Дело № 2-2/2019 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

р.п. Даниловка

Волгоградской области 18 февраля 2019 года 

Даниловский районный суд Волгоградской области в составе:

председательствующего судьи Семернина С.В.,

при секретаре судебного заседания Литвиновой А.А.,

представителя истца КХК АО «Краснодонское» - ФИО1, действующего на основании доверенности № 76 от 16.02.2018 года, ФИО2, действующего на основании доверенности № 1 от 09.01.2018 года,

ответчика ФИО3,

третьего лица индивидуального предпринимателя ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Казачьей Холдинговой компании Акционерного общества «Краснодонское» к ФИО3 о взыскании материального ущерба, 

установил:

Казачья холдинговая компания Акционерное общество «Краснодонское» обратилось в суд с иском к ФИО3 о взыскании материального ущерба.

В обоснование заявленных требований указало, что ФИО3 работал в КХК АО «Краснодонское» в должности инженера-механика группы технического обслуживания полеводческого комплекса «Даниловка». 02.04.2018 г. ФИО3, согласовав с начальником ПК «Даниловка» ФИО7 поездку на служебном автомобиле ВАЗ-21213 государственный регистрационный знак №, по производственной необходимости выехал по маршруту р.п. Даниловка- г. Петров Вал. Вместе с ним отправился ФИО5 Получив в г. Петров Вал необходимые документы ответчик привёз их в г. Фролово и передал в ООО «Фроловоагропромтехник». Далее, ответчик, самовольно, без согласования с непосредственным руководителем и без какой-либо необходимости принял решение из г. Фролово выдвинуться в г. Михайловка для посещения ремонтной базы ООО «Ставхолдинг» с целью осмотра, находящихся на ремонте двух тракторов КХК АО «Краснодонское». Двигаясь по ул. им. Дзержинского г. Фролово, проезд по которой с 01.04.2018 г. администрацией городского округа г. Фролово был запрещен в связи с затоплением проезжей части паводковыми водами, видя выставленные соответствующие дорожные знаки, запрещающие движение транспорта, в нарушение правил дорожного движения, ответчик умышленно направил автомобиль по затопленной улице, чем подверг данный автомобиль затоплению, в результате чего автомобиль вышел из строя и подлежал ремонту. По данному факту КХК АО «Краснодонское» было проведено служебное расследование, в результате которого было выявлено, что служебный автомобиль ВАЗ-21213 государственный регистрационный знак 

<

***> в результате ненадлежащей эксплуатации транспортного средства ФИО3 получил повреждения, тем самым причинив по предварительным расчетам, КХК АО «Краснодонское» ущерб на сумму 61210 рублей, связанный с ремонтом данного автомобиля. Стоимость полного восстановительного ремонта автомобиля, который был проведён ИП ФИО4, составил 137 038 рублей. Просит суд взыскать с ответчика ФИО3 стоимость восстановительного ремонта автомобиля в сумме 137 038 рублей 00 копеек, сумму уплаченной при подаче искового заявления государственной пошлины в размере 3 941 рубль 00 копеек.

