Дело № 2-83/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

п. Увельский Челябинской области 03 мая 2018 года

Увельский районный суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи: Гафаровой А.П., 

при секретаре: Матвеевой И.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к администрации Увельского муниципального района Челябинской области о возложении обязанности по предоставлению по договору социального найма специализированного жилого помещения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратился в суд с иском к администрации Увельского муниципального района о возложении обязанности по предоставлению по договору социального найма специализированного жилого помещения.

В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что 11 ноября 2005 года он был поставлен на полное государственное обеспечение администрацией Увельского муниципального района Челябинской области на основании Федерального закона «О дополнительных социальных гарантиях детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» как лицо в возрасте от 18 до 23 лет до окончании обучения. 09 августа 2017 года истец обратился к ответчику с заявлением о предоставлении ему по договору социального найма жилого помещения по установленным социальным нормам, поскольку он не имеет никакого жилья ни на праве собственности, ни на праве социального найма, не является ни членом семьи собственника, ни членом семьи нанимателя жилого помещения. Ответчиком был дан ответ о том, что за истцом закреплено право проживания в жилом помещении, принадлежащем на праве собственности его матери ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ. Данный жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, не был оформлен в собственность ФИО1., был не пригоден для проживания, не соответствовал на момент закрепления права истца дальнейшего проживания в неоформленном доме ни санитарным, ни противопожарным нормам, был ветхим и полуразрушенным, не пригодным из-за отсутствия части полуразрушенных стен, пола и крыши для проживания в осенне-зимне-весенний период из-за промерзания. В настоящее время указанный дом уничтожен пожаром. Истец повторно обратился к ответчику с аналогичным заявлением, на что что ему было передоложено обратиться в суд. 

Представитель истца – адвокат Золотарева Т.Б., представившая удостоверение № 1201 и ордер № 57 от 18 апреля 2018 года, в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивала по доводам и основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Истец ФИО5 в судебное заседание не явился, о слушании дела извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело без его участия, о чем указал в своем заявлении.

Представитель ответчика – администрации Увельского муниципального района Челябинской области, о слушании дела извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил.

Представитель третьего лица – Управления социальной защиты населения Увельского муниципального района Челябинской области ФИО6, действующий на основании доверенности, в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражал.

Представитель третьего лица – отдела опеки и попечительства Управления социальной защиты населения Увельского муниципального района Челябинской области ФИО7, действующая на основании доверенности, в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражала.

Представитель третьего лица – Правительства Челябинской области при надлежащем извещении о времени и месте слушания дела в судебное заседание не явился, в ранее представленном отзыве на исковое заявление просил отказать ФИО5 в заявленных требованиях.

Представители третьих лиц – Министерства финансов Челябинской области, Управления федерального казначейства по Челябинской области при надлежащем извещении о времени и месте слушания дела в судебное заседание не явились.

Заслушав лиц, участвующие в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 40 Конституции РФ каждый имеет право на жилище. Органы государственной власти и органы местного самоуправления создают условия для осуществления права на жилище. Малоимущим, иным указанным в законе гражданам, нуждающимся в жилище, оно предоставляется бесплатно или за доступную плату из государственных, муниципальных и других жилищных фондов в соответствии с установленными законом нормами.

Согласно ст. 37 Жилищного кодекса РСФСР, утвержденного Верховным Советом РСФСР 24 июня 1983 года (в первоначальной редакции), вне очереди жилое помещение предоставлялось гражданам по окончании пребывания в государственном детском учреждении, у родственников, опекунов или попечителей, где они находились на воспитании, если им не может быть возвращена жилая площадь, откуда они выбыли в детское учреждение, к родственникам, опекунам или попечителям.

В ст. 37 Жилищного кодекса РСФСР Федеральным законом от 28 марта 1998 года № 45-ФЗ были внесены изменения, в соответствии с которыми вне очереди жилые помещения стали предоставлять детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, гражданам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, по окончании их пребывания в государственных или муниципальных образовательных учреждениях, учреждениях здравоохранения, стационарных учреждениях социального обслуживания и других учреждениях независимо от форм собственности для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в приемных семьях, детских домах семейного типа, у родственников, при прекращении опеки (попечительства), а также по окончании службы в Вооруженных Силах РФ либо по возвращении из учреждений, исполняющих наказание в виде лишения свободы, - если им не могут быть возвращены жилые помещения, которые они ранее занимали.

С 01 марта 2005 года введен в действие Жилищный кодекс РФ, согласно ч. 1 ст. 57 которого жилые помещения по договору социального найма предоставляются гражданам, состоящим на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях, в порядке очередности, исходя из времени принятия их на учет. Между тем для отдельных категорий граждан законодатель предусматривал возможность предоставления жилых помещений по договорам социального найма во внеочередном порядке, в частности, для детей-сирот (п. 2 ч. 2 ст. 57 Жилищного кодекса РФ).

Предоставление вне очереди жилого помещения по договору социального найма лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, согласно ст. 31 Жилищного кодекса РСФСР и ст. 52 Жилищного кодекса РФ носило заявительный характер и было возможным при условии письменного обращения таких лиц в соответствующие органы для принятия их на учет нуждающихся в жилом помещении.

Согласно положениям п. 1 ст. 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» (в редакции, действующей с 01 января 2013 года) детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые не являются нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений, а также детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые являются нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений, в случае, если их проживание в ранее занимаемых жилых помещениях признается невозможным, органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации, на территории которого находится место жительства указанных лиц, в порядке, установленном законодательством этого субъекта Российской Федерации, однократно предоставляются благоустроенные жилые помещения специализированного жилищного фонда по договорам найма специализированных жилых помещений.

Жилые помещения предоставляются вышеуказанным лицам по достижении ими возраста 18 лет, а также в случае приобретения ими полной дееспособности до достижения совершеннолетия. По заявлению в письменной форме вышеуказанных лиц жилые помещения предоставляются им по окончании срока пребывания в образовательных организациях, учреждениях социального обслуживания населения, учреждениях системы здравоохранения и иных учреждениях, создаваемых в установленном законом порядке для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а также по завершении получения профессионального образования, либо окончании прохождения военной службы по призыву, либо окончании отбывания наказания в исправительных учреждениях.

В связи с приведенными изменениями Федерального закона было изменено и содержание ст. 57 Жилищного кодекса РФ, из которой исключен п. 2 ч. 2.

При этом в соответствии с ч. 2 ст. 4 Федерального закона от 29 февраля 2012 года № 15-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части обеспечения жилыми помещениями детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» действие положений ст. 8 указанного выше закона и Жилищного кодекса РФ в приведенной редакции распространяется на правоотношения, возникшие до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, в случае если дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, лица из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, не реализовали принадлежащее им право на обеспечение жилыми помещениями до дня вступления в силу настоящего Федерального закона.Из анализа приведенных выше норм следует, что по достижении возраста 23 лет дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, и лица из их числа уже не могут рассматриваться в качестве лиц, имеющих право на предусмотренные Федеральным законом от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ меры социальной поддержки, так как они утрачивают одно из установленных законодателем условий получения такой социальной поддержки. Следовательно, до достижения возраста 23 лет в целях реализации своего права на обеспечение жилым помещением лица указанной категории должны были встать на учет нуждающихся в получении жилых помещений.

Согласно вышеназванным нормам права на момент вступления указанных изменений в законную силу (01 января 2013 года) у истца должно иметься нереализованное право на обеспечение жилым помещением, как ребенка, оставшегося без попечения родителей. 

Таким образом, жилищное законодательство предусматривало заявительный порядок учета лиц, нуждающихся в обеспечении жильем. Факт такого учета означал констатацию уполномоченным на то органом наличия предусмотренных законом оснований для признания гражданина нуждающимся в жилом помещении и, как следствие, последующую реализацию права на предоставление жилого помещения.

Из материалов дела следует, что мать истца ФИО5 – ФИО1 умерла ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти (л.д.9,10).

При жизни, 15 февраля 1994 года, ФИО1 приобрела в собственность у ФИО2 жилой дом и земельный участок, расположенные в д. 

<

адрес> (л.д. 54).

Решением ФИО8 района Костанайской области Республики Казахстан от ДД.ММ.ГГГГ № 32 ФИО3 назначена опекуном над несовершеннолетними ФИО5 и ФИО4 

Постановлением Главы администрации Хуторской территории № 1 от 10 января 2000 года за несовершеннолетними ФИО5 и ФИО4 сохранено право на жилье в 

<

адрес> (л.д. 53).

Согласно копии паспорта истца, он зарегистрирован по адресу: 

<

адрес>, с 28 апреля 1994 года (л.д.7).

По сведениям Увельского филиала ОГУП «Областной центр технической инвентаризации» по Челябинской области (л.д.8) и Управления Росреестра по Челябинской области ФИО5 в настоящее время в числе собственников объектов недвижимого имущества не значится.

В ответе от 29 августа 2017 года на обращение истца Главой Увельского муниципального района разъяснено, что основания для предоставления жилого помещения по договору социального найма отсутствуют (л.д.11).

В ответе от 01 ноября 2017 года на обращение истца Главой Увельского муниципального района разъяснено, что в соответствии с Федеральным законом от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей», истец мог быть принят на учет с целью обеспечения жилым помещением до 23 лет (л.д.12).

Данные ответы явился поводом для обращения ФИО5 в суд с указанным иском.

Юридически значимым обстоятельством по данному делу является факт отнесения истца к кругу лиц, на которых распространяется действие ст. 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей».

В этих целях необходимо установить относится ли истец к категории детей-сирот или детей, оставшихся без попечения родителей, либо лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей; возраст истца, поскольку дополнительные гарантии, установленные Федеральным законом от 21 декабря 1996 года N 159-ФЗ, в том числе и на обеспечение жилой площадью, распространяются исключительно на лиц, не достигших возраста 23 лет, имеет ли истец, требующий предоставления вне очереди жилого помещения по договору социального найма, закрепленное жилое помещение, поскольку обязанность обеспечить таким жилым помещением возлагалась законом на органы исполнительной власти только в том случае, если дети-сироты не имели закрепленного жилого помещения, состоит ли истец на учете нуждающихся в жилом помещении.

Вопрос о праве лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, на обеспечение жилой площадью вне очереди, если до достижения ими возраста 23 лет они не встали (не были поставлены) на учет в качестве нуждающихся в жилом помещении, необходимо разрешать исходя из конкретных обстоятельств, по которым указанные лица не встали на такой учет. Отсутствие указанных лиц на учете нуждающихся в жилых помещениях без учета конкретных причин, приведших к этому, само по себе не может рассматриваться в качестве безусловного основания для отказа в удовлетворении требования таких лиц о предоставлении им вне очереди жилого помещения.

В обоснование причин, в силу которых истец своевременно не встал (не был поставлен) на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении представитель истец Золотарева Т.Б. указала на то, что ФИО5 никто не извещал о том, что за ним закреплено непригодное для проживания жилье, ФИО5 был несовершеннолетним и не мог самостоятельно реализовать свои права на жилье, в то время как опекун, органы опеки и попечительства бездействовали и не предприняли всех мер для защиты права истца как ребенка-сироты в период его несовершеннолетия. 

Однако данные причины суд не может признать уважительными, поскольку согласно ст. 21 Гражданского кодекса РФ, способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, то есть по достижении восемнадцатилетнего возраста.

Применительно к обстоятельствам данного дела недееспособным истец не признан, впервые о правах как лица вышеуказанной категории он заявил только в 2017 году, при том, что имел возможность самостоятельно обратиться в уполномоченный орган для принятия его на учет нуждающихся в улучшении жилищных условий по категории дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей после достижения им совершеннолетия (2005 год) и до достижения им 23 лет (2010 год). В указанный период истец обучался в ПУ № 130 г. Южноуральска (л.д. 13), то есть объективно не был лишен возможности обратиться с заявлением о постановке его на соответствующий учет. Сам по себе факт не знания истцом о наличии у него жилищных прав как у ребенка-сироты не является достаточным основанием для удовлетворения требований истца.

Кроме того, суд учитывает то обстоятельство, что 12 апреля 2013 года ФИО5 обратился в Увельский районный суд Челябинской области с исковым заявлением о признании права собственности на земельный участок общей площадью 2543 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>, за ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ, с включением указанного имущества в наследственную массу. Решением Увельского районного суда Челябинской области от 22 мая 2013 года исковые требования ФИО5 удовлетворены. Решение вступило в законную силу 25 июня 2013 года.

Также 12 апреля 2013 года ФИО5 обратился в Увельский районный суд Челябинской области с исковым заявлением о признании права собственности на жилой дом общей площадью 45,4 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>, с хозяйственными строениями и сооружениями за ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ, с включением указанного имущества в наследственную массу. Решением Увельского районного суда Челябинской области от 22 мая 2013 года исковые требования ФИО5 удовлетворены. Решение вступило в законную силу 25 июня 2013 года.

Указанные обстоятельств позволяют суду сделать вывод о том, что истцом были предприняты попытки к оформлению права собственности на вышеуказанные объекты недвижимости, истец желал иметь в собственности данные объекты недвижимости. 

Из пояснений истца, данных им в предварительном судебном от 02 апреля 2018 года следует, что он не оформил свои права на вышеуказанный жилой дом и земельный участок лишь в виду тяжелого материального положения.

Поскольку судом установлено, что на момент обращения в суд возраст ФИО5 превысил 23 года, обстоятельств, безусловно свидетельствующих о невозможности истца обратиться с заявлением о постановке на учет по независящим от него причинам не установлено, то, исходя из положений, содержащихся в ст. 57 Жилищного кодекса РФ, ст. 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей», требования ФИО5 удовлетворению не подлежат. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО5 к администрации Увельского муниципального района Челябинской области о возложении обязанности по предоставлению по договору социального найма специализированного жилого помещения отказать.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Увельский районный суд Челябинской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий п/п А.П. Гафарова

Копия верна. Судья