоятельства, изложенные в исковом заявлении, подтвердил, дополнительно пояснил, что от действий ФИО2 и ФИО3 он испытал унижение и физическую боль. Сам он ударов никому не наносил. Указал, что заявленная им сумма компенсации морального вреда всего в размере 30 000 рублей является также компенсацией за понесенные им расходы по оплате необоснованно наложенного на него в качестве административного наказания штрафа в размере 11 000 рублей, а также за утраченную по вине ФИО3 автомашину. При этом указание в исковом заявлении на телесные повреждения, полученные в ходе ДТП, является излишним, указано ошибочно.

Ответчики ФИО2, ФИО3, будучи своевременно и надлежащим образом уведомлены о дате, времени и месте судебного заседания, в судебное заседание не явились, о причинах неявки суду не сообщили, об отложении не заявляли, в телефонограммах просили рассмотреть дело в их отсутствие.

С учетом мнения истца ФИО1, заключения прокурора, в соответствии со 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд находит возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся ответчиков ФИО2, ФИО3

Суд, заслушав объяснения истца ФИО1, заключение прокурора, полагавшего исковые требования удовлетворить частично, исследовав письменные материалы дела, материалы дел об административных правонарушения №м в отношении ФИО3, №м в отношении ФИО2, приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных исковых требований по следующим основаниям:

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

В соответствии с п. 2 ст. 17 Конституции Российской Федерации основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.

Согласно ч. 1 ст. 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления.

В соответствии с ч. 1 ст. 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, , защиту своей чести и доброго имени.

Учитывая, что любое выражение мнения имеет определенную форму и содержание, которым является умозаключение лица, и его выражение не должно быть ограничено какими-либо пределами, кроме закрепленных ч. 2 ст. 29 Конституции Российской Федерации, то форма выражения мнения не должна унижать честь и достоинство личности.

При таком положении, в случае если указанные выше требования не выполняются, то лицо, высказывающее какое-либо суждение относительно действий или личности иного лица, должно нести связанные с их невыполнением отрицательные последствия.

Частью 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что каждый имеет право на охрану здоровья.

Жизнь и здоровье понимается как состояние полного социального, психического и физического благополучия человека, поэтому несомненно в результате причинения вреда здоровью нарушается психическое и физическое благополучие человека, что умаляет личные нематериальные блага гражданина, влечет нравственные и физические страдания, причиняет моральный вред, следовательно, порождает право на его возмещение.

В соответствии со ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага (в том числе, жизнь и здоровье, честь и достоинство) защищаются в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (ст. 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 N 23(ред. от 23.06.2015) «О судебном решении» на основании части 4 статьи 1 ГПК РФ, по аналогии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, следует также определять значение вступившего в законную силу постановления и (или) решения судьи по делу об административном правонарушении при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесено это постановление (решение).

Постановлением Казанского районного суда Тюменской области от 27.07.2018 года ФИО2 привлечена к административной ответственности по ст. 6.1.1 КоАП РФ Данное постановление вступило в законную силу 07.08.2018 года(л.д. 9-11).

Доводы о том, что 15.06.2018 года около 20 часов 00 минут, находясь напротив дома № 

<

адрес>, ФИО3 наносил ФИО1 побои, не подтверждаются материалами дела. Так 11.07.2018 года ФИО1 обратился в Отд МВД России по Казанскому району с заявлением о привлечении ФИО3 к ответственности за нанесение побоев, однако на основании постановления от 09.08.2018 года производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 6.1.1. КоАП РФ, в отношении ФИО3 было прекращено за отсутствием события правонарушения, поскольку в ходе административного правонарушения факт нанесения ФИО3 ФИО1 телесных повреждений не нашел своего подтверждения. В том числе, об этом свидетельствуют постановления Казанского районного суда о привлечении к административной ответственности ФИО2 и ФИО4 по ст. 6.1.1 КоАП РФ, из анализа которых в их совокупности следует, что иных телесных повреждений, кроме тех, которые были причинены ФИО1 в результате действий ФИО2 и ФИО4, у потерпевшего не имелось. Кроме того, свидетель Р. давала объяснения в этой части противоречащие как объяснениям других свидетелей, объяснениям ФИО1, иным материалам дела, поэтому они обоснованно не приняты должностным лицом в качестве доказательства.

Факт отсутствия ФИО3 в момент конфликта ФИО1 с ФИО2, произошедшего 15.06.2018 года около 20 часов 00 минут напротив дома № 

<

адрес>, подтверждается решением Казанского районного суда Тюменской области от 27.12.2018 года (л.д. 75-77), материалами дел об административных правонарушениях №м в отношении ФИО3, №м в отношении ФИО2, исследованными в судебном заседании, в их совокупности.

