5

Дело №2-403/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Белово Кемеровской области 10 мая 2017 года

Беловский городской суд Кемеровской области

в составе председательствующего судьи Логвиненко О.А.,

при секретаре ФИО5,

с участием:

- истца ФИО1, его представителя ФИО6

- представителя ответчика по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (государственному учреждению) в городе Белово и Беловском районе Кемеровской области о признании незаконным решения об отказе в установлении досрочной страховой пенсии по старости, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (государственному учреждению) в городе Белово и Беловском районе Кемеровской области о признании незаконным решения об отказе в установлении досрочной страховой пенсии по старости. 

Свои исковые требования мотивирует тем, что 03.10.2016 года он обратился в Управление Пенсионного фонда в г.Белово и Беловском районе Кемеровской области с заявлением о назначении пенсии по старости в соответствии с пп.11 ч.1 ст. 30 Закона «О страховых пенсиях» от 28.12.2013г. № 400-ФЗ.

Решением комиссии УПФР № 850075/16 от 30.11.2016 г. ему было отказано в назначении пенсии, мотивируя тем, что на момент обращения в УПФР у него 21 год 04 мес. 3 дня специального стажа, вместо 25 лет, установленных Законом.

С решением комиссии УПФР не согласен по следующим основаниям:

Подпунктом 11 ч.1 ст.30 Закона «О страховых пенсиях в РФ» от 28.12.2013г № 400-ФЗ предусматривается право на досрочную страховую пенсию лицам, непосредственно занятым полный рабочий день на подземных горных работах, независимо от возраста, если они работали на указанных работах не менее 25 лет.

УПФР добровольно включил ему период работы в подземных условиях - 21 год 04 мес. 3 дня, однако при этом исключил из подсчета спец. стажа периоды: 1. прохождения службы в Советской Армии с 09.06.1988 г. по 22.04.1991 г. (2 г.10 мес. 14 дн.);

2. работы с 05.07.1995 г. по 07.12.1998 г. (3 г. 6 мес. 3 дн.) в качестве подземного механика участка МДО «Грамотеинском шахтоуправлении» АПКО «Облкемеровоуголь».

Указывает, что при условии сложения спорных периодов с добровольно учтенным стажем УПФР у него будет более 25 лет специального стажа (21 год 04 мес. 3 дн. + 2 г. 10 мес. 14 дн. (армия) + 3 г. 5 мес. 3 дн. (работа по неведущей профессии) = 27 лет 7 мес. 20 дн.), что дает ему право на досрочную страховую пенсию.

В спорный период службы в Армии действовало утвержденное Постановлением Совета Министров СССР от 03.08.1972г. № 590 «Положение о порядке назначения и выплаты государственных пенсий».

Подпунктом «к» п. 109 Положения № 590 предусмотрено, что при назначении на льготных условиях или в льготном размере пенсии по старости, период службы в составе Вооруженных Сил СССР, приравнивается по выбору обратившегося за пенсией либо к работе, которая предшествовала данному периоду, либо к работе, которая следовала за окончанием этого периода.

После службы в Армии он был принят в АПКО «Облкемеровоуголь» «Грамотеинское шахтоуправление» на участок МДО «подземным электрослесарем» с 23.09.1991 г.

Период работы с 23.09.1991 г. по 04.07.1995 г. в качестве «подземного электрослесаря» в АПКО «Облкемеровоуголь» «Грамотеинское шахтоуправление» на участке МДО УПФР в г.Белово и Беловском районе включает добровольно в спец. стаж и учитывает как работу в «неведущей профессии».

Следовательно, если профессия «подземный электрослесарь» засчитывается в специальный стаж по пп.11 ч.1 ст.30 Закона «О страховых пенсиях в РФ» от 28.12.2013г. № 400-ФЗ, то и период её службы в Советской Армии с 09.06.1988г. по 22.04.1991г. также должен быть засчитан в специальный стаж.

Кроме того, Конституционным Судом РФ в Постановлении от 29.01.2004г №2-п и от 24.05.2001 г № 8-п изложена правовая позиция: граждане, приобретшие пенсионные права до введения нового правового регулирования, ранее приобретенные права на пенсию в соответствии с условиями и нормами законодательства Российской Федерации действовавшего на момент приобретения права, сохраняются.

Такая правовая позиция изложена и в Определении Конституционного Суда РФ от 05.11.2002г №320-О.

УПФР не засчитывает ему стаж с 05.07.1995 г. по 07.12.1998 г. (3 г. 5 мес. 3 дн.) в качестве подземного механика участка МДО «Грамотеинском шахтоуправлении» АПКО «Облкемеровоуголь», мотивируя тем, что архивная справка от 22.03.2016г №Б-109 не подтверждает его занятость в течение полного рабочего дня в подземных условиях, т.е. не менее 80% рабочего времени.

Постановлением Совета Министров РСФСР от 13 сентября 1991 г. № 481 утвержден Список «Работ и профессий, дающих право на пенсию независимо от возраста при занятости на этих работах не менее 25 лет, в котором есть профессия «механик подземных участков».

Указывает, что его рабочий день проходил в условиях полной занятости на подземных работах, однако подтвердить это льготной справкой он не может, т.к. предприятие ликвидировано.

Считает, что подтверждением занятости на подземных работах полный рабочий день могут служить ведомости начисления заработной платы за спорный период, а также личная карточка № 4513, из которой усматривается предоставление ему очередных отпусков не менее 60 дней. При необходимости условия работы могут подтвердить свидетели.

Полагает, что УПФР нарушает ч.1 ст.39 Конституции РФ и его право на пенсионное обеспечение.

Просит: 1. Признать решение УПФР № 850075/16 от 30.11.2016 г. незаконным.

2. Обязать УПФР включить спорные периоды: нахождения службы в Советской Армии с 09.06.1988 г. по 22.04.1991 г. и период работы с 05.07.1995 г. по 07.12.1998 г. в специальный стаж по пп.11 ч.1 ст.30 Закона «О страховых пенсиях в РФ» от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ.

3. Обязать УПФР назначить досрочную страховую пенсию по старости по пп.11 ч.1 ст. 30 Закона «О страховых пенсиях в РФ» от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ, с момента обращения в УПФР, т.е. с 03.10.2016года.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал, просит удовлетворить их в полном объеме, суду пояснил, что в период с 1996 по 1998 год проходил заочное обучение в высшем учебном заведении, которое впоследствии оставил на третьем курсе.

Представитель истца ФИО6, действующая на основании устной доверенности, занесенной в протокол судебного разбирательства, в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, дала суду объяснения, аналогичные изложенным в исковом заявлении. 

Представитель ответчика- Управления Пенсионного фонда Российской Федерации (государственное учреждение) в городе Белово и Беловском районе Кемеровской области ФИО7, действующая по доверенности от 10 января 2017 года, в судебном заседании исковые требования не признала, суду пояснила, что ФИО1 было отказано во включении в специальный стаж периода: с 09.06.1988 г. по 22.04.1991 г. (2 года 10 месяцев 14 дней) военной службы по призыву, поскольку военная служба включается в специальный стаж при условии, если ей предшествовала или за ней следовала работа по Списку № 1 или Списку № 2., а также отказано во включении периода работы с 05.07.1995 г. по 07.12.1998 г. (3 года 5 месяцев 3 дня) подземным механиком участка МДО в «Грамотеинском шахтоуправлении АПКО «Облкемеровоуголь», поскольку документально не было подтверждена занятость в течение полного рабочего дня в подземных условиях-, т.е. не менее 80 % рабочего времени. Считает, что периоды нахождения в ученических отпусках не подлежат включению в специальный стаж.

Представитель третьего лица ФКУ «Военный комиссариат Кемеровской области» по доверенности № 2 от 9 января 2017 года ФИО8, извещенная надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства, в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть дело в своё отсутствие, представила суду отзыв на исковое заявление в письменной форме (л.д. 42). 

