Судья Бурченков К.К.

№ 22 – 222/2020

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Псков

10 июня 2020 года

Псковский областной суд 

под председательством судьи Улановой Ю.Ю., 

при ведении протокола судебного заседания

помощником судьи Васильевой Е.В.,

с участием: прокурора Мелещеня Н.В.,

осужденного ФИО1,

защитника осужденного – адвоката Ордина Ю.Л., 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу и дополнения к ней осужденного ФИО1 на приговор Себежского районного суда Псковской области от 7 февраля 2020 года, которым

ФИО1, (дд.мм.гг.) года рождения,

уроженец 

<

****>, имеющий одного малолетнего 

ребенка, (дд.мм.гг.) ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ранее судимый:

– 17 октября 2013 года – приговором Московского районного суда

города Санкт – Петербурга – по ч. 1 ст. 105 УК РФ – к 13 годам 

лишения свободы в исправительной колонии строгого режима;

– 29 апреля 2014 года – приговором Московского районного суда

города Санкт – Петербурга – по ч. 2 ст. 297, ч. 1 ст. 296 УК РФ с

применением ч. 2 ст. 69 УК РФ и ч. 5 ст. 69 УК РФ – к 13 годам

5 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого 

режима (с учетом изменений, внесенных апелляционным

постановлением Санкт – Петербургского городского суда

от 23 июня 2014 года); 

на момент постановления приговора – 7 февраля 2020 года – 

неотбытая часть наказания составила 5 лет 8 месяцев 19 дней;

осужден: 

– по ст. 319 УК РФ – к 6 – ти месяцам исправительных работ с удержанием 10% заработка в доход государства;

– по ч. 2 ст. 321 УК РФ – к 1 году 8 месяцам лишения свободы. 

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем поглощения менее строгого наказания более строгим назначено наказание – 1 год 8 месяцев лишения свободы.

В соответствии со ст. 70 УК РФ к назначенному наказанию частично присоединено наказание, не отбытое по приговору Московского районного суда города Санкт – Петербурга от 29 апреля 2014 года и окончательно определено ФИО1 к отбытию – 7 лет 3 месяца лишения свободы в исправительной колонии строгого режима;

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 признан виновным:

– в публичном оскорблении представителя власти – начальника ФКУ ИК – 6 УФСИН России по Псковской области Л.О. при выполнении им своих должностных обязанностей и в связи с их исполнением;

– в угрозе применения насилия в отношении сотрудника места лишения свободы – младшего инспектора группы надзора отдела безопасности ФКУ ИК – 6 УФСИН России по Псковской области О.Д. – в связи с осуществлением им служебной деятельности.

В судебном заседании ФИО1 вину не признал.

Не оспаривая того факта, что в присутствии начальника колонии Л.О., другого сотрудника колонии и осужденных он выражался нецензурной бранью и плюнул в сторону, пояснил, что данные слова и действия не имели отношения к конкретным лицам, а были вызваны его недовольством, связанным с предвзятым и грубым отношением к нему сотрудников колонии, обусловленным его обращением в ЕСПЧ и решением суда в его пользу, а также сформированным администрацией учреждения негативным отношением к нему со стороны других заключенных.

Вместе с тем указал на умышленный характер своих действий и слов, направленный на получение дисциплинарного взыскания в виде водворения в ШИЗО с тем, чтобы «сгладить сложившуюся ситуацию» (оказание из – за него давления на других осужденных).

ФИО2 не угрожал и не дотрагивался до него.

Одновременно указал на провокационный характер действий потерпевших, обусловленный предвзятым к нему отношением (том 5 л.д. 99 – 103, 128 – 134).

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней ФИО1, считая осуждение незаконным, просит приговор отменить, уголовное дело прекратить ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела.

Одновременно ссылается на неправильное применение уголовного закона при назначении наказания, что повлекло назначение чрезмерно сурового наказания.

Указывает на отсутствие доказательств, подтверждающих публичность оскорбления.

Обращает внимание на то, что его действия в отношении Л.О. носят характер дисциплинарного правонарушения, допущенного в рамках Правил внутреннего распорядка исправительного учреждения, к тому же за эти же действия он был подвергнут административному взысканию в порядке ст. 115 УИК РФ – водворен в ШИЗО на 15 суток, что, по его мнению, исключает уголовную ответственность.

Полагает, что угрозы в отношении инспектора О.Д. не носили реального характера, поскольку у потерпевшего не было реальных оснований опасаться их осуществления, в том числе с учетом физических данных инспектора О.Д. и места совершения – камеры ШИЗО, где прямого контакта осужденные с сотрудниками не имеют.

Судом не дана оценка его доводам о постановке его на профилактический учет как лица, склонного к нападению на сотрудников администрации после инцидента с инспектором О.Д., что свидетельствует о том, что в отношении него уже были приняты меры дисциплинарного воздействия по этому случаю в рамках профилактической работы с осужденными на основании Инструкции Министерства Юстиции РФ № 72 от 20 мая 2013 года по профилактике правонарушений среди лиц, содержащихся в учреждениях уголовно – исполнительной системы.

Из описанных обстоятельств не усматривается, что его действия вопреки диспозиции статьи 321 УК РФ каким – либо образом повлияли на нормальную деятельность исправительного учреждения, поэтому эти выводы суда являются предположением.

При обсуждении ходатайств в нарушение принципа состязательности суд высказывал позицию, тогда как согласно ст. 15 УПК РФ бремя опровержения доводов лежит на стороне обвинения.

Оспаривает показания свидетеля – начальника психологической лаборатории ФКУ ИК – 6 В.О. о том, что он состоит на профилактическом учете как лицо, изучающее, пропагандирующего и исповедующего экстремистскую литературу, поскольку он снят с учета постановлением административной комиссии ФКУ ИК – 6 № 16 от 19 апреля 2020 года. 

Одновременно указывает на нарушения уголовного закона, допущенные при назначении наказания. 

Так, суд при назначении наказания необоснованно признал в качестве отягчающего наказания обстоятельства наличие рецидива преступлений, так как его судимость по ст. 296 УК РФ является погашенной.

При признании смягчающего наказания обстоятельства – наличия малолетнего ребенка – у суда имелись основания для применения правил части 3 статьи 68 УК РФ, однако суд это обстоятельство в приговоре не отразил и не дал ему оценки.

Просит приговор отменить, производство по делу прекратить в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

В возражениях государственный обвинитель Бударина О.В. просит оставить приговор без изменения.

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и его защитник – адвокат Ордин Ю.Л. доводы жалобы поддержали.

Кроме того, ФИО1 дополнительно указал на отсутствие в его действиях состава преступления, предусмотренного ст. 321 УК РФ в связи с тем, что суд исключил из обвинения применение насилия, не опасного для жизни и здоровья в отношении инспектора О.Д., которое, между тем, неразрывно связано с угрозой применения насилия, то есть было совершено с единым умыслом, тем самым допустив противоречия.

Также оспаривал наличие отягчающего наказания обстоятельства – рецидива преступлений, поскольку наказание по предыдущему приговору не отбыто, кроме того, по мнению осужденного, судимость за преступления средней тяжести не должна учитываться при установлении рецидива преступлений.

Прокурор Мелещеня Н.В. указала на отсутствие оснований к отмене либо изменению приговора.

Выслушав стороны, проверив материалы уголовного дела, исследовав доказательства, содержащиеся в материалах уголовного дела, а также исследовав новые доказательства, истребованные судом по ходатайству осужденного, суд апелляционной инстанции находит приговор Себежского районного суда Псковской области от 7 февраля 2020 года законным и обоснованным.

Выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 подтверждены совокупностью доказательств, полно и надлежащим образом исследованными судом и изложенными в приговоре.

Все доказательства оценены судом первой инстанции в соответствии с требованиями, изложенными в ст.ст. 17 и 88 УПК РФ с точки зрения их относимости, допустимости и достаточности для разрешения дела.

При этом суд в соответствии с требованиями уголовно – процессуального закона привел в приговоре мотивы, по которым он принял одни из доказательств и отверг другие.

В частности, судом первой инстанции надлежащим образом проверены доводы подсудимого об отсутствии умысла на оскорбление Л.О., отсутствие в его словах угроз в адрес О.Д. и их реальности, а также о недопустимости двойного привлечения к ответственности за одни и те же действия, которые судом оценены в приговоре с приведением соответствующего обоснования.

Из показаний потерпевшего Л.О. (начальника ФКУ ИК – 6 УФСИН России по Псковской области) следует, что 12 июля 2019 года, во время исполнения им обязанностей по проверке соблюдения осужденными строгих условий содержания с дежурным помощником С.А., в помещении отряда № 6, осужденный ФИО1 в присутствии других лиц, плюнул ему в лицо и неоднократно выражался в его адрес грубой нецензурной бранью, носящей оскорбительный характер, унижающей его честь и достоинство (том 4 л.д. 221 – 227).

Показания потерпевшего объективно подтверждены, в частности, свидетельскими показаниями К.С. (младшего инспектора ФКУ ИК – 6), записью с видеорегистратора, на которой зафиксированы множественные бранные и нецензурные слова и выражения ФИО1 в адрес Л.О., заключением судебной лингвистической экспертизы о характере этих высказываний (том 1 л.д. 209 – 217, том 2 л.д. 24 – 27, том 5 л.д. 16 – 19).

При этом фактические обстоятельства осужденным не оспариваются. 

Согласно показаниям потерпевшего О.Д. (младшего инспектора группы надзора отдела безопасности ФКУ ИК – 6 УФСИН России по Псковской области), 31 июля 2019 года, после того, как ФИО1 вывели из камеры ШИЗО, последний схватил его за плечо и оттолкнул, при этом выражался грубой нецензурной бранью, оскорблял его и угрожал физической расправой, обещал «разобраться» с ним, и только после предупреждения о применении к осужденному физической силы тот прекратил свои действия (том 2 л.д. 227 – 231).

Указанные обстоятельства подтверждены, в частности, свидетельскими показаниями дежурных помощников начальника колонии Т.С. и И.С., инспекторов отдела безопасности ИК – 6 К.Д. и Л.А., присутствовавших на месте происшествия и являвшихся очевидцами; записью с видеорегистратора, на которой зафиксированы множественные бранные и нецензурные слова и выражения, в том числе слова ФИО1 в адрес потерпевшего: «я тебя «ушатаю» и толкание рукой в правое плечо О.Д..; заключением судебной лингвистической экспертизы о характере этих высказываний и поведения осужденного как содержащих признаки угрозы применения насилия (том 1 л.д. 226 – 234, том 2 л.д. 24 – 27, том 5 л.д. 11 – 15, 36 – 43). 

При этом, как следует из протокола судебного заседания, при воспроизведении видеозаписи ФИО1 не оспаривал фактические обстоятельства, за исключением толчка в плечо О.Д., пояснив, что он только прикоснулся к плечу потерпевшего (том 4 л.д. 230).

Приведенными доказательствами, а также иными доказательствами, изложенными в приговоре, опровергаются доводы ФИО1 о безадресности высказанных оскорблений, отсутствии признака публичности в отношении потерпевшего Л.О., отсутствие конкретных действий в отношении О.Д. и реальности высказанной угрозы, а также о провокационном поведении потерпевших.

Более того, эти доводы противоречат иным доводам, указанным самим ФИО1

Так, в заседании суда первой инстанции и в своей жалобе осужденный указывает на умышленный характер своих действий, связанных с оскорблением начальника колонии с тем, чтобы было зафиксировано нарушение и назначено дисциплинарное взыскание (том 5 л.д. 129 – 130).

Судом правомерно установлена реальность высказанной угрозы в адрес инспектора О.Д. с учетом восприятия ее непосредственно потерпевшим, ее характера, содержания, а также сопровождения конкретными действиями, направленными на нарушение неприкосновенности сотрудника исправительного учреждения, находящегося при исполнении должностных обязанностей и предъявляющего законные требования, поведения ФИО1 на всем протяжении отбывания наказания, неоднократно нарушавшего режим исправительного учреждения, в том числе путем воспрепятствования законной деятельности сотрудников колонии, о чем свидетельствуют справка о поощрениях и взысканиях от 28 июля 2019 года, документы из личного дела о наложении взысканий, признании злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания и проч. (том 4 л.д. 67 – 68, 70 – 80).

Поэтому оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции суд апелляционной инстанции не усматривает.

Обоснованно судом первой инстанции отклонены и доводы ФИО1 о повторном привлечении его к ответственности за одни и те же действия.

Суд апелляционной инстанции соглашается с мотивами принятого судом решения, полагая, что положения части 1 статьи 50 Конституции Российской Федерации и международные нормы (статья 4 Протокола N 7 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод в толковании принципа «non bis in idem», изложенным Европейским судом по правам человека в Постановлении от 10 февраля 2009 года по делу «Сергей Золотухин против Российской Федерации") по настоящему делу нарушены не были.

В том числе апелляционный суд исходит и из того, что водворение ФИО1 в штрафной изолятор на 15 суток, имевший место 12 июля 2019 года, было обусловлено не только оскорблением, но и иными противоправными действиями в отношении Л.О., а именно: «плюнул в него», «пытался с хватить за одежду», «не реагировал на сделанное предупреждение и продолжил оскорблять» – том 4 л.д. 85, том 5 л.д. 25.

Постановка ФИО1 на учет как лица, склонного к нападению на представителей администрации и иных сотрудников правоохранительных органов (том 5 л.д. 71), вопреки доводам осужденного, является профилактической мерой, а не мерой наказания, а потому не может рассматриваться как повторное привлечение к ответственности за те же действия.

Также не имеется оснований для признания недопустимым доказательством свидетельских показаний начальника психологической лаборатории ФКУ ИК – 6 В.О., о том, что ФИО1 состоит на профилактическом учете как лицо, изучающее, пропагандирующего и исповедующего экстремистскую литературу, поскольку осужденный снят с учета постановлением административной комиссии ФКУ ИК – 6 № 16 только 19 апреля 2020 года, то есть уже после дачи показаний свидетелем и постановления приговора.

Статус потерпевших как представителей власти установлен совокупностью нормативных актов, регламентирующих должностное положение каждого из потерпевших, а также фактическое нахождение их при исполнении своих служебных обязанностей.

Как усматривается из протокола судебного заседания, судебное разбирательство проведено с соблюдением требований уголовно – процессуального закона, все заявленные ходатайства участников процесса разрешены согласно положениям статьи 122 УПК РФ с приведением соответствующего обоснования принятых решений.

Так, судом разрешены ходатайства ФИО1, в том числе – о вызове и допросе эксперта М.В., психолога Б.П., о признании отдельных доказательств недопустимыми, в том числе последнее удовлетворено частично, а также удовлетворены ходатайства о допросе свидетеля К.К., о запросе материалов личного дела и нормативных документов (том 5 л.д. 51 – 52, 57 – 58, 79 – 81, 95 – 99, 118 – 129, 174 – 179) и прочие.

Каких – либо нарушений уголовно – процессуального закона, ставящих под сомнение законность постановленного приговора, судом первой инстанции не допущено.

Исследовав и оценив представленные доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО1 и правильно квалифицировал его действия по ч. 2 ст. 321 УК РФ и ст. 319 УК РФ.

Исключение из обвинения части действий в отношении потерпевшего О.Д. на правильность выводов суда, вопреки утверждениям осужденного, не влияет.

Наказание определено с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности ФИО1 и всех заслуживающих внимания обстоятельств.

Рецидив преступлений в действиях осужденного как обстоятельство, отягчающее наказание, определен судом в соответствии с положениями статьи 18 УК РФ.

Наличие малолетнего ребенка, состояние здоровья признаны судом обстоятельствами, смягчающими наказание.

Каких – либо сведений, влияющих на вид и размер наказания, не учтенных судом, не имеется, и суду апелляционной инстанции не представлено.

Надлежащим образом судом мотивированы вопросы об отсутствии оснований для изменения категории преступления, применения положений ст.ст. 64 и 73 УК РФ, а также ст. 531 УК РФ и положений ч. 3 ст. 68 УК РФ.

Назначенное ФИО1 наказание как за отдельные преступления, так и по совокупности преступлений суд апелляционной инстанции находит отвечающим требованиям уголовного закона, справедливым по своему размеру и оснований для его смягчения не усматривает.

При таких обстоятельствах, не находя оснований для отмены либо изменения приговора, руководствуясь ст. ст. 38913, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Себежского районного суда Псковской области от 7 февраля 2020 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 471 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации в Третий кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий судья Ю.Ю. Уланова