При этом факт нанесения ФИО2 оскорблений, выраженных в нецензурных выражениях, в адрес ФИО1 15.06.2018 года около 20 часов напротив дома № 

<

адрес>, подтверждается постановлением мирового судьи судебного участка №1 Казанского судебного района Тюменской области от 04.09.2018 года (л.д. 12-13), вступившим в законную силу 19.09.2018 года.

Постановление мирового судьи судебного участка №1 Казанского судебного района Тюменской области от 07.09.2018 года, которым ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.5.61 КоАП РФ, за то, что 15 июня 2018 года около 20 часов 00 минут ФИО3, находясь напротив дома № 

<

адрес>, умышленно, с целью унизить честь и достоинство ФИО1, высказал в адрес последнего оскорбительные слова грубой нецензурной брани, чем унизил честь и достоинство ФИО1 (л.д. 14-15), решением Казанского районного суда Тюменской области от 27.12.2018 года отменено, производство по делу прекращено (л.д. 75-77), в связи с тем, что судом второй инстанции было установлено, что оскорбительные слова, выраженные в нецензурной форме, в этот день ФИО3 высказывал в адрес ФИО1, находясь 

<

адрес>, до начала драки между ФИО1 и ФИО2, то есть в ином месте и в иное время, чем указано в постановлении мирового судьи от 07.09.2018 года.

Таким образом, из материалов настоящего гражданского дела и дел об административных правонарушениях №м в отношении ФИО3, №м в отношении ФИО2 следует, что ФИО3 и ФИО2 15.06.2018 года, находясь в общественном месте (на улицах 

<

адрес>) в присутствии посторонних лиц выражали свои суждения и субъективные мнения относительно действий или личности истца в оскорбительной форме, с использованием нецензурных слов, ненормативной лексики. Из пояснений истца следует, что данные действия причинили ему чувство унижения, чем причинили моральный вред. При таких обстоятельствах суд находит, что ответчики должны нести ответственность за высказанные в адрес ФИО1 оскорбления.

Также ответчик ФИО2 должна нести ответственность за причинение ФИО1 телесных повреждений, причинивших ему физическую боль.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание, что причиненные ФИО1 телесные повреждения не причинили вреда здоровью, не повлекли за собой кратковременное расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности. Истцом не представлено доказательств изменения привычного образа жизни, длительного, на протяжении нескольких дней, сохранения болевого синдрома после нанесенных ответчиком побоев, прохождения лечения. Суд также принимает во внимание обстоятельства дела, при которых истцу был причинен моральный вред, тот факт что конфликт происходил в присутствии свидетелей, что не могло не причинить ФИО1 дополнительные нравственные страдания.

Также суд принимает во внимание и поведение самого ФИО1, длительные неприязненные взаимоотношения, сложившиеся между ФИО1 с одной стороны и ФИО2 и ФИО3 с другой стороны.

Доводы истца о том, что при определении размера компенсации морального вреда следует учесть тот факт, что компенсация морального вреда необходима ему (ФИО1) для покрытия расходов на оплату административного штрафа и расходов, связанных с утратой по вине ФИО3 принадлежащего ФИО1 автомобиля, не могут быть приняты во внимание при определении размера компенсации морального вреда, поскольку данные доводы не основаны на требованиях закона и связаны с неправильным пониманием истцом правовой природы морального вреда и его компенсации.

С учетом всех фактов, обстоятельств дела, характера, степени причиненного вреда, индивидуальных особенностей истца, ответчиков, принципов разумности и справедливости, а также того, что компенсация не может являться средством обогащения, суд находит разумной, соразмерной и подлежащей взысканию с ответчика ФИО2 в пользу истца компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей, а с ФИО3 – 2 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 17, 21, 23, 29, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150, 151, 1064, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 61, 197-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 о взыскании с ФИО2 и ФИО3 компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей 00 копеек (00 копеек пять тысяч рублей 00 копеек).

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 2 000 рублей 00 копеек (две тысячи рублей 00 копеек).

В остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Тюменский областной суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Казанский районный суд Тюменской области.

Решение в окончательной форме изготовлено в печатном варианте 18 января 2019 года.

Председательствующий судья: /подпись/

Подлинник решения подшит в гражданское дело № 2-5/2019 и хранится в Казанском районном суде Тюменской области.

Судья Н.В. Первушина