председательствующий: Тарновский А.В. № 22-2135/2018

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Омский областной суд в составе председательствующего судьи Чуяновой И.Н., при секретаре Кононович А.А., с участием адвоката Куликовой Т.А., осужденного ФИО1, прокурора Митякина В.В., потерпевших Р, К,

рассмотрел в открытом судебном заседании 6.08.2018 дело по апелляционной жалобе адвоката Степанова Д.Б. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Одесского районного суда Омской области от 18.06.2018, которым

ФИО1, 

<

...> года рождения, 

<

...>, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

...>, не судимый,

осужден по ч. 5 ст. 264 УК РФ к 4 годам 9 месяцам лишения свободы в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года.

Приговором постановлено обязать ФИО1 самостоятельно следовать к месту отбывания наказания после вступления приговора в законную силу, решены вопросы о мере пресечения, разрешены исковые требования потерпевших, а также определена судьба вещественных доказательств.

Заслушав мнения адвоката Куликовой Т.А., осужденного ФИО1, прокурора Митякина В.В., потерпевших Р, К, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Согласно приговору, 20.10.2017 около 19 ч. 00 мин. ФИО1, управляя груженым щебеночно-песочной смесью самосвалом «

<

...>», на расстоянии 

<

...>, из-за возникшей в процессе движения технической неисправности электропроводки, которая привела в нерабочее состояние осветительные приборы управляемого им автопоезда, нарушив положения п. 1.5, п. 2.3.1, п. 7.2, п. 12.1 Правил дорожного движения, чем проявил преступную небрежность, в результате которой в условиях плохой видимости произошел наезд следовавшего в попутном направлении автобуса «

<

...>» под управлением К, не имевшего реальной возможности своевременно обнаружить препятствие и остановить управляемое им транспортное средство, на автоприцеп указанного автопоезда. В результате дорожно-транспортного происшествия, пассажиры автобуса Р1, Р2 и К получили различные травмы, которые квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью и повлекли их смерть.

Обстоятельства совершенного преступления подробно изложены в приговоре суда.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Степанов Д.Б. в интересах осужденного ФИО1 находит приговор незаконным, необоснованным, постановленным с нарушением уголовного и уголовно-процессуального права.

Настаивает, что дорожно-транспортное происшествие стало возможным в результате нарушения скоростного режима водителем автобуса 

<

...>» К, который обязан был предотвратить столкновение, не зависимо от того, совершает ли при этом противоправные действия ФИО1, ссылаясь в обоснование такой позиции на показания экспертов Э и С, протокол осмотра места происшествия от 20.10.2017, а также исследованные в судебном заседании показатели приборов автобуса.

К показаниям свидетеля К и заключению судебно-автотехнической экспертизы № 192 от 08.12.2017, подтверждающих версию стороны обвинения о том, что скорость автобуса была допустима для движения на данном участке автодороги, по мнению адвоката, следует отнестись критически. 

Сообщает, что у ФИО1 в автомобиле имеется знак аварийной остановки и он предпринял все необходимые меры для того, чтобы известить участников дорожного движения об аварийной остановке, а уровень загрязнения его фар и габаритов, соответствовал уровню загрязнения остальных машин и погодным условиям.

Считает, что показания свидетелей С, А и Ж не подтверждают вину ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении и они вообще не могут утверждать о том, что автопоезд стоял на проезжей части, а не двигался, так как в темное время суток и в условиях отключенного света фар, определить это невозможно.

Указывает, что в деле отсутствуют доказательства того, что ФИО1, управляя транспортным средством, нарушил какой-либо из пунктов Правил дорожного движения или Правил эксплуатации транспортного средства, имел техническую возможность избежать дорожно-транспортного происшествия, а также подтверждающие причинно-следственную связь между его действиями и наступившими последствиями. 

