Дело № 1-4/2017

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации 

4 апреля 2017 года г. Каменск-Уральский

Красногорский районный суд г. Каменска-Уральского Свердловской области

в составе: председательствующего судьи Лобановой Н.С.,

при секретарях Степановой А.В., Санниковой М.Н., Столбовой Г.Г.,

с участием государственного обвинителя прокуратуры г. Каменска-Уральского ФИО1,

подсудимой ФИО2, ее защитника – адвоката Аристарховой А.А, представившей ордер № 040008, удостоверение * СОКА, 

потерпевшей Н.П. и ее представителя адвоката Терновой В.А., представившей ордер № 028525 от 04.08.2016 адвокатского кабинета, удостоверение * ГУ ФРС по Свердловской области,

потерпевшей О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО2, * ранее судимой: 

27.06.2013 Красногорским районным судом г. Каменска-Уральского Свердловской области по ч. 3 ст. 159, ч.3 ст.159, ч.3 ст.159, 69 ч.3 Уголовного кодекса Российской Федерации к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года 9 месяцев, с применением ст.73 Уголовного кодекса Российской Федерации и установлении испытательного срока 3 года (л.д.181-231 т.6). Окончание испытательного срока 27.06.2016 года (л.д.234 т.6).

В порядке ст. 91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не задерживалась, мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (т. 6 л.д. 138),

- обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159, ч. 3 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 совершила:

- присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, в крупном размере; 

- мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, в крупном размере;

Преступления совершены ею при следующих обстоятельствах:

Преступление от 2013 года

в отношении Н.А.

В январе 2013 года ФИО2, работая риэлтором в агентстве недвижимости «*», осуществляла деятельность по оказанию услуг гражданам при совершении сделок с недвижимостью, а именно: подыскание вариантов недвижимости для клиентов, желающих приобрести жилье, подыскание покупателей на объекты недвижимости, выставленные на продажу, оформление договора купли-продажи, сопровождение сделок при регистрации права собственности в Управлении Росреестра по Свердловской области. 

В январе 2013 года к ФИО2, работавшей риэлтором агентства недвижимости «*», обратилась ранее ей незнакомая Н.П. с целью приобретения жилья на территории *. ФИО2 согласилась оказать ей услуги по подысканию подходящего жилья и последующему сопровождению сделки купли-продажи.

29.01.2013 года Н.П. находясь в офисе АН «*», расположенном по адресу: *, передала ФИО2 личные денежные средства в сумме 350.000 рублей, предназначенные для приобретения жилья, полагая, что ФИО2 выполнит взятые на себя обязательства и приобретет на данные денежные средства для нее жилье, таким образом, вверила ФИО2 указанные денежные средства.

В апреле 2013 года ФИО2 предложила Н.П. приобрести жилой дом, расположенный по адресу: *, принадлежащий на праве единоличной собственности Т.М., при этом ФИО2 сообщила Н.П., что стоимость указанного дома составляет 500.000 рублей, в связи с чем, ей необходимо внести в АН «*» дополнительные денежные средства в сумме 150.000 рублей. Н.П., осмотрев указанный жилой дом, дала согласие на его приобретение и решила внести требуемую сумму денежных средств.

30.04.2013 года Н.П., действуя по указанию ФИО2, находясь в офисе АН «*», расположенном по адресу: *, передала ей денежные средства в сумме 150.000 рублей, таким образом, вверила ФИО2 указанные денежные средства.

Однако, по независящим от Н.П. причинам сделка купли-продажи указанного дома не была осуществлена, в связи с чем, ФИО2 обязалась подыскать для нее другой вариант жилья.

После чего, в мае-июне 2013 года ФИО2 предложила Н.П. приобрести жилой дом, расположенный по адресу: *, принадлежащий на праве долевой собственности Н.А. и А.С., при этом ФИО2 сообщила Н.П., что стоимость указанного дома составляет 600.000 рублей, в связи с чем, ей необходимо внести в АН «*» дополнительные денежные средства в сумме 100.000 рублей. Н.П., осмотрев указанный жилой дом, дала согласие на его приобретение и решила внести требуемую сумму денежных средств.

11.06.2013 года Н.П., действуя по указанию ФИО2, находясь в офисе АН «*», расположенном по адресу: *, передала ей денежные средства в сумме 100.000 рублей, таким образом, вверила ФИО2 указанные денежные средства.

Таким образом, всего за период с 29.01.2013 года по 11.06.2013 года Н.П. вверила ФИО2 личные денежные средства в сумме 600.000 рублей, которые предназначались для приобретения Н.П. жилого дома, расположенного по адресу: *.

После чего, в неустановленное следствием время и при неустановленных обстоятельствах у ФИО2 возник преступный умысел, направленный на хищение вверенных ей Н.П. денежных средств в сумме 600.000 рублей. 

В период с 29.01.2013 года по октябрь 2013 года, точное время в ходе следствия не установлено, ФИО2, находясь по адресу: * в *, реализуя возникший преступный умысел, направленный на хищение вверенного ей имущества Н.П., незаконно присвоила денежные средства в общей сумме 600.000 рублей, после чего распорядилась ими по своему усмотрению.

Похитив, таким образом, указанные денежные средства, ФИО2 с целью сокрытия совершенного ею преступления, решила создать перед Н.П. видимость, что она продолжает заниматься подысканием жилья для Н.П., при этом ФИО2 умышленно не намеревалась предпринимать реальных мер по подысканию подходящего жилья для Н.П. и доводить сделки по купле-продаже жилья для Н.П. до конца.

Так, 14.06.2013 года ФИО2, действуя умышленно, из корыстных побуждений, реализуя возникший преступный умысел, находясь в офисе АН «*», расположенном по адресу: *; составила договоры купли-продажи, которые были подписаны сторонами сделок, по условиям которых: Н.А. и А.С. отчуждали права долевой собственности, а Н.П. приобретала право единоличной собственности на жилой дом, расположенный по адресу: *; в свою очередь Ю.И., С.В., Д.В., Т.Ю. отчуждали право долевой собственности, а Н.А. и А.С. приобретали право долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: * 

При этом ФИО2, как сотруднику АН «*» и специалисту в вопросах совершения сделок с недвижимостью, было известно, что 1/4 доли квартиры по *, в *, принадлежащая Т.Ю., находится под арестом, в связи с чем, совершение сделки по купле-продаже данной квартиры изначально было невозможно, а следовательно невозможна и сделка по купле-продажи дома по *, в *.

14.06.2013 года в помещении Управления Росреестра по Свердловской области, расположенном по адресу: *, при приеме документов для регистрации вышеуказанных сделок, было установлено, что на 1/4 доли квартиры, расположенной по адресу: *, принадлежащую Т.Ю., наложен арест. 

В связи с этим Н.А. отказалась от совершения сделки купли-продажи жилого дома, расположенного по адресу: *.

После чего, Н.П., убедившись, что сотрудники агентства недвижимости «*», взятые на себя обязательства не выполнили, жилье для нее не приобрели, потребовала от ФИО2 вернуть принадлежащие ей денежные средства в сумме 600.000 рублей, которые она вверила ФИО2, как сотруднику агентства недвижимости, для приобретения жилья.

Однако, ФИО2, продолжая реализовывать свой преступный умысел, в период с июня по 16 июля 2013 года, незаконно присвоив денежные средства Н.П. в сумме 600.000 рублей, не желая отказываться от совершенного ею преступления, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью личного незаконного обогащения, сообщала потерпевшей заведомо ложные сведения, пытаясь скрыть факт совершенного ею хищения, таким образом, отказалась вернуть принадлежащие Н.П. и незаконно присвоенные ею (ФИО2) денежные средства.

В результате умышленных преступных действий ФИО2 потерпевшей Н.П. был причинен материальный ущерб в сумме 600.000 рублей, что, в соответствии п.4 Примечания к ст. 158 УК РФ, относится к крупному размеру. 

Допрошенная в судебном заседании подсудимая ФИО2 вину в предъявленном обвинении не признала.

Суду показала, что М.Н. подрабатывала у нее в агентстве недвижимости и привела к ней Н.П., та хотела купить за 300.000 рублей недвижимость в виде любого жилья.

Она предложила Н.П. купить гостинку по *,та согласилась, но у нее не хватило на комнату денег.

Она предложила Н.П. внести аванс 300.000 рублей, та заплатила их. Она убрала деньги в сейф.

Потом нашли дом в * за 650.000 рублей, у Н.П. не было таких денег. М.Н. тогда пообещала сбить цену. Н.П. посмотрела дом, он ей понравился, но потом М.Н. сказала, что на дом наложен арест.

Она хотела отдать Н.П. после срыва этой сделки внесенные ею 300.000 рублей, та отказалась их брать, попросила поискать еще варианты.

Потом нашли дом по *, принадлежавший Н.А., Н.П. дом понравился. Н.А. хотела произвести обмен дома на гостинку, хотела выехать из неблагоустроенного дома.

Она предложила Н.А. 3 комнаты на *, та согласилась после их осмотра.

Тогда она сказала Н.П., что нужно добавить денег, та сходила в банк взяла кредит, насобирала денег у знакомых. Она приняла у нее деньги в сумме 600.000 рублей. Эти деньги без расписки отдала М.Н. и куда та их истратила, не знает.

Она подготовила договора и они проехали в регистрационную службу на *. Эти комнаты принадлежали в долях: 2/3 К., 1/3 Т.Ю. и на эту долю был наложен арест, о чем узнали при сдаче документов. Н.А. отказалась от сделки.

М.Н. отказалась отдавать деньги Н.П. и велела самой разбираться с Н.П. Она позже записала на аудио беседу с М.Н. Считает, эта запись подтверждает, что деньги взяла себе М.Н.

В ходе предварительного расследования по данному преступлению показаний не давала (л.д.172-175 т.6).

После исследования всех доказательств по делу показала, что является индивидуальным предпринимателем и осуществляет свою деятельность в сфере недвижимости. В мае 2012 зарегистрировала свою мать Н.А. в качестве индивидуального предпринимателя и на основании выданных матерью доверенностей открыла агентство недвижимости «*». Мать сразу же оформила на нее доверенность, которая имеется в материалах уголовного дела, но поскольку в ней были указаны не все полномочия, то 1.01.2013 матерью была оформлена новая доверенность, которая отсутствовала в материалах дела, хотя она ее и отдавала следователю.

На момент возникновения у нее умысла на совершение хищения денег Н.П. 14.06.2013, после того как не состоялась сделка между Н.П., Н.А. и третьими лицами, Н.П. не забирала свои деньги, а по прежнему просила найти ей жилой дом. Изначально при принятии денег у нее не было умысла на их хищение.

На момент возникновения умысла на хищение денег Н.П. являлась субъектом предпринимательской деятельности и ее действия были сопряжены с преднамеренным неисполнением взятых на себя договорных обязательств между ней и Н.П.

Изъятие имущества произошло на условиях имевшегося обязательства, причинение вреда было обусловлено неисполнением этих обязательств, а не другими способами. Считает, что ее действия должны быть верно квалифицированы по ст.159.4 ч.1 Уголовного кодекса Российской Федерации и производство по делу подлежит прекращению в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

Потерпевшая Н.П. суду показала, что обратилась к своей знакомой М.Н., т.к. хотела приобрети дом в январе 2013. М.Н. привела ее в агентство недвижимости «*» по * и познакомила там с ФИО2, которая согласись помочь найти дом.

