Дело 1-4/2019 (1-91/2018)

УИД 29RS0016-01-2019-000001-26

Приговор

Именем Российской Федерации

30 января 2019 года город Новодвинск 

Новодвинский городской суд Архангельской области в составе председательствующего Хатова А.Е.,

с участием государственного обвинителя - помощника прокурора г. Новодвинска Митрофановой И.А., 

подсудимого ФИО2,

защитника – адвоката Кавторина П.А.,

потерпевших ФИО1, Потерпевший №2,

при секретаре Кузиловой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО2, 

<

данные изъяты>, осужденного приговором мирового судьи судебного участка №1 Новодвинского судебного района Архангельской области от 15 октября 2018 года по ст.139 ч.1 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ сроком 200 часов, которое не отбывалось,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 111 ч.4 УК РФ,

установил:

ФИО2 виновен в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшей.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах:

ФИО2 в период с 20 часов 00 минут 29 сентября 2018 года до 01 часа 07 минут 30 сентября 2018 года, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в 

<

адрес>, в ходе ссоры, возникшей из–за того, что ФИО10 взяла без спроса не принадлежащие ей продукты питания, умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью с силой нанес ФИО10 не менее семи ударов руками и головой в область головы, не менее одного удара руками в область левой кисти и не менее трех ударов руками в область передней брюшной стенки, причинив ей своими действиями телесные повреждения характера:

- тупой закрытой травмы живота, которая по квалифицирующему признаку вреда здоровью опасного для жизни человека расценивается как тяжкий вред здоровью и находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО10, проявлением которой явились: кровоподтек верхней трети левого отдела передней брюшной стенки, кровоподтек нижней трети левого отдела передней брюшной стенки, кровоподтек нижне-центрального отдела передней брюшной стенки, кровоизлияния в подкожно-жировую клетчатку нижне-центрального отдела передней брюшной стенки, кровоизлияния в брыжейку поперечно-ободочной кишки, кровоизлияния в связочный аппарат печени, разрыва брыжейки поперечно-ободочной кишки, разрыва желчного пузыря, разрыва печени, кровоизлияния в брюшную полость /гемоперитонеум/ (800 мл), сопровождавшейся повреждениями печени, желчного пузыря и поперечно-ободочной кишки, кровоизлияниями в подкожно-жировую клетчатку передней брюшной стенки, связочный аппарат печени, брыжейку поперечно-ободочной кишки и в брюшную полость, закономерно осложнившейся массивной кровопотерей;

- кровоподтека верхней трети спинки носа с расположенной на его фоне ссадиной, кровоподтека верхней трети левой щечно-скуловой области, кровоподтека правых глазничной и окологлазничной областей, кровоподтека правого отдела лобной области, кровоподтека верхней трети правой щечной области, ссадины в области переносицы, ссадины верхней трети правого отдела спинки носа, ссадины верхней трети левого отдела спинки носа, ссадины левой околоушной области, кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в правых отделах теменной области, кровоподтека тыльной поверхности левой кисти, которые не расцениваются как вред здоровью;

- ушибленной раны правого отдела теменной области, которая расценивается как повреждение, причинившее легкий вред здоровью.

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании свою вину в инкриминируемом ему деянии признал частично, заявил, что в ходе конфликта наносил удары потерпевшей ФИО10 в голову, а в область живота ударов умышленно не наносил. 

Из показаний подсудимого в судебном заседании следует, что в ночь с 29 на 30 сентября 2018 года после распития спиртного совместно с ФИО10 и Свидетель №1, в квартире последнего, тот уснул. Находящаяся в состоянии сильного алкогольного опьянения ФИО10 сообщила, что взяла без спроса из холодильника Свидетель №1 замороженные продукты, которые начали таять. За это он ударил ФИО10 ладонью по лицу и потребовал положить продукты обратно, однако та отказалась, что его разозлило. В коридоре квартиры нанес ФИО10 два удара кулаками правой и левой руки в лицо, на что она полезла в драку и схватила его за футболку и толкнула назад. Он упал на спину, а она, держась спереди за его футболку, упала на него сверху, ударившись об его колени. Он нанес ей удар лбом в область носа и стал вставать. Она с силой не давала ему встать, схватила сзади за одежду. Чтобы освободиться от удержания он нанес находящейся сзади ФИО10 удар локтем. Куда попал, не видел, но ФИО10 сразу упала назад спиной на пол и всхлипнула. Он повернулся, увидел, что у нее на лице кровь, далее, когда приподнял ее голову, на затылке также была кровь. Поэтому считает, что при падении она ударилась головой об пол, однако этого не видел. Удары в живот ФИО10 не наносил, считает, что тупую травму живота та получила, когда упала на него. После он начал приходить в себя, отнес в комнату дочь, которая прибежала. Отнес на кровать ФИО10, которая была еще жива. Затем стал затирать в коридоре на полу кровь. После подошел к ФИО10 и увидел, что она не дышит. Телефона у него не было, поэтому попросил Свидетель №1 вызвать скорую и полицию, однако тот запаниковал. При указанных обстоятельствах он (ФИО2) находился в состоянии опьянения, но стоял на ногах. Алкогольное опьянение не повлияло на совершение им указанных действий, если бы он был трезв, то все равно применил бы насилие к ФИО10 из-за того, что она взяла без спроса продукты питания.

