Дело № 1-292/2019

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Омск 29 ноября 2019 года

Омский районный суд Омской области в составе 

председательствующего судьи Тригуб М.А., 

при секретаре судебного заседания Власюке А.С.,

с участием государственного обвинителя Холодовой О.А., 

потерпевшей Х.О.В.,

подсудимого ФИО1, 

защитника – адвоката Додонова А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, 

<

данные изъяты> 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил преступление в Омском районе Омской области при следующих обстоятельствах.

ФИО1, являясь мастером строительных и монтажных работ строительного участка по внутридомовому газоснабжению ремонтно-строительной службы 

<

данные изъяты>», назначенный на должность приказом генерального директора 

<

данные изъяты>» от 31.03.2015 № 69ок «О переводе работников на другую работу». 05.04.2018, в дневное время, ФИО1, находясь в квартире расположенной по адресу: 

<

адрес>, с целью хищения денежных средств, принадлежащих Х.О.В., путем обмана, заранее зная, что работы проводиться не будут, заключил с последней не имеющий юридической силы договор о подключении объекта капитального строительства по индивидуальному проекту от 05.04.2018, согласно которому 

<

данные изъяты>» должно осуществить подключение объекта капитального строительства к сети газораспределения в жилом доме, расположенном по адресу: 

<

адрес>. После этого, ФИО1, убедил Х.О.В. передать ему денежные средства в сумме 35 000 рублей в качестве предоплаты за данные услуги, сообщив последней заведомо ложные сведения, не соответствующие действительности о том, что выполнит работы, однако, не намеревался исполнить взятые на себя обязательства. Х.О.В., не подозревая о преступных намерениях ФИО1, согласилась с предложением, после чего передала ФИО1 принадлежащие ей денежные средства в сумме 35 000 рублей. Далее, ФИО1, составил квитанцию к приходному кассовому ордеру от 05.04.2018, которую передал Х.О.В. В дальнейшем, ФИО1 распорядился похищенными у Х.О.В. денежными средства в сумме 35 000 рублей по своему усмотрению, причинив тем самым Х.О.В. материальный ущерб на сумму 35 000 рублей. 

Подсудимый ФИО1 вину в предъявленном обвинении признал полностью в содеянном раскаялся. Согласно ст. 51 Конституции Российской Федерации от дачи показаний в судебном заседании отказался.

По ходатайству государственного обвинителя в соответствии со ст. 276 УПК РФ в судебном заседании были оглашены показания ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия, из которых следует, что с 20.08.2004 года он работал слесарем в 

<

данные изъяты>», с 01.04.2015 года по 17.08.2018 года он работал в 

<

данные изъяты>» в должности мастера строительных и монтажных работ строительного участка по внутридомовому газоснабжению ремонтно-строительной службы, а затем уволился. Перед заключением договоров по газификации проводились собрания по поводу снабжения жилых домов газовым оборудованием и подачей газа, в дальнейшем абоненты оставляли телефонные заявки и ФИО1 лично выезжал в тот или иной населенный пункт в зависимости от места заявки, где обращаясь к абоненту, заключал с ними договор от имени руководителя организации, брал предоплату в различной сумме, в зависимости от волеизъявления абонента, о чем им выписывалась квитанция, в квитанции стояла печать, указывались данные абонента, реквизиты организации и сумма предоплаты. Затем, полученные ФИО1 денежные средства он должен был в дальнейшем сдать в кассу 

<

данные изъяты>» вместе с документами, подтверждающими правоотношения 

<

данные изъяты>» с определенным абонентом. Бланки договоров подписывались начальником управления заблаговременно, имелся оттиск печати, но даты в них не стояли, то есть договора имели все необходимые реквизиты, и ФИО1 необходимо было их только заполнить, а именно внести данные об абоненте, адрес, паспортные данные и дату договора, квитанции также были снабжены всеми необходимыми реквизитами. Договора и квитанции составлялись в двух экземплярах, один комплект оставался у абонента. Непосредственное подключение объекта осуществлялось только при наличии оплаченных технических условий и поступлении денежных средств в 

<

данные изъяты>» по договору. Либо в конце марта 2018, либо в начале апреля 2018, ему позвонил Х.И.С. и сообщил, что необходимо провести газификацию в жилом доме по адресу: 

<

адрес>, который принадлежит его матери Х.О.В. 05.04.2018 ФИО1 приехал по указанному адресу, где убедил Х.О.В. составить с ней договор о подключении объекта капитального строительства по индивидуальному проекту, то есть на проведения газификации дома, а также сообщил ей, что стоимость данных услуг составляет 69 670 рублей, при этом Х.О.В. пояснила, что в настоящее время у нее полной суммы нет, на что ФИО1 предложил внести половину необходимой суммы, после чего Х.О.В. передала ФИО1 денежные средства в сумме 35 000 рублей, и ФИО1 составил договор о подключении объекта капитального строительства по индивидуальному проекту от 05.04.2018, а также квитанцию к приходному кассовому ордеру от 05.04.2018. По одной копии указанных документов он оставил Х.О.В., а вторую копию оставил у себя. ФИО1 сообщил Х.О.В., что передаст договор и денежные средств в 

<

данные изъяты>», после чего уехал, также он пообещал Х.О.В. о том, что примерно с мая 2018 года он приступит к выполнению работ. Х.О.В. доверилась ему, поскольку знала, что он является сотрудником 

<

данные изъяты>» и по долгу своей службы должен составлять договора с гражданами и получать денежные средства от граждан для последующей передачи в 

<

данные изъяты>». После получения денежных средств в сумме 35 000 рублей от Х.О.В., ФИО1 не стал передавать их в 

<

данные изъяты> а оставил себе. Умысел на хищение денежных средств, принадлежащих Х.О.В. у ФИО1 возник до заключения с ней договора, он заранее нашел старый договор, в котором был указан начальник Омского межрайонного управления С.В.Г., который в 2017 году умер. Данные действия он совершил по причине тяжелого материального положения, так как он является единственным кормильцем в семье, его супруга на тот момент нигде не работала, а также у него на иждивении 2 малолетних детей (л.д. 128-132).

В судебном заседании подсудимый ФИО1 оглашенные показания подтвердил в полном объеме. 

Допрошенная в судебном заседании потерпевшая Х.О.В. показала, что в апреле 2018 года она обратилась в местную администрацию с просьбой провести в её дом газ по адресу: 

<

адрес>. В администрации Х.О.В. дали телефон специалиста 

<

данные изъяты>» ФИО1, который занимается газификацией домов. Её сын - Х.И.С. созвонился с ФИО1 и договорился с ним о заключении договора на газификацию их дома. 05.04.2018 года ФИО1 приехал к ним домой, где заключили с ним договор, на общую сумму 69 000 рублей. Х.О.В. внесла половину стоимости в размере 35 000 рублей, на что ФИО1 выписал им квитанцию на сумму 35 000 рублей в двух экземплярах, один экземпляр квитанции он отдал им, а второй забрал себе. ФИО1 обязался провести работы до начала отопительного сезона, однако к работам так и не приступил. Х.И.С. периодически звонил ФИО1, но тот ссылался на загруженность в работе, на занятость, говорил, что скоро приступит к работам. С сентября 2018 года ФИО1 перестал выходить на связь. В ноябре 2018 года Х.О.В. поехала в 

<

данные изъяты>», где ей сказали, что ФИО1 у них уже не работает, денежные средства к ним не поступали, договор у них отсутствует. Причиненный ущерб для нее значительным не является, заявленные исковые требования поддерживает в полном объеме.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Х.И.С. показал, что потерпевшая Х.О.В. – его мать. Весной 2018 года он с матерью решил провести газ в дом по адресу: 

