Дело №

УИД: 54RS0№-44

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>

Центральный районный суд 

<

адрес> в составе председательствующего судьи Топчиловой Н.Н.,

при секретаре судебного заседания Рычковой К.Н.,

с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, прокурора 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью строительная компания «ОСНОВА» об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности внести записи в трудовую книжку, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, обязании произвести отчисления страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском и просил признать отношения, сложившиеся между ФИО1 и ООО СК «Основа» трудовыми; возложить на ООО СК «Основа» обязанность внести в трудовую книжку ФИО1 информацию в сведения о трудовой деятельности о приеме на работу в качестве монтажника железобетонных конструкций с ДД.ММ.ГГГГ; признать увольнение ФИО1 незаконным и восстановить на работе в ООО СК «Основа» в качестве монтажника железобетонных конструкций с ДД.ММ.ГГГГ; возложить на ООО СК «Основа» обязанность исчислить и уплатить компенсацию за неиспользованный отпуск ФИО1 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; взыскать с ответчика компенсацию за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по день восстановления на работе; возложить на ООО СК «Основа» обязанность исчислить и уплатить страховые взносы на обязательное пенсионное страхование в соответствующий территориальный орган за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; взыскать компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

В обоснование требований указано, что ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ осуществлял трудовые функции в должности монтажника железобетонных конструкций в ООО СК «Основа». В феврале 2022 года истец был введен в заблуждение, в связи с чем, подписал договор подряда с ответчиком с ДД.ММ.ГГГГ. Фактически истец осуществлял трудовую деятельность. Кроме того, ФИО1 был незаконно уволен, в связи с чем, просит восстановить его на работе. Также виновными действиями ответчика истцу были причинены физические и нравственные страдания, о компенсации которых им заявлено в иске.

ФИО1 в судебном заседании доводы иска поддержал в полном объеме, пояснил, что он в иске действительно указал неверную дату, до которой осуществлял трудовые отношения. Как указал истец, возможно, он работал до ДД.ММ.ГГГГ. Пояснил, что ответчик сказал ему, что он уволен, в связи с чем, он более не осуществлял трудовую деятельность. Кроме того пояснил, что в мае 2022 года, ввиду отсутствия материалов, имел место простой работы в ООО СК «Основа».

Представитель ответчика в судебном заседании доводы иска не признал, дал пояснения согласно письменным. Настаивал, что между сторонами существовали только отношения на основании гражданско-правового договора. Кроме того, деятельность ответчиком долгое время не велась ввиду простоя. Истец работал на основе сдельной системы оплаты труда, оплата производилась по результатам объема выполненных работ. Кроме того, сторона ответчика настаивала, что должность, которую занимал истец, фактически соответствовала должности стропальщика, поскольку истцом не выполнялись высотные работы. Также ответчик пояснил, что истец добровольно прекратил осуществление работы в ООО СК «Основа», поскольку было установлено нецелевое расходование материалов заказчика для изготовления плитки истцом в личных целях. Настаивал, что датой прекращения трудовых отношений является середина сентября 2022 года, а не октябрь. 

Помощник прокурора в заключении полагала, что требования истца об установлении факта трудовых отношений подлежат удовлетворению с даты заключения договора подряда, также подлежат удовлетворению требования о взыскании компенсации морального вреда. При этом, полагала, что основания для признания незаконным увольнения и восстановлении на работе отсутствуют, поскольку в ходе судебного разбирательства не был установлен факт увольнения истца, поскольку ФИО1 самостоятельно прекратил осуществление трудовой деятельности.

Суд, выслушав истца, показания свидетеля, исследовав и оценив представленные доказательства, приходит к следующим выводам.

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со статьей 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно статье 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В соответствии со статьей 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В силу статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора. Приказ (распоряжение) работодателя о приеме на работу объявляется работнику под роспись в трехдневный срок со дня фактического начала работы. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежаще заверенную копию указанного приказа (распоряжения). При приеме на работу (до подписания трудового договора) работодатель обязан ознакомить работника под роспись с правилами внутреннего трудового распорядка, иными локальными нормативными актами, непосредственно связанными с трудовой деятельностью работника, коллективным договором.

Исходя из характера спорных отношений, обязанность представлять доказательства наличия трудовых отношений и его условий лежит на истце, обязанность представлять доказательства выполнения условий трудового договора, выплаты заработной платы в полном размере и в срок лежит на ответчике.

В силу статьи 20 Трудового кодекса Российской Федерации работодателем признается физическое лицо либо юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с работником. В случаях, предусмотренных федеральными законами, в качестве работодателя может выступать иной субъект, наделенный правом заключать трудовые договоры.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудовой кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 ТК РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Судом установлено, что между ООО СК «Основа» и ФИО3 в период с ДД.ММ.ГГГГ сложились трудовые отношения, в рамках которых ответчик допустил истца к осуществлению трудовой деятельности в должности стропальщика без надлежащего оформления трудового договора и иных документов. 

