Судья Трошева Ю.В. 

Дело № 22К-750/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 27 января 2025 года

Пермский краевой суд в составе

председательствующего Александровой В.И.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Калининой А.А. рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи дело по апелляционной жалобе защитника Суслова П.А. в интересах обвиняемого Н. на постановление Свердловского районного суда г. Перми от 21 января 2025 года, которым 

Н., родившегося дата рождения в ****, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч. 8 ст. 204 УК РФ, продлен срок содержания под стражей на 2 месяца, а всего до 8 месяцев, то есть до дата.

Изложив краткое содержание постановления, доводы апелляционной жалобы, заслушав выступления обвиняемого Н., защитника Суслова П.А., поддержавших доводы жалобы, мнение прокурора Григоренко П.А. об оставлении судебного решения без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

24 июля 2024 года следователем по особо важным делам второго отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Пермскому краю возбуждено уголовное дело № 12402570031000109 в отношении Н. по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 8 ст. 204 УК РФ. 

Фактически 24 июля 2024 года Н. был задержан, допрошен в качестве подозреваемого. 25 июля 2024 года Н. было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 8 ст. 204 УК РФ, он был допрошен в качестве обвиняемого.

26 июля 2024 года постановлением Свердловского районного суда г. Перми в отношении Н. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 2 месяца.

Срок содержания под стражей Н. неоднократно продлевался в установленном законом порядке, последний раз продлен 19 ноября 2024 года до 24 января 2025 года.

17 января 2025 года срок предварительного следствия по уголовному делу продлен надлежащим должностным лицом до 24 марта 2025 года. 

Следователь, в производстве которого находится уголовное дело, с согласия руководителя следственного органа, обратился с ходатайством о продлении срока содержания под стражей обвиняемого Н., по результатам рассмотрения которого судьей вынесено указанное выше решение.

В апелляционной жалобе защитник Суслов П.А. находит постановление суда необоснованным и подлежащим отмене. Считает, что суд формально отнесся к своей обязанности проверить обоснованность доводов следователя и приведенных доводов стороны защиты, содержание текста постановления состоит из типовых фраз, не отражающих оценку доводов, приведенных в судебном заседании и исследованных материалов. Исходя из представленных суду документов следует, что с момента предыдущего продления следователем было составлено два протокола наложения ареста на имущество и один протокол осмотра документов. Иных следственных и процессуальных действий не проводилось. При этом уголовное дело расследуется по одному эпизоду в отношении одного лица, за пределами Пермского края выполнено одно следственное действие - выемка документов осенью 2024 года. Правовая и фактическая сложность уголовного дела следователем не доказана. Поведение Н., который дает подробные признательные показания с момента задержания, продолжительность предварительного следствия (более 6 месяцев) свидетельствуют об отсутствии эффективности действий следователя, наличия волокиты при расследовании, нарушении разумных сроков судопроизводства в соответствии со ст. 6.1 УПК РФ, что влечет отказ в удовлетворении ходатайства о продлении срока содержания под стражей. Необходимость определиться с уголовно-правовой квалификацией действий Н., о чем сообщил следователь в суде, не может являться основанием для признания особой сложности дела и возможности продления сроков стражи, а доказывает необходимость смягчения меры пресечения. Утверждения о возможности оказать давление на свидетелей, знакомство с ними, опровергаются позицией Н., сотрудничающего со следствием и отсутствие противоречий с показаниями свидетелей. Указание судом на данное обстоятельство, является лишь предположением. При этом в ходатайстве следователь не приводит сведения о том, что в ходе производства по уголовному делу обвиняемый имел такие намерения и пытался их реализовать. Суд необоснованно принял довод следователя, что обстоятельства, послужившие основанием для избрания Н. меры пресечения в виде заключения под стражу, в настоящий момент не отпали. Отмечает, что при избрании меры пресечения следователь доказывал необходимость применения исключительной меры пресечения, прилагая справки сотрудника УФСБ. Довод о возможности скрыться опровергается тем, что загранпаспорт Н. находится у следователя. Сведения оперуполномоченного от июля 2024 года о желании скрыться и противодействовать следствию по прошествии 6 месяцев расследования ничем не подтверждены и не могут быть приняты во внимание судом при продлении стражи свыше 6 месяцев. Мотивов и доказательств, по которым суд пришел к выводу, что Н. может скрыться от органов следствия и суда, угрожать участникам судопроизводства, уничтожить доказательства, в обжалуемом постановлении не приведено, имеется ссылка исключительно на тяжесть предъявленного обвинения. Из исследованных в судебном заседании материалов уголовного дела следует, что Н. до составления протокола задержания, в ходе допроса в качестве подозреваемого дал подробные признательные показания, указав, что раскаивается в своих действиях, намерен активно способствовать расследованию, сообщил следствию пароль разблокировки своего смартфона, который был осмотрен следователем. После предъявления обвинения Н. полностью признал вину и дал развернутые показания по обстоятельствам, изложенным в обвинении. Кроме того, судом не приняты во внимание данные о личности Н., который является гражданином РФ, имеет постоянное место жительства и регистрацию на территории г. Перми, в иных регионах РФ и за границей никогда не проживал, не выезжал на длительное время за пределы Пермского края, отсутствуют родственники и имущество в других регионах и за пределами РФ. Н. ранее к уголовной и административной ответственности не привлекался, положительно характеризуется по месту жительства, его родители готовы внести за него в качестве залога денежные средства в размере 500000 рублей. Таким образом, баланс между публичными интересами, связанными с применением мер процессуального принуждения, и важностью права на свободу личности судом не соблюден. Просит избрать в отношении Н. меру пресечения в виде домашнего ареста, запрета определенных действий либо денежного залога.