<

адрес>, с этой целью он связался с ФИО1, которого ему посоветовали в местной администрации как специалиста по газоснабжению. 05.04.2018 года ФИО1 приехал к ним домой. Со слов матери Х.И.С. известно, что последняя передала ФИО1 денежные средства в размере 35 000 рублей в счет выполнения работ по газификации дома. ФИО1 сказал, что документы будут готовиться в течение месяца, затем они приступят к монтажу, однако к работам ФИО1 так и не приступил. В июне 2018 года Х.И.С. созвонился с ФИО1 и спросил, когда тот приступит к работам, на что последний пояснил, что он занят, но скоро приступит к работам. С сентября 2018 года ФИО1 перестал выходить на связь. В ноябре 2018 года Х.О.В. ездила в 

<

данные изъяты>», где ей пояснили, что ФИО1 у них не работает, после чего они обратились в полицию. 

Допрошенный в судебном заседании свидетель Ж.С.В. показал, что он является заместителем генерального директора - главным инженером 

<

данные изъяты>», ранее у него в подчинении находился ФИО1, который работал у них с 2004 года. С 01.04.2015 года по 17.08.2018 года ФИО1 работал мастером строительных и монтажных работ строительного участка по внутридомовому газоснабжению ремонтно-строительной службы. Самостоятельно ФИО1 от своего имени не имел права заключать договоры с заказчиками, он мог лишь передавать заказчику данные договоры для подписания. Денежные средства, которые передавались заказчиком по договору, ФИО1 должен был передавать по бланку строгой отчетности в 

<

данные изъяты>». В ноябре 2018 года Ж.С.В. стало известно, что ФИО1 заключил договор о подключении объекта капитального строительства по индивидуальному проекту, взял у заказчика денежные средства в размере 35 000 рублей, а работы не выполнил. Все заключенные договоры необходимо сдавать на регистрацию в канцелярию, а денежные средства подлежат сдаче кассиру 

<

данные изъяты>».

В связи с возникшими существенными противоречиями в показаниях свидетеля Ж.С.В., в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, по ходатайству государственного обвинителя в судебном заседании оглашались его показания, данные в ходе предварительного следствия. 

Из оглашенных показаний свидетеля Ж.С.В. следует, что он работает в должности заместителя генерального директора – главным инженером 

<

данные изъяты>», ранее он исполнял обязанности начальника Омского межрайонного управления, а впоследствии стал главным инженером 

<

данные изъяты>», при этом у него в подчинении находился ФИО1 который работал в «

<

данные изъяты> на должности мастера строительных и монтажных работ строительного участка по внутридомовому газоснабжению ремонтно-строительной службы, после чего уволился. Так, несколько лет назад, не позднее 2017 года, начальником Омского межрайонного управления 

<

данные изъяты>» С.В.Г. были делегированы ФИО1 полномочия по заключению договоров о подключении объекта капитального строительства по индивидуальному проекту, самостоятельно ФИО1 от своего имени не имел права заключать данные договора. Так, ФИО1 лично выезжал в тот или иной населенный пункт в зависимости от места заявки, где обращаясь к абоненту, заключал с ними договор от имени руководителя организации, брал предоплату в различной сумме, в зависимости от волеизъявления абонента, о чем им выписывалась квитанция. В данной квитанции стояла печать, указывались данные абонента, реквизиты организации и сумма предоплаты. Затем, полученные денежные средства ФИО1 должен был сдать в кассу 

<

данные изъяты>» вместе с документами, подтверждающими правоотношения 

<

данные изъяты>» с определенным абонентом. Бланки договоров подписывались начальником управления заблаговременно, имелся оттиск печати, но даты в них не стояли, то есть договора имели все необходимые реквизиты, и ФИО1 необходимо было их только заполнить, а именно внести данные об абоненте, адрес, паспортные данные, дату и номер договора. Квитанции также были снабжены всеми необходимыми реквизитами. Непосредственное подключение объекта осуществлялось только при наличии заключенного договора о подключении объекта капитального строительства. В ноябре 2018 года, в офис 

