Дело № 2-1-13/2024

(2-1-758/2023)

64RS0008-01-2023-000943-14

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 февраля 2024 года р.п. Базарный Карабулак

Саратовской области

Базарно-Карабулакский районный суд Саратовской области в составе председательствующего судьи Галяткиной К.К., 

при секретаре судебного заседания Зиминой Т.Е., 

с участием старшего помощника прокурора Базарно-Карабулакского района Саратовской области Соболевской А.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

установил:

ФИО3 обратилась в суд с указанным исковым заявлением, мотивируя заявленные требования тем, что 15 декабря 2020 года около 07.40 часов произошло ДТП, в результате которого от полученных телесных повреждений погиб ее отец ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Виновником произошедшего является ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, который в указанное время двигался на автомобиле по 

<

адрес> в 

<

адрес>, где совершил наезд на ФИО5, смерть которого наступила в результате тупой сочетанной травмы тела. В качестве обоснования компенсации морального вреда истец указывает, что потеря близкого человека принесла большие нравственные страдания, отец являлся не только родителем, но и опорой в жизни, всегда был рядом, помогал преодолевать жизненные трудности, оказывал помощь в воспитании внука, а также помогал в быту.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, положения Гражданского кодекса Российской Федерации, истец просит взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 500 000 рублей.

Истец и его представитель извещены о времени и месте рассмотрения дела, в суд не явились, просили о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Ответчик ФИО4 и его представитель ФИО6, принимавшая участие в порядке ч.6 ст.53 ГПК РФ, а также 3-е лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО7 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили, об отложении рассмотрения дела не ходатайствовали.

В соответствии с ч.7 ст.113 ГПК РФ информация о времени и месте рассмотрения настоящего гражданского дела заблаговременно размещена на официальном сайте Базарно-Карабулакского районного суда Саратовской области (http://www.bazarnj-karabulaksky.sar@sudrf.ru) в разделе «Судебное делопроизводство».

Руководствуясь ст.167 ГПК РФ, суд рассмотрел дело в отсутствие указанных лиц.

Ознакомившись с материалами дела исследовав материалы данного дела, отказной материал, и иные доказательства, заслушав заключение прокурора о наличии оснований для компенсации морального вреда, размер которого подлежит уменьшению, учитывая объяснения лиц, участвовавших в деле, данных ими ранее, а также письменные пояснения ответчика, суд приходит к следующим выводам.

Право на жизнь относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека.

Статья 45 Конституции РФ закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод (ч.1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (ч.2).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ).

Так установлено, что 15 декабря 2020 года около 07.40 часов ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, управляя автомобилем марки «Toyota Ргоbох», государственный регистрационный знак 

<

***>, белого цвета, двигался по участку автодороги, расположенному напротив 

<

адрес> в 

<

адрес>, где совершил наезд на пешехода ФИО8 ФИО1, который от полученных телесных повреждений скончался на месте.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы трупа № 84 от 14 января 2021 года смерть ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, наступила в результате тупой сочетанной травмы тела: 

закрытой тупой травмы головы с вдавленным переломом затылочной кости справа, с переломами костей основания черепа, с ушибом левой лобной доли, с кровоизлиянием под мягкую мозговую оболочку и в желудочки мозга, с наличием кровоизлияния в мягкие ткани головы с внутренней стороны в затылочно-теменной области справа, кровоподтека и ссадины в лобной области слева; 

закрытой тупой травмы грудной клетки с разгибательными переломами 1-8 ребер по лопаточной линии справа, со сгибательными переломами 1-6 ребер по передней подмышечной линии справа, с кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани в месте переломов, с повреждениями пристеночной плевры справа и верхней доли правого легкого отломками ребер (гемоторакс справа 100 мл), с ушибами легких, с наличием кровоподтека на правой кисти, ссадины на заднее-внутренней поверхности левого бедра. 

Указанные телесные повреждения возникли от действия тупых твердых предметов, возможно в результате транспортной травмы 15 декабря 2020 года и оцениваются в совокупности (учитывая единый механизм образования (ДТП)), как причиненный тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. 

Эксперт в выводах указывает, что, судя по характеру и локализации имеющихся повреждений, следующие локализации приложения травмирующих сил: затылочная область справа, задняя поверхность грудной клетки, задне-внутренняя поверхность левого бедра в верхней трети. Направление воздействия травмирующих сил относительно потерпевшего сзади наперед; механизм воздействия - сильный удар. Вероятнее всего, первоначальное воздействие было по задне-внутренней поверхности левого бедра в верхнюю треть (ниже точки опоры тела), с последующим опрокидыванием тела назад, с ударом о тупые твердые предметы затылочной областью справа и задней поверхностью грудной клетки. При судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа ФИО5 метиловый, этиловый, пропиловые спирты не обнаружены.

Согласно заключению № 489/5-5 от 31 марта 2021 года: при заданном моменте возникновения опасности для движения, водитель автомобиля «Toyota Ргоbох», государственный регистрационный знак 

<

***>, мог не иметь технической возможности предотвратить наезд на пешехода путем торможения.

В постановлении № 13/3476 от 28 июня 2021 года старший следователь СО МО МВД России «Базарно-Карабулакский» Саратовской области ФИО9 указывает, что в соответствии с установленной обстановкой, при которой произошло ДТП, в результате которого погиб пешеход ФИО10, водитель ФИО4 не имел технической возможности предотвратить наезд на пешехода путем торможения, в его действиях не обнаружено нарушений Правил дорожного движения РФ, в связи с чем в действиях ФИО4 отсутствуют признаки преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, и в возбуждении уголовного дела было отказано по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления. Указанное постановление не было в установленном порядке обжаловано.

Согласно представленным документам, погибший ФИО5 приходился отцом истцу ФИО3 и 3-ему лицу, не заявляющему самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО7, и мужем ФИО11

В соответствии со ст.150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В силу ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности, а также имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, в силу п.2 ст.1064 ГК РФ, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно п.1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и статьей 151 ГК РФ.

В соответствии со статьями 151, 1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу положений ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Как разъяснено в пунктах 1 и 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Истец в обоснование наличия морального вреда и его размера ссылается не только на факт близкого родства, но и фактическую близость семейных отношений между всеми членами семьи.

При определении обстоятельств факта близких семейных отношений и, как следствие размера компенсации морального вреда, судом, в том числе были учтены все обстоятельства семейных отношений между истицей погибшим ФИО5, их взаимоотношения, также принято во внимание раздельное проживание с погибшим, эпизодическое общение, что подтверждается свидетельскими показаниями, а также объяснениями 3-его лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО7, что, в свою очередь, и вопреки доводам ответчика, не может свидетельствовать об отсутствии нравственных страданий у истца, поскольку они напрямую связаны с потерей близкого человека – родителя из-за внезапного разрыва семейных связей, обусловленных смертью.

Суд оценивает степень нравственных страданий истца с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшей и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных ею страданий.

При этом суд считает необходимым отметить, что всякое нарушение личных неимущественных прав гражданина причиняет ему нравственные страдания в той или иной степени в зависимости от объекта посягательства и степени нарушения. Доказательств нравственных, душевных страданий и переживаний не существует. В связи с этим в таких случаях, когда объективных доказательств степени страданий не имеется, подлежит компенсации презюмируемый (предполагаемый) моральный вред с обязательным учетом других предусмотренных законом обстоятельств.

Кроме того, в силу п.1 ст.1079 ГК РФ владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пп. 2 и 3 ст.1080 ГК РФ.

В рассматриваемом случае о наличии предусмотренной п.2 ст.1083 ГК РФ грубой неосторожности со стороны погибшего ФИО5 по фактическим обстоятельствам происшествия, речи не идет, поскольку не подтверждается исследованными в порядке ст.67 ГПК РФ доказательствами. 

Понятие грубой неосторожности применимо лишь в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействия, привлекшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят.

Наличие у погибшего заболеваний, в том числе хронических, не может свидетельствовать о грубой неосторожности в его действиях.

Смерть потерпевшего наступила от источника повышенной опасности, в связи с чем именно его владелец несет ответственность за причиненный вред независимо от вины. Иных доказательства наличия в действиях пешехода – погибшего ФИО5 грубой неосторожности в материалы дела не представлены.

Однако, согласно п.3 ст.1083 ГК РФ, суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств учитывает имущественное положение ответчика, которое подтверждается представленными в материалы дела доказательствами, в частности уплату им алиментов на несовершеннолетнего ребенка, состояние его здоровья и здоровья его близких родственников, состав семьи.

При этом тяжелое имущественное положение ответчика, на которое он ссылался, объясняя наличием кредитных обязательств, не может служить безусловным основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда.

Давая заключение по делу, прокурор указал, что требование о компенсации морального в связи с причиненными нравственными страданиями подлежит удовлетворению и с учетом требований разумности подлежит снижению.

Оценивая представленные доказательства, исходя из принципа разумности и справедливости, принимая во внимание обстоятельства причинения вреда, характер совершенных ответчиком действий и его поведение во время и после их совершения, характер и объем причиненных истцу нравственных страданий, степень вины ответчика, индивидуальные особенности истца, имущественное положение ответчика, а также требования разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать в пользу ФИО3 с ответчика ФИО4 компенсацию морального вреда в сумме 80 000 рублей. 

Требуемую истцом сумму компенсации в размере 500 000 рублей суд находит завышенной, несоразмерной степени и характеру причиненных нравственных страданий. Однако дальнейшее уменьшение суммы компенсации морального вреда, по мнению суда, приведет к несоразмерности причиненным физическим и нравственным страданиям, несоответствию требованиям разумности и справедливости.

Довод ответчика, что ранее было заключено мировое соглашение по иску ФИО11, являющейся супругой погибшего ФИО5, к нему (ФИО4) о компенсации морального вреда по тому же факту и в отношении того же погибшего, не влечет исключения права истца на предъявление исковых требований о компенсации морального вреда, поскольку это прямо противоречит положениям гражданского законодательства, в связи с чем соответствующий довод представителя ответчика признается необоснованным.

В соответствии с подп. 4 п.1 ст.333.36 НК РФ истец ФИО3 освобождена от уплаты государственной пошлины.

Согласно ч.1 ст.103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В соответствии с п.2 ст.61.1 БК РФ государственная пошлина по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, подлежит зачислению в бюджет муниципальных районов.

В соответствии с п.3 ч.1 ст.333.19 НК РФ суд считает необходимым взыскать с ответчика ФИО4 государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО3 к ФИО4 о компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 в счет компенсации морального вреда 80 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО4 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Саратовского областного суда через Базарно-Карабулакский районный суд Саратовской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, то есть с 4 марта 2024 года.

Судья К.К. Галяткина