Дело № 2-2644/2019

УИД 34RS0002-01-2019-002144-34

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 апреля 2019 года г. Волгоград

Дзержинский районный суд г. Волгограда 

в составе председательствующего судьи С.В. Швыдковой, 

при секретаре судебного заседания С.А. Дущенко,

с участием представителя истца ФИО3, представителя ответчика ООО «Русский союз автострахователей» ФИО4, 

в отсутствие ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Страхового публичного акционерного общества «РЕСО-Гарантия» к Обществу с ограниченной ответственностью «Русский союз автострахователей», ФИО1 о признании недействительным договора уступки права требования № от ДД.ММ.ГГГГ в части перехода права требования страхового возмещения восстановительного ремонта автомобиля марки «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, получившего повреждения в результате ДТП от ДД.ММ.ГГГГ,

У С Т А Н О В И Л:

СПАО «РЕСО-Гарантия» обратилось в суд с иском к ООО «Русский союз автострахователей», ФИО1 о признании недействительным договора уступки права требования № от ДД.ММ.ГГГГ в части.

В обоснование заявленных требований указало, что ДД.ММ.ГГГГ произошло ДТП с участием автомобиля марки «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № под управлением ФИО1, гражданская ответственность которого на момент ДТП была застрахована в СПАО «РЕСО-Гарантия» по договору ОСАГО (полис ЕЕЕ №). ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 заключил с ООО «Русский союз автострахователей» договор уступки права требования №, согласно которому ФИО1 уступил право требования ООО «Русский союз автострахователей» страхового возмещения восстановительного ремонта транспортного средства, убытков в виде расходов по определению стоимости восстановительного ремонта и расходов по доставке заявления о страховом случае, обязанность выплатить которые возникла вследствие причинения механических повреждений автомобиля марки «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № в результате ДТП от ДД.ММ.ГГГГ. Считая, что к ООО «Русский союз автострахователей» не могло перейти право на получение страхового возмещения в силу действующего законодательства, предусматривающего страховое возмещение только путем осуществления ремонта конкретного автомобиля, СПАО «РЕСО-Гарантия» полагает договор цессии ничтожным и просит признать его недействительным в части перехода права требования страхового возмещения восстановительного ремонта автомобиля марки «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, получившего повреждения в результате ДТП от ДД.ММ.ГГГГ.

Истец СПАО «РЕСО-Гарантия» в лице представителя ФИО3, действующей на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержал, просил удовлетворить в полном объеме. 

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, о дате и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, по адресу указанному в иске, подтвержденному сведениями отдела адресно-справочной работы Управления по вопросам миграции ГУ МВД по Волгоградской области, о причинах неявки суд не уведомил, письменные возражения не представил, явку представителя не обеспечил.

Ответчик ООО «Русский союз автострахователей» в лице представителя ФИО4, действующей на основании доверенности, в судебном заседании против удовлетворения иска возражал, представил письменный отзыв на иск, в котором указал, что согласно предмету заключенного договору уступки права требования в пользу ООО «Русский союз автострахователей» перешло право требования страхового возмещения без указания его конкретной формы, при том, что пункт 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО допускает изменение формы страхового возмещения с натуральной на денежную по соглашению сторон. Считает, что в данном случае уступки требования, неразрывно связанного с личностью кредитора, не имеет места, поскольку выгодоприобретателем уступлены не права по договору ОСАГО, а право требования возмещения вреда, причиненного его имуществу в рамках этого договора. Просит суд обратить внимание на тот факт, что ДД.ММ.ГГГГ транспортное средство марки «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № отремонтировано по направлению СПАО «РЕСО-Гарантия» на СТОА ООО «

<

данные изъяты>», каких-либо дополнительных обременений связи с ремонтом транспортного средства, а также необходимости выполнить дополнительные действия по смене формы страхового возмещения у СПАО «РЕСО-Гарантия» не возникло. Право истца на осуществление страхового возмещения в натуральной форме оспорено не было, стороны договора цессии приняли исполнение договора в данном качестве, в связи с чем, оснований для удовлетворения заявленных требований, не имеется, так как исполнение договора не привело к нарушению прав истца. 

Дело рассмотрено в отсутствии не явившегося ответчика ФИО1 в порядке ст.167 ГПК РФ.