<

данные изъяты>» пришла Х.О.В. и сообщила о том, что 05.04.2018 ФИО1 заключил с последней договор о подключении объекта капитального строительства по индивидуальному проекту, а также взял с нее 35 000 рублей, после чего выписал ей квитанцию к приходному кассовому ордеру, но никакие работы за длительное время не провел. В связи с тем, что ФИО1 на момент, когда Х.О.В. обратилась в 

<

данные изъяты>» уже не работал, стало понятно, что последний данные денежные средства присвоил себе. Указанные документы, а именно договор о подключении объекта капитального строительства по индивидуальному проекту от 05.04.2018 и квитанция к приходному кассовому ордеру от 05.04.2018 на момент заключения с Х.О.В. уже являлись недействительными, так как в нем указан начальник Омского межрайонного управления С.В.Г., который 07.06.2017 умер. ФИО1 никогда не предоставлял в 

<

данные изъяты>» денежные средства в сумме 35 000 рублей, полученные от Х.О.В. (л.д. 133-136). 

Оглашенные показания свидетель Ж.С.В. подтвердил в полном объеме. 

Кроме того, вина подсудимого в совершении преступления подтверждается иными исследованными в судебном заседании доказательствами. 

Заявлением от 03.11.2018 года, согласно которому Х.О.В. просит привлечь к уголовной ответственности ФИО1, который в апреле 2018 года взял денежные средства за проведение газопровода, выписал квитанцию об оплате, но денежные средства в 

<

данные изъяты>» не поступили, работы проведены не были (л.д. 36).

Приказом (распоряжением) о переводе работника на другую работу № 69ок от 31.03.2015 года, согласно которому ФИО1 переведен на должность мастера строительных и монтажных работ строительного участка по внутридомовому газоснабжению ремонтно-строительной службы 

<

данные изъяты>» (л.д. 14-19).

Должностной инструкцией мастера строительных и монтажных работ строительного участка по внутридомовому газоснабжению ремонтно-строительной службы 

<

данные изъяты>» от 01.04.2015, согласно которой в соответствии с п.п. 2.1, 2.2, 2.5, 2.6 раздела 2, мастер строительных и монтажных работ строительного участка по внутридомовому газоснабжению ремонтно-строительной службы АО «

<

данные изъяты> обязан выполнять план по строительно-монтажным работам; обеспечивать своевременную подготовку производства на строительном участке; осуществлять расстановку бригад на выполнение дневных заданий, получать наряды на производство газоопасных работ; своевременно представлять отчётность о производственной деятельности участка (л.д. 28-34, 110-122). 

Протоколом явки с повинной от 14.11.2018 года, согласно которой ФИО1 признался и раскаялся в том, что он являясь сотрудником 

<

данные изъяты>» в должности мастера строительных и монтажных работ, из корыстных побуждений, присвоил принадлежащие Х.О.В. денежные средства (л.д. 45,46). 

Заключением эксперта № 637 от 21.12.2018 года, согласно которому рукописные записи в «Квитанции» №б\н от 05.04.2018 на имя Х.О.В., «Договоре №б\н о подключении объекта капитального строительства по индивидуальному проекту» от 05.04.2018 на имя Х.О.В. выполнены ФИО1 (л.д. 50-54). 

Протоколом осмотра документов от 28.08.2019 года, согласно которому осмотрена квитанция к приходному кассовому ордеру от 05.04.2018 года, договор о подключении объекта капитального строительства по индивидуальному проекту от 05.04.2018 года (л.д. 138-140), которые постановлением следователя признаны и приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств (л.д. 141).

Протоколом осмотра места происшествия от 22.07.2019 года, согласно которому произведен осмотр домовладения, расположенного по адресу: 

<

адрес>. В ходе осмотра места происшествия установлено, что в указанном доме отсутствует какое-либо подключенное газовое оборудование. В ходе осмотра места происшествия ничего изъято не было (л.д. 59-69).

Оценив в совокупности собранные и исследованные доказательства, суд считает вину ФИО1 доказанной, квалифицирует его действия по ч. 1 ст. 159 УК РФ – как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана.