В судебном заседании представитель истца ФИО1, действующий на основании доверенности, поддержал исковые требования по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель истца ФИО2 действующий на основании доверенности, поддержал исковые требования в полном объеме и пояснил суду, что ФИО3 работал в КХК АО «Краснодонское» в должности инженера-механика группы технического обслуживания полеводческого комплекса «Даниловка». 02.04.2018 года, на служебном автомобиле ВАЗ-21213, государственный регистрационный знак №, по служебной необходимости выехал из р.п. Даниловка в г. Петров Вал. Получив в г. Петров Вал соответствующие документы, он привёз их в г. Фролово и передал в ООО «Фроловоагропромтехник». Затем, без согласования с руководством, он принял решение из г. Фролово выдвинуться в г. Михайловка для посещения ремонтной базы в ООО «Ставхолдинг» для осмотра, находившихся там на ремонте тракторов. Двигаясь по улице им. Дзержинского в г. Фролово на служебном автомобиле он попал в паводок, в результате чего двигатель заглох. Автомобилю был причинён ущерб, самостоятельно двигаться он не мог, автомобиль был отбуксирован к ИП ФИО10, с которым у КХК АО «Краснодонское» заключен договор на установку запасных деталей и технического обслуживания автомобилей, где он и находился до его полного восстановления. В этот период КХК АО «Краснодонское» проводилось служебное расследование по данному инциденту. По результатам служебного расследования была установлена вина ответчика ФИО3 От ИП ФИО4 был истребован предварительный расчет ущерба, который был причинен автомобилю. По предварительному расчету, размер ущерба составил 61210 рублей. Ответчику ФИО3 было предложено компенсировать ущерб, причиненный КХК АО «Краснодонское», в результате затопления автомобиля, однако ответчик ФИО3 с данными доводами не согласился, в результате чего КХК АО «Краснодонское» было вынуждено обратиться в суд с исковыми требованиями о возмещении материального ущерба. Сумма ущерба, в заявленных исковых требованиях, составила 137038 рублей, то есть это сумма сложилась из фактической стоимости восстановительного ремонта автомобиля, согласно акту сдачи- приемки выполненных работ от 05.06.2018 года, а не из предварительной дефектной ведомости от 04.04.2018 г. Просил исковые требования удовлетворить в полном объеме.

В судебном заседании от 30.01.2019 года представители истца ФИО1 и ФИО2 исковые требования уточнили, просили считать причиненный ущерб автомобилю ВАЗ-212140 государственный регистрационный знак №

Ответчик ФИО3 иск признал частично, пояснив суду, что он работал в КХК АО «Краснодонское» в должности инженера-механика группы технического обслуживания полеводческого комплекса «Даниловка». 02.04.2018 года, на служебном автомобиле ВАЗ-21213, государственный регистрационный знак №, по служебной необходимости он выехал из р.п. Даниловка в г. Петров Вал за документами, вместе с ним был слесарь МТМ ФИО5 Получив в г. Петров Вал соответствующие документы, он привёз их в г. Фролово и передал в ООО «Фроловоагропромтехник». Затем, принял решение ехать в г. Михайловку, так как в ООО «Ставхолдинг» производился ремонт трактора, принадлежащего КХК АО «Краснодонское». Двигаясь по улице им. Дзержинского г. Фролово, знаков, запрещающих движение на этой улице не было, висел лишь знак неустановленного ГОСТом образца со стрелочкой, обозначающий объезд, он не придал ему значения, так как перед ним по этой улице проехали еще два автомобиля. Он продолжил движение по данной улице, въехал на подтопляемую часть улицы, его автомобиль попал в ямку, машина от воды заглохла. ФИО3 пытался завести автомобиль, но у него ничего не вышло, через некоторое время хлынул поток воды по улице и его автомобиль оказался затопленным, он с ФИО5 покинули автомобиль. Затем ФИО3 позвонил своему руководителю ФИО7 и сообщил о случившемся. ФИО5 вызвал МЧС, однако они ничем не смогли помочь, после чего вызвали сотрудника КХК АО «Краснодонское» ФИО8, он помог вытащить автомобиль из воды, после чего отбуксировал его в ООО «Гранд» ИП ФИО4 04.04.2018 года истцом была подготовлена предварительная дефектная ведомость о причинении данному автомобилю ущерба на сумму 61210 рублей. В осмотре, дефектовке и последующем ремонте автомобиля он участия не принимал. Факт причинения работодателю ущерба он признаёт, но не по его халатности, а по стечению обстоятельств, с предъявленной суммой причиненного ущерба он не согласен, так как не видит целесообразности замены всех деталей, которые были перечислены в акте-приемки выполненных работ, считает сумму иска завышенной. Просит в удовлетворении заявленных исковых требований отказать.