Данное обстоятельство объективно нашло свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Так, в материалы дела представлено удостоверение №, выданное АНО ДПО «Ресурс», согласно которому ФИО1 прошел переподготовку по профессии «стропальщик 3 разряда» (Т. 1 л.д.50).

В ходе судебного разбирательства стороны не оспаривали, что обучение истца в АНО ДПО «Ресурс» происходило по направлению ООО СК «Основа» и на основании договора об оказании услуг, заключенного между АНО ДПО «Ресурс» и ответчиком.

Кроме того, в материалы дела представлен журнал 1-ой ступени (расстановка рабочих на объекте). Данный журнал начат ДД.ММ.ГГГГ. Согласно записям в данном журнале, с даты его начала, то есть, с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 регулярно расписывался в качестве рабочего за получение задание, явку на строительную площадку. Напротив фамилии ФИО1 стояла подпись лица, выдавшего задание (Т. 1 л.д. 13- 25).

Также в судебном заседании были допрошены свидетели ФИО4, ФИО5, ФИО6

Так, свидетель ФИО4 пояснил, что он выполнял обязанности прораба в ООО СК «Основа» на основании договора подряда с октября 2021 года по октябрь 2022 года. ФИО1 пришел в ООО СК «Основа» немного позже свидетеля. Бригада, в которой работал ФИО1, работала по согласованному графику, в случае, если был материал. Случались простои, ввиду отсутствия материала для строительства, в частности, в мае 2022 года. Свидетель пояснил, что ФИО1 он допустил к работам не сразу, поскольку ФИО1 отказывался подписывать договор подряда. Поэтому, он, иногда, приходил на объект, расписывался в журнале, но не допускался к работам.

Также указанный свидетель пояснил, что ФИО1 выполнял обязанности только в качестве стропальщика, то есть, не проводил работы «на высоте». 

Свидетель ФИО5 пояснил, что он знаком с истцом на протяжении нескольких лет. Ранее работали в одной бригаде у других работодателей. Так, свидетель пояснил, что в ООО СК «Основа» стал работать с конца 2021 года, пришел на должность бригадира, а потом позвал туда ФИО1, который работал в ООО СК «Основа» стропальщиком. Также свидетель пояснил, что в первый день он, как бригадир, поставил ФИО1 на высотные работы – монтажником железобетонных конструкций, но ввиду наличия претензий к качеству выполняемой работы, со второго дня истец стал выполнять только функции стропальщика. 

Свидетель ФИО5 пояснил, что ФИО1 работал непосредственно в его бригаде. При этом, работника не допускали к работе до подписания договора. ФИО1 долгое время отказывался от такого подписания. Он расписывался в журнале, но не хотел официально трудоустраиваться и не работал. Просто приходил на стройку.

В свою очередь, свидетель ФИО6 пояснил, что с ФИО1 знаком около 7 лет, вместе работали. В ООО СК «Основа» свидетель работал с 2022 года электрогазосварщиком. Точно не помнит, кто раньше приступил к работе: он или ФИО1, поскольку свидетель работал «наверху», а истец работал только внизу. При этом, у свидетеля был индивидуальный график, поскольку его услуги требовались нерегулярно. Также свидетель пояснил, что он не знает ничего о подписании договоров подряда. Также свидетель пояснил, что в журналах он расписывался утром, когда приходил. Как правило, когда расписывались, тогда и работали, но бывало, что расписывались, а материала не было, не работали и уходили. 

Оценивая доводы сторон, обосновывающих свои требования и возражения, относимость, допустимость, достоверность каждого представленного сторонами доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу, что истец действительно выполнял трудовую функцию стропальщика в ООО СК «Основа» с ДД.ММ.ГГГГ (даты получения сертификата об обучении по направлению работодателя) по ДД.ММ.ГГГГ. 

Доводы ответчика о том, что ФИО1 фактически не был допущен до работ до января 2022 года, поскольку им не подписывался договор подряда, суд отклоняет как противоречащие письменным доказательствам, а именно: журналу 1-й ступени и удостоверению.

При этом, представленные в материалы дела докладные записки прораба ФИО4 и показания свидетелей относительно недопуска ФИО1, суд отклоняет как несостоятельные и противоречащие иным материалам дела. 

Так, в случае, если между истцом и ответчиком в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не существовало трудовых отношений, у ответчика отсутствовали основания для направления работника на обучение, равно как ответчик обязан был обеспечить не допуск лица на строительную площадку, а также к журналу 1-й ступени. Строительная площадка является местом с повышенной опасностью получения травм, строительной компанией должен соблюдаться контроль лиц, которые присутствуют в указанном месте. С учетом изложенного, учитывая регулярность допуска ФИО1 на строительную площадку в ноябре и декабре 2021 года, принимая во внимание, что в журнале напротив фамилии истца содержится подпись лица, выдавшего ему задание для работы, суд приходит к выводу, что ФИО1 допускался до работ по заданию ООО СК «Основа» до даты подписания договора подряда.

Также судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ООО СК «Основа» и ФИО1 был заключен договор подряда, по условиям которого ФИО1 (Исполнитель) обязался выполнять на объектах по адресам: 

<

адрес>тр., 

<

адрес> стр. в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работы по монтажу ЖБИ каркаса Многоквартирного многоэтажного дома.

Стоимость работ согласована сторонами в размере 200 рублей за один смонтированный элемент (Т. 1 л.д. 49).

Суд, оценивая содержание данного договора, приходит к выводу, что между сторонами к моменту его подписания фактически сложились трудовые отношения, при которых истец на регулярной основание осуществлял трудовую деятельность, поскольку, фактически подчинялся правилам трудового распорядка, целью заключения договора подряда было не получение результата выполнения конкретного объема работ, а сам факт регулярного выполнения истцом определенного вида работ на протяжении времени.

В пункте 18 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с заключением трудового договора, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ ДД.ММ.ГГГГ разъяснено, что не допускается заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения. Если между сторонами заключен гражданско-правовой договор, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. При этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Возражения ответчика о том, что истец осуществлял деятельность на основании гражданско-правового договора, суд признает необоснованными и подлежащими удовлетворению.

Так, к характерным признакам трудовых отношений относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем

В соответствии со статьей 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

По смыслу данных норм Гражданского кодекса Российской Федерации, договор подряда заключается для выполнения исполнителем определенного задания заказчика, согласованного сторонами при заключении договора. Целью договора подряда является не выполнение работы как таковой, а осуществление исполнителем действий или деятельности на основании индивидуально конкретного задания к оговоренному сроку за обусловленную в договоре плату.

От договора подряда трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору подряда исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору подряда работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

Учитывая, что в ходе судебного разбирательства было установлено, что истец был принят на работу, задания по выполнению каких-либо работ давались ему непосредственно представителем работодателя, не носили конкретизированный и разовый характер, учитывая системность, неизменность выполняемых истцом функций, подчинение установленному режиму работы при обеспечении условий труда, доводы ответчика о наличии между сторонами гражданско-правовых отношений опровергаются совокупность собранных по делу доказательств.

Учитывая совокупность представленных по делу доказательств, наличие в данных доказательствах противоречий, применяя указанные выше нормы, повышенный стандарт доказывания, применяемый в указанной категории дел к работодателю, суд приходит к выводу, что между сторонами сложились трудовые отношения не позднее ДД.ММ.ГГГГ, которые длились до ДД.ММ.ГГГГ, в рамках которых истец выполнял трудовые функции стропальщика, выполнял работы по заданию работодателя или его сотрудников, график работы истца был определен сторонами.

При этом, ссылки ответчика на то, что оплата происходила на основании фактического объема выполненных работ, на строительстве случались длительные простои, не исключает выводы суда о том, что фактически между сторонами сложились именно трудовые отношения, поскольку сдельная система оплаты труда предусмотрена действующим законодательством, равно как и отрегулирован вопрос возможного простоя производства с сохранением между работником и работодателем трудовых отношений.

Определяя должность истца, суд учитывает, что истец, согласно трудовому договору, осуществлял работы по монтажу железобетонных конструкций.

Как пояснили все свидетели в ходе судебного разбирательства, а также не оспаривали стороны, монтаж железобетонных конструкций возможен только в результате работы бригады из нескольких человек. В бригаду входят лица, осуществляющие высотные работы, в том числе, крановщики, электрогазосварщики и монтажники, а также лица, осуществляющие работу внизу, в том числе, стропальщик. 

Стропальщик выполняет работы по закреплению плит для их дальнейшего подъема.

В ходе судебного разбирательства свидетели настаивали, что работы истцом выполнялись только на отметке до второго этажа, высотные работы истцом выполнялись только в первый день. В дальнейшем истец был отстранён от данных работ, ввиду наличия претензий к качеству выполняемых им высотных работ.

Кроме того, согласно удостоверению, обучение истец проходил также по направлению «стропальщик».

Определениями суда истцу неоднократно предлагалось представить относимые и допустимые доказательства выполнения высотных работ. Однако, в порядке статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, таких доказательств суду представлено не было.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что подлежит установлению факт трудовых отношений в должности стропальщика, как лица, осуществляющего не высотные работы.

Определяя дату окончания трудовых отношений, суд учитывает следующее.

В исковом заявлении ФИО1 указывает, что работал в ООО СК «Основа» до ДД.ММ.ГГГГ.

В подтверждение доводов представляет журнал 1-й ступени, согласно которому он осуществлял трудовую деятельность до ДД.ММ.ГГГГ.

В ходе судебного разбирательства истец изменил позицию, указав, что работал в ООО СК «Основа» до ДД.ММ.ГГГГ.

Представители ООО СК «Основа» оспаривали данное обстоятельство, настаивали, что ФИО1 работал у ответчика только до середины сентября.

Суд, оценивая представленные по делу доказательства, с учетом их оценки на относимость и допустимых доказательств, приходит к выводу, что материалами дела достоверно подтверждается факт выполнения истцом работы только до ДД.ММ.ГГГГ.

Устанавливая данное обстоятельство, суд учитывает следующее.

Как следует из пояснений сторон, показаний свидетелей, трудовые отношения между ООО СК «Основа» и ФИО1 были прекращены после выявления факта изготовления ФИО1 тротуарной плитки в личных целях из материалов застройщика.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ от сторожа строительной площадки ООО «Инвестек» ФИО7 на имя начальника службы безопасности генподрядчика ООО «Метеорплюс» поступила служебная записка, согласно которой, рабочим ООО СК «Основа» ФИО1 с утра и до 19 часов 00 минут производятся работы по изготовлению плитки для садовых дорожек. Согласно служебной записке, на вопросы он даёт непонятные ответы. Раствор берется из разгруженного в банки миксера, принадлежащего ООО СК «Основа» (Т. 1 л.д.59).

Указанная служебная записка была передана директору ООО «Основа» для проведения проверки.

Из пояснений представителя ответчика – директора ООО СК «Основа» ФИО8, показаний свидетелей ФИО9, ФИО5 следует, что по факту получения докладной записки, они незамедлительно приступили к отбору объяснений. В день выяснения обстоятельств изготовления тротуарной плитки и произошло прекращение трудовой деятельности ФИО10

Кроме того, в материалы дела представлен акт о приемке работ за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, выполненных по договору подряда, подписанный ФИО1, а также расходный кассовый ордер к акту (Т. 1 л.д.69), согласно которому ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 получил оплату по договору подряда именно за период с 01 по ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, ДД.ММ.ГГГГ каких-либо претензий относительно того, что истцом после ДД.ММ.ГГГГ выполнялись работы, не учтенные ответчиком, ФИО1 не предъявлял. Более того, при подаче искового заявления и на протяжении всего судебного разбирательства (до даты последнего судебного разбирательства) ФИО1 неоднократно указывал, что расчет с ним произведен полностью.

Между тем, как следует из аналогичных актов за июнь-август 2022 года, а также расходных кассовых ордеров к ним, за предыдущие месяцы, ООО СК «Основа» и ФИО1 подписывали акты о выполненных работах за прошедший месяц целиком, производили расчет за фактически выполненные работы. 

Таким образом, между сторонами сложились правоотношения, в ходе которых в начале месяца работодатель оплачивал выполненную лицом работу за предыдущий месяц, что подтверждалось подписями работника.

Между тем, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подтвердил, что у работодателя возникла обязанность только по оплате работ, выполненных до ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждает пояснения представителя ответчика, показания свидетелей, письменные доказательства о прекращении после указанной даты трудовых отношений.

При этом, представленный в материалы дела журнал 1-й ступени не может быть признан единственным относимым и допустимым доказательством, подтверждающим факт выполнения ФИО1 работ до ДД.ММ.ГГГГ, поскольку указанный документ был предоставлен ненадлежащим лицом. 

Так, в ходе судебного разбирательства к исковому заявлению в качестве доказательств истцом были представлены копии указанного журнала.

Представитель ответчика настаивал, что указанный журнал хранился в «бытовке» работников на стройке, однако, пропал куда-то через некоторое время после увольнения ФИО11

На вопрос суда о том, каким образом были изготовлены копии, истец первоначально пояснял, что он делал ежедневно фотографии журнала. После того, как суд уточнил, в связи с чем, представленные в материалы дела копии являются не фотокопиями, а копиями, сделанными посредством копировальной техники, ФИО1 пояснил, что оригинал журнала 1-й ступени находится у него.

Судом был истребован указанный оригинал и приобщен к материалам дела.

ФИО1 пояснил, что «случайно» забрал журнал, когда собирал свои вещи.

Между тем, суд полагает достоверными пояснения стороны ответчика относительно того, что журнал был забран ФИО1 не в дату прекращения трудовых отношений, а позднее.

Так, факт того, что ФИО1 появлялся в ООО СК «Основа» после даты увольнения, подтверждается расходным ордером, подписанным ДД.ММ.ГГГГ. Следовательно, ФИО1 имел объективную возможность забрать журнал, находящийся в свободном доступе.

Между тем, все записи в указанном журнале, согласно которым ФИО1 присутствовал на строительной площадке после ДД.ММ.ГГГГ выполнены одной ручкой, отличной от цвета ручек расписавшихся иных сотрудников в указанные даты, а также выполнены только в последних строчках соответствующей даты, что свидетельствует о том, что хронологически запись ФИО1 вносилась последней. При наличии свободных строк между предыдущей и следующей датой. 

Между тем, такое внесение записей противоречит ранее внесенным записям, согласно которым, ФИО1 осуществлял отметку в журнале в бессистемном порядке относительно иных лиц. Более того, противоречит система внесения записи фамилии ФИО1 после ДД.ММ.ГГГГ в журнал и относительно пояснений ответчика, согласно которым, электрик ФИО12, чаще всего, приходил на стройку или самым первым, или самым последним, поскольку он работал не на регулярной основе, по совместительству. Приходил по мере необходимости, но, с учетом графика своей основной работы.

Данные пояснения представителя ООО СК «Основа» подтверждаются ранее имеющимися в журнале записями, из которых следует, что ФИО12 записи выполнялись или первым, или последним. В дни, когда ФИО12 вносил запись последний, после него никто не расписывался, что подтверждает пояснения ответчика о том, что указанное лицо приходило на работу существенно позже остальных. 

Между тем, после ДД.ММ.ГГГГ в дни, когда запись фамилии электрика ФИО12 выполнена после записи иных фамилий сотрудников, ниже, под фамилией электрика внесена фамилия ФИО1

Суд, оценивая данные пояснения, показания свидетелей, в их системном толковании с иными представленными в материалы дела доказательствами, учитывая недобросовестность поведения ФИО1, выразившаяся в неправомерном завладении оригиналом журнала 1-й ступени, приходит к выводу, что записи в журнале после ДД.ММ.ГГГГ не могут достоверно подтверждать факт работы ФИО1 после указанной даты, поскольку опровергаются иными, представленными в материалы дела доказательствами. 

Учитывая то обстоятельство, что ФИО1 изначально указана дата увольнения ДД.ММ.ГГГГ, после уточнения суда о том, почему в журнале содержится дата ДД.ММ.ГГГГ о последнем рабочем дне ФИО1, истец изменил свою позицию, принимая во внимание принцип эстоппеля, суд приходит к выводу, что в указанной части пояснения истца и записи в журнале нельзя признать достоверными, в связи с чем, они подлежат отклонению.

Оценивая требования о признании незаконным увольнения, восстановлении на работе, суд приходит к следующим выводам.

Как было указано выше, трудовые отношения между сторонами были прекращены ДД.ММ.ГГГГ. 

Исковое заявление было направлено в суд ДД.ММ.ГГГГ.

Ответчиком заявлено ходатайство о пропуске истцом месячного срока для обращения в суд с иском с требованием о восстановлении на работе, признании незаконным увольнения.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, право на судебную защиту предполагает наличие гарантий, позволяющих реализовать его в полном объеме и обеспечить эффективное восстановление в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям равенства и справедливости (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П и др.).

Сроки обращения работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора установлены статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

Частью первой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 Трудового кодекса Российской Федерации) у работодателя по последнему месту работы.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, они могут быть восстановлены судом (часть пятая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

В абзаце пятом пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Разъяснения по вопросам пропуска работником срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора содержатся в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей – субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №) и являются актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п. (абзац первый пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда от ДД.ММ.ГГГГ №).

В абзаце третьем пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № обращено внимание судов на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора (абзац четвертый пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда от ДД.ММ.ГГГГ №).

В ходе судебного разбирательства ФИО1 указывал, что он пропустил срок на подачу искового заявления ввиду смерти родственника, необходимостью ухода за родителями, однако, ни одного относимого и допустимого доказательства уважительности пропуска срока в материалы дела представлено не было. Таким образом, суд лишен возможности проверить доводы истца об отсутствии объективной возможности обратиться в суд с иском в установленный законом срок, в связи с чем, приходит к выводу, что срок для обращения в суд с указанным требованием ФИО1 был пропущен.

Приходя к таким выводам, суд также учитывает, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ приходил в ООО СК «Основа» для получения денежных средств, кроме того, осуществил действия по изъятию журнала, следовательно, в течение месяца с момента увольнения объективно имел возможность обратиться за защитой своих нарушенных прав. Однако, таких действий им предпринято не было.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о пропуске истцом срока для обращения в суд с иском о восстановлении на работе, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований.

Отказывая в удовлетворении требований, суд также приходит к выводу, что в ходе судебного разбирательства не было установлено факта незаконного увольнения истца.

Так, заявляя требования о признании незаконным увольнения, восстановлении на работе, ФИО1 в тексте искового заявления не указывает никаких обстоятельств по факту такого увольнения.

В судебном заседании, состоявшемся ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 настаивал, что он осуществлял трудовую деятельность до ДД.ММ.ГГГГ, а ДД.ММ.ГГГГ прораб ФИО9 сказал ему, что он уволен, после чего его прекратили допускать на работу.

В судебном заседании, состоявшемся ДД.ММ.ГГГГ, истец пояснял, что он работал до ДД.ММ.ГГГГ, о том, что он уволен, ему сказал директор – ФИО8, который сказал ему, что истец «с Кочетковым банда». По словам истца, директор говорил, что у него есть друзья в ФСБ, и они истца проверят. Истцу сказали уходить, поэтому он развернулся и ушел, но не прекращал рабочий день. Думал, что придет ФИО5 и они продолжат работу, но ФИО5 сказал ему, чтобы он увольнялся или уволят всю бригаду.

В судебном заседании, состоявшемся ДД.ММ.ГГГГ, истец пояснил, что ФИО9 работал не прорабом, а консультантом, поэтому, не являлся представителем работодателя.

Суд, оценивая доводы иска, пояснения истца, приходит к выводу, что позиция истца на протяжении всего судебного разбирательства относительно обстоятельств прекращения трудовых отношений не являлась последовательной и достоверной. Пояснения истца относительно обстоятельств прекращения трудовых отношений являлись противоречивыми. 

Определениями суда от ДД.ММ.ГГГГ истцу предлагалось представить доказательства увольнения истца, доказательства того, что не допуск на рабочее место в определенный день являлся расторжением трудового договора по инициативе работодателя, истцу предлагалось конкретизировать основания для восстановления на работе.

Определениями суда от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ истцу было предложено представить доказательства увольнения по инициативе работодателя.

Однако, таких доказательств суду представлено не было.

В свою очередь, представитель ответчика ФИО8 пояснил, что он является директором ООО СК «Основа». После того, как застройщиком – заказчиком строительства дома по договору подряда, заключенному с ООО СК «Основа» – был выявлен факт нецелевого использования ФИО1 бетонного раствора для изготовления плитки, ФИО8, прораб ФИО9, бригадир ФИО5 на строительной площадке составили разговор с ФИО1 относительного данного факта. ФИО1 пояснил, что он признает факт изготовления плитки, однако, в связи с тем, что не хочет негативных последствий, в связи с выявленными нарушениями, принимает решение об уходе. При этом, директор пояснил, что ФИО1 требовал расчета в этот же день, в противном случае, грозился залезть на кран для приостановки всей работы. 

В свою очередь, свидетель ФИО9 пояснил, что он выявил факт нецелевого использования материалов ФИО1, в связи с чем, с последним был составлен разговор, по результатам которого ФИО1 прекратил работать в ООО СК «Основа».

Свидетель ФИО5 в судебном заседании пояснил, что в день увольнения ФИО1 его вызвали в прорабку. ФИО5 возглавлял бригаду, в которой работал истец. В прорабке, помимо истца, находились директор и прораб. В присутствии указанных лиц у ФИО1 выяснялись обстоятельства по факту изготовления в рабочее время тротуарной плитки из материалов заказчика. ФИО5 объяснил ФИО1, что дальше работать с ним не получится. После чего ФИО1 ушел в бытовку. Далее, туда пришел ФИО5, который предложил истцу написать заявление по собственному желанию. ФИО10 сказал, что он все понимает и сам уйдет. При этом, свидетель настаивал, что ФИО10 писал заявление об увольнении. 

Свидетель ФИО6 пояснил, что относительно прекращения истцом трудовых отношений он пояснений дать не может, поскольку не был свидетелем, однако, факт изготовления ФИО10 в рабочее время тротуарной плитки подтверждает, поскольку это было видно.

В силу пункта 3 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, основаниями прекращения трудового договора являются расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса).

Суд, оценивая представленные по делу доказательства, с учетом их оценки на относимость и допустимость, приходит к выводу, что в ходе судебного разбирательства не был установлен факт увольнения ФИО1 по инициативе работодателя, поскольку доводы ФИО1 о прекращении им трудовой деятельности по указанию уполномоченного лица (руководителя организации) в ходе судебного разбирательства не нашли своего подтверждения. Наоборот, представитель ответчика, а также свидетели подтвердили, что истец самостоятельно принял решение о прекращении трудовых отношений, в связи с выявлением факта нецелевого использования материалов заказчика и с целью исключения дальнейших негативных последствий. Каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО1 покинул рабочее место принудительно, что в дальнейшем ему кто-либо препятствовал осуществлять трудовые функции, материалы дела не содержат.

Наоборот, сам истец пояснял, что он не видел смысла ходить на работу после произошедшего.

Суд, принимая во внимание показания свидетелей, которые на момент допроса их судом не являлись сотрудниками ООО СК «Основа», а следовательно, не являются лицами, заинтересованными в исходе дела, учитывая отсутствие каких-либо доказательств увольнения по инициативе работодателя со стороны истца, приходит к выводу о том, что материалами дела довод истца об увольнении по инициативе работодателя, не нашел своего подтверждения.

Приходя к таким выводам, суд учитывает, что истец работал в составе бригады из шести человек. В настоящее время, никто из указанных лиц сотрудниками ответчика не является. Однако, истец не обеспечил явку ни одного лица в подтверждение своих доводов об увольнении по инициативе работодателя, в то время, как стороной ответчика представлено достаточно доказательств, подтверждающих факт того, что ФИО1 покинул рабочее место самостоятельно, по собственной инициативе, в дальнейшем, на строительной площадке не появлялся, несмотря на то, что работодателем ему какие-либо препятствия не чинились. 

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о прекращении между сторонами трудовых отношений по инициативе истца. 

Оценивая требования истца о возложении обязанности по внесению записей в трудовую книжку, суд приходит к выводу, что поскольку трудовой договору в установленном порядке не оформлен, записи в трудовую книжку не внесены, и доказательств обратному суду не представлено, то требования истца о внесении записей в трудовую книжку о приеме на работу ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ по собственному желанию подлежат удовлетворению.

Что касается требований о взыскании задолженности по оплате компенсации за неиспользованный отпуск, то суд приходит к следующим выводам.

В силу части 2 статьи 37 Конституции Российской Федерации принудительный труд запрещен.

В соответствии со статьями 129, 136 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан выплачивать работнику вознаграждение за труд (заработную плату) в срок, установленный трудовым договором.

Согласно статье 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Согласно статье 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Согласно абзацу 1 статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации, при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

ФИО1 указывает, что за весь период работы им не было реализовано право на отпуск.

Таким образом, подлежит взысканию компенсация за неиспользованный отпуск за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Определяя размер такой компенсации, суд учитывает следующее.

Средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней) (часть 4 статьи 139 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, для расчета среднего дневного заработка правовое значение имеет размер полученного истцом вознаграждения.

Как было установлено выше, оплата труда истца носила сдельный характер – за объем выполненных работ.

В материалы дела сторонами представлена справка 2НДФЛ в отношении истца, а также подписанные сторонами акты о приеме работ, расходные кассовые ордеры, согласно которым ответчиком истцу была выплачена заработная плата за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в следующем размере: июнь – 48 800 рублей; июль – 60 000 рублей; август – 25 000 рублей; сентябрь – 12 000 рублей (Т. 1 л.д.61-66).

Данные суммы подтверждаются объемом выполненных за указанные периоды работ, согласуются с условиями договора подряда относительно стоимости монтажа одной плиты, в связи с чем, признаются судом относимым и допустимыми доказательством, свидетельствующим о размере заработка истца в указанный период.

При этом, пояснения истца об ином размере доходов суд отклоняет как несостоятельные, поскольку они не подтверждаются материалами дела, более того, пояснения истца относительно его доходов, получаемых в ООО СК «Основа» носят противоречивый характер. 

Так, в феврале 2023 года истец пояснял, что его заработная плата в ООО СК «Основа» составляла 120-130 тысяч рублей в месяц. В том же судебном заседании, состоявшемся ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 изменил позицию и стал пояснять, что заработная плата составляла 90 000 рублей в месяц. В апреле 2023 года ФИО1 пояснял, что заработная плата была одинаковой ежемесячно и составляла 80 000 рублей в месяц. 

В июне 2023 года ФИО1 пояснил, что ответчик выплачивал только 20 000 рублей в месяц, в связи с чем, у работодателя имеется задолженность по заработной плате. На вопрос суда о том, в связи с чем на протяжении более полугода ФИО1 пояснял, что задолженность по заработной плате отсутствует, кроме того, ФИО1 указывал другие суммы, истец снова пояснил, что ему платили около 80 000 рублей ежемесячно.

Из пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Из пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что, в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Главная задача принципа эстоппель – не допустить, чтобы вследствие непоследовательности в своем поведении сторона получила выгоду в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что пояснения истца относительно заработной платы не могут быть признаны достоверными, ввиду принципа эстоппеля и непоследовательности позиции ФИО1 в части размера получаемого вознаграждения на протяжении всего судебного разбирательства.

При этом, поскольку ответчиком не представлено доказательств ежемесячно выполняемого истцом объема работы по монтажу плит, суд лишен возможности самостоятельно произвести расчет компенсации за отпуск, исходя из сдельной системы оплаты труда.

В связи с чем, суд приходит к выводу, что размер доходов, полученных истцом за период с ДД.ММ.ГГГГ подлежит определению, исходя из данных 2НДФЛ, а размер дохода за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ подлежит определению, исходя из данных Росстата о доходах рабочих строительных и родственных занятий, в том числе, по профессии «монтажник железобетонных конструкций», согласно которым, на октябрь 2021 года средняя заработная плата по НСО по указанным специальностям составляла 43 658 рублей ежемесячно.

При этом, суд учитывает, что согласно пояснениям всех свидетелей, представленным письменным доказательствам, а также пояснениям самого истца, в мае имел место простой работы, в связи с чем, доход за указанный месяц в порядке статьи 157 Трудового кодекса Российской Федерации, подлежит определению в размере 2/3 дохода, то есть, в размере 29 105 рублей 34 копейки.

Таким образом, компенсация за указанный период составляет 32 712 рублей 65 копеек согласно следующему расчету: (410 658 рублей 54 копейки (доход за указанный период)/10*29,3*23,34 (количество неиспользованных дней отпуска).

Также подлежат удовлетворению требования истца о возложении на общество с ограниченной ответственностью строительная компания «ОСНОВА» обязанности исчислить и уплатить страховые взносы на обязательное пенсионное страхование за ФИО1 за период работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Что касается требования о взыскании компенсации морального вреда, то суд приходит к следующим выводам.

Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как следует из пункта 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).

Обязанность компенсировать моральный вред, причиненный гражданином, выполняющим работу на основании гражданско-правового договора, может быть возложена на юридическое лицо или гражданина, которыми с причинителем вреда был заключен такой договор, при условии, что причинитель вреда действовал или должен был действовать по заданию данного юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абзац второй пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).

В силу пункта 46 указанного Постановления, работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Исходя из пункта 47 Постановления, суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Поскольку в ходе судебного разбирательства нашел свое подтверждение факт нарушения работодателем трудовых прав истца, суд полагает возможным взыскать в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает, что ответчиком были допущены нарушения трудового законодательства по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником, также не произведен окончательный расчет по выплате компенсации за неиспользованный отпуск. При этом, в ходе судебного разбирательства не был установлен факт невыплаты заработной платы, факт незаконного увольнения, о которых заявлял истец. Также суд учитывает, что действиями ответчика не было нарушено право работника на труд, поскольку ФИО1 не передавалась работодателю трудовая книжка, доказательств невозможности трудоустройства материалы дела не содержат.

В связи с изложенным, учитывая объем нарушенных прав, пояснения истца относительно его физических и нравственных страданий, принимая во внимание все установленные судом обстоятельства, суд приходит к выводу, что компенсация морального вреда в размере 5 000 рублей отвечает принципам справедливости и соразмерности. 

Расходы по уплате государственной пошлины подлежат взысканию с ответчика пропорционально удовлетворенным требованиям в соответствии с требованиями статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 103, 233-237 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд,

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью строительная компания «ОСНОВА» об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности внести записи в трудовую книжку, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, процентов за нарушение срока выплаты заработной платы, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, обязании произвести отчисления страховых взносов на обязательное пенсионное страхование удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между ФИО1 (паспорт 5003 № выдан ДД.ММ.ГГГГ УВД 

<

адрес>) и обществом с ограниченной ответственностью строительная компания «ОСНОВА» (ИНН 

<

***>) в период со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности стропальщика.

Обязать общество с ограниченной ответственностью строительная компания «ОСНОВА» внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме на работу в должности стропальщика с ДД.ММ.ГГГГ и увольнении по собственному желанию с ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью строительная компания «ОСНОВА» в пользу ФИО1 компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 32 712 рублей 65 копеек, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, а всего 37 712 рублей 65 копеек.

Обязать общество с ограниченной ответственностью строительная компания «ОСНОВА» исчислить и уплатить страховые взносы на обязательное пенсионное страхование за ФИО1 за период работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью строительная компания «ОСНОВА» в доход государства государственную пошлину в сумме 1 481 рубль 31 копейка.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1 отказать. 

Разъяснить сторонам, что настоящее решение может быть обжаловано ими в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме в Новосибирский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через суд вынесший решение. 

Судья Н.Н. Топчилова

Мотивированное решение суда составлено ДД.ММ.ГГГГ