В судебном заседании было установлено, что ФИО1, являясь мастером строительных и монтажных работ строительного участка по внутридомовому газоснабжению ремонтно-строительной службы 

<

данные изъяты> назначенный на должность приказом генерального директора 

<

данные изъяты> от 31.03.2015 № 69ок «О переводе работников на другую работу». 05.04.2018, в дневное время, ФИО1, находясь в квартире расположенной по адресу: 

<

адрес>, с целью хищения денежных средств, принадлежащих Х.О.В., путем обмана, заранее зная, что работы проводиться не будут, заключил с последней не имеющий юридической силы договор о подключении объекта капитального строительства по индивидуальному проекту от 05.04.2018, согласно которому 

<

данные изъяты>» должно осуществить подключение объекта капитального строительства к сети газораспределения в жилом доме, расположенном по адресу: 

<

адрес>. После этого, ФИО1, убедил Х.О.В. передать ему денежные средства в сумме 35 000 рублей в качестве предоплаты за данные услуги, сообщив последней заведомо ложные сведения, не соответствующие действительности о том, что выполнит работы, однако, не намеревался исполнить взятые на себя обязательства. Х.О.В., не подозревая о преступных намерениях ФИО1, согласилась с предложением, после чего передала ФИО1 принадлежащие ей денежные средства в сумме 35 000 рублей. Далее, ФИО1, составил квитанцию к приходному кассовому ордеру от 05.04.2018, которую передал Х.О.В. В дальнейшем, ФИО1 распорядился похищенными у Х.О.В. денежными средства в сумме 35 000 рублей по своему усмотрению, причинив тем самым Х.О.В. материальный ущерб на сумму 35 000 рублей.

Материальный ущерб, причиненный потерпевшей Х.О.В., не признается судом значительным, поскольку, как пояснила суду потерпевшая факт хищения не поставил потерпевшую и ее семью в трудное материальное положение, и размер ущерба для нее значительным не является. Вышеизложенные обстоятельства, указывают на то, что Х.О.В. действиями подсудимого значительный ущерб причинен не был. 

В связи с изложенным, суд, с учетом позиции государственного обвинителя, исключает из обвинения квалифицирующий признак «с причинением значительного ущерба гражданину». 

Суд также исключает из объема предъявленного обвинения квалифицирующий признак «злоупотребление доверием», как излишне вмененный. Судом установлено, что способом совершения хищения являлся обман. Подсудимый, имея цель завладения чужим имуществом, сообщил потерпевшей заведомо ложные сведения, чем вводил ее в заблуждение, т.е. обманывал.

По смыслу действующего законодательства под лицами, использующими свое служебное положение при совершении мошенничества, следует понимать должностных лиц, обладающих признаками, предусмотренными пунктом 1 примечаний к статье 285 УК РФ, государственных или муниципальных служащих, не являющихся должностными лицами, а также иных лиц, отвечающих требованиям, предусмотренным пунктом 1 примечаний к статье 201 УК РФ (например, лицо, которое использует для совершения хищения чужого имущества свои служебные полномочия, включающие организационно-распорядительные или административно-хозяйственные обязанности в коммерческой организации). В силу п.1 примечания к ст.201 УК РФ выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, а также в некоммерческой организации, не являющейся государственным органом, органом местного самоуправления, государственным или муниципальным учреждением, в статьях настоящей главы, а также в статьях 199.2 и 304 УК РФ признается лицо, выполняющее функции единоличного исполнительного органа, члена совета директоров или иного коллегиального исполнительного органа, а также лицо, постоянно, временно либо по специальному полномочию выполняющее организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в этих организациях. 

Организационно-распорядительные функции включают в себя руководство коллективом, расстановку и подбор кадров, организацию труда или службы подчиненных, поддержание дисциплины, применение мер поощрения и наложения административных взысканий. К административно-хозяйственным функциям могут быть отнесены, в частности, полномочия по управлению и распоряжению имуществом и денежными средствами, находящимися на балансе и банковских счетах организаций и учреждений, а также совершение иных действий: принятие решений о начислении заработной платы, премий, осуществление контроля за движением материальных ценностей, определение порядка их хранения и т.д., между тем, из существа предъявленного ФИО1 обвинения следует, что никакими из вышеперечисленных организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций он не обладал и преступление совершено им не в связи с занимаемой должностью, а в связи с выполнением своих трудовых функций, что прямо следует из должностной инструкции мастера строительных и монтажных работ строительного участка по внутридомовому газоснабжению ремонтно-строительной службы 

<

данные изъяты>», утвержденной 01.04.2015 генеральным директором 

<

данные изъяты>», согласно которой в соответствии с п.п. 2.1, 2.2, 2.5, 2.6 раздела 2 ФИО1 был обязан выполнять план по строительно-монтажным работам, обеспечивать своевременную подготовку производства на строительном участке, осуществлять расстановку бригад на выполнение дневных заданий, получать наряды на производство газоопасных работ, своевременно представлять отчётность о производственной деятельности участка, при этом правовое значение для квалификации действий виновного как мошенничество, совершенное лицом с использованием своего служебного положения имеет не сам по себе факт исполнения управленческих функций, а то, что обвиняемый вопреки интересам службы использует вытекающие из его служебных полномочий возможности для незаконного завладения чужим имуществом. Как было установлено в судебном заседании, никакие функции, которыми подсудимый был наделен в силу занимаемой должности - организационно-распорядительные или административно-хозяйственные, не использовались им при хищении денег у потерпевшей, так как должностной инструкцией или ведомственными нормативными актами на подсудимого не была возложена обязанность по заключению договоров на газификацию с неопределенным кругом лиц, и получения от данных лиц денежных средств, что позволяет суду прийти к выводу, что мошенничество было совершено ФИО1 не в связи с занимаемой должностью, а в связи с выполнением им своих трудовых функций – функций мастера строительных и монтажных работ строительного участка по внутридомовому газоснабжению ремонтно-строительной службы 

<

данные изъяты> что позволяет суду прийти к выводу о необходимости исключения вмененного квалифицирующего признака и переквалификации действий ФИО1 на ч.1 ст.159 УК РФ.

Вина подсудимого в совершении преступления подтверждается показаниями потерпевшей Х.О.В., которая поясняла в судебном заседании, что с целью газификации своего дома она обратилась к ФИО1, который являлся сотрудником 

<

данные изъяты>». ФИО1 приехал к ней домой, после чего Х.О.В. заключила с ним договор и внесла предоплату в размере 35 000 рублей. По истечении длительного времени работы по договору выполнены не были, впоследствии ФИО1 перестал выходить на связь. Кроме того, показания потерпевшей подтверждаются показаниями свидетеля Х.И.С., который подтвердил, что ФИО1, являясь сотрудником 

<

данные изъяты>» заключил с Х.О.В. договор на проведение газа в жилом доме, получил денежные средства в счет проведения работ в размере 35 000 рублей, однако свои обязательства по договору не выполнил. Вина подсудимого также подтверждается показаниями свидетеля Ж.С.В., исследованными судом письменными доказательствами, в том числе и заключенным договором по газификации, который был подписан неуполномоченным лицом, а также заключением эксперта № 637 от 21.12.2018 года, согласно которому рукописные записи в «Квитанции» №б\н от 05.04.2018 на имя Х.О.В., «Договоре №б\н о подключении объекта капитального строительства по индивидуальному проекту» от 05.04.2018 на имя Х.О.В. выполнены ФИО1

Показания потерпевшей, свидетелей и подсудимого в полной мере подтверждаются и согласуются с иными исследованными доказательствами и противоречий не содержат. 

Таким образом, принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что вина подсудимого ФИО1 доказана в полном объеме, а представленные стороной обвинения доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости, достоверности, а в целом они являются достаточными для разрешения данного уголовного дела по существу.