Третье лицо ИП ФИО4 исковые требования КХК АО «Краснодонское» поддержал и пояснил, что он является индивидуальным предпринимателем в сфере услуг по техническому обслуживанию и ремонту транспортных средств, которая ведётся им уже более 20 лет, также он является действующим экспертом- техником, включенным в Государственный Реестр. Услуги оказываются в сервисном центре, имеющем фирменное наименование СТО «Гранд», которое расположено в г. Фролово Волгоградской области. Услуги оказываются как физическим, так и юридическим лицам, в том числе и с 2016 года он работает с КХК АО «Краснодонское». 02.04.2018 года, во второй половине дня, в СТО был транспортирован на мягкой сцепке автомобиль ВАЗ-212140, государственный регистрационный знак № Данный автомобиль был повреждён в следствии подтопления паводковыми водами в районе ул. им. Дзержинского г. Фролово Ремонт автомобиля проводился штатными сотрудниками СТ, которые также подтверждают факт поступления и ремонта данного транспортного средства, поэтому с выводами эксперта он не согласен, так как считает их необоснованными. В предварительной дефектной ведомости от 04.04.2018 года и в акте сдачи-приемки выполненных работ от 05.06.2018 года, были допущены опечатки в наименовании марки автомобиля, года выпуска автомобиля, а также VIN автомобиля указан неверно. Предварительная дефектная ведомость от 04.04.2018 года составлялась в ходе осмотра поврежденного автомобиля комиссией из специалистов предприятия, ФИО3 участие в осмотре не принимал и на осмотр не приглашался. Однако ремонт производился именно того автомобиля, который был подтоплен ответчиком ФИО3, данному автомобилю были причинены многочисленные повреждения в результате его подтопления, поэтому все работы и все детали, которые были указаны в акте-приемке выполненных работ от 05.06.2018 года, соответствуют действительности, просит исковые требования КХК АО «Краснодонское» удовлетворить в полном объеме.

Выслушав пояснения сторон, изучив материалы дела, суд считает, что иск подлежит частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ответчик ФИО3 работал в КХК АО «Краснодонское» с 02.04.2015 года по 23.04.2018 года инженером-механиком группы технического обслуживания полеводческого комплекса «Даниловка», данные обстоятельства подтверждаются трудовым договором № от 02.04.2015 года и приказом № о расторжении трудового договора с работником за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей – прогул, подпункт «а» пункта 6 части первой статьи 81 ТК РФ (т.1 л.д. 9-12, 13).

С ФИО3 03.04.2015 года был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, в соответствии с которым инженер-механик принимает на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему Работодателем имущества, а также за ущерб, возникший у Работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам (т. 1 л.д.113-114).

Приказом №а-ид от 22 августа 2017 года за ФИО3 был закреплен автомобиль ВАЗ 212140 государственный номер № (т.1 л.д. 110).

Заключением комиссии о проведении служебного расследования от 18 апреля 2018 года, было установлено, что 02.04.2018 г. инженер-механик ПК «Даниловка» ФИО3, по согласованию с начальником ПК «Даниловка» ФИО7 на служебном автомобиле ВАЗ-21213 государственный регистрационный знак № примерно в 08 часов 10 минут выехал по маршруту р.п. Даниловка - г.Петров Вал, с целью получения документов оплаты по ремонту цапфы трактора «Джон Дир». Получив в г. Петров Вал необходимые документы, ФИО3 привез их в г. Фролово и передал в офис ООО «Фроловоагропромтехника», производившей ремонтные работы указанной техники. Далее, ФИО3 самовольно, без согласования с начальником ПК «Даниловка» ФИО7, изменил ранее согласованный маршрут, направился из г. Фролово в г. Михайловка для посещения ремонтной базы ООО «Ставхолдинг» и осмотра, находящихся на ремонте, двух тракторов «Джон Дир». О своем намерении он сообщил слесарю ФИО5, который был против самовольной поездки по данному маршруту. Невзирая на это ФИО3, двигаясь по г. Фролово на служебном автомобиле ВАЗ-21213 государственный регистрационный знак № примерно в 14 часов 30 минут подъехал к ул. имени Дзержинского, проезд по которой с 01.04.2018 г. был перекрыт Администрацией городского округа г. Фролово в связи с затоплением проезжей части паводковыми водами. Подъехав к находящейся под водой проезжей части указанной улицы, ФИО3 и ФИО5 увидели, что проезд по ней перекрыт и выставлены соответствующие дорожные знаки, запрещающие движение транспорта. В нарушение правил дорожного движения, несмотря на замечания ФИО5, отговаривающего ФИО3 ехать по затопленной улице, последний достоверно зная и понимая, что его действия могут привести к утоплению служебного автомобиля и последующему его ремонту и неизбежно повлечет причинение Обществу материального ущерба умышленно направил автомобиль в зону вод паводкового затопления. Въехав в затопленную часть улицы имени Дзержинского, двигатель автомобиля под управлением ФИО3 на критической глубине заглох, после чего транспортное средство ФИО5 и ФИО3 покинули. Высота затопления автомобиля составила по уровень нижней части стекол дверей. Далее ФИО3 в 14 часов 53 минуты по телефону проинформировал начальника ПК «Даниловка» ФИО7 о случившемся происшествии, после чего в 17 часов 10 минут затопленный автомобиль силами персонала ПК «Даниловка» был извлечен из воды и отбуксирован на ремонт к ИП ФИО4

По мнению истца в результате умышленных действий образованных самонадеянностью ФИО3 транспортное средство - ВАЗ-21213 государственный регистрационный знак № приведено в негодность и подлежит ремонту. Согласно предоставленной ИП ФИО10 дефектной ведомости № от 04.04.2018 г. стоимость ремонта данного автомобиля составляет 61 210,00 рублей.

Возражая относительно исковых требований, ответчик в суде пояснил, что умысла на причинения вреда имуществу истца у него не было, подтопление автомобиля произошло неумышленно в рабочее время и в связи с исполнение трудовых обязанностей. 

Состояние сторон в трудовых отношениях на момент причинения ущерба 02.04.2018 года, а также обстоятельства причинения ущерба, сторонами не оспаривались.

При таких обстоятельствах отношения сторон квалифицируются судом как индивидуальный трудовой спор о возмещении работником (ответчиком) работодателю (истцу) материального ущерба и применением положений ст. ст. 232 - 250 ТК РФ

Согласно ст. 232 ТК РФ сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

В силу ч. 1 ст. 233 ТК РФ материальная ответственность стороны трудового договор наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено ТК РФ или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

В соответствии с ч. 1 ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (ч. 2 ст. 238 ТК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 242 ТК РФ полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может быть возложена на работника в случае умышленного причинения ущерба. Таким образом, материальная ответственность за ущерб, причиненный работодателю при исполнении трудовых обязанностей, возлагается на работника при условии причинения ущерба по его вине.

Ущерб, причиненный истцу в результате подтопления автомобиля, по мнению суда, состоит из стоимости восстановительного ремонта указанного автомобиля.

В силу ст. 247 ТК РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Судом проверена законность действий работодателя, в том числе выполнены ли требования ст. 247 ТК РФ.

Так судом установлено, что работодателем была создана комиссия по проведению служебного расследования, получены объяснения от участников событий, по результатам которого было составлено заключение. Как следует из материалов дела, оценку стоимости восстановительного ремонта автомобиля истец не проводил. Акт осмотра поврежденного автомобиля истцом отсутствует. В представленной истцом предварительной дефектной ведомости от 04 апреля 2018 года, составленная автомобильным сервисным центром ИП ФИО10 содержатся следующая запись: собственник автомобиля КХК АО «Краснодонское» адрес: 

<

адрес>, модель, автомобиля ВАЗ21213 гос номер № плательщик КХК АО «Краснодонское», дата приемки 01.04.2018 года. Далее идет следующий текст: при осмотре автомобиля ВАЗ 21214 госномер № № ДД.ММ.ГГГГ года выпуска выявлены следующие дефекты: автомобиль доставлен в сервисный центр на буксире. Первичный осмотр – автомобиль подвергся затоплению выше уровня среза дверных стёкол. Повреждения ДВС (гидроудар, вода во впускном коллекторе, камере сгорания). Повреждение электропроводки, блока управления, датчиков, трансмиссионных жидкостей. Требуется замена поврежденных элементов обесшумливания, декора салона. Внизу приведена таблица наименование необходимых работ на сумму 33800 рублей и необходимый перечень деталей при ремонте автомобиля на сумму 27410 рублей подлежащих замене. В предварительной дефектной ведомости отсутствует указание принимавших участие в осмотре должностных лиц КХК АО «Краснодонское», а также сведения об участии в осмотре ответчика ФИО3 (л.д. 23-24). 

ИП ФИО4 в судебном заседании пояснил, что составлял ведомость в ходе осмотра поврежденного автомобиля комиссией из специалистов предприятия. ФИО3 участие в осмотре не принимал и на осмотр приглашён не был.

Из представленных суду доказательств (ПТС №) следует, что автомобиль ВАЗ-212140, государственный номер № которым управлял ФИО3 02.04.2018 года, имеет следующие характеристики: идентификационный номер (№, год его выпуска ДД.ММ.ГГГГ, то есть идентификационный номер спорного автомобиля и идентификационный номер, указанный в дефектной ведомости автомобиля, имеет разные характеристики.

Кроме того из заключения эксперта № 68/11-18 СЭ от 28 декабря 2018 года следует, что зафиксированные в предварительной дефектной ведомости от 04.04.2018 года сведения: ВАЗ 21213, идентификационный номер автомобиля (№, гос. № №, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска, однозначно указывают на проведенный ремонт другого автомобиля.

Поэтому суд предварительную дефектную ведомость от 04.04.2018 года не признает в качестве доказательства по делу, по тем основаниям, что они не отвечают требованиям ст. 71 ГПК РФ и в силу ст. 73 ГПК РФ не могут служить средством установления обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела.

Утверждение представителей истца, о том, что неправильное указание в дефектной ведомости VIN – идентификационного номера автомобиля и его даты выпуска, является технической ошибкой, суд находит неверными, поскольку идентификационный номер автомобиля относятся к данным имеющим существенное значение по делу.

Кроме того в акте сдачи-приемки выполненных услуг от 05 июня 2018 года (т. 1 л.д. 46-48) указана стоимость выполненных работ, а также стоимость новых деталей, узлов, агрегатов, которые были установлены на автомобиле. Доказательств, подтверждающих, что замена всех деталей и выполнение работ, указанных в акте, вызвана именно подтоплением автомобиля, суду не представлено. Материальный ущерб, с учетом износа автомобиля, истцом не определён, а в соответствии с ч. 1 ст. 246 ТК РФ размер ущерба, причиненного работодателю при порче имущества, определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества.

В этой связи в силу ст. 67 ГПК РФ суд обязан оценивать допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Кроме того, суд обязан учитывать, что обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (статья 60 ГПК РФ).

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что истцом не доказан причиненный ответчиком ущерб в заявленном размере 137 038, 00 рублей.

Однако факт подтопления, автомобиля ВАЗ 212140 государственный номер 

<

***> не оспаривается сторонами.

Так ответчик ФИО3 в судебном заседании, подтвердил, что 02.04.2018 года двигаясь на автомобиле ВАЗ 212140 государственный номер № по затопленной водой проезжей части ул. им. Дзержинского г. Фролово Волгоградской области, у автомобиля заглох двигатель в виду его подтопления. Он не оспаривает то, что ущерб причинен истцу, однако на сумму не более 60000 рублей.

Обстоятельства, при которых ответчиком был причинен материальный ущерб, подтверждается показаниями свидетелей ФИО5 и ФИО8, которые были допрошены в судебном заседании.

