Судья Русакова Е.А. Дело № 22-11041/2025

УИД 50RS0045-01-2024-004713-10

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

04 декабря 2025 года г. Красногорск

Московской области

Судебная коллегия по уголовным делам Московского областного суда в составе: председательствующего Колпаковой Е.А.,

судей Тришевой Ю.С., Абрамской О.А.,

при помощнике судьи Пашаян А.Р.,

с участием прокурора Неумойчева В.Н.,

осужденного ФИО1 и адвоката Павлухина А.А. в его защиту,

осужденного ФИО5 и адвоката Ерковича Е.В. в его защиту,

осужденного ФИО2 и адвоката Бабанова А.В. в его защиту,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные представления заместителей Химкинского городского прокурора Костика И.И., Сарафанова А.В., апелляционные жалобы осужденных ФИО1, ФИО2, адвоката Павлухина А.А. в защиту осужденного ФИО1, адвоката Бабанова А.В. в защиту осужденного ФИО2, адвокатов Данилова Е.П., Еркович Е.В. в защиту осужденного ФИО5

на приговор Химкинского городского суда Московской области от 

<

данные изъяты>, которым ФИО3 

<

данные изъяты>

- по ч. 3 ст. 285 УК РФ к 2 (двум) годам 6 (шести) месяцам лишения свободы, с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, с организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями на срок 2 года;

- по ч. 3 ст. 285 УК РФ к 2 (двум) годам 6 (шести) месяцам лишения свободы с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, с организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями на срок 2 года;

- по ч. 3 ст. 285 УК РФ к 2 (двум) годам 6 (шести) месяцам лишения свободы, с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, с организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями на срок 2 года;

- по п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ к 8 (восьми) годам лишения свободы, с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, с организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями на срок 5 лет, со штрафом в размере десятикратной суммы взятки, а именно в размере 

<

данные изъяты>;

- по ч. 1 ст. 30, п.п. «а,в» ч. 5 ст. 290 УК РФ к 3 (трем) годам лишения свободы;

на основании ч. ч. 3, 4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено наказание в виде 10 (десяти) лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, с организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями на срок 6 (шесть) лет, со штрафом в размере десятикратной суммы взятки, а именно в размере 

<

данные изъяты>;

наказание в виде штрафа постановлено исполнять самостоятельно.

срок отбывания наказания в виде лишения свободы исчислен со дня вступления приговора в законную силу; срок отбытия дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, с организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями, распространяется на все время отбывания наказания в виде лишения свободы, при этом, в соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ исчисляется с момента отбытия ФИО1 основного наказания в виде лишения свободы;

зачтено в срок отбывания наказания время нахождения под домашним арестом с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> из расчета, произведенного в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ, время содержания под стражей - с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> и с 

<

данные изъяты> до вступления приговора в законную силу из расчета, произведенного в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ;

в соответствии со ст. ст. 104.1 и 104.2 УК РФ взыскано с ФИО1 в доход государства 

<

данные изъяты> в счет конфискации денежных средств, полученных в результате совершения преступления;

ФИО2 

<

данные изъяты>

- по ч. 3 ст. 285 УК РФ к 2 (двум) годам 6 (шести) месяцам лишения свободы, с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, с организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями на срок 2 года;

- по ч. 1 ст. 30, п.п. «а,в» ч. 5 ст. 290 УК РФ к 3 (трем) годам лишения свободы;

на основании ч. ч. 3, 4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено наказание в виде 5 (пяти) лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, с организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями на срок 2 (два) года;

срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу;

зачтено в срок отбывания наказания время содержания под стражей с 

<

данные изъяты> до вступления приговора в законную силу из расчета, произведенного в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ;

срок отбывания наказания в виде лишения свободы исчислен со дня вступления приговора в законную силу; срок отбытия дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, с организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями, распространяется на все время отбывания наказания в виде лишения свободы, при этом, в соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ исчисляется с момента отбытия ФИО2 основного наказания в виде лишения свободы.

приговор Солнечногорского городского суда Московской области от 

<

данные изъяты> постановлено исполнять самостоятельно;

ФИО4 

<

данные изъяты>

- по ч. 3 ст. 285 УК РФ к 2 (двум) годам лишения свободы, с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, с организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями на срок 1 год;

- по ч. 3 ст. 285 УК РФ к 2 (двум) годам лишения свободы, с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, с организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями на срок 1 год;

- по п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ к 7 (семи) годам лишения свободы, с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, с организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями на срок 3 года, со штрафом в размере пятикратной суммы взятки, а именно в размере 200 000 рублей;

на основании ч. ч. 3, 4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено ФИО5 наказание в виде 7 (семи) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, с организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями на срок 4 (четыре) года, со штрафом в размере пятикратной суммы взятки, а именно в размере 

<

данные изъяты>;

наказание в виде штрафа постановлено исполнять самостоятельно;

срок отбывания наказания в виде лишения свободы исчислен со дня вступления приговора в законную силу; срок отбытия дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, с организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями, распространяется на все время отбывания наказания в виде лишения свободы, при этом, в соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ исчисляется с момента отбытия ФИО5 основного наказания в виде лишения свободы;

зачтено в срок отбывания наказания время нахождения под домашним арестом с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты>, из расчета, произведенного в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ, и время содержания под стражей с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> и с 

<

данные изъяты> до вступления приговора в законную силу, из расчета, произведенного в соответствии с п. «а» ч.3.1 ст. 72 УК РФ;

в соответствии со ст. ст. 104.1 и 104.2 УК РФ взыскано с ФИО5 в доход государства 

<

данные изъяты> в счет конфискации денежных средств, полученных в результате совершения преступления.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Колпаковой Е.А.

выступления осужденных ФИО1, ФИО5, ФИО2, адвоката Павлухина А.А. в защиту осужденного ФИО1, адвоката Бабанова А.В. в защиту осужденного ФИО2, адвоката Ерковича Е.В. в защиту осужденного ФИО5, подержавших доводы апелляционных жалоб,

мнение прокурора Неумойчева В.Н., полагавшего приговор суда оставить без изменения,

судебная коллегия

у с т а н о в и л а :

ФИО1 и ФИО5, каждый, осуждены:

- за получения взятки, то есть получение должностным лицом лично взятки в виде денег за совершение действий (бездействие) в пользу взяткодателя или представляемых им лиц, если указанные действия (бездействие) входят в служебные полномочия должностного лица, либо если оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям (бездействию), а равно за общее покровительство и попустительство по службе, за незаконные действия (бездействие), в значительном размере, группой лиц по предварительному сговору.

- за использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из корыстной и иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан и организаций и охраняемых законом интересов общества и государства, повлекшее тяжкие последствия;

- за использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из корыстной и иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан и организаций и охраняемых законом интересов общества и государства, повлекшее тяжкие последствия;

ФИО1 и ФИО2, каждый, осуждены

- за приготовление к получению должностным лицом лично и через посредника взятки в виде денег за совершение действий (бездействие) в пользу взяткодателя или представляемых им лиц, если указанные действия (бездействие) входят в служебные полномочия должностного лица, либо если оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям (бездействию), а равно за общее покровительство и попустительство по службе, за незаконные действия (бездействие), в крупном размере, группой лиц по предварительному сговору, то есть иное умышленное создание условий для совершения преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам;

- за использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из корыстной и иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан и организаций и охраняемых законом интересов общества и государства, повлекшее тяжкие последствия.

В судебном заседании ФИО1, ФИО2, ФИО5 виновными себя не признали.

В апелляционном представлении заместитель Химкинского городского прокурора Костик И.И., не оспаривая выводы суда о виновности, правовой оценке действий осужденных и назначенного им наказания, ставит вопрос об изменении приговора суда и взыскании с ФИО1 и ФИО5 в доход государства в счет конфискации денежных средств в размере суммы взятки 

<

данные изъяты>, полученных ими в результате совершения преступления;

указывает, что ФИО1 и ФИО5, являясь должностными лицами, получили лично в качестве взятки от Свидетель №1 денежные средства в сумме 

<

данные изъяты> за совершение действий (бездействия) в пользу взяткодателя и представляемого им Общества, при этом, приговором суда в счет конфискации денежных средств, полученных в результате совершения преступления, с них в доход государства взыскано 

<

данные изъяты> с каждого;

ссылаясь на положения п. «а» ч. 1 ст. 104.1, ч. 1 ст. 104.2 УК РФ, указывает, что сумма взятки в размере 

<

данные изъяты> подлежит взысканию в доход государства с ФИО1 и ФИО5

В апелляционном представлении заместитель Химкинского городского прокурора Сарафанов А.В. приводит аналогичные доводы и, кроме того, ставит вопрос о зачете ФИО5 в срок отбывания наказания времени исполнения меры пересечения в виде запрета определенных действий из расчета, произведенного в соответствии со ст. 72 УК РФ;

указывает, что приговором суда осужденному ФИО5 изменена мера пресечения с запрета определенных действий на заключение под стражу, он взят под стражу в зале суда, срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу; в срок отбывания наказания ФИО5 зачтено время содержания под стражей с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> и с 

<

данные изъяты> до вступления приговора в законную силу из расчета, произведенного в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, а также время содержания под домашним арестом с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> из расчета, произведенного в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ, однако, время исполнения меры пересечения в виде запрета определенных действий в срок отбывания наказания не зачтено.

В апелляционных жалобах и дополнениях к ним:

- осужденный ФИО1 считает приговор суда незаконным, необоснованным, немотивированным, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, существенного нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона и несправедливостью приговора;

ссылаясь на нарушение ст. 14 УПК РФ, указывает, что приговор основан на предположениях, считает, что его виновность в совершении преступлений не подтверждается совокупностью доказательств, в связи с чем, просит его оправдать;

указывает, что судом нарушены правила оценки доказательств; так, суд признал недостоверными все доказательства стороны защиты, включая показания свидетелей и письменные материалы (в том числе, вступившие в законную силу судебные акты), без надлежащего анализа их содержания, ограничившись формальной ссылкой на то, что они не подтверждены другими доказательствами, в то же время, противоречивые и несостоятельные показания единственного лица - ФИО5 признаны объективными и достоверными;

считает, что частичное признание вины ФИО5 свидетельствует лишь о его заинтересованности и имеет целью смягчение своей ответственности, в связи с чем, его показания не могут быть положены в основу приговора без соответствующей проверки и подтверждения другими доказательствами;

указывает, что в приговоре суд сослался на показания свидетелей, в которых не содержится никаких объективных доказательств его вины, незаконно привел в приговоре ссылки на протоколы явок с повинной Свидетель №1 и Свидетель №5, которые в судебном заседании не исследовались и в которых не содержится информации о его (ФИО3) причастности к какой-либо противоправной деятельности;

отмечает, что по эпизоду с муниципальным контрактом ООО «

<

данные изъяты>» 

<

данные изъяты>-Е от 

<

данные изъяты> судом не установлено, где, когда и при каких обстоятельствах им, якобы, были получены денежные средства в размере 

<

данные изъяты> указывает, что суд не принял во внимание тот факт, что данные денежные средства, полученные ФИО5 от директора ООО «

<

данные изъяты>», были потрачены им на личные нужды, а, якобы, переданные ему (ФИО3) 

<

данные изъяты> были одолжены ФИО5 у своих родителей;

указывает, что судом проигнорированы доводы защиты о том, что подписание им (ФИО3) актов выполненных работ по форме 

<

данные изъяты> являлось завершающей формальной стадией процедуры, которой предшествовала проверка и визирование документов непосредственно ответственным за приемку работ ФИО5;

по эпизоду с АО «

<

данные изъяты>» утверждает, что выдача ордера на производство земляных работ была законным действием в рамках его полномочий, при этом, проверка комплектности документов входила в обязанности сотрудников административно-технического отдела администрации; судом не установлено, каким образом он (ФИО3), был осведомлен о некомплектности документов, представленных АО «Квант» для получения ордера; также считает, что не доказана связь между выдачей ордера и последующими действиями АО «

<

данные изъяты>» по возможному размещению отходов;

ставит под сомнение выводы экспертизы о причинении ущерба, ссылаясь на то, что она проводилась спустя год после остановки деятельности АО «

<

данные изъяты>», при этом, земельный участок не охранялся и имел свободный доступ, что ставит под сомнение происхождение отходов и размер ущерба, причиненного АО «

<

данные изъяты>»; имеющиеся сомнения в объективности экспертизы, судом не устранены, дополнительная либо повторная экспертиза для установления обстоятельств причинения вреда земельному участку, не была назначена;

не согласен с квалификацией его действий по преступлениям и по ч. 3 ст. 285, и по п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ, при этом указывает на идентичное описание, якобы, совершенных деяний, без выделения и без установления каких-либо правовых последствий, необходимых для «идеальной совокупности» преступлений, в связи с чем, фактически он дважды бездоказательно привлечен к уголовной ответственности за одно и то же деяние;

кроме того, ссылается на то, что суд неправомерно допустил к участию в судебном процессе в качестве представителя администрации г.о. Солнечногорск гр-ку ФИО6 и положил в основу приговора ее показания, что считает существенным нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку ее полномочия не проверялись, а срок действия имеющейся доверенности истек; также ссылается на наличие в материалах дела письма администрации г.о. Солнечногорск и действующей доверенности на имя ФИО7;

считает, что суд незаконно и необоснованно не допустил к участию в деле в качестве защитника его супругу ФИО8, сославшись на наличие адвоката, осуществляющего его защиту по соглашению, что лишило его возможности собрать и представить характеризующие его документы в полном объеме и негативно сказалось на его психологическом состоянии;

просит приговор суда отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд, в ином составе.

- адвокат Павлухин А.А. в защиту осужденного ФИО1 считает приговор суда незаконным и необоснованным; указывает, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, и противоречат им; судом допущены существенные нарушения уголовно - процессуального закона, неправильно применен уголовный закон и осужденному ФИО1 назначено явно несправедливое наказание;

обращает внимание на то, что суд, оценивая доказательства, признал недостоверными фактические обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами, а также сделал ошибочный вывод о том, что показания свидетелей Свидетель №10, ФИО9, Свидетель №7, Свидетель №22, Свидетель №11, указанных в списке лиц, подлежащих вызову в судебное заседание, как свидетелей обвинения, являются попыткой стороны защиты посеять сомнение в объективности показаний представителя потерпевшего и свидетелей, при этом указывает, что сторона защиты не сомневается в объективности показаний указанных лиц, поскольку ни один из них не предоставил каких-либо сведений о причастности ФИО1 к инкриминируемым ему преступлениям, при этом считает не соответствующими действительности и противоречивыми показания ФИО5;

оспаривая показания ФИО5, утверждавшего, что сам он без помощи своего руководителя - заместителя главы администрации г.о. Солнечногорск МО по безопасности ФИО1 не мог обеспечить оплату муниципального контракта 

<

данные изъяты>-Е от 

<

данные изъяты>, заключенного с 

<

данные изъяты>., что послужило необходимостью передачи денежных средств в размере 

<

данные изъяты> ФИО1, обращает внимание, что в отношении второго муниципального контракта 

<

данные изъяты>-Е от 

<

данные изъяты>, заключенного с тем же исполнителем, ФИО5 без помощи уже уволенного ФИО1 представил ФИО9, находившемуся на ранее занимаемой ФИО1 должности, подписанные им (ФИО4) документы о надлежащем выполнении исполнителем указанного контракта, как основание для его оплаты, после чего ФИО9, будучи введенным в заблуждение, подписал акт выполненных работ, и оплата была проведена;

ссылается на показания свидетеля ФИО9 о том, что акт выполненных работ по муниципальному контракту 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, подписанный исполнителем ФИО5, подтвердившим надлежащее выполнение работ по договору со стороны ООО «

<

данные изъяты>», он подписал, поскольку обязанности по определению фактического исполнения условий муниципального контракта его должностные полномочия не содержат, а подписывая акт выполненных работ, он руководствовался позицией ФИО10, в должностные полномочия которого входила проверка исполнения контракта;

приводя показания ФИО5 о том, что никакой корыстной заинтересованности при исполнении муниципального контракта 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> он не имел, а являлся лишь посредником между ФИО1 и ФИО11 при передаче последним взятки ФИО1 за возможность оплаты по невыполненным обязательствам по контракту, обращает внимание на показания Свидетель №1 о том, что ФИО1 он не знает, ФИО5 никогда эту фамилию не называл и не сообщал, что без его помощи не сможет обеспечить оплату по муниципальному контракту; также ссылается на показания самого ФИО5, данные в качестве подозреваемого, из которых следует, что по муниципальному контракту 

<

данные изъяты>-Е от 

<

данные изъяты>, он полагал, что они работают по «старой схеме», и что в скором времени от Свидетель №1 ему придет материальное вознаграждение, что свидетельствует о том, что получателем вознаграждения от Свидетель №1 являлся именно ФИО5;

указывает, что ФИО5 в суде показал, что ФИО1 был осведомлен, что Свидетель №1 в качестве вознаграждения за подписание актов на выполненные работы по муниципальному контракту 

<

данные изъяты>-Е от 

<

данные изъяты> передает денежные средства в размере 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> рублей на личную банковскую карту ФИО5, и именно эта осведомленность подвигла ФИО1 к подписанию указанных актов, однако на очной ставке с ФИО1 ФИО5 утверждал, что никаких договоренностей между ним и ФИО1 о получении от Свидетель №1 денежных средств не было, данные обстоятельства ФИО1 он сообщил по личной инициативе, при этом ФИО1 не просил никаких денежных средств от Свидетель №1;

подвергая сомнению показания ФИО5 о том, что все акты выполненных работ по муниципальному контракту 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> ФИО1 подписал, исходя из корыстной заинтересованности, достоверно зная, что за их подписание последует оплата денежных средств в размере 

<

данные изъяты>, обращает внимание на то, что первый акт выполненных работ был подписан ФИО1 

<

данные изъяты>, т.е. в период, когда ФИО1 объективно не мог знать о том, что наполняемость контейнеров малая, и никаких договоренностей между Свидетель №1 и ФИО5 еще не было и быть не могло, поскольку Свидетель №15 (водитель-монтажник ООО «

<

данные изъяты>») информацию о малой наполняемости контейнеров сообщил своему руководителю Свидетель №1 только после 

<

данные изъяты>, однако в предшествующий этому период ФИО1 уже подписал один акт выполненных работ, а ФИО5 получил на свою банковскую карту от Свидетель №1 два денежных перевода в общей сумме 

<

данные изъяты>; ссылается на показания ФИО5 о том, что перечисленными ему Свидетель №1 денежными средствами он распорядился по собственному усмотрению, а 

<

данные изъяты> для передачи ФИО1 занял у своих родителей;

не соглашается с критической оценкой показаний осужденных ФИО1 и ФИО2 о непричастности к совершению преступлений, как непоследовательных, противоречивых и опровергающихся совокупностью доказательств, считает ее ошибочной и немотивированной; указывает, что, напротив, показания ФИО1 последовательны, не содержат противоречий и согласуются со всеми исследованными судом доказательствами по делу;

приводя в жалобе содержание показаний представителя потерпевшего ФИО6, свидетелей Свидетель №8, Свидетель №10, Свидетель №21, Свидетель №2, Свидетель №1, Свидетель №15, Свидетель №17, Свидетель №16, Свидетель №26, ФИО12, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №6, Свидетель №13, Свидетель №14, Свидетель №18, Свидетель №19 A.В., Свидетель №20, Свидетель №22 B.В., Свидетель №24, Свидетель №25, Свидетель №5, Свидетель №7, Свидетель №11, Свидетель №12, Свидетель №23, Свидетель №9, указывает, что никаких сведений о причастности ФИО1 к совершению каких-либо противоправных деяний они суду не сообщили, в связи с чем, суд, признав их объективными и достоверными, необоснованно указал, что они воссоздают целостную и ясную картину совершенных ФИО13, ФИО2, ФИО14 преступлений; анализируя данную судом оценку этим показаниям, обращает внимание, что ни ФИО1, ни он (его защитник), не приводили доводы о наличии оговора ФИО1 со стороны свидетелей или представителя потерпевшего;

указывает, что единственным доказательством обвинения ФИО1 в получении взятки в размере 

<

данные изъяты> от Свидетель №1 являются непоследовательные и противоречивые показания ФИО5, который оговорил ФИО1, при этом обращает внимание, что в 

<

данные изъяты> ФИО1 предпринимал действия, направленные на увольнение ФИО5 с занимаемой должности, и их не связывали дружеские отношения, поэтому получать от ФИО4 С,В. денежные средства, очевидно было не в интересах ФИО1;

указывает, что никто, кроме ФИО5, не сообщал о предназначении полученных им на свою банковскую карту денежных средств для ФИО1; также обращает внимание, что ФИО5 в целях оказания содействия своему знакомому Свидетель №1 использовал не только ФИО1, но и ФИО9;

указывает, что, несмотря на приводимые стороной защиты доводы и анализ содержащихся в показаниях ФИО5 противоречий, у суда не возникло сомнений в правдивости показаний последнего, правильности версии обвинения о наличии у ФИО1 корыстной заинтересованности и в виновности ФИО1 в получении через ФИО5 денежного вознаграждения (взятки) в размере 

<

данные изъяты>, несмотря на то, что в фабуле предъявленного ФИО1 обвинения отсутствует описание действий ФИО1, образующих объективную сторону вмененного преступления: когда именно, где именно и при каких обстоятельствах состоялась передача ФИО5 ФИО1 денежных средств в размере 

<

данные изъяты>, что лишило ФИО1 права на защиту от предъявленного обвинения;

по обвинению ФИО1 по ч. 3 ст. 285 УК РФ, связанному с фактом хищения бюджетных денежных средств в размере 

<

данные изъяты> при исполнении муниципального контракта 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, заключенного с ООО «

<

данные изъяты>», обращает внимание на то, что сведения, предоставленные ФИО5, о том, что он, якобы, сообщал ФИО1, как своему руководителю, о ненадлежащем исполнении подрядчиком вышеназванного контракта и передал ФИО1 денежные средства в размере 

<

данные изъяты>, достаточными для вывода о причастности ФИО1 к совершению инкриминируемого ему деяния не могут быть признаны, поскольку ничем более они не подтверждаются;

кроме того, указывает, что проверка объема и качества выполненных по муниципальным контрактам работ не входила в должностные полномочия ФИО1; подписанию им актов выполненных работ предшествовала проверка, проводимая сотрудниками Управления экологии и сотрудниками отдела по противодействию коррупции администрации г.о. Солнечногорск МО, которые проставили свои подписи в актах, поэтому у ФИО1 не было оснований полагать, что работы по муниципальному контракту не выполнены, либо выполнены не в полном объеме, либо ненадлежащего качества;

ссылается на наличие у ФИО5 оснований для оговора из-за личной неприязни к ФИО1, как к руководителю, который неоднократно предъявлял ему претензии за ненадлежащее исполнение им своих должностных обязанностей, вследствие чего, ФИО5 осенью 

<

данные изъяты> был вынужден писать заявление о своем увольнении с занимаемой должности; кроме того, оговор способствовал освобождению ФИО5 из ИВС и избранию в отношении него меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей; также с ФИО5 было подписано досудебное соглашение о сотрудничестве, которое в последующем было расторгнуто прокурором ввиду того, что ФИО5 никакой значимой информации в отношении ФИО1 не сообщил, а его лживые показания были опровергнуты;

указывает на юридическую несостоятельность предъявленного ФИО1 обвинения, согласно которому в результате злоупотребления ФИО1 своими должностными полномочиями руководителем ООО «

<

данные изъяты>» Свидетель №1 были похищены все денежные средства в размере 

<

данные изъяты>, которые являются ценой муниципального контракта; отмечает, что из этого следует вывод, что никакие работы со стороны ООО «

<

данные изъяты>» по исполнению контракта не производились, между тем, в действительности, исполнителем ООО «

<

данные изъяты>» в рамках исполнения вышеуказанного муниципального контракта были приобретены и установлены на территории г.о. Солнечногорск МО по 8-ми адресам специализированные контейнеры для сбора ртутьсодержащих отходов;

указывает, что квалификация действий ФИО1 по ч. 3 ст. 285 УК РФ обоснована причинением бюджету г.о. Солнечногорск МО ущерба на сумму 

<

данные изъяты>, что не может быть расценено как тяжкие последствия для бюджета муниципального образования, объем общих расходов которого на 

<

данные изъяты> и плановый период 

<

данные изъяты> определен в сумме 

<

данные изъяты>; необоснованным считает и вывод о том, что мотивом совершения ФИО1 преступления являлась его личная корыстная заинтересованность, а также факт нахождения ФИО1 и ФИО5 в дружеских отношениях;

указывает, что суд признал ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 285 УК РФ, при исполнении муниципального контракта 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, несмотря на то, что никаких документов на оплату он не подписывал, поскольку был уволен с занимаемой ранее должности через несколько дней после заключения данного контракта, а ФИО5 в этот раз использовал преемника ФИО1 - ФИО9, которого, так же как и ФИО1, ввел в заблуждение; при этом причинение ущерба на сумму 

<

данные изъяты> который возник в связи с подписанием акта выполненных работ от 

<

данные изъяты> иным должностным лицом - ФИО9, вменено в вину ФИО1; согласно позиции стороны обвинения, ФИО1 в период времени с 

<

данные изъяты> до своего увольнения 

<

данные изъяты>, предполагал получить некое вознаграждение и желал этого, однако о предложении ФИО1 вознаграждения, связанного с данным муниципальным контрактом, никто из допрошенных по делу лиц не сообщал; считает обвинение в этой части абсурдным;

полагает, что не было доказано участие ФИО1 в приготовлении к получению взятки от директора АО «

<

данные изъяты>» Свидетель №5, ссылается на то, что стороной обвинения не представлено и судом не было исследовано ни одного доказательства, подтверждающего обвинение ФИО1 в этой части;

утверждает, что ни одно из действий, вмененных ФИО1 в вину, как составляющих частей реализуемого им преступного умысла, ФИО1 не совершал, а сформулированные в приговоре суждения являются необоснованными и голословными;

указывает, что вменение ФИО1 в вину подписания в марте 

<

данные изъяты> двух ордеров на производство земляных работ, что расценено как совершение в соучастии с ФИО2 преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 285 УК РФ, имело место без каких-либо оснований и с одной лишь целью - продолжения содержания ФИО1 под стражей;

ссылается на показания ФИО1 о том, что он не помнит обстоятельств подписания указанных ордеров, поскольку такие документы подписывал ежемесячно в большом количестве, никто из руководителей и сотрудников АО «

<

данные изъяты>» ему не знаком, и он не мог заведомо знать, что предоставленные ему сотрудниками администрации документы, якобы, не соответствуют регламенту, поскольку сам ФИО1 с этим регламентом не знаком, в его должностные полномочия знание данного регламента не входило, у него не было соответствующих профессиональных знаний, а документы ему приносили на подпись уполномоченные сотрудники администрации г.о. Солнечногорск, в должностные обязанности которых и входило решение вопроса о соответствии предоставленных документов регламентам; указанные лица проверили документы на соответствие нормативам, поставили в подтверждение этого свои подписи, и у ФИО1 не было никаких оснований полагать, что документы не соответствуют регламенту;

делая вывод о наличии у ФИО1 корыстного мотива, суд указал, что ФИО1 был осведомлен о том, что в период, предшествующий подписанию им данных документов, имели место переговоры ФИО2 с Свидетель №5 и Свидетель №4 о возможности передачи в будущем денежных средств в размере 

<

данные изъяты> за подписание и выдачу АО «

<

данные изъяты>» этих ордеров; такая договоренность, якобы, была достигнута, но не получила своей реализации в силу независящих от воли договорившихся лиц обстоятельств; между тем, данное утверждение не подтверждается какими-либо доказательствами, никто из допрошенных по делу лиц об этих обстоятельствах не сообщал;

указывает, что в должностные полномочия ФИО1 не входили обязанности по принятию каких-либо мер ответственности и пресечению некоей противоправной деятельности АО «

<

данные изъяты>», поскольку эти обязанности входят в сферу деятельности правоохранительных органов либо являются полномочиями органов исполнительной власти в сфере контроля за природопользованием и охране окружающей среды (

<

данные изъяты>);

оспаривает вывод суда о том, что вследствие противоправных действий ФИО1, выразившихся в подписании двух ордеров на земляные работы, в ходе осуществления АО «

<

данные изъяты>» предпринимательской деятельности были завезены и складированы на земельном участке отходы 4 класса опасности, чем окружающей среде был причинен вред в размере 

<

данные изъяты>, что расценено как тяжкие последствия и явилось основанием для квалификации действий ФИО1 по ч. 3 ст. 285 УК РФ;

указывает, что величина причиненного ущерба определена на основании заключения экологической экспертизы, проведенной в рамках уголовного дела, возбужденного по факту совершения руководителями АО «

<

данные изъяты>» преступления, предусмотренного ст. 171 УК РФ, из которого были выделены материалы настоящего уголовного дела, при этом отмечает, что обвинительного приговора в отношении Свидетель №5 не выносилось, указанное лицо не имеет процессуального статуса обвиняемого, а само уголовное дело незаконно приостановлено;

обращает внимание, что земельный участок, на котором, якобы, осуществлял противоправную деятельность Свидетель №5, на протяжении более пятнадцати лет использовался для размещения отходов производства и потребления, на нем на основании лицензии 

<

данные изъяты> длительный период времени осуществляло деятельность по обращению с опасными отходами (4-5 класса опасности) ООО «

<

данные изъяты>», что подтверждается документами, исследованными судом, однако они без какой-либо мотивации признаны недостоверными доказательствами;

кроме того, указывает на наличие в материалах вышеназванного уголовного дела заключения судебной экологической экспертизы 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, согласно выводам которой, все пробы отходов производства и потребления, отобранные на земельном участке, соответствуют 5-му классу опасности, в связи с чем, признаков причинения вреда окружающей среде, а также фактов причинения какого-либо ущерба не установлено; данному заключению, исследованному в судебном заседании, суд не дал никакой оценки, ограничившись указанием о недостоверности всех представленных стороной защиты доказательств;

утверждает, что материалах уголовного дела нет ни одного доказательства, подтверждающего обвинение ФИО1 в приготовлении к получению взятки в размере 

<

данные изъяты> от Свидетель №5 ;

указывает, что никто из допрошенных по делу лиц не сообщал о том, что Р. К.С. вообще был осведомлен о том, что между кем-либо имелась предварительная договоренность о передаче в будущем времени в качестве взятки денежной суммы в размере 300 000 рублей, и сам факт такой договоренности вызывает сомнение;

считает назначенное ФИО1 наказание явно несправедливым, не соответствующим общественно-опасным последствиям вмененных ему деяний (их отсутствию) и целям, сформулированным в ст. 43 УК РФ;

указывает, что суд не принял во внимание сведения о личности ФИО1, который не судим и не привлекался ни к уголовной, ни к административной ответственности, проживает в полноценной семье, ведет добропорядочный образ жизни, воспитывает трех дочерей (несовершеннолетнюю и малолетних), имеет безупречный жизненный путь, многочисленные награды и поощрения;

дополнительно приводит доводы о том, что суд не вправе был допускать к участию в деле в качестве представителя потерпевшего ФИО6, поскольку не были подтверждены ее полномочия представлять интересы администрации г.о. Солнечногорск; соответственно, суд не вправе был ссылаться на ее показания; считает, что ее позиция о причинении тяжких последствий при злоупотреблении должностными полномочиями, очевидно повлияла на выводы суда;

указывает, что суд в приговоре неправомерно сослался на протоколы явок с повинной Свидетель №1 и Свидетель №5, поскольку они не оглашались судом, и, кроме того, не содержат никакого упоминания о ФИО1;

не соглашается с квалификацией вменяемых ФИО1 деяний как двух преступлений, по ч. 3 ст. 285 и по п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ, поскольку описанные действия не образуют совокупность преступлений, полностью охватываются диспозицией ч. 5 ст. 290 УК РФ и дополнительной квалификации по ч. 3 ст. 285 УК РФ не требую; аналогичная ошибка совершена и при квалификации действий ФИО1 по ч. 3 ст. 285 и по ч.3 ст. 30, п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ;

обращает внимание на то, что обвинительный приговор должен быть основан на достаточной совокупности доказательств, между тем, выводы суда о виновности ФИО1 в получении взятки от Свидетель №1 основаны исключительно на противоречивых показаниях ФИО10, а в приготовлении к получению взятки от АО «

<

данные изъяты>» сделаны вообще в отсутствие каких-либо доказательств;

просит приговор суда отменить и вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор и признать за ним право на реабилитацию, поскольку ни одно из инкриминируемых ему преступных деяний не содержит состава преступления, что в силу положений п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ препятствует вынесению обвинительного приговора.

- осужденный ФИО2 считает приговор незаконным и необоснованным ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильного применения уголовного закона;

указывает, что выводы суда о его виновности основаны на предположениях и не подтверждаются доказательствами;

обращает внимание, что проверка комплектности документов, связанных с выдачей ордера на производство земельных работ, входит в компетенцию сотрудников Администрации, и судом не установлено, как он и ФИО1 могли знать о некомплектности сданной документации;

указывает, что судом не дана оценка заключениям экспертиз о причинении ущерба, которые были проведены спустя полгода после приостановлении деятельности АО «Квант», при этом земельный участок никем не использовался, происхождение отходов не устанавливалось;

считает ошибочными вывод суда о том, что показания свидетелей Свидетель №7, Свидетель №10, Свидетель №11, Свидетель №22 являются попыткой стороны защиты посеять сомнения; указывает, что суд проявил обвинительный уклон, проигнорировав ходатайства стороны защиты и не приняв во внимание доказательства, оправдывающие и смягчающие его ответственность, не дал должной оценки показаниям свидетелей Свидетель №21, Свидетель №22, ФИО6, должностной инструкции, которая подтверждает отсутствие у него каких-либо контрольно-проверочных полномочий, связанных с осуществлением проверок деятельности каких-либо юридических лиц; отмечает, что суд не назначил дополнительную экспертизу для установления обстоятельств и размера ущерба;

указывает, что суд, в нарушении требований ст. 240 УПК РФ, основывал свои выводы на доказательстве, которое не исследовалось в судебном заседание, а именно, протоколе явки с повинной Свидетель №5;

считает, что приговор не имеет бесспорных доказательств его причастности к деянию, основан лишь на предположениях двух свидетелей — Свидетель №4 и Свидетель №5, которые его оговаривают с целью избежать ответственности за совершенные ими противоправные деяния, и не подтверждаются какими-либо объективными доказательствами;

указывает, что его действия квалифицированы по ч. 3 ст. 285, и ч. 1 ст. 30, п.п. «а, в» ч. 5 ст. 290 УК РФ, при этом описание преступных деяний по каждому составу фактически идентичны, с приведением одних и те же обстоятельств; указывает, что в приговоре не нашел отражения тот факт, что ущерб отсутствует и гражданский иск по делу не заявлен;

считает, что судом нарушен принцип презумпции невиновности, не доказан факт совершения им преступлений, не все имеющиеся доказательствам оценены, проигнорированы ходатайства защиты о вызове и допросе свидетелей, не дана должная оценки ключевым документам и экспертизе, суд ссылается лишь на доказательства, предоставленные стороной обвинения;

указывает на противоречия и искажения, содержащиеся в текстах протоколов судебных заседаний и аудиопротоколах, отсутствие значимых вопросов и ответов свидетелей, ссылается на то, что не была обеспечена явка в судебное заседание свидетелей стороны защиты, в том числе, и их принудительный привод, в результате чего были нарушено его право на защиту;

просит приговор суда отменить, исключить из приговора задвоенную квалификацию, направив дело на новое рассмотрение в ином составе суда, либо прекратить уголовное дело за отсутствием состава преступления.

- адвокат Бабанов А.В. в защиту осужденного ФИО2 считает приговор суда незаконным и необоснованным;

указывает, что в подтверждение вывода о виновности ФИО2 суд привел в приговоре показания представителя потерпевшей ФИО6, свидетелей Свидетель №8, Свидетель №21, в которых отсутствует какое-либо упоминание о преступной деятельности ФИО15, при этом ФИО2 охарактеризован с положительной стороны; показания свидетеля Свидетель №10, скопированные из обвинительного заключения, к которым сторона защиты относится критически; перекопированные из обвинительного заключения показания свидетеля Свидетель №6, который высказывал предположения и догадки относительно предмета встречи в ресторане, при этом очевидцем или свидетелем каких-либо противоправных действий со стороны ФИО2 не являлся; показания свидетеля ФИО12 в приговоре не приведены, поскольку из них не следует, что ФИО2 причастен к какой либо противоправной деятельности, однако суд на них ссылается; показания свидетеля Свидетель №26, которые к обстоятельствам дела не имеют никакого отношения; показания свидетелей Свидетель №22, Свидетель №24, ФИО16, не имеющие никакого отношения к событиям, связанным с выдачей ордера АО «

<

данные изъяты>» или к совершению ФИО2 приготовления к получению взятки и также перекопированные из обвинительного заключения; показания свидетеля Свидетель №9, которые основаны исключительно на предположениях, домыслах и противоречиях, которым оценка не дана; свидетеля Свидетель №13 и ФИО17 об обстоятельствах проведения экспертизы в 

<

данные изъяты>, а также письменные материалы, перечень которых полностью скопирован с обвинительного заключения;

обращает внимание, что в приговоре имеется ссылка на протокол явки с повинной Свидетель №5 (т.21 л.д.87-88), который, вопреки требованиям ст. 240 УПК РФ, в ходе судебного следствия исследован не был;

указывает, что по инициативе стороны защиты были оглашены протоколы допроса свидетелей Свидетель №10, Свидетель №7, Свидетель №22, Свидетель №11, постановления о назначении экологической судебной экспертизы от 

<

данные изъяты> и дополнительной экологической судебной экспертизы от 

<

данные изъяты>, протокол ознакомления обвиняемого с постановлением о назначении судебной экспертизы от 

<

данные изъяты>, постановление о полном отказе в удовлетворении ходатайства, договор 

<

данные изъяты> аренды земельного участка от 

<

данные изъяты>, протокол согласования от 

<

данные изъяты>, выписка из ЕГРН, договор 

<

данные изъяты> субаренды части земельного участка, решение Солнечногорского городского суда Московской области от 

<

данные изъяты>, определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда, решение Арбитражного суда Московской области от 

<

данные изъяты>, частное постановление Химкинского городского суда Московской области от 

<

данные изъяты>, с оценкой которых, данной судом, не соглашается и указывает, что если данные доказательства и не опровергают причастность ФИО2 к инкриминируемым ему деяниям, то во всяком случае зарождают сомнения, которые должны толковаться в пользу обвиняемого;

также обращает внимание, что показания свидетелей Свидетель №10, Свидетель №7, Свидетель №22, Свидетель №11 были изложены стороной обвинения при составлении обвинительного заключения и оглашены гос. обвинителем по своему усмотрению, поэтому оглашение данных показаний не может являться попыткой стороны защиты «посеять сомнения», как указывает суд, а является исключительно попыткой установить истину по делу;