Назначая вид и размер наказания, суд в соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность подсудимого, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Преступление, совершенное ФИО1 является умышленным, в соответствии со ст. 15 УК РФ относится к категории небольшой тяжести. 

Как личность ФИО1 характеризуется положительно, на учете в БУЗОО «Клиническая психиатрическая больница им. Н.Н. Солодникова» и БУЗОО «Наркологический диспансер» не состоит и не наблюдается (л.д. 146, 147).

Обстоятельствами, смягчающими наказание, в соответствии со ст. 61 УК РФ, суд признает признание вины, раскаяние в содеянном, явку с повинной, наличие на иждивении малолетних детей, неудовлетворительное состояние здоровья подсудимого и его близких родственников.

Суд не находит оснований, для признания в качестве смягчающего вину обстоятельства совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств, поскольку каких-либо доказательств того, что подсудимый либо его близкие родственники находились в тяжелых жизненных обстоятельствах суду не представлено, при этом ФИО1 находится в трудоспособном возрасте, не имеет заболеваний которые бы препятствовали его трудовой деятельности, на момент совершения преступления был трудоустроен, что в своей совокупности позволяет прийти к выводу об отсутствии вышеуказанного обстоятельства, смягчающего ответственность.

Отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом не установлено.

Учитывая изложенное, обстоятельства совершенного преступления, общественную опасность содеянного, категорию совершенного преступления, совокупность смягчающих наказание обстоятельств, данные о личности подсудимого, влияние наказания на возможность исправления подсудимого, суд считает справедливым, необходимым для достижения цели исправления назначить ФИО1 наказание в виде обязательных работ.

Каких-либо исключительных обстоятельств, позволяющих суду применить положения статьи 64 УК РФ, а также оснований для назначения иного, более мягкого вида наказания не установлено.

При назначении наказания судом учитываются положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

В соответствии с ч.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Учитывая, что вина подсудимого ФИО1 в совершении преступления нашла свое подтверждение в судебном заседании, суд, исходя из принципов разумности и справедливости полагает необходимым удовлетворить исковые требования потерпевшей Х.О.В. о взыскании с ФИО1 суммы похищенных денежных средств – 35 000 рблей.

Иск потерпевшей Х.О.В. в части взыскания с ФИО1 и в счет компенсации морального вреда 40 000 рублей удовлетворению не подлежит, так как в соответствии с положениями ст. 151 ГК РФ компенсация морального вреда возможна только в случае нарушения личных неимущественных прав, принадлежащих гражданину нематериальных благ. Компенсация же морального вреда при причинении имущественного ущерба действующим законодательством Российской Федерации не предусмотрена.

В соответствии с ч.1 ст.132 УПК РФ с ФИО1 подлежат взысканию процессуальные издержки по оплате услуг адвоката, как на предварительном следствии, так и в суде в размере 10 350 рублей. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1, признать виновным в совершении преступления предусмотренного ч. 1 ст. 159 УК РФ за которое назначить ему наказание в виде обязательных работ на срок 200 часов.

В соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 131, ч.1 ст. 132 УПК РФ взыскать с ФИО1 процессуальные издержки, выплаченные адвокату за оказание им юридической помощи, в общей сумме 10 350 рублей с зачислением в федеральный бюджет.

Вещественные доказательства по делу: 

- квитанция к приходному кассовому ордеру от 05.04.2018 года, договор о подключении объекта капитального строительства по индивидуальному проекту от 05.04.2018 года, хранящиеся в материалах дела – хранить в деле. 

Взыскать с ФИО1 в пользу Х.О.В. в счет причиненного материального ущерба 35 000 рублей.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить по вступлению настоящего приговора в законную силу.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Омский областной суд через Омский районный суд Омской области в течение 10 суток со дня его провозглашения, осужденным в тот же срок со дня получения копии приговора. 

В случае подачи апелляционной жалобы или представления, осужденный вправе в этот же срок ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. В тот же срок вправе заявить ходатайство о поручении осуществления своей защиты избранным адвокатом, либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Председательствующий М.А. Тригуб