Так свидетель ФИО5 суду пояснил, что он работает слесарем МТМ КХК АО «Краснодонское», 02.04.2018 года, вместе с ФИО3 они поехали в г. Петров Вал за документами, после этого документы нужно было отвезти в г. Фролово. Находясь в г. Фролово, ФИО3 решил поехать в г. Михайловка, по служебной необходимости. Двигаясь на автомобиле под управлением ФИО3 по ул. им. Дзержинского г. Фролово Волгоградской области, которая была подтоплена паводковыми водами, ФИО3 игнорируя дорожный знак объезд, продолжил движение, в результате чего у автомобиля заглох двигатель, произошло подтопление автомобиля. Через некоторое время, с помощью другого транспортного средства, принадлежащего КХК АО «Краснодонское», под управлением ФИО8 они вытащили автомобиль и отбуксировали его на СТО.

Свидетель ФИО8 пояснил суду, что он работает водителем в КХК АО «Краснодонское», 02.04.2018 года, он находился на рабочем месте, когда ему поступил звонок от ФИО3, который попросил его приехать в г. Фролово, для того, чтобы помочь вытащить автомобиль, который был подтоплен паводковыми водами. Прибыв в г. Фролово, на ул. им. Дзержинского, он увидел знак объезд, двигаясь далее по этой улице, он обнаружил подтопленный автомобиль, уровень воды был по стекла автомобиля. Зацепив автомобиль за трос, он вытащил его из воды и транспортировал его на СТО Гранд.

Наличие временного дорожного знака 3.2 «Движение запрещено» на ул. им. Дзержинского подтверждается протоколом № заседания комиссии по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций и обеспечению пожарной безопасности городского округа города Фролово Волгоградской области от 01.04.2018 года (т.1 л.д. 137).

Истец считает, что имело место умышленное причинение ущерба, сопряженное с грубым нарушением трудовых обязанностей и ответчик должен нести полную материальную ответственность.

Однако в соответствии с п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 52 от 16.11.2006 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" (в ред. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.09.2010 N 22) к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности. Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

При недоказанности работодателем хотя бы одного из перечисленных обстоятельств материальная ответственность работника исключается.

Трудовое законодательство не содержит понятия умысла. Вместе с тем, исходя из общего смысла закона, умысел работника в причинении вреда имуществу работодателя состоит в том, что работник сознательно совершил действия, направленные на причинение работодателю прямого действительного ущерба, знал о наступлении таких последствий и желал их наступления либо относился к ним безразлично. При этом для привлечения к материальной ответственности необходимо наличие причинно-следственной связи между умышленными действиями работника и наступившими последствиями для работодателя.

Закон рассматривает умышленное причинение ущерба как злостное и грубое нарушение трудовых обязанностей. Обязанность доказать умышленный характер причинения ущерба возлагается на работодателя.

В соответствии с принципом диспозитивности гражданского процесса (ст. ст. 12, 56 ГПК РФ) обязанность доказывания обстоятельств по делу в обоснование заявленных требований или возражений лежит на соответствующей стороне, суд не является участником доказательственного процесса, а реализует функцию оценки представленных сторонами доказательств. Суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, не представит их суду (ст. 68 ГПК РФ). Изложенные нормативные положения национального права аналогичны принципу оценки доказательств, которым руководствуется Европейский Суд по правам человека: "бремя доказывания лежит на том, кто делает утверждение, а не на том, кто его отрицает" (Постановление от 26.07.2007 по делу "М. против Российской Федерации", § 68).

Поскольку в данном случае ФИО3 к административной или уголовной ответственности не привлекался, а истцом не представлено бесспорных и достоверных доказательств, что ущерб причинен ему именно неправомерными умышленными действиями работника, сознательно направленными на повреждение имущества то, в указанной ситуации работник не может быть привлечен к полной материальной ответственности по п.п. 5, 6 ч. 1 ст. 243 ТК РФ. 

Утверждение представителей истца о том, что ФИО3 должен нести полную материальную ответственность, поскольку с ним был заключен договор о полной материальной ответственности, суд считает также несостоятельными по следующим основаниям.

Из разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 52 от 16.11.2006 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" (в ред. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.09.2010 N 22) и положений трудового законодательства, регулирующего вопросы материальной ответственности работника, следует, что законодателем установлена презумпция вины работника при условии доказанности работодателем правомерности заключения с работником договора о полной материальной ответственности.

Однако положениями ТК РФ установлено, что к полной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества могут быть привлечены работники, достигшие возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающие или использующие денежные, товарные ценности или иное имущество. При этом с такими работниками работодатель обязан заключить письменный договор о полной материальной ответственности.

Указание истцом в качестве трудовой функции работника в трудовом договоре с ФИО3 о его полной материальной ответственности за автотранспортное средство, не может расцениваться как заключение с работником – инженером-механиком договора о полной материальной ответственности за вверенную ему материальную ценность - автомобиль, поскольку, во первых, перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством РФ (ст. 244 ТК РФ). Такие Перечни утверждены Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31.12.2002 г. N 85. Работники – инженер-механик в указанных перечнях отсутствуют. Во вторых, сохранность транспортного средства не может быть объектом договора, так как данный материальный объект является техническим средством, при помощи которого транспортируются материальные ценности, а не самим транспортируемым имуществом, поскольку его перемещение само по себе не является целью перевозки.

Заключенный с ФИО3 договор о полной индивидуальной ответственности от 03.04.2015 года, в соответствии с которым инженер-механик принимает на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного имущества, а также за ущерб, возникший у Работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам, не дает оснований для привлечения ответчика к полной материальной ответственности за ущерб причиненный имуществу истца в виду подтопления автомобиля.

Поэтому требования истца о взыскании с ответчика полной стоимости восстановительного ремонта автомобиля судья считает необоснованными.

В то же время, имеются предусмотренные законом основания для привлечения ответчика к материальной ответственности в пределах среднего месячного заработка по общим правилам ст. ст. 232, 241 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку ущерб причинен по неосторожности и к административной ответственности работник не привлекался.

Истцом в судебное заседание предоставлена справка от 12.10.2018 года о среднемесячном заработке ФИО3, который составляет 52410,77 руб. (т.1 л.д.107).

С учетом указанных документов, расчет произведенного истцом среднемесячного заработка ФИО3 проверен в судебном заседании с участием сторон. Данный расчет составлен в соответствии с требованиями ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации и Постановления Правительства Российской Федерации от 24.12.2007 N 922 (в ред. 10.12 2016) и признан судом верным.

Указанная сумма среднемесячного заработка в размере 52410,77 руб подлежит взысканию с ответчика в пользу истца по основаниям ст. ст. 232, 241 Трудового кодекса Российской Федерации, в качестве возмещения материального ущерба, причиненного работником работодателю.

Учитывая фактический размер ущерба причиненного имуществу истца в результате ДТП, размер взысканной суммы, имущественное положение сторон, вину причинителя вреда, оснований для применения положений ст. 250 ТК РФ, то есть для снижения размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, суд не усматривает.

Согласно положениям ч. 1 ст. 98, ст. 100 ГПК РФ в случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. Расходы на участие в деле представителя взыскиваются по ходатайству стороны в разумных пределах.

С учетом размера удовлетворенных требований истца суд считает, что взысканию с ответчика подлежит уплаченная истцом при подаче иска государственная пошлина в сумме 1507,25 рублей, остальная часть иска удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 - 198 ГПК РФ, судья

решил:

исковые требования Казачьей холдинговой компании Акционерного общества «Краснодонское» к ФИО3- удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу Казачьей холдинговой компании Акционерного общества «Краснодонское» материальный ущерб, причиненный при исполнении трудовых обязанностей в сумме 52410,77 руб, уплаченную истцом при подаче иска государственную пошлину в сумме 1507,25 рублей, а всего 53918,02 рублей.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд через Даниловский районный суд Волгоградской области в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Мотивированный текст решения изготовлен 25 февраля 2019 года.

Председательствующий: подпись. Семернин С.В.