Заслушав объяснения представителя истца, представителя ответчика, исследовав письменные доказательства, имеющиеся в материалах дела, суд приходит к следующему. 

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между СПАО «РЕСО-Гарантия» и ФИО1 был заключен договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, автомобиля марки «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № ( страховой полис ОСАГО серии ЕЕЕ №).

ДД.ММ.ГГГГ произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого принадлежащему ФИО1 на праве собственности автомобилю марки «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, причинены механические повреждения.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ООО «Русский союз автострахователей» был заключен договор уступки права требования №, согласно которому ФИО1 уступил право требования ООО «Русский союз автострахователей» страхового возмещения восстановительного ремонта транспортного средства, убытков в виде расходов по определению стоимости восстановительного ремонта и расходов по доставке заявления о страховом случае, обязанность выплатить которые возникла вследствие причинения механических повреждений автомобиля марки «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № в результате ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, с участием автомобиля марки «

<

данные изъяты>» под управлением водителя ФИО5

Согласно п. 2.1 вышеуказанного договора, до подписания настоящего договора цедент передал цессионарию документы, удостоверяющие право требования, уступаемое по настоящему договору.

После заключения договора уступки права требования ООО «Русский союз автострахователей» направил в адрес СПАО «РЕСО-Гарантия» уведомление об уступке права требования.

ДД.ММ.ГГГГ ООО «Русский союз автострахователей» обратилось в СПАО «РЕСО-Гарантия» с заявлением о наступлении страхового случая и выплате страхового возмещения.

СПАО «РЕСО-Гарантия» ДД.ММ.ГГГГ организовало осмотр поврежденного транспортного средства и в этот же день, ДД.ММ.ГГГГ выдало представителю ООО «Русский союз автострахователей» направление на ремонт на СТОА ООО «

<

данные изъяты>».

Из пояснений ответчика ООО «Русский союз автострахователей» следует, что на момент судебного разбирательства, транспортное средство марки «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, отремонтировано. Также данное обстоятельство подтверждено платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ об оплате СПАО «РЕСО-Гарантия» по счету №,760 за ремонт на СТОА. 

Требования истца о недействительности (ничтожности) договора цессии обоснованы отсутствием у ФИО6 на момент заключения оспариваемого договора права требования возмещения ущерба со страховой компании в денежной форме, а также тем, что определенный законом по договорам ОСАГО выгодоприобретатель не может быть изменен путем заключения договора уступки права требования, поскольку их исполнение предназначено лично для выгодоприобретателя.

Между тем, пунктом 1 части 382 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемого договора, установлено, что право (требование) принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. В силу пункта 2 названной статьи для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

По правилам пункта 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору. Согласно пункту 2 указанной нормы не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Из положений статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что кредитор может передать право, которым сам обладает.

Согласно пункту 3 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации договор страхования риска ответственности за причинение вреда считается заключенным в пользу лиц, которым может быть причинен вред (выгодоприобретателей), даже если договор заключен в пользу страхователя или иного лица, ответственных за причинение вреда, либо в договоре не сказано, в чью пользу он заключен.

Пунктом 1 статьи 956 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что страхователь вправе заменить выгодоприобретателя, названного в договоре страхования, другим лицом, письменно уведомив об этом страховщика.

Выгодоприобретатель не может быть заменен другим лицом после того, как он выполнил какую-либо из обязанностей по договору страхования или предъявил страховщику требование о выплате страхового возмещения или страховой суммы (пункт 2 статьи 956 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В действующем законодательстве, в том числе положениях статьи 956 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 13 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», не содержится запрета на передачу потерпевшим (выгодоприобретателем) принадлежащего ему требования другим лицам.

Так, по смыслу пункта 1 статьи 956 Гражданского кодекса Российской Федерации замена страхователем выгодоприобретателя допустима во всех договорах имущественного страхования. Согласия страховщика в этом случае не требуется, необходимо только письменное его уведомление.

Ограничение прав страхователя по замене выгодоприобретателя установлено для защиты прав последнего только для случаев, перечисленных в пункте 2 статьи 956 Гражданского кодекса Российской Федерации, при которых такая замена может производиться по инициативе самого выгодоприобретателя.

В данном случае выгодоприобретателем осталось то же лицо, а именно ФИО1, который уступил иному лицу свое право требования.

Возможность уступки права потерпевшего (выгодоприобретателя) по договору обязательного страхования другому лицу подтверждается и разъяснениями, приведенными в пунктах 68, 69, 70, 73 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 года № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Согласно пункту 68 указанного постановления предъявление выгодоприобретателем страховщику требования о выплате страхового возмещения не исключает уступку права на получение страхового возмещения. В случае получения выгодоприобретателем страховой выплаты в части возможна уступка права на получение страховой выплаты в части, не прекращенной исполнением.

Передача прав потерпевшего (выгодоприобретателя) по договору обязательного страхования допускается только с момента наступления страхового случая. Право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, включая права, связанные с основным требованием, в том числе требования к страховщику, обязанному осуществить страховую выплату в соответствии с Законом об ОСАГО, уплаты неустойки и суммы финансовой санкции (пункт 1 статьи 384 ГК РФ, абзацы второй и третий пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО) (пункт 70 постановления).

При переходе прав выгодоприобретателя (потерпевшего) к другому лицу (например, уступка права требования, суброгация) это лицо может получить возмещение при соблюдении тех же условий, которые действовали в отношении первоначального выгодоприобретателя (пункт 1 статьи 384 ГК РФ), в частности, приобретатель должен уведомить страховую компанию о наступлении страхового случая, подать заявление о страховой выплате с приложением всех необходимых документов, представить поврежденное имущество для осмотра и (или) проведения независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (осмотра), направить претензию, если эти действия не были совершены ранее предыдущим выгодоприобретателем (потерпевшим) (пункт 73 постановления).

Договор уступки права на страховую выплату признается заключенным, если предмет договора является определимым, т.е. возможно установить, в отношении какого права (из какого договора) произведена уступка. При этом отсутствие в договоре указания точного размера уступаемого права не является основанием для признания договора незаключенным (пункт 1 статьи 307, пункт 1 статьи 432, пункт 1 статьи 384 ГК РФ) (пункт 69 постановления).

В оспариваемом договоре указано, что ФИО1 передает Обществу право (требование) на получение страхового возмещения и убытков, обязанность выплатить которые возникла вследствие повреждения его автомобиля марки «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № в дорожно-транспортном происшествии, имевшем место ДД.ММ.ГГГГ, то есть предмет договора сторонами определен надлежащим образом.

При этом требование о возмещении убытков было предъявлено к страховщику не потерпевшим ФИО1, а Цессионарием ООО «Русский союз автострахователей» и удовлетворено должником путем выдачи Цесиионарию соответствующего направления на ремонт, т.е. в натуральной форме. 

В этой связи суд приходит к выводу, что право на иск в материальном смысле истцом СПАО «РЕСО-Гарантия» не доказано.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах пункте 78 и 84 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо; исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки; в исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке; согласно абзацу второму пункта 3 статьи 166 ГК РФ допустимо предъявление исков о признании недействительной ничтожной сделки без заявления требования о применении последствий ее недействительности, если истец имеет законный интерес в признании такой сделки недействительной.

Поскольку требование ООО «Русский союз автострахователей» по заявлению о возмещении убытков выполнено Должником, ремонт автомашины ФИО1, как предусмотрено договором ОСАГО, осуществлен, то у суда не имеется оснований полагать, что оспариваемой сделкой каким-либо образом нарушены права истца.

При таких фактических данных исковые требования СПАО «РЕСО-Гарантия», удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований Страхового публичного акционерного общества «РЕСО-Гарантия» к Обществу с ограниченной ответственностью «Русский союз автострахователей», ФИО1 о признании недействительным договора уступки права требования № от ДД.ММ.ГГГГ в части перехода права требования страхового возмещения восстановительного ремонта автомобиля марки «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, получившего повреждения в результате ДТП от ДД.ММ.ГГГГ – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Волгоградский областной суд через Дзержинский районный суд г. Волгограда.

Справка: в соответствии со ст. 199 ГПК РФ решение принято в окончательной форме (изготовлен мотивированный текст решения суда) 30 апреля 2019 года.

Судья: подпись.

ВЕРНО. 

Судья: С.В.Швыдкова