В судебном заседании на основании ст.276 ч.1 п.1 УПК РФ исследовались показания ФИО2 на предварительном следствии. 

Так, сразу же после преступления 30 сентября 2018 года в явке с повинной ФИО2 сообщил о нанесенных им потерпевшей трех ударов в область головы, после чего они совместно с ФИО10 ушли из коридора, где был конфликт, и распивали спиртное в комнате, где последняя и умерла (т.1 л.д.121). 

При допросе в качестве обвиняемого 02 октября 2018 года ФИО2 показал, что не помнит, наносил ли удары потерпевшей в живот (т.1 л.д.152-155).

При допросе в качестве обвиняемого 29 ноября 2018 года по поводу ударов в живот ФИО2 показал, что помнит только то, что когда освобождался от захвата, нанес ФИО10 удар локтем руки, возможно в область живота, заявил, что потерпевшая могла получить травму живота при падении на него, аналогичные обстоятельства сообщил и при допросе в качестве обвиняемого 18 декабря 2018 года и при проверке показаний на месте (т.1 л.д.162-165, т.2 л.д.189-200, 205-208).

Виновность подсудимого подтверждается следующими доказательствами. 

В судебном заседании потерпевшие Потерпевший №2 и ФИО1 подтвердили свои показания на предварительном следствии, исследованные в порядке ст.281 ч.3 УПК, согласно которым их дочь ФИО10 с 2015 года начала проживать совместно с подсудимым ФИО2, который часто избивал ее. Однако, несмотря на это, дочь продолжала с ним сожительствовать, так как боялась его, а также хотела, чтобы у их совместной дочери ФИО1 был отец, так как она уже воспитывала сына Свидетель №9 одна. О том, что ФИО2 применял к дочери насилие, рассказывал и внук Свидетель №9, который часто жил у них. Иногда дочь писала заявления в полицию о применении к ней насилия ФИО2, однако после их забирала, поэтому тот избегал ответственности, запугал дочь, которая жаловалась, что боится ФИО2 (т.1 л.д.43-46, 56-60). 

В судебном заседании свидетель Свидетель №4 подтвердила свои показания на предварительном следствии, исследованные в порядке ст.281 ч.3 УПК, согласно которым она поддерживала хорошие отношения со своей племянницей ФИО10, от которой знала, что ФИО2 часто ее избивает, она скрывая следы побоев долго не выходила из дома, замазывала синяки, в 2018 году обращалась за медицинской помощью и ей зашивали рассечение на голове. В начале августа 2018 года она (Свидетель №4) приходила к племяннице домой и видела, как ФИО2 нанес не менее трех ударов ФИО10 в лицо, а когда она (Свидетель №4) сделала тому замечание, то ФИО2 угрожал применить насилие и к ней. 28 августа 2018 года она вновь приходила домой к племяннице, передавала ей продукты, так как та воспитывала двух несовершеннолетних детей, а ФИО2 не работал. Следов побоев у той на лице не было. Однако в начале сентября 2018 года встретила на улице ФИО2 с племянницей ФИО10, у которой на лице были синяки. Из-за избиения сожителем вызывали полицию, однако ФИО10 под воздействием сожителя, которого боялась, заявления забирала или отказывалась их писать. Просила ее (Свидетель №4), если с ней что-то случиться, не отдавать детей (т.1 л.д.82-85). 

В судебном заседании свидетель ФИО11 подтвердила свои показания на предварительном следствии, исследованные в порядке ст.281 ч.3 УПК, согласно которым она постоянно общалась со своей сестрой ФИО10, которая рассказывала, что ее сожитель ФИО2 постоянно избивает, часто бил по голове и успокаивался только когда у нее идет кровь, боялась его. Однако на уговоры разойтись не слушала, пыталась сохранить отца для общей дочери. В 2018 году у сына сестры - Свидетель №9 в школе обнаружили телесные повреждения, после чего сестра ушла от ФИО2 и жила некоторое время у родителей, однако потом опять вернулась к нему (т.1 л.д.75-77).

В судебном заседании в порядке ст.281 ч.1 УПК РФ исследовались показания сына погибшей ФИО10 - свидетеля Свидетель №9, согласно которым ФИО2 избивал при нем мать, наносил удары руками по голове, животу, пинал ногами, были случаи, что у матери шла кровь. Также ФИО2 применял насилие и к нему, когда у него обнаружили телесные повреждения в школе, то он по просьбе матери не говорил, что к нему применил насилие ФИО2 (т.1 л.д.99-102).

