№4-Г-11/18 Верховный Суд Чеченской Республики 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Грозный 08 февраля 2018 года 

Президиум Верховного Суда Чеченской Республики в составе:

председательствующего Гардалоева А.С.,

членов президиума Ламердонова Т.М., Висаитова А.А., Арсемерзаева Т.З., Александрова Г.И., 

при секретаре президиума ФИО1,

с участием заместителя прокурора Чеченской Республики Мельника П.П.,

рассмотрев кассационное представление исполняющего обязанности прокурора Чеченской Республики Хабарова Н.А. и кассационную жалобу представителя ФИО2 – ФИО3 на решение Ленинского районного суда г. Грозного от 28.04.2017 года и определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Чеченской Республики от 25.07.2017 года по делу по иску ФИО4 к ФИО2 и ФИО5 о признании недействительными договоров купли-продажи квартиры, аннулировании записи о регистрации права; встречному иску ФИО2 к ФИО4 о признании ордера и договора о безвозмездной передаче квартиры в собственность недействительными, признании права собственности на квартиру и выселении,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился с иском к ФИО2 и ФИО5 о признании договоров купли-продажи квартиры недействительными и аннулировании записи о регистрации права. Мотивировал свои требования тем, что в феврале 1996 года его дяде (брату отца) ФИО6 был выдан ордер № 372 на право вселения в квартиру

<

адрес>. Приватизация квартиры произведена на его, истца, имя. До начала военных действий в г. Грозном в указанной квартире проживал дядя, а затем последующие 15 лет в ней проживает истец со своей семьёй. Полагает, что ФИО5 не могла приобрести указанную квартиру 28.07.1994 года по договору купли-продажи с прежним владельцем ФИО7, поскольку последняя владела квартирой на праве пользования и квартира являлась муниципальной собственностью, ФИО7 в указанный период времени проживала в своей квартире и выехала из нее безвозвратно после окончания боевых действий в ЧР в 1996 г., получила компенсацию согласно постановлению Правительства РФ № 510 от 30.04.1997 г.

Встречный иск ФИО2 к ФИО4 о признании ордера и договора безвозмездной передачи жилья в собственность недействительными, признании права собственности на квартиру и выселении мотивирован тем, что при визуальном осмотре копии представленного ФИО4 ордера он не отвечает требованиям статьи 47 Жилищного кодекса Российской Федерации, действовавшего на день выдачи ордера. Удостоверивший представленную в суд копию данного ордера нотариус ФИО8 назначен на должность нотариуса через год после составления удостоверительной записи. Квартира не могла быть предоставлена в безвозмездную собственность истца, поскольку на тот момент принадлежала ФИО2 на праве собственности. 

Решением Ленинского районного суда г. Грозного от 28 апреля 2017 года, оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Чеченской Республики от 25 июня 2017 года, исковые требования ФИО4 удовлетворены. 

Суд постановил:

- признать недействительными договоры купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенные 28.07.1994 г. между ФИО7 и ФИО5, и 13.01.2017 года между ФИО5 и ФИО2;

- аннулировать запись о государственной регистрации права собственности ФИО2 на спорную квартиру; 

- в удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 к ФИО4 отказать.

В кассационном представлении, поступившем в суд кассационной инстанции 16.10.2017 года, исполняющий обязанности прокурора Чеченской Республики Хабаров Н.А. и в кассационной жалобе, поступившей 19.01.2018 года, представитель ФИО2 – ФИО3 просят отменить состоявшиеся по делу судебные постановления как незаконные. 

В возражениях на кассационное представление и кассационную жалобу ФИО4 просит оставить обжалованные решение и апелляционное определение без изменения, кассационную жалобу и кассационное представление – без удовлетворения. В обоснование указал на то, что у него не могло быть оригинала ордера, поскольку он сдал его в мэрию г. Грозного при приватизации квартиры, что доводы преставления прокурора и жалобы не содержат доводов о существенных нарушениях закона. 

В соответствии с положениями части 1 статьи 381 ГПК РФ дело истребовано по кассационному представлению прокурора, исполнение решения суда приостановлено по ходатайству прокурора до окончания производства в суде кассационной инстанции определением судьи Верховного Суда Чеченской Республики от 27.12.2017 года.

Определением судьи Верховного суда Чеченской Республики от 27 декабря 2017 года кассационное представление прокурора и кассационная жалоба с делом переданы для рассмотрения по существу в судебном заседании президиума Верховного Суда Чеченской Республики.

В соответствии с частью 2 статьи 385 ГПК РФ дело рассмотрено президиумом Верховного Суда Чеченской Республики в отсутствие истца ФИО4, ответчиц ФИО2 и ФИО5, уведомленных надлежащим образом о времени и месте рассмотрения настоящего дела в кассационном порядке. Сведения о причинах неявки или ходатайство об отложении рассмотрения дела не поступали.

Заслушав доклад судьи Узиевой Т.А., выслушав заместителя прокурора Чеченской Республики Мельника П.П., поддержавшего доводы кассационного представления, представителя ФИО2 – ФИО3 и представителя ФИО5 – ФИО9, поддержавших доводы кассационной жалобы, представителя ФИО4 – ФИО10, возражавшую против доводов кассационного представления и кассационной жалобы, проверив доводы кассационного представления и кассационной жалобы, возражений на них, президиум находит кассационное представление и кассационную жалобу подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с частью 2 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в кассационном порядке суд проверяет правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права судами, рассматривавшими дело, в пределах доводов кассационных жалобы, представления. В интересах законности суд кассационной инстанции вправе выйти за пределы доводов кассационных жалобы, представления. При этом суд кассационной инстанции не вправе проверять законность судебных постановлений в той части, в которой они не обжалуются, а также законность судебных постановлений, которые не обжалуются.

Под интересами законности, которые дают суду, рассматривающему дело в кассационном порядке, основания для выхода за пределы жалобы, следует, в частности, понимать необходимость обеспечения по рассматриваемому делу правильного применения норм материального и процессуального права. Такая обязанность суда кассационной инстанции определяется положениями Конституции Российской Федерации (часть 1 статьи 46), статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, статьи 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, а также статьи 2 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.12.2012 № 29 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции», если обжалуемая часть решения обусловлена другой его частью или иным судебным постановлением, вынесенным по этому же делу, которые не обжалуются заявителем, то эта часть решения или судебное постановление также подлежат проверке судом кассационной инстанции.

Исходя из полномочий суда кассационной инстанции, предусмотренных частью 2 статьи 390 ГПК РФ, и в интересах законности при рассмотрении настоящего дела президиум полагает необходимым выйти за пределы доводов кассационного представления и кассационной жалобы и указать на допущенные при разрешении настоящего дела существенные нарушения требований процессуального закона, не указанные в них.

Согласно статье 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения допущены судом первой и апелляционной инстанций при рассмотрении настоящего дела, которые выразились в следующем.

Как следует из материалов дела владельцем спорной квартиры 

<

адрес> являлась ФИО7, которой в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 30.04.1997 года № 510 выплачена за неё компенсация 25 сентября 2001 года.(л.д. 67).

Согласно представленной в материалы дела нотариально удостоверенной светокопии ордера № 372 выдан он 23.02.1996 года ФИО6 на семью из 4-х человек, в числе которых указаны жена ФИО11, сестра ФИО12, племянник ФИО4 (л.д. 23).

Из дубликата выписки № 0017 из реестра муниципального имущества г. Грозного на недвижимое имущество следует, что правообладателем спорной квартиры является муниципальная казна на основании распоряжения МИЗО ЧР от 21.03.2007 года № 748-СЛ и акта приема-передачи от 02.04.2007 года (л.д.9).

Доказательства принадлежности спорной квартиры муниципальной казне до указанной даты, а также на день выдачи спорного ордера ФИО4 в материалы дела не представлены. 

Мэрией г. Грозного указанная квартира передана в безвозмездную собственность ФИО4 на основании договора № 15121 от 18.01.2017 года. (л.д.8).

В то же время спорная квартира значится принадлежащей на праве собственности ФИО5 на основании не заверенной светокопии договора купли-продажи, заключенного ею 28 июля 1994 года с прежним владельцем - ФИО7, которой, как следует из текста указанного договора, спорная квартира принадлежала на праве собственности на основании договора купли-продажи от 27 апреля 1993 года и справки БТИ УЖКХ г. Грозного от 28.07.1994 года (л.д. 22).

Согласно оттиску штампа БТИ г. Грозного на обратной стороне указанного договора регистрация права собственности покупателя ФИО5 произведена 18 августа 1995 года.

Согласно не заверенной светокопии договора купли-продажи от 13.01.2017 года спорная квартира продана ФИО5 покупателю ФИО2, государственная регистрация перехода права произведена 13.01.2017 года. (л.д.25-26).

Удовлетворяя требования истца ФИО4 суд первой инстанции исходил из представленной им копии ордера, выданного 23.02.1996 года, подлинность которого с его оригиналом судом не была сверена. 

Тем самым судом нарушены правила оценки доказательств, предусмотренные статьёй 67 ГПК РФ. 

Кроме того, судом не проверено, являлись ли вписанные в ордер в качестве членов семьи нанимателя ФИО6 лица таковыми, поскольку доказательства о том, что несовершеннолетние ФИО4 и ФИО12 находились у ФИО6 под опекой или попечительством в материалах дела отсутствуют, доказательства о нахождении в браке нанимателя ФИО6 с указанной в качестве его жены - ФИО11 в материалы дела не представлены, а согласно имеющимся в материалах дела сведениям наниматель ФИО6 вступил в брак с ФИО11 лишь в 2003 году. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.п. 52, 53 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 (ред. от 23.06.2015) «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в соответствии с пунктом 1 статьи 2 Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - это юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. Поскольку при таком оспаривании суд разрешает спор о гражданских правах на недвижимое имущество, соответствующие требования рассматриваются в порядке искового производства.

Ответчиком по иску, направленному на оспаривание зарегистрированного права или обременения, является лицо, за которым зарегистрировано спорное право или обременение. Ответчиками по иску, направленному на оспаривание прав или обременений, вытекающих из зарегистрированной сделки, являются ее стороны.

В нарушение указанных положений судом не принято во внимание, что на день передачи спорной квартиры ФИО4 по договору передачи в безвозмездную собственность от 18.01.2017 года указанная квартира принадлежала на праве собственности ФИО5, государственная регистрация права которой была произведена 29.12.2015 года, и это право никем не было оспорено, основания возникновения права недействительными не были признаны. 

Государственная регистрация перехода права собственности на спорную квартиру от ФИО5 к ФИО2 на основании заключенного между ними договора купли-продажи от 13 января 2017 года произведена в тот же день-13 января 2017 года и на день передачи спорной квартиры муниципальными органами в безвозмездную собственность ФИО4 также не была оспорена и аннулирована, основания государственной регистрации права не были признаны недействительными.

Кроме того, рассматривая и разрешая требования ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи спорной квартиры от 28.07.1994 года, заключенного между ФИО7 и ФИО5, суд не принял меры для привлечения ФИО7 к участию в деле в качестве стороны оспариваемой им сделки, тем самым нарушил права последней. 

Несмотря на то, что ФИО7 как сторона оспариваемой сделки к участию в деле не была привлечена и тем самым нарушены её права, суд апелляционной инстанции не перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции.

Несмотря на то, что из материалов дела усматривается, что за спорную квартиру ФИО7 выплачена компенсация в 2001 году, судом заявительский материал или его копия не истребованы, по обстоятельствам дела ФИО7 не допрошена, не установлено была ли квартира приватизирована ею, а затем продана иному лицу, получена ли ею компенсация, могла ли спорная квартира быть предметом распоряжения муниципальных органов 23 февраля 1996 года (день выдачи ордера № 372 ФИО13) или предметом сделки между ФИО7 и ФИО14 28 июля 1994 года.

Установление указанных обстоятельств является имеющим существенное значение для правильного разрешения дела.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.12.2012 № 29 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции», при рассмотрении кассационных жалобы, представления с делом суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, а также исследовать новые доказательства (часть 2 статьи 390 ГПК РФ). Вместе с тем, если судом кассационной инстанции будет установлено, что судами первой и (или) апелляционной инстанций допущены нарушения норм процессуального права при исследовании и оценке доказательств, приведшие к судебной ошибке существенного и непреодолимого характера (например, судебное постановление в нарушение требований статьи 60 ГПК РФ основано на недопустимых доказательствах), суд учитывает эти обстоятельства при вынесении кассационного постановления (определения).

С учетом приведенных положений президиум учитывает, что в нарушение требований статьи 79 ГПК РФ о порядке разрешения вопроса о назначении экспертизы судом не рассмотрено ходатайство представителя ответчика о назначении экспертизы оспариваемого ответчиком ордера на предмет определения подлинности подписи и печати нотариуса ФИО8, определение по результатам его рассмотрения не вынесено, тем самым нарушен предусмотренный статьёй 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации принцип осуществления правосудия на основе состязательности и равноправия сторон, предполагающий содействие в реализации прав лиц, участвующих в деле, создание судом условий для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств.

Кроме того, президиум учитывает, что в нарушение требований статьи 67 ГПК РФ выводы судебных инстанций основаны на не заверенных надлежащим образом светокопиях правоустанавливающих документов сторон по делу, не сверенных судом с оригиналами, в связи с чем оценку представленных сторонами и имеющихся в деле доказательств, произведенную судом, нельзя признать соответствующей требованиям закона. 

Ввиду изложенного допущенные судами нарушения норм права являются существенными и непреодолимыми, в связи с чем могут быть исправлены только посредством отмены обжалуемых судебных постановлений и направлении дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное и, исходя из установленных обстоятельств, разрешить спор в соответствии с подлежащими применению нормами материального и процессуального права.

В связи с окончанием производства по кассационной жалобе подлежат отмене меры по приостановлению исполнения решения суда, принятые в соответствии с частью 1 статьи 381 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определением судьи от 27 декабря 2017 года.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Президиум Верховного Суда Чеченской Республики

ПОСТАНОВИЛ:

решение Ленинского районного суда г. Грозного от 28 апреля 2017 года и определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Чеченской Республики от 25 июля 2017 года отменить.

Приостановление исполнения решения суда на основании определения судьи Верховного Суда Чеченской Республики от 27 декабря 2017 года -отменить.

Направить дело на новое рассмотрение в Ленинский районный суд г. Грозного в ином составе суда. 

Председательствующий А.С. Гардалоев