не соглашается с оценкой показаний ФИО2 как непоследовательных, указывает, что в течении всего предварительного следствия он давал последовательные, логичные, разумные показания, просил провести комплекс следственных и оперативно-розыскных мероприятий, направленных на действительных лиц и организаций, причастных к незаконной свалке отходов на полигоне;

считает, что сам факт получения АО «

<

данные изъяты>» ордера не означает, что данная организация осуществляла свою деятельность на территории г.о. Солнечногорск, а обратное в ходе предварительного расследования и судебного следствия не установлено, при этом суд доверяет показаниям Свидетель №4 и Свидетель №5, которые напрямую заинтересованы оговорить ФИО2, получив бонусы от правоохранительных органов, так как в отношении них также имеются возбужденные уголовные дела; обращает внимание, что у стороны защиты не было возможности реализовать свои права и задать вопросы Свидетель №4 и Свидетель №5 в ходе судебного следствия, так как последние в суд не явились;

указывает о предвзятости и обвинительном уклоне предварительного следствия, волоките, нарушении разумного срока судопроизводства, нарушении прав обвиняемого ФИО2 при назначении двух экологических экспертиз, с постановлениями о назначении которых обвиняемый ФИО2 и сторона защиты были ознакомлены в один день, спустя год с момента их назначения и получения заключений;

обращает внимание суда на то, что при проведении очной ставки между свидетелем Свидетель №5 и обвиняемым ФИО2 со стороны следователя допущено нарушение норм УПК РФ, о чем в протокол следственного действия внесены замечания;

указывает на отсутствие бесспорных доказательств, подтверждающих причастность ФИО2 к инкриминируемым преступлениям;

не соглашается с квалификацией действий ФИО2 за совершение одного деяния по двум составам преступлений; обращает внимание, что объективная сторона преступления, предусмотренного ст. 285 УК РФ, выражается в действиях должностного лица, совершенного вопреки интересам службы, незаконные действия (бездействие) против интересов службы, совершенные должностным лицом за взятку, представляют собой часть диспозиции ст. 290 УК РФ, и вменение судом ч. 3 ст. 285 УК РФ как обшей нормы при вменении п.п. «а,в» ч. 5 ст. 290 УК РФ как специальной, противоречит ч. 3 ст. 17 УК РФ;

указывает, что действия ФИО2 квалифицированы по ч. 3 ст. 285 и ч. 1 ст.30, п. «а,в» ч. 5 ст. 290 УК РФ, при этом описание преступных деяний по каждому составу в обвинительном заключении и в обжалуемом приговоре фактически идентичны, что свидетельствует о его обвинении в совершении двух преступлений при идеальной совокупности, что противоречит разъяснениям постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 г. № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях», поскольку обвинение одновременно по указанным статьям возможно только при наличии реальной совокупности преступлений; считает, что ч. 3 ст. 285 УК РФ не может быть вменена ФИО2

обращает внимание на то, что по делу гражданский иск не заявлен, и реальный ущерб отсутствует, что не нашло отражения в приговоре;

утверждает, что доказательства, на которые ссылается обвинение, не доказывают факт совершения ФИО2 преступлений; приговор основан исключительно на показаниях лиц, заинтересованных в исходе дела, не подкрепленных другими объективными доказательствами;

просит приговор суда в отношении ФИО2 отменить и вынести оправдательный приговор.

- адвокат Еркович Е.В. в защиту осужденного ФИО5 считает приговор незаконным и необоснованным, а назначенное осужденному наказание несправедливым вследствие чрезмерной суровости;

оспаривает установленные судом обстоятельства, при которых ФИО5 совершил злоупотребление своими служебными полномочиями вопреки интересам службы (муниципальный контракт 

<

данные изъяты> между ООО «

<

данные изъяты>» и администрацией г.о. Солнечногорск МО на сумму 

<

данные изъяты>), и квалификацию его действий по ч. 3 ст. 285 УК РФ;

ссылаясь на п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.10.2009 N 19 (ред. от 11.06.2020) "О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий», указывает, что в рамках исполнения заключенного муниципального контракта ООО «

<

данные изъяты>» осуществило установку части контейнеров в соответствии с техническим заданием, что свидетельствует об отсутствии у компании ООО «

<

данные изъяты>» изначально умысла на невыполнение условий данного контракта, в связи с чем, считает ошибочным вывод о том, что действия ФИО5 и ФИО1, злоупотребивших своими должностными полномочиями, повлекли тяжкие последствия для охраняемых законом интересов государства, выразившиеся в причинении материального ущерба администрации г.о. Солнечногорск в крупном размере на сумму 

<

данные изъяты>, так как, ни в ходе предварительного расследования, ни в ходе судебного следствия по делу не проведена судебная финансово - экономическая (бухгалтерская) экспертиза, по результатам которой можно было бы установить сумму понесенных Обществом затрат в интересах заказчика, а также конечную сумму ущерба, исходя из которой сделать вывод, является ли эта сумма значительным материальным ущербом для администрации г.о. Солнечногорск; кроме того, обращает внимание на имеющуюся в деле информацию о том, что бюджет администрации г.о. Солнечногорск МО за 

<

данные изъяты>, вследствие чего, сумма в 384 500 рублей, из которых компания ООО «Экосервис» понесла затраты на приобретение, доставку и монтаж контейнеров, не может является значительным материальным ущербом для администрации г.о. Солнечногорск МО;

оспаривая наступление тяжких последствий в результате преступления, указывает, что суд установил причинение материального ущерба администрации г.о. Солнечногорск, между тем, признак «тяжкие последствия» выражается в причинении значительного материального ущерба, который администрации г.о. Солнечногорск МО причинен не был;

полагает, что в действиях ФИО5 отсутствует состав преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 285 УК РФ, и его действия должны квалифицироваться по ч. 1 ст. 285 УК РФ, назначенное наказание должно быть снижено;

отмечает, что по второму преступлению по ч. 3 ст. 285 УК РФ (муниципальный контракт 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> между ООО «

<

данные изъяты>» и администрацией г.о. Солнечногорск МО) суд не указал в описательно-мотивировочной части приговора обстоятельств, которые могли повлечь тяжкие последствия, указав лишь о причинении материального ущерба на сумму 

<

данные изъяты>, что также является оценочным признаком и с учетом бюджета администрации г.о. Солнечногорск МО, превышающего 

<

данные изъяты>, не может расцениваться как причинение значительного материального ущерба;

полагает, что действия ФИО5 в данной части также должны квалифицироваться по ч. 1 ст. 285 УК РФ, а назначенное наказание подлежит снижению;

указывает на неправильное применение уголовного закона, поскольку суд, указав, что ФИО1 и ФИО5 получили взятку за совершение действий (бездействие) в пользу взяткодателя и представляемого им Общества, когда указанные действия (бездействие) входят в служебные полномочия этих должностных лиц и когда они в силу должностного положения могут способствовать указанным действиям (бездействию) за незаконные действия (бездействие), оставил без внимания разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 9.07.2013, в соответствии с которыми служебные полномочия должностного лица не могут предусматривать совершение незаконных действий; полагает, что вышеприведенное указание суда подлежит исключению из приговора как излишнее, со снижением назначенного наказания;

обращает внимание, что в ходе расследования уголовного дела с ФИО5 было заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, в рамках которого ФИО5 давал последовательные, исчерпывающие и правдивые показания, прошел проверку показаний на месте, подтвердил свои показания в ходе очных ставок, участвовал в осмотре места преступления, изобличил в совершении преступления ФИО1, предоставив следственным органам информацию, до того им неизвестную, а также сообщил информацию об обстоятельствах совершения преступлений; в последующем досудебное соглашение о сотрудничестве с ФИО5 было отменено исключительно из-за его несогласия с квалификацией преступлений по ч. 3 ст. 285 УК РФ по признаку наступления «тяжких последствий», при этом он не отказался от своих показаний; таким образом, ФИО5 активно способствовал в расследовании и раскрытии преступления, что суд не учел и чему не дал оценки; полагает, что вышеуказанные действия ФИО5 являются основанием для признания их смягчающими наказание в соответствии с п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ, влекущими применение положений ч. 1 ст. 62 УК РФ;

указывает, что совокупность смягчающих обстоятельств, при отсутствии отягчающих обстоятельств, может быть признана судом исключительной, существенно снижающей степень общественной опасности преступления, и при назначении наказания ФИО5 могут быть применены ст. ст. 64, 73 УК РФ;

просит приговор суда в отношении ФИО5 изменить, переквалифицировать его действия по двум преступлениям с ч. 3 ст. 285 на ч. 1 ст. 285 УК РФ, со снижением назначенного наказания; по п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ исключить из признак «за совершение незаконных действий (бездействие)» как излишний, снизив назначенное наказание; учесть в соответствии с п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающего обстоятельства активное способствование в расследовании и раскрытии преступления, и применить ч. 1 ст. 62 УК РФ; с учетом признанных судом смягчающих наказание обстоятельств и доводов жалобы просит признать установленную совокупность смягчающих обстоятельств исключительными, существенно снижающими степень общественной опасности преступления, и при назначении окончательного наказания применить положение ст. 64 УК РФ, назначить ФИО5 минимально возможное наказание, ниже низшего предела, которое в соответствии со ст. 73 УК РФ считать условным.

- адвокат Данилов Е.П. в защиту осужденного ФИО5 считает приговор незаконным ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции; существенного нарушения уголовно-процессуального закона; неправильного применения уголовного закона; несправедливости приговора;

утверждает, что судом проигнорированы доводы защиты в части квалификации действий ФИО5 по ст. 285 УК РФ по признаку наступления тяжких последствий;

указывает, что выводы о том, что противоправные действия ФИО5 повлекли тяжкие последствия, выразившиеся в причинении материального ущерба в крупном размере, существенно нарушили права и законные интересы граждан и охраняемые законом интересы общества и государства в сфере реализации установленных целевых программ, достижения социально - значимых задач, подрыве авторитета органов власти среди населения г.о. Солнечногорск МО не конкретизированы и ничем объективно не подтверждаются; ссылается на то, что факт несвоевременной утилизации химических отходов из контейнеров был известен только фигурантам настоящего уголовного дела, т.к. отходы находились в закрытых контейнерах и на момент их вскрытия были полупустыми;

считает неверными выводы о том, что противоправные действия ФИО5 повлекли тяжкие последствия для охраняемых законом интересов государства, выразившиеся в хищении из бюджета г.о. Солнечногорск МО денежных средств в крупном размере на сумму 

<

данные изъяты>, т.к. противоправные действия ФИО5 являлись способом хищения денежных средств из бюджета, в связи с чем, они не могут расцениваться как последствия;

также указывает, что бюджет г.о. Солнечногорск МО за 

<

данные изъяты>, в связи с чем, суммы ущерба, причинённого действиями ФИО5, в размере 

<

данные изъяты> не являются значительным материальным ущербом для бюджета г.о. Солнечногорск МО;

касательно квалификации действий ФИО5 по ч. 5 ст. 290 УК РФ отмечает, что вывод суда о том, что между ФИО5 и ФИО1 были дружеские отношения опровергаются показаниями последних, из которых следует, что ФИО1 хотел уволить ФИО5;

утверждает, что ФИО5 в силу своих должностных полномочий не мог принять решение самостоятельно, и денежные средства, полученные от генерального директора ООО «

<

данные изъяты>» Свидетель №1 в полном объёме передал заместителю главы администрации ФИО1, в связи с чем, в действиях ФИО5 отсутствует корыстная заинтересованность; полагает, что в силу указанных обстоятельств, а также того, что он находился в служебной зависимости от лица, совершавшего действия в пользу ООО «

<

данные изъяты>», он не может считаться взяткополучателем, и действия могут быть квалифицированы как посредничество в даче взятки по ст. 291.1 УК РФ;

обращает внимание, что ФИО5 сообщил следствию о передаче взятки от Свидетель №1 ФИО1 задолго до предъявления ему обвинения по ст. 290 ч. 5 УК РФ; будучи допрошенным в качестве свидетеля, дал признательные показания, изобличающие как себя, так и соучастников преступления, о чем следствию ничего известно не было; в последующем он подтвердил свои показания на очных ставках и при проверке показаний на месте, и только благодаря активному сотрудничеству ФИО5 со следствием, были привлечены к уголовной ответственности Свидетель №1 и ФИО18; полагает, что с учетом изложенного и в соответствии с примечанием к ст. 291.1 УК РФ он подлежит освобождению от уголовной ответственности;

указывает, что 

<

данные изъяты> с ФИО5 было заключено досудебное соглашение, обязательства по которому ФИО5 выполнены в полном объёме, однако, 

<

данные изъяты> прокурор вынес необоснованное постановление о прекращении досудебного сотрудничества только на основании не признания ФИО5 квалифицирующего признака преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 285 УК РФ - тяжких последствий, при том, что он признавал факт причастности к совершению указанных преступлений; в то же время, органы прокуратуры ни письменных, ни устных обязательств, заявленных при заключении досудебного соглашения, не выполнили;

в связи с изложенным, сторона защиты ставила вопрос о применении в отношении ФИО5 предусмотренного п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ смягчающего обстоятельства в виде активного способствования раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, что судом оставлено без внимания и оценки;

ссылается на данные о личности ФИО5, который является гражданином РФ, постоянно проживает в Московской области, ранее не судим, имеет высшее образование и постоянное место работы, по месту работы и жительства характеризуется положительно, имеет на иждивении несовершеннолетнего сына; отмечает, что на стадии предварительного расследования по уголовному делу в отношении ФИО5 была избрана мера пресечения в виде запрета определенных действий;

полагает, что с учетом обстоятельств совершения преступления, личности ФИО5, его отношения к содеянному, возможно его исправление без реального отбывания наказания, с применением в отношении него положений ст. 73 УК РФ об условном осуждении;

просит приговор в отношении ФИО5 изменить, переквалифицировать его действия на ч. 1 ст. 285 и ст. 291.1 УК РФ; в соответствии с примечанием к ст. 291.1 УК РФ освободить ФИО5 от уголовной ответственности, как лицо, активно способствовавшее раскрытию и добровольно сообщившее о совершенном преступлении в орган, имеющий право возбудить уголовное дело; при назначении наказания ФИО5 признать его действия в рамках выполнения досудебного соглашения смягчающим обстоятельством в виде активного способствования раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, предусмотренным п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ; в соответствии со ст. 64 УК РФ признать исключительными совокупность указанных обстоятельств, назначить наказание ниже низшего предела, предусмотренного санкциями вменяемых статей и более мягкий вид наказания, чем предусмотрен этими статьями, а также применить в отношении ФИО5 положения ст. 73 УК РФ об условном осуждении.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных представлений и жалоб, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Судебное разбирательство по делу проведено с достаточной полнотой и соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в частности, состязательности и равноправия сторон, которым были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей. При этом ограничений прав участников уголовного судопроизводства, в том числе, процессуальных прав осужденных, во время рассмотрения дела судом, либо обвинительного уклона допущено не было.

Все заявленные участниками процесса ходатайства разрешены в соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ, с приведением мотивов принятых судом решений, которые сомнений в своей законности и обоснованности не вызывают. Отказы в удовлетворении ходатайств не свидетельствует о нарушении права на защиту. Исходя из смысла закона, неудовлетворенность той либо иной стороны по делу принятым судом решением по вопросам, возникающим в ходе разбирательства дела, не является поводом для уличения суда в необъективности.

Ходатайство ФИО1 о допуске в качестве защитника его супруги ФИО8, не являющейся адвокатом, обоснованно оставлено судом без удовлетворения. Суд первой инстанции правильно исходил из того, что в соответствии со ст. 49 УПК РФ уголовное дело по обвинению в совершении особо тяжкого преступления обязательно должно быть рассмотрено с участием профессионального адвоката, а ФИО8, не обладающая статусом адвоката и не имеющая профессионального образования юриста, в полной мере обеспечить профессиональную защиту ФИО1 не может. Принятое судом решение, вопреки доводам осужденного, препятствием для сбора и представления характеризующих осужденного документов не послужило.

Безосновательны и приводимые в жалобах доводы о том, что суд неправомерно допустил к участию в судебном процессе в качестве представителя администрации г.о. Солнечногорск МО гр. ФИО6, не проверив ее полномочия и не убедившись в наличии у нее действующей доверенности.

В ходе предварительного следствия ФИО6, действовавшая на основании доверенности, была признана представителем потерпевшего - администрации г.о. Солнечногорск МО (т. 7 л.д. 25, 26-27, 28-30, т. 17 л.д. 87-90, 91, 92-93). В судебных заседаниях принимала участие эта же представитель потерпевшего. Участие указанного лица в судебном разбирательстве не препятствовало реализации осужденными их процессуальных прав. Возможность допросить свидетельствовавшую против них ФИО6 у осужденных и их защитников имелась. При этом, истечение срока доверенности представителя потерпевшего на момент судебного разбирательства не свидетельствует о незаконности принятого по делу судебного решения.

Фактические обстоятельства изложенных в описательно-мотивировочной части приговора действий, совершенных осужденными, установлены судом правильно и основаны на оценке совокупности доказательств, полученных в предусмотренном законом порядке, всесторонне и полно исследованных непосредственно в судебном заседании.

Приведенные в приговоре доказательства, а именно, показания представителя потерпевшего ФИО6, свидетелей Свидетель №8, Свидетель №21, Свидетель №2, Свидетель №1, Свидетель №15, Свидетель №17, Свидетель №16, Свидетель №26, ФИО12, Свидетель №3, Свидетель №14, Свидетель №18, Свидетель №19 A.В., Свидетель №20, Свидетель №10, Свидетель №4, Свидетель №6, Свидетель №13, Свидетель №22 B.В., Свидетель №24, Свидетель №25, Свидетель №5, Свидетель №7, Свидетель №11, Свидетель №12, Свидетель №23, Свидетель №9, протоколы следственных действий, иные письменные материалы, оценены судом и признаны допустимыми и достаточными для постановления в отношении Р. К.С., ФИО5, ФИО2 обвинительного приговора.

Показания допрошенных в суде лиц и оглашенные показания изложены в приговоре на основании протокола судебного заседания, который соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ, и из его содержания следует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273 - 291 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, суд дал оценку показаниям осужденных ФИО1, ФИО5, ФИО2, представителя потерпевшего и свидетелей как отдельно, так и в совокупности друг с другом и другими доказательствами. Свои выводы суд мотивировал в приговоре, в соответствии со ст. 307 УПК РФ приведя основания, по которым в основу своих выводов положил одни и отверг другие доказательства. Сведений о том, что какие-то важные для исхода дела доказательства суд безосновательно отверг либо незаконным образом воспрепятствовал их представлению стороной защиты, не имеется.

Доказательства, положенные в основу обвинительного приговора, согласуются между собой, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, проверены и оценены судом в соответствии со ст. ст. 87, 88 УПК РФ.

Какие-либо не устраненные противоречия в доказательствах о юридически значимых обстоятельствах, требующие их истолкования в пользу осужденных, которые опровергали бы выводы суда о доказанности преступных событий и причастности к ним осужденных и могли повлиять на выводы суда об их виновности, по делу отсутствуют.

Нарушений правил проверки и оценки показаний ФИО1 и ФИО2, отрицавших свою вину в инкриминируемых преступлениях, показаний ФИО5, частично признавшего вину, показаний представителя потерпевшего и свидетелей, которые согласуются с заключениями экспертиз и результатами проведенных следственных действий - осмотров места происшествия, осмотров предметов, обысков, свидетельствующих об обнаружении вещественных следов преступной деятельности осужденных, судом не допущено.

Недопустимых доказательств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда, в деле не имеется, все противоречия в показаниях допрошенных лиц судом были выявлены и устранены путем сопоставления содержащихся в них сведений между собой и с другими доказательствами по уголовному делу.

С доводами апелляционных жалоб в защиту ФИО1 и ФИО2 о том, что положенные в основу приговора показания свидетелей не являются доказательствами вины последних в совершении инкриминируемых им преступлений, судебная коллегия не может согласиться. То обстоятельство, что указанные лица не являлись непосредственными очевидцами совершенных ФИО1, ФИО5, ФИО2 преступлений, не ставит под сомнение относимость доказательств - показаний этих свидетелей, к установлению обстоятельств, указанных в ст. 73 УПК РФ.

Приводимые в защиту ФИО1 доводы о противоречивости показаний ФИО5 относительно возможностей последнего обеспечить оплату муниципальных контрактов без помощи своего руководителя ФИО1 и по поводу осведомленности ФИО1 о передаче Свидетель №1 денежных средств в качестве вознаграждения за подписание актов на выполненные работы по контракту, о неправильной оценке судом показаний ФИО5, его заинтересованности и оговоре им ФИО1, судебная коллегия считает неубедительными.

Показания свидетеля ФИО9, на которые ссылается сторона защиты, выводы суда не опровергают.

Версия об оговоре ФИО5 ФИО1 из-за личной неприязни к тому, как к руководителю, предъявлявшему ему претензии за ненадлежащее исполнение должностных обязанностей, а также в целях способствования своему освобождению из ИВС и избранию меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей, несостоятельна и не согласуется с тем, что, давая указанные показания, ФИО5 изобличал в совершении преступлений не только ФИО1, но и самого себя, что, в числе прочего, указывает на объективность его показаний.

Имеющиеся в показаниях ФИО5 расхождения, на которые обращает внимание сторона защиты, устранены при его допросе, и кроме того, они не свидетельствуют о недостоверности и заведомо ложном характере показаний последнего. Оценку показаний ФИО5 судебная коллегия считает объективной.

Отсутствие в показаниях свидетелей, в тот числе, Свидетель №1, указания на ФИО1, как на взяткополучателя, отсутствие договоренности непосредственно между Свидетель №1 и ФИО1, на что ссылаются осужденный и его защитник в жалобах, не свидетельствуют о недоказанности вины ФИО1 в инкриминируемых деяниях, поскольку судом достоверно установлено, что денежные средства в виде взятки от указанного лица были получены ФИО1 совместно с ФИО5 и через ФИО5, который сообщил ФИО1 о предложении Свидетель №1 передать денежные средства за подписание актов выполненных работ при фактическом их невыполнении, с чем тот (ФИО3) согласился.

Во исполнение преступного сговора, ФИО1, действуя совместно и согласованно с ФИО5, в целях получения взятки от ФИО11, не проверяя факт выполнения ООО «

<

данные изъяты>» работ по сбору, вывозу и утилизации ртутьсодержащих отходов по муниципальному контракту 

<

данные изъяты>-Е от 

<

данные изъяты> и заведомо зная, что указанные работы фактически не выполнялись, что специализированные контейнеры размещены не во всех местах оказания услуг, определенных «Техническим заданием», подписал лично и при помощи электронно-цифровой подписи представленные Свидетель №1 акты унифицированной формы 

<

данные изъяты> о выполнении ООО «

<

данные изъяты>» работ по контракту на общую сумму 

<

данные изъяты> и завизировал счета на оплату на указанную сумму.

Доводы жалоб о том, что проверка объема и качества выполненных по муниципальным контрактам работ не входила в должностные полномочия ФИО1, ссылки на то, что подписание ФИО1 актов выполненных работ по форме 

<

данные изъяты> являлось формальной стадией процедуры, которой предшествовала проверка и визирование документов непосредственно ответственным за приемку работ ФИО5, являющимся начальником Управления экологии и административно-технического надзора администрации г.о. Солнечногорск МО, несостоятельны.

Установленные в судебном заседании обстоятельства позволили суду прийти к выводу о том, что ФИО1 в силу своего должностного положения, как заместитель главы г.о. Солнечногорск, курировавший Управление экологии и административно-технического надзора администрации г.о. Солнечногорск МО, мог способствовать и способствовал совершению действий (бездействия) в интересах ООО «

<

данные изъяты>» по беспрепятственному приему со стороны должностных лиц администрации г.о. Солнечногорск актов приемки выполненных работ по форме 

<

данные изъяты> счетов на оплату этих работ, содержащих не соответствующие действительности сведения об объемах и видах выполненных работ, и беспрепятственному подписанию данных учетных документов, по обеспечению не проведения со стороны подчиненного ему Управления и его руководителя ФИО5, в компетенцию которого входила организация этого вопроса, проверок объема и качества выполняемых в рамках контракта работ и непринятию мер ответственности в случае выявления нарушений природоохранного законодательства либо условий муниципального контракта.

То есть, ФИО5 мог в силу своих непосредственных должностных полномочий совершить действия (бездействие) по беспрепятственному согласованию актов о приемке выполненных работ и стоимости выполненных работ по унифицированной форме 

<

данные изъяты>, с внесенными в них недостоверными сведениями о выполнении работ, которые фактически ООО «

<

данные изъяты>» не выполнялись, без фактической приемки со стороны Управления указанных работ, так же как и ФИО1 мог способствовать совершению этих действий иными работниками местного самоуправления, в полномочия которых входило совершение этих действий, и подписать акты приемки выполненных работ по форме 

<

данные изъяты> счета на оплату этих работ без фактического их выполнения, что и сделал, вопреки интересам службы.

Приводимые в защиту ФИО1 доводы о том, что подписание им актов выполненных работ по форме 

<

данные изъяты> носило формальный характер, несостоятельны и не могут служить основанием для вывода об отсутствии в действиях осужденного состава преступления, поскольку именно его подписи в актах унифицированной формы 

<

данные изъяты> и счетах на оплату послужили основанием для выделения и расходования средств бюджета г.о. Солнечногорск на общую сумму 

<

данные изъяты>.

Неубедительно и опровергается показаниями ФИО5 также утверждение о том, что у ФИО1 отсутствовала корыстная заинтересованность при подписании актов и счетов на оплату, не было договоренности с ФИО5 о получении от Свидетель №1 денежных средств и передаче ему ФИО5 денежных средств, полученных от Свидетель №1

В подтверждение своих доводов автор жалобы ссылается на показания свидетеля Свидетель №15 и утверждает, что до сообщения последним информации своему руководителю Свидетель №1 о малой наполняемости контейнеров, то есть до 

<

данные изъяты> договоренность между Свидетель №1 и ФИО5, и как следствие, между ФИО5 и ФИО1 возникнуть не могла, между тем, один из актов выполненных работ ФИО1 был подписан уже 

<

данные изъяты>.