В судебном заседании свидетель ФИО12, работающий в должности начальника отделения участковых уполномоченных ОМВД России «Приморский» показал, что в полицию поступило четыре заявления о причинении побоев и телесных повреждений ФИО2 своей сожительнице ФИО10, которая впоследствии не желала привлекать его, в связи с чем ФИО2 избегал ответственности. Кроме этого неоднократно, в том числе в 2018 году поступали в полицию сообщения об агрессивном поведении ФИО2 в отношении ФИО10, однако та фиксировать телесные повреждения в медицинском учреждении и привлекать ФИО2 к отведственности отказывалась. Участковыми уполномоченными полиции проводились беседы с ФИО2, который ранее до проживания с ФИО10, в апреле 2016 года в Ненецком автономном округе уже был осужден за истязание и систематическое избиение своей бывшей сожительницы, в связи с применением акта амнистии был освобожден от отбывания наказания, и с него была снята судимость.

О том, что подсудимый ФИО2 вел себя агрессивно и применял насилие к погибшей ФИО10, следует и из показаний в судебном заседании свидетелей Свидетель №3, Свидетель №5 и оглашенных в порядке ст.281 ч.1 УПК РФ показаний свидетеля Свидетель №7, согласно которым ФИО10 рассказывала им, что ее систематически избивает ФИО2, видели у нее синяки, из-за которых она подолгу не выходила из дома (т.1 л.д.93-96).

В судебном заседании в порядке ст.281 ч.1 УПК РФ оглашались показания свидетелей Свидетель №6 и Свидетель №1

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №6 он незадолго до произошедшего с августа 2018 года стал проживать в соседней комнате с подсудимым и потерпевшей. Не видел, чтобы ФИО2 наносил удары потерпевшей ФИО10, но слышал, как кричал не нее. В состоянии сильного опьянения ФИО2 вел себя агрессивно, сломал дверь в его комнату и применил к нему (Свидетель №6) насилие (т.1 л.д.90-92).

Из показаний свидетеля Свидетель №1 следует, что 29 сентября 2018 года не позднее 21 часа к нему в гости пришли ФИО10 с сожителем ФИО2 и малолетней дочерью. В это время он распивал спиртное с ФИО13 ФИО10 с сожителем ФИО2 присоединились к ним, каких-либо конфликтов не было, у ФИО10 видимых телесных повреждений не имелось. Далее ФИО13 ушел домой, а он (Свидетель №1) опьянев, лег спать в комнате. Проснулся от шума в коридоре и сразу пошел туда, где на полу лежала ФИО10 без признаков жизни, на ней была кровь. Рядом стоял ФИО2, одежда которого была испачкана кровью, тот паниковал, кричал, что он убил ФИО10, разбудил и взял в руки свою малолетнюю дочь, говорил, что убил ее мать. Он (Свидетель №1) задел лежащую ФИО10, которая была мертва, поэтому стал звонить в полицию. В скорую помощь он (Свидетель №1) не звонил, ее вызвали, видимо, сотрудники полиции. В это время ФИО2 перенес тело в комнату на диван, после затирал кровь в коридоре. У него (Свидетель №1) в холодильнике ранее находились продукты, которые были обнаружены при осмотре места происшествия в женской сумке ФИО10 (т.1 л.д.67-70, 72-74).

Показания свидетеля Свидетель №1 о том, что для него было очевидно, что лежавшая в коридоре ФИО10 была мертва, поэтому он вызвал сотрудников полиции, а те уже вызвали службу скорой помощи, подтверждаются выпиской из книги учета сообщений о происшествиях ОМВД России «Приморский», согласно которой 30 сентября 2018 года в 01 час 07 минут от Свидетель №1 по телефону поступило сообщение об обнаружении трупа ФИО10 с признаками побоев, а согласно выписки из журнала службы скорой помощи, вызов поступил именно от сотрудника полиции уже в 02 часа 00 минут (т.2 л.д.5-7, 9-11). 

В судебном заседании свидетель ФИО13 подтвердил свои показания на предварительном следствии, исследованные в порядке ст.281 ч.3 УПК, согласно которым он вечером 29 сентября 2018 года распивал спиртное с Свидетель №1 в квартире последнего, когда пришел ФИО2 с ФИО10, которые присоединились к ним. Распил вместе с ними одну или две бутылки водки, конфликтов не происходило, у ФИО10 видимых телесных повреждений не было. Далее не позднее 21 часа он ушел домой, остальные оставались в квартире. Ночью 30 сентября 2018 года около двух часов ему позвонил Свидетель №1 и сообщил, что в квартире ФИО2 убил ФИО10. Рассказал, что проснулся от шума в коридоре, куда вышел и обнаружил ФИО10 на полу мертвой, а рядом стоял ФИО2 в одежде со следами крови. Также Свидетель №1 сообщил, что ФИО2 бегал по квартире, кричал, что убил ФИО10, разбудил свою малолетнюю дочь, потом стал затирать кровь на полу тряпкой. Когда Свидетель №1 это все рассказывал, он (ФИО13) фоном в телефонной трубке слышал голос ФИО2, который, рыдая, кричал, что убил. Ранее несколько раз был в компании с ФИО2, который в состоянии алкогольного опьянения вел себя агрессивно (т.1 л.д.109-111).

Место происшествия – 

<

адрес> была осмотрена спустя непродолжительное время после преступления, как следует из протокола осмотра с фототаблицей, в коридоре между входом в комнату и кухней на обоях обнаружены следы бурого цвета в виде пятен, похожие на кровь. (т.1 л.д.12-28).

На изъятых при осмотре места происшествия фрагментах обоев, на изъятой одежде подсудимого, в которой он был в момент преступления, обнаружена кровь человека, происхождение которой не исключается от потерпевшей ФИО10 (т.1 л.д.208-211). 

Как следует из заключения судебно-медицинского эксперта, при исследовании трупа ФИО10 были обнаружены телесные повреждения характера: 

1.1.тупая закрытая травма живота: кровоподтек верхней трети левого отдела передней брюшной стенки, кровоподтек нижней трети левого отдела передней брюшной стенки, кровоподтек нижне-центрального отдела передней брюшной стенки, кровоизлияние в подкожно-жировую клетчатку нижне-центрального отдела передней брюшной стенки, кровоизлияние в брыжейку поперечно-ободочной кишки, кровоизлияние в связочный аппарат печени, разрыв брыжейки поперечно-ободочной кишки, разрыв желчного пузыря, разрыв печени, кровоизлияние в брюшную полость /гемоперитонеум/ (800 мл); 

1.2.кровоподтек верхней трети спинки носа с расположенной на его фоне ссадиной, кровоподтек верхней трети левой щечно-скуловой области, кровоподтек правых глазничной и окологлазничной областей, кровоподтек правого отдела лобной области, кровоподтек верхней трети правой щечной области, ссадина в области переносицы, ссадина верхней трети правого отдела спинки носа, ссадина верхней трети левого отдела спинки носа, ссадина левой околоушной области, кровоизлияние в кожно-мышечный лоскут головы в правых отделах теменной области; 

1.3. кровоподтек тыльной поверхности левой кисти; 

1.4. ушибленная рана правого отдела теменной области головы.

Смерть ФИО10 наступила от тупой закрытой травмы живота, сопровождавшейся повреждениями печени, желчного пузыря и поперечно-ободочной кишки, кровоизлияниями в подкожно-жировую клетчатку передней брюшной стенки, связочный аппарат печени, брыжейку поперечно-ободочной кишки и в брюшную полость, закономерно осложнившейся массивной кровопотерей. Повреждения, составляющие тупую закрытую травму живота, расцениваются как тяжкий вред здоровью по квалифицирующему признаку опасности для жизни, и состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО10 

Повреждения, составляющие тупую закрытую травму живота, образовались в результате не менее, чем трех ударных воздействий твердого тупого предмета (предметов) с ограниченной травмирующей поверхностью в область передней брюшной стенки ФИО10 – одного воздействия в область верхней трети левого отдела передней брюшной стенки, одного воздействия в область нижней трети левого отдела передней брюшной стенки и одного воздействия в область нижне-центрального отдела передней брюшной стенки. 

Телесные пповреждения, указанные в п. 1.2. образовались в результате не менее чем шести ударных травмировавших воздействий твердого тупого предмета (предметов) с ограниченной травмирующей поверхностью в область головы ФИО10: одного воздействия в правые отделы лобной области, одного воздействия в правые щечную, глазничную и окологлазничную области, одного воздействия в левые околоушную и щечно-скуловую области, двух воздействий в область носа, одного воздействия в правые отделы теменной области. 

Телесное повреждение, указанное в п. 1.4. образовалось в результате не менее чем однократного ударного воздействия в правые отделы теменной области головы потерпевшей. 

После причинения ФИО10 обнаруженной у неё тупой закрытой травмы живота с повреждениями внутренних органов и кровоизлиянием в брюшную полость, она в течение короткого периода времени должна была утратить способность к совершению активных самостоятельных действий вследствие стремительного развития критической кровопотери, приводящей к резкому падению у пострадавшего кровяного давления с нарушением функций центральной нервной системы и быстрой потерей сознания вследствие недостаточного кровоснабжения головного мозга. 

Все вышеуказанные телесные повреждения являются прижизненными. 

Обнаруженная концентрация этилового спирта в крови от трупа ФИО10 у живых лиц соответствует сильной степени алкогольного опьянения (т. 1 л.д.177-193).

Из показаний в судебном заседании эксперта ФИО23 следует, что повреждения, составляющие тупую закрытую травму живота образовались от не менее чем трех ударных с ускорением и с силой воздействий твердого тупого предмета или предметов с ограниченной травмирующей поверхностью, которые повлекли за собой указанные в заключении повреждение внутренних органов, кровоизлияние в брюшную полость, массивную кровопотерю и смерть. При падении потерпевшей при сообщенных в судебном заседании подсудимым обстоятельствах эти повреждения образоваться не могли, так как нужно целенаправленное с ускорением травмирующее воздействие твердого тупого предмета с ограниченной травмирующей поверхностью, сила которого превышает плотность поврежденных органов. То есть удар должен быть сильный и с ускорением. Таких ударов было не менее трех. При этом, если человек держится за одежду человека на которого падает, не имеется и ускорения. 

При проведении судебно-медицинской экспертизы подсудимого 30 сентября 2018 года, то есть спустя непродолжительное время после совершения преступления, у ФИО2 какие-либо телесные повреждения не обнаружены (т.1 л.д.199).

Анализируя изложенные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Доказательства, исследованные в судебном заседании, получены без нарушений уголовно-процессуального закона, в соответствии с установленной законом процедурой, в связи с чем признаются судом относимыми и допустимыми по данному уголовному делу.

Оценивая показания подсудимого в судебном заседании, суд приходит к следующим выводам. 

Как следует из показаний подсудимого, он не оспаривает, что у него возник конфликт с потерпевшей, в ходе которого он применил к ней насилие и наносил ей удары, после чего потерпевшая скончалась, что согласуется и подтверждается показаниями свидетелей Свидетель №1, ФИО13, заключением и показаниями эксперта, результатами осмотра места происшествия, согласно которому в коридоре квартиры обнаружены следы крови.

Поэтому показания подсудимого в указанной части признаются судом достоверными.

В то же время вышеприведенные доказательства опровергают показания подсудимого в части количества и локализации нанесенных им потерпевшей ударов.

Согласно показаниям подсудимого в судебном заседании, он нанес потерпевшей в область головы пощёчину и 3 удара, а в область живота, где образовалась повлекшая смерть потерпевшей тупая травма, ударов умышленно не наносил, мог нанести только один удар локтем назад, когда освобождался от захвата и не видел, куда бил, а остальные повреждения в области живота потерпевшая могла получить при падении на него.

Однако, согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, в том числе визуального приложения к ней (т.1 л.д.191) повреждения на видимой части головы (без учета раны в теменной области – в невидимой части головы) у потерпевшей образовались, вопреки показаниям подсудимого, в результате не менее чем пяти ударных травмировавших воздействий, то есть подсудимый в своих покзаниях уменьшил количество нанесённых им ударов.

О том, что до применения подсудимым насилия на видимой части головы у потерпевшей ФИО10 не было повреждений известно из показаний свидетелей Свидетель №1 и ФИО13, которые незадолго до ее смерти общались с ней.

Сразу после преступления 30 сентября 2018 года в подтверждённой в судебном заседании явке с повинной ФИО2 уменьшил количество нанесенных им потерпевшей ударов в область головы, заявив, что нанес три удара в голову. Также уменьшил последствия после ударов, заявив, что после их нанесения они совместно с ФИО10 ушли из коридора и распивали спиртное. 

В последующих показаниях в качестве обвиняемого и в судебном заседании дополнил нанесение еще одной пощёчины по лицу, и, поскольку присутствовавший в квартире Свидетель №1 дал показания о том, что он видел потерпевшую без признаков жизни еще в коридоре, подсудимый сообщил, что сам перенес ее из коридора в комнату.

В своих показаниях ФИО2 уменьшил количество нанесенных потерпевшей ударов и в область живота.

Так, при допросе в качестве обвиняемого 02 октября 2018 года он показал, что не помнит, наносил ли удары потерпевшей в живот.

После ознакомления с заключением эксперта о наступлении смерти потерпевшей от тупой травмы живота в результате не менее чем трех ударных воздействий, при допросе в качестве обвиняемого 29 ноября 2018 года по этому поводу ФИО2 показал, что помнит только то, что когда освобождался от захвата, нанес ей удар локтем руки, возможно в область живота, считает, что потерпевшая могла получить травму живота при падении на него (ФИО2).

В судебном заседании ФИО2 подробно описал обстоятельства падения потерпевшей, показал, что ФИО10 схватила его за футболку и толкнула назад. Он упал на спину, а она, держась спереди за его футболку, упала на него сверху, вероятно, ударившись об его колени. Он нанес ей удар лбом в область носа и стал вставать. Она с силой не давала ему встать, схватила сзади за одежду. Чтобы освободиться от удержания, он нанес ФИО10 удар локтем и она сразу упала.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы тупая травма живота, проявлениями которой явились: кровоподтек верхней трети левого отдела передней брюшной стенки, кровоподтек нижней трети левого отдела передней брюшной стенки, кровоподтек нижне-центрального отдела передней брюшной стенки, кровоизлияние в подкожно-жировую клетчатку нижне-центрального отдела передней брюшной стенки, кровоизлияние в брыжейку поперечно-ободочной кишки, кровоизлияние в связочный аппарат печени, разрыв брыжейки поперечно-ободочной кишки, разрыв желчного пузыря, разрыв печени, кровоизлияние в брюшную полость (800 мл) образовалась в результате не менее, чем трех ударных воздействий твердого тупого предмета (предметов) с ограниченной травмирующей поверхностью. При этом в течение короткого периода времени потерпевшая должна была утратить способность к совершению активных самостоятельных действий вследствие стремительного развития критической кровопотери, приводящей к резкому падению кровяного давления с нарушением функций центральной нервной системы и быстрой потерей сознания вследствие недостаточного кровоснабжения головного мозга.