Суд, выслушав участников процесса, свидетелей ФИО9, ФИО10, исследовав письменные материалы дела, полагает исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. 

В судебном заседании установлено, что истец 03 октября 2016 года обратился к ответчику с заявлением о назначении пенсии (л.д. 27-28), а ответчик, рассмотрев заявление, принял решение от 30.11.2016 года № 850075/16 об отказе ФИО1 в назначении пенсии по пп.11 п.1 ст.30 Федерального закона от28.12.2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в связи с отсутствием требуемого специального стажа (л.д. 28).

Из текста решения УПФР в г. Белово и Беловском районе от 30.11.2016 года № 850075/16 следует, что засчитать в специальный стаж для установления пенсии по п.п.11 п. 1 ст. 30 ФЗ «О страховых пенсиях» не представляется возможным следующие периоды:

- с 09.06.1988 г. по 22.04.1991 г. (2 года 10 мес. 14 дней) военная служба по призыву, так как нормами пенсионного законодательства (как действующего в настоящее время, так и действующего в период прохождения службы заявителя) не предусмотрено включение в специальный стаж, требуемый для назначения пенсии по «выслуге лет» службы в составе Вооруженных сил.

- с 05.07.1995 г. по 07.12.1998 г. ( 3 года 5 мес. 3 дня) в качестве подземного механика участка МДО в «Грамотеинском шахтоуправлении» АПКО «Облкемеровоуголь», так как архивная справка от 22.03.2016 г. № Б-109 не подтверждает занятость в течение полного рабочего дня в подземных условиях, т.е не менее 80 % рабочего времени. Период до даты регистрации в системе государственного пенсионного страхования, т.е. до 08.12.1998 г.

Ответчик указал, что специальный стаж по п.п. 11 п. 1 ст. 30 у ФИО1 на дату обращения – 03.10.2016 г. составляет 21 год 4 месяца 3 дня, что менее требуемого. Отказываемых периодов по п.п. 11 п. 1 ст. 30- 6 лет 3 месяца 17 дней. ФИО1 возможно установить право на досрочное назначение пенсии по старости по пп.11 п. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с 17.05.2010, т.е. в 50 лет.

В соответствии со ст. 15 Конституции РФ Конституция Российской Федерации имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации. Законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации.

На основании ст. 18 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

На основании ст. 39 Конституции РФ каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом. Государственные пенсии и социальные пособия устанавливаются законом.

Согласно правовой позиции, сформулированной в Постановлении от 29 января 2004 года № 2-П по делу о проверке конституционности отдельных положений статьи 30 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», статьи 1 (часть 1), 2, 15 (часть 4), 17 (часть 1), 18, 19 и 55 (часть 1) Конституции Российской Федерации по своему смыслу предполагает определенность и связанную с ней предсказуемость законодательной политики в сфере пенсионного обеспечения, необходимые для того, чтобы участники соответствующих правоотношений могли в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в том, что приобретенное ими на основе действующего законодательства право будет уважаться властями и будет реализовано при возникновении права на досрочное назначение пенсии по старости. 

В соответствии со ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях»: 

1. Право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.

2. Страховая пенсия по старости назначается при наличии не менее 15 лет страхового стажа.

Как следует из подпункта 11 пункта 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 лицам, непосредственно занятым полный рабочий день на подземных и открытых горных работах (включая личный состав горноспасательных частей) по добыче угля, сланца, руды и других полезных ископаемых и на строительстве шахт и рудников, независимо от возраста, если они работали на указанных работах не менее 25 лет, а работникам ведущих профессий - горнорабочим очистного забоя, проходчикам, забойщикам на отбойных молотках, машинистам горных выемочных машин, если они проработали на таких работах не менее 20 лет.