Однако указанные доводы нельзя признать убедительными.

Так, из показаний свидетеля Свидетель №1 усматривается, что договоренность с ФИО5 была достигнута после заключения 

<

данные изъяты> контракта между ООО «

<

данные изъяты>» и администрацией г.о. Солнечногорск на установку и обслуживание контейнеров, сбор и утилизацию опасных отходов. После установки части контейнеров до него дошла информация о их небольшой наполняемости, в связи с чем, он принял решение в целях экономии затрат и финансовых расходов компании не обслуживать контейнеры, о чем сообщил ФИО5, сказав о готовности «отблагодарить» за подписание актов выполненных работ, с чем ФИО5 согласился. По факту возвращения подписанными выставленных документов, которые он (Свидетель №1) сформировал и отправил через электронный документооборот, он понял, что договорённость исполняется, и выслал денежные средства путем перевода ФИО5 тремя транзакциями.

Судом на основании исследованных доказательств было установлено, что с соответствующим предложением Свидетель №1 обратился к ФИО5 в период с 

<

данные изъяты>. Выпиской по банковской карте ФИО5 подтверждается, что Свидетель №1 осуществил переводы денежных средств 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>.

Учитывая, что перечисление Свидетель №1 денежных средств на карту ФИО5 имело место уже после состоявшихся договоренностей и подписания ФИО1 выставленных Свидетель №1 документов, о чем последний сообщил в своих показаниях, можно сделать вывод, что информация о небольшой наполняемости контейнеров руководителю ООО «

<

данные изъяты>» стала известна ранее и из иных источников, нежели утверждает защитник ФИО1

Подвергать сомнению достоверность показаний Свидетель №1, которые подтверждаются исследованными судом доказательствами, не противоречат показаниям других свидетелей и согласуются с показаниями ФИО5, оснований не имеется.

Утверждение ФИО1 о том, что полученные от Свидетель №1 денежные средства ФИО5 потратил на личные нужды, опровергаются показаниями последнего, положенными в основу приговора, которые судом признаны достоверными.

Вместе с тем, судебная коллегия не может согласиться с доводами о том, что ФИО5 денежные средства, полученные от генерального директора ООО «

<

данные изъяты>» Свидетель №1 в полном объёме передал заместителю главы администрации ФИО1, в связи с чем, его действия подлежат квалификации как посредничество в даче взятки по ст. 291.1 УК РФ.

Из установленных судом фактических обстоятельств дела следует, что ФИО5 активно участвовал в выполнении объективной стороны состава преступления, предусмотренного п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ, при этом он действовал как в интересах ФИО1, так и в своих личных интересах, денежными средствами они распорядились по собственному усмотрению, и поэтому действия ФИО5 суд обоснованно квалифицировал, как и действия ФИО1, по п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ.

Исходя из описания преступных деяний, признанных доказанными, с обвинением по п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ взаимосвязаны также действия ФИО1 и ФИО5 по злоупотреблению ими своими должностными полномочиями.

Установленные обстоятельства по делу в своей совокупности свидетельствуют о наличии у осужденных умысла как на получение взятки, так и на использование своих служебных полномочий вопреки интересам службы, при этом они действовали из корыстных побуждений с целью личного обогащения.

В п. 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9.07.2013 N 24 "О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях" обращено внимание судов на то, что совершение должностным лицом за взятку действий (бездействие), образующих самостоятельный состав преступления, не охватывается объективной стороной преступления, предусмотренного ст. 290 УК РФ. В таких случаях содеянное взяткополучателем подлежит квалификации по совокупности преступлений как получение взятки и по соответствующей статье Особенной части УК РФ, предусматривающей ответственность за злоупотребление должностными полномочиями, превышение должностных полномочий, служебный подлог, фальсификацию доказательств и т.п.

С учетом указанных разъяснений, нельзя согласиться с доводами апелляционных жалоб о том, что юридическая оценка действий осужденных является «задвоенной».

В связи с приводимыми в жалобах доводами относительно неверного установления размера причиненного администрации г.о. Солнечногорск материального ущерба, со ссылками на несение ООО «Экосервис» затрат в рамках выполнения муниципальных контрактов, судебная коллегия отмечает, что причинение материального ущерба администрации г.о. Солнечногорск свидетельствует о существенном нарушении ее прав и законных интересов, однако размер причиненного ущерба в денежном выражении в данном случае на квалификацию действий осужденных не влияет.

В то же время, судебная коллегия соглашается с приводимыми в защиту ФИО1 доводами о том, что суд необоснованно признал его виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 285 УК РФ, при исполнении муниципального контракта 

<

данные изъяты>-Е от 

<

данные изъяты>, поскольку никаких документов на оплату счетов ФИО1 не подписывал, был уволен с занимаемой ранее должности через несколько дней после заключения данного контракта, а ФИО5 подписывал представленные Свидетель №1 документы у преемника ФИО1 - ФИО9

Приговор суда в отношении ФИО1 в указанной части подлежит отмене, а уголовное дело в отношении него в этой части - прекращению на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в его деянии состава преступления.

Факт злоупотребления ФИО5 своими должностными полномочиями при исполнении муниципального контракта 

<

данные изъяты>-Е от 

<

данные изъяты> в жалобах не оспаривается, судом достоверно установлен, с чем судебная коллегия не находит оснований не согласиться.

Приводимые в жалобах доводы о недоказанности вины ФИО2 и участия ФИО1 в приготовлении к получению взятки от директора АО «

<

данные изъяты>» Свидетель №5 за оказание содействия в получении АО «

<

данные изъяты>» разрешения (ордера) на производство земляных работ на территории г.о. Солнечногорск и в злоупотреблении указанными лицами своими должностными полномочиями, судебная коллегия считает безосновательными.

Так, из показаний свидетеля Свидетель №4 следует, что он является начальником управления охраны окружающей среды Министерства экологии и природопользования Московской области. В конце февраля - начале марта 

<

данные изъяты> к нему обратился знакомый Свидетель №5 - генеральный директор АО «

<

данные изъяты>», занимающегося утилизацией грунтов, перевозкой сыпучих материалов и культивацией нарушенных земель, сообщивший о наличии у него проблем в работе площадки в районе д. Шемякино г.о. Солнечногорск МО. Свидетель №5 пояснил, что со стороны администрации г.о. Солнечногорск ему было отказано в предоставлении муниципальной услуги «выдача ордера на производство земельных работ» и зная, что он (Свидетель №4) хорошо общается с начальником Отдела экологии администрации г.о. Солнечногорск ФИО2, обратился к нему с просьбой об оказании содействия в решении вопроса с администрацией г.о. Солнечногорск о выдачи ордера АО «Квант» на производство земляных работ, в том числе путем организации встречи с сотрудниками администрации г.о. Солнечногорск, курирующими вопросы экологии на территории г.о. Солнечногорск. Свидетель №5 сообщил, что хочет спокойно работать, без проведения каких-либо проверок и препятствий со стороны должностных лиц Администрации г.о. Солнечногорск, и готов «отблагодарить», то есть, как он его понял, дать за это взятку. Он (Свидетель №4) согласился организовать встречу Свидетель №5 и ФИО2, для того, чтобы те договорились о решении вопроса о содействии со стороны ФИО2 в получении АО «

<

данные изъяты>» ордера на производство земельных работ. В период с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> он встретился с ФИО2, которому рассказал о разговоре, и сообщил, что тот готов «отблагодарить», т. е. дать взятку за помощь в оформлении ордера на производство земельных работ, а также за нечинение препятствий в работе АО «

<

данные изъяты>», при этом никакие суммы денежной «благодарности» со стороны Свидетель №5 не оговаривались, поскольку вопрос о размере взятки Свидетель №5 должен был решить с ФИО2 самостоятельно. ФИО2 сообщил, что сможет решить вопрос о выдаче ордера на проведение земельных работ в д. Шемякино г.о. Солнечногорск МО через заместителя по безопасности Главы А. Р. К.С., который, как пояснил ФИО2, является его товарищем. Он отправил Свидетель №5 номер телефона ФИО2, сообщив, что тот обещал помочь, а ФИО2 сообщил, что готов организовать ему (ФИО2) личную встречу с Свидетель №5 ФИО2 самостоятельно определил время и место встречи — 

<

данные изъяты> в период с 

<

данные изъяты> в ресторане «Раздолье», о чем он (Свидетель №4) сообщил Свидетель №5 На встрече он представил ФИО2 Свидетель №5 последний обозначил свои проблемы, и в ходе той же встречи во время беседы в его присутствии ФИО2 предложил ФИО19 заплатить 

<

данные изъяты> за решение им (ФИО2) в администрации г.о. Солнечногорск вопросов о согласовании выдачи АО «

<

данные изъяты>» ордера на производство земельных работ и не проведении проверок со стороны должностных лиц администрации г.о. Солнечногорск, курирующих вопросы экологии, площадки АО «Квант» в д. Шемякино. Далее, в ходе обсуждений в его присутствии между Свидетель №5 и ФИО2 была достигнута договоренность о денежном вознаграждении в размере 

<

данные изъяты>, которые Свидетель №5 передаст ФИО2 после получения ордера на производство земельных работ и начала работы его (ФИО20) площадки. 

<

данные изъяты> от Свидетель №5 он узнал, что тот получил ордер на производство земельных работ. Он надеялся, что Свидетель №5 отблагодарит его (Свидетель №4) за организацию встречи с ФИО2, однако, в связи с проведением в отношении АО «

<

данные изъяты>» и ФИО2 проверки сотрудниками правоохранительных органов, Свидетель №5 испугался и денежные средства не передал ни ему, ни ФИО2

Показания указанного свидетеля, в числе прочего, подтверждают правильность вывода суда о наличии у ФИО2 и ФИО1 корыстного мотива при выдаче АО «

<

данные изъяты>» в лице ФИО21 ордера на производство земельных работ и дальнейшем оказании ему общего покровительства и попустительства по службе.

Данные показания свидетель Свидетель №4 подтвердил в ходе очных ставок с Свидетель №5 и ФИО2 Подтверждаются они и показаниями свидетеля Свидетель №6, протоколом явки с повинной Свидетель №5, протоколами очных ставок между Свидетель №5 и ФИО2

Ссылки защитника ФИО2 на то, что у стороны защиты не было возможности реализовать свои права и задать вопросы 

<

данные изъяты>. в ходе судебного следствия, так как последние в суд не явились, безосновательны, поскольку показания указанных свидетелей оглашены судом при наличии к тому оснований, а возможность их допроса реализована при проведении очных ставок, где у ФИО2 и его защитника имелась возможность выразить свою позицию, сделать какие-либо заявления или замечания, связанные с пояснениями 

<

данные изъяты>

Доводы жалоб о том, что в судом не исследовался протокол явки с повинной Свидетель №5, опровергаются данными протокола судебного заседания, свидетельствующими об обратном; более того, по ходатайству стороны защиты указанный протокол был исследован в суде апелляционной инстанции, и судебная коллегия удостоверилась в том, что протокол явки Свидетель №5 с повинной составлен в присутствии адвоката, в связи с чем, является допустимым доказательством, на которое суд обоснованно сослался в приговоре.

Из показаний Свидетель №9 усматривается, что ему известно о знакомстве и общении Свидетель №5 с Свидетель №4 и ФИО2 Он знает, что АО «

<

данные изъяты>» получило отказ от Администрации г.о. Солнечногорск в выдаче ордера на право проведения земляных работ на земельном участке вблизи 

<

данные изъяты>, после чего Свидетель №5 за помощью в получении ордера обратился к ФИО2, так как без знакомых и связей административно-технический отдел Администрации г.о. Солнечногорск МО в выдаче ордера отказывает по незначительным основаниям. ФИО2 обещал помочь и предложил проводить земляные работы в период получения ордера без такового, а так как выявлением правонарушений в данной сфере из А. г.о. Солнечногорск занимается он и его экологический отдел, то он сможет «закрыть на это глаза» и Свидетель №5 не трогать, однако данная услуга будет не бесплатной, но точная сумма ему (Свидетель №9) неизвестна. Ему не известно, согласился ли Свидетель №5, но судя по тому, что АО «

<

данные изъяты>» работал без ордера, предполагает, что денежные средства были переданы. В дальнейшем, со слов Свидетель №6, ему стало известно, что на вышеуказанном участке сотрудники министерства экологии и природопользования Московской области будут производить экспертизу, брать пробы для проведения лабораторных исследования по классу опасности грунта. Так же ему было известно, что АО «

<

данные изъяты>» без лицензии и каких-либо других разрешительных документов завозил отходы различного класса опасности на земельные участки в 

<

данные изъяты>. Ордер на проведение земляных работ впоследствии АО «

<

данные изъяты>» выдал начальник административно-технического отдела администрации г.о. Солнечногорск ФИО22. Также ФИО2 рассказывал Свидетель №6, что он покровительствует сотрудникам АО «

<

данные изъяты>».