Указанное опровергает доводы подсудимого о том, что тупая травма живота образовалась от падения потерпевшей на него, поскольку после падения потерпевшая не утратила способность к совершению активных самостоятельных действий, а как следует из последовательных показаний подсудимого в этой части, она оказывала ему активное сопротивление, для преодоления которого он нанес ФИО10 удар головой в область носа, а когда после этого она с силой не давала ему встать и удерживала за одежду, нанес ей удар локтем, от которого та упала. 

Поэтому подсудимый, вопреки его показаниям, именно умышленно, с целью освободиться от удержания, с силой нанес потерпевшей удар в область живота, от которого потерпевшая упала. 

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №1 от сильного шума он проснулся, и сразу прошел в коридор, где обнаружил лежащую на полу потерпевшую без признаков жизни. При этом подсудимый паниковал и кричал, что убил ФИО10.

Показания Свидетель №1 являются достоверными, поскольку подтверждаются показаниями свидетеля ФИО13, которому Свидетель №1 сразу же позвонил и рассказал обстоятельства обнаружения ФИО10 без признаков жизни в коридоре.

Доводы подсудимого о том, что он не наносил удары в живот потерпевшей, и травму она получила от падения на его колени опровергаются также показаниями проводившей судебно-медицинскую экспертизу трупа эксперта ФИО23, согласно которым вышеуказанный объем телесных повреждений, входящих в тупую травму живота, образовался от не менее чем трех целенаправленных ударных воздействий с ускорением твердого тупого предмета (предметов) с ограниченной травмирующей поверхностью, сила которых превышает плотность поврежденных органов, поэтому тупая закрытая травма живота не могла образоваться при падении потерпевшей на подсудимого, схватившись за его одежду, в том числе на его колени, поскольку в этом случае не имели место быть ударные воздействия с указанным ускорением и силой.

Также в судебном заседании установлено следующее. Согласно заключению эксперта потерпевшая перед смертью находилась в состоянии сильного алкогольного опьянения, при медицинском освидетельствовании подсудимого у него каких-либо телесных повреждений не обнаружено, при этом подсудимый имел явное физическое превосходство, согласно показаниям потерпевших ФИО1, Потерпевший №2, свидетелей ФИО11, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №5 подсудимый ранее неоднократно наносил удары потерпевшей ФИО10, которая боялась его в связи с этим. 

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о доказанности вины подсудимого ФИО2, которая подтверждается совокупностью вышеизложенных исследованных в судебном заседании допустимых доказательств, согласно которым ФИО2 в ходе ссоры, возникшей из-за того, что потерпевшая без разрешения взяла принадлежащие иному лицу продукты питания, применил к потерпевшей опасное для жизни и здоровья насилие, а именно умышленно с силой нанес ФИО10 не менее семи ударов руками и головой в область головы потерпевшей, не менее трех ударов руками в область передней брюшной стенки, а также не менее одного удара руками в область левой кисти. 

Об умысле имеющего явное физическое превосходство подсудимого ФИО2 на причинение тяжкого вреда здоровью находящейся в сильной степени алкогольного опьянения ФИО10 свидетельствует совокупность обстоятельств, а именно: интенсивность и количество ударных воздействий, причиненных им потерпевшей в короткий промежуток времени, характер применявшегося им насилия - нанесение множества вышеприведенных ударных воздействий в жизненно-важный орган человека – голову, а также в область передней брюшной стенки – то есть в область, где расположены жизненно-важные органы человека, с большой силой, достаточной для причинения тупой закрытой травмы живота, которая является опасной для жизни человека и расценивается как тяжкий вред здоровью, находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО10, проявлением которой явились: кровоподтек верхней трети левого отдела передней брюшной стенки, кровоподтек нижней трети левого отдела передней брюшной стенки, кровоподтек нижне-центрального отдела передней брюшной стенки, кровоизлияния в подкожно-жировую клетчатку нижне-центрального отдела передней брюшной стенки, кровоизлияния в брыжейку поперечно-ободочной кишки, кровоизлияния в связочный аппарат печени, разрыва брыжейки поперечно-ободочной кишки, разрыва желчного пузыря, разрыва печени, кровоизлияния в брюшную полость /гемоперитонеум/ (800 мл), сопровождавшейся повреждениями печени, желчного пузыря и поперечно-ободочной кишки, кровоизлияниями в подкожно-жировую клетчатку передней брюшной стенки, связочный аппарат печени, брыжейку поперечно-ободочной кишки и в брюшную полость, закономерно осложнившейся массивной кровопотерей.