В судебном заседании обвиняемый Н. доводы апелляционной жалобы поддержал, дополнил, что имеет ряд хронических заболеваний, в условиях изоляции от общества медицинская помощь в необходимом объеме ему не оказывается. 

Проверив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу.

Согласно ч. 2 ст. 109 УПК РФ, в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения, этот срок может быть продлен судьей районного суда до 6 месяцев, а в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения, до 12 месяцев.

Согласно ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. 97 и ст. 99 УПК РФ.

Принимая решение о продлении срока содержания под стражей в отношении Н., суд руководствовался требованиями уголовно-процессуального закона и мотивировал свои выводы о необходимости такого продления.

Срок предварительного расследования по уголовному делу продлен надлежащим должностным лицом, и нарушений закона при этом не допущено.

Ходатайство следователя рассмотрено с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, а также основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в том числе принципов состязательности и равноправия сторон в процессе, сторонам как обвинения, так и защиты были предоставлены равные возможности для реализации своих прав, ограничений прав участников уголовного судопроизводства допущено не было. 

Представленные органом предварительного расследования доказательства свидетельствуют об обоснованности подозрения Н. в причастности к инкриминируемому преступлению.

Выводы суда о необходимости продления Н. срока содержания под стражей и невозможности применения иной меры пресечения, не связанной с изоляцией от общества, в постановлении надлежаще мотивированы. Оснований не согласиться с ними суд апелляционной инстанции не находит, поскольку они основаны на представленных суду и исследованных в судебном заседании материалах, подтверждающих законность и обоснованность принятого судьей решения.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, в соответствии с действующим законодательством, поводом для избрания (продления) подозреваемому (обвиняемому) меры пресечения является наличие оснований полагать, что он скроется от следствия или суда, может продолжить заниматься преступной деятельностью, может угрожать свидетелям, иным участникам судопроизводства, уничтожить доказательства. То есть, действующее законодательство не требует наличие бесспорных доказательств этому, а устанавливает лишь наличие оснований полагать (предполагать) возможность со стороны подозреваемого (обвиняемого) попыток уйти от ответственности хотя бы одним из вышеприведенных способов.

Проанализировав сведения о личности обвиняемого, характере и степени общественной опасности преступления, в совершении которого он обвиняется органом предварительного расследования, с учетом целей сохранения баланса между интересами обвиняемого и необходимостью гарантировать эффективность системы уголовного правосудия, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что основания для применения к нему меры пресечения в виде заключения под стражу не изменились и сохраняют свою актуальность по настоящее время.

Н. органами предварительного следствия обвиняется в совершении особо тяжкого преступления, направленного против интересов службы в коммерческих и иных организациях, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до 12 лет, в настоящее время он официально не трудоустроен, знаком со свидетелями по уголовному делу, в частности, с О., , ФИО8, часть свидетелей являются его бывшими сотрудниками.

Учитывая изложенное, суд обоснованно сделал вывод о наличии достаточных оснований полагать, что, находясь на свободе, Н. может скрыться от органа предварительного следствия, уклониться от явки к следователю, чему отсутствие заграничного паспорта не препятствует, оказать воздействие на свидетелей, с которыми знаком, чем может воспрепятствовать производству по уголовному делу, поэтому применение к нему иных, предусмотренных уголовно-процессуальным законом мер пресечения, невозможно. 

То обстоятельство, что свидетели допрошены в ходе предварительного расследования, вопреки доводам защитника, не является безусловной гарантией того, что на них не может быть оказано воздействия в целях изменения показаний.

Альтернативные меры пресечения, вопрос о применении которых обсуждался в суде первой инстанции, в том числе в виде домашнего ареста, запрета определенных действий и залога, не обеспечат надлежащего поведения обвиняемого и предупреждения совершения им действий, указанных в ст. 97 УПК РФ, в том числе не исключат применение им средств связи. 

Отсутствие у Н. заграничного паспорта, родственных связей и имущества за пределами **** само по себе не свидетельствует о незаконности обжалуемого постановления, тем более что возможность скрыться от следствия не обусловлена исключительно их наличием.

