Судья Жарков А.Л. Дело № 22-1712/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ростов-на-Дону 7 апреля 2025 года

Судья Ростовского областного суда Закутний Р.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Машкиной Н.Д., с участием:

- прокурора отдела уголовно-судебного управления прокуратуры Ростовской области Федоровой В.В.,

- осужденного ФИО1,

- защитника осужденного ФИО1 адвоката Кудаша Б.И.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы потерпевшего Потерпевший №1, осужденного ФИО1 и его защитника адвоката Щегловой Е.В. на приговор Шолоховского районного суда Ростовской области от 06.02.2025, которым

ФИО1, ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения, уроженец АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, несудимый, 

осужден по:

- п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года без ограничения свободы;

- ч. 1 ст. 222 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года со штрафом в размере 40 000 рублей. 

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательное наказание ФИО1 назначено в виде лишения свободы на срок 3 года без ограничения свободы, со штрафом в размере 40 000 рублей, с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Порядок следования осужденного ФИО1 в колонию-поселение определен в соответствии со ст. 75.1 УИК РФ территориальным органом уголовно-исполнительной системы, путем самостоятельного следования за счет государства.

Срок отбывания наказания ФИО1 постановлено исчислять со дня фактического прибытия к месту отбывания наказания. Время следования осужденного к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, предусмотренным частью первой ст. 75.1 УИК РФ, засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

Мера пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Гражданский иск, заявленный потерпевшим, о возмещении имущественного ущерба, причиненного преступлением, удовлетворен полностью.

С ФИО1 в пользу Потерпевший №1 в качестве возмещения имущественного ущерба, причиненного преступлением, взыскано 152 545 рублей. 

До исполнения приговора в части гражданского иска постановлено сохранить арест на имущество ФИО1 - автомобиль ДЭУ НЕКСИЯ гос. рег. знак НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН регион с запретом права распоряжения.

Процессуальные издержки в сумме 26 712 рублей, состоящие из средств, затраченных на участие в деле защитников по назначению, взысканы в доход государства с осужденного ФИО1

Доложив о содержании обжалуемого приговора, существе доводов апелляционных жалоб потерпевшего, осужденного и защитника, возражений государственного обвинителя, выслушав выступления осужденного ФИО1 и его адвоката Кудаша Б.И., поддержавших доводы апелляционных жалоб осужденного и его защитника, возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы потерпевшего, мнение прокурора Федоровой В.В., возражавшей против удовлетворения апелляционных жалоб, вместе с тем просившей исключить из осуждения ФИО1 квалифицирующий признак «незаконного приобретения» по ч. 1 ст. 222 УК РФ, усилив ему наказание по ч. 2 ст. 69 УК РФ, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осужден за кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенную с причинением значительного ущерба гражданину, а также за незаконные приобретение, хранение огнестрельного оружия и боеприпасов к нему (за исключением крупнокалиберного огнестрельного оружия, его основных частей и боеприпасов к нему, гражданского огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия, его основных частей и патронов к нему, огнестрельного оружия ограниченного поражения, его основных частей и патронов к нему).

Указанные преступления совершены во время и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 виновным себя в совершении инкриминируемых ему преступлений не признал, изложил свою версию произошедших событий.

Не согласившись с приговором суда, потерпевший Потерпевший №1 подал апелляционную жалобу, в которой указывает, что кражей быка стоимостью 152 545 рублей ему причинен значительный материальный ущерб. Каких-либо мер по возмещению ущерба, причиненного преступлением, для уменьшения степени общественной опасности содеянного ФИО1 не предпринял, извинений не принес, в содеянном не раскаивается. Суд назначил осужденному чрезмерно мягкое наказание, которое не соответствует тяжести совершенных преступлений, его отношению к содеянному и данным, характеризующим его личность. Также судом проигнорировано мнение государственного обвинителя, который в прениях сторон просил назначить более строгое наказание.

На основании изложенного потерпевший просит приговор изменить, усилить назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 3 года за каждое совершенное деяние, а по совокупности преступлений – 4 года лишения свободы со штрафом в размере 60 000 рублей, с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Осужденный ФИО1 в основной и дополнительных апелляционных жалобах считает приговор суда незаконным, несправедливым, постановленным с существенными нарушениями уголовного и уголовно-процессуального законов. Выводы суда в приговоре не подтверждаются имеющимися в уголовном деле доказательствами, которые опровергают виновность осужденного в совершении инкриминированных ему деяний.

Приводя положения ст. 158 УК РФ и ст. 73 УПК РФ, осужденный полагает, что органами предварительного следствия и судом не установлены принадлежность похищенного крупного рогатого скота, действительный ущерб его собственнику, а также какое именно животное было похищено и способ хищения. Осужденный обращает внимание, что в похозяйственной книге и в ветеринарной системе поголовье крупного рогатого скота зарегистрировано на ФИО4 №13, а не на Потерпевший №1 Эти сведения отражены в описательно-мотивировочной части приговора, однако им не дана правовая оценка. Точное время совершения преступления следствием не установлено и в приговоре не отражено. Также не указано как осужденный распорядился тушей убитого быка, то есть каким образом достиг или мог достичь корыстной цели совершения преступления. 

Доводы стороны защиты не получили оценки в описательно-мотивировочной части приговора. По мнению осужденного суд неверно оценил показания свидетелей ФИО4 №1, ФИО4 №2, ФИО4 №3, ФИО4 №4, засекреченного свидетеля «ФИО2.», которые основаны на догадках и предположениях, пересказе со слов других лиц. 

Также недопустимым доказательством является протокол осмотра автомобиля «Нива», так как данное следственное действие проведено без участия осужденного, его защитника и владельца автомобиля – ФИО4 №10, что свидетельствует о подбросе в автомобиль следов шерсти животного следователем или иным должностным лицом. 

Заключение эксперта от 14.06.2024 не могло быть положено в основу обвинения, так как оно не устанавливает принадлежность шерсти определенной особи животного. 

Заключение эксперта по следам протектора шин автомобиля не устанавливает, что автомобиль под управлением ФИО1 находился в месте хищения животного. 

Указанные обстоятельства в совокупности опровергают факт совершения хищения имущества потерпевшего Потерпевший №1 при изложенных в приговоре обстоятельствах.

Приводя положения ст. 222 УК РФ, осужденный считает, что уголовное дело не содержит доказательств его виновности, в деле отсутствуют доказательства приобретения осужденным указанного в обвинении оружия и патронов. В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие, что найденные карабин и винтовка являются огнестрельным оружием, а патроны являются боеприпасами. Уголовное дело не содержит доказательств того, что 03.04.2024 в отношении осужденного проводились оперативно-розыскные мероприятия или следственные действия по обнаружению и изъятию огнестрельного оружия или боеприпасов, либо того, что их изъятие проводилось при задержании осужденного. Из показаний свидетеля ФИО4 №5 следует, что ФИО1 добровольно выдал сотрудникам полиции все указанное в приговоре оружие и патроны. С учетом требований ст. 27 УПК РФ осужденный полагает, что его уголовное преследование по эпизоду приобретения и хранения оружия и боеприпасов должно было быть прекращено на стадии предварительного следствия или при рассмотрении дела в суде первой инстанции. 

Органами предварительного следствия и судом не установлено, когда, где, у кого и при каких обстоятельствах были приобретены выданные предметы, способ их приобретения и незаконного хранения. Вывод суда об изъятии у ФИО1 в домовладении его матери двух пачек патронов калибра 5,6мм в ходе обыска 03.04.2024, которые были куплены в магазине "Тайгер-ган" 10.10.2023, основан лишь на противоречивых показаниях свидетелей Эксперт №1 и ФИО4 №7, не подтверждается другими доказательствами и не согласуется с показаниями ФИО4 №14 Данные противоречия в приговоре суда не устранены. В ходе обыска 03.04.2024 чеки не обнаруживались и не изымались, о чем свидетельствует протокол обыска, в котором обнаружение и изъятие чеков не зафиксировано, также как и изъятие коробок с патронами с номером партии НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН. Кроме того, в материалах дела находится копия чека, взятая сотрудниками полиции в магазине "Тайгер-ган" г. Ростова-на-Дону в ходе выполнения оперативных мероприятий, которые в уголовном деле не зафиксированы и процессуально не оформлены. Обнаруженные экспертом Эксперт №1 чеки были подброшены сотрудниками полиции в одну из семи коробок с патронами.

По мнению осужденного судом допущены существенные нарушения норм уголовно-процессуального закона при установлении его виновности, определении ему меры наказания и разрешении гражданского иска потерпевшего. Описание преступлений, показания допрошенных по уголовному делу лиц и содержание других доказательств судом произведено формальным копированием их из обвинительного заключения, без учета результатов проведенного судебного разбирательства, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона и влечет отмену приговора. 

Судом допущены нарушения УПК РФ при разрешении ходатайств осужденного о признании доказательств, указанных в обвинительном заключении, недопустимыми, в удовлетворении которых судом необоснованно отказано.

Ссылаясь на положения ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 222 и ч. 2 ст. 69 УК РФ, осужденный считает несправедливым назначенное ему наказание, поскольку, по его мнению, максимальное наказание по совокупности преступлений по данному уголовному делу не могло быть назначено более 2,5 лет лишения свободы. Несмотря на признание судом в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, наличие на иждивении у осужденного малолетнего ребенка, суд его фактически не применил, в достаточной мере не обосновал невозможность применения с нему условного осуждения.

Приводя положения ст. 15 ГК РФ, указывая на отсутствие доказательств принадлежности похищенного быка, осужденный полагает об отсутствии у суда первой инстанции оснований для взыскания с него в пользу Потерпевший №1 имущественного вреда, причиненного преступлением.

Ссылаясь на положения ст. 49 Конституции РФ, ст.ст. 14, 389.15 УПК РФ, осужденный просит отменить приговор; в части обвинения по ч. 1 ст. 222 УК РФ прекратить уголовное дело на основании примечания 1 к ст. 222 УК РФ; в части обвинения по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ возвратить уголовное дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Защитник осужденного адвокат Щеглова Е.В. в поданной апелляционной жалобе, приводя положения ч. 3 ст. 60 УК РФ, ч. 4 ст. 302, ч. 2 ст. 389.12, ст. 389.15, ст. 389.16 УПК РФ, обращает внимание на данные о личности ФИО1, наличие у него смягчающего наказание обстоятельства - малолетнего ребенка на иждивении, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств. Указывает на не учет судом при вынесении приговора обстоятельств, влияющие на судьбу осужденного и на его психологическое состояние.

По мнению адвоката, обвинение в отношении ФИО1 строится только на предположениях, следствие проведено не полно, за основу принята позиция потерпевшего, не подтверждающаяся допустимыми и достаточными доказательствами. Предъявленное ФИО1 обвинение не конкретизировано, изложенные в нем обстоятельства не подтверждены собранными доказательствами, иные версии произошедшего не расследованы. В связи с отсутствием соответствующих доказательств вина ФИО1 не доказана. К показаниям свидетелей необходимо относиться критически, так как произошедшего события и противоправных действий они не видели.

Также защитник указывает, что потерпевший на предварительном следствии и в ходе судебного заседания не предоставил доказательств принадлежности ему быка, как собственнику, поэтому он не может быть признан потерпевшим по данному уголовному делу. Обращает внимание на возбуждение уголовного дела по факту хищения особи крупного рогатого скота у Потерпевший №1 спустя месяц после его обращения с заявлением, что, по мнению адвоката, указывает на неочевидность события преступления. ФИО3 не предоставил достоверные данные, характеризующие предмет хищения, указав все только со слов. 

Обвинение ФИО1 носит произвольный характер, способ совершения преступления фактически не описан, что является нарушением права обвиняемого. Все оперативно-следственные мероприятия производились только с целью изобличения ФИО1 в совершении кражи быка. 

Свидетельские показания и их достоверность вызывают сомнения. Данные о свидетеле «ФИО2.» сохранены в тайне необоснованно, при отсутствии достаточных оснований полагать, о наличии ему либо его родственникам и близким угроз убийством, применения насилия, уничтожения имущества, либо иных противоправных действий. 

Защитник ставит под сомнение ряд проведенных по данному уголовному делу экспертиз, поскольку экспертным исследованием не установлена принадлежность волос той породе быка, которая, по словам потерпевшего, была похищена. Также адвокат указывает на не проведение забора крови быка и исследования по ней.

По мнению защитника, выводы суда в части обвинения ФИО1 по ч. 1 ст. 222 УК РФ являются необоснованными и ошибочными. При этом ссылается на показания ФИО1, отрицавшего приобретение и хранение оружия и боеприпасов. В протоколе обыска не указано об обнаружении патронов и их пересчете, а также кассовых чеков в коробках из-под патронов, при этом в материалах дела приобщена копия кассовых чеков, а не оригинал. По результатам обыска в числе изъятых предметов кассовые чеки и патроны в картонных коробках с номером партии НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН в протоколе не указаны, на приложенных к протоколу обыска фотографиях их наличие не зафиксировано, в сопроводительном письме о направлении на экспертизу постановления о назначении баллистической экспертизы они также не указаны. Данные доказательства являются недопустимыми.

Адвокат считает, что судом первой инстанции не приняты во внимание и не учтены изложенные доводы, вынесен несправедливый приговор, в деле имеются основания для отмены обжалуемого приговора в апелляционном порядке, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, и существенными нарушениями судом первой инстанции УПК РФ. Просит приговор в отношении ФИО1 отменить.

В возражениях на апелляционные жалобы потерпевшего, осужденного и его защитника государственный обвинитель Дергачев Е.М. считает постановленный приговор законным, обоснованным и справедливым, просит суд оставить его без изменения, а апелляционные жалобы потерпевшего, осужденного и его защитника – без удовлетворения.

Потерпевший Потерпевший №1 в возражениях на апелляционные жалобы осужденного и его защитника просит оставить их без удовлетворения, а приговор в части удовлетворенного гражданского иска – без изменения.

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Рассмотрение уголовного дела судом состоялось в соответствии с положениями глав 36-39 УПК РФ, определяющими общие условия судебного разбирательства, процедуру рассмотрения уголовного дела, с соблюдением правил о подсудности.

Постановленный судом обвинительный приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие оценку с приведением ее мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступлений, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу, из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ.

По результатам состоявшегося разбирательства, с учетом изложенной осужденным позиции о полном не признании вины в инкриминируемых ему деяниях, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в краже имущества потерпевшего Потерпевший №1 с причинением ему значительного ущерба, а также в незаконном хранении по месту своего жительства огнестрельного оружия и боеприпасов к нему, в обоснование чего привел показания потерпевшего, свидетелей обвинения, протоколы следственных действий, заключения экспертов, вещественные и иные письменные доказательства, в своей совокупности признанные достаточными для разрешения дела.

Все представленные сторонами доказательства по делу проверены и оценены судом в соответствии со ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ, в том числе:

- показания в судебном заседании самого подсудимого ФИО1 о его непричастности к инкриминируемой ему краже быка потерпевшего, отсутствии объективных доказательств и очевидцев забоя, разделки и хищения им животного, наличии сомнений в показаниях засекреченного свидетеля «ФИО2.», допущенных, по его мнению, процессуальных нарушениях при проведении осмотра его автомобиля, подбросе ему в данный автомобиль сотрудниками полиции волос быка, добровольной выдачи им оружия и боеприпасов при проведении 03.04.2024 обыска по месту его жительства, принадлежащих умершему в 1999 году его отцу, причастности к их хранению его матери, фальсификации сотрудниками полиции ряда материалов уголовного дела, в том числе подбросе ему сотрудниками полиции обнаруженных в ходе экспертизы патронов кассовых чеков из оружейного магазина; 

- показания потерпевшего Потерпевший №1 об обстоятельствах пропажи 09.11.2023 на пастбище его быка, регулярно проверявшегося ветеринаром ФИО4 №4, дальнейшего поиска быка, обнаружения места его забития, следов волочения туши, ее разделки, значительности причиненного ему преступлением ущерба в сумме 152 545 рублей;

- показания свидетеля ФИО4 №4 – заведующего ветеринарным участком Дубовского сельского поселения, подтвердившего заборы крови у быков и коров на подворье у потерпевшего Потерпевший №1, записанных в похозяйственной книге и зарегистрированных в ветеринарной системе «Меркурий» на его мать ФИО4 №13, которыми занимается сам Потерпевший №1 ввиду возраста и болезни последней; 

- показания свидетеля ФИО4 №8 об обстоятельствах поиска совместно с его братом Потерпевший №1 пропавшего быка, аналогичные по сути показаниям потерпевшего Потерпевший №1;

- показания свидетеля «ФИО2.», данные о личности которой сохранены в тайне, - жительницы х. Зубковский, в окрестностях которого пропал бык потерпевшего, являвшейся непосредственным свидетелем погрузки 09.11.2023 в светло-зеленый автомобиль Нива г.н. НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН в районе хутора неизвестным ей мужчиной кусков мяса с красноватой шерстью, пояснившая обстоятельства проведения проверки сотрудниками полиции ее показаний на месте, где также находились остатки внутренностей животного;

- показания свидетелей ФИО4 №1, ФИО4 №2, видевших 23.09.2023 в районе места выпаса крупного рогатого скота Потерпевший №1 светло-зеленый автомобиль «Нива»;

- показания свидетеля ФИО4 №7 – дознавателя МО МВД РФ «Шолоховский», по обстоятельствам участия в составе СОГ осмотра места происшествия – участка местности в районе х. Зубковский со следами пятен крови и внутренними органами похищенного у Потерпевший №1 быка, изъятия следов автомобиля, фотофиксации следов волочения;

- свидетелей ФИО4 №9, ФИО4 №5 – сотрудников полиции МО МВД РФ «Шолоховский», проводивших 03.04.2024 на основании судебного постановления по поручению следователя обыск по месту жительства ФИО1, пояснивших обстоятельства обнаружения и изъятия, а также выдачи при проведении обыска последним различного вида ружей, карабина, винтовок, в упаковках и россыпью разного калибра патронов, также подтвердивших обнаружение и изъятие в ходе обыска вещмешка с веревками, ножами, топора, налокотников со следами крови и запахом, из морозильной камеры 2 кусков красного мяса;

- показания свидетеля ФИО4 №10 – матери осужденного, подтвердившей совместное проживание с ним, наличии у ее покойного мужа ружья, а также в ее собственности бело-зеленого автомобиля Нива, находившего в единоличном пользовании ФИО1;

- показания свидетелей ФИО4 №11 и ФИО4 №12 по обстоятельствам участия понятыми при проведении обыска в домовладении по месту жительства ФИО1;

письменные доказательства:

- заявление потерпевшего Потерпевший №1 о пропаже у него 09.11.2023 вблизи х. Зубковский принадлежащего ему двухлетнего красно-степного быка массой около 700 кг; 

- ответ начальника сельского хозяйства и охраны окружающей среды администрации Шолоховского района о среднем весе двух летнего быка красной степной породы 700-750 кг;

протоколы следственных действий:

- протоколы осмотра мест происшествий – участка местности в районе х. Зубковский, согласно которому обнаружены внутренние органы и следы крови животного на месте забоя быка; участка местности, где осуществлялась погрузка в автомобиль «Нива» кусков мяса с шерстью; 

- протокол обыска в домовладении по месту регистрации и жительства ФИО1, согласно которому обнаружены и изъяты нарезные карабин, винтовка, различного вида и калибров патроны в упаковках и россыпью, а также вещевой мешок и топор с пятнами крови, два пакета с красным мясом, иные предметы; 

- протоколы выемки у ФИО1 находящегося в его пользовании автомобиля Нива г/н НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН регион; у ФИО оптического диска с видеозаписями с камер наблюдения отъезда 09.11.2023 в 12.30 часов от дома ФИО1 его автомобиля «Нива» и приезда данного автомобиля в 16.30 часов;

- протокол осмотра изъятого у ФИО1 автомобиля «Нива», согласно которому в салоне и багажнике автомобиля обнаружены и изъяты пучки волос красно-бурого цвета, изъято колесо автомобиля;

- протоколы осмотров изъятых в ходе проведения следственных действий указанных предметов, цифровых носителей, а также телефона и детализации абонентского номера ФИО1, признанных в последствии вещественными доказательствами;

- протоколы проверки показаний на месте свидетеля «ФИО2.», осмотра места происшествия с участием потерпевшего Потерпевший №1, где он обнаружил внутренности быка;

заключения экспертов, из выводов которых следует, что:

- след протектора автомобиля с места происшествия вероятно оставлен шиной колеса от автомобиля ФИО1;

- изъятые в ходе осмотра автомобиля ФИО1, осмотра внутренней части вещмешка пучки волос являются волосами быков, имеют общую родовую и групповую принадлежность;

- рыночная стоимость двухлетней особи быка красной степной породы весом 700 кг на ноябрь 2023 года составляет 152 545 рублей;

- изъятые в ходе обыска по месту жительства ФИО1 карабин, винтовка являются исправным огнестрельным нарезным спортивно-охотничьим оружием промышленного изготовления, пригодными для производства выстрелов; изъятые патроны являются пригодными к выстрелу промышленными патронами к различного вида нарезному огнестрельному оружию, в том числе военному оружию, в частности автомату ФИО5, снайперским винтовкам, пулеметам, пистолетам ФИО6, ФИО7 и т.д.;

- иные письменные и вещественные доказательства. 

Указанные исследованные доказательства признаны судом достаточными, чтобы прийти к выводам о виновности ФИО1 в совершении деяний, изложенных в приговоре. Нарушений судом правил оценки представленных доказательств не допущено.

То обстоятельство, что оценка, данная судом вышеприведенным доказательствам, расходится с предложенной защитником и осужденным в апелляционных жалобах, не может служить основанием для признания нарушения судом правил оценки представленных обвинением доказательств с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности в целом для вывода о виновности ФИО1

Доводы стороны защиты о несоответствии выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела убедительными не являются.

Фактические обстоятельства совершения осужденным ФИО1 преступлений судом установлены правильно, выводы суда о виновности ФИО1 в краже имущества потерпевшего Потерпевший №1 с причинением ему значительного ущерба, а также в незаконном хранении по месту своего жительства огнестрельного оружия и боеприпасов к нему, полностью соответствуют установленным судом обстоятельствам, они подтверждены совокупностью вышеприведенных доказательств, исследованных в судебном заседании, оценка которых приведена в приговоре с подробным изложением содержания каждого из них и проверкой доводов участников процесса.

Оценивая исследованные доказательства с точки зрения их достоверности, суд исходил из тех сведений, которые отражены в протоколах судебного заседания, следственных действий, иных письменных доказательствах. 

Вопреки надуманным доводам осужденного и его защитника, существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом при рассмотрении уголовного дела не допущено. 

Описательно-мотивировочная часть приговора соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, содержит описание преступных деяний, признанных судом доказанными, с указанием времени, места, способа их совершения, формы вины и иных обстоятельств, установленных требованиями уголовно-процессуального закона. В приговоре приведены подробный анализ и оценка представленных доказательств по каждому эпизоду совершенных преступлений, раскрыто их основное содержание. 

Судом первой инстанции мотивированно отвергнуты, как несостоятельные, версии осужденного о невиновности ФИО1 в хранении изъятых у него в ходе обыска оружия и боеприпасов, его непричастности к инкриминируемой ему краже быка Потерпевший №1, чему в приговоре дана всесторонняя и объективная оценка, с которой суд апелляционной инстанции согласен в полном объеме.

Убедительных доводов, которые опровергли бы правильность этой оценки, в апелляционных жалобах осужденного и защитника не приведено.

Судом в приговоре уже учтены многочисленные и надуманные доводы апелляционных жалоб осужденного и его защитника, в которых утверждается о недоказанности причастности осужденного к краже быка у потерпевшего, а также принадлежности изъятого в его домовладении оружия и боеприпасов его матери и умершему отцу, противоречивости показаний потерпевшего и свидетелей, оговоре ими ФИО1, необоснованного признания потерпевшим Потерпевший №1, подбросе ему в автомобиль сотрудниками полиции волос животного, которые выдвигаются защитником и осужденным в качестве оснований к отмене приговора.

Изложенные в апелляционных жалобах доводы в большей части сводятся к анализу и переоценке тех доказательств, которые уже получили соответствующую подробную и убедительную оценку суда в приговоре.

Кроме того, приведенные осужденным и защитником в апелляционных жалобах многочисленные выдержки из материалов уголовного дела, экспертных заключений, протоколов следственных действий, в частности протоколов осмотра места происшествия, обыска, показаний свидетелей обвинения, суждения о добровольности выдачи осужденным в ходе обыска оружия и боеприпасов, носят односторонний характер, не отражают в полной мере их суть и общий смысл. При этом существо всех оспариваемых стороной защиты доказательств приведено в жалобах произвольно выборочно и в отрыве от их полного смысла, а также без учета совокупности содержания всех имеющихся по делу доказательств. Вместе с тем все исследованные по делу доказательства, в том числе и приведенные осужденным и защитником в апелляционных жалобах, необходимо рассматривать и оценивать в совокупности, что и сделано судом первой инстанции в приговоре. Существенных противоречий между фактическими обстоятельствами дела, как они установлены судом, и доказательствами, положенными судом в основу приговора, не имеется. 

Доводы стороны защиты о непричастности ФИО1 к краже быка, отсутствии ее очевидцев, со ссылками на его оговор свидетелем «ФИО2.», данные о которой сохранены в тайне, подброс ему в машину и вещмешок сотрудниками полиции пучков волос быка, являются несостоятельными, суд апелляционной инстанции не принимает их во внимание. 

Вопреки надуманным утверждениям стороны защиты, выводы суда о совершении ФИО1 кражи имущества Потерпевший №1 полностью подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных в ходе судебного следствия и положенных судом в основу приговора.

Факт нахождения ФИО1 09.11.2023 в районе выпаса крупного рогатого скота, принадлежащего Потерпевший №1, в окрестностях х. Зубковского в инкриминируемый ему период с 12.00 часов по 17.00 объективно подтверждается:

- показаниями свидетеля «ФИО8.» видевшей в данное время в указанном месте автомобиль ФИО1 – светло-зеленую «Ниву» с номером НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, в которую мужчина грузил куски мяса с шерстью красноватого цвета;

- показаниями свидетелей ФИО4 №1 и ФИО4 №2, после обеда 09.11.2023 передвигавшимися на автомобиле в районе выпаса скота рядом с х. Зубковским и видевшими находившийся там светло-зеленый автомобиль «Нива»;

- показаниями свидетеля ФИО4 №10, являющейся собственником автомобиля «Нива» ВАЗ 2121 гос. рег. знак НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН регион бело-зеленого цвета, подтвердившей использование данного автомобиля ее сыном ФИО1;

- показаниями потерпевшего Потерпевший №1 и его брата свидетеля ФИО4 №8 о месте выпаса их КРС в окрестностях х. Зубковский в совокупности с пояснениями свидетеля «ФИО2.» при проверке ее показаний на месте, где она видела 09.11.2023 автомобиль «Нива» с номером НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, в которую мужчина грузил куски мяса с шерстью красноватого цвета, а также пояснениями потерпевшего при осмотре с его участием участка местности со следами крови и внутренними органами животного (быка);

- сведениями из видеозаписи с камеры наружного наблюдения об отъезде 09.11.2023 в 12.30 часов от дома ФИО1 его автомобиля «Нива» и приезда данного автомобиля в 16.30 часов;

- сведениями детализации номера телефона, находящегося в пользовании ФИО1 о фиксации соединений с 12.44 часов по 12.45 часов в районе действия базовой станции х. ФИО9 Шолоховского района, расположенного недалеко от х. Зубковский.

Кроме того, при осмотре изъятого в ходе обыска домовладения ФИО1 вещмешка и находящегося в пользовании ФИО1 автомобиля «Нива» г/н НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН регион обнаружены и изъяты пучки волос быков, имеющие согласно выводам экспертизы общую родовую и групповую принадлежность.

Совокупность указанных доказательств во взаимосвязи с иными доказательствами, положенными судом в основу осуждения ФИО1, достоверно свидетельствует о совершении хищения принадлежащего потерпевшему Потерпевший №1 быка именно ФИО1 

Из протокола осмотра места происшествия – участка местности в окрестностях х. Зубковский в районе выпаса крупного рогатого скота, принадлежащего потерпевшему Потерпевший №1, и приложенной к нему фототаблицы от 10.11.2023 достоверно и объективно усматривается, что на данном участке местности обнаружены следы крови и внутренние органы животного, следы протектора автомобиля, при этом при производстве данного следственного действия применялась служебная собака. Ставить под сомнение изложенные в данном протоколе осмотра сведения относительно обнаруженных следов и объектов не имеется. При таких данных утверждения осужденного о не обнаружении в ходе осмотра места происшествия следов разделки туши и крови являются голословными и надуманными, апелляционная инстанция не принимает их во внимание.

Ссылки осужденного на не участие в указанном осмотре понятых в обоснование его порочности, также являются несостоятельными, поскольку согласно ч.1.1 ст. 177 УПК РФ понятые принимают участие при производстве данного следственного действия по усмотрению следователя, кроме того, при проведении данного следственного действия дознавателем применялись обязательные технические средства фиксации хода и результатов осмотра места происшествия. 

Не указание на участие в данном следственном действии участкового и потерпевшего не влияет на полноту и объективность изложенных в протоколе осмотра сведений, существенным нарушением УПК РФ, влекущим его недопустимость, не является.

Доводы осужденного на не установление в ходе предварительного и судебного следствия факта принадлежности потерпевшему Потерпевший №1 пропавшего быка, также являются полностью надуманными.

О наличии в хозяйстве у потерпевшего Потерпевший №1 быка, пропавшего 09.11.2023 при выпасе, подтвердили сам потерпевший и его брат ФИО4 №8

Кроме того, как следует из показаний допрошенного в судебном заседании заведующего ветеринарным участком Дубовского сельского поселения ФИО4 №4, он неоднократно проводил заборы крови у быков и коров на подворье у потерпевшего Потерпевший №1, которые хотя и были записаны в похозяйственной книге и зарегистрированы в ветеринарной системе «Меркурий» на его мать ФИО4 №13, однако фактически принадлежали Потерпевший №1, поскольку ввиду возраста и болезни матери ими занимался Потерпевший №1 самостоятельно.

Оснований не доверять их показаниям апелляционная инстанция не усматривает, таких объективных сведений, ставящих под сомнение изложенные ими факты о принадлежности потерпевшему быка не представлено апелляционной инстанции и стороной защиты.

Утверждения осужденного о фальсификации и сфабрикованности в отношении него уголовного дела сотрудниками полиции, в том числе относительно показаний свидетеля «ФИО2.», данные о которой сохранены в тайне, невозможности наблюдения данным свидетелем ФИО1 при изложенных ею обстоятельствах, также являются полностью надуманными.

Суд первой инстанции верно оценил показания свидетеля «ФИО2.», личные данные о которой сохранены в тайне в целях обеспечения ее безопасности в соответствии с ч. 3 ст. 11 и ч. 9 ст. 166 УПК РФ, а ее допрос в судебном заседании в условиях, исключающих визуальное наблюдение другими участниками процесса, проведен с соблюдением требований ч. 5 ст. 278 УПК РФ. Оснований в раскрытии подлинных данных о личности упомянутого свидетеля, являющейся жителем х. Зубковского, не имелось, поскольку необходимость в сохранении мер безопасности, предусмотренных законодательством Российской Федерации, принятых ранее в отношении этого лица в связи с реальными опасениями за ее жизнь и здоровье и близким ей людей, не отпала, в связи с чем доводы осужденного ФИО1 об обратном и якобы отсутствия вообще названного свидетеля являются ошибочными.

Сторонам, в том числе ФИО1 и его защитнику, была предоставлена возможность задать свидетелю «ФИО2.» относящиеся к предмету доказывания вопросы и получить на них ответы. Таким образом, право стороны защиты на допрос показывающего против подсудимого лица реализовано в рамках закона.

Оснований не доверять показаниям свидетеля «ФИО2.», а также сомневаться в их относимости, допустимости и достоверности у суда не имелось, поскольку эти показания являются конкретными, предположений и противоречий не содержат, согласуются между собой и с иными положенными в основу приговора доказательствами, взаимно дополняют друг друга и в своей совокупности изобличают осужденного в содеянном. Указанному обстоятельству судом первой инстанции дана верная оценка, с которой апелляционная инстанция полагает необходимым согласиться.

Утверждения осужденного и его защитника о необходимости прекращения уголовного преследования ФИО1 по ст. 222 УК РФ, в связи с добровольной выдачей им перед проведением у него в жилище оружия и боеприпасов, со ссылками на не обнаружение у него в ходе обыска никакого оружия и боеприпасов, кроме выданного, а также их изъятии не при проведении оперативно-разыскных мероприятий или следственных действий по их обнаружению и изъятию, основаны на собственной произвольной неверной трактовке осужденным уголовного закона.

В соответствии с примечанием 1 к ст. 222 УК РФ не может признаваться добровольной сдачей предметов, указанных в настоящей статье, их изъятие при задержании лица, а также при проведении оперативно-разыскных мероприятий или следственных действий по их обнаружению и изъятию.

Из разъяснений, данных в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12.03.2002 №5 «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств», следует, под добровольной сдачей огнестрельного оружия и иных предметов, указанных в статьях 222 - 223.1 УК РФ, следует понимать их выдачу лицом по своей воле или сообщение органам власти о месте их нахождения при реальной возможности дальнейшего хранения этих предметов. Не может признаваться добровольной сдачей данных предметов их изъятие при задержании лица, а также при производстве следственных действий по их обнаружению и изъятию. 

Как следует из материалов уголовного дела, в ходатайстве следователя перед судом о производстве обыска в жилище ФИО1, а также в самом судебном постановлении о разрешении производства обыска в его жилище и иных помещениях по месту проживания ФИО1, имеются указания о необходимости проведения обыска в домовладении ФИО1 в связи с наличием достаточных оснований полагать о нахождении там похищенного имущества, камуфляжного костюма с зелеными цветами, на котором могли остаться следы преступления, а также иных предметов, запрещенных к свободному гражданскому обороту, для обнаружения и изъятия которых необходимо проведение обыска. Незаконно хранившиеся в жилище ФИО1 оружие и боеприпасы относятся к иным предметам, запрещенным к свободному гражданскому обороту.

Также суд апелляционной инстанции отмечает, что ФИО1 выдал перед проведением у него обыска не все инкриминируемые ему оружие и боеприпасы. Из протокола обыска, а также показаний сотрудников полиции, проводивших обыск, и понятых, участвовавших при его проведении, следует, что уже после выдачи ФИО1 гладкоствольных ружей, нарезных винтовок и патронов, в спальной комнате за спинкой кровати полицейскими были обнаружены и изъяты иные различные патроны к боевому нарезному оружию, о которых ФИО1 им не сообщал. 

При таких данных, утверждение осужденного об изъятии у него в ходе обыска оружия и боеприпасов не при проведении следственных действий по их обнаружению и изъятию являются надуманными и несостоятельными, огнестрельное оружие и боеприпасы изъяты у ФИО1 в ходе следственных действий, проведенных по инициативе правоохранительных органов с санкции суда, что не позволяет сделать вывод о его добровольной выдаче осужденным ФИО1 в ходе обыска, предусмотренной примечанием 1 к ст. 222 УК РФ.

Утверждения в апелляционных жалобах осужденного о необоснованности выводов судебных экспертиз по делу, в том числе по стоимости похищенного у потерпевшего быка, апелляционная инстанция не принимает во внимание. 

Приведенные судом в обоснование виновности ФИО1 заключения экспертов по следу протектора автомобиля с места происшествия, изъятым в ходе осмотров автомобиля ФИО1 и внутренней части вещмешка пучков волос животного, рыночной стоимости аналогичной похищенной особи быка на дату совершения преступления, изъятым в ходе обыска по месту жительства ФИО1 карабину, винтовке и патронам, исследованные в судебном заседании, содержат достаточные сведения о дате производства экспертиз, участвовавших в их проведениях экспертах, имеются исчерпывающие сведения о представленных органом предварительного расследования объектах исследования, приведены ссылки на использованные экспертами методики и методические рекомендации. Сомнений в том, что на экспертное исследование поступали именно те объекты, которые изымались в ходе указанных следственных действий у суда первой инстанции не имелось. Объективных сведений, дающих основание суду апелляционной инстанции полагать об их подмене или фальсификации сотрудниками полиции и следователем, не имеется. 

Судебные экспертизы по данному уголовному делу произведены по постановлениям следователя в рамках предварительного следствия, экспертами, обладающим значительным стажем работы, которые были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, оснований сомневаться в выводах экспертов не имеется. Заключения экспертов отвечают требованиям ст. 204 УПК РФ, выводы экспертных исследований являются полными и ясными, противоречий не содержат. Оснований для проведения по делу дополнительных и повторных судебных экспертиз в соответствии со ст.ст. 206, 207 УПК РФ не имеется.

Утверждения осужденного о подбросе ему оперативными сотрудниками полиции и экспертом чеков на приобретение патронов в оружейном магазине в г. Ростове-на-Дону при проведении экспертизы оружия и боеприпасов, изъятых в ходе обыска, апелляционная инстанция не принимает во внимание.

Допрошенный в ходе судебного следствия эксперт Эксперт №1. проводивший экспертное исследование оружия и патронов, пояснил о поступлении к нему на экспертизу всех объектов исследования в соответствующей целой надлежащей упаковке с бирками, обнаруженные им два кассовых чека при вскрытии коробки с патронами на их приобретение были им зафиксированы и возвращены следователю.

При этом допрошенный в ходе судебного следствия следователь ФИО4 №7, в производстве которого находилось уголовное дело, подтвердил изъятие данных чеков, датированных октябрем 2023 года, с патронами в ходе обыска у ФИО1, пояснив о не внесении их в протокол обыска ввиду нахождения чеков во внутренней части коробок с патронами, между тем подтвердившего факт упаковки и изъятия коробок с патронами, в том числе с кассовыми чеками из магазина, по окончании обыска и направлении их в этой упаковке на экспертное исследование.

При таких обстоятельствах оснований для утверждения о подбросе сотрудниками полиции данных кассовых чеков, фальсификации ими доказательств по делу не имеется, не внесение в протокол обыска изъятых в ходе его производства чеков на патроны, вопреки надуманным утверждениям осужденного, не является существенным нарушением УПК РФ, влекущим признание указанных чеков недопустимыми доказательствами по делу в соответствии со ст. 75 УПК РФ. 

Из протокола выемки у ФИО1 его автомобиля «Нива» следует, что данный автомобиль был изъят при непосредственном участии самого ФИО1, в присутствии понятых, после проведения выемки данный автомобиль был закрыт ключами и опечатан, свободный доступ в него был исключен. В последствии автомобиль был также осмотрен следователем в присутствии понятых с фотофиксацией, в ходе его осмотра были изъяты пучки волос животного (быка). 

Из протокола обыска в жилище ФИО1 следует, что обнаруженный и изъятый в ходе его проведения вещмешок, также был надлежаще упакован и опечатан в присутствии понятых. Последующий осмотр вещмешка, в ходе которого обнаружены на его внутренней стороне и изъяты пучки волос животного (быка), также проводился с участием понятых и фотофиксацией. 

С учетом изложенного, безосновательные ссылки осужденного на подброс ему сотрудниками полиции в его автомобиль и вещмешок пучков волос быка апелляционная инстанция не принимает во внимание. 

Вопреки голословным утверждениям осужденного, материалы дела не содержат объективных данных о том, что потерпевший и свидетели стороны обвинения, в том числе сотрудники полиции, понятые ФИО4 №11 и ФИО4 №12, показания которых положены в основу приговора, оговаривают ФИО1 Убедительных сведений о наличии у них определенных мотивов для оговора осужденного стороной защиты не приведено, таких мотивов не усматривает и апелляционная инстанция. Усомниться в правдивости данных ими в ходе судебного следствия показаний у суда оснований не имелось, они в целом согласуются как между собой, так и с другими доказательствами, положенными судом в основу приговора, дополняют друг друга в деталях. 

Показания потерпевшего, свидетелей правильно изложены в приговоре. Все несущественные противоречия в показаниях допрошенных судом лиц были выявлены и устранены путем сопоставления содержащихся в них сведений между собой и с другими письменными доказательствами по уголовному делу.

Доводы апелляционных жалоб о заинтересованности в исходе дела понятых ФИО4 №11 и ФИО4 №12, участвовавших понятыми при обыске по месту жительства ФИО1, также являются надуманными и неубедительными.

Ссылки осужденного на цыганскую национальность, родственные отношения между собой, отсутствие юридического образования, проживание на съемных квартирах и сотрудничество с начальником уголовного розыска, в обоснование заинтересованности понятых ФИО4 №11 и ФИО4 №12, апелляционная инстанция не принимает во внимание, поскольку утверждение их заинтересованности является лишь произвольными надуманными домыслами осужденного, не подтвержденными объективными и конкретными сведениями, которые могли бы свидетельствовать об их заинтересованности именно в исходе уголовного дела в отношении ФИО1 Понятые ФИО4 №11 и ФИО4 №12 является совершеннолетними лицами, не являются участниками уголовного судопроизводства, а также их родственниками, работниками органа исполнительной власти, наделенными полномочиями по осуществлению ОРД и предварительного расследования. Таким образом, в соответствии с ч. 2 ст. 60 УПК РФ прямого запрета на привлечение ФИО4 №11 и ФИО4 №12 понятыми не имеется.

Показания данных свидетелей не содержат существенных противоречий и суждений, позволяющих их объективно трактовать в пользу осужденного. 

Понятые ФИО4 №11 и ФИО4 №12 были очевидцами обнаружения и изъятия в жилище ФИО1 карабина, винтовки, патронов, кусков мяса, вещмешка, топора со следами бурого цвета. Указанные свидетели давали пояснения по всем обстоятельствам, которым они являлись очевидцами.

Таким образом, безусловных оснований, предусмотренных ст. 75 УПК РФ, для признания недопустимыми показаний свидетелей ФИО4 №11 и ФИО4 №12, положенных в основу осуждения ФИО1, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Апелляционная инстанция не находит убедительными доводы осужденного и защитника о недопустимости протокола обыска по месту жительства ФИО1, а также осмотра его автомобиля.

Все действия в указанных протоколах следственных действий достоверно и объективно подтверждены как свидетелями-понятыми, так и свидетелями - сотрудниками полиции, участвовавшими в их проведении.

Содержание исследованных судом доказательств изложено в приговоре в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения значимых для дела обстоятельств. Фактов, свидетельствующих о приведении в приговоре показаний допрошенных лиц либо содержания иных документов таким образом, чтобы это искажало существо исследованных доказательств и позволяло им дать иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, апелляционной инстанцией не установлено.

Приговор не содержит доказательств, которые противоречат друг другу и являются взаимоисключающими, в том числе и в части показаний потерпевшего и свидетелей, а выводы суда о том, какие показания допрошенных лиц он полагает в основу приговора, являются мотивированными.

Доказательства, положенные судом в основу осуждения ФИО1 по каждому из эпизодов преступлений, вопреки доводам стороны защиты, следует признать допустимыми и относимыми к делу, поскольку именно в своей совокупности они позволяют установить обстоятельства, перечисленные в ст. 73 УПК РФ, и, следовательно, имеют значение для дела. 

Иная позиция стороны защиты на этот счет основана не на чем ином, как на собственной произвольной и необъективной интерпретации показаний свидетелей, исследованных заключений экспертов, протоколов следственных действий и иных письменных доказательств, признания их важности для дела без учета установленных ст.ст. 87, 88 УПК РФ правил оценки доказательств, которыми в данном случае руководствовался суд.

Поэтому утверждения стороны защиты о том, что судом не дана надлежащая оценка доказательствам по делу, являются беспочвенными, в приговоре суд с достаточной полнотой обосновал вывод о несостоятельности этих доводов.

Основания для переоценки положенных в основу обвинительного приговора доказательств, на необходимость которой фактически указывают авторы апелляционных жалоб, отсутствуют.

Протоколы следственных действий на предварительном следствии, иные письменные доказательства, которые положены в основу осуждения ФИО1 не признавались судом недопустимыми доказательствами и оснований к этому не имелось. 

Достоверных и объективных сведений, дающих основания полагать о фальсификации сотрудниками полиции и следователем всех материалов уголовного дела, применении ими незаконных методов проведения следственных действий к участникам уголовного судопроизводства, материалы уголовного дела не содержат, таких объективных сведений не представлено стороной защиты и апелляционной инстанции.

Из материалов уголовного дела усматривается соблюдение равенства сторон, создание судом необходимых условий для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

При рассмотрении уголовного дела нарушений принципов уголовного судопроизводства, в том числе презумпции невиновности, состязательности, объективности, судом не допущено.

Осужденный ФИО1 был обеспечен защитой на предварительном следствии и в суде, нарушений уголовно-процессуального закона, в том числе и права на защиту осужденного, влекущих отмену приговора, судом не допущено.

Суд апелляционной инстанции не усматривает таких нарушений уголовно-процессуального закона при производстве по делу, которые ставили бы под сомнение законность возбуждения, расследования уголовного дела, передачу его на стадию судопроизводства и в дальнейшем саму процедуру судебного разбирательства.

Из протокола судебного заседания не усматривается ни обвинительного, ни оправдательного уклонов при оценке судом доказательств. 

Как следует из материалов дела, протокол судебного заседания в соответствии с ч. 6 ст. 259 УПК РФ изготовлен по частям, которые подписаны председательствующим и секретарем судебного заседания. Осужденным подавались множественные замечания на протоколы судебных заседаний, которые были рассмотрены председательствующим в соответствии с ч. 3 ст. 260 УПК РФ и отклонены. Никаких нарушений при рассмотрении замечаний на протоколы судебных заседаний судьей не допущено, замечания рассмотрены в порядке и сроки, предусмотренные законом. Объективность принятых решений по результатам рассмотрения замечаний сомнений не вызывает.

Сопоставив данные аудиозаписи хода судебного заседания с письменным текстом частей протокола судебного заседания, суд апелляционной инстанции отмечает, что фактически в них полностью отражен весь ход судебного заседания в том порядке, в котором он имел место, части протокола в целом соответствует содержанию аудиозаписи, а приведенные в приговоре показания осужденного, потерпевшего, свидетелей, заявленные ходатайства и принятые по ним решения, по сути, согласуются с содержанием их показаний, отраженных в письменном тексте протокола судебного заседания. При этом апелляционная инстанция отмечает, что действующее уголовно-процессуальное законодательство не предусматривает дословное стенографическое изложение показаний сторон в протоколе судебного заседания. Оснований утверждать о том, что замечания на протокол были рассмотрены судом первой инстанции с нарушением положений ст. 259 ч. 3 УПК РФ, не имеется.

Суд привел убедительные мотивы, по которым он согласился с одними доказательствами и отверг другие.

В приговоре дана обоснованная оценка оглашенным по ходатайству осужденного материалам уголовного дела, которые не опровергают и не подтверждают виновность ФИО1 С указанной оценкой полностью соглашается и суд апелляционной инстанции.

Предварительное следствие и судебное разбирательство по делу проведены с достаточной полнотой.

Выводы суда основаны на исследованной в ходе судебного разбирательства доказательственной базе, которая признана судом первой инстанции достаточной, чтобы прийти к выводам о виновности ФИО1, изложенным в приговоре. В апелляционных жалобах осужденного и защитника отсутствуют убедительные доводы, которые могли тем либо иным образом повлиять на правильность этих выводов.

Из протокола судебного заседания видно, что суд первой инстанции создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Сторона обвинения и сторона защиты активно пользовались правами, предоставленными им законом, в том числе исследуя представляемые сторонами доказательства, участвуя в допросах подсудимого, потерпевшего, свидетелей сторон, в разрешении иных процессуальных вопросов. Основанные на законе мнения и возражения сторон судом принимались во внимание.

Вопреки доводам осужденного и защитника, все заявленные сторонами в ходе судебного разбирательства ходатайства были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и в зависимости от значения их для правильного разрешения дела, с принятием по ним должных решений и их убедительной мотивацией. Отклонение ряда из заявленных стороной защиты ходатайств, не свидетельствует о незаконности действий суда. 

Исходя из смысла закона, неудовлетворенность стороны защиты по делу принятыми судом решениями по вопросам, возникающим в ходе разбирательства дела, а также окончательным решением по делу, не является поводом для уличения суда в предвзятости и в утрате объективности.

Поскольку виновность осужденного полностью подтверждена совокупностью достоверных доказательств, то все доводы апелляционных жалоб о необоснованном осуждении ФИО1 суд апелляционной инстанции находит неубедительными. 

Правильно установив фактические обстоятельства уголовного дела, суд первой инстанции дал правильную юридическую оценку действиям ФИО1 по эпизоду хищения быка у потерпевшего Потерпевший №1, квалифицировав их по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с причинением значительного ущерба гражданину. 

Не указание в приговоре на то, как осужденный распорядился тушей убитого быка, не влияет на правильность квалификации содеянного ФИО1 по ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Оснований для изменения юридической оценки содеянного осужденным по указанному эпизоду, данной судом первой инстанции, оправдания осужденного, не имеется.

Вместе с тем относительно выводов суда первой инстанции о квалификации действий осужденного по ч. 1 ст. 222 УК РФ апелляционная инстанция приходит к следующим выводам.

Как следует из описания в приговоре совершенного ФИО1 преступления, он, находясь в неустановленном месте, в неустановленное время, не позднее 03.04.2024, имея умысел на незаконные приобретение и хранение огнестрельного оружия и боеприпасов к нему, обнаружил и приобрел карабин модели ТОЗ-16, 1948 года выпуска, калибром 5,6 мм, винтовку модели ТОЗ-8м, 1945 года выпуска, калибром 5,6 мм, 394 матрона калибра 5,6 мм, 74 патрона калибра 5,45 мм, 17 патронов калибра 9 мм, 3 патрона калибра 7,62х39 мм, 1 патрон калибра 7,62х54 мм. 

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежит доказыванию событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления). 

Из п. 1 ст. 307 УПК РФ следует, что описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием, в том числе и времени его совершения. 

Вместе с тем, как следует из материалов уголовного дела, в том числе из постановления о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого и обвинительного заключения, ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного разбирательства уголовного дела по существу, точное начало периода приобретения ФИО1 оружия и боеприпасов к нему не установлено. При этом приведенная в приговоре формулировка периода приобретения ФИО1 оружия и боеприпасов допускает неопределенность, не исключающую истечение срока давности привлечения ФИО1 к уголовной ответственности за данное действие. 

При таких обстоятельствах, с учетом тяжести инкриминируемого ФИО1 деяния по ч. 1 ст. 228 УК РФ и не установления точного начала периода приобретения ФИО1 огнестрельного оружия и боеприпасов к нему, ФИО1 не мог быть привлечен к уголовной ответственности в части совершения им незаконного приобретения огнестрельного оружия и боеприпасов к нему. 

В связи с изложенным из осуждения ФИО1 по ч. 1 ст. 222 УК РФ подлежит исключению квалифицирующий признак «незаконное приобретение огнестрельного оружия и боеприпасов к нему (за исключением крупнокалиберного огнестрельного оружия, его основных частей и боеприпасов к нему, гражданского огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия, его основных частей и патронов к нему, огнестрельного оружия ограниченного поражения, его основных частей и патронов к нему)», а действия ФИО1 следует квалифицировать по ч. 1 ст. 222 УК РФ, как незаконное хранение огнестрельного оружия и боеприпасов к нему (за исключением крупнокалиберного огнестрельного оружия, его основных частей и боеприпасов к нему, гражданского огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия, его основных частей и патронов к нему, огнестрельного оружия ограниченного поражения, его основных частей и патронов к нему).

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами как апелляционной жалобы потерпевшего Потерпевший №1 о чрезмерной мягкости назначенного ФИО1 наказания, так и с доводами апелляционных жалоб защитника и осужденного о несправедливости приговора и ненадлежащей оценки судом данных о личности ФИО1, смягчающих обстоятельств.

Как следует из мотивировочной части приговора, при назначении наказания наказание осужденному суд первой инстанции учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности виновного, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Учитывая сведения о личности осужденного, суд принял во внимание, что он впервые привлекается к уголовной ответственности, имеет постоянное место жительства, не работает, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, удовлетворительно характеризуется по месту жительства.

Смягчающим наказание ФИО1 обстоятельством по каждому из эпизодов инкриминируемых ему деяний суд первой инстанции признал на основании п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ наличие малолетнего ребенка у виновного.

Отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств судом первой инстанции не установлено. 

При определении наказания осужденному по каждому из эпизодов совершенных преступлений суд в достаточной степени учел все вышеуказанные обстоятельства и данные о его личности. Правовых оснований к признанию смягчающими наказание осужденного иных обстоятельств, кроме установленных судом первой инстанции, суд апелляционной инстанции ни из доводов стороны защиты, ни из материалов уголовного дела не усматривает.

Суд первой инстанции мотивировал в приговоре свои выводы о невозможности исправления осужденного ФИО1 без изоляции от общества, и не нашел оснований для применения в отношении него положений ст.ст. 64, 73 УК РФ. Не усматривает таких оснований и апелляционная инстанция.

При решении вопроса о применении положений ст. 64 УК РФ наряду с данными о личности осужденного, должны учитываться цели и мотивы преступлений, а также другие обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности преступлений, каковых судом по уголовному делу в отношении ФИО1 справедливо не установлено.

По смыслу закона, условное осуждение в соответствии со ст. 73 УК РФ применяется в тех случаях, когда характер и степень общественной опасности преступления и личности виновного свидетельствуют об отсутствии необходимости реального применения уголовного наказания, а достижение цели исправления осужденного возможно без применения к нему ограничений, связанных с реальным воздействием наказания. Учитывая конкретные обстоятельства дела и личность виновного, суд справедливо не усмотрел оснований для применения к осужденному положений ст. 73 УК РФ об условном осуждении.

С учетом фактических обстоятельств, характера и степени общественной опасности совершенных ФИО1 преступлений, решение суда первой инстанции об отсутствии оснований для изменения их категории на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ является правильным.

Назначение основного наказания осужденному ФИО1 в виде реального лишения свободы по каждому из эпизодов совершенных преступлений судом подробно мотивировано, срок основного наказания осужденному определен судом не в максимальных в пределах санкций ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 222 УК РФ, при наличии смягчающего обстоятельства и отсутствии отягчающих обстоятельств. Решение суда о назначении осужденному по ч. 1 ст. 222 УК РФ предусмотренного санкцией данной статьи дополнительного наказания в виде штрафа, является верным, при этом апелляционная инстанция отмечает количество и характер военного назначения незаконно хранимых ФИО1 боеприпасов.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 ноября 2012 г. № 26 «О применении норм Уголовно-процессуального Кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции», с учетом требований части 1 статьи 389.24 УПК РФ суд апелляционной инстанции может принять решение, ухудшающее положение осужденного по отношению к приговору суда первой инстанции, не иначе как по представлению прокурора и (или) жалобе потерпевшего, частного обвинителя, их законных представителей и (или) представителей. При этом суд не вправе выходить за пределы доводов жалобы или представления.

Учитывая данные законоположения, несмотря на назначение ФИО1, при отсутствии оснований для назначения ему наказания с применением положений ст. 64 УК РФ, размера основного наказания в виде лишения свободы по ч. 1 ст. 222 УК РФ ниже низшего предела, предусмотренного санкцией ч. 1 ст. 222 УК РФ, при отсутствии апелляционного представления прокурора, суд апелляционной инстанции не оспаривает правильность назначения ФИО1 размера наказания в виде лишения свободы. 

При этом апелляционная инстанция отмечает, что, несмотря на признание по настоящему уголовному делу Потерпевший №1 потерпевшим по факту кражи у него осужденным быка по ч. 2 ст. 158 УК РФ, он не может являться потерпевшим по отношению к совершенному ФИО1 преступлению по ч. 1 ст. 222 УК РФ. Кроме того, по смыслу ст. 222 УК РФ объектом данного преступления является общественная безопасность в сфере оборота огнестрельного оружия, его основных частей и боеприпасов к нему, по которому физическое лицо не может быть признано потерпевшим.

При таких обстоятельствах доводы апелляционной жалобы потерпевшего Потерпевший №1 относительно необходимости усиления назначенного ФИО1 наказания по ч. 1 ст. 222 УК РФ не могут быть приняты во внимание в качестве апелляционного повода применительно к ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ. 

Окончательное наказание осужденному по совокупности преступлений назначено верно, в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 69 УК РФ. 

Вид исправительного учреждения – колония-поселение, в котором осужденному ФИО1 надлежит отбывать назначенное наказание, судом первой инстанции определен в соответствии с требованиями п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Тот факт, что оценка, данная судом указанным обстоятельствам, расходится с их оценками, данными потерпевшим, защитником и осужденным в апелляционных жалобах, не может служить основанием для их учета при назначении осужденному наказания.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что при избрании наказания осужденному в виде реального лишения свободы суд выполнил требования закона о строго индивидуальном подходе, с учетом всей совокупности обстоятельств, влияющих на назначение данного вида наказания, отвечающего целям исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного о необоснованном удовлетворении судом исковых требований потерпевшего о возмещении ему имущественного ущерба, причиненного преступлением, суд верно руководствовался требованиями ст. 1064 ГК РФ, с учетом разъяснений постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2020 №23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу».

Оснований для отмены или изменения приговора по доводам апелляционных жалоб потерпевшего и стороны защиты, указывающих на обстоятельства, которые получили должную оценку в судебном решении, апелляционная инстанция не усматривает.

Между тем, с учетом исключения из осуждения ФИО1 по ч. 1 ст. 222 УК РФ квалифицирующего признака «незаконное приобретение огнестрельного оружия и боеприпасов к нему», судебная коллегия полагает необходимым назначить ФИО1 по ч. 1 ст. 222 УК РФ, а как следствие и по совокупности преступлений по ч. 2 ст. 69 УК РФ, более мягкое наказание.

Иных оснований для изменения приговора в апелляционном порядке судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Шолоховского районного суда Ростовской области от 6 февраля 2025 года в отношении ФИО1 – изменить.

Исключить из осуждения ФИО1 по ч. 1 ст. 222 УК РФ квалифицирующий признак «незаконное приобретение огнестрельного оружия и боеприпасов к нему (за исключением крупнокалиберного огнестрельного оружия, его основных частей и боеприпасов к нему, гражданского огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия, его основных частей и патронов к нему, огнестрельного оружия ограниченного поражения, его основных частей и патронов к нему)».

Квалифицировать действия ФИО1 по ч. 1 ст. 222 УК РФ, как незаконное хранение огнестрельного оружия и боеприпасов к нему (за исключением крупнокалиберного огнестрельного оружия, его основных частей и боеприпасов к нему, гражданского огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия, его основных частей и патронов к нему, огнестрельного оружия ограниченного поражения, его основных частей и патронов к нему).

Назначить ФИО1 наказание по ч. 1 ст. 222 УК РФ в виде лишения свободы на срок 1 год 11 месяцев со штрафом в размере 40 000 рублей.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 222 УК РФ, путем частичного сложения наказаний, назначить ФИО1 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 11 месяцев со штрафом в размере 40 000 рублей с отбыванием основного наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев с момента его вынесения. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: