УИД 74RS0007-01-2024-009037-92

Дело № 2-1217/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 апреля 2025года г. Челябинск

Курчатовский районный суд г. Челябинска в составе: 

председательствующего судьи Веккер Ю.В. 

при секретаре судебного заседания Масленникове К.А.

с участием прокурора Жинжиной Т.Н. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Кулмуродова Урала Абдуллаевича, ФИО2, ФИО3, ФИО1 к ФИО4, ФИО7, ООО «Конструктор» о компенсации морального вреда. 

УСТАНОВИЛ:

ФИО8, ФИО13, ФИО3, ФИО1 обратились в суд с иском, в котором после уточнения исковых требований просили взыскать с о компенсации морального вреда с ФИО4, ФИО7 в пользу ФИО8, ФИО2, ФИО1 в размере 1 300 000 руб. в пользу каждого, в пользу ФИО3 – 1 500 000 руб., с ООО «Конструктор» в пользу ФИО8, ФИО2, ФИО1 в размере 400 000 руб. в пользу каждого, в пользу ФИО3 – 500 000 руб. (л.д. 5-12 т.1, л.д. 12-20 т.2).

В обоснование заявленных требований истцы сослались на то, что ДД.ММ.ГГГГ около ДД.ММ.ГГГГ. водитель ФИО7, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, двигалась 

<

адрес> по проезжей части 

<

адрес>. В пути следования, вблизи 

<

адрес>, водитель ФИО7 совершила наезд на пешехода ФИО14, пересекавшую проезжую часть 

<

адрес> в неустановленном для переходе месте. В результате данного дорожно-транспортного происшествия пешеходу ФИО14 причинены телесные повреждения от которых она ДД.ММ.ГГГГ скончалась в медицинском упреждении. ФИО14 являлась супругой ФИО8 и матерью ФИО2, ФИО3, ФИО1 Гибелью супруги и матери истцам причине моральный вред, который подлежит взысканию с ФИО4 как собственника транспортного средства, ФИО7 – непосредственного причинителя вреда, ООО «Конструктор» - проводившего дорожные работы и не обеспечившего безопасный пешеходный переход на данном участке дороги.

Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены ФИО21

Истцы Кулмуродов Урал Абдуллаевич, ФИО5, ФИО6, ФИО1 в судебном заседании участия не принимали, ранее в судебном заседании настаивали на удовлетворении заявленных требований.

Представитель истцов по ордеру ФИО15 в судебном заседании настаивала на удовлетворении исковых требований в полном объеме. 

Ответчики ФИО4, ФИО7, ООО «Конструктор» в судебном заседании участия не принимали, извещены надлежащим образом.

Третьи лица ФИО22 в судебном заседании участия не принимали, извещены надлежащим образом.

Выслушав стороны, заключение прокурора, исследовав письменные материалы дела, суд находит исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст. ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

В соответствии с п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (пункт 1).

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ около ДД.ММ.ГГГГ мин. водитель ФИО7, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, двигалась 

<

адрес> по проезжей части 

<

адрес> 

<

адрес>. В пути следования, вблизи 

<

адрес>, водитель ФИО7 совершила наезд на пешехода ФИО14, пересекавшую проезжую часть 

<

адрес> в неустановленном для переходе месте (л.д. 70-89 т.1).

В результате данного дорожно-транспортного происшествия пешеходу ФИО14 причинены телесные повреждения от которых она ДД.ММ.ГГГГ скончалась в медицинском упреждении (л.д. 20, 25-33 т.1).

ФИО14 являлась супругой ФИО8 (л.д. 35 т.1), матерью ФИО9 (л.д. 37 т.1), ФИО17 (л.д.39-40 т.1), ФИО6 (л.д. 45 т.1).

Согласно карточки учета транспортного средства собственником автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак № является ФИО4 (л.д. 1 т.2).

Автогражданская ответственность водителя ФИО7 застрахована в установленном порядке в 

<

данные изъяты>» (л.д. 212,214 т.1), которое произвело страховую выплату потерпевшим ФИО8, ФИО9, ФИО17, ФИО6 в размере 475 000 руб. (л.д. 96-105 т.2).

При таких установленных обстоятельствах, в силу положений ст.ст. 15, 151,1064,1079 Гражданского кодекса Российской Федерации суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для возложении на ответчика ФИО7, как законного владельца транспортного средства в момент дорожно-транспортного происшествия, обязанности по компенсации истцам причиненного морального вреда.

Оснований для возложения ответственности на ФИО4 суд не усматривает, обстоятельств, с которыми закон связывает наступление солидарной ответственности по данному делу не установлено.

ДД.ММ.ГГГГ между 

<

данные изъяты> и ООО «Конструктор» заключен муниципальный контракт № на выполнение работ по ремонту улично-дорожной чети 

<

адрес> в соответствии с Техническим заданием.

В соответствии с п.1.2 Контракта место выполнения работ: 

<

адрес> до городской черты.

Сведения о проведении проверки по фату ДТП ДД.ММ.ГГГГ гола в связи с проведением ремонтных работ ООО «Конструктор» на участке дороги по адресу: 

<

адрес> Комитете отсутствует (л.д. 233-248 т.1).

Как следует из акта осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ место наезда на пешехода, которое находится в неустановленном для перехода месте, в 1,7 метра от правого края проезжей части 

<

адрес> (по ходу движения автомобиля) и 2,8 метра от пересекаемой, с момента выхода пешехода на проезжую часть до момента наезда пешеход преодолевает расстояние 1,7 м. за 0,93 сек. (л.д. 54-60 т.1).

Опрошенный ФИО6 пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ около ДД.ММ.ГГГГ. он вместе со своей мамой ФИО14 подойдя к дому № по 

<

адрес> им необходимо было пересечь проезжую часть, в это время на тротуаре 

<

адрес> шли ремонтные работы и продолжить движение до пешеходного перехода было физически невозможно. Подойдя к краю проезжей части 

<

адрес>, он замедлил свой шаг, а мама вышла на проезжую часть 

<

адрес>, после чего произошел наезд автомобиля 

<

данные изъяты> на его маму. 

Оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к выводу, что между 

<

данные изъяты> на ФИО14 и проведением ООО «Конструктор» дорожных работ прямой причинно-следственной связи, не имеется.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что ООО «Конструктор» не является лицом, обязанным нести ответственность за причиненный истца моральный вред.

Исковые требования ФИО8, ФИО2, ФИО3, ФИО1 к ООО «Конструктор» о компенсации морального вреда, удовлетворению не подлежат.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ФИО7 суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. 

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления Пленума).

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Кроме того, по смыслу действующего законодательства, задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится в том числе семейная жизнь, семейные связи.

Семейная жизнь охватывает существование семейных связей, как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Из Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что семейная жизнь, семейные связи - это неимущественное благо, относящееся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом нематериальных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения или в силу закона. В случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику. В данном случае не наступает правопреемство в отношении права на компенсацию морального вреда, поскольку такое право у членов семьи лица, которому причинен вред жизни или здоровью, возникает в связи со страданиями, перенесенными ими вследствие нарушения принадлежащих им неимущественных благ, в том числе семейных связей.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда (абзац третий пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Как следует из заключения эксперта ГУ МВД России по Челябинской области № от ДД.ММ.ГГГГ в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, при заданных исходных данных, водитель автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак № не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода путем применения экстренного торможения, в заданных момент возникновения опасности для движения (л.д.63-66 т.1).

Как следует из постановления следователя отделения по расследованию ДТП СУ УМВД России по г.Челябинска от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 51-60 т.1) непосредственной причиной дорожно-транспортного происшествия явились действия пешехода ФИО14, которая пересекала проезжую часть 

<

адрес> в нарушение п. 4.3, 4.5 Правил дорожного движения. В деянии водителя ФИО7 отсутствует состав преступления, предусмотренный ч.3 ст. 264 УК РФ.

Указанное постановление истцами не было оспорено.

Согласно п.2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежит уменьшению (абзац второй пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абзац третий пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Из изложенного следует, что суду при определении размера компенсации морального вреда гражданину в связи причинением вреда здоровью его родственникам в результате взаимодействия с источником повышенной опасности необходимо в совокупности оценить конкретные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных этому лицу физических или нравственных страданий, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, соблюдение баланса интересов сторон. При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности размер возмещения морального вреда подлежит уменьшению.

Установив, что непосредственной причиной дорожно-транспортного происшествия явились действия пешехода ФИО14, которая пересекала проезжую часть 

<

адрес> в нарушение п. 4.3, 4.5 Правил дорожного движения, суд приходит к выводу о наличии в его действиях грубой неосторожности.

Определяя размер компенсации морального вреда в пользу ФИО8, ФИО2, ФИО1 в размере 200 000 руб. каждому, в пользу ФИО3 - 250 000 руб., суд принимает во внимание наличие в действиях потерпевшего грубой неосторожности, выразившейся в нарушении им правил личной безопасности в зоне повышенной опасности.

Суд также учитывает степень родственных отношений с истцами (утрата супруги и матери), эмоциональные переживания и индивидуальные особенности истцов, возраст ФИО6, который был очевидцем дорожно-транспортного происшествия, фактически сложившиеся между истцами и погибшей отношения; степени пережитых ими страданий и переживаемых до настоящего времени ими страданий, вызванных утратой близкого человека, получение ФИО17, ФИО18 

<

данные изъяты>; требования разумности и справедливости. Наличие между истцами и умершей ФИО14 близких родственных отношений, несение ими нравственных страданий в связи со смертью супруги и матери также нашли сове подтверждение свидетельскими показаниями Свидетель №4, Свидетель №3

Суд полагает, что определенный размер компенсации морального вреда позволяет, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, а с другой стороны – не допустить неосновательного обогащения истцов.

В силу статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

На основании положений статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина с ФИО7 в размере 3 000 руб. (по требованиям неимущественного характера).

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования Кулмуродова Урала Абдуллаевича, ФИО2, ФИО3, ФИО1 о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО7 в счет компенсации морального вреда в пользу Кулмуродова Урала Абдуллаевича, ФИО2, ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб. каждому, в пользу ФИО3 - 250 000 руб. 

В удовлетворении остальной части исковых требований, а также исковых требований к ФИО4, ООО "Конструктор" отказать.

Взыскать с ФИО7 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Курчатовский районный суд г. Челябинска.

Председательствующий: п/п

Мотивированное решение суда составлено в соответствии со ст. 199 ГПК РФ - 23 апреля 2025 года.

Курчатовский районный суд г. Челябинска 

Копия верна 

Не вступил(о) в законную силу 23.04.2025 

Судья 

Секретарь