Доводы жалобы о том, что срок содержания обвиняемого под стражей продлен при отсутствии доказательств, подтверждающих доводы органа следствия, являются несостоятельными, поскольку в судебное заседание было представлено отвечающее требованиям закона ходатайство следователя и необходимые материалы, подтверждающие изложенные в нем доводы, которым дана надлежащая оценка. 

Продление срока содержания Н. под стражей обусловлено необходимостью предъявления Н. окончательного обвинения, выполнения действия, направленных на окончание предварительного расследования (ст. ст. 215-217, 220 УПК РФ). 

Приводя мотивы принятого решения, суд указал, что продление срока содержания под стражей обусловлено, в том числе необходимостью выполнения указанных в ходатайстве процессуальных действий, провести которые до истечения установленного срока содержания обвиняемого под стражей не представилось возможным. 

Принимая во внимание объем действий, о проведении которых заявлено в ходатайстве следователя, особую сложность уголовного дела, которая обусловлена производством большого количества следственных и иных процессуальных действий, осмотра изъятых предметов и документов, указанный в постановлении срок содержания под стражей является разумным и необходимым. 

Фактов волокиты, неэффективности организации расследования, несвоевременного проведения следственных действий, вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанций не установлено, с учетом объема проведенных следственных и процессуальных действий. Не выявлено таковых и судом апелляционной инстанции, предварительное расследование не завершено по объективным причинам, в том числе, в связи с длительностью предоставления сведений от оператора связи.

Проведение ряда следственных и процессуальных действий до настоящего времени не указывает на существенное изменение обстоятельств, послуживших основанием для избрания обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу. Доказательства по делу подлежат проверке и оценке судом при рассмотрении уголовного дела по существу, поэтому проведение конкретных следственных действий не свидетельствует о том, что обвиняемый лишен намерения и возможности скрыться либо иным путем воспрепятствовать производству по делу. 

Сама по себе длительность предварительного следствия и количество проведенных следственных действий с обвиняемым не является свидетельством нарушения положений ст. 6.1 УПК РФ, поскольку в данном случае это связано с характером и фактическими обстоятельствами инкриминируемого Н. органом предварительного следствия деяния и производством необходимых процессуальных действий. При этом суд апелляционной инстанции также принимает во внимание, что уголовно-процессуальным законом на досудебной стадии производства по делу предусмотрено проведение различных следственных и процессуальных действий, в которых обвиняемый не участвует.

Следует также отметить, что мера пресечения в виде заключения под стражу была избрана в отношении обвиняемого не только для обеспечения его непосредственного участия при производстве различных следственных действий, в производстве которых может возникнуть необходимость, но и, прежде всего, для обеспечения невоспрепятствования обвиняемым производству по уголовному делу. 

Утверждения стороны защиты о не проведении в определенный период следственных действий конкретно с обвиняемым, не свидетельствуют о допущенной волоките, учитывая, что предварительное расследование по уголовному делу включает производство действий, направленных на установление всех обстоятельств дела. 

Кроме того, следователь, являясь самостоятельным процессуальным лицом, сам направляет ход расследования и определяет, когда и какие следственные и процессуальные действия проводить, и несогласие стороны защиты с действиями (бездействием) следователя в части не проведения тех или иных следственных действий, вопреки доводам жалобы, не свидетельствует о допущенной по настоящему делу волоките, не является предметом рассмотрения в настоящем судебном заседании и может быть обжаловано в ином порядке уголовного судопроизводства.

Наличие места жительства и регистрации, положительные данные о личности обвиняемого, вопреки доводам жалобы, не являются безусловными основаниями для отмены обжалуемого решения. 

Кроме того, при разрешении вопросов, связанных с мерой пресечения, суд не входит в обсуждение вопросов о виновности или невиновности лица в совершении преступления, о доказанности вины, квалификации действий и оценки доказательств и иных обстоятельств по делу. 

Данных, свидетельствующих о невозможности содержания Н. в условиях следственного изолятора по состоянию здоровья, не представлено, в настоящее время отсутствует медицинское заключение о проведении медицинского освидетельствования обвиняемого на предмет наличия у него тяжких заболеваний, включенных в перечень тяжких заболеваний, препятствующих содержанию под стражей. 

Нарушений норм уголовно-процессуального закона при рассмотрении ходатайства следователя, влекущих отмену или изменение постановления, судом первой инстанции допущено не было. 

Постановление суда соответствует положениям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, оно основано на объективных данных, содержащихся в представленных материалах и исследованных в судебном заседании, является законным, обоснованным и мотивированным.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Свердловского районного суда г. Перми от 21 января 2025 года в отношении Н. - оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника Суслова П.А. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационной жалобы, представления в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае передачи кассационной жалобы, представления с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении материалов дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: подпись