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №10 - главного эксперта административно-технического отдела администрации г.о. Солнечногорск МО, в должностные обязанности которой входит, в том числе, осуществление подготовки и выдачи ордеров на проведение земляных либо аварийно-восстановительных работ на территории г.о. Солнечногорск, рассмотрение заявлений происходит после подачи заявителем заявки через портал Госуслуг МО, после процедуры идентификации, заявка поступает в Администрацию г.о. Солнечногорск, ее рассмотрением занимается отдел административно-технического надзора (ранее административно-технический отдел). В соответствии с представленным комплектом документов она подготавливает проект решения о выдачи ордера либо об отказе в выдаче ордера, после чего передает проект ордера своему непосредственному руководителю, а тот подписывает его у заместителя Главы Администрации ФИО1 В конце 

<

данные изъяты> к ним поступила заявка на выдачу ордера на право производства земляных работ от АО «

<

данные изъяты>», после рассмотрения которой было подготовлено и подписано решение об отказе в выдаче данного ордера; причины отказа она уже не помнит. 

<

данные изъяты> АО "

<

данные изъяты>" снова подало заявку на выдачу ордера на право производства земельных работ с пакетом документов, какие-то документы 

<

данные изъяты> (ФИО20) досылал ей позже. 

<

данные изъяты> к ней подходили ее непосредственный руководитель Свидетель №11 и начальник отдела экологии ФИО2, которые попросили ее быстро подготовить проект на выдачу ордера АО «

<

данные изъяты>» по вышеуказанной заявке и передать на подпись ФИО1 Она пояснила, что в листе согласования схемы производства работ, предоставленной АО "

<

данные изъяты>", отсутствует согласование с ПАО «

<

данные изъяты>», отсутствовало согласование с аэропортом «

<

данные изъяты>», но Свидетель №11 и ФИО2 стояли возле нее и требовали быстрее напечатать проект, что она и сделала, передав им распечатанный проект. В течение часа ей передали подписанный ФИО1 ордер на право производства земляных работ, выданный АО «

<

данные изъяты>». Ордер на право производства земляных работ в электронном виде, подписанный электронно-цифровой подписью ФИО1, направили заявителю, то есть АО «

<

данные изъяты>» через портал государственных и муниципальных услуг Московской области.

Данными свидетелем Свидетель №10 показаниями опровергаются доводы жалоб о том, что ФИО2 и ФИО1 не могли знать о некомплектности сданной АО «Квант» документации.

Оснований сомневаться в достоверности показаний указанных свидетелей, оговоре ими осужденных, у суда не имелось, не имеется таковых и у судебной коллегии, поскольку указанные доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, согласуются между собой, дополняют друг друга, подтверждаются письменными доказательствами. Фактов, свидетельствующих о приведении в приговоре показаний таким образом, что это искажало бы их существо и позволяло дать им иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, судебной коллегией не установлено.

Иные показания свидетелей, исследованные в судебном заседании, суд первой инстанции в силу ст. 17 УПК РФ оценивал по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью, и не согласиться в данной оценкой у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Тот факт, что данная судом оценка доказательств не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению судебного решения.

Оспариваемое стороной защиты заключение проведенной по делу экспертизы отвечает требованиям ст. 204 УПК РФ, содержит ответы на поставленные вопросы, ссылки на примененные методики и другие необходимые данные, заверено подписями экспертов, имеет записи о разъяснении им прав и обязанностей, предусмотренных ст. 57 УПК РФ, и предупреждении об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений. Выводы экспертов должным образом мотивированы и обоснованы, сомневаться в их правильности оснований не имеется. Оснований для признания экспертного заключения недопустимыми доказательствами, о чем указывает в жалобе защита, не имеется.

Доводы о нарушении прав ФИО2 при назначении экологической экспертизы, с постановлением о назначении которой обвиняемый и его защитник были ознакомлены одновременно с экспертным заключением, несостоятельны, так как по смыслу закона, формальное нарушение ст. 198 УПК РФ не является основанием для признания доказательства недопустимым, поскольку на последующих этапах судебного следствия сторона защиты не лишена была возможности заявлять ходатайства о производстве экспертиз с постановкой своих вопросов экспертам.

Несогласие авторов жалоб с выводами экспертов, которое обусловлено их собственной интерпретацией представленных доказательств по делу, не ставит под сомнение выводы суда о достоверности и допустимости исследованных им и положенных в основу приговора указанных доказательств.

Тот факт, что проверка комплектности документов, связанных с выдачей ордера на производство земляных работ, и соответствия их регламенту входит в компетенцию иных сотрудников администрации г.о. Солнечногорск, не опровергает выводов суда о совершении ФИО2 и ФИО1 преступлений.

Анализ установленных в судебном заседании обстоятельств позволил суду прийти к выводу о том, что ФИО2 и ФИО1, действуя в интересах АО «

<

данные изъяты>» и его представителя - лица 

<

данные изъяты>, дело в отношении которого выделено в отдельное производство, в целях получения взятки в крупном размере, как лично, так и через посредника - лица 

<

данные изъяты>, дело в отношении которого также выделено в отдельное производство, являясь должностными лицами администрации г.о. Солнечногорск, организовали беспрепятственный прием администрацией неполного комплекта документов, представленного лицом 

<

данные изъяты>, после чего, ФИО2, занимающий должность начальника Отдела экологии администрации г.о. Солнечногорск МО, заведомо зная об отсутствии законных оснований на выдачу АО «

<

данные изъяты>» разрешения (ордера) на производство земляных работ, используя свое должностное положение и авторитет по службе, оказал содействие в приеме и сопровождении поступивших от АО «

<

данные изъяты>» документов, комплектность которых не соответствовала требованиям Административного регламента, и способствовал не проведению надлежащей проверки предоставленных лицом 

<

данные изъяты> документов со стороны должностных лиц Административно-технического отдела администрации г.о. Солнечногорск МО. Далее, ФИО2, не осведомляя о своих преступных намерениях ФИО22 - начальника Административно-технического отдела Администрации г.о. Солнечногорск МО, попросил последнего оказать содействие в изготовлении вышеуказанного ордера, поручив его изготовление главному эксперту отдела Свидетель №10, подчиненной ФИО22, убедив ту изготовить ордер на право производства земляных работ на территории г.о. Солнечногорск МО, при том, что имелись законные основания для отказа в предоставлении данной муниципальной услуги. После этого ФИО2 предоставил указанный ордер на подпись ФИО1, который, действуя из корыстной заинтересованности, незаконно и в нарушение установленного порядка, согласовал предоставление муниципальной услуги «выдача ордера на право производства земляных работ на территории городского округа 

<

данные изъяты>», подписал и выдал АО «

<

данные изъяты>» ордер (разрешение) на производства земляных работ в д. 

<

данные изъяты>.

В результате проведенных АО «

<

данные изъяты>» работ на вышеуказанном земельном участке был осуществлен завоз отходов, соответствующий четвертому классу опасности, и таким образом нанесен вред окружающей среде (поверхностным водам) и создана угроза нанесения вреда окружающей среде в будущем (грунтовым, подземным водам и атмосферному воздуху), что являлось основанием для применения со стороны администрации г.о. Солнечногорск в лице Отдела экологии и курирующего указанное направление заместителя Главы г.о. 

<

данные изъяты> ФИО1 мер реагирования, однако ФИО1 и ФИО2, желая получить взятку в оговоренном с лицом 

<

данные изъяты> крупном размере, осуществляли его общее покровительство в решении вопросов с иными службами и подразделениями администрации и мер по пресечению деятельности последнего не приняли, чем совершили попустительство по службе. Злоупотребление ФИО1 и ФИО2 своими служебными полномочиями повлекло причинение вреда окружающей среде на сумму 

<

данные изъяты>, что правильно расценено судом как существенное нарушение прав и законных интересов граждан и организаций и охраняемых законом интересов общества и государства, повлекшее тяжкие последствия.

Указанные обстоятельства подтверждают наличие у осужденных умысла как на получение взятки, так и на использование своих служебных полномочий вопреки интересам службы, из корыстной заинтересованности. Квалификация совершенных осужденными ФИО1 и ФИО2 действий по ч. 1 ст. 30, п.п. «а,в» ч. 5 ст. 290 и ч. 3 ст. 285 УК РФ соответствует фактическим обстоятельствам дела, и не противоречит уголовному закону, о чем указывалось выше.

Доводы защиты о том, что земельный участок, на котором Свидетель №5 осуществлял свою деятельность, ранее на протяжении длительного времени использовался для размещения отходов производства и потребления, неубедительны и выводов суда не опровергают, как не свидетельствует о невиновности ФИО1 и ФИО2 и заключение судебной экологической экспертизы от 18.07.2022, на которое ссылается защитник.

Отсутствие по делу гражданского иска, на что обращает внимание осужденный ФИО2, не свидетельствует об отсутствии ущерба. То, что ущерб причинен в результате деятельности АО «

<

данные изъяты>», следует из заключения эксперта от 

<

данные изъяты>, показаний свидетелей.

Судебная коллегия считает, что суд первой инстанции всесторонне, полно и объективно исследовал все обстоятельства дела, проверил все имеющиеся доказательства, сопоставил их друг с другом, оценил собранные доказательства в их совокупности, что позволило ему правильно установить фактические обстоятельства совершенных осужденными преступлений. Ни фактических, ни правовых оснований для переоценки доказательств, к чему по сути сводятся доводы жалоб, судебная коллегия не находит.

Нарушений уголовно-процессуального закона при сборе доказательств по делу судом не установлено. Какие-либо противоречия в доказательствах, вызывающие сомнения в виновности осужденных и требующие их толкования в пользу последних, по делу отсутствуют.

Несмотря на доводы жалоб об обратном, изучение материалов уголовного дела показало, что обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены правильно, при этом выводы суда не содержат предположений и основаны исключительно на исследованных материалах дела, получивших оценку в приговоре, с которой судебная коллегия соглашается.

С учетом установленных фактических обстоятельств по делу, направленности умысла осужденных, суд правильно квалифицировал действия ФИО1 и ФИО5 по п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ; действия ФИО1 и ФИО2 - по ч. 1 ст. 30, п.п. «а,в» ч. 5 ст. 290 УК РФ.

Квалификация содеянного ФИО1 и ФИО5 как получение должностными лицами лично взятки в виде денег группой лиц по предварительному сговору, в значительном размере, за совершение действий (бездействия) в пользу взяткодателя или представляемых им лиц, если указанные действия (бездействие) входят в служебные полномочия должностного лица, либо если оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям (бездействию), а равно за общее покровительство и попустительство по службе; ФИО1 и ФИО2 - как приготовление к получению должностными лицами лично и через посредника взятки в виде денег группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, за совершение действий (бездействия) в пользу взяткодателя или представляемых им лиц, если указанные действия (бездействие) входят в служебные полномочия должностного лица, либо если оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям (бездействию), а равно за общее покровительство и попустительство по службе, является правильной.

Однако, указав одновременно с этим, что осужденные получили либо приготовились к получению взятки за незаконные действия (бездействие), суд не учел, что данная формулировка не соответствует диспозиции ст. 290 УК РФ и по смыслу закона, исходя из разъяснений, содержащихся в п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 июля 2013 года N 24 "О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях", незаконные действия не могут входить в полномочия должностного лица.

То есть, одновременная квалификация взятки по признакам «за совершение незаконных действий (бездействия)» и «если указанные действия (бездействие) входят в служебные полномочия должностного лица» исключена, что судом не принято во внимание.

Судом верно установлено, что ФИО1, ФИО5, ФИО2 являлись должностными лицами и надлежащими субъектами указанных должностных преступлений. Получение взятки ФИО1 и ФИО5 и приготовление ФИО1 и ФИО2 к получению взятки как должностными лицами, с учетом имеющихся у каждого из них на момент совершения преступлений должностных полномочий, сомнений не вызывает. Кроме того, судом правильно установлено, что взятка ФИО1 и ФИО5 была получена за совершение действий (бездействия), входящих в их служебные полномочия, то есть, за действия (бездействие), которые они имели право и (или) обязаны были совершить в пределах своей служебной компетенции. За входящие в их служебные полномочия действия (бездействие) намеревались получить взятку и ФИО2 с ФИО1

При изложенных обстоятельствах, указание при квалификации действий ФИО1 и ФИО5 по п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ; ФИО1 и ФИО2 - по ч. 1 ст. 30, п.п. «а,в» ч. 5 ст. 290 УК РФ об осуждении за совершение «незаконных действий» является излишним и подлежит исключению.

Кроме того, признав ФИО1 и ФИО5 виновными по ч. 3 ст. 285 УК РФ в злоупотреблении должностными полномочиями, повлекшем тяжкие последствия, суд исходил из того, что в результате их незаконных действий (бездействия) причинен материальный ущерб администрации г.о. Солнечногорск МО в крупном размере на сумму 

<

данные изъяты> (при исполнении муниципального контракта № 195/22-Е от 15.08.2022) и в размере 

<

данные изъяты> (при исполнении муниципального контракта 

<

данные изъяты>-Е от 

<

данные изъяты>), подорван авторитет власти и службы в органах местного самоуправления, а так же существенно нарушены права и законные интересы граждан и охраняемых законом интересы общества и государства в сфере реализации установленных целевых программ, направленных на защиту окружающей среды и охрану здоровья граждан.

Между тем, в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.10.2009 N 19 "О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и превышении должностных полномочий" (с последующими изменениями), под тяжкими последствиями как квалифицирующим признаком преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 285 УК РФ, следует понимать последствия совершения преступления в виде крупных аварий и длительной остановки транспорта или производственного процесса, иного нарушения деятельности организации, причинение значительного материального ущерба, причинение смерти по неосторожности, самоубийство или покушение на самоубийство потерпевшего и т.п.

По смыслу уголовного закона, который не содержит перечня тяжких последствий, предусмотренных ч. 3 ст. 285 УК РФ, их тяжесть в каждом конкретном случае оценивается судом с учетом всех обстоятельств дела, в том числе, с учетом специфики преступления, объема (размера) нарушенных прав и законных интересов граждан, организаций, общества и государства, а также иных обстоятельств, связанных с наступлением в результате преступления таких последствий.

Однако, сделав вывод о наступлении в результате содеянного ФИО1 и ФИО5 тяжких последствий и фактически связав их наступление только лишь с фактом причинения материального ущерба администрации г.о. Солнечногорск МО, суд первой инстанции не учел, что, исходя из имеющихся в деле сведений о бюджете г.о. Солнечногорск МО за 

<

данные изъяты> составляющем более 

<

данные изъяты> на что обоснованно обращают внимание авторы апелляционных жалоб, суммы причинённого администрации г.о. Солнечногорск МО ущерба в размере 

<

данные изъяты> не могут расцениваться как значительный материальный ущерб для бюджета г.о. Солнечногорск.

При таких обстоятельствах действия ФИО1 и ФИО5, связанные с исполнением муниципального контракта 

<

данные изъяты>-Е от 

<

данные изъяты>, а также совершенные ФИО5 действия по муниципальному контракту 

<

данные изъяты>-Е от 

<

данные изъяты>, подлежат переквалификации с ч. 3 ст. 285 УК РФ на ч. 1 ст. 285 УК РФ, со снижением назначенного каждому из них наказания за данные преступления. Доводы апелляционных жалоб в этой части судебная коллегия считает обоснованными.

При назначении осужденным наказания суд в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ учитывал характер и степень общественной опасности совершенных каждым из них преступлений, данные о личности ФИО1, который ранее не судим, в ПД и НД на учетах не состоит, положительно характеризуется настоятелем Михаило-Архангельского храма в д. 

<

данные изъяты>, оказывает помощь участникам СВО, имеет многочисленные грамоты и благодарности, награжден медалями «За отличие в военной службе», «За отличие в пограничной службе»; ФИО5, который ранее не судим, в ПД и НД на учетах не состоит, работает, где положительно характеризуется, за что имеет грамоты и благодарности, удовлетворительно характеризуется по месту жительства; ФИО2, который в ПД и НД на учетах не состоит, положительно характеризуется заместителем начальника Московско-Окского территориального управления, общественной организацией «Солнечногорское общество рыболовов», начальником Контрольно-ревизионного управления г.о. Солнечногорск МО, имеет благодарственные письма.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд учел наличие на иждивении у ФИО1 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> ФИО23, 

<

данные изъяты>

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденных, судом не установлено.

Данных о наличии у осужденных иных смягчающих обстоятельств, которые не были известны суду первой инстанции либо которые в силу требований закона могли бы являться безусловным основанием для назначения им более мягкого наказания, не имеется. Вывод суда о невозможности исправления осужденных без реального лишения свободы и отсутствии оснований для применения в отношении них ст. ст. 64, 73 УК РФ в приговоре мотивирован.

Приводимые в жалобах доводы о том, что в ходе расследования уголовного дела с ФИО5 было заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, в рамках которого он активно способствовал расследованию и раскрытию преступлений, что является основанием для признания данного обстоятельства смягчающим наказание в соответствии с п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ и влечет применение положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, доводы о том, что совокупность смягчающих обстоятельств, при отсутствии отягчающих обстоятельств, может быть признана судом исключительной, существенно снижающей степень общественной опасности преступления, и послужить основанием для применения в отношении ФИО5 ст. ст. 64, 73 УК РФ, судебная коллегия считает неубедительными.

Так, досудебное соглашение с ФИО5 было расторгнуто в связи с не выполнением им условий соглашения; частичное признание ФИО5 вины учтено судом в качестве смягчающего обстоятельства, при этом органы следствия об активном способствовании в расследовании и раскрытии преступлений со стороны ФИО5 не указывали, и судом такового установлено не было, с чем судебная коллегия не находит оснований не согласиться.

Судебная коллегия приходит к выводу о невозможности назначения ФИО5, также как и ФИО1, и ФИО2 за взяточничество и злоупотребление должностными полномочиями наказания в виде штрафа, который уголовным законом предусмотрен в качестве альтернативы лишению свободы, либо условного наказания в соответствии со ст. 73 УК РФ, поскольку такое наказание в данном случае нельзя признать справедливым, в связи с тем, что оно не будет соответствовать характеру и степени общественной опасности совершенных осужденными коррупционных преступлений, обстоятельствам их совершения и личности виновных.

Вместе с тем, с учетом вносимых в приговор суда изменений, судебная коллегия считает возможным снизить осужденному ФИО1 срок наказания по п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ.

Осужденному ФИО1 зачтено в срок отбывания наказания время содержания под стражей с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> и с 

<

данные изъяты> до вступления приговора в законную силу из расчета, произведенного в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, а также время нахождения под домашним арестом с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> из расчета, произведенного в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ.

Между тем, из материалов уголовного дела следует, что ФИО1 содержался под стражей с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты>, с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> и с 

<

данные изъяты> до вступления приговора в законную силу, а под домашним арестом находился 

<

данные изъяты> и с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты>.

В связи с этим, приговор суда в отношении ФИО1 в указанной части подлежит изменению.

Оснований для зачета в срок наказания осужденному ФИО5 срока действия запрета определенных действий, о чем ставится вопрос в апелляционном представлении, у суда не имелось, поскольку ему не был установлен запрет на выход в определенные периоды времени за пределы жилого помещения. В связи с этим, апелляционное представление в данной части удовлетворению не подлежит.

В то же время, доводы прокуроров об изменении приговора в части разрешения вопроса об имуществе, подлежащем конфискации, являются обоснованными.

Судом ФИО1 и ФИО5 осуждены за совершение преступления, предусмотренного п. "а, в" ч. 5 ст. 290 УК РФ, связанного с получением ими в качестве взятки денежных средств в размере 40 000 рублей.

Приговором суда в счет конфискации денежных средств, полученных в результате совершения преступления, с ФИО1 и ФИО5 в доход государства взыскано 40 000 рублей с каждого.

Согласно п. "а" ч. 1 ст. 104.1 УК РФ конфискация имущества есть принудительное безвозмездное изъятие и обращение в собственность государства на основании обвинительного приговора денег, ценностей и иного имущества, полученных в результате совершения преступлений, в том числе преступлений, предусмотренных ст. 290 УК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 104.2 УК РФ, если конфискация определенного предмета, входящего в имущество, указанное в ст. 104.1 настоящего Кодекса, на момент принятия судом решения о конфискации данного предмета невозможна вследствие его использования, продажи или по иной причине, суд выносит решение о конфискации денежной суммы, которая соответствует стоимости данного предмета.

В связи с этим, на основании ст. ст. 104.1, 104.2 УК РФ у осужденных ФИО1 и ФИО5 в собственность государства подлежит конфискации денежная сумма, эквивалентная сумме полученной ими взятки, то есть 40 000 рублей.

Поскольку осужденные получили указанные деньги в результате совместных действий при совершении преступления группой лиц по предварительному сговору, указанная сумма подлежит взысканию с них в солидарном порядке.

Кроме того, согласно п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 N 55 "О судебном приговоре", если дело в отношении некоторых обвиняемых выделено в отдельное производство либо прекращено в связи со смертью, то в приговоре указывается, что преступление совершено подсудимыми совместно с другими лицами, без упоминания их фамилий, но с указанием принятого в отношении них процессуального решения.

В связи с этим, из описательно-мотивировочной части приговора при описании преступных деяний подлежит исключению ссылка на фамилии Свидетель №1, Свидетель №4 и Свидетель №5, с указанием на лиц 1, 2, 3, уголовные дела в отношении которых выделены в отдельное производство.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.38913, 38920, 38928 УПК РФ, судебная коллегия,

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Приговор Химкинского городского суда Московской области от 

<

данные изъяты> в отношении ФИО1, ФИО5, ФИО2 изменить:

из описательно-мотивировочной части приговора при описании преступных деяний исключить ссылку на фамилии Свидетель №1, Свидетель №4 и Свидетель №5, указав на лиц 1, 2, 3, уголовные дела в отношении которых выделены в отдельное производство;

исключить из приговора при квалификации действий ФИО1 и ФИО5 по п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ и действий ФИО1 и ФИО2 по ч. 1 ст. 30, п.п. «а,в» ч. 5 ст. 290 УК РФ УК РФ, осуждение за совершение «незаконных действий»;

переквалифицировать действия ФИО5 по преступлению, связанному с муниципальным контрактом 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, с ч. 3 ст. 285 на ч. 1 ст. 285 УК РФ, по которой назначить наказание в виде 1 (одного) года лишения свободы, с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, с организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями на срок 8 месяцев;

переквалифицировать действия ФИО5 по преступлению, связанному с муниципальным контрактом 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, с ч. 3 ст. 285 на ч. 1 ст. 285 УК РФ, по которой назначить наказание в виде 

<

данные изъяты>, с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, с организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями на срок 

<

данные изъяты>;

по совокупности преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 5 ст. 290, ч. 1 ст. 285, ч. 1 ст. 285 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний назначить ФИО5 окончательное наказание в виде 

<

данные изъяты>) месяцев лишения свободы, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, с организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями на срок 3 (три) года 6 (шесть) месяцев, со штрафом в размере пятикратной суммы взятки, а именно в размере 200 000 (двести тысяч) рублей; наказание в виде штрафа исполнять самостоятельно;

указать о зачете ФИО5 в срок отбывания наказания времени содержания под стражей с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> и с 

<

данные изъяты> до вступления приговора в законную силу, из расчета, произведенного в соответствии с п. «а» ч.3.1 ст. 72 УК РФ, а также времени нахождения под домашним арестом с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты>, из расчета, произведенного в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ;

смягчить назначенное ФИО1 наказание по п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ до 7 (семи) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы, с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, с организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями на срок 4 года, со штрафом в размере восьмикратной суммы взятки, а именно в размере 

<

данные изъяты>;

переквалифицировать действия ФИО1 по преступлению, связанному с муниципальным контрактом 

<

данные изъяты>-Е от 

<

данные изъяты>, с ч. 3 ст. 285 на ч. 1 ст. 285 УК РФ, по которой назначить ему наказание в виде 1 (одного) года 6 (шести) месяцев лишения свободы, с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, с организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями на срок 1 год; приговор суда в части осуждения ФИО1 по ч. 3 ст. 285 УК РФ (по преступлению, связанному с муниципальным контрактом 

<

данные изъяты>-Е от 

<

данные изъяты>), отменить, уголовное дело в отношении него в этой части прекратить на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в его деянии состава преступления, признав за ФИО1 право на реабилитацию;

по совокупности преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 5 ст. 290, ч. 1 ст. 285, ч. 1 ст. 30, п.п. «а,в» ч. 5 ст. 290, ч. 3 ст. 285 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний назначить ФИО1 окончательное наказание в виде 8 (восьми) лет лишения свободы, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, с организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями на срок 5 лет, со штрафом в размере восьмикратной суммы взятки, а именно в размере 320 000 рублей; наказание в виде штрафа исполнять самостоятельно;

указать о зачете ФИО1 в срок отбывания наказания времени содержания под стражей с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты>, с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> и с 

<

данные изъяты> до вступления приговора в законную силу из расчета, произведенного в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, а также времени нахождения под домашним арестом 

<

данные изъяты> и с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> из расчета, произведенного в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ;

указать о конфискации в соответствии со ст. ст. 104.1 и 104.2 УК РФ в собственность государства денежных средств сумме 40 000 (сорок тысяч) рублей, эквивалентной сумме взятки, полученной в результате совершения преступления, предусмотренного п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ, взыскав указанную сумму с осужденных ФИО1 и ФИО5 в солидарном порядке.

В остальном приговор суда в отношении ФИО1 и ФИО5, ФИО2 оставить без изменения, апелляционные представления заместителей прокурора, апелляционные жалобы осужденного Р. К.С., адвокатов Павлухина А.А., Данилова Е.П., Еркович Е.В. удовлетворить частично, апелляционные жалобы осужденного ФИО2 и адвоката Бабанова А.В. оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденными, содержащимися под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии судебного решения, вступившего в законную силу, при этом осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: