Дело № 2-4037/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

06 ноября 2018 года г. Калининград

Центральный районный суд г. Калининграда в составе:

председательствующего судьи Ирхиной Е.Н., 

с участием прокурора Зыриной Д.А.,

при секретарях Меликишвили К.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к УМВД России по Калининградской области о признании незаконными и отмене служебной проверки, заключения служебной проверки от 

<

 Дата > в части, приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности в виде увольнения от 

<

 Дата > № л/с, приказа об увольнении от 

<

 Дата > № л/с, о восстановлении на службе в прежней должности, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к УМВД России по Калининградской области, указывая, что с 

<

 Дата > он проходит службу в УМВД России по городу Калининграду в должностях среднего начальствующего состава. Общий стаж службы в органах внутренних дел 9 лет. За период службы поощрялся 5 раз, к дисциплинарной ответственности привлекался 3 раза. Действующих взысканий не имеет. 

<

 Дата > в утреннее время он находился в помещении дежурной части УМВД России по Калининградской области (заступал на дежурство). На столе он увидел лист бумаги с текстом, выполненным с помощью персонального компьютера, из которого следовало, что ночью около развлекательного комплекса «Планета» произошел инцидент с участием сотрудника полиции не из нашего региона, который оказал сопротивление наряду Росгвардии. Он сфотографировал данный текст и переслал посредством электронной связи своим коллегам по службе с целью обсудить эту новость и осудить поведение сотрудника, совершившего проступок. Документ не имел подписей и грифа ограниченного доступа. 

<

 Дата > по месту службы его ознакомили с приказом начальника УМВД России по Калининградской области генерал - майора полиции ФИО2 от 

<

 Дата > № л/с «О наложении дисциплинарных взысканий на сотрудников УМВД России по городу Калининграду». Согласно приказу он был привлечен к дисциплинарной ответственности в форме увольнения за совершение грубого нарушения служебной дисциплины, выразившееся в необоснованном получении и распространении служебной, ограниченного круга доступа, конфиденциального характера информации, содержащей в себе персональные личные данные оперуполномоченного по особо важным делам главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции МВД России подполковника полиции Р.И.А., создании условий для публикации неустановленным лицом негативной информации, наносящей ущерб авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, в сети «Интернет». С данным приказом о привлечении к дисциплинарной ответственности в виде увольнения не согласен.

Приказ от 

<

 Дата > № издан на основании служебной проверки по факту того, что 

<

 Дата > на информационных ресурсах средств массовой информации размещена информация о происшествии с участием сотрудника МВД России подполковника Р.И.А., причиной появления которой послужило незаконное ее получение 

<

 Дата > в дежурной части УМВД России по городу Калининграду и сообщение третьим лицам, допущенные, по мнению ответчика, им. Данные выводы служебной проверки и описательной части приказа не соответствуют действительности, так как в средства массовой информации регионального и федерального масштаба информацию о происшествии с сотрудником органов внутренних дел он не передавал. Доказательств его вины в передаче информации представителям средств массовой информации в ходе служебной проверки не установлено, соответственно, требования указания начальника УМВД от 

<

 Дата > №, с которыми его даже не ознакомили в 

<

 Дата >, он не нарушал.

Кроме того, ответчик формулировку грубого нарушения служебной дисциплины, якобы совершенного им, изложенную в части первой названного приказа, считает тождественной положению п.п. 1 и 5 ч. 2 ст. 49 Федерального закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее Закон от 30.11.2011 года № 342-ФЗ), о чем имеются ссылка по тексту приказа. Поскольку нарушение общественного порядка, совершенное ночью 

<

 Дата > в общественном месте действующим сотрудником МВД (Р.И.А.), сопряженное с сопротивлением наряду Росгвардии, не является государственной тайной и фамилия и инициалы сотрудника полиции являются публичными сведениями, что вытекает из положений Федерального закона от 07.02.2011 года N 3-ФЗ «О полиции» (далее Закон от 07.02.2011 года № 3-ФЗ), в частности из ст. 8 названного Закона. Полагает необоснованным и надуманным и применение к нему п. 9 ч. 1 ст. 17 Федерального закона от 27.07.2004 года № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» (далее Закон от 27.07.2004 года № 79-ФЗ), так как совершенные им действия не содержат признаков нарушения закона, факт разглашения не в целях связанных со службой не доказан, какие сведения конфиденциального характера были распространены также определено и нормативными документами не подкреплено.

Мнение ответчика о нарушении им положений ст. 7 Федерального закона от 27.07.2006 года N 152-ФЗ "О персональных данных" (далее Закон от 27.07.2006 года N 152-ФЗ) так же не имеет отношения к понятию грубого нарушения служебной дисциплины. Во-первых, в этой ситуации он не является оператором обработки персональных данных. А во-вторых, требование о конфиденциальности персональных данных связано прежде всего с ограничением на распространение и раскрытие персональных данных без согласия субъекта персональных данных. Им таких действий не совершалось. Он действительно сделал фотографию с листка бумаги с текстом о происшествии с участием сотрудника полиции в развлекательном комплексе «Планета». Этот листок не имел никаких грифов ограниченного пользования и подписей должностных лиц и был адресован им конкретному кругу сослуживцев без умысла распространения за пределы службы. Полагает необоснованным заключение работодателя о нарушении им указанного Закона, поскольку данный Закон не позволяет точно определить, требуется ли получение согласия на распространение и разглашение персональных данных в случаях, предусмотренных в п.п. 2 - 11 ч. 1 ст. 6 Закона. Из смысла указанных положений Закона следует вывод, что получения такого согласия не требуется, если речь идет о гражданском или административном судопроизводстве. Полагал, что в данном случае, с учетом времени с момента происшествия и до момента его ознакомления с документом, административное расследование уже имело место быть.

Обжалуемым приказом ему в вину вменяется нарушение п. 4 ст. 7, п.п. 1, 2, 8 ч. 1 ст. 27 Закона от 07.02.2011 года № 3-ФЗ, что так же основано на неправильном применении законодательства. Так, нарушение положений п. 4 ст. 7 названного Закона правильно применять в случае оценки действий сотрудника полиции, непосредственно чье поведение реально причинило ущерб авторитету органов внутренних дел. Фотографирование документов и обсуждение с коллегами по службе проступков, совершенных другими сотрудниками, их порицание никак не может нанести ущерб авторитету полиции. При этом, вменяя ему нарушение п. 8 ч. 1 ст. 27 Закона, его не ознакомили с заключением об установлении факта нарушения, связанного с разглашением сведений составляющих государственную тайну и иную охраняемую законом тайну. Хотя, если говорить о незаконном распространении сведений для служебного пользования и составляющих государственную тайну, то в органах внутренних дел существует процедура проведения проверок, которая регламентирована приказами МВД России, по результатам которых должны быть установлены и степень ограниченности распространения и последствия незаконного распространения такой информации. В приказе о наказании так же отсутствует ссылка на пункты приказа МВД, регламентирующего порядок обращения со служебными сведениями ограниченного распространения, которые он нарушил. Поэтому полагает, что вывод о нарушении им порядка получения и распространения информации ограниченного распространения и документов, ее содержащих является надуманным и не обоснован правовыми нормами.

Кроме того, в пункте 7.1 резолютивной части приказа содержится положение о прекращении выплаты ему премии за добросовестное выполнение служебных обязанностей в месяце увольнения, что является не законным, так как в обоснование этого решения работодатель применил п. 33.9 Приказа МВД России от 31.01.2013 года N 65 "Об утверждении Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации" (зарегистрирован в Минюсте России 06.05.2013 года N 28315) (ред. 21.05.2018 года), который содержит основание для прекращения выплаты премии при увольнении за совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, тогда как на него наложено взыскание в виде увольнения за совершение грубого нарушения служебной дисциплины. Кроме этого, процедура его увольнения не проведена (в соответствии с ч. 15 ст. 50 Закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ увольнение может быть исполнено в течении 2 месяцев) и поэтому лишать его причитающегося денежного довольствия преждевременно и не законно. 

<

 Дата > он обратился с рапортом к руководству, в котором просил ознакомить его с заключением служебной проверки, однако, в период времени с момента обращения до подачи искового заявления такую возможность ему не предоставили, что является нарушением требований приказа МВД России от 26.03.2013 года № 161. 

В связи с изложенным просит признать заключение служебной проверки в части установления в его действиях грубого нарушения служебной дисциплины незаконным и отменить; признать незаконным и отменить приказ УМВД России по Калининградской области от 

<

 Дата > № л/с о привлечении его к дисциплинарной ответственности в виде увольнения со службы в органах внутренних дел; взыскать с УМВД России по Калининградской области денежные средства в размере тридцать тысяч рублей в качестве возмещения морального вреда.

В дальнейшем ФИО1 неоднократно уточнял заявленные требования, окончательно просил признать служебную проверку и ее заключение от 

<

 Дата >, проведенную по факту неправомерного распространения 

<

 Дата > в сети «Интернет» информации конфиденциального характера, ограниченного доступа незаконными и отменить его результаты (заключение) в части, его касающейся; признать незаконным и отменить приказ УМВД России по Калининградской области от 

<

 Дата > № л/с о привлечении его к дисциплинарной ответственности в виде увольнения со службы в органах внутренних дел; признать незаконным и отменить приказ УМВД России по Калининградской области от 

<

 Дата > № л/с об его увольнении со службы в органах внутренних дел и расторжении контракта; восстановить на службе в органах внутренних дел в ранее занимаемой должности, взыскать денежные средства за время вынужденного прогула, компенсацию морального вреда, причиненного незаконным привлечением к дисциплинарной ответственности, в размере 

<

 ИЗЪЯТО >, расходы по оплате услуг представителя в размере 

<

 ИЗЪЯТО >. 

В судебном заседании ФИО1 и его представитель ФИО3, действующая на основании ордера от 

<

 Дата > №, уточненные исковые требования поддержали, просили их удовлетворить, ссылаясь на то, что служебная проверка проведена незаконно, не уполномоченным на то лицом, поскольку поручения в письменном виде о ее проведении К.В.А., фактически ее проводившему, суду не представлено. В заключении служебной проверки, в нарушение порядка ее проведения, документально не подтверждены дата и время совершения ФИО1 дисциплинарного проступка, размещения в сети «Интернет» в период времени с 7-00 часов до 10-00 часов информации о происшествии от 

<

 Дата > в виде неподписанного рапорта, не доказан факт получения информации средствами массовой информации от истца, или иного сотрудника, который находился в закрытой группе «WhatsApp», куда ФИО1 переслал сфотографированный им рапорт, проверяющий не опросил всех сотрудников, в том числе находящихся в данной группе. Также полагали не доказанной вину истца в совершении правонарушения в области защиты персональных данных, так как материал в суд для привлечения истца к административной ответственности не направлялся, однако, в заключении делается вывод о факте нарушения законодательства, то есть в отсутствие доказательств и постановления суда по данному вопросу, следовательно, в нарушение порядка, истец был привлечен к дисциплинарной ответственности по неустановленным в судебном порядке фактам нарушения законодательства о персональных данных. Кроме того, полагали, что, в действиях истца не может усматриваться вменяемое ему грубое нарушение служебной дисциплины, поскольку на рапорте, который он переслал, отсутствовал реквизит в виде подписи, в связи с чем он не может считаться документом в отсутствие обязательности данного реквизита, также отсутствовали какие-либо грифы секретности и ограниченности доступа к данной информации, при этом за пределы службы данная информация не передавалась, таковая была передана в группу «WhatsApp», которая была закрытой, и никто иной состоящий в данной группе, не мог увидеть данную информацию, и поскольку круг лиц в данном случае определен, вменять истцу в данной ситуации распространение информации также нельзя. В связи с тем, что по уголовному делу Р.И.А. будет проходить судебное разбирательство, информация о котором будет опубликована на сайте Следственного комитета Калининградской области, а также содержаться на сайте в пресс-релизе суда, информация о персональных данных, которая содержалась в средствах массовой информации, не может быть расценена как нарушение законодательства о персональных данных. Ответчиком, по мнению истца и его представителя, не доказано, что сведения, разглашение которых ему вменяется, относятся к служебной или иной охраняемой законом тайне, а также то, что эти сведения стали известны ему в связи исполнением им служебных обязанностей и он обязывался не разглашать такие сведения.

Представитель УМВД России по Калининградской области ФИО4, действующая на основании доверенности от 29.01.2018 года № 1/25, в судебном заседании с заявленными ФИО1 требованиями не согласилась, поддержала доводы приобщенного к материалам дела письменного отзыва на иск, также пояснила, что служебная проверка была проведена по факту необоснованного получения и распространения сотрудником УМВД России по городу Калининграду служебной информации, являющейся конфиденциальной и ограниченного круга доступа, а не по факту неправомерного распространения в сети «Интернет» указанной информации, как полагает истец. Доводы истца и его представителя о нарушениях порядка проведения служебной проверки полагала несостоятельными, так как при ее проведении нарушений действующего законодательства допущено не было, факт необоснованного получения и распространения служебной информации был установлен, принятая мера дисциплинарного взыскания в полной мере соответствует совершенному проступку. Истец уволен на законных основаниях и с соблюдением установленного законодательством порядка. С учетом изложенного просила заявленные ФИО1 требования оставить без удовлетворения. 

Выслушав пояснения сторон, исследовав все доказательства по делу в их совокупности и дав им оценку в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковое заявление не подлежащим удовлетворению в полном объеме, суд приходит к следующему.

Федеральным законом от 30.11.2011 года N 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» установлено, что регулирование правоотношений, связанных со службой в органах внутренних дел, осуществляется в соответствии с Конституцией Российской Федерации, названным Федеральным законом, Федеральным законом от 07.02.2011 года N 3-ФЗ "О полиции" и другими федеральными законами, регламентирующими правоотношения, связанные со службой в органах внутренних дел, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел (ч. 1 ст. 3 Закона от 30.11.2011 года N 342-ФЗ).

В соответствии с п. 6 ч. 2 ст. 82 Закона от 30.11.2011 года N 342-ФЗ контракт может быть расторгнут, а сотрудник органов внутренних дел может быть уволен со службы в органах внутренних дел в связи с грубым нарушением служебной дисциплины.

Согласно ст. 47 Федерального закона от 30.11.2011 года N 342-ФЗ служебная дисциплина - соблюдение сотрудником органов внутренних дел установленных законодательством Российской Федерации, Присягой сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации, дисциплинарным уставом органов внутренних дел Российской Федерации, контрактом, приказами и распоряжениями руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, приказами и распоряжениями прямых и непосредственных руководителей (начальников) порядка и правил выполнения служебных обязанностей и реализации предоставленных прав.

В соответствии с ч. 1 ст. 49 названного Закона нарушением служебной дисциплины (дисциплинарным проступком) признается виновное действие (бездействие), выразившееся в нарушении сотрудником органов внутренних дел законодательства Российской Федерации, дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, должностного регламента (должностной инструкции), правил внутреннего служебного распорядка федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа или подразделения, либо в несоблюдении запретов и ограничений, связанных со службой в органах внутренних дел, и требований к служебному поведению, либо в неисполнении (ненадлежащем исполнении) обязательств, предусмотренных контрактом, служебных обязанностей, приказов и распоряжений прямых руководителей (начальников) и непосредственного руководителя (начальника) при выполнении основных обязанностей и реализации предоставленных прав.

Грубым нарушением служебной дисциплины сотрудником органов внутренних дел является, в том числе несоблюдение сотрудником ограничений и запретов, установленных законодательством Российской Федерации; разглашение сотрудником сведений, составляющих государственную и иную охраняемую законом тайну, конфиденциальной информации (служебной тайны), ставших ему известными в связи с выполнением служебных обязанностей, если это не влечет за собой уголовную ответственность (п. 5 ч. 2 ст. 49 Закона от 30.11.2011 года N 342-ФЗ).

Обязанность сотрудника органов внутренних дел не разглашать сведения, составляющие государственную и иную охраняемую законом тайну, а также сведения, ставшие ему известными в связи с выполнением им служебных обязанностей, в том числе сведения, касающиеся частной жизни и здоровья граждан или затрагивающие их честь и достоинство; установлена п. 7 ч. 1 ст. ст. 12 Закона от 30.11.2011 года N 342-ФЗ, п. 8 ч. 1 ст. 27 Закона от 07.02.2011 года № 3-ФЗ.

В соответствии с требованиями п. 2 приказа МВД России от 31.10.2013 года № 883 «О признании утратившим силу приказа МВД России от 24.12.2008 года № 1138» сотрудники полиции до издания Кодекса профессиональной этики сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации руководствуются типовым кодексом этики и служебного поведения государственных служащих Российской Федерации и муниципальных служащих, одобренным решением президиума Совета при Президенте Российской Федерации по противодействию коррупции от 23.12.2010 года (протокол № 21). Согласно его подпунктам «д, и, м» п. 11 государственные (муниципальные) служащие, сознавая ответственность перед государством, обществом и гражданами, призваны: исключать действия, связанные с влиянием каких-либо личных, имущественных (финансовых) и иных интересов, препятствующих добросовестному исполнению или должностных обязанностей, соблюдать нормы служебной, профессиональной этики и правила делового поведения, воздерживаться от поведения, которое могло бы вызвать сомнение в добросовестном исполнении государственным (муниципальным) служащим должностных обязанностей, а также избегать конфликтных ситуаций, способных нанести ущерб его репутации или авторитету государственного органа либо органа местного самоуправлению, соблюдать установленные в государственном органе или органе местного самоуправления правила публичных выступлений и предоставления служебной информации.

В целях обеспечения и укрепления служебной дисциплины руководителем федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел и уполномоченным руководителем к сотруднику органов внутренних дел могут применяться меры поощрения и на него могут налагаться дисциплинарные взыскания, предусмотренные статьями 48 и 50 настоящего Федерального закона (п. 2 ст. 47 Закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ).

В силу ч. 1 ст. 50 названного Закона на сотрудника органов внутренних дел в случае нарушения им служебной дисциплины, а также в иных случаях, предусмотренных названным Законом, могут налагаться дисциплинарные взыскания, в том числе в виде увольнения со службы в органах внутренних дел.

В соответствии с п. 6 ст. 51 Закона от 30.11.2011 года N 342-ФЗ дисциплинарное взыскание должно быть наложено не позднее чем через две недели со дня, когда прямому руководителю (начальнику) или непосредственному руководителю (начальнику) стало известно о совершении сотрудником органов внутренних дел дисциплинарного проступка, а в случае проведения служебной проверки или возбуждения уголовного дела - не позднее чем через один месяц со дня утверждения заключения по результатам служебной проверки или вынесения окончательного решения по уголовному делу. В указанные сроки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, нахождения его в отпуске или в командировке.

В соответствии с п. 15 Порядка проведения служебной проверки в органах, организациях и подразделениях Министерства внутренних дел Российской Федерации, утвержденного приказом МВД России от 26.03.2013 года N 161, решение о проведении служебной проверки должно быть принято не позднее двух недель с момента получения соответствующим руководителем (начальником) информации, являющейся основанием для ее проведения.

В соответствии с ч. 4 ст. 52 Закона от 30.11.2011 года N 342-ФЗ служебная проверка проводится в течение тридцати дней со дня принятия решения о ее проведении. Срок проведения служебной проверки по решению Министра внутренних дел Российской Федерации или руководителя (начальника), принявшего решение о проведении служебной проверки, может быть продлен, но не более чем на тридцать дней. 

Как установлено судом, старший лейтенант полиции ФИО1 проходил службу в органах внутренних дел с сентября 2008 года, с апреля 2014 года - в должности оперуполномоченного 3-го отделения отдела экономической безопасности и противодействия коррупции УМВД России по городу Калининграду.

Приказом начальника УМВД России по Калининградской области от 

<

 Дата > № л/с старший лейтенант полиции оперуполномоченный отделения по борьбе с преступлениями на объектах внешнеэкономической деятельности, кредитно-финансовой системы и жилищно-коммунального хозяйства (3 отделения) отдела экономической безопасности и противодействия коррупции УМВД России по городу Калининграду ФИО1 

<

 Дата > был уволен со службы в органах внутренних дел по п. 6 ч. 2 ст. 82 Закона от 30.11.2011 года N 342-ФЗ в связи с грубым нарушением служебной дисциплины. С данным приказом истец был ознакомлен в день увольнения – 

<

 Дата >, в этот же день получил выписку из приказа, трудовую книжку, что им в ходе судебного разбирательства не оспаривалось.

Основанием к изданию названного приказа послужил приказ начальника УМВД России по Калининградской области от 

<

 Дата > № л/с «О наложении дисциплинарных взысканий на сотрудников УМВД России по городу Калининграду» за нарушение ст. 7 Федерального закона от 27.06.2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных», ч. 4 ст. 7, п.п. 1, 2, 8 ч. 1 ст. 27 Федерального закона от 07.02.2011 года № 3-ФЗ «О полиции», п. 7 ч. 1 ст. 12, п. 1, 2 ч. 1 ст. 13 Федерального закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», п.п. «а», «в» ст. 5 Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 

<

 Дата > №, п. 9 ч. 1 ст. 17 Федерального закона от 17.07.2004 года № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе», указания начальника УМВД от 20.06.2017 года № 1/2182, п. 1, 2, 3, 4, 12, 31, 37 своей должностной инструкции (должностного регламента), выразившееся в необоснованном получении и распространении служебной, ограниченного круга доступа, конфиденциального характера информации, содержащей в себе персональные личные данные оперуполномоченного по особо важным делам главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции МВД России подполковника Р.И.А., создании условий для публикации неустановленным лицом негативной информации, наносящей ущерб авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, в сети «Интернет», совершении тем самым грубого нарушения служебной дисциплины, ФИО1 был привлечён к дисциплинарной ответственности – увольнению со службы в органах внутренних дел.

Изложенные в названном приказе от 

<

 Дата > № л/с обстоятельства подтверждаются заключением служебной проверки от 

<

 Дата >, проведенной заместителем начальника Инспекции по личному составу УРЛС УМВД России по Калининградской области подполковником внутренней службы К.В.А. по поручению начальника УРЛС УМВД России по Калининградской области полковника внутренней службы П.И.И., выполнявших указание начальника УМВД России по Калининградской области ФИО2 на основании его (П.И.И.) рапорта от 

<

 Дата >, в отношении старшего лейтенанта полиции ФИО1 по факту необоснованного получения и распространения сотрудником УМВД России по городу Калининграду служебной информации, являющейся конфиденциальной и ограниченного круга доступа. Заключение проверки утверждено 

<

 Дата > начальником УМВД России по Калининградской области ФИО2 (т. 1 л.д. 25-44).

Из исследованного судом материала проверки ИЛС УРЛС УМВД России по Калининградской области видно, что 

<

 Дата > в ИЛС УРЛС УМВД поступил рапорт начальника УРЛС УМВД полковника внутренней службы П.И.И. о том, что 

<

 Дата > в период времени с 7 часов 00 минут до 10 часов 00 минут в сети «Интернет» зафиксирован факт размещения служебной, ограниченного круга доступа, конфиденциального характера информации, касающейся происшествия с участием оперуполномоченного по особо важным делам ГУЭБ и ПК МВД России подполковника полиции Р.И.А. в развлекательном комплексе «Планета» по 

<

 адрес >. В ходе проведенных предварительных мероприятий установлено, что причиной распространения информации, содержащейся в рапорте о происшествии по личному составу от 

<

 Дата >, который находился в режимном помещении дежурной части УМВД города, послужило ее незаконное получение и передача третьим лицам оперуполномоченным отдела ЭБ и ПК УМВД города старшим лейтенантом полиции ФИО1. 

Из пояснений опрошенных в ходе служебной проверки старшего оперативного дежурного ДЧ УМВД города майора полиции Т.И.А., старшего оперативного дежурного ДЧ УМВД города старшего лейтенанта Р.Р.В., начальника смены дежурной части УМВД города подполковника полиции Я.Е.Н., начальника специального приемника для содержания лиц, подвергнутых административному аресту УМВД города майора полиции М.А.В. установлено, что 

<

 Дата > указанные выше лица заступили на суточное дежурство, 

<

 Дата > в 4 часа 20 минут в дежурную часть УМВД города поступило сообщение из развлекательного комплекса «Планета» о противоправных действиях гражданина Р.И.А. в отношении посетителей развлекательного комплекса и сотрудников Росгвардии, которые прибыли на вызов вследствие срабатывания тревожной кнопки. Указанное сообщение было зарегистрировано в КУСП УМВД города от 

<

 Дата > №. На место происшествия была направлена группа СОГ УМВД города. В ходе разбирательства к указанному выше сообщению были приобщены поступившие в дежурную часть УМВД города 3 рапорта от сотрудников Росгвардии № о противоправных действиях, допущенных в отношении них гражданином Р.И.А., являющимся сотрудником полиции, о чем было доложено ответственным от руководства. Объединенные материалы проверки КУСП от 

<

 Дата > были впоследствии направлены в порядке компетенции в оперативно-розыскную часть собственной безопасности УМВД, где по результатам проверки в действиях подполковника полиции Р.И.А. были усмотрены признаки состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, материал проверки был направлен в Следственный отдел Ленинградского района г. Калининграда СУ СК России по Калининградской области, где было возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 318 УК РФ. После получения сообщения о произошедшем, выяснения всех обстоятельств происшествия, заместителем начальника УРЛС УМВД полковником внутренней службы ФИО5 начальнику ИЛС УРЛС УМВД майору внутренней службы ФИО6, согласно данным им в ходе проверки пояснениям, было поручено подготовить подробный рапорт на имя начальника УМВД генерал-майора ФИО2 для последующего доклада. Обобщив всю информацию, получив разрешение на использование компьютера на рабочем месте, ФИО6 составил рапорт, содержащий служебную информацию конфиденциального характера, ограниченного круга пользования. Из приведенных в материалах служебной проверки пояснений ФИО5 следует, что дежурный Т.И.А. по просьбе А.А.В. распечатал рапорт на двух чистых листах, Ц.А.В. скрепил его скрепкой и положил на стол дежурного, чтобы в нем расписаться, однако не успел этого сделать, поскольку был вызван на доклад к начальнику. Вернувшись, расписался в рапорте и передал его начальнику УРЛС УМВД. О том, что с данного рапорта была сделана несанкционированная копия, которая размещена в сети «Интернет», никто из опрашиваемых не знал, ФИО5 узнал об этом только вечером. 

При опросе в ходе служебной проверки ФИО1 пояснил, что 

<

 Дата > в 7 часов 20 минут он заступил в качестве дежурного оперуполномоченного в следственно-оперативную группу в УМВД России по городу Калининграду по 

<

 адрес >, использовал в ходе служебной деятельности мобильный телефон 

<

 ИЗЪЯТО >, абонентский номер телефона №. В ходе проверки материалов для работы, находясь в дежурной части УМВД города, он увидел «черновик» документа с текстом (рапорт от имени заместителя начальника УРЛС УМВД полковника внутренней службы Ц.А.В. на имя начальника УМВД генерал-майора полиции ФИО2), в котором содержались сведения о противоправных действиях сотрудника ГУЭБ и ПК МВД России. С целью проверки достоверности этой информации он сфотографировал указанный «черновик» на мобильный телефон и поделился им с коллегами через мессенджер «WhatsApp» в группе «ГОР БЭП». Сфотографированный им «черновик» не был подписан, какая-либо резолюция руководителя на нем также отсутствовала, в связи с чем официальным документом, по мнению ФИО1, данный рапорт не являлся. Указанные действия он совершил самостоятельно. Содержащаяся в сфотографированном им документе информация у него на рассмотрении не находилась. В его должностные обязанности не входит распространение конфиденциальных сведений и ограниченного круга доступа. Ему известны требования Федерального закона от 27.07.2016 года № 152-ФЗ «О персональных данных», а также то, что является конфиденциальными сведениями и сведениями ограниченного круга доступа. Также ему известны требования к служебному поведению сотрудника органов внутренних дел, действующие запреты и ограничения, связанные с прохождением службы в органах внутренних дел. Полученная им информация никому не предоставлялась, никто доступа к ней не имел. Каким образом указанная информация могла стать известна третьим лицам и общественности ему неизвестно. Какие-либо комментарии или оценку информации, содержащейся в сделанной им фотографии, он не осуществлял. Кому-либо, в том числе руководителю, о данном факте он не сообщал, так как сфотографированная им информация содержалась на «черновике», не была завизирована руководителем УМВД, и не была подписана составителем документа. Свой поступок, связанный с распространением указанной информации в социальном мессенджере, противоправным не считает, вину в нарушении установленных законом требований, предъявляемых к сотруднику органов внутренних дел, не признает.

Настаивая на удовлетворении заявленных требований, ФИО1, не отрицая неправомерности своего нахождения 

<

 Дата > около 07 часов 20 минут в помещении дежурной части, а также факта фотографирования и размещения в группе «ГОР БЭП» через мессенджер «WhatsApp» текста рапорта, составленного от имени заместителя начальника УРЛС УМВД Ц.А.В. на имя начальника УМВД ФИО2, без подписи, какой-либо резолюции, в котором содержались сведения о противоправных действиях сотрудника ГУЭБ и ПК МВД России, указывает, что выводы служебной проверки не соответствуют действительности, безосновательны, поскольку факт распространения им сведений в виде передачи информации представителям СМИ не доказан, информацию, распространение которой вменяется ему в вину, не расценивает как служебную, конфиденциального характера, ограниченного пользования, так как отснятый им рапорт не имел необходимых реквизитов (грифов, подписей, резолюций), а, следовательно, передача содержащейся в нем информации не может быть запрещена.

Однако, согласно материалам служебной проверки от 

<

 Дата >, приказу от 

<

 Дата > № л/с, служебная проверка была проведена не по факту неправомерного распространения 

<

 Дата > в сети «Интернет» служебной информации, а по факту неправомерного ее получения и распространения сотрудником органов внутренних дел. По результатам проверки, истцу вменяется неправомерное получение 

<

 Дата > в режимном помещении дежурной части УМВД по городу Калининграду и передача третьим лицам информации, касающейся происшествия с участием сотрудника полиции, что способствовало распространению этой информации в средствах массовой информации. ФИО1 в судебном заседании установленных в ходе служебной проверки обстоятельств получения названной информации и её сообщения третьим лицам посредством электронной связи не отрицал, фактически с ними согласился, но не согласился с оценкой, данной им УМВД. При этом, в ходе служебной проверки истец указывал, что сфотографировал эту информацию для проверки ее достоверности, тогда как в ходе судебного разбирательства указал, что сфотографировал и переслал около 08 часов 00 минут 

<

 Дата > полученную информацию, сопоставленную им с информацией дежурных сотрудников, с целью обсуждения ее с коллегами, порицания поведения сотрудника органов внутренних дел, совершившего проступок, то есть, воспринял указанную информацию о частной жизни конкретного лица, содержащуюся, согласно его пояснениям, на листе бумаги - «черновике», без подписи должностного лица и указания на ограничение к ней доступа, как достоверную. Полагал свои действия правомерными, считал, что должен был информировать, в том числе своих коллег, о произошедшем в городе, а они, в свою очередь информировали его о происшествиях на своих участках, в данном случае как он, так и его коллеги, должны были знать о проступке сослуживца, для сообщения о котором он не должен был ждать поручений руководства.

Таким образом, получение и передача истцом третьим лицам вышеуказанной информации подтверждается его же объяснениями, данными, как в ходе служебной проверки, так и в ходе судебного разбирательства, фотоснимком с изображением его, находящегося при исполнении служебных обязанностей, в момент фотографирования им документа в дежурной части УМВД города.

В материалах служебной проверки представлены также распечатки с информационных ресурсов сети «Интернет» (https://vk.com/ombudsment. https://rugrad.eu, https://m-west.ru/news, https://klops.ru, https://auto.rambler.ru. https://www.newkalininrad.ru), на которых размещена информация о чрезвычайном происшествии с участием подполковника полиции Р.И.А., фотографии его служебного удостоверения, а также фотография не подписанного рапорта заместителя начальника УРЛС УМВД полковника внутренней службы ФИО5. Как следует из объяснений начальника инспекции по личному составу УРЛС УМВД А.А.В. о том, что подготовленный им рапорт о происшествии опубликован неустановленным лицом в сети «Интернет», он узнал спустя 4 часа после того, как 

<

 Дата > в 04 часа 20 минут от дежурного дежурной части УМВД им было получено сообщение о массовой драке в развлекательном комплексе «Планета». При таких обстоятельствах, суд полагает обоснованным вывод УМВД России по Калининградской области, что именно в результате действий ФИО1 информация в виде фотографии не подписанного рапорта заместителя начальника УРЛС УМВД полковника внутренней службы Ц.А.В. попала в средства массовой информации. 

В силу вышеизложенного, учитывая вменяемое истцу деяние, необходимости доказывания фактов размещения им, в том числе в конкретное время, в сети «Интернет», либо получения от истца средствами массовой информации, равно как и от иных лиц, состоящих в группе «ГОР БЭП», рассматриваемой информации в виде сфотографированного истцом рапорта, у ответчика не имелось, в связи с чем доводы представителя истца о неполноте, незаконности служебной проверки ввиду отсутствия в материалах таковой, в том числе данных об опросе лиц, состоящих в группе «ГОР БЭП», иных доказательств в подтверждение вышеприведенных обстоятельств, не свидетельствуют.

Оценивая доводы истца и его представителя относительно статуса переданной информации и возможности передачи ее третьим лицам, суд учитывает, что информация была получена истцом не из открытых и доступных источников, возможность ее получения была обусловлена тем, что ФИО1, как сотрудник внутренних дел, получил доступ в помещение дежурной части, где в это время находился документ. Знание ФИО1 о недопустимости передачи сведений, ставших ему известными в связи с выполнением служебных обязанностей, предполагается. Отсутствие необходимых реквизитов на документе, которые бы свидетельствовали о его статусе, в том числе и подписи, обусловлены тем, что документ находился на стадии подготовки. Как установлено служебной проверкой и истцом не опровергалось, в работу ФИО1 документ не передавался, соответственно, ФИО1 не мог знать о степени секретности документа, но мог предполагать, а, следовательно, брал на себя всю ответственность, распространяя таковую. То обстоятельство, что информация была размещена в группе, состоящей из действующих сотрудников, что было обусловлено желанием ФИО1 довести до них эту информацию, вопреки его доводам, о правомерности этих действий не свидетельствует и не снимает с ФИО1 вины за ее распространение, поскольку кто-либо к таким действиям ФИО1 не уполномочивал, указанные действия были совершены им по собственном усмотрению. Исходя из неоспариваемого истцом факта неправомерности его нахождения в помещении дежурной части, являющимся режимным, суд приходит к выводу и о неправомерности действий, осуществленных им с документом, находившимся в названном помещении, содержащим информацию, являющуюся служебной, поскольку таковая была образована в процессе деятельности подразделения исполнительного органа, изложенной в проекте служебного документа, оформленного рапортом должностного лица на имя руководителя, ограниченного распространения, согласно постановлению Правительства РФ от 03.11.1994 года № 1233, конфиденциального характера, охраняемой законом в силу положений Указа Президента РФ от 06.031997 года № 188, Федерального закона от 27.06.2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных». Утверждения, доводы истца и его представителя об обратном, противоречат приведенным выше правовым нормам, материалам дела.

С учетом всех изложенных обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что при проведении служебной проверки были приняты все меры по объективному и всестороннему установлению фактов и обстоятельств совершения ФИО1 дисциплинарного проступка - неправомерного получения 

<

 Дата > в режимном помещении дежурной части УМВД по городу Калининграду и распространение служебной, ограниченного круга доступа, конфиденциальной информации, содержащей персональные данные оперуполномоченного по особо важным делам ГУЭБ и ПК МВД России подполковника полиции Р.И.А., создания условий для публикации неустановленным лицом негативной информации, наносящей ущерб авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, в сети «Интернет», в связи с чем требования истца о признании незаконным служебной проверки и ее заключения, с которыми истец был ознакомлен 

<

 Дата >, удовлетворению не подлежат. 

В соответствий с контрактом о прохождении службы в органах внутренних дел Российской Федерации от 

<

 Дата > ФИО1 обязан выполнять приказы и распоряжения руководителя (начальников), отданные в установленном порядке и не противоречащие законодательству Российской Федерации, быть верным присяге сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации, быть честным и преданным порученному делу, соблюдать служебную дисциплину, ограничения и запреты, связанные со службой в органах внутренних дел. Обязался не разглашать сведения, составляющие государственную и иную охраняемую законом тайну, конфиденциальную информацию (служебную тайну) (п. 4.7).

В соответствии с пунктами 1, 2, 12 ч. 1 ст. 27 Закона от 07.02.2011 года № 3-ФЗ и п.п. 1, 2, 12 ч. 1 ст. 12 Закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ сотрудник полиции (органов внутренних дел) обязан: знать и соблюдать законодательные и иные нормативные правовые акты Российской Федерации в сфере внутренних дел, обеспечивать их исполнение; знать и исполнять должностной регламент (должностную инструкцию) и положения иных документов, определяющие его права и служебные обязанности, не допускать злоупотреблений служебными полномочиями; соблюдать требования к служебному поведению.

Пунктом 2 ч. 1 ст. 13 Федерального закона о службе предусмотрено, что при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время сотрудник органов внутренних дел должен заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не допускать принятия решений из соображений личной заинтересованности, не совершать при выполнении служебных обязанностей поступки, вызывающие сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящие ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а также государственной власти.

Частью 4 статьи 7 Федерального закона о полиции предусмотрено, что сотрудник полиции, как в служебное, так и во внеслужебное время должен воздерживаться от любых действий, которые могут нанести ущерб авторитету полиции.

П. ж ч. 5 гл. 2 Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации" сотрудник обязан не разглашать сведения, составляющие государственную и иную охраняемую законом тайну, а также сведения, ставшие ему известными в связи с выполнением служебных обязанностей, в том числе сведения, касающиеся частной жизни и здоровья граждан или затрагивающие их честь и достоинство. 

К материалам служебной проверки приобщена копия указания начальника УМВД от 20.06.2017 № 1/2182 «О недопустимости несанкционированного предоставления служебной Информации», направленное начальникам подразделений аппарата УМВД, начальникам территориальных органов МВД России на районном уровне, подчиненных УМВД и начальнику УМВД города, которым предписано предупредить личный состав под роспись, в том числе всех сотрудников дежурных частей, о недопустимости несанкционированного предоставления служебной информации в средства массовой информации и размещения её на информационных ресурсах в сети «Интернет».

Оценивая в совокупности представленные доказательства, допущенные истцом нарушения, суд считает, что истец, будучи сотрудником органов внутренних дел, в нарушение п.п. 1, 2, 3, 4, 12, 31, 37 должностной инструкции, ненадлежащим образом руководствовался законами и иными нормативными актами, не обеспечил строгое соблюдение законности и правомерности своих действий при исполнении служебных обязанностей, то есть осуществил распространение сведений, ставших ему известными в связи с исполнением служебных обязанностей в отношении оперуполномоченного по особо важным делам ГУЭБ и ПК МВД России подполковника полиции Р.И.А., в связи с чем приходит к выводу об обоснованности приказа ответчика от 

<

 Дата > № л/с о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде увольнения, приказа от 

<

 Дата > № л/с об его увольнении по п. 6 ч. 2 ст. 82 Закона от 30.11.2011 года N 342-ФЗ - за грубое нарушение служебной дисциплины.

При проведении служебной проверки ответчиком была учтена тяжесть допущенных истцом нарушений служебной дисциплины. С учетом степени и характера нарушений служебной дисциплины, позиции истца, настаивавшего на своей правоте, примененное к нему дисциплинарное взыскание в виде увольнения по п. 6 ч. 2 ст. 82 Закона от 30.11.2011 года N 342-ФЗ Федерального закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ является соразмерным.

Доводы представителя истца о том, что служебная проверка проведена не уполномоченным на то лицом, поскольку, несмотря на то, что согласно резолюции ФИО2 ее проведение поручено П.И.И., таковая была проведена К.В.А., не могут быть признаны судом состоятельными.

Проведение служебной проверки сотрудником в силу п. 14 Порядка проведения служебной проверки в органах, организациях и подразделениях Министерства внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Приказом МВД России от 26.03.2013 N 161, оформляется в виде резолюции на свободном от текста месте документа, содержащем сведения о наличии основания для ее проведения. Допускается оформление резолюции на отдельном листе или на специальном бланке с указанием регистрационного номера и даты документа, к которому она относится.

Как следует из материалов дела, резолюцией начальника УМВД России по Калининградской области ФИО2 на представленном ему рапорте проведение служебной проверки поручено начальнику УРЛС УМВД России по Калининградской области П.И.И., которым, как пояснила в судебном заседании представитель ответчика, проведение служебной проверки было поручено заместителю начальника инспекции по личному составу УРЛС УМВД России по Калининградской области К.В.А. в порядке подчиненности как его заместителю, что подтверждается указанием фамилии последнего на титульном листе материалов служебной проверки. То обстоятельство, что копии материалов проверки, с объяснениями всех опрошенных в ходе служебной проверки лиц, в прошитом состоянии с титульным листом и удостоверенные соответствующей печатью были представлены лишь в последнем судебном заседании, что, исходя из объяснений представителя ответчика, было обусловлено нахождением материалов в ином подразделении, основанием для признания как резолюции начальника УРЛС УМВД России по Калининградской области П.И.И., так и представленных объяснений опрошенных лиц, включая объяснения Ц.А.В.., приведенные в заключении, ненадлежащими доказательствами, а, следовательно, и основанием влекущим признание служебной проверки и ее заключения незаконными, не являются. 

Утверждение истца и его представителя о том, что он не мог быть привлечен к дисциплинарной ответственности в виде увольнения, в том числе за нарушение им ст. 7 Федерального закона от 27.06.2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных», ввиду отсутствия доказательств его вины в совершении правонарушения в области защиты персональных данных, в частности постановления суда по данному вопросу, не может быть принято судом во внимание. Привлечение истца к дисциплинарной ответственности за нарушение требований действующего законодательства, не связано непосредственно с совершением им уголовного преступления либо административного правонарушения, является самостоятельным видом ответственности, в связи с чем не поставлено в зависимость от наличия либо отсутствия процессуального акта, подтверждающего факт совершения преступления или правонарушения. Предметом служебной проверки являлось не установление вины ФИО1 в совершении административного правонарушения, а установление факта нарушения служебной дисциплины.

Иные доводы истца и его представителя о необоснованности указания ответчиком на нарушение им приведенных в приказе норм права, со ссылкой, в том числе на ст. 8 Закона «О полиции», применения п.п.1 и 5 ч. 2 ст. 49 закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ, признание незаконными и отмену оспариваемых им служебной проверки и заключения в части его касающейся, приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности, увольнении не влекут, как основанные на ошибочном толковании действующего законодательства.

Факт нарушения ФИО1 п. 4 ст. 7, п.п. 1, 2, 8 ч. 1 ст. 27 Федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции», п. 7 ч. 1 ст. 12, п. 1, 2 ч. 1 ст. 13 Федерального закона о службе, п. «а», «в» ст. 5 Дисциплинарного устава, п. 9 ч. 1 ст. 17 Федерального закона от 17.07.2004 № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе», указания начальника УМВД от 20.06.2017 года № 1/2182, п.п. 1, 2, 3, 4, 12, 31, 37 своей должностной инструкции (должностного регламента), подтверждается материалами служебной проверки, собранными по делу доказательствами. В ходе служебной проверки истцом даны письменные объяснения по поводу обстоятельств, послуживших основанием для ее проведения, объяснениям истца в заключении служебной проверки дана оценка. Доказательств, опровергающих выводы служебной проверки, истец не представил. 

Ссылаясь на незаконность служебной проверки, наложенного на него дисциплинарного взыскания в виде замечания, истец полагал, что дисциплинарное наказание может быть вменено сотруднику в случае, в том числе, если совершенный последним проступок повлек причинение какого-либо вреда учреждению либо нарушение прав лица, имеющего отношение к делу, тогда как в данном случае такие последствия не указаны. 

Вместе с тем, отсутствие тяжких последствий от дисциплинарного проступка истца, не свидетельствует о необъективности служебной проверки и несоразмерности примененного к истцу взыскания, а также о незаконности оспариваемого приказа, так как мера дисциплинарной ответственности применена с учетом тяжести совершенного проступка, обстоятельств его совершения, обусловленных необходимостью соблюдения установленных сроков, служебной дисциплины, отношения истца к службе, в ходе несения которой выполнение законов, иных нормативных актов, а также указаний руководства УМВД, являлось обязательным. При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что избранный ответчиком вид дисциплинарного взыскания в виде увольнения, соответствует тяжести дисциплинарного проступка.

Регламентированная ст.ст. 51, 52 Закона, а также Приказом МВД России от 26.03.2013 года N 161 процедура привлечения истца к дисциплинарной ответственности была соблюдена: взыскание наложено компетентным руководителем, в установленные сроки.

Учитывая изложенные выше обстоятельства привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности и наложения дисциплинарного взыскания в виде увольнения, оснований для удовлетворения требований истца о признании незаконными и отмене заключения служебной проверки в части его касающейся, приказа о наложении дисциплинарного взыскания, приказа об увольнении, суд не усматривает. Поскольку требования о восстановлении на службе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда за незаконное увольнение производны от требования о признании приказа об увольнении незаконным, они также удовлетворению не подлежат. В связи с отказом истцу в удовлетворении заявленных им истцом требований в полном объеме, не подлежат взысканию с ответчика и расходы по оплате услуг представителя.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194 - 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к УМВД России по Калининградской области о признании незаконными и отмене служебной проверки, заключения служебной проверки от 

<

 Дата > в части, приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности в виде увольнения от 

<

 Дата > № л/с, приказа об увольнении от 

<

 Дата > № л/с, о восстановлении на службе в прежней должности, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов - отказать.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Центральный районный суд г. Калининграда в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Мотивированное решение составлено в окончательной форме 15.11.2018 года.

Судья: подпись