Согласно ч. 8 ст. 13 Федерального закона от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» при исчислении страхового стажа в целях определения права на страховую пенсию периоды работы и (или) иной деятельности, которые имели место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона и засчитывались в трудовой стаж при назначении пенсии в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения работы (деятельности), могут включаться в указанный стаж с применением правил подсчета соответствующего стажа, предусмотренных указанным законодательством (в том числе с учетом льготного порядка исчисления стажа), по выбору застрахованного лица.

Постановлением Правительства РФ от 16.07.2014 г. № 665 «О списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочное пенсионное обеспечение» для реализации статей 30 и 31 Федерального закона «О страховых пенсиях» установлено какие списки и правила применяются при определении стажа на соответствующих видах работ в целях досрочного пенсионного обеспечения. Так при исчислении периодов работы при досрочном назначении страховой пенсии по старости в соответствии с подпунктом 11 пункта 1 статьи 30 Федерального закона «О страховых пенсиях» лицам, работавшим на подземных работах в соответствии с п.п. «е» указанного Постановления, применяется список работ и профессий, дающих право на пенсию независимо от возраста при занятости на этих работах не менее 25 лет, утвержденный постановлением Совета Министров РСФСР от 13 сентября 1991 г. № 481 «Об утверждении списка работ и профессий, дающих право на пенсию за выслугу лет независимо от возраста при занятости на указанных работах не менее 25 лет».

Исчисление периодов работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии со статьями 30 и 31 Федерального закона «О страховых пенсиях», осуществляется с применением Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 11 июля 2002 г. № 516 «Об утверждении Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

Согласно пунктам 4 и 5 указанных Правил, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 11 июля 2002 г. № 516, в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости (далее именуется - стаж), засчитываются периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, если иное не предусмотрено настоящими Правилами или иными нормативными правовыми актами, при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

При применении настоящих Правил к уплате страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации приравнивается уплата взносов на государственное социальное страхование до 1 января 1991 г., единого социального налога (взноса) и единого налога на вмененный доход для определенных видов деятельности.

Периоды работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, которая выполнялась постоянно в течение полного рабочего дня, засчитываются в стаж в календарном порядке, если иное не предусмотрено настоящими Правилами и иными нормативными правовыми актами.

При этом в стаж включаются периоды получения пособия по государственному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности, а также периоды ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков.

На основании п. 5,7 «Разъяснения «О порядке применения Списков производств, работ, профессий, должностей и показателей, дающих в соответствии со статьями 12, 78 и 78.1 Закона РСФСР «О государственных пенсиях в РСФСР» право на пенсию по старости в связи с особыми условиями труда и на пенсию за выслугу лет» (вместе с разъяснением Минтруда РФ от 22.05.1996 г. № 5), утвержденного Постановлением Минтруда РФ от 22.05.1996 г. № 29 (ред. от 01.10.1999 г.), право на пенсию в связи с особыми условиями труда имеют работники, постоянно занятые выполнением работ, предусмотренных Списками, в течение полного рабочего дня. Право на пенсию в связи с особыми условиями труда имеют работники, постоянно занятые выполнением работ, предусмотренных Списками, в течение полного рабочего дня.

Под полным рабочим днем понимается выполнение работы в условиях труда, предусмотренных Списками, не менее 80 процентов рабочего времени. При этом в указанное время включается время выполнения подготовительных и вспомогательных работ, а у работников, выполняющих работу при помощи машин и механизмов, также время выполнения ремонтных работ текущего характера и работ по технической эксплуатации оборудования. В указанное время может включаться время выполнения работ, производимых вне рабочего места с целью обеспечения основных трудовых функций.

В специальный трудовой стаж, дающий право на пенсию в связи с особыми условиями труда, засчитываются периоды временной нетрудоспособности и ежегодных оплачиваемых отпусков, включая дополнительные. 

Правом на пенсию в связи с особыми условиями труда пользуются все работники независимо от наименования профессий и должностей, занятые в технологическом процессе производства или на отдельных работах, если в Списках эти производства и работы указаны без перечисления наименований профессий и должностей работников.

Согласно ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации:

1. Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

2. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

3. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Как следует из записи в трудовой книжке истца (л.д. 8), учетной карточки (л.д. 43), военного билета на имя истца (л.д. 65) ФИО1 проходил военную службу по призыву в период с 09.06.1988 года по 22.04.1991 года. 

Из трудовой книжки, заполненной на имя ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, видно, что 23.09.1991 года он принят в Арендное производственно-коммерческое объединение «Облкемеровоуголь» Грамотеинское шахтоуправление подземным электрослесарем 3 разряда на участок МДО. На основании приказа № 17к от 11.01.1994 г. ФИО1 с 01.01.1994 г. переведен подземным электрослесарем 4 разряда; на основании приказа № 472к от 05.07.1995 г. переведен подземным механиком на участке МДО с 05.07.1995 года (запись № 3). На основании приказа № 492к от 13.09.1999 г. ФИО1 уволен по п. 1 ст. 33 КЗоТ РФ в связи с реорганизацией предприятия (л.д.7-8).

Указанная информация подтверждается также имеющейся в материалах дела архивной справкой № Б-109, из которой, кроме того, следует, что сведений об отпусках без сохранения заработной платы, учебных отпусках, отпусках на военные сборы в документах нет. Сведения взяты из личной карточки за 1999 год, приказов директора по личному составу за 1991 год, 1994-1995 годы, 1999год (л.д. 21). 

Из имеющейся в материалах дела архивной справки от 30.01.2017 г. №Б-12/2, составленной на основании расчетных ведомостей за период работы ФИО1 подземным элктрослесарем 4 разряда в период с января 1996 года по декабрь 1998 года и подземным механиком с января 1996 года по декабрь 1998 года усматривается количество выходов, начисления заработной платы, а также то, что ФИО1 в январе, июне 1996 года, марте, июне 1997 года, январе, августе 1998 года оплачивался ученический отпуск.

ФИО1 в судебном заседании пояснил, что действительно в этот период проходил обучение в высшем учебном заведении, которое впоследствии оставил на третьем курсе.

Свидетели ФИО9, ФИО10 в судебном заседании дали показания, согласно которым они работали на одном участке с ФИО1, работая в должности механика участка МДО он всю рабочую смену находился в подземных условиях.

Достоверность показаний свидетелей подтверждается имеющимися в материалах дела трудовыми книжками на имя ФИО9, ФИО10 (л.д. 58-70, 72-76).

Сведения, которыми располагают свидетели, известны им лично, не доверять показаниям свидетелей у суда оснований не имеется, поэтому суд считает, что их показания соответствуют требованиям ст.ст. 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и в совокупности с письменными материалами дела могут быть приняты судом в качестве доказательств по делу.

Из заключения №27 от 21 апреля 2017 года государственной экспертизы условий труда, составленного экспертом Департамента труда и занятости населения Кемеровской области ФИО11, следует, что исходя из материалов, представленных на экспертизу, характер и условия труда работы, выполняемой ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в качестве подземного электрослесаря 4 разряда МДО в «Грамотеинском шахтоуправлении» (за исключением периодов нахождения в ученическом отпуске, сведения о которых содержатся в Архивной справке от ДД.ММ.ГГГГ № Б-12/2 (л.д. 53-54)) соответствуют характеру и условиям труда работ, дающих право на назначение досрочной трудовой пенсии по старости в соответствии с пунктом 11 части 1 статьи 30 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», т.е. электрослесари подземные предусмотрены в Списке № 481.

Исходя из данных материалов, представленных на экспертизу, характер и условия труда работы, выполняемой ФИО1 с 01 января 1996 года по 07 декабря 1998 года в качестве подземного механика участка МДО в «Грамотеинском шахтоуправлении» (за исключением периодов нахождения в ученическом отпуске, сведения о которых содержаться в Архивной справке от 30.01.2017 года № Б-12/2 (л.д. 53-54)) соответствует характеру и условиям труда работ, дающих право на назначение досрочной трудовой пенсии по старости в соответствии с пунктом 11 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», т.к. механики подземных участков, их заместители и помощники предусмотрены в Списке № 481. 