Кроме этого, подсудимый причинил потерпевшей расцениваемое как повреждение, причинившее легкий вред здоровью ушибленную рану правого отдела теменной области и не расцениваемые как вред здоровью телесные повреждения в виде: кровоподтека верхней трети спинки носа с расположенной на его фоне ссадиной, кровоподтека верхней трети левой щечно-скуловой области, кровоподтека правых глазничной и окологлазничной областей, кровоподтека правого отдела лобной области, кровоподтека верхней трети правой щечной области, ссадины в области переносицы, ссадины верхней трети правого отдела спинки носа, ссадины верхней трети левого отдела спинки носа, ссадины левой околоушной области, кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в правых отделах теменной области, кровоподтека тыльной поверхности левой кисти.

Смерть ФИО10 состоит в прямой причинно-следственной связи с умышленно причиненной ей подсудимым тупой закрытой травмой живота, которая расценивается как тяжкий вред здоровью, поскольку явилась опасной для жизни потерпевшей. При этом по неосторожности действия подсудимого повлекли смерть потерпевшей.

Таким образом, действия ФИО2 квалифицируются судом по ст.111 ч.4 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшей.

Согласно заключению комиссии судебных экспертов ФИО2 не страдает психическим расстройством и не страдал в период совершения инкриминируемого ему деяния, может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, давать по ним показания и принимать участие в судебно-следственных действиях. Его индивидуально-психологические особенности не оказали существенного влияния на его поведение в момент совершения инкриминируемого деяния (т.1 л.д.216-219).

Выводы экспертного заключения оформлены надлежащим образом, в соответствии с требованиями закона, научно мотивированы. Вменяемость подсудимого, как во время совершения инкриминируемого ему деяния, так и в настоящее время, у суда сомнений не вызывает, подтверждается как заключением экспертов, так и адекватным поведением подсудимого в период предварительного следствия и в ходе судебного разбирательства. 

С учетом изложенного, в совокупности с другими материалами дела и данными о личности ФИО2, который на учетах у психиатра и нарколога не состоит, суд признает его способным нести уголовную ответственность. 

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, тяжесть содеянного, личность подсудимого, состояние его здоровья, обстоятельства, смягчающие его наказание и отягчающее наказание обстоятельство, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и условия жизни его семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого ФИО2 суд признает явку с повинной, наличие малолетнего ребенка у виновного, частичное признание вины, принесение извинений потерпевшим в судебном заседании, оказание помощи потерпевшей, поскольку подсудимый пытался сделать ей искусственное дыхание, непрямой массаж сердца и просил Свидетель №1 вызвать скорую, а также противоправность поведения потерпевшей, поскольку из показаний свидетеля Свидетель №1, подсудимого и результатов осмотра места происшествия следует, что потерпевшая без разрешения взяла принадлежащие Свидетель №1 продукты питания, что послужило поводом к началу конфликта и совершению преступления.

В то же время в судебном заседании установлено, что из-за вышеуказанного незначительного повода, в ходе ссоры, находящийся в состоянии алкогольного опьянения ФИО2 применил к потерпевшей опасное для жизни и здоровья насилие, повлекшее по неосторожности ее смерть. При этом, как следует из вышеприведённых показаний свидетелей ФИО13 и Свидетель №6, ФИО2 в состоянии опьянения становится агрессивным. Поэтому суд считает, что состояние алкогольного опьянения, в которое подсудимый сам себя привел, повлияло на совершение им преступления, снизило контроль за своими действиями и спровоцировало агрессивное поведение и в соответствии со ст. 63 ч. 1.1 УК РФ с учетом характера и степени общественной опасности преступления, конкретных вышеприведенных обстоятельств его совершения в состоянии алкогольного опьянения и личности виновного, суд признает отягчающим наказание обстоятельством совершение ФИО2 данного преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Подсудимый ФИО2 по месту жительства участковым уполномоченным полиции характеризуется отрицательно, к административной ответственности не привлекался, на момент совершения преступления судим не был. 

С учетом указанных данных о личности подсудимого ФИО2, обстоятельств и характера совершенного им преступления против жизни и здоровья, относящегося к категории особо тяжких, суд считает, что достижение целей наказания, предусмотренных ст.43 УК РФ, возможно только при назначении ему наказания в виде реального лишения свободы.

С учетом изложенного, суд не находит оснований для применения в отношении подсудимого ФИО2 ст.ст.64, 73 УК РФ, однако принимая во внимание наличие вышеприведенных смягчающих наказание обстоятельств, считает возможным не назначать дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

Поскольку инкриминируемое преступление ФИО2 совершено до вынесения предыдущего приговора мирового судьи судебного участка №1 Новодвинского судебного района Архангельской области от 15 октября 2018 года, по которому ему назначено наказание в виде обязательных работ сроком 200 часов, которое им не отбывалось, окончательное наказание в виде лишения свободы подлежит назначению в соответствии с правилами ст.ст.69 ч.5, 71 ч.1 п.Г УК РФ, по совокупности преступлений путем частичного сложения вновь назначенного наказания с наказанием по приговору мирового судьи судебного участка №1 Новодвинского судебного района Архангельской области от 15 октября 2018 года.