Одновременно, адвокат оспаривает размер компенсации морального вреда, взысканного в пользу потерпевших, находя его чрезмерно завышенным, а также вид и размер наказания, назначенного осужденному, который с учетом положительных данных о личности ФИО1, наличия двоих несовершеннолетних детей, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, представляется чрезмерно суровым, так как исправление последнего возможно в условиях условного осуждения.

Просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор. 

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель прокуратуры Одесского района Омской области Третьяков С.С. и потерпевшая К находят ее удовлетворению не подлежащей.

Изучив материалы дела, проверив доводы жалобы, суд апелляционной инстанции находит приговор Одесского районного суда Омской области от 18.06.2018 в отношении ФИО1 законным, обоснованным, а потому изменению или отмене не подлежащим.

Уголовное дело возбуждено и расследовано в соответствии с УПК РФ. Нарушений норм уголовно-процессуального закона, ущемления прав осужденного, применение недозволенных методов ведения следствия в досудебном производстве, иных обстоятельств, препятствующих рассмотрению дела в судебном заседании и принятию итогового решения, судом первой инстанции не установлено. Не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Вина ФИО1 в совершении преступления материалами дела установлена и подтверждается собранными и исследованными в судебном заседании доказательствами, которые отвечают требованиям ст. 88 УПК РФ. Все представленные доказательства суд проверил и оценил всесторонне и объективно, в условиях состязательности сторон и соблюдения права на защиту, сопоставил их между собой и дал надлежащую оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности достаточности для вынесения обвинительного приговора, указав в нем мотивы, по которым принял одни доказательства и отверг другие.

Действия ФИО1 по ч. 5 ст. 264 УК РФ квалифицированы правильно.

Выводы суда, изложенные в приговоре, мотивированы и соответствуют фактическим обстоятельствам дела, правильно установленным судом первой инстанции, а доводы апелляционной жалобы адвоката по существу сводятся к переоценке доказательств, которые суд, в соответствии со ст. 17 УПК РФ, оценил на основе закона, по своему внутреннему убеждению.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Степанова Д.Б., стороной обвинения представлено достаточное количество доказательств, позволяющих сделать вывод о виновности ФИО1 в совершении преступления, среди которых показания потерпевшего Р и свидетеля К, осветивших обстоятельства дорожно-транспортного происшествия и настаивающих, что перед столкновением их автобус двигался без превышения скоростного режима, но несмотря на это у К отсутствовала возможность избежать столкновения, так как прицеп автомобиля 

<

...> стоял на проезжей части без габаритного освещения, аварийной сигнализации с загрязненными светоотражающими элементами, в отсутствие установленного аварийного знака; показания свидетелей У, Л и К, показавших об обстоятельствах, ставших им известными при прибытии на место происшествия и подтвердивших, что автомобиль 

<

...> располагался на проезжей части, без каких-либо осветительных огней и знаков аварийной остановки с загрязненными светоотражающими элементами, при этом ФИО1 пояснял, что с момента аварийной остановки до столкновения прошло 2-3 минуты, и что знак аварийной остановки в его автомобиле отсутствует; показания свидетелей С, А и Ж прямо опровергающих позицию осужденного о том, что дорожно-транспортное происшествие произошло спустя несколько секунд после того, как он остановил автопоезд из-за возгорания электропроводки и аварийного отключения освещения, а также заявивших, что в результате действий ФИО1 они также были поставлены в опасную дорожно-транспортную ситуацию; показания свидетелей Ш и К, принимавших участие в качестве понятых при осмотре места дорожно-транспортного происшествия 20.10.2017 и подтвердивших обстоятельства проведения данного следственного действия, а также достоверность сведений, изложенных в протоколе осмотра; показания иных лиц, заключения и показания экспертов, протоколы осмотра места происшествия, следственных экспериментов, осмотра вещественных доказательств и другие. 

Оснований ставить под сомнение приведенные выше доказательства, свидетельствующие о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления, не имеется, поскольку, как указано выше, они получены с соблюдением действующего уголовно-процессуального законодательства и, существенных противоречий, способных повлиять на выводы суда, не содержат, так как положены в основу обвинительного приговора в той части, в которой согласуются между собой, в объеме, достаточном для принятия решения о виновности осужденного. Потерпевшие и свидетели допрошены по делу в соответствии с положениями ст. 42 УПК РФ, ст. 45 УПК РФ и ст. 56 УПК РФ, после разъяснения им положений ст. 307 УК РФ. Неприязненных отношений к ФИО1 они не имеют, так как ранее знакомы не были, то есть повода для оговора осужденного, по делу не усматривается.

Заключения экспертов, положенные в основу обвинительного приговора, в том числе автотехническая экспертиза № 192 от 12.12.2017, которую адвокат предлагает признать недопустимым доказательством, проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства. Экспертизы назначены уполномоченным на то лицом, путем вынесения соответствующего постановления. Участники по делу были ознакомлены с постановлениями о назначении экспертиз, в процессе ознакомления никаких ходатайств, в том числе от подозреваемого и его защитника не поступало. Эксперты и специалисты, которым было поручено производство экспертиз, какой-либо заинтересованности в исходе дела не имеют, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо-ложного заключения, отвечают требованиям, установленным ст. 57 УПК РФ и ст. 58 УПК РФ, являются лицами, обладающими специальными познаниями в своей области, а также имеющие длительный стаж работы по специальности. В распоряжение экспертов предоставлялись все необходимые для производства экспертиз материалы, сведения, документы и другие вещественные доказательства. Стороны, были своевременно ознакомлены с результатами проведенных экспертиз, реализовали свои права на заявление соответствующих ходатайств в процессе ознакомления, которые были рассмотрены следователем, в соответствии с положениями гл. 15 УПК РФ. Ввиду отсутствия научно апробированных методик определения скорости транспортного средства по зафиксированной стрелке спидометра после дорожно-транспортного происшествия, следственные органы, равно как и суд первой инстанции, обоснованно отказали в удовлетворении ходатайства стороны защиты о необходимости проведения экспертизы по показателям приборов автомобиля «

<

...>». При таких обстоятельствах, такой вид доказательств как заключения экспертиз, не вызывает сомнений у суда апелляционной инстанции, поскольку их производство полностью соответствует требованиям, предписанным гл. 27 УПК РФ, а более того, они согласуются с рядом других доказательств, представленных стороной обвинения. 

Позиция ФИО1, фактически отрицающего причинно-следственную связь между его действиями и наступившими последствиями, противоречива. Так, изначально ФИО1 заявлял, что не пытался съехать на обочину автодороги, указывал, что столкновение с автобусом произошло спустя 2-3 минуты после остановки им своего транспортного средства, заявлял об отсутствии в его автомобиле знака аварийной остановки. В ходе расследования уголовного дела, по мере его изобличения следственными органами, как виновного в дорожно-транспортном происшествии, ФИО1 стал менять свои показания, заявляя, что предпринимал меры для съезда на обочину, но не смог этого сделать без освещения, поскольку на улице было слишком темно, стал указывать, что намеревался выйти из автомобиля и установить знак аварийной остановки и в этот момент услышал удар, а с момента остановки до столкновения прошло несколько секунд. Убедительно объяснить причины, по которым он давал противоречивые показания, ФИО1 не смог как на предварительном следствии, так и при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции. 

Вместе с тем, показания осужденного на завершающей стадии предварительного следствия и в суде первой инстанции опровергаются многочисленными следственными экспериментами, показаниями указанных выше свидетелей, протоколами осмотра места происшествия и вещественных доказательств, которые в целом указывают на то, что знак аварийной остановки в автомобиле ФИО1 отсутствовал, осуществить съезд с проезжей части на обочину и иными возможными способами проинформировать участников дорожного движения о созданном им препятствии на дороге он не намеревался, хотя достаточное для этого время, около 2-3 минут, находился на проезжей части без габаритного освещения своего транспортного средства и аварийной сигнализации, с загрязненными светоотражающими элементами, фактически не выполняющими свои функции. 

Более того, по делу бесспорно установлено, что ФИО1 длительное время эксплуатировал автомобиль, обязанность технического обслуживания которого, согласно договору аренды транспортного средства от 10.10.2016 полностью возлагалась на него, а потому, фактическое состояние электропроводки, установленное осмотром самосвала от 13.02.2018, также свидетельствует о наличии в его действиях преступного легкомыслия, когда он без достаточных к тому оснований, самонадеянно рассчитывал на предотвращение тех общественно-опасных последствий, которые может повлечь такое ненадлежащее техническое состояние автомобиля.

Помимо изложенного и даже не принимая во внимание настойчивое заверение потерпевшего Р и свидетеля К о том, что их автобус передвигался с допустимой скоростью движения, доводы апелляционной жалобы адвоката, что дорожно-транспортное происшествие стало возможным в результате нарушения скоростного режима водителем автобуса «

<

...>» К, который обязан был предотвратить столкновение, независимо от того, совершает ли при этом противоправные действия ФИО1, суд апелляционной инстанции оставляет без рассмотрения, так как не вправе давать оценку данным обстоятельствам, поскольку в соответствии с ч. 1 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Кроме того, постановлением следователя от 14.03.2018 в возбуждении уголовного дела в отношении К отказано, обжалование данного постановления носит иной процессуальный порядок. Любое поведении К, в том числе и преступное, на чем настаивает в своей жалобе адвокат Степанов Д.Б., не исключает наличие состава преступления в действиях ФИО1, которым нарушены положения п. 1.5, п. 2.3.1, п. 7.2, п. 12.1 Правил дорожного движения, что привело к дорожно-транспортному происшествию. 

При таких обстоятельствах, районный суд обоснованно подверг показания ФИО1 критике, расценив его позицию как способ защиты и пришел к правильному выводу о наличии причинно-следственной связи между допущенными ФИО1 нарушениями правил дорожного движения и наступившими общественно опасными последствиями в виде смерти трех человек.

При определении вида и размера наказания для осужденного ФИО1 суд первой инстанции учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, фактические обстоятельства дела, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, а также данные о личности ФИО1, который в целом характеризуется удовлетворительно.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд первой инстанции признал наличие двоих малолетних детей.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, судом первой инстанции обоснованно не установлено.

Таким образом, все обстоятельства, влияющие на назначение справедливого наказания, в том числе и изложенные в апелляционной жалобе адвоката, судом учтены и прямо указаны в тексте приговора.

С учетом фактических обстоятельств дела, степени общественной опасности совершенного преступления и данных о личности ФИО1, оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, ст. 64 УК РФ и ст. 73 УК РФ у суда не имелось.

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, судом назначено обоснованно, вид исправительного учреждения определен верно.

Назначенное ФИО1 наказание отвечает требованиям ст. 6 УК РФ, ст. 43 УК РФ, ст. 60 УК РФ, чрезмерно суровым не представляется и является справедливым.

При разрешении исковых требований потерпевших районный суд действовал в строгом соответствии с положениями ст.ст. 151, 1064, 1079 и 1099-1101 ГК РФ, при этом учел степень моральных и нравственных страданий, понесенных потерпевшими, а также требования разумности, справедливости и имущественное положение осужденного, что следует из протокола судебного заседания и содержания обжалуемого приговора. Таким образом, судом учтены все обстоятельства, влияющие на справедливый размер компенсации морального вреда, и потому, вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, размеры выплат каждому из потерпевших, не могут являться чрезмерно завышенными. 

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену или изменение приговора, суд апелляционной инстанции не находит.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.20 УПК РФ и 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Одесского районного суда Омской области от 18.06.2018 в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Степанова Д.Б. – без удовлетворения.

Председательствующий И.Н. Чуянова