Суд полагает указанное экспертное заключение относимым и допустимым доказательством по делу, поскольку экспертиза проведена на основании определения суда, эксперт, проводивший экспертизу, предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, экспертное заключение содержит сведения о должности государственного эксперта, мотивированные и полные выводы по поставленным вопросам со ссылкой на источники получения необходимой информации, подтверждается другими материалами дела. Не доверять указанному заключению эксперта у суда оснований не имеется.

Между тем, суд полагает, что экспертом ошибочно определены периоды работы истца в должности электрослесаря на участке МДО и подземного механика на участке МДО. Определяя период работы истца в должности подземного механика участка МДО в «Грамотеинском шахтоуправлении АПКО «Облкемеровоуголь» с 05.07.1995 г. по 07.12.1998 г., суд руководствуется записями в трудовой книжке истца, поскольку в силу ст. 66 Трудового кодекса Российской Федерации трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.

Кроме того, суд критически относится к выводам эксперта о том, что периоды нахождения в ученическом отпуске не соответствуют характеру и условиям труда, выполняемой ФИО1 работы в качестве подземного механика участка МДО в «Грамотеинском шахтоуправлении» и полагает их подлежащими включению в специальный стаж для назначения досрочной трудовой пенсии по старости по следующим основаниям.

Статьей 116 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что ежегодные дополнительные оплачиваемые отпуска предоставляются работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, работникам, имеющим особый характер работы, работникам с ненормированным рабочим днем, работникам, работающим в районных Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также в других случаях, предусмотренных Кодексом и иными федеральными законами.

Одним из видов дополнительных отпусков является отпуск, предоставляемый работодателем работникам, совмещающим работу с обучением в образовательных учреждениях высшего профессионального образования, и работникам, поступающим в указанные образовательные учреждения (ст. 173 ТК РФ).

Согласно ст. 173 Трудового кодекса Российской Федерации работникам, направленным на обучение работодателем или поступившим самостоятельно на обучение по имеющим государственную аккредитацию программам бакалавриата, программам специалитета или программам магистратуры по заочной и очно-заочной формам обучения и успешно осваивающим эти программы, работодатель предоставляет дополнительные отпуска с сохранением среднего заработка.

Аналогичные положения были предусмотрены ст. 196 Кодекса законов о труде РСФСР, действовавшего до 1 февраля 2002 г., то есть в период работы истца: работникам, обучающимся без отрыва от производства в образовательных учреждениях начального, среднего и высшего профессионального образования, имеющих государственную аккредитацию, предоставлялись оплачиваемые в установленном порядке отпуска в связи с обучением, а также другие льготы. Ежегодные оплачиваемые отпуска указанным работникам по их желанию предоставлялись в любое время года.

Таким образом, периоды нахождения работника в дополнительном отпуске с сохранением среднего заработка, предоставляемом работодателем работнику, совмещающему работу с обучением в образовательных учреждениях высшего профессионального образования (учебные отпуска), являются периодами работы с сохранением средней заработной платы, с которой работодатель должен производить отчисление страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации, а до регистрации в системе государственного пенсионного страхования- единого социального налога (взноса) и единого налога на вмененный доход для определенных видов деятельности.

В соответствии с пунктом 21 Рекомендаций международной организации Труда от 24.06.1974 г. № 148 «Об оплачиваемых учебных отпусках» предусмотрено, что период оплачиваемого отпуска должен приравниваться к периоду фактической работы в целях установления прав на социальные пособия и других, вытекающих из трудовых отношений, прав на основе национального законодательства или правил, коллективных договоров, арбитражных решений или таких других отношений, которые соответствуют национальной практике.

Исходя из приведенного правового регулирования в случае предоставления работнику учебного отпуска с сохранением среднего заработка в период работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости и включаемой в специальный стаж, периоды таких отпусков также подлежат включению в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, поскольку в период с 05.07.1995 г. по 07.12.1998 г. истец выполнял работы поименованные в Постановлении Совмина РСФСР от 13.09.1991 г. № 481 «Об утверждении списка работ и профессий, дающих право на пенсию за выслугу лет независимо от возраста при занятости на указанных работах не менее 25 лет», периоды учебных отпусков истца являются дополнительными оплачиваемыми отпусками, приравниваются к периоду фактической работы.

Проанализировав все имеющиеся доказательства в их совокупности, суд считает установленным тот факт, что в спорный период времени истец был занят полный рабочий день, т.е. работал в течение всей смены в подземных условиях по профессии, предусмотренной в Постановлении Совмина РСФСР от 13.09.1991 г. № 481 «Об утверждении списка работ и профессий, дающих право на пенсию за выслугу лет независимо от возраста при занятости на указанных работах не менее 25 лет».

Рассматривая требования о включении в специальный трудовой стаж ФИО1 периода: с 09.06.1988 г. по 22.04.1991 г. (2 года 10 месяцев 14 дней) военной службы по призыву, суд приходит к следующему.

Положения статьи 6 (части 2), статьи 15 (части 4), статьи 17 (части 1), статей 18, 19 и статьи 55 (части 1) Конституции Российской Федерации предполагают правовую определенность и связанную с ней предсказуемость законодательной политики в сфере пенсионного обеспечения, необходимые для того, чтобы участники соответствующих правоотношений могли в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в том, что приобретенное ими на основе действующего законодательства право будет уважаться властями и будет реализовано. Вместе с тем, принимая во внимание правовую позицию, изложенную Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 29.01.2004 года № 2-П в отношении граждан, приобретших пенсионные права до введения нового правового регулирования, ранее приобретенные права на пенсию в соответствии с условиями и нормами законодательства Российской Федерации, действовавшего на момент приобретения права, сохраняются за указанной категорией лиц. При разрешении настоящего спора имеет правовое значение данное разъяснение Конституционного Суда РФ, в связи с чем следует учитывать, что в спорный период времени (с 03.08.1972 года) действовало «Положение о порядке назначения и выплаты государственных пенсий», утвержденное Постановлением Совета Министров СССР от 03.08.1972 года № 590. Названным Положением предусмотрено, что при назначении на льготных условиях или в льготном размере пенсии по старости, по инвалидности и по случаю потери кормильца, период службы в составе Вооруженных Сил СССР приравнивался по выбору обратившего за пенсией либо к работе, которая предшествовала данному периоду, либо к работе, которая следовала за окончанием этого периода. Поскольку период службы истца в рядах Советской Армии имел место до установления нового правового регулирования назначения досрочных страховых пенсий, то он подлежит включению в стаж работы по специальности при досрочном назначении трудовой пенсии по старости независимо от времени его обращения за назначением пенсии и времени возникновения у него на это права, иное толкование противоречило бы положениям ч. 2 ст. 6, ч. 4 ст. 15, ч. 1 ст. 17, ст. ст. 18, 19, ч. 1 ст. 55 Конституции РФ и правовой позиции, изложенной в Постановлениях Конституционного Суда РФ от 29.01.2004 г. № 2-п и от 24.05.2001 г. № 8-П, а также в Определении Конституционного Суда РФ от 05.11.2002 г. N 320-О. Кроме того, после службы по призыву истец работал в должности, дающей ему право на назначение пенсии по старости досрочно.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что период службы истца по призыву в рядах Советской Армии с 09.06.1988 г. по 22.04.1991 г. (2 года 10 месяцев 14 дней) подлежит включению в подсчет специального стажа истца.

С учетом изложенного суд считает не соответствующим закону оспариваемое решение ответчика об отказе во включении в специальный трудовой стаж ФИО1 периодов: с 09.06.1988 г. по 22.04.1991 г. (2 года 10 месяцев 14 дней) военной службы по призыву; работы с 05.07.1995 г. по 07.12.1998 г. (3 года 5 месяцев 3 дня) подземным механиком участка МДО в «Грамотеинском шахтоуправлении АПКО «Облкемеровоуголь», полагает исковые требования удовлетворить и обязать ответчика включить указанные периоды в специальный трудовой стаж ФИО1, необходимый для досрочного назначения пенсии по старости.

Судом установлено, что на момент обращения за назначением пенсии специальный стаж истца составлял 27 лет 7 месяцев 20 дней при требуемом- 25 лет.

По мнению суда, ответчик неправомерно отказал истцу в назначении досрочной трудовой пенсии по старости, поскольку на момент обращения за назначением пенсии – 03.10.2016 г. у него имелся стаж работы, необходимый для назначения досрочной трудовой пенсии в соответствии с подпунктом 11 пункта 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», а потому требования истца в части понуждения ответчика назначить трудовую пенсию по старости с 03 октября 2016 года подлежат удовлетворению.

В силу ч.1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

По смыслу названных законоположений, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу (например, решение суда первой инстанции, определение о прекращении производства по делу или об оставлении заявления без рассмотрения, судебный акт суда апелляционной, кассационной, надзорной инстанции, которым завершено производство по делу на соответствующей стадии процесса).

Как следует из разъяснений, содержащихся в п.11 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

В силу разъяснений, изложенных в п. 13 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Согласно договору на оказание юридических услуг от 25.12.2016 года, заключенного между ФИО6 и ФИО1, стоимость услуг по договору составляет *** рублей и включает: составление искового заявления- *** рублей, представительство в суде – *** рублей.

Учитывая объем заявленных требований, цену иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им документов, продолжительность рассмотрения дела, суд приходит к выводу, что заявленные требования о взыскании с ответчика компенсации судебных расходов по оплате услуг представителя подлежат частичному удовлетворению в сумме *** рублей, в удовлетворении остальной части требований о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя суд полагает отказать.

Кроме того, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию сумма расходов истца по уплате государственной пошлины- *** рублей (л.д. 2).

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 196-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (государственному учреждению) в городе Белово и Беловском районе Кемеровской области о признании незаконным решения об отказе в установлении досрочной страховой пенсии по старости удовлетворить.

Признать незаконным решение № 850075/16 от 30 ноября 2016 года Управления Пенсионного фонда Российской Федерации (государственного учреждения) в городе Белово и Беловском районе Кемеровской области об отказе в назначении пенсии и в части отказа во включении в специальный трудовой стаж ФИО1 периодов: с 09.06.1988 г. по 22.04.1991 г. (2 года 10 месяцев 14 дней) военной службы по призыву; работы с 05.07.1995 г. по 07.12.1998 г. (3 года 5 месяцев 3 дня) подземным механиком участка МДО в «Грамотеинском шахтоуправлении АПКО «Облкемеровоуголь»; 

обязать Управление Пенсионного фонда Российской Федерации (государственное учреждение) в городе Белово и Беловском районе Кемеровской области включить в специальный трудовой стаж ФИО1, необходимый для досрочного назначения пенсии по старости, указанные периоды.

Обязать Управление Пенсионного фонда Российской Федерации (государственное учреждение) в городе Белово и Беловском районе Кемеровской области назначить ФИО1 трудовую пенсию по старости с 03 октября 2016 года.

Взыскать с Управления Пенсионного фонда Российской Федерации (государственное учреждение) в городе Белово и Беловском районе Кемеровской области в пользу ФИО1 компенсацию расходов по уплате государственной пошлины *** рублей, компенсацию расходов по оплате услуг представителя *** рублей.

В удовлетворении остальной части требований о взыскании компенсации судебных расходов отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд через Беловский городской суд в течение месяца с момента составления мотивированного решения 14 мая 2017 года.

Судья О.А. Логвиненко