Окончательное наказание в виде лишения свободы ФИО2 надлежит отбывать в соответствии со ст.58 ч.1 п.В УК РФ в исправительной колонии строгого режима, поскольку он совершил особо тяжкое преступление и ранее отбывал лишение свободы. 

В судебном заседании в порядке ст.45 ГПК РФ в защиту прав несовершеннолетних детей погибшей ФИО10 – Свидетель №9 и ФИО1 был заявлен гражданский иск прокурора о компенсации в размере 500000 рублей каждому причиненного преступлением морального вреда, выразившегося в испытании каждым несовершеннолетним нравственных страданий в результате гибели близкого человека.

Подсудимый ФИО2 согласен с исковыми требованиями в размере 500000 рублей в пользу Свидетель №9 и в размере 500000 рублей в пользу ФИО1

Защитник поддержал позицию подсудимого, просит удовлетворить исковые требования с учетом разумности и справедливости.

Суд, заслушав мнение сторон, при разрешении гражданских исков исходит из положений ст. ст. 151 и 1101 ГК РФ о том, что если гражданину причинен моральный вред, судом на нарушителя может быть возложена обязанность денежной компенсации этого вреда, при определении размеров которой суд принимает во внимание степень вины подсудимого, смягчающие его вину обстоятельства, степень нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями потерпевшего, а также требования разумности и справедливости. Суд учитывает также материальное положение ФИО2, который молод, трудоспособен.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 применил опасное для жизни человека насилие и умышленно причинил тяжкий вреда здоровью, повлекший по неосторожности смерть потерпевшей ФИО10, являющейся матерью несовершеннолетних Свидетель №9 и ФИО1, которые в связи с утратой матери испытывают тяжелые нравственные страдания. 

Поэтому с учетом вышеизложенного, всех обстоятельств уголовного дела, а также принципа разумности и справедливости, суд находит эквивалентной причиненному несовершеннолетним Свидетель №9 и ФИО1 моральному вреду денежную компенсацию в размере 500000 рублей каждому из них.

В соответствии со ст.132 УПК РФ на подсудимого следует возложить обязанность возместить процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения защитнику по назначению на предварительном следствии в сумме 10846 рублей, а от уплаты процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения защитнику по назначению в суде, следует освободить, поскольку в судебном заседании ФИО2 был заявлен отказ от защитника, который не был принят судом и защитник участвовал по назначению. 

Оснований для освобождения подсудимого от уплаты процессуальных издержек за период предварительного следствия не имеется. 

Согласно ст.81 УПК РФ после вступления приговора в законную силу признанные в качестве вещественных доказательства по делу: изъятые предметы одежды необходимо передать по принадлежности: куртку синего цвета, футболку, пару носков и джинсовые брюки – осужденному ФИО2; женскую куртку – потерпевшей Потерпевший №2; фрагменты обоев, марлевый тампон, фрагмент ткани необходимо уничтожить; дактилопленки со следами рук следует хранить при уголовном деле.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.302, 307, 308, 309 УПК РФ суд, 

приговорил:

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.111 ч.4 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком девять лет. 

На основании ст.ст.69 ч.5, 71 ч.1 п.Г УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения вновь назначенного наказания с наказанием по приговору мирового судьи судебного участка №1 Новодвинского судебного района Архангельской области от 15 октября 2018 года окончательно назначить наказание в виде лишения свободы на срок девять лет десять дней с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения на апелляционный период ФИО2 оставить без изменения - заключение под стражей. Срок отбытия наказания исчислять с 30 января 2019 года. Зачесть в срок лишения свободы время содержания под стражей по настоящему делу с 30 сентября 2018 года до вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Гражданский иск прокурора удовлетворить в полном объеме, взыскать с ФИО2:

- в пользу Свидетель №9 компенсацию морального вреда в размере 500000 (пятьсот тысяч) рублей путем перечисления на счет, открытый на имя Свидетель №9 в банковском учреждении;

- в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 500000 (пятьсот тысяч) рублей путем перечисления на счет, открытый на имя ФИО1 в банковском учреждении.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета в возмещение процессуальных издержек 10846 рублей.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства:

- изъятые предметы одежды передать по принадлежности: куртку синего цвета, футболку, пару носков и джинсовые брюки – осужденному ФИО2; женскую куртку – потерпевшей Потерпевший №2;

- фрагменты обоев, марлевый тампон, фрагмент ткани - уничтожить;

- дактилопленки со следами рук – хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Архангельском областном суде в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. 

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный, содержащийся под стражей, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, о чем должен указать в апелляционной жалобе, а в случае подачи апелляционного представления или жалобы другого лица – в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу (представление) в течение 10 суток со дня вручения копии жалобы (представления).

Осужденный также вправе ходатайствовать об апелляционном рассмотрении дела с участием защитника, о чем должен подать в суд, постановивший приговор, соответствующее заявление в срок, установленный для подачи возражений на апелляционные жалобы (представления).

Председательствующий А.Е. Хатов