Сперва ей предложили приобрести комнату в общежитии за имевшиеся у нее 350.000 рублей, т.к. денег на дом не хватало. Потом комнату продать подороже и уже на вырученные деньги приобрести дом.

ФИО2 просила внести 350.000 рублей и она отдала ей эти деньги, та лично их взяла и выдала квитанцию, убрала деньги в шкаф.

Она комнату не смотрела, поскольку ждала продажи этой комнаты.

В марте 2013 ей нашли дом по *, она оформила доверенность на ФИО2, чтобы та могла работать от ее имени. Она посмотрела дом, он ей понравился. ФИО2 сказала, что нужно добавить еще 150.000 рублей. Она заняла деньги у зятя и отдала их лично в руки ФИО2

Потом на ее вопросы о дате сделки М.Н. сказала, что дом под арестом и предложила посмотреть другой дом по *. Она согласилась его купить.

Когда оформляли документы в агентстве ФИО2 сказала, что не хватает 100.000 рублей, она поехала в банк и взяла кредит и 14.06.2013 отдала эти деньги ФИО2, та дала квитанцию. Ее ФИО2 убедила, что дом продается за 600.000 рублей.

Летом 2013 она подписала договор в агентстве недвижимости, второй стороной была Н.А. Они подписали документы и приехали в МФЦ, там выяснилось, что у продавцов квартиры, которую хотела купить Н.А. долг 150.000 рублей и наложен арест. Н.А. отказалась от сделки по покупке этого жилья и от продажи своего дома ей.

Она стала звонить ФИО2 по поводу возврата денег, та говорила, что денег пока нет, обещала отдать, чего не сделала до настоящего времени. 

Ранее, наряду с данными показаниями, поясняла (л.д.101-105, 141-145, 146-147 т.2), что имела в своем распоряжении деньги в сумме 372.700 рублей, на которые собиралась приобрести жилье. 29.01.2013 ее знакомая М.Н. привезла ее в агентство недвижимости «*», где познакомила с ФИО2 В кабинете она также видела лицензию на имя Н.А. Она спросила, кто это. ФИО2 пояснила, что агентство недвижимости зарегистрировано на ее мать-пенсионерку. Она предложила ей купить комнату в общежитии по ул.*. Составили договор о внесении ею залога 350.000 рублей. Комнату она не смотрела, т.к. ей сказали, что ее будут перепродавать. В феврале 2013 ей сообщили, что сделка не состоится, т.к. комната под арестом.

Потом ФИО2 предложила купить дом по * Она посмотрела дом и согласилась. С февраля 2013 по апрель 2013 она ждала оформления этого дома. Потом М.Н. сказала, что дом под арестом и сделка не состоится.

В апреле 2014 ФИО2 предложила ей купить дом по * за 500.000 рублей. Она посмотрела дом и согласилась его купить. Хозяйка дома Н.А. сказала, что дом не продает, ей нужен обмен на квартиру. 

Ее зять С.С. взял для нее кредит 150.000 рублей. 30.04.2013 она передала ФИО2 150.000 рублей и та выписала квитанцию на 500.000 рублей и обязательство, которое должна была исполнить до 30.05.2013.

Она поняла, что ФИО2 пообещала Н.А. за ее дом три комнаты по * М.Н. говорила, что комнаты в ее собственности.

Она и Н.А. съездили в ЖКО к начальнику О.А. и узнали от нее, что долг в квитанции 30.000 рублей и собственник не М.Н. Также на одной из комнат был арест на сумму 150.000 рублей.

На следующий день они обе приехали к ФИО2, та стала убеждать, что в ЖКО напутали. М.Н. пояснила, что комнаты продает по доверенности и оплатит долг.

В конце мая 2013 она показала Н.А. обязательство о продаже ее дома за 500.000 рублей до 30.05.2013 и попросила ее согласиться взять деньги, чтобы просто их вернуть, забрать у ФИО2 

Потом она стала просить вернуть деньги у ФИО2, та стала ругаться на нее. Н.А. сказала, что купит дом за 500.000 рублей, но ФИО2 велела ей не вмешиваться.

11.06.2013 ФИО2 сказала, что дом по * стоит 600.000 рублей и надо еще 100.000 рублей, Н.А. сказала ей, чтобы она не брала кредит, но она послушалась ФИО2

М.Н. отвезла ее в банк ВТБ-24, где она взяла кредит 100.000 рублей. ФИО2 взяла у нее эти деньги и дописала, что получила 100.000 рублей в обязательства и что сделка состоится 15.06.2013.

14.06.2013 они в офисе оформили договор купли-продажи дома по *, она видела, что сумма в договоре 750.000 рублей.

15.06.2013 они поехали в УФСГРКК на *, где сдали документы на регистрацию сделки. Потом вышел сотрудник юстиции, вызвал Н.А. и сообщил ей, что на одной из комнат наложен арест на 150.000 рублей. Н.А. отказалась от сделки. А ей деньги ей не вернули.

16.07.2013 она обратилась с заявлением в полицию. Доверенность на ФИО2 она отменила 2.09.2013.

После оглашения показания подтвердила.

Свидетель Т.М. суду показала, что ей принадлежит дом по * *, она продавала его с 2010 года, но через агентство «*», к ФИО2 в агентство не обращалась с просьбой о продаже дома. Дом показывал ее квартирант по имени О. который там временно проживал.

Ранее, наряду с данными показаниями, поясняла (л.д.168-169 т.2), что дом по * был у нее собственности по 26.04.2013 года. За 600.000 рублей дом никогда не продавала. Дом никогда не был ни под арестом, ни в залоге, не имел никаких обременений. Потом дом купила Л.В. Договор с агентством «*» никогда не заключала. Продажей дома занималось агентство «*». Н.П. не знает, как и о составлении договора купли продажи ФИО2 на ее дом.

После оглашения показания подтвердила.

Свидетель Н.А. суду показала, что продавала дом по * за 800.000 рублей, взамен хотела приобрести комнаты по *. Сделкой занимались ФИО3, привезли к ней покупателя Н.П., которая согласилась купить дом. Ей стали искать вариант благоустроенного жилья и нашли 3 комнаты по *. Сделку по продаже дома и покупке ею комнат должны были делать одновременно.

Она встретилась с Н.П. в агентстве ФИО2, подписали договора. При ней Н.П. деньги никому не передавала. Она сама не должна была получать деньги, т.к. на них покупала комнаты.

Приехали в отдел юстиции, М.Н. и ФИО2 унесли документы в кабинет.

Потом вышел парень, подозвал ее и сказал, что на комнаты частично наложен арест. Она сразу отказалась от сделки. Знает, что Н.П. отдала ФИО2 600.000 рублей.

ФИО2 работала с ними как руководитель агентства, М.Н. возила и звонила.

Свидетель А.С. ранее показал (л.д.165 т.2), что его мать собиралась приобрети три комнаты по *, продав при этом дом по * - Н.П. Он, мать и Н.П. подписали договор. Так как ему нужно было уезжать, он оформил доверенность на имя матери от своего имени и уехал. Потом узнал, что сделка не состоялась, т.к. на 1/4 часть приобретаемых комнат был наложен арест.

Свидетель С.С. суду показала, что Н.П. ее мать, которая хотела купить дом, обратилась к знакомой М.Н., а та привезла ее в агентство ФИО2 Мать отдала взнос 350.000 рублей. Эти деньги в ее присутствии взяла ФИО2 и убрала в тумбу под замок. Они смотрели один дом, хотели купить, но оказалось, что на дом наложен арест.

Потом предложили другой дом и оказалось, что на него денег не хватает и ее муж взял кредит 150.000 рублей. Кто-то из двоих ФИО2 или М.Н. взяли эти деньги. Также сказали, что на доме арест.

Потом предложили купить дом Н.А. Мать согласилась и так как денег снова не хватило, взяла кредит 100.000 рублей и отдала эти деньги ФИО3 Всего было передано 600.000 рублей.

Сделка так и не состоялась, деньги им не вернули.

Ранее, наряду с данными показаниями, поясняла (л.д.179-182 т.2), что 29.01.2013 знакомая М.Н. привезла мать в агентство и познакомила с ФИО2 Та согласилась помочь матери в приобретении дома и попросила залог 350.000 рублей за комнату по * и мать отдала эти деньги. ФИО2 убрала эти деньги в шкаф под ключ. Матери пояснили, что денег на дом мало и они купят сперва комнату, потом продадут ее за большую цену и уже купят дом.

В февраля 2013 ФИО2 сообщила, что покупка комнаты по * не состоится, т.к. та под арестом и предложила купить дом по * Мужчина - квартирант показал дом. Мама выдала доверенность на покупку на имя ФИО2 Потом ФИО2 сказала, что дом также по арестом и сделка не состоится.

В апреле 2013 предложила матери дом по * за 500.000 рублей, мама согласилась. Ее муж С.С. взял кредит 150.000 рублей и 30.03.2013 мать отдала деньги ФИО2 и та написала на 500.000 рублей расписку и обязательство оформить сделку до 30.05.2013, а хозяйке дома ФИО2 пообещала купить три комнаты по *.

Затем мать с Н.А. - продавцом дома - съездила в ЖКО, где узнала о коммунальной задолженности за эти комнаты и аресте на одну из них на сумму 150.000 рублей. ФИО3 обещали все уладить и оттягивали совершение сделки.

В мае 2013 мать стала требовать вернуть деньги, ФИО2 не отдавала, а 11.06.2013 сказала, что дом стоит 600.000 рублей и надо еще 100.000 рублей. Мать взяла в банке ВТБ-24 кредит 100.000 рублей и передала деньги ФИО2, которая выписала квитанцию.

14.06.2013 в офисе агентства были оформлены договора на куплю-продажу дома по *, цена стояла 750.000 рублей, но матери сказала, что доплачивать не надо. Потом они 15.06.2013 поехали в юстицию, чтобы сдать документы на регистрацию. Потом вышел сотрудник и сказал Н.А., что на одной из комнат арест на 150.000 рублей и та отказалась от сделки.

Мать просила ФИО2 вернуть деньги, та не отдала и 2.09.2013 мать отозвала доверенность на имя ФИО2

После оглашения показания подтвердила.

Свидетель С.Ю. суду показал, что жена Н.П. хотела купить дом и знакомая М.Н. познакомила жену с ФИО2 Жене предлагали какие-то варианты. В итоге нет ни дома, ни денег. Знает, что жена отдала 350.000 рублей, зять брал кредит и отдал деньги жене, жена сама взяла кредит на 100.000 рублей. 

Знает со слов жены, что деньги брала ФИО2 и убирала их в сейф. Предлагали жене 3 варианта, но по первому дом был под арестом, остальные не получились почему-то. М.Н. обещала вернуть деньги в течении полугода, но не вернула.

Свидетель М.Н. суду показала, что мать ФИО2 А. была директором агентства недвижимости, ФИО2 работала за мать по доверенности.

ФИО2 предложила ей подработать в агентстве недвижимости, она только возила клиентов и звонила им, всем остальным и сделками руководила ФИО2

Она привезла свою знакомую Н.П. к ФИО2 Н.П. хотела купить дом. ФИО2 нашла комнату по *, потом находила два варианта домов, но Т.Е. они не понравились. Она возила Н.П. смотреть дома.

Потом предложила Н.П. дом по * и Н.П. согласилась на его покупку. ФИО2 сказала, что нужно внести деньги и та отдала 350.000 рублей, которые ФИО2 убрала в сейф, выдала расписку.

Знала, что Н.А. продавала дом за 800.000 рублей, она спросила об этом у ФИО2, та велела ей не лезть.

Знает, что Н.П. взяла кредит в банке ВТБ-24100.000 рублей, которые в ее присутствии отдала ФИО2, также со слов ФИО6, что той 150.000 рублей дал зять и Н.П. эти деньги также отдала ФИО2

Знает, что потом подбирались три комнаты Н.А. и она возила ее на * их смотреть и та согласилась их купить.

Были оформлены и подписаны сделки по продаже дома Н.А. – Н.П. и о покупке Н.А. указанных комнат. Потом узнала, что эти сделки не состоялись, т.к. комната была под арестом.

Н.П. стала требовать возврата денег у ФИО5, та просила ее звонить Н.П., чтобы та не ходила в полицию.

Ранее, наряду с данными показаниями, поясняла (л.д.166-169 т.1, л.д.102-110 т.6), что ФИО2 предложила ей подработать в агентстве недвижимости и подыскивать клиентов. Она привезла к ней Н.П., которая хотела купить дом. Все объекты сделок предлагала ФИО2 Она возила Н.П. по различным адресам.

Как окончательный вариант был дом по * за 800.000 рублей. Н.П. сказала, что имеет 350.000 рублей и может кредитами добрать до 600.000 рублей. Она привезла Н.П. и та в ее присутствии передала ФИО2 350.000 рублей. Потом позже отдала 150.000 и 100.000 рублей. На все суммы ФИО2 выдала документ о получении денег.

В период с января по июнь 2013 ФИО2 не выполнила свои обязательства. Она предложила ФИО2 вернуть Н.П. деньги, но та сказала, что доведет сделку. Сказала, что в ее собственности есть три комнаты по *, она предложит их Н.А., а та продаст дом ФИО6, что две комнаты были в собственности К. и одна в собственности Т.Ю.

Она по просьбе Н.П. просила вернуть деньги Н.П., которая их требовала, но ФИО2 так и не вернула.

После оглашения показания подтвердила.

Свидетель Е.А. Е.А. показал, что М.Н. мать его подруги. М.Н. не давала денег ни на жилье, ни на машину.

Свидетель Н.С. ранее показала (л.д.26-28 т.3), что дочь М.Н. и проживает с Е.А., квартиру и машину покупали на собственные средства.

Свидетель А.С. ранее показала (л.д.21-25 т.3), что является дочерью М.Н. и та денег на приобретение квартиры и машины не давала.

Свидетель Д.А. ранее показал (л.д.32-33 т.3), что состоит в браке с дочерью М.Н., живут на собственные денежные средства, с тещей он не общается.

Свидетель В.С. суду показал, что М.Н. жена племянника. Знает Н.П. Возил М.Н. к мужу Н.П. поговорить.

Ранее показал (л.д.14-15 т.3), что о риэлтерской деятельности М.Н. слышит впервые, он возил М.Н. на работу к С.Ю., тот отказался разговаривать.

После оглашения показания подтвердил.

Свидетель М.Г. суду показала, что Т.М. продавала свой дом по * через ее агентство «*». В конце апреля 2013 она продала дом Л.В. Арест на дом никогда не накладывался.

Ранее, наряду с данными показаниями, поясняла (л.д.186-187 т.2), что Т.М. просила за дом 850.000 рублей, за земельный участок 150.000 рублей, за более низкую цену дом никогда Т.М. не продавался.

После оглашения показания подтвердила.

Свидетель В.Н. суду показала, что снимала комнаты по *, потом две комнаты купила она, знает, что третья комната была под арестом. Помнит, что женщины приходили смотрели три комнаты, пока они их снимали. Потом узнала, что одной из женщин была Н.А.

Свидетель Т.Ю. ранее показала (л.д.235-237 т.2), что была собственником секционной квартиры по *. Из трех комнат сделала одну отдельную и две смежных. В начале 2013 продала двухкомнатную К. через ФИО2, а одна комната осталась в ее собственности, потом продала и ее Д..

Свидетель З.В. ранее показала (л.д.16-17 т.3), что она от дачи показаний в отношении сестры М.Н. отказывается.

Свидетель Д.В. ранее показал (л.д.18-20 т.3), что в январе 2013 купили квартиру по *. При этом Т.Ю., риэлтор, сохранила за собой право на одну комнату из трех. Потом они хотели эти комнаты продать и переехать в дом в *, ФИО2 сказала, что нашла покупателей, но потом сделка не состоялась, т.к. на комнату Т.Ю. был наложен арест.

Свидетель Н.В. ранее показала (л.д.175-176 т.1), что у нее ранее был дом по *, доставшийся от матери Л.И. Она продавала его через ФИО2 за 450.000 рублей. ФИО2 поселила в него семью и не оформила сделку. После чего, она попросила людей съехать и дел с ФИО2 не имела.

Свидетель О.Л. ранее показала (л.д.218-221 т.2), что работает в кадастровой плате по *. Летом 2013 помнит, что обращалась Н.А., имела на руках неверно составленную доверенность.

Свидетель Н.А. ранее показала (л.д.222-223 т.2), что ФИО2 ее дочь. 16.05.2012 по просьбе дочери стала индивидуальным предпринимателем, но по доверенности дочь от ее имени стала заниматься риэлтерскими услугами, открыла агентство «*» в ДК УАЗа, с дочерью риэлтором работала М.Н.

Весной 2013 в офисе дочери познакомилась с Н.П., которая хотела приобрести дом за 600.000 рублей. Со слов дочери знает, что та взяла у Н.П. эти деньги, дочь предлагала различные варианты, но Н.П. отказывалась. Дочь также говорила, что деньги, полученные от Н.П., она отдала М.Н. Но М.Н. ей об этом сама не говорила. Дочь просила М.Н. вернуть деньги, та передала 100.000 рублей, не желая лично встречаться с Н.П.

Свидетель О.А. суду показала, что работала начальником ЖКО на *. Она отказалась от предложения М.Н. работать вместе в сфере жилья и никогда не оформляла документы без присутствия гражданина с паспортом.

Знает, что продавалось три комнаты по *, собственники разделили комнаты между собой. Про арест комнаты ей неизвестно.

Ранее показала (л.д.188-191 т.2), что собственники разделили жилье по * на три комнаты, информации о задолженности и аресте по поквартирной карточке нет, поэтому она не могла никому дать такой информации.

Свидетель Н.И. ранее показала (л.д.228-231 т.2), что в конце мая 2013 она подрабатывала в агентстве недвижимости у ФИО2, возила клиентов и ФИО2 с М.Н. по делам.

ФИО2 печатала договора по сделкам между Н.П. и Н.А., которые потом их подписали. Почему не было третьей стороны, не знает. Потом она женщин увезла в ФРС. На следующий день узнала, что сделка не состоялась, причина ей неизвестна. О передаче Н.П. ФИО2 600.000 рублей ей неизвестно.

Свидетель М.В. суду показала, что является подругой М.Н., которую возила с продуктами к проживающему мужчине по *. Неоднократно брала деньги в банках, но оформляя кредиты на свое имя, отдавала деньги М.Н. Знала, что ФИО2 занимается сделками с недвижимостью. Знает, что М.Н. взяла деньги у Н.П., но сделку не оформила и деньги не вернула.

Суд отдает предпочтение показаниям потерпевшей Н.П., свидетелей Т.М., С.С., В.С., О.А., данным в ходе предварительного расследования, поскольку показания были даны непосредственно после совершения преступления, носят детальный характер и их достоверность подтверждена указанными лицами в судебном заседании.

Суд отдает предпочтение показаниям свидетелей М.Н., М.Г. в их совокупности как в судебном заседании, так и в ходе предварительного расследования, поскольку показания существенных противоречий не имеют и носят дополняющий друг друга характер.

Потерпевшая Н.П. давала последовательные, логичные показания и они подтверждены показаниями свидетелей Т.М., С.С., В.С., О.А., М.Н., М.Г., принятыми за основу обвинения, а также показаниями свидетелей Н.А., С.Ю., Е.А., Н.С., А.С., В.Н., Т.Ю., З.В., Д.В., Н.В., О.Л., Н.И., М.В. и суд принимает указанные доказательства за основу обвинения.

Суд также принимает за основу обвинения показания Н.А. в части, не противоречащей показаниям потерпевшей Н.П.

Подсудимая ФИО2 в ходе предварительного следствия показаний по данному эпизоду в рамках настоящего дела не давала. В судебном заседании при первоначальном допросе она указала обстоятельства совершения ею преступления, а при последнем привела доводы в обоснование квалификации своих действий. 

При этом суд принимает за основу обвинения показания ФИО2 только в части, не противоречащей показаниям потерпевшей Н.П. и иным доказательствам по делу.

К показаниям подсудимой в иной части суд относится критически, расценивает их как защитную линию поведение и намерение избежать ответственности за содеянное.

Показания свидетеля Т.М. подтверждаются показаниями свидетеля М.Г., договором купли-продажи дома по * по * (л.д.170-172 т.2), который ранее принадлежал на праве собственности Т.М. (л.д.173-174, т.2).

Показания свидетеля Н.В. подтверждаются документами на дом по * (л.д.177-178 т.2).

Показания свидетеля О.А. подтверждаются копией лицевого счета на квартиру по * (л.д.192-193 т.2) и документами на нее (л.д.199-207, 210-211 т.2). При этом судом установлено, что Н.А. намеревалась купить квартиру другую - под *.

Показания М.В. подтверждаются копией документов о полученном кредите (л.д.12-13 т.3).

Показания Н.С. подтверждаются справкой ГИБДД об отсутствии у нее транспорта (л.д.31 т.3), показания Д.А. о приобретении имущества на собственные средства подтверждаются кредитными документами (л.д.34-46,50-51 т.3).

Свидетель Н.А. подтвердила свои показания при их проверке на месте (л.д.53-56,57-60 т.3), в ходе очной ставки с ФИО2 (л.д.72-77 т.3).

Свидетель Т.Ю. подтвердила показания об имевшемся аресте на 1/4 долю квартиры по * в ходе очной ставки с ФИО2 (л.д.78-82 т.3), также указала, что она договор о продаже своей доли не подписывала, на чем настаивала и в ходе очной ставки с Н.А. (л.д.83-86 т.3).

Показания потерпевшей Н.П. также подтверждаются материалами дела, в том числе, из заявления Н.П. (л.д.28 т.2) следует, что она 16.07.2013 обратилась в отдел полиции о привлечении ФИО3 к уголовной ответственности за хищение ее денежных средств.

7.03.2013 Н.П. уполномочила ФИО2 провести регистрацию договора купли-продажи жилого дома (л.д.113 т.2), доверенность отменена 2.09.2013 (л.д.114 т.2).

Потерпевшая Н.П. подтвердила свои показания в ходе очной ставки с ФИО2 (л.д.61-67 т.3), в ходе которой указала, что ФИО2 обещала вернуть ей деньги. ФИО2 указала, что звонила по просьбе М.Н.

Также Н.П. подтвердила свои показания в ходе очной ставки с М.Н. (л.д.87-95 т.3. л.д.50-54 т.8), при этом М.Н. указала, что деньги взяла именно ФИО2 у Н.П.

Согласно протокола выемки флэш-карты у ФИО2 (л.д.92-99 т.3) была изъята аудиозапись, которая была прослушана, о чем составлен протокол ее осмотра (л.д.100-109 т.3), содержание протокола полностью соответствует прослушанной аудиозаписи в судебном заседании (л.д.87 т.8). 

Из нее следует, что ФИО2 прямо не спрашивает, почему М.Н. не отдает деньги Н.П., в разговоре упоминается необходимость продажи гостинки и расчета с Н.П., М.Н. в ходе беседы не признает, что она взяла деньги Н.П. и сама истратила их на свои нужны. Суд приходит к выводу, что представленная аудиозапись не подтверждает доводы ФИО2 о фактической передаче денег М.Н.

В ходе очной ставки между М.Н. и ФИО2 26.11.2014 (л.д.175-181 т.3) ФИО2 указывает, что отдала 600.000 рублей М.Н. для их возврата Н.П. после того, как сделка по покупке дома по * не состоялась. М.Н. данный факт отрицает, указывая, что деньги приняла ФИО2 от Н.П. и ей не передавала.

Согласно обязательства от 30.04.2013 (л.д.110 т2), квитанций к приходным ордерам (л.д.115 т.2, 136-137 т.8) именно ФИО2 получила от Н.П. 600.000 рублей в целях приобретения дома и земельного участка в срок до 30.05.2013 в собственность Н.П., сделка по покупке дома по * назначена на 15.06.2013г.

Согласно договора купли-продажи от 14.06.2013 (л.д.111-112 т.2) Н.А. и Н.П. договорились о купле-продаже дома по *, который находился в собственности последней (л.д.156-157 т.2).

Показания Н.А. о намерении приобрести ею комнаты в квартире по * подтверждаются документами на квартиру и протоколами их выемки (л.д.114-116,120-122,123-125,127,135-136 т.3).

Копией поквартирной карточки на квартиру по * (л.д.145 т.3) установлено, что доля в ней принадлежала Т.Ю., затем В.Н. и за данной квартирой имелась задолженность (л.д.146-147, 148-156 т.3).

Согласно копии сберегательной книжки Н.П. имела изначально в своем распоряжении 350.000 рублей (л.д.116-118 т.2) от продажи долей в своей квартире (л.д.119-130 т.2). Согласно договора займа Н.П. 11.06.2013 взяла в банке ВТБ-24 займ в размере 100.000 рублей (л.д.131-138 т.2).

Факт получения от С.С. взаймы 150.000 рублей Н.П. никем из сторон в судебном заседании не оспаривался, соответственно, суд приходит к выводу, что Н.П. фактически имела и передала ФИО2 600.000 рублей и та выписала ей подтверждающие документы о приеме указанной суммы.

Объективных доказательств того, что ФИО2 впоследствии передала М.Н. указанные деньги в суд не представлено.

Постановлением Красногорского районного суда от 1.04.2016 (л.д.130-132 т.6) уголовное дело в отношении М.Н. в совершении преступления, предсумотернногост.159 ч.3 УК РФ в отношении потерпевшей Н.П. прекращено в связи с непричастностью к совершению преступления на основании ст.27 ч.1 п.1 УПК РФ.

Постановление об прекращении уголовного преследования в отношении ФИО2 12.12.2014 (л.д.206-207 т.3) отменено 21.04.2016 (л.д.133 т.6).

К показаниям Н.А. о том, что дочь ей говорила, что отдала деньги М.Н. суд в виду вышеизложенного относится критически, учитывая, что свидетель Н.А. также указала, что М.Н. данный факт не признавала. Суд расценивает показания свидетеля Н.А. в этой части как желание помочь своей дочери избежать ответственности по делу.

Таким образом, суд приходит к выводу, что именно ФИО2 взяла 600.000 рублей от Т.Е. и не вернула указанную сумму.

Денежные средства были вверены ФИО2 потерпевшей для приобретения для Н.П. жилого дома, что указано в обязательстве на сумму 600.000 рублей, т.е. денежные средства были вверены ФИО2 и находились в правомерном владении подсудимой, в силу специального поручения от потерпевшей.

Поскольку ФИО2, обладая денежными средствами, предпринимала попытки исполнить договоренность с Н.П. по приобретению в ее пользу жилого дома, то, соответственно, изначально она не имела умысла на хищение указанной суммы и действия ФИО2 нельзя квалифицировать как мошенничество с квалифицирующими признаками.

Поскольку после отказа Н.А. от сделки 14.06.2013 ФИО2 не вернула Н.П. денежные средства, суд приходит к выводу, что подсудимая безвозмездно, с корыстной целью, противоправно обратила вверенные ей денежные средства в свою пользу против воли Н.П. Соответственно, суд приходит к выводу, что ФИО2 совершила присвоение, т.е. хищение вверенного ей имущества.

Суд учитывает, что ФИО2 имела реальную возможность возвратить имущество Н.П., поскольку сделка по купле-продажи дома не состоялась, подсудимая предпринимала неоднократные попытки переложить вину в присвоении денежных средств потерпевшей на М.Н., чем пыталась скрыть свои действия, выдвигала потерпевшей в течение длительного времени различные причины невозможности возврата денег.

Суд приходит к выводу, что указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что умысел ФИО2 был направлен именно на противоправное, безвозмездное присвоение вверенных ей денежных средств в свою пользу.

Квалифицирующий признак совершения присвоения в крупном размере установлен судебном заседании, поскольку в соответствии с примечанием п.4 к ст.158 Уголовного кодекса Российской Федерации крупным размером признается стоимость имущества, превышающая 250.000 рублей.

Суд не принимает доводы подсудимой о том, что в ее действиях содержится состав преступления, предусмотренный ст.159.4 ч.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, поскольку она преднамеренно не исполнила взятые на себя договорные обязательства.

В соответствии с требованиями закона, субъектом преступления, предусмотренного ст. 159.4 УК РФ, является лицо, занимающееся предпринимательской деятельностью - собственник предприятия (организации), руководитель (директор и т.п.), индивидуальный предприниматель, а также их представители.

В соответствии с п. 1 ст. 2 ГК РФ предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Согласно п. 1 ст. 182 ГК РФ полномочия представителя могут быть основаны на доверенности, а также явствовать из обстановки, в которой действует представитель.

Изъятие имущества при этом происходит путем преднамеренного неисполнения договорных обязательств, то есть неисполнения какого-либо соглашения, предусматривающего возврат имущества.

Преднамеренное неисполнение договорного обязательства означает, что лицо, выступающее представителем организации или предпринимателя (либо сам предприниматель), изначально не намерено выполнять обязательство по возврату или оплате имущества, рассчитывая противозаконно завладеть им, сознавая, что тем самым причинит ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

В деле отсутствует договор, заключенный в письменном виде, между ФИО7 на оказание услуг или иного характера. 

Обязательство от 30.04.2013 дублирует приходно-кассовые ордера и не может расцениваться в качестве самостоятельного договора между подсудимой и Н.П. Судом установлено, что договорные обязательства носили исключительно устный характер.

Согласно доверенности от 16.05.2012 (л.д.226 т.2) индивидуальный предприниматель Н.А. (л.д.227 т.2) доверила право подписи и печати ФИО2 Данная доверенность была представлена в ходе предварительного следствия.

Согласно доверенности, представленной в судебное заседание 27.03.2017 (л.д.170 т.8), выданной 1.01.2013, Н.А. уполномочила ФИО2 на широкий круг полномочий, в том числе, и ведение дел от ее имени.

Представлена выписка из ЕГРИП о том, что ФИО2 является индивидуальным предпринимателем (л.172-173 т.8) с 19.05.2009г. Однако, на протяжении всего следствия и судебного заседания ФИО2 поясняла, как и другие лица, что подсудимая работала только по доверенности от имени своей матери.

Подлинник доверенности от 1.01.2013 Н.А. в суд не представлен. О существовании данной доверенности подсудимая никогда не заявляла вплоть до 27.03.2017 года, в том числе и после ознакомления с материалами уголовного дела, что вызывает сомнения в дате ее составления.

Суд считает, что ФИО2 действовала только в рамках доверенности от 16.05.2012 и не осуществляла в полном объеме функции индивидуального предпринимателя по настоящему преступлению.

Также суд учитывает, что сама подсудимая заявила в судебном заседании о том, что умысел на хищение денежных средств возник только после 14.06.2013, когда не состоялась сделка по продаже дома по *, что и свидетельствует о том, что изначально умысла преднамеренно и заведомо не исполнять принятые на себя устно обязательства ФИО2 не имела. Таким образом, принимая от Н.П. деньги, ФИО2 изначально была намерена выполнить свои обязательства.

В судебном заседании не установлено преднамеренности ФИО2 не исполнять обязательства по приобретению дома для потерпевшей.

На основании изложенного, суд не усматривает оснований для переквалификации действий подсудимой на ст.159.4 ч.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, которая действовала на момент совершения преступления, утратив силу с 12.06.2015г.

Суд считает необходимым уточнить дату окончания преступления как 16 июля 2013 года, поскольку в этот день Н.П. обратилась с заявлением в отдел полиции о привлечении ФИО2 к уголовной ответственности.

Исследовав и оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к выводу, что вина ФИО2 в совершении присвоения, то есть хищении чужого имущества, вверенного виновному, в крупном размере - полностью установлена и доказана.

Действия ФИО2 следует верно квалифицировать по ст.160 ч.3 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Преступление от 2015 года

в отношении О.А.

В декабре 2015г. ФИО2, официально не трудоустроенная, занималась деятельностью, по оказанию посреднических услуг в сфере недвижимости. 

В конце декабря 2015 года к ФИО2 с целью оказать посреднические услуги в организации сделки купли-продажи жилой квартиры обратилась О.А., желавшая приобрести 1/2 жилой квартиры на средства материнского (семейного) капитала, стоимостью, не превышающей 453 000 рублей. 

В соответствии с условиями договоренности, О.А. для оплаты приобретаемой 1/2 квартиры, должна была оформить денежный заем в КПК «Содействие» на сумму 453026 рублей, который в дальнейшем, после регистрации права собственности на вышеуказанную часть квартиры, погасить за счет денежных средств материнского капитала, перечисленных Пенсионным фондом. Подготовкой документов по сделке занималась ФИО8

В то же время, в конце декабря 2015г., у ФИО2 возник преступный умысел, направленный на хищение денежных средств О.А. В соответствии с преступным умыслом, ФИО2 задумала выступить в качестве посредника при продаже 1/2 квартиры по * в *, принадлежащей М.В., в дальнейшем, получив от О.А. денежные средства для организации продажи указанной квартиры и передачи продавцу в лице М.В., планировала их похитить. 

В начале декабря 2015г., находясь в * в *, О.А., действуя по указанию ФИО2, передала ей копии документов, необходимых для оформления сделки: копию паспорта на имя О.А., копию паспорта продавца квартиры на имя М.В., копию свидетельства о государственной регистрации права на указанную квартиру на имя М.В., государственный сертификат на материнский капитал. 

09.12.2015г. в отделении АО «Альфа-Банк» по адресу: * в * на имя О.А. был открыт счет *. 

За услуги банка по открытию счета, ФИО2 из своих личных средств перевела на указанный счет 600 рублей. 

В этот же день, О.А., не осведомленная о преступном умысле ФИО2, добровольно заблуждаясь, что последняя оказывает посреднические услуги в приобретении квартиры, находясь в помещении указанