ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

Дело № 1-51/2020

Производство № 22-3162/2020 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Симферополь 08 декабря 2020 года

Верховный Суд Республики Крым Российской Федерации в составе: председательствующего судьи - Лебедя О.Д.,

при секретаре – ФИО5,

с участием прокурора – Аметовой Д.С., 

осужденного – ФИО1, 

защитника – адвоката Удовиченко Б.В., представившего ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Советского районного суда Республики Крым от 24 сентября 2020 года, в отношении: 

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, гражданина Российской Федерации, ранее не судимого, 

осужденного по ч.1 ст. 285 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 30000 (тридцать тысяч) рублей.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменений до вступления приговора в законную силу.

Разрешен вопрос с вещественными доказательствами. 

Заслушав доклад судьи Лебедя О.Д. по материалам уголовного дела и доводам апелляционной жалобы осужденного, выслушав мнение осужденного и его защитника, которые поддержали доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора, который возражал против доводов апелляционной жалобы, полагавшего, что приговор суда является законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в злоупотреблении должностным лицом полномочиями, то есть использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества, государства. 

Преступление совершено в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по адресу: Республика Крым, 

<

адрес>, пгт. Советский, 

<

адрес>, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В суде первой инстанции ФИО1 вину не признал, пояснил, что между ним и ФИО8 отсутствовала какая – либо договоренность о том, что ФИО8 будет числиться работником учебного заведения, а выполнять трудовые обязанности не будет. Личная заинтересованность в приобретении трудового стажа ФИО8 у него отсутствовала.

Осужденный ФИО1 в апелляционной жалобе просит приговор суда отменить, оправдать его в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 285 УК РФ.

Полагает, что приговор суда не соответствует фактическим обстоятельствам дела. При этом судом были допущены существенные нарушения уголовно – процессуального закона, которые повлияли на вынесение законного судебного решения. Анализируя показания допрошенных в судебном заседании свидетелей, обращает внимание, что ни один из допрошенных свидетелей не пояснил о том, что между ФИО1 и ФИО8 существовала какая – либо договоренность, либо что ФИО1 знал о том, что ФИО2 фактически не работает, или что указанная договоренность имела места для поддержания дружеских отношений, или что ФИО2 указанное трудоустройство необходимо для наличия трудового стажа. Также указанные свидетели пояснили, что ни разу не видели вместе ФИО2 и ФИО1 ни в школе ни в повседневной жизни. Полагает, что суд безосновательно не оценил критически показания свидетеля ФИО23, поскольку его показания строятся на предположениях, источник осведомленности указанного свидетеля является неустановленным. Также просит критически оценить показания свидетеля ФИО10, который давал противоречивые показания, кроме того из его показаний усматривается, что очевидцами разговора между ФИО1 и ФИО2 или тем более об их договоренности, он не был, а его выводы о наличии такой договоренности основаны на предположениях. Обращает внимание, что показания свидетеля ФИО8, данные им в судебном заседании, в полном объеме опровергают версию следователя о личной заинтересованности ФИО1 в трудоустройстве ФИО8, этому обстоятельству суд также не дал надлежащей оценки. Обращает внимание на показания свидетелей стороны защиты, из анализа которых следует вывод о наличии заинтересованности ФИО9 в оговоре ФИО1. Просит учесть показания ФИО1, который утверждал о том, что ему до 2017 года не было известно о том, что вместо ФИО8 работу сторожа выполнял ФИО10 В 2017 года, после того как ФИО8 заявил о том, что будет увольняться, он попросил ФИО3 не увольняться, пока не найдет ему замену, и попросил ФИО4 выполнять работу за ФИО2, при этом мотивом указанных действий было исключительно желание поддерживать нормальное функционирование работы школы. При этом он искал сотрудника на место сторожа, размещая соответствующие объявления. Полагает, что указанные действия свидетельствуют о том, что у него не были никакой личной заинтересованности, что опровергает предъявленное обвинение. Указывает, что суд первой инстанции не дал надлежащей оценки показаниям свидетелей как стороны обвинения так и стороны защиты, а также показаниям самого ФИО1.

Также просит учесть, что ФИО1, как должностное лицо не был надлежащим образом ознакомлен со своими правами и обязанностями, подписывал только последние листы не утвержденных должностных инструкций, которые не были на момент подписания прошиты. При этом, показания свидетелей ФИО11, ФИО12 о порядке утверждения должностных инструкций не опровергают доводы ФИО1 о том, что он не был должным образом ознакомлен со своими должностными обязанностями, что исключает возможность вменения должностного преступления как следствия нарушения каких-то должностных обязанностей, с содержанием которых ФИО1 не был ознакомлен. Полагает, что стороной обвинения не доказаны обстоятельства возникновения умысла на совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст. 285 УК РФ. 

Также полагает, что протокол осмотра места происшествия подлежит исключению из числа доказательств, так как был составлен с грубыми процессуальными нарушениями, поскольку в ходе обыска была произведена выемка, однако понятые отсутствовали, видео – съемка не проводилась. Указывает, что протоколы осмотра места происшествия имеют признаки фальсификации, поскольку участник ОМП ФИО6 в одно и то же время участвовал в нескольких следственных действиях в двух разных местах. 

Считает, что не установлено время совершения преступления, а также место совершения преступления и возникновения умысла. Кроме того ФИО1 не было разъяснено право на реабилитацию при прекращении уголовного дела по ч.1 ст. 286 УК РФ в рамках данного уголовного дела. Обращает внимание, что в обвинении не указано конкретные обязанности и права, злоупотребление которыми вопреки интересам службы ставится в вину ФИО1 Кроме того полагает, что не доказано наличие обязательного признака субъективной стороны состава преступления, а именно наличие мотива как иной личной заинтересованности в виде поддержание дружеских отношений с ФИО2, поскольку указанные выводы носят исключительно общий, предположительный характер. Кому – либо ФИО1 своими действиями ущерба не причинил, вреда не нанес, следовательно, в действиях ФИО1 отсутствует состав преступления, при этом указание стороны обвинения о нарушении прав неопределенного круга граждан, желающих трудоустроиться, являются надуманным. Кроме того просит учесть, что ни одни гражданин при наличии вакансии и объявлений о трудоустройстве не обратился с заявлением о приеме на работу. 

Полагает, что положенные в основу приговора доказательства были оценены судом первой инстанции не полно, в связи с чем суд пришел к ошибочному выводу о доказанности вины ФИО1 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции, приходит к следующему выводу. 

Согласно ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

Суд проанализировал все исследованные доказательства в их совокупности и дал им надлежащую правовую оценку с приведением мотивов, по которым принял во внимание одни доказательства и критически оценил другие.

Вывод суда о виновности осужденного в совершении преступления соответствует фактическим обстоятельствам дела и подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств. 

Так, суд обоснованно положил в основу приговора показания ФИО1, оглашенные в судебном заседании в порядке ст. 276 УПК РФ, из которых следует, что с 2017 года он знал, что работу за ФИО8 вначале выполнял ФИО10, а затем ФИО13 При каких обстоятельствах зарплатная карта ФИО2 вначале была у ФИО4, а затем у ФИО7, он не знает (т.7 л.д. 62-64).

Из показаний свидетеля ФИО23 следует, что с декабря 2016 года принят на должность заместителя директора по административно –хозяйственной части. При изучении табеля учета рабочего времени установил, что в качестве сторожа числится ФИО8, а работу за него выполняет ФИО10 В ходе беседы с ФИО4 узнал, что тот выполняет работу за ФИО2 по договоренности с директором школы ФИО1 При этом ФИО1 ему сказал по поводу ФИО2, что так было до тебя, так будет и сейчас. Затем ему стало известно, что ФИО2 перевели на должность дворника, но работу за него выполнял кто-то другой. ФИО2 видел в школе 2-3 раза, он приходил в школу по вопросам, не связанным с работой. 

Из показаний свидетеля ФИО10, данных им в ходе предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ в связи с существенными противоречиями, следует, что работу за ФИО2 выполнял на протяжении четырех лет. При этом ФИО2 подошел к нему и сказал, что ему нужен стаж, но он не хочет больше работать сторожем и что он этот вопрос решит с ФИО1. В дальнейшем к нему подошел ФИО1 и сказал, что он будет работать дворником и неофициально сторожем и получать зарплату за двоих, при этом передал ему зарплатную карточку ФИО2 (т.7 л.д. 129). При этом, суд первой инстанции обоснованно положил в основу приговора показания этого свидетеля, данные ДД.ММ.ГГГГ и критически оценил его показания, данные ДД.ММ.ГГГГ, поскольку они противоречат как материалам дела, так и его показаниям, данных в ходе очной ставки ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что предложение работать сторожем вместо ФИО2 ему поступило примерно в 2013 или 2014 году (Т.7 л.д. 68-69).

Из показаний свидетелей ФИО14, ФИО15, ФИО16, данных в судебном заседании следует, что они работают учителями в школе. ФИО2 в качестве сторожа в школе никогда не видели.

Из показаний свидетеля ФИО17, оглашенных в судебном заседании в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ, следует, что работала секретарем в школе в 2017 - 2018 годах. ФИО2 с момента её трудоустройства в школе никогда не работал. В 2017 году по просьбе ФИО1 подготовила дополнительное соглашение для ФИО2 о переводе его с должности сторожа на должность дворника. При этом она знала, что ФИО2 в школе не работает. Под дополнительным соглашением ФИО2 так и не расписался, а поскольку в школе в 2018 году проводилась проверка, то она расписалась в указанном соглашении за ФИО2. Также по указанию ФИО1 она несколько раз писала заявление за ФИО2. Кроме того, после увольнения ФИО2 заполнила трудовую книжку и по указанию ФИО1 передала её сыну ФИО1 – ФИО27, который учился в этой же школе ( т.3 л.д. 138-139). Свидетель в судебном заседании в полном объеме подтвердил указанные показания. 

Также суд первой инстанции обоснованно положил в основу приговора показания свидетеля ФИО8, в той части, что он в 2013 -2014 году попросил ФИО10 поработать за него, он не увольнялся, зарплатная карточка находилась у ФИО10 В 2018 году его вызвал ФИО1 и уволил. При этом, суд критически оценил показания ФИО8 относительно характера его взаимоотношений с ФИО1, обоснованно положив в основу приговора его показания, данные в ходе предварительного следствия и оглашенные в судебном заседании в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ (т.3 л.д. 140-141), из которых следует, что с ФИО1 поддерживает дружеские отношения, они ходят друг к другу в гости. Указанные показания были даны свидетелем добровольно, замечаний при составлении протокола от свидетеля не поступило, в судебном заседании убедительных мотивом того, в связи с чем изменил свои показания, не привел. Также суд первой инстанции обоснованно положил в основу приговора показания свидетеля ФИО8, данные им в ходе очной ставки с ФИО10, ( т. 3 л.д. 199), из которых следует, что в 2013 году договорился с ФИО4 и ФИО1, чтобы за него работали и получали заработную плату, а ему шел трудовой стаж. При этом ФИО1 согласился ввиду дружеских отношений между ними. Суд первой инстанции обоснованно критически оценил изменения показания свидетеля ФИО8, как попытку помочь избежать уголовной ответственности ФИО1 ввиду дружеских отношений между ними. 

Из показаний свидетеля ФИО18, данных как в ходе судебного заседания, так и оглашенных в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ следует, что работает сторожем в школе. С ФИО2 знаком, однако тот никогда в школе сторожем не работал. За него на смену заступал ФИО10(т. 2 л.д. 183).

Из показаний свидетелей ФИО19, ФИО20, данных им непосредственно в судебном заседании, а также показаний свидетеля ФИО13, оглашенных в судебном заседании в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ (т. 2 л.д. 172-173) следует, что ФИО2 числился сторожем, но за него работу выполнял ФИО4. Когда ФИО2 стал числится дворником, то работу за него выполнял ФИО13,А., у которого была заработная карточка на имя ФИО2, по которой он получал заработную плату.

Как следует из заявления первого заместителя главы администрации 

<

адрес> Республики Крым ФИО21, она сообщает, что на основании служебной записки МКУ «Отдел образования администрации 

<

адрес> Республики Крым» ФИО11 и на основании служебного расследования в действиях директора МБОУ «ФИО28 № с крымскотатарским языком обучения» у ФИО1 усматриваются признаки преступления (т.1 л.д. 10). 

Согласно служебной записки начальника МКУ «Отдела образования администрации 

<

адрес> Республики Крым ФИО11, в ходе проверки выявлен факт фиктивного трудоустройства сторожа ФИО8 (т.1 л.д. 17-18). 

Согласно протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, в кабинете № МКУ «Центр обеспечения ДМОУ» обнаружены и изъяты документы о заработной плате за июль, августа, сентябрь, октябрь 2018 года МБОУ «Советская средняя школа №», а также табеля и приказы за 2017 год (т.1 л.д. 39-41). 

Как следует из протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, проведенного в МБОУ «ФИО28 3 с крымскотатарским языком обучения», у ФИО13 была изъята пластиковая карточка на имя ФИО22, что подтверждает факт выполнения трудовых обязанностей за ФИО8 ФИО13 и получения ФИО13 заработной платы за ФИО8 (т. 1 л.д. 46-52). 

Согласно расчетным листам по заработной плате на имя ФИО8 установлено, что ФИО8 с января 2015 года по ноябрь 2018 года МБОУ «ФИО28 № с крымско – татарским языком обучения» начислялась заработная плата и стимулирующие выплаты (т.1 л.д. 166-188).

Как следует из протокола осмотра документов от ДД.ММ.ГГГГ, был осмотрен «Журнал передачи дежурств сторожами МБОУ «ФИО28 3 с крымско – татрским языком обучения», из которого следует, что ФИО8 не заступал на дежурства по охране в качестве сторожа (т.2 л.д. 50-56).

Как следует из протокола осмотра документов, начатого ДД.ММ.ГГГГ, оконченного ДД.ММ.ГГГГ, в том числе приказов о приеме на работу, о предоставлении отпусков, о выплате материальной помощи, установлении надбавки за выслугу лет, а также табелей учета рабочего времени и иных документов, установлено, что ФИО8 начислялась заработная плата и социальные выплаты в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, из которых осуществлялись обязательные начисления, в том числе в Пенсионный фонд Российской Фкедерации (т.2 л.д. 58-98). 

Согласно заключения судебно – почерковедческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, рукописный текст в заявлении от имени ФИО8, начинающийся со слов «Прошу уволить меня» и заканчивающейся словами «по собственному желанию» выполнен ХФИО8 (т.3 л.д. 49-67). 

Как следует из протокола обыска от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО8 добровольно выдал трудовую книжку на свое имя, в которой внесены сведения о его трудовой деятельности (т.3 л.д. 151-152). 

Согласно выписок, предоставленных МКУ «Центр обеспечения деятельности муниципальных учреждений», установлено, что отчислялись взносы в государственные внебюджетные фонды, предусмотренные Федеральным законом «О страховых взносах» в Пенсионный фонд РФ, Фонд социального страхования РФ, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования в связи с трудовой деятельностью ФИО8 в МБОУ «ФИО28 3 с крымскотатарским языком обучения (т.3 л.д. 184-195). 

Согласно трудовых договоров, заключенных между ФИО1 с одной стороны и 

<

адрес> (т.3 л.д. 202-206, 207-208, 210-212, 213-216), ФИО1 принимался на должность руководителя МБОУ «ФИО28 3 с крымско – татарским языком обучения», был наделен организационно – распорядительными административно – хозяйственными полномочиями. 

Согласно устава муниципального бюджетного общеобразовательного учреждения «Советская средняя школа № с крымскотатарским языком обучения» 

<

адрес> Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ №-рг, ФИО1 был наделен кругом служебных полномочий организационно – распорядительного и административно – хозяйственного характера, то есть являлся должностным лицом (т.5 л.д. 88-100). 

Из должностных инструкций директора муниципального бюджетного общеобразовательного учреждения «Советская средняя школа № с крымскотатарским языком обучения» 

<

адрес> Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 был наделен кругом служебных полномочий организационно – распорядительного и административно – хозяйственного характера, то есть являлся должностным лицом, в том числе мог распоряжаться денежными средствами, находящимися на счету Учреждения (т.5 л.д. 116-132). 

Согласно сведениям, предоставленным Центром по выплате пенсий и обработке информации Пенсионного фонда РФ по Республике Крым, в региональной базе данных на застрахованное лицо ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения имеются сведения, составляющие пенсионные права в период с ДД.ММ.ГГГГ по ноябрь 2018 года для включения в индивидуальный лицевой счет и предоставленные МБОУ «Советская средняя школа №» с крымскотатарским языком обучения 

<

адрес> Республики Крым (т.7 л.д. 49-50). 

Проанализировав все собранные по делу доказательства, дав им оценку в соответствии с требованиями ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ, суд привел в приговоре основания, по которым отверг все доводы осужденного ФИО1 о том, что он не совершал инкриминируемого ему преступления. 

Правила проверки и оценки доказательств, предусмотренные статьями 87 и 88 УПК РФ судом не нарушены. 

При этом суд, как это предусмотрено ст. 307 УПК РФ, учел доводы стороны защиты, указал мотивы, по которым в основу приговора положены одни и отвергнуты другие доказательства. 

Правильность и объективность оценки доказательств, данной судом, сомнений не вызывает. Вопреки доводам осужденного, все приведенные в приговоре доказательства, получены с соблюдением требований уголовно – процессуального законодательства и являются допустимыми и достаточными для признания его виновным в совершении указанного преступления.

Указание ФИО1 о том, что ни один из допрошенных свидетелей не указывал на наличие каких-либо договоренностей между ФИО1 и ФИО8, либо о том, что ФИО1 знал о том, что ФИО8 фактически не работает, также не говорили о том, что видели вместе ФИО1 и ФИО2, не указывали на наличие дружеских отношений между ФИО1 и ФИО8 не свидетельствует о том, что в действиях ФИО1 отсутствует состав инкриминируемого ему преступления. При этом свидетели давали показания об обстоятельствах, которые были им известны и которые имеют значение для разрешения уголовного дела. 

При этом, вопреки доводам ФИО1, суд обоснованно положил в основу приговора показания свидетелей ФИО23 и ФИО10 Оснований полагать, что показания свидетеля ФИО23 строятся на предположениях и неустановленных источниках, не имеется. Так, ФИО23 прямо указал на источник своей осведомленности, а именно указал, что узнал о том, что ФИО8 фактически числится, но не работает, когда изучал табеля учета рабочего времени. Также пояснил, что ФИО10 в ходе беседы сказал о том, что выполнял работу за ФИО2. Также отсутствуют основания полагать, что показания ФИО10 являются предположениями, поскольку из его показаний, данных непосредственно в судебном заседании, а также из показаний, оглашенных в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ следует, что выходить на работу вместо ФИО2 ему разрешил ФИО1. Кроме того, указал о том, что ФИО2 ему лично сказал о том, что больше не хочет работать сторожем, но ему нужен трудовой стаж, предложил ему работать вместо него, кроме того сказал, что решит этот вопрос с ФИО1 Затем к нему подошел ФИО1 и сказал, что ФИО4 будет работать за себя и за ФИО2 неофициально и получать зарплату за двоих.

При этом, оснований полагать, что ФИО23 оговорил ФИО1, не имеется. При этом ФИО23 назвал источник своей осведомленности и сообщил о тех обстоятельствах, которые ему были известны. Доводы ФИО1 о личной заинтересованности свидетеля ФИО23 суд апелляционной инстанции признает несостоятельными. 

При этом суд первой инстанции обоснованно критически оценил показания ФИО1 о том, что до 2017 года ему не было известно о том, что вместо ФИО2 работу выполнял ФИО10, поскольку указанные показания в полной мере опровергаются совокупностью собранных по делу доказательств. 

Доводы ФИО1 о том, что у него не было никакой личной заинтересованности, поскольку он искал сотрудника на место сторожа, так как ФИО2 хотел уволиться, а он его попросил этого не делать, пока не найдет ему замену, опровергаются доказательствами, обоснованно положенными в основу приговора, в том числе показаниями свидетеля ФИО4, из которых следует, что он с 2013 года работал вместо ФИО2. При этом ФИО1 ему сказал, что он будет работать за двоих и получать заработную плату за ФИО2, после чего передал ему заработную карточку ФИО2. 

Доводы ФИО1 о том, что он не был надлежащим образом ознакомлен со своими правами и обязанностями проверялись судом первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку он был ознакомлен с должностными инструкциями, что подтверждается его личными подписями. При этом, каких-либо замечаний по поводу подписания указанных инструкций, ФИО1 не делал. Как обоснованно указал суд первой инстанции, показания свидетелей ФИО11 и ФИО24 не опровергают тот факт, что ФИО1 был ознакомлен с должностными инструкциями. С указанными выводами соглашается и суд апелляционной инстанции. 

Доводы ФИО1 о том, что протоколы осмотра места происшествия (т.1 л.д. 31-38, т.1 л.д. 39-41, т.1 л.д. 53-59) являются недопустимыми доказательствами, были предметом проверки судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты как несостоятельные. С указанными выводами соглашается и суд апелляционной инстанции, поскольку не установлено существенных нарушений предусмотренного уголовно – процессуальным законодательством порядка собирания и закрепления доказательств. Указанные протоколы составлены уполномоченным должностным лицом, при проведении следственного действия осуществлялась фотосъемка для фиксации хода и результатов следственного действия. Из показаний свидетелей ФИО25 и ФИО26 следует, что они являются сотрудниками полиции, также подтвердили, что следственные действия фактически проводились, какие – либо нарушения при их проведении не допускались. 

При этом, как обоснованно установлено судом первой инстанции, те недостатки, на которые указывала сторона защиты, и которые были допущены при составлении протоколов следственных действий, не свидетельствуют о фальсификации указанных доказательств. С указанными выводами соглашается и суд апелляционной инстанции, поскольку оснований ставить под сомнение достоверность и суть проводимых следственных действий не имеется. 

Вопреки доводам ФИО1 время, место совершения преступления и возникновение умысла установлено совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств. 

Доводы ФИО1 о том, что при прекращении уголовного преследования по ч.1 ст. 286 УК РФ ему не было разъяснено право на реабилитацию не имеет отношения к рассматриваемому уголовному делу и не свидетельствует о том, что права ФИО1 в рамках рассматриваемого уголовного дела были каким –либо образом нарушены. 

В соответствии со ст. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» от ДД.ММ.ГГГГ №, как злоупотребление должностными полномочиями должны квалифицироваться действия должностного лица, которое из корыстной или иной личной заинтересованности совершает входящие в круг его должностных полномочий действия при отсутствии обязательных условий или оснований для их совершения (например, прием на работу лиц, которые фактически трудовые обязанности не исполняют). 

Доводы ФИО1 о том, что не доказан мотив совершения преступления и что отсутствует существенный вред суд апелляционной инстанции признает несостоятельными, поскольку действиями ФИО1 были существенно нарушены законные интересы граждан, охраняемые законом интересы общества и государства, что выразилось в ограничении прав неопределенного круга граждан на трудоустройство, гарантированное ст. 37 Конституции РФ, а также в недостоверном отражении на индивидуальном лицевом счете ФИО8, открытом на его имя Пенсионным фондом Российской Федерации сведений о его трудовой деятельности в Муниципальном бюджетном общеобразовательном учреждении «Советская средняя школа № с крымскотатарским языком обучения» 

<

адрес> Республики Крым в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, которые создают условия для назначения в дальнейшем ФИО8 как застрахованному лицу в системе обязательного пенсионного страхования пенсии в соответствии с законодательством Российской Федерации. 

Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает также то обстоятельство, что согласно сведениями, полученными из ТО ГКУ «Центр занятости населения» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ТО ГКУ «Центр занятости населения» в 

<

адрес> на учете по профессиям сторожа состояло 153 человека, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ – 17 человек, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ (период, когда ФИО2 был переведен на должность дворника) – 2 человека на должность дворника. Указанным обстоятельством подтверждается тот факт, что имелись претенденты на занятие должностей сторожа, дворника, нуждающиеся в трудоустройстве и имевшие право трудоустройства. 

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что действия осужденного ФИО1 по ч.1 ст. 285 УК РФ как злоупотребление должностными полномочиями, то есть использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества, государства, квалифицированы верно.

В соответствии с ч.1 ст. 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса РФ.

При этом, в соответствии с ч.3 ст. 60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

При назначении наказания суд первой инстанции в качестве данных о личности учел, что ФИО1 работает, характеризуется положительно, женат, имеет на иждивении троих малолетних детей, ранее не судим, у врачей нарколога и психиатра не состоит. 

Обстоятельствами, смягчающими наказание судом обоснованно признано наличие троих малолетних детей, впервые привлечение к уголовной ответственности, положительные характеристики.

Обстоятельств, отягчающих наказание не установлено.

С учетом данных о личности осужденного ФИО1, тяжести преступления, а также конкретных обстоятельств дела, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для назначения осужденному наказания в виде штрафа, в пределах санкции данной статьи.

При этом, судом первой инстанции в достаточной степени мотивировано отсутствие оснований для назначения дополнительного вида наказания, а также применения положений ч.6 ст. 15, ст. 64 УК РФ. С указанными выводами соглашается и суд апелляционной инстанции. 

Назначенное наказание отвечает принципам восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого, и достижения целей, указанных в ч.2 ст. 43 УК РФ.

Нарушений требований уголовного и уголовно – процессуальных законов при рассмотрении дела, влекущих за собой отмену приговора, в апелляционном порядке не установлено, приговор суда отвечает требованиям статьи 297 УПК РФ и является законным, обоснованным и справедливым.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Советского районного суда Республики Крым от 24 сентября 2020 года в отношении ФИО1 – оставить без изменений, апелляционную жалобу осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК Российской Федерации.

Председательствующий: