№ 1-5/2019

№ 11702040001076357

УИД 24RS0006-01-2018-001635-31

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Боготол 17 мая 2019 года

Боготольский районный суд Красноярского края в составе

председательствующего судьи Герасимовой Е. Ю.,

при секретаре Хлиманковой О. С.,

с участием: и. о. заместителя – старшего помощника Боготольского межрайонного прокурора Романовой Д. В.,

подсудимого ФИО1,

защитников адвокатов Иляскина А. И. и Фоменко Е. Н.,

защитника Одинцовой Т. А.,

представителей потерпевшего Н.О. и А.В,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, 

<

данные изъяты>

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, избранный решением А"Б" от 23.03.2010 № 1-2 на должность главы А"Б" имея продолжительный опыт работы в занимаемой должности, будучи достоверно осведомленным о порядке и условиях переселения граждан из аварийного жилищного фонда с предоставлением им жилых помещений по договорам социального найма, передачи предоставленных жилых помещений в собственность в порядке приватизации, о необходимых для этого документах, порядке и условиях их получения, совершил мошенничество, т. е. приобретение права на чужое имущество путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, при следующих обстоятельствах. 

Не позднее 08.10.2014 ФИО1, узнав, что 

<

адрес> признан аварийным и подлежащим расселению к 4 кварталу 2014 года, находясь в А"Б", расположенной по адресу: 

<

адрес>, из корыстных побуждений, выраженных в желании извлечь материальную выгоду в свою пользу, умышлено, с целью приобретения путем обмана в свою пользу права собственности на квартиру, находящуюся в муниципальной собственности 

<

адрес> путем ее незаконной приватизации на подконтрольное ему подставное лицо, предложил своему знакомому депутату Б"С" (осужден приговором 

<

данные изъяты> от 01.11.2018 по ч. 4 ст. 159 УК РФ за приобретение путем обмана права собственности на 

<

адрес>) подыскать лицо, на которое можно оформить право собственности на квартиру, посвятив Е.В. в подробности плана совершения преступления и пообещав ему, что он получит для себя выгоду, а подставное лицо получит денежное вознаграждение в размере от 100000 до 150000 руб. Е.В. на предложение ФИО1 согласился, тем самым они вступили между собой в сговор, направленный на совершение указанного преступления.

Не позднее 08.10.2014, выполняя отведенную ему роль, Е.В., находясь в офисе ООО"А" по адресу: 

<

адрес>, сообщил Е.Н, (осуждена приговором 

<

данные изъяты> от 13.11.2018 по ч. 4 ст. 159 УК РФ за приобретение путем обмана права собственности на квартиру 

<

адрес>) о своих и ФИО1 преступных намерениях мошенническим способом приобрести право на квартиру, находящуюся в муниципальной собственности 

<

адрес> и предложил ей выступить в качестве подставного лица при оформлении права собственности на квартиру, находящуюся в муниципальной собственности г. Боготола за денежное вознаграждение в размере от 100000 до 150000 руб., на что она согласилась, тем самым вступив с ФИО2 в сговор, направленный на совершение указанного преступления.

Не позднее 08.10.2014, находясь возле здания, расположенного по адресу: 

<

адрес>, Е.В. сообщил ФИО1, что подыскал в качестве подставного лица Е.Н, и передал ему имевшуюся у него копию паспорта Е.Н,, полученную ранее от последней.

Не позднее 08.10.2014, находясь в 

<

адрес>, ФИО1 обеспечил изготовление поддельного типового договора социального найма жилого помещения от 15.03.2009, заключенного между А"Б", в его лице, и Е.Н,, о предоставлении последней 

<

адрес>, содержащего заведомо ложные сведения о том, что Е.Н, является нанимателем указанной квартиры, подписал указанный договор от своего имени, а также обеспечил выполнение в нем поддельной подписи от имени Е.Н,, проставление оттиска гербовой печати А"Б" и предоставление данного договора в отдел по управлению муниципальным имуществом А"Б" 

Тем самым была создана видимость проживания Е.Н, с 15.03.2009 в вышеуказанном доме, признанном аварийным и подлежащим расселению, и, соответственно, наличия оснований для предоставления Е.Н, взамен указанной квартиры другого жилого помещения по договору социального найма, в ходе реализации региональной адресной программы «Переселение граждан из аварийного жилищного фонда в Красноярском крае» на 2013-2017 гг., утвержденной Постановлением Правительства Красноярского края от 06.05.2013 № 228-П.

08.10.2014, в рабочее время, находясь в А"Б", расположенной по вышеуказанному адресу, специалист первой категории отдела по управлению муниципальным имуществом А"Б" Т.А., не осведомленная о преступных намерениях ФИО2 и Е.Н,, подготовила, а руководитель Е,Г,., не осведомленный о преступных намерениях ФИО2 и Е.Н,, подписал распоряжение № 485-р от 08.10.2014, договор социального найма жилого помещения от 08.10.2014 № 190 о предоставлении Е.Н, 

<

адрес> и акт приема-передачи ключей от данной квартиры.

В период с 08.10.2014 до 12.12.2014 ФИО1, находясь возле здания А"Б", передал Е.В. ключи от квартиры, а также вышеуказанные договор и акт для их подписания Е.Н,, при этом сообщив Е.В., что квартиру необходимо приватизировать.

В период с 08.10.2014 до 12.12.2014, находясь в офисе ООО"А" по вышеуказанному адресу, Е.Н,, в рамках отведенной ей роли, подписала переданные ей Е.В. договор социального найма жилого помещения от 08.10.2014 № 190 и акт приема-передачи ключей от данной квартиры и вернула их последнему. 

В период с 08.10.2014 до 12.12.2014, находясь в 

<

адрес> Е.В. обратился к П.Ю. с просьбой осуществить действия по приватизации и государственной регистрации права собственности Е.Н, на 

<

адрес>, при этом, не сообщив ему о своих, ФИО1 и Е.Н, преступных намерениях.

12.12.2014 нотариусом удостоверена доверенность от Е.Н, на имя П.Ю. с правом приватизации и продажи указанной квартиры. Данную доверенность Е.Н, передала Е.В., который ее передал П.Ю.

16.01.2015, в период с 09 часов 21 минуты до 11 часов 33 минут, Е.Н, обратилась в ООО"У" по адресу: 

<

адрес>, с заявлением о регистрации по месту жительства в 

<

адрес>, для чего предоставила свой паспорт гражданки РФ и договор социального найма жилого помещения от 08.10.2014 № 190, на основании которых 22.01.2015 была снята с регистрационного учета по месту своего фактического жительства по адресу: 

<

адрес> зарегистрирована по адресу: 

<

адрес>.

Таким образом, ФИО2 и Е.Н, создали видимость проживания последней с 22.01.2015 в указанной квартире и, соответственно, наличия у нее права на ее приватизацию.

28.01.2015 П.Ю., не осведомленный о преступных намерениях ФИО2 и Е.Н,, действуя по доверенности, предоставил в А"Б" заявление о приватизации 

<

адрес>, с приложенными к нему копиями договора социального найма жилого помещения от 08.10.2014 № 190 и другими необходимыми документами. 

Указанные выше документы поступили на исполнение к специалисту отдела по управлению муниципальным имуществом О.А. которая в период с 28.01.2015 до 04.03.2015, находясь в помещении А"Б", не будучи осведомленной о преступных намерениях ФИО2 и Е.Н,, подготовила, а врио руководителя В.А. не осведомленный о преступных намерениях ФИО2 и Е.Н,, подписал договор № 44 от 04.03.2015 о безвозмездной передаче в собственность Е.Н, в порядке приватизации указанной квартиры.

12.03.2015, около 10 часов 41 минуты, П.Ю., не осведомленный о преступных намерениях ФИО2 и Е.Н,, действуя по доверенности, совместно со специалистом отдела по управлению муниципальным имуществом О.А. не осведомленной о преступных намерениях указанных выше лиц, предоставил в М"О" по адресу: 

<

адрес>, подписанное им заявление о регистрации права собственности с пакетом, оформленных им документов, на основании которых 16.03.2015 была произведена государственная регистрация права собственности Е.Н, на 

<

адрес>. В результате этого ФИО2 и Е.Н, получили реальную возможность распорядиться по своему усмотрению указанной квартирой, стоимостью 1761140 руб., что является особо крупным размером, чем А"Б" причинен материальный ущерб на указанную сумму.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 виновным себя в инкриминируемом деянии не признал полностью, пояснил, что ему было известно о наличии программы переселения. При этом о порядке и условиях переселения граждан из аварийного жилищного фонда с предоставлением им жилых помещений по договорам социального найма, передачи предоставленных жилых помещений в собственность в порядке приватизации, о необходимых для этого документах, порядке и условиях их получения, он не знал, навыков работы на компьютере у него нет. Реализацией программы занимались специалисты отдела по управлению муниципальным имуществом А"Б", начальником которого являлась С,В., курирующим заместителем – Т.В. С 2008 по 2010 гг., им, как главой администрации, было подписано более 200 договоров социального найма. На протяжении 2013 – 2016 гг. он неоднократно переподписывал данные договоры, по причине наличия в них технических ошибок. При этом он не вникал в суть ошибок, т. к. доверял специалистам отдела. Был ли среди этих договоров типовой договор социального найма жилого помещения от 15.03.2009, он пояснить не может, т. к. не отслеживал указанную информацию. О факте хищения квартиры ему стало известно в 2015 году, после поступления анонимного письма в А"Б" а также после того, как 11.03.2015 в А"Б" прошли обыски. В начале 2016 года, для выявления фактов незаконного выделения квартир по программе, им была назначена служебная проверка, по представлению прокурора. Примерно в конце 2016 года, Е.В. сообщил ему, что у его знакомой проблемы с квартирой, выделенной администрацией по программе переселения, и попросил помочь при необходимости. В конце сентября – начале октября 2017 года Е.В. сказал, что у него и его знакомой Е.Н, серьезные проблемы, что квартиру Е.Н, оформили незаконно. Е.В. попросил его дать показания следователю, согласно которым якобы он (ФИО3) попросил его Е.В. найти человека для выделения квартиры на нужды молодым специалистам. Е.В. был сильно напуган, сказал, что сделает все, чтобы не попасть в тюрьму. Он отказал Е.В. и посоветовал вернуть квартиру муниципальному образованию. Примерно за неделю до задержания, при встрече, Е.В. сказал ему, что сотрудники правоохранительных органов вынудили его сказать, что это он (ФИО3) организовал выделение квартиры Е.Н,, пообещав оставить его (Е.В.) на подписке о невыезде. Е.В. оговорил его, т. к. сотрудники правоохранительных органов поставили ему ультиматум, либо он даст показания на него, т. к. им необходимо привлечь главу города для поднятия своих показателей, либо Е.В. будет содержаться в СИЗО до суда. Вторым основанием для оговора было то, что в 2017 году из-за халатности Е.В. при выполнении работ по контракту, А"Б" была оштрафована более чем на 300000 руб., в связи с чем он сказал Е.В., что если такое повторится, то контракты с ним заключаться не будут. До задержания он (ФИО3) обращался за советом к А.А,, А.В,, Ю.А,, которые посоветовали ему не делать того, за что он может понести ответственность. При встрече в СИЗО, Е.В. сказал ему, что сотрудники правоохранительных органов его обманули, но он не может нарушить условия досудебного соглашения о сотрудничестве и рассказать суду правду, т. к. это приведет к ужесточению его наказания. Изучив материалы уголовного дела он (ФИО3) пришел к выводу, что В.В, не принимал участия в оформлении квартиры на Е.Н,, он узнал о квартире уже после ее оформления и возможно по просьбе Е.В. пытался помочь избежать тому ответственности. 

Несмотря на то, что подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления не признал, его вина полностью подтверждается следующими доказательствами.

Представитель потерпевшего А.В. суду пояснила, что квартира 

<

адрес> приобретена А"Б" по региональной адресной программе «Переселение граждан из аварийного жилищного фонда в Красноярском крае» на 2013-2017 гг., утвержденной Постановлением Правительства Красноярского края от 06.05.2013 № 228-П, за счет средств выделенных А"Б" из федерального, краевого и местного бюджетов, в рамках муниципального контракта. В результате хищения данной квартиры А"Б" причинен ущерб в размере ее стоимости 1761140 руб. В настоящее время квартира возвращена и была предоставлена нуждающимся гражданам в порядке очередности. 

Как следует из показаний свидетеля Е.Н,, данных ею на стадии предварительного расследования, оглашенных в связи с существенными противоречиями по ходатайству государственного обвинителя, в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, в период с 01.09.2014 до 08.10.2014 ее знакомый Е.В. позвонил ей и спросил, меняла ли она паспорт или его данные. Она ответила, что нет. Затем, в тот же период Е.В. приехал к ней в офис в ООО "М" по адресу: 

<

адрес>, где сообщил ей, что к нему обратился глава 

<

адрес> ФИО3 с просьбой найти человека, на которого можно оформить муниципальную квартиру в 

<

адрес>, в рамках программы переселения граждан из аварийного жилья, пообещав передать такому человеку после продажи квартиры 100000 – 150000 руб. Е.В. попросил ее выступить в качестве лица, на которого будет оформляться квартира. Она согласилась, т. к. поняла, что, если выступит подставным лицом, на которого будет оформлена квартира, то после ее продажи ФИО3 передаст ей через Е.В. указанную денежную сумму. Через некоторое время, в тот же период, Е.В. приехал в ее офис, где передал ей на подпись по два экземпляра договора социального найма жилого помещения от 08.10.2014 № 190 и акта приема-передачи ключей от 

<

адрес>. Подписав документы, один экземпляр она вернула Е.В., второй оставила себе. 12.12.2014 Е.В. приехал к ней в офис, где сообщил, что квартиру необходимо приватизировать. Т. к. у нее не было ни времени, ни желания заниматься приватизацией, она оформила нотариальную доверенность на их знакомого П.Ю, и передала ее Е.В.. 16.01.2015 она по просьбе П.Ю, приехала в 

<

адрес>, где обратилась в управляющую компанию, чтобы прописаться в квартире. Позже в ее офисе Е.В. передал ей паспорт с отметкой о регистрации в квартире. После чего они несколько месяцев не общались, как происходила приватизация ей не известно. Летом 2015 года, в ее офисе Е.В. передал ей свидетельство о государственной регистрации права собственности на квартиру и договор о безвозмездной передаче квартиры в ее собственность от 04.03.2015. В дальнейшем Е.В. нашел арендаторов на квартиру, а именно Е.В,. Денежные средства за аренду поступали ей на карту в сумме от 6000 до 6500 руб. Е.В. сообщил ей, что указанные денежные средства она может тратить на личные нужды, что она и делала (том 13 л. д. 244-247). 

Свидетель Е.Н, подтвердила обстоятельства указанные ею на предварительном следствии, пояснив, что за давностью времени, прошедшего с момента ее допроса на следствии, а также ввиду волнения и усталости, в ее показаниях могли возникнуть противоречия. 

Кроме того, свидетель Е.Н, пояснила суду, что за реализацию квартиры отвечали Е.В. и ФИО3, они должны были решить, когда ее продать. В 2015 году, после первых арестов, они сказали, что дальнейшие действия с квартирой необходимо приостановить.

Как следует из показаний свидетеля Е.В., данных им на стадии предварительного расследования, оглашенных в связи с существенными противоречиями по ходатайству государственного обвинителя, в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, не позднее 08.10.2014, в А"Б" ФИО3 попросил его найти человека, на которого можно оформить квартиру по программе переселения граждан из аварийного жилья. Со слов ФИО3 необходимо было оформить квартиру на подставное лицо, после чего вывести ее из собственности А"Б", путем приватизации, затем продать либо переоформить на его (ФИО3) человека. ФИО3 сказал, что после продажи квартиры, он передаст ему 100000 – 150000 руб. в качестве вознаграждения для человека, на которого будет оформляться квартира, а также, если все получится, то он его (Е.В.) не обидит. Из этого разговора он сделал для себя вывод, если он выполнит просьбу ФИО3, то в последующем тот его отблагодарит, в том числе материально, либо он сможет к нему обратиться с просьбой, которую тот должен будет выполнить. Также ФИО3 сказал, что ему нужен будет паспорт человека для оформления документов. Не позднее 08.10.2014, по 

<

адрес> он встретился с Е.Н,, которой сообщил, что к нему обратился А"Б" ФИО3 и попросил оформить квартиру в 

<

адрес> на любое лицо, чтобы в последующем ее продать. Он предложил Е.Н, временно оформить на нее квартиру, сказав, что после продажи квартиры ФИО3 передаст ему, а он ей 100000 – 150000 руб. за ее услуги. Е.Н, согласилась. Вернувшись в 

<

адрес>, он встретился с ФИО3 возле автомойки по 

<

адрес>, где сообщил ему, что нашел человека и передал ему копию паспорта Е.Н,. Спустя несколько дней, на парковке возле здания А"Б", ФИО3 передал ему прозрачный файл с договором социального найма жилого помещения от 08.10.2014 № 190 и актом приема-передачи ключей от 

<

адрес> в 2 экземплярах, а также ключи от квартиры, сказав, что документы нужно подписать у Е.Н, и вернуть ему вторые экземпляры, а также, что квартиру необходимо приватизировать. Указанные документы он передал Е.Н,, которая в своем офисе их подписала и передала ему вторые экземпляры. Через несколько дней, в здании А"Б" он передал их ФИО3. Документы были подписаны руководителем Е.Г.. Затем, в период с 08.10.2014 до 12.12.2014, при встрече в 

<

адрес>, он сообщил Е.Н,, что квартиру необходимо приватизировать. Е.Н, сказала, что заниматься этим не будет. Он попросил приватизировать квартиру своего знакомого П.Ю. В январе 2015 года, Е.Н, приезжала в 

<

адрес>, где зарегистрировалась в квартире. 16.03.2015 квартиру приватизировали, однако она не была продана или переоформлена на другого человека, поскольку ему позвонил ФИО3 и сообщил, что началась проверка сотрудниками полиции и с квартирой ничего не надо предпринимать (том 13 л. д. 248-251).

Свидетель Е.В. подтвердил обстоятельства указанные им на предварительном следствии, пояснив, что за давностью времени, прошедшего с момента его допроса на следствии, в его показаниях могли возникнуть противоречия. 

Кроме того, свидетель Е.В. пояснил суду, что сдать квартиру в аренду было совместным решением его и ФИО3, т. к. нужно было оплачивать коммунальные услуги. Он никому не говорил, что оговорил ФИО3 в совершении преступления, т. к. боялся попасть в СИЗО. Оснований для оговора ФИО3 у него нет. Следователь не говорил ему, что если он не даст признательные показания на себя, Е.Н, и ФИО3, то может оказаться в СИЗО.

Свидетель П.Ю. суду пояснил, что он занимался приватизацией квартиры по адресу: 

<

адрес> В конце ноября или начале декабря 2014 года к нему обратился Е.В. с просьбой помочь Е.Н, в приватизации данной квартиры. Он ответил согласием, после чего созвонился с Е.Н,, чтобы обсудить дальнейшие действия. От имени Е.Н, ему была выдана нотариальная доверенность, на основании которой он действовал при оформлении квартиры.

Как следует из показаний свидетеля П.Ю., данных им на стадии предварительного расследования, оглашенных в связи с существенными противоречиями по ходатайству государственного обвинителя, в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, в конце 2014 года он созвонился с Е.Н,, которая предложила ему по доверенности от ее имени оформить право собственности на вышеуказанную квартиру за 5000 руб., из которых 2000 руб. он потратил на оплату госпошлины. Он согласился. В январе 2015 года, по его просьбе Е.Н, приехала в 

<

адрес>, где обратилась в управляющую компанию по 

<

адрес>, чтобы зарегистрироваться в квартире. Затем он забрал паспорт Е.Н, и получил выписку из домовой книги в управляющей компании. Также он обращался в А"Б" где по его заявлению получил заверенную копию договора социального найма на указанную квартиру, т. к. его подлинник, ранее переданный ему Е.Н,, был им утрачен. 17.12.2014 он получил справку в БТИ. Собрав пакет документов, он обратился в А"Б" с заявлением о приватизации 

<

адрес>, после чего был заключен договор от 04.03.2015, согласно которому к Е.Н, перешло право собственности на указанную квартиру. Затем пакет документов он сдал в Росреестр в 

<

адрес> для регистрации права собственности Е.Н, на квартиру. После чего он забрал свидетельство о государственной регистрации права собственности, а также оригиналы поданных документов, каких именно не помнит. О том, что право собственности на квартиру получено Е.Н, незаконно, он не знал (том 8 л. д. 61-65). Свидетель П.Ю. подтвердил обстоятельства указанные им на предварительном следствии, пояснив, что его допрос следователем длился несколько часов, и у него было больше времени вспомнить события.

Свидетель И.А, суду пояснил, что в конце 2014 года в целях поиска съемной квартиры в 

<

адрес> он обращался ко многим знакомым, включая Е.В.. В конце 2014 года по звонку Е.В. он подъехал к нему в офис, где тот предложил ему посмотреть квартиру для проживания, дал ключи. Он и его супруга посмотрели квартиру. Предложенный вариант их устроил, и они сняли квартиру за 10000 руб. в месяц. Арендную плату производили ежемесячно, путем перевода денежных средств на карту ФИО4. В счет арендной платы им была установлена металлическая дверь в квартиру, стоимостью 10000 руб. Кроме того, по квартире имелся долг за коммунальные услуги, поэтому изначально арендная плата шла в счет его погашения, возможно из тех 2 – 3 платежей, которые вначале он осуществлял Е.В..

Свидетель Е.В. дала суду аналогичные показания, уточнив, что изначально они оплачивали всю сумму арендной платы – около 10000 руб., а потом договорились, что будут оплачивать квартплату, а ФИО4 перечислять на карту 7000 руб., что подтвердил свидетель И.А,

Свидетель Т.А. суду пояснила, что с января 2009 года по май 2015 года она работала специалистом в отделе по управлению муниципальным имуществом А"Б". 08.10.2014 ею были подготовлены распоряжение А"Б" от 08.10.2014 № 485-р, акт приема-передачи ключей от квартиры от октября 2014 года и договор социального найма жилого помещения от 08.10.2014. Данные документы она подготовила, на основании типового договора социального найма жилого помещения от 15.03.2009, который обнаружила на своем рабочем столе в конце сентября 2014 года и квартирных списков, предоставленных ей начальником данного отдела С.В,, в связи с реализацией программы по переселению граждан из аварийного жилья. Поскольку у нее не было номера телефона Е.Н,, а из документов был только договор от 15.03.2009, она спросила у С.В,, что делать с данным договором. С.В, ответила, если человек предоставил документ, значит, его нужно включать в распоряжение. После чего она оформила распоряжение А"Б" от 08.10.2014 № 485-р, а после его подписания руководителем местной Е,Г,, подготовила договор социального найма и акт приема-передачи ключей, которые были подписаны Е,Г,. Подготовленные документы и ключи от квартиры она положила в папку и убрала в шкаф в своем рабочем кабинете № 1-07. Шкаф на ключ не закрывался. В последующем по заявлению П.Ю,, действовавшего по доверенности, она выдала ему дубликат договора социального найма жилого помещения от 08.10.2014, в связи с его утратой. При подготовке дубликата договора, она увидела, что ключей в папке нет и договор подписан от имени Е.Н,. ФИО3 было известно, что именно она подготавливает договоры социального найма, он также знал, где находится ее рабочее место. Ключ от кабинета хранился на вахте. Ознакомившись с текстом договора от 15.03.2009, свидетель указала, что он не соответствует тем договорам, которые заключались в администрации в 2009 году, а именно текст договора составлен с использованием разных шрифтов, в договоре нет указания на постановление или распоряжения о предоставлении жилья.

Свидетель Е.Г. суду показал, что с 2010 года до 15.11.2014 состоял в должности главы А"Б". Ознакомившись с предъявленными ему распоряжением А"Б" от 08.10.2014 № 485-р, актом приема-передачи ключей от квартиры от октября 2014 года и договором социального найма жилого помещения от 08.10.2014, свидетель показал, что подписи в данных документах визуально его, обстоятельства их подписания он не помнит, однако не исключает, что подписал данные документы 08.10.2014.

Свидетель Л.А. суду показала, что в А"Б" работает в должности заведующей отделом по работе с обращениями граждан и служебной корреспонденцией. Гербовая печать администрации хранилась в ее сейфе, ключ от которого был только у нее. В 2014 году, ввиду большого документооборота, при проставлении гербовой печати на документах, она их не изучала, проверяла только наличие подписи главы Е,Г,. По той же причине свидетель допускает, что она могла в 2014 году заверить гербовой печатью типовой договор социального найма жилого помещения от 15.03.2009, подписанный ФИО3. Ни Е.В., ни В.В, с просьбой поставить печать в каком-либо документе, к ней не обращались. 

Свидетель В.А. суду пояснил, что с 2005 года по 2015 год он являлся заместителем главы 

<

адрес> по социальным вопросам, в период отсутствия главы – исполнял его обязанности. Ознакомившись с предъявленным ему договором № 44 о безвозмездной передаче 

<

адрес> в собственность Е.Н, от 04.03.2015, свидетель показал, что подпись в договоре принадлежит ему, обстоятельства подписания договора не помнит.

Из показаний свидетеля В.Ю., данных им на стадии предварительного расследования, оглашенных с согласия сторон по ходатайству государственного обвинителя, в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, следует, что по адресу: 

<

адрес> момента постройки дома проживали его бабушка А.Е, и дедушка М.Г. (умерли до 1983 года), его родители Ю.И, и Т.М, Последние съехали с квартиры в 1991 году, в связи с предоставлением иного жилья. В указанной квартире он проживал с 1971 года по 2007 год. В 2001 году он обратился в А"Б", где ему выдали контрольный талон к ордеру № 498 от 26.12.2001, который он представил следователю при допросе. В квартире он прописал свою супругу С.А. и сына А.В, В 2005 году он расторг брак с С.А., и она с сыном уехала жить в 

<

адрес>. В 2007 году он хотел приватизировать квартиру, однако С.А. не дала ему свое согласие. После того, как он уехал в 

<

адрес> в 2007 году, в квартире никто не проживал. Е.Н, ему не знакома, в квартире она никогда не проживала.

Свидетель А.В. суду показал, что работает УУ"М" жилой дом по 

<

адрес> был расположен на его административном участке. В квартире № 1 в данном доме Е.Н. не проживала.

Свидетель О.В. суду пояснила, что работала в ООО"У" с июня 2004 года по июль 2009 года. В 2006 году А"Б" делегировала право заключать с гражданами договоры социального найма жилых помещений ООО"У" Договоры составляли она и О.Г. Ознакомившись с предъявленным ей типовым договором социального найма жилого помещения от 15.03.2009, свидетель пояснила, что данный договор в ООО"У", в том числе ею, не составлялся, он не соответствует формату тех договоров, которые заключало ООО"У" Их договоры подписывались директором ООО"У" случаев их подписания главой города не было. Договоры были в виде бланков, которые они заполняли от руки. 

Свидетель О.Г. суду показала, что работала в ООО"У" с 2001 года по ноябрь 2007 года. В 2006 году А"Б" делегировала право заключать с гражданами договоры социального найма жилых помещений МУП "Ж" Договоры составляли она и О.В. Ознакомившись с предъявленным ей типовым договором социального найма жилого помещения от 15.03.2009, свидетель пояснила, что данный договор не соответствует формату тех договоров, которые заключало ООО"У" Их договоры подписывались директором ООО"У" случаев их подписания главой города или главой администрации не было. Их договоры были в виде печатных бланков, которые они заполняли от руки, на листе с двух сторон. 

Вышеприведенные показания представителя потерпевшего и свидетелей у суда сомнений не вызывают, т. к. они последовательны, согласуются между собой по основным существенным моментам исследуемых обстоятельств и подтверждаются совокупностью других исследованных судом доказательств, приведенных ниже.

- Копией решения А"Б" от 23.03.2010 об избрании на должность главы А"Б" ФИО1 (том 9 л. д. 218).

- Копией постановления А"Б" от 31.12.2009 № 2026-п, которым жилой дом, расположенный по 

<

адрес> (количество квартир 8, этажность 2), признан аварийным и подлежащим сносу (том 9, л. д. 204-206). 

- Копией распоряжения А"Б" от 26.09.2014 № 467-р, согласно которому в рамках региональной адресной программы «Переселение граждан из аварийного жилищного фонда в Красноярском крае» на 2013 - 2017 годы, утвержденной Постановлением Правительства Красноярского края от 06.05.2013 № 228-п, принята в А"Б" и включена в реестр муниципальной собственности 

<

адрес>, рыночной стоимостью 1761140 руб. (том 9 л. д. 207-213).

- Копией протокола осмотра места происшествия от 14.09.2017, из которого следует, что объектом осмотра являлся в том числе кабинет №, расположенный в здании А"Б" по адресу: 

<

адрес> (том 3 л. д. 110-116).

- Протоколом осмотра места происшествия от 17.11.2017, согласно которому осмотрена двухкомнатная 

<

адрес>, расположенная на втором этаже во втором подъезде дома (том 4 л. д. 46-52).

- Протоколом осмотра места происшествия от 07.02.2018, согласно которому объектом осмотра являлся холл, расположенный на 2 этаже здания А"Б" по адресу: 

<

адрес>. На втором этаже здания расположены помещения А"Б", на 3 этаже – кабинет главы 

<

адрес> (том 4 л. д. 53-57).

- Протоколом осмотра места происшествия от 07.02.2018, в соответствии с которым объектом осмотра являлся открытый участок местности возле здания по 

<

адрес>, представляющий собой прилегающую территорию к зданию, в котором находится автомойка "М" и магазин строительных товаров "С" (том 4 л. д. 61-64).

- Протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым объектом осмотра являлось помещение ООО"С" № 234, расположенное на первом этаже жилого дома по 

<

адрес>, ранее в указанном помещении располагался офис ООО "М" (том 4 л. д. 65-71).

- Протоколом осмотра предметов от 05.11.2017, а именно CD-R диска, содержащего папку с названием «выемка 10.06.2015», полученного в ходе осмотра предметов (документов) от 11.06.2015 по уголовному делу №. При открытии файла в папке «Переселение II этап», под названием «план переселения 2015.xls», установлено, что в нем содержится информация в виде электронной таблицы с названием: «План расселения граждан, проживающих в жилых домах, признанных в установленном порядке аварийными и подлежащими сносу по долгосрочной целевой программе по переселению граждан из аварийного жилищного фонда на 2015 год в 

<

адрес>». В строке напротив адреса: 

<

адрес>, указана С.А. – лицо, зарегистрированное по данному адресу, основание для проживания – ордер б/н от ДД.ММ.ГГГГ, планируемое к переселению жилое помещение – 

<

адрес>. Указанный CD-R диск признан и приобщен к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (том 1 л. 

<

...>).

- Пакетом документов (пронумерован и прошнурован на 17 листах, заверен подписью заведующей отделом по работе с обращениями граждан и служебной корреспонденции Л.А. и печатью руководителя аппарата А"Б"), на основании которых Е.Н, приватизирована 

<

адрес>, а именно:

· договором № 44 от 04.03.2015 о безвозмездной передаче жилья в собственность, заключенным между А"Б" в лице временно исполняющего полномочия руководителя местной А"Б" В.А. и Е.Н,, о передаче последней в собственность двухкомнатной квартиры, общей площадью 50,9 кв. м., расположенной по адресу: 

<

адрес>; 

· заявлением представителя Е.Н, – П.Ю. на имя временно исполняющего полномочия руководителя местной В.А. от 28.01.2015 (вход. №) о передаче в собственность Е.Н, вышеуказанной квартиры в порядке приватизации, с резолюциями «С,В.» и «О.А.»;

· справкой ООО"У" на имя Е.Н, об отсутствии задолженности по жилищной и коммунальным услугам на 01.01.2015 по указанной квартире;

· копией выписки из домовой книги и ФЛС № 556 от 22.01.2015, согласно которой в указанной квартире с 22.01.2015 в качестве ответственного квартиросъемщика зарегистрирована Е.Н,;

· копией нотариально удостоверенной доверенности № от 12.12.2014 (сроком по 12.12.2017), согласно которой П.Ю. уполномочен от имени Е.Н, приватизировать и зарегистрировать право собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, для чего ему предоставлено право быть представителем Е.Н, во всех предприятиях, учреждениях, организациях;

· копией паспорта гражданина РФ П.Ю.; 

· копией справки Б"Н" от 17.12.2014 № 679 о неучастии Е.Н, в приватизации жилья в 

<

адрес> и 

<

адрес>;

· копией паспорта гражданки РФ Е.Н,, содержащего сведения о ее снятии с регистрационного учета по адресу: 

<

адрес> и постановке на регистрационный учет по адресу: 

<

адрес> 22.01.2015; 

· копией дубликата договора социального найма жилого помещения от 08.10.2014 № 190, заключенного между А"Б" в лице руководителя местной Е,Г, и Е.Н,, на основании распоряжения А"Б" от 08.10.2014 № 485-р, в соответствии с которым Е.Н, передано в бессрочное владение и пользование жилое помещение, находящееся в муниципальной собственности, состоящее из двух комнат в квартире, общей площадью 50,9 кв. м. по адресу: 

<

адрес> для проживания в нем; в дубликате договора имеются подписи от имени сторон и оттиск гербовой печати А"Б", а также отметка о его выдаче 21.01.2015 временно исполняющим полномочия руководителя В.А. в связи с утратой договора, П.Ю., действующему за Е.Н,, на основании вышеуказанной доверенности;

· копией кадастрового паспорта на 

<

адрес>, общей площадью 50,9 кв. м.

Согласно протоколу осмотра документов от 08.10.2017 вышеуказанный пакет документов, изъятый в ходе производства 15.01.2016 выемки по уголовному делу № в А"Б", был объектом осмотра, в ходе которого установлено наличие в нем вышеуказанных документов (том 2 л. д. 11-32), которые признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (том 2 л. д. 33-34).

- Документами (содержатся в папке-скоросшивателе с названием «правоустанавливающие документы на квартиру по адресу: 

<

адрес> прошиты, пронумерованы и заверены печатью М"Б" 03.12.2015), на основании которых за Е.Н, зарегистрировано право собственности на указанную квартиру, а именно:

· распиской от 12.03.2015 в получении документов на государственную регистрацию у представителя Е.Н, – П.Ю. и представителя О.А. 

· заявлением П.Ю. и О.А. в филиал Ф"Ф" от 12.03.2015 о регистрации права собственности за Е.Н, и перехода права собственности от А"Б" к Е.Н, на 

<

адрес>;

· копией квитанции от 12.03.2015 об оплате П.Ю. за Е.Н, госпошлины – 2000 руб. за регистрацию права на квартиру по 

<

адрес>

· копией нотариально удостоверенной доверенности № от 12.12.2014 (сроком по 12.12.2017), согласно которой П.Ю. уполномочен от имени Е.Н, приватизировать и зарегистрировать право собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, для чего ему предоставлено право быть представителем Е.Н, во всех предприятиях, учреждениях, организациях;

· копией доверенности от 12.01.2015 № 6 (сроком до 31.12.2015), согласно которой О.А. уполномочена от имени А"Б" представлять интересы последнего в Б"У"

· договором № 44 от 04.03.2015 о безвозмездной передаче жилья в собственность, заключенным между А"Б", в лице временно исполняющего полномочия руководителя местной В.А. о передаче последней в собственность двухкомнатной квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, договор содержит печать и штамп регистрирующего органа с записью о регистрации права собственности на квартиру от 16.03.2015;

· копией договора социального найма жилого помещения от 08.10.2014 № 190, заключенного между Е,Г, и Е.Н,, на основании распоряжения А"Б" от 08.10.2014 № 485-р, в соответствии с которым Е.Н, передано в бессрочное владение и пользование жилое помещение по адресу: 

<

адрес> для проживания в нем; в договоре имеются подписи от имени сторон и оттиск гербовой печати А"Б";

· копией справки Б"П" от 17.12.2014 № 679 о неучастии Е.Н, в приватизации жилья в 

<

адрес>;

· копией выписки из домовой книги и № от 22.01.2015, согласно которой в указанной квартире с 22.01.2015 в качестве ответственного квартиросъемщика зарегистрирована Е.Н,

Согласно протоколу осмотра документов от 08.10.2017 папка-скоросшиватель с названием «правоустанавливающие документы на квартиру по адресу: 

<

адрес> изъятая 03.12.2015 в ходе производства выемки по уголовному делу № в Б"О" была объектом осмотра, в ходе которого установлено наличие в ней вышеуказанных документов (том 2 л. д. 45-65), дело правоустанавливающих документов на указанную квартиру признано и приобщено к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (том 2 л. д. 66-67).

- Протоколом осмотра предметов от 04.03.2018, согласно которому объектом осмотра являлся DVD-R диск с информацией о соединениях абонентского номера 

<

данные изъяты>, находящегося в пользовании ФИО1, предоставленный ПАО"В" Осмотром установлено, что в период с 01.01.2013 до 03.11.2014 абонентским номером ФИО1 совершено 774 телефонных соединения (входящие, исходящие вызовы и СМС-сообщения) с абонентским номером 

<

данные изъяты>, находящимся в пользовании Е.В., в том числе 83 соединения с 01.09.2014 до 03.11.2014. DVD-R диск признан и приобщен к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (том 2 л. 

<

...>).

- Адресным листком прибытия, согласно которому Е.Н, зарегистрирована 22.01.2015 по адресу: 

<

адрес>, прибыла из 

<

адрес>; поквартирной карточкой на квартиру по 

<

адрес>, где Е.Н, указана в качестве нанимателя, дата регистрации – 22.01.2015; карточкой регистрации формы № 16, в которой указаны паспортные данные Е.Н,, место прибытия: 

<

адрес> место жительства: 

<

адрес> дата внесения в карточку регистрации – 22.01.2015. 

Согласно протоколу осмотра документов от 17.11.2017 вышеуказанные документы, изъятые 13.07.2017 в ходе производства выемок в отделе по вопросам миграции МО МВД России «Боготольский» и в ООО"У" были осмотрены (том 3 л. д. 147-152), признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (том 3 л. д. 153-154).

- Документами, изъятыми 20.09.2017 в ходе производства выемки в А"Б", в числе которых:

· копия распоряжения А"Б" от 08.10.2014 № 485-р, которым Е.Н, предоставлено по договору социального найма жилое помещение – двухкомнатная квартира по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 50,9 кв. м., распоряжение подписано руководителем местной А"Б" Е.Г.;

· заявление представителя Е.Н, – П.Ю. на имя временно исполняющего полномочия руководителя местной В.А.. от 20.01.2015 (вход. № 45) о выдаче дубликата договора социального найма на вышеуказанную квартиру, в связи с утратой, с резолюциями «С,В.» и «Т.А.»;

· сопроводительное письмо А"Б" от 21.01.2015 № 171 о направлении Е.Н, дубликата договора социального найма жилого помещения от 08.10.2014 № 190, с отметкой о его получении 22.01.2015 представителем по доверенности П.Ю.; 

· копия нотариально удостоверенной доверенности № от 12.12.2014 (сроком по 12.12.2017), согласно которой П.Ю. уполномочен от имени Е.Н, приватизировать и зарегистрировать право собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, для чего ему предоставлено право быть представителем Е.Н, во всех предприятиях, учреждениях, организациях;

· соглашение № 1 от 08.10.2014 о расторжении типового договора социального найма жилого помещения № б/н от 15.03.2009, согласно которому А"Б" в лице ее руководителя Е.Г. и Е.Н, расторгли данный договор с момента подписания соглашения, в договоре имеется подпись от имени руководителя местной Е,Г, и оттиск гербовой печати А"Б" подпись от имени Е.Н, отсутствует;

· копия паспорта гражданки РФ Е.Н,;

· акт приема-передачи ключей от квартиры от октября 2014 года, согласно которому А"Б" в лице ее руководителя Е.Г. передала Е.Н, комплект ключей в (_) экз. от 

<

адрес>, квартира передана в состоянии, соответствующем условиям проживания, явных недостатков не выявлено, в акте имеются подписи от имени сторон и оттиск гербовой печати А"Б"

· копия кадастрового паспорта на 

<

адрес>, с отметкой о получении его оригинала П.Ю. 11.03.2015;

· свидетельство о государственной регистрации права от 24.09.2014, согласно которому за А"Б" зарегистрировано право собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, о чем в ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним 24.09.2014 сделана запись регистрации №;

· типовой договор социального найма жилого помещения б/н от 15.03.2019, заключенный между А"Б" в лице главы 

<

адрес> ФИО1 и Е.Н,, в соответствии с которым Е.Н, передано в бессрочное владение и пользование жилое помещение, находящееся в муниципальной собственности, состоящее из 1 комнаты, общей площадью 30,5 кв. м., по адресу: 

<

адрес>, для проживания в нем, в договоре имеются подписи от имени сторон и оттиск гербовой печати А"Б", основание заключения договора (решение о предоставлении жилого помещения) в нем не указано;

· договор социального найма жилого помещения от 08.10.2014 № 190, заключенный между Е,Г,. и Е.Н,, на основании распоряжения А"Б" от 08.10.2014 № 485-р, в соответствии с которым Е.Н, передано в бессрочное владение и пользование жилое помещение по адресу: 

<

адрес> для проживания в нем; на последней странице договора имеются подписи от имени сторон и оттиск гербовой печати А"Б", договор пронумерован и прошит на 3 листах, заверен подписью от имени руководителя местной Е,Г, и гербовой печатью А"Б".

Согласно протоколу осмотра документов от 01.04.2018 вышеуказанные документы были осмотрены (том 3 л. д. 161-184), признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (том 3 л. д. 185-186).

- Книгой регистрации заявлений граждан о принятии на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях муниципального жилищного фонда по договору социального найма А"Б", из которой видно, что первая запись о дате подачи заявления в ней выполнена 17.11.2006, последняя запись о дате подачи заявления в ней выполнена 05.07.2017, запись о принятии Е.Н, на учет в качестве нуждающейся в жилом помещении в книге отсутствует.

Согласно протоколу осмотра документов от 01.04.2018 вышеуказанная книга, изъятая 20.09.2017 в ходе производства выемки у специалиста 1 категории отдела архитектуры и градостроительства, имущественных и земельных отношений А"Б" была осмотрена (том 3 л. д. 195-196), признана и приобщена к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (том 3 л. д. 197).

- Протоколом выемки от 03.10.2017 у Е.Н, нижеприведенных документов по приобретению права собственности на 

<

адрес> (том 5 л. д. 35-38).

- Документами, изъятыми 03.10.2017 в ходе производства выемки у Е.Н,, в числе которых: выписка из домовой книги и финансово-лицевого счета от 22.01.2015 № 556; справка Б"П" от 17.12.2014 № 679; копия справки ООО"У" об отсутствии задолженности; сопроводительное письмо А"Б" от 21.01.2015 № 171; дубликат договора социального найма жилого помещения от 08.10.2014 № 190; квитанция об оплате госпошлины за регистрацию права на объект от 12.03.2015; квитанция от 17.12.2014 об оплате от имени Е.Н, в Ф"Г" 1700,89 руб.; договор № 44 о безвозмездной передаче жилья в собственность от 04.03.2015 с печатью и штампом регистрирующего органа; незаполненный бланк заявления о передаче в собственность гражданину занимаемой им квартиры в порядке приватизации; свидетельство о государственной регистрации права от 16.03.2015, согласно которому за Е.Н, зарегистрировано право собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес> о чем в ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним 16.03.2015 сделана запись регистрации №; справка А"Н" от 20.01.2015 № 58 о неучастии Е.Н, в период с 02.02.1989 до 30.08.2000 в приватизации жилья на территории данного сельсовета; договор социального найма жилого помещения от 08.10.2014 № 190; акт приема-передачи ключей от квартиры от октября 2014 года; кадастровый паспорт на 

<

адрес>; справка М"Б" от 20.01.2015 № 91 о том, что Е.Н, право бесплатной приватизации жилого помещения в 

<

адрес> не реализовала.

Согласно протоколу осмотра документов от 17.02.2018 вышеуказанные документы были осмотрены (том 5 л. д. 39-70), признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (том 5 л. д. 71-72).

- Протоколом выемки от 23.11.2017 в ООО"У" у свидетеля Е.В. копии договора социального найма жилого помещения от 08.10.2014 № 190 (том 5 л. д. 76-78).

- Протоколом осмотра документов от 30.11.2017, согласно которому осмотрена копия договора социального найма жилого помещения № 190 от 08.10.2014, изъятая 23.11.2017 в ходе выемки у свидетеля ФИО5 договора признана и приобщена к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (том 5 л. 

<

...>). 

- Договором аренды жилого помещения от 01.03.2015, согласно которому Е.Н, передала 

<

адрес> в аренду на срок с 01.03.2015 по 01.03.2016, размер ежемесячной платы за наем – 6000 руб., сведения об арендаторе в договоре отсутствуют. 

- Договором аренды жилого помещения от 01.03.2016, согласно которому Е.Н, передала 

<

адрес> в аренду на срок с 01.03.2016 по 01.03.2017, размер ежемесячной платы за наем – 6000 руб., сведения об арендаторе в договоре отсутствуют. 

Согласно протоколу осмотра документов от 25.02.2018 вышеуказанные договоры, изъятые 31.01.2018 в ходе выемки у свидетеля Е.В., были осмотрены (том 5 л. д. 105-107), признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (том 5 л. д. 108).

- Протоколом осмотра предметов от 15.01.2018, согласно которому осмотрены:

· CD-R диск, содержащий файлы с информацией о соединениях абонентского номера №, находящегося в пользовании Е.В., осмотром установлено, что в период с 01.02.2015 до 27.09.2017 указанным абонентским номером совершены 1631 соединение с абонентским номером №, находящимся в пользовании ФИО1, 538 соединений с абонентским номером № находящимся в пользовании П.Ю., 1 соединение с абонентским номером №, находящимся в пользовании Е.Н,, а также файлы с информацией о соединениях абонентского номера №, находящегося в пользовании Е.Н,, в результате чего установлено, что в период с 13.11.2014 до 03.10.2017 указанным абонентским номером совершено 16 соединений с абонентским номером №, находящимся в пользовании П.Ю., 2 соединения с абонентским номером №, находящимся в пользовании Е.В.;

· CD-R диск, содержащий файлы с информацией о соединениях абонентского номера №, находящегося в пользовании ФИО1, осмотром установлено, что в период с 24.10.2014 по 03.10.2017 указанным абонентским номером совершены аналогичные соединения с абонентским номером Е.В., 10 соединений с абонентским номером №, находящимся в пользовании П.Ю. СD-R диски признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (том 5 л. 

<

...>).

- Контрольным талоном к ордеру на жилое помещение от 26.12.2001 № 498, согласно которому В.Ю. А"Б" предоставлено жилое помещение по адресу: 

<

адрес> в составе семьи указаны наниматель, его жена С.А. и сын А.В,

- Заключением эксперта № 1510/01-1(17) от 28.02.2018, согласно которому подписи от имени Е.Н,, расположенные в двух экземплярах договора социального найма жилого помещения № 190 от 08.10.2014 и двух экземплярах акта приема-передачи ключей от 

<

адрес> от.. октября 2014 г., выполнены одним лицом, а именно, самой Е.Н,; подписи от имени Е.Г., расположенные в графе 

<

данные изъяты> в 2-х экземплярах договора социального найма жилого помещения № от 08.10.2014, в 2-х экземплярах акта приема-передачи ключей от 

<

адрес> от.. октября 2014 г. и изображение подписи от имени Е.Г., расположенное в копии распоряжения А"Б" № 485-р от 08.10.2014, выполнены одним лицом, а именно, самим Е.Г. (том 6 л. д. 76-80).

- Заключением эксперта № 1512/01-1(17) от 02.03.2018, согласно которому подпись от имени Е.Н,, расположенная в типовом договоре социального найма жилого помещения б/н от 15.03.2009 в графе «Наниматель», выполнена не самой Е.Н,, а другим лицом с подражанием подлинной подписи Е.Н,; подпись от имени ФИО1, расположенная в типовом договоре социального найма жилого помещения б/н от 15.03.2009 в графе «Наймодатель», выполнена самим ФИО1 (том 6 л. д. 109-113).

- Заключением эксперта № 236/04-1(18) от 20.02.2018, согласно которому оттиск печати А"Б", расположенный в типовом договоре социального найма жилого помещения № б/н от 15.03.2009, нанесен печатью А"Б", экспериментальные оттиски-образцы которой представлены для сравнения (том 6 л. д. 221-224).

Иные доказательства стороны обвинения, исследованные в судебном заседании, на правильность установления фактических обстоятельств дела не влияют, поскольку не содержат сведений, необходимых для выводов суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора.

Оценив доказательства по делу в совокупности, суд приходит к выводу о доказанности вины ФИО1 в инкриминируемом ему деянии.

Все приведенные доказательства являются объективными, были получены при проведении предварительного следствия, исследованы в судебном заседании, были предметом исследования при производстве приведенных выше экспертиз, которые были назначены и проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, специалистами в своей области, имеющими необходимый стаж работы. Приведенные доказательства полностью исключают оговор подсудимого. По существу, все приведенные доказательства согласуются между собой, противоречий между ними нет. 

Все приведенные доказательства суд признает допустимыми и достоверными, а в совокупности достаточными для разрешения уголовного дела. Таким образом, совершение подсудимым преступления при вышеизложенных обстоятельствах нашло свое полное подтверждение и доказано всей совокупностью приведенных доказательств.

Вопреки доводам стороны защиты, нарушений норм УПК РФ в ходе предварительного следствия, при производстве 20.09.2017 выемки у представителя потерпевшего документов, касающихся предоставления Е.Н, 

<

адрес>, судом не установлено. Как видно из текста протокола выемки, перед началом проведения данного следственного действия представителю потерпевшего А.В, было предъявлено постановление о производстве выемки от 20.09.2017, а также разъяснены права, ответственность и порядок производства выемки, о чем свидетельствуют ее подписи в протоколе (том 3 л. д. 158-160). В соответствии с ч. 1.1 ст. 170 УПК РФ выемка производилась по усмотрению следователя без участия понятых. При этом в соответствии с требованиями закона применены технические средства фиксации хода и результатов следственного действия, о чем свидетельствует фототаблица к протоколу, а сам протокол следственного действия оформлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуальных норм. В связи с чем, оснований для признания недопустимым доказательством протокола выемки от 20.09.2017 не имеется.

Заключение эксперта Ф"У" № 1512/01-1(17) от 02.03.2018 соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, содержит выводы по всем поставленным перед экспертом вопросам и их обоснование. Согласно данному заключению для сравнительного исследования эксперту были представлены свободные, условно-свободные образцы и экспериментальные образцы почерка и подписей ФИО1, Е.Н,, ФИО6 проводилось и заключение составлено в соответствии с методическими требованиями, изложенными в следующей литературе: Судебно-почерковедческая экспертиза. Общая часть. Теоретические и методические основы, Судебно-почерковедческая экспертиза. Особенная часть, Исследование малообъемных почерковых объектов / под ред. ФИО7. Выводы эксперта в заключении аргументированы. 

Как следует из пояснений эксперта Е.В., данных ею в ходе судебного заседания, в заключении эксперта № 1512/01-1(17) от 02.03.2018 ею допущены технические ошибки, а именно указаны: дата протокола получения образцов для сравнительного исследования у ФИО1 – 24.07.2017, тогда как верно – 24.06.2015 (том 2 л. д. 132-137), дата постановления о получении образцов для сравнительного исследования у ФИО1 – 24.07.2017, тогда как верно – 24.06.2015 (том 2 л. д. 130-131), однако данные ошибки не могли повлиять на обоснованность сделанных ею выводов.

Каких-либо противоречий в выводах эксперта, изложенных в заключении № 1512/01-1(17) от 02.03.2018, не усматривается. Как следует из пояснений эксперта Е.В., при сравнении исследуемой подписи с подписями ФИО1 в представленных ей образцах одним из совпадающих частных признаков ею указано на верхнюю часть росчерка, однако при его описании ею допущена ошибка, а именно верхняя часть росчерка – дуговая, а не возвратно-прямолинейная, что не свидетельствует об отсутствии самого признака и не влияет на обоснованность сделанных ею выводов.

Вопреки доводам стороны защиты вывод эксперта о том, что подпись от имени ФИО1 в типовом договоре социального найма жилого помещения б/н от 15.03.2009 в графе «Наймодатель» выполнена самим ФИО1, подробно мотивирован экспертом, со ссылкой на установленные при сравнении исследуемой подписи с почерком и подписями ФИО1 совпадения общих и частных (13) признаков, что явилось достаточным для категорического вывода эксперта о выполнении исследуемой подписи самим ФИО1 Нарушений Е.В. методики, которые могли повлиять на ее выводы, при проведении почерковедческой экспертизы судом не установлено.

Экспертиза назначена в соответствии с требованиями УПК РФ. Производство экспертизы поручено экспертам Ф"У" Экспертиза проведена заведующей отделом С"Э" имеющей высшее юридическое образование и аттестацию на право самостоятельного производства судебно-почерковедческой экспертизы по специальности 1.1 «Исследование почерка и подписей», стаж экспертной работы по указанной специальности 30 лет, сомневаться в компетентности которой у суда оснований не имеется. Перед дачей заключения Е.В. предупреждалась об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Нарушений процессуальных прав участников судебного разбирательства при назначении и производстве судебно-почерковедческой экспертизы, которые повлияли или могли повлиять на содержание выводов эксперта, допущено не было.

В опровержение заключения эксперта № 1512/01-1(17) от 02.03.2018, стороной защиты в ходе предварительного следствия были предоставлены акт исследования специалиста С.В. № 1/2018 от 25.06.2018 (том 6 л. д. 120-126), согласно которому заключение эксперта № 1512/01-1(17) от 02.03.2018 содержит существенные нарушения методики проведения почерковедческих экспертиз и ошибки в определении совпадающих признаков; исследование является необоснованным и необъективным, а, следовательно, вызывает сомнение в достоверности выводов, а также экспертное исследование № 12/2018 от 21.11.2018 (том 15 л. д. 3-10), проведенное специалистом С.В., содержащее вывод о том, что подпись от имени ФИО1, изображение которой имеется в копии типового договора социального найма жилого помещения № б/н от 15.03.2009, выполнена не ФИО1, а другим лицом. 

Кроме того, в ходе судебного следствия стороной защиты представлено заключение специалиста А.Х. от 15.04.2019 № 226-19, из которого следует, что специалист не смог ответить на поставленный перед ним вопрос о том, кем ФИО1 или иным лицом выполнена подпись в типовом договоре социального найма б/н от 15.03.2019. 

По своему содержанию акт исследования специалиста С.В. от 25.06.2018 фактически представляет собой мнение, суждение о необоснованности выводов заключения эксперта № 1512/01-1(17) от 02.03.2018. При этом перед специалистом С.В. был поставлен один вопрос: можно ли считать заключения эксперта № 1512/01-1(17) от 02.03.2018 соответствующим требованиям оформления заключения и методике производства почерковедческих экспертиз и обоснованности сделанных выводов в отношении подписи от имени ФИО1 в типовом договоре социального найма жилого помещения б/№ от 15.03.2009, выданного А"Б" 

Вместе с тем, оценка указанного доказательства – заключения эксперта согласно ст. ст. 17, 87 и 88 УПК РФ относится к исключительной компетенции суда, правомочного разрешать уголовное дело.

В соответствии со ст. 58 УПК РФ специалист – лицо, обладающее специальными знаниями, привлекаемое к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном УПК РФ, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Вызов специалиста и порядок его участия в уголовном судопроизводстве определяется статьями 168 и 270 УПК РФ, т. е. следователем или судом, с разъяснением прав и обязанностей. 

В силу ч. 3 ст. 80 УПК РФ, заключением специалиста является представленное в письменном виде суждение по вопросам, поставленным перед специалистом сторонами.

Согласно ч. 1 ст. 80 УПК РФ, заключением эксперта признаются представленные в письменном виде содержание исследования и выводы по вопросам, поставленным перед экспертом лицом, ведущим производство по уголовному делу, или сторонами.

Порядок назначения и проведения по уголовному делу судебной экспертизы регламентированы положениями ст. ст. 195 – 207, 283 УПК РФ.

При этом из представленного стороной защиты заключения от 21.11.2018 следует, что специалист С.В. по инициативе стороны защиты проводил почерковедческое исследование представленного ему типового договора социального найма жилого помещения б/№ от 15.03.2009, выданного А"Б", результаты которого отразил в исследовательской части заключения, после чего изложил в заключении свои выводы по вопросу, поставленному перед ним защитником.

Таким образом, заключение от 21.11.2018 фактически является не заключением специалиста, а экспертным заключением, которое получено вне установленного уголовно-процессуальным законом порядка, без соблюдения обязательных условий, предусмотренных ст. ст. 195 – 207 УПК РФ, поскольку ни следователем в рамках расследования уголовного дела, ни судом при рассмотрении уголовного дела по существу специалист С.В., до дачи им своего заключения, не привлекался, в связи с чем, стороной защиты нарушен порядок, предусмотренный УПК РФ по привлечению в уголовное дело соответствующего специалиста. 

При таких обстоятельствах, представленное стороной защиты заключение, выданное специалистом С.В., привлеченным стороной защиты в ином порядке, нежели предусмотренном уголовно-процессуальным законом, не может быть принято как достоверное и допустимое доказательство, опровергающее заключение эксперта № 1512/01-1(17) от 02.03.2018, проведенное заведующей отделом СПЭ и ТЭД, ведущим государственным судебным экспертом Ф"К", имеющей необходимое образование, стаж работы, квалификацию, исследовавшей подлинники материалов уголовного дела, заверившей свое заключение своей подписью и печатью государственного экспертного учреждения. Эксперт Е.В. в ходе ее допроса в суде подтвердила изложенные ею в заключении выводы, подробно пояснив, на основании чего она к ним пришла.

Заключение специалиста А.Х. от 15.04.2019 № 226-19 суд также не принимает как достоверное доказательство, опровергающее заключение эксперта № 1512/01-1(17) от 02.03.2018, поскольку специалист не смог в своем заключении ответить на поставленный перед ним вопрос о том, кем ФИО1 или иным лицом выполнена подпись в типовом договоре социального найма б/н от 15.03.2019, а кроме того, согласно заключению специалиста исследование им было начато 15.04.2019, а окончено 24.04.2019, при этом копии экспериментальных образцов подписи ФИО1 (том 2 л. д. 134-137), а также копии условно-свободных образцов подписи ФИО1 (том 2 л. д. 130-131), приведенные в заключении в качестве образцов для исследования, были представлены специалисту стороной защиты после начала ее проведения (15.04.2019), о чем свидетельствует дата (24.04.2019) на изображении № 17 на странице 33 заключения, что само по себе дает основания суду усомниться в фактическом проведении специалистом своего исследования.

Таким образом, каких-либо оснований ставить под сомнение обоснованность и правильность заключения эксперта № 1512/01-1(17) от 02.03.2018 не имеется. По смыслу закона, доказательствами по уголовному делу являются заключение и показания эксперта, которые, как и все доказательства (ст. 240 УПК РФ), подлежат непосредственному исследованию в судебном заседании. Заключение эксперта не имеет заранее установленной силы, не обладает преимуществом перед другими доказательствами и, как все иные доказательства, оценивается по общим правилам в совокупности с другими доказательствами. При указанных обстоятельствах заключение эксперта № 1512/01-1(17) от 02.03.2018 для суда не имеет большей юридической силы и оценено судом наравне с иными имеющимися в уголовном деле доказательствами, в их совокупности, в том числе представленными стороной защиты. 

Доводы стороны защиты о непричастности ФИО3 к инкриминируемому ему преступлению, а также предположение стороны защиты о том, что ФИО3 мог неумышленно подписать типовой договор социального найма от 15.03.2009, опровергаются показаниями Е.В. о том, что ФИО3 попросил его найти подставное лицо, на которое за вознаграждение можно оформить муниципальную квартиру, а затем приватизировать и продать либо переоформить на человека ФИО3. Выполняя отведенную ему роль, Е.В. сообщил Е.Н,, что к нему обратился глава 

<

адрес> ФИО3 и попросил оформить квартиру в 

<

адрес> на подставное лицо, чтобы затем ее продать. Он предложил Е.Н, выступить в качестве такого лица при оформлении права собственности на квартиру за денежное вознаграждение, сказав, что после продажи квартиры ФИО3 передаст ему, а он ей 100000 – 150000 руб., на что она согласилась. Из показаний Е.Н, и Е.В. суд усматривает, что последний, по указанию ФИО3, координировал действия Е.Н, при совершении преступления, при этом никаких мотивов вводить Е.Н, в заблуждение относительно роли ФИО3 в преступлении у Е.В. не было.

Из показаний свидетелей: Е.Н,, К.К,, А.О, следует, что Е.Н, в 

<

адрес>, в том числе по 

<

адрес> никогда не проживала, а, значит, не имела права на участие в программе по переселению граждан из аварийного жилья, однако чтобы получить вознаграждение, обещанное ФИО3, фактически согласилась на совершение преступления.

Получив от Е.В. копию паспорта Е.Н,, ФИО3 обеспечил изготовление подложного типового договора социального найма жилого помещения от 15.03.2009 на указанную квартиру и предоставление его в О"У". При этом отсутствие у ФИО3 навыков работы на компьютере, не исключает обеспечение им изготовления указанного договора при помощи других лиц, и не влияет на квалификацию его действий.

Из показаний ФИО8 следует, что она проставляла гербовую печать А"Б" на документах, где имелась подпись главы, содержание документов не проверяла. Свидетель А,А, исключила возможность постановки ею оттиска печати на документ, подписанный ФИО3 при его предоставлении Е.В., последний ее о таком не просил, самостоятельно поставить печать на какой-либо документ не мог, т. к. отношения к А"Б" не имел. 

Из показаний Т.А. следует, что ФИО3 знал, где находится ее рабочее место и что в ее обязанности входило заключение договоров социального найма жилых помещений; ее рабочий кабинет закрывался на ключ, который хранился на вахте, что исключает доступ в данный кабинет лиц, не имеющих отношение к работе администрации, что свидетельствует о наличии у ФИО3 возможности положить типовой договор социального найма от 15.03.2009 на стол Т.А. как лично, так и с помощью подчиненных ему сотрудников. В отличие от Е.В., который никогда не посещал рабочий кабинет Т.А,, соответственно положить на ее рабочий стол какие-либо документы не мог.

08.10.2014 Т.А., на основании договора от 15.03.2009, подготовила, а Е,Г, подписал распоряжение и договор социального найма 

<

адрес>. Вопреки доводам подсудимого, его отсутствие в 

<

адрес> 08.10.2014 не могло повлиять на изготовление и подписание указанных документов Т.А. и Е.Г., поскольку, со слов последних, у них не было оснований сомневаться в подлинности договора от 15.03.2009, а, следовательно, в наличии у Е.Н, права на получение квартиры в рамках программы переселения.

С учетом показаний свидетеля Т.А. о том, что после подписания Е,Г, документов на квартиру, она положила их в шкаф в ее рабочем кабинете, при этом шкаф на замок не закрывался, у суда есть основания полагать, что доступ сотрудников А"Б" и ФИО3 к данному шкафу ограничен не был, что не препятствовало ФИО3 лично или с помощью иных подчиненных ему сотрудников А"Б" получить указанные документы, что подтверждается показаниями Е.В. и Е.Н, о том, что ФИО3 передал Е.В. для подписания Е.Н, договор от 08.10.2014, акт приема-передачи ключей в 2 экземплярах, а также ключи от квартиры. Получив документы от Е.В., Е.Н, их подписала и вернула ему 1 экземпляр документов.

Как следует из показаний Е.В., действуя по указанию ФИО3, он сообщил Е.Н,, что квартиру необходимо приватизировать. Е.Н, сказала, что заниматься этим не будет, в связи с чем, он попросил помощи в данном вопросе у П.Ю,. Согласно показаниям самого П.Ю, 12.03.2015 он, действуя по просьбе Е.В. и Е.Н,, предварительно заключив по доверенности от ее имени договор о безвозмездной передаче 

<

адрес> в ее собственность, обратился в М"О", где 16.03.2015 была произведена регистрация права собственности Е.Н, на данную квартиру.

В ходе судебного следствия в полном объеме нашел подтверждение у ФИО1 такой квалифицирующий признак, как группа лиц по предварительному сговору, поскольку из исследованных доказательств следует, что ФИО3 предложил Е.В. подыскать лицо, на которое можно оформить право собственности на квартиру, посвятив Е.В. в подробности плана совершения преступления и пообещав ему, что он получит для себя выгоду, а подставное лицо получит денежное вознаграждение в размере от 100000 до 150000 руб. Е.В. на предложение ФИО3 согласился, тем самым они вступили между собой в сговор, направленный на совершение указанного преступления. Выполняя отведенную ему роль, Е.В. сообщил Е.Н, о своих и ФИО3 преступных намерениях мошенническим способом приобрести право на квартиру, находящуюся в А"Б" и предложил ей выступить в качестве подставного лица при оформлении права собственности на квартиру, находящуюся в А"Б" за денежное вознаграждение в размере от 100000 до 150000 руб., на что она согласилась, тем самым вступив с ФИО3 и Е.В. в сговор, направленный на совершение указанного преступления. ФИО3, Е.В. и Е.Н, действовали совместно и согласовано, каждый преследуя свою корыстную цель совершения преступления.

Согласованность действий ФИО3, Е.В. и Е.Н, в ходе незаконного получения права на квартиру по программе переселения из ветхого жилья, помимо вышеприведенных показаний свидетелей, объективно подтверждается детализациями телефонных переговоров в период совершения ФИО3 преступления, в которых зафиксированы неоднократные телефонные соединения абонентского номера, находящегося в пользовании ФИО3 с абонентским номером Е.В..

Доводы ФИО3 о том, что если бы он являлся соучастникам инкриминируемого ему преступления, зная, что 11.03.2015 в ходе обысков в А"Б" были изъяты документы на квартиру Е.Н,, он бы приостановил регистрацию за ней права собственности на квартиру, а также о том, что после приватизации квартиры Е.Н, не обращалась к нему за вознаграждением, являются несостоятельными и опровергаются показаниями Е.В. и Е.Н,, пояснившими суду, что после приватизации квартиры ФИО3 сказал им, что в администрации начались проверки со стороны правоохранительных органов, поэтому с квартирой пока ничего делать не нужно, а решение о сдаче квартиры в аренду было принято Е.В. и ФИО3 совместно, ввиду образования долгов за ЖКУ. В данном случае непринятие ФИО3 мер к приостановке регистрации права собственности на квартиру за Е.Н, свидетельствует о его опасении быть замеченным в причастности к совершению данного преступления. 

Ссылка ФИО3 на его неосведомленность о порядке и условиях переселения граждан из аварийного жилищного фонда с предоставлением им жилых помещений по договорам социального найма, противоречит как показаниям свидетеля Е,Г,, пояснившего суду о том, что ФИО3 присутствовал на совещаниях, где обсуждались вопросы реализации программы переселения, так и собственным показаниям ФИО3 о том, что он отчитывался перед Министерством о проделанной работе по реализации программы переселения. В период занимаемой им должности главы А"Б" с 2008 по 2010 гг. им было подписано более 200 договоров социального найма, в период с 2013 по 2016 гг. специалисты отдела по управлению муниципальным имуществом ни раз обращались к нему, чтобы переподписать данные договоры, ввиду выявления в них ошибок, что говорит о непосредственном участии ФИО3 в реализации программы переселения, в том числе посредством подписания договоров социального найма жилого помещения. Кроме того, региональная адресная программа «Переселение граждан из аварийного жилищного фонда в Красноярском крае» на 2013-2017 годы, утвержденная Постановлением Правительства Красноярского края от 06.05.2013 № 228-П, была официально опубликована, находилась в свободном доступе в сети Интернет, в информационно-правовых системах, включая «Консультант плюс», который исходя из пояснений свидетеля Т.А. был установлен на компьютерах многих сотрудников А"Б", в том числе и в ее отделе, что, по мнению суда, в достаточной мере позволяло ФИО3 изучить порядок и условия реализации данной программы, в том числе и распечатав ее с помощью иных лиц. 

Довод стороны защиты о том, что ФИО3 мог неумышленно подписать типовой договор социального найма от 15.03.2009, опровергается совокупностью вышеприведенных доказательств.

Оценивая показания свидетелей Гурского и ФИО4, суд признает их достоверными и соответствующими фактическим обстоятельствам дела, т. к. они последовательны, согласуются между собой и подтверждаются другими доказательствами по делу. Отдельные неточности и оговорки в показаниях данных свидетелей не изменяют в целом их показания и не позволяют рассматривать их как противоречивые, объясняются давностью произошедших событий.

Доводы стороны защиты о том, что Е.В. оговорил ФИО3, с целью избежать строгого наказания за совершенное им преступление, т. к. сотрудники правоохранительных органов обещали ему, что он будет осужден к условной мере наказания, если заключит досудебное соглашение о сотрудничестве и даст показания, изобличающие главу города – ФИО3, а также по причине того, что ФИО3 высказал Е.В. свое недовольство по поводу качества выполнения работ последним в рамках муниципального контракта, сказав, что с Е.В. работать больше не будет, суд находит несостоятельными, поскольку Е.В., будучи допрошенным в ходе судебного следствия, показал, что до заключения досудебного соглашения о сотрудничестве он давал ложные показания и просил А.А, и Г.Г. дать ложные показания, т. к. это было вызвано позицией его защиты. После заключения досудебного соглашения о сотрудничестве он рассказал следователю всю правду и с тех пор в ходе своих допросов показания не менял, какого-либо воздействия со стороны сотрудников правоохранительных органов на него не оказывалось, оговорить ФИО3 в совершении преступления его никто не просил. По работам в рамках, заключенных с ним муниципальных контрактов никто, в том числе и ФИО3 ему претензии не предъявлял, оснований для оговора ФИО3, с которым у него на протяжении многих лет складывались приятельские отношения, у него нет. Более того, Е.В., изобличая ФИО3 в совершении преступления, сообщил органам следствия и о своей причастности к данному преступлению, был осужден и в настоящее время отбывает наказание в виде реального лишения свободы. 

Оснований для оговора ФИО9, судом также не установлено, из ее показаний следует, что в ходе следствия Е.В. обращался к ней с просьбой дать ложные показания, т. к. ФИО3 является главой 

<

адрес>, что может усугубить ее наказание за совершенное преступление. 

Доводы стороны защиты о том, что право собственности на квартиру ФИО3 не приобреталось, арендная плата не получалась, в связи с чем, в его действиях отсутствует состав преступления несостоятельны. Как установлено судом, право на 

<

адрес> было оформлено на соучастника ФИО3 – Е.Н,, что не опровергает, а подтверждает доказанность вины ФИО3 в совершении мошенничества, поскольку ФИО3, используя подложный документ – типовой договор социального найма жилого помещения от 15.03.2009, пытался создать картину законности получения Е.Н, квартиры по программе переселения граждан из аварийного жилья и скрыть свою причастность к хищению имущества, находившегося в муниципальном жилищном фонде, а в дальнейшем планировал переоформить указанную квартиру на своего человека либо продать, что следует из вышеприведенных показаний Е.В. и Е.Н,.

Судом установлено, что подложный договор от 15.03.2009, на основании которого, в рамках программы переселения, Е.Н, была предоставлена квартира из муниципального фонда, подписан лично ФИО3, выполнен по типовой форме, которая имелась в распоряжении работников А"Б", имеет реквизиты, оттиски печати администрации, воспользоваться которыми посторонние лица не имели возможности.

Характер действий ФИО3 свидетельствует о том, что способом совершения преступления являлся обман. Так, в результате действий ФИО3, на основании подложного документа, содержащего недостоверную информацию, Е.Н, из муниципального жилищного фонда была предоставлена квартира по программе переселения из аварийного жилья, при этом, Е.Н, в 

<

адрес> не проживала, не была зарегистрирована в доме, признанном ветхим жильем, не стояла на учете, как нуждающаяся в улучшении жилищных условий.

Корыстный умысел ФИО3 подтверждается показаниями Е.В., которому ФИО3 рассказал, что квартиру, полученную на подставное лицо, он планировал в дальнейшем переоформить на своего человека или продать. Достоверность данных показаний подтверждается тем, что, действуя по указанию ФИО3, Е.В. сообщил Е.Н,, что квартиру необходимо приватизировать, а затем обратился за помощью в данном вопросе к П.Ю,, который согласился и квартира была приватизирована на Е.Н,.

Показания свидетелей стороны защиты: А.А., А.В., С.И,, пояснивших суду о том, что ФИО3 рассказал им при встрече, что у Е.В. имеются проблемы с незаконно полученной им квартирой, со слов ФИО3 им известно, что Е.В. обращался к нему с просьбой дать следователю показания, которые помогли бы ему избежать уголовной ответственности, а также показания А.А., согласно которым после данной встречи с ФИО3 он виделся с Г.Г., который на его вопрос, зачем он дал показания против ФИО3, ответил, что ему угрожали посадить в СИЗО, если он не даст показания на ФИО3 и что ФИО3 нужно было сказать, что квартира Е.Н, была выделена по его указанию и тогда ФИО3 ничего бы не было, по мнению суда, никоим образом не свидетельствуют об оговоре ФИО10. Так, из показаний А.А. не следует, что Е.В. дал следствию ложные показания, оговорив ФИО3, а фразы «дать показания против ФИО3» или «дать показания на ФИО3» означают лишь дачу Е.В. показаний, изобличающих ФИО3 в совершении вменяемого ему преступления, и не свидетельствуют об их ложности. Из показаний свидетелей М.М, и А.В, также не следует, что Е.В. при встрече с ними сказал им о том, что оговорил ФИО3 в совершении данного преступления. Из показаний указанных свидетелей следует только то, что Е.В. обращался за помощью к ФИО3, что не свидетельствует о его невиновности в совершении данного преступления. Сам Е.В. также показал суду, что не сообщал А.А., А.В, либо М.М, о том, что оговорил ФИО3, под страхом попасть в СИЗО.

Не свидетельствуют о невиновности ФИО3 в совершении данного преступления, а также о его оговоре Е.В., показания свидетеля стороны защиты А.И, о том, что в конце сентября или начале октября 2017 года, около 04 часов к нему пришел Е.В. и попросил передать ФИО3, что ему необходимо с ним встретиться и что он будет ждать ФИО3 на въезде в 

<

адрес>; утром Е.В. забрал ФИО3 и передал ему просьбу Е.В,; по дороге в 

<

адрес>, на въезде в 

<

адрес> ФИО3 сел в автомобиль к Е.В., а, вернувшись, рассказал, что Гурский просит его о помощи. 

В ходе судебного следствия ФИО3 также указывал, что Е.В. во время следствия неоднократно обращался к нему и просил помочь избежать уголовной ответственности. 

По мнению суда, просьбы Е.В. о помощи ФИО3 при их встречах в ходе предварительного следствия были закономерны, поскольку в соответствии с предъявленным ФИО3 обвинением, он являлся организатором данного преступления, при участии Е.В. и Е.Н,, все действия в рамках реализации совместного умысла, Е.В. и Е.Н, выполняли согласно плану и указаниям ФИО3. Таким образом, при уголовном преследовании Е.В. и Е.Н, очевидно, что Е.В. обращался к ФИО3 за помощью и для согласования их дальнейших действий, что не влияет на квалификацию действий ФИО3, а, наоборот, свидетельствует о его причастности к данному преступлению. 

Показания свидетеля защиты Е.В. о наличии у ФИО3 возможности подать заявление о приостановлении регистрации перехода права собственности от А"Б" к Е.Н, и ссылка стороны защиты на то, что ФИО3 этого не сделал, несмотря на то, что знал о проведении сотрудниками правоохранительных органов обысков в А"Б", не опровергает выводов суда о виновности ФИО3 в совершении инкриминируемого ему преступления, а наоборот свидетельствует о наличии у ФИО3 умысла довести свои преступные намерения по приобретению права на квартиру путем обмана до конца.

Показания свидетеля защиты О.В, о том, что с 2015 года программа по переселению граждан из аварийного фонда была автоматизирована и не обученный человек не мог в ней работать, т. к. каждому сотруднику выдавался пароль, а также ее показания о том, что ФИО3 к ней с просьбами по программе переселения и по квартире Е.Н, не обращался, не исключают осведомленности ФИО3 об условиях реализации программы переселения, а также обеспечение им изготовления типового договора социального найма жилого помещения от 15.03.2009 посредством иных лиц, а не указанного свидетеля.

Показания свидетеля защиты О.О. о том, что со слов Артибякина ей известно о просьбах Е.В. к ФИО3 сказать, что ФИО3 выдал квартиру Е.Н, как глава города, не свидетельствуют о невиновности ФИО3 и о его оговоре Е.В.. Показаний ФИО3 о невиновности ФИО3 в совершении преступления, т. к. она проживает с ним много лет и если бы он что-либо совершил, она бы об этом знала, являются домыслами и предположениями свидетеля, суд расценивает их как показания, данные свидетелем с целью помочь своему гражданскому супругу избежать ответственности за содеянное. 

Показания свидетелей О.А, и Д.Г. о том, что Е.В. обращался к ним с просьбами дать ложные показания, не свидетельствуют о недостоверности показаний Е.В. в ходе судебного заседания, а также на предварительном следствии после заключения им досудебного соглашения о сотрудничестве.

Показания Ю.А, о том, что ФИО3 обращался к нему за советом по поводу того, стоит ли ему помогать Е.В. избежать ответственности за мошенничество, не свидетельствуют о непричастности самого ФИО3 к совершению преступления.

Показания свидетелей О.Т., Т.А., О.А., Т.М,, Ю.Н. и иных свидетелей защиты о том, что ФИО3 к ним с просьбами по оформлению договора социального найма жилого помещения на имя Е.Н, и иных документов, связанных с программой переселения граждан из аварийного жилья, не обращался, не исключают возможность обеспечения ФИО3 типового договора социального найма жилого помещения от 15.03.2009 при содействии иных лиц.

Показания свидетеля защиты С.Г об отсутствии влияния со стороны ФИО3 при проведении служебной проверки по фактам хищения квартир и Р.З. о порядке подписания договоров социального найма в ООО"У" суд расценивает как неотносимые к предъявленному ФИО3 обвинению.

Довод защиты о совершении данного преступления Е.В. совместно с В.В,, не исключает виновности ФИО3 в совершении данного преступления, при этом противоречит совокупности исследованных судом доказательств. Кроме того, сам ФИО3 пояснил суду, что ознакомившись с материалами уголовного дела, он пришел к выводу, что К.К. не принимал участия в оформлении квартиры на Е.Н,, а узнал об этой квартире уже после ее оформления и возможно по просьбе Е.В. пытался помочь избежать тому ответственности.

С учетом совокупности всех вышеприведенных доказательств, суд критически относится к показаниям подсудимого о его непричастности к инкриминируемому ему деянию, расценивая их как показания, данные с целью избежать уголовной ответственности.

Таким образом, ФИО3, действуя совместно и согласованно с Е.В. и Е.Н,, путем оформления на последнюю права собственности на 

<

адрес>, получил реальную возможность распорядиться указанным имуществом, стоимостью 1761140 руб., что является особо крупным размером, чем А"Б" причинен материальный ущерб на данную сумму.

Оценив исследованные по делу доказательства в совокупности, суд квалифицирует действия ФИО1 по ч. 4 ст. 159 УК РФ, как мошенничество, т. е. приобретение права на чужое имущество путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере.

При определении вида и меры наказания, суд учитывает требования ст. ст. 6, 60 УК РФ о назначении справедливого наказания, а также характер и степень общественной опасности преступления, которое относится к категории тяжких, личность виновного, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. 

ФИО1 ранее не судим, к административной ответственности не привлекался, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, пенсионер, официально трудоустроен, имеет постоянное место жительства, по которому, как и по месту работы характеризуется положительно, имеет множество благодарственных писем и наград. 

В качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1, суд учитывает добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления, поскольку как следует из показаний представителя потерпевшего в настоящее время квартира возвращена в собственность А"Б" и предоставлена нуждающимся гражданам в порядке очередности. 

Кроме того, суд учитывает возраст подсудимого, состояние здоровья его и его близких родственников.

Обстоятельств, отягчающих наказание, суд не усматривает.

Учитывая данные о личности подсудимого, фактические обстоятельства преступления и степень его общественной опасности, суд приходит к выводу, что оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64, ст. 73 УК РФ нет. 

В соответствии со ст. 43 УК РФ в целях восстановления социальной справедливости, а также исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений, ФИО1 должно быть назначено наказание в виде реального лишения свободы. Его исправление невозможно без изоляции от общества, поскольку он совершил преступление, будучи в должности главы 

<

адрес>, предметом преступного посягательства явилась квартира, находящаяся в собственности муниципального образования и предназначавшаяся гражданам, нуждающимся в ней в рамках переселения из ветхого жилья. Совершенное ФИО1 преступление отличается своей циничностью, поскольку совершая его, ФИО1 явно противопоставил себя всем жителям 

<

адрес>, вопреки основной цели своей деятельности в должности главы 

<

адрес>, связанной с решением социальных задач и вопросов, улучшением уровня жизни жителей 

<

адрес>, деятельностью на их благо и в защиту их интересов. Данное преступление подорвало авторитет органов муниципальной власти среди жителей 

<

адрес>, умалило престиж и значимость А"Б", как на местном уровне, так и на краевом. 

С учетом тяжести совершенного преступления, личности осужденного, имущественного положения осужденного и его семьи, а также с учетом возможности получения осужденным заработной платы, пенсии или иного дохода и наличия у него имущества, суд считает необходимым назначить ФИО1 дополнительное наказание, предусмотренное санкцией ч. 4 ст. 159 УК РФ, в виде штрафа в размере 300000 руб.; дополнительное наказание, предусмотренное санкцией ч. 4 ст. 159 УК РФ, в виде ограничения свободы суд полагает возможным не применять. 

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание лишения свободы ФИО1 должно быть назначено в исправительной колонии общего режима. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307 – 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 

<

данные изъяты> со штрафом в размере 300000 руб., с отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии общего режима.

Срок наказания ФИО1 исчислять с 17.05.2019. На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей ФИО1 со дня задержания – ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, с учетом положений, предусмотренных ч. 3.3 ст. 72 УК РФ.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения заключение под стражу с содержанием в ФКУ"С" после вступления отменить.

Вещественные доказательства по уголовному делу после вступления приговора в законную силу: 

- 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> – хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Красноярского краевого суда через Боготольский районный суд Красноярского края в течение 10 суток со дня постановления приговора, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. Ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции указывается осуждённым в его апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Судья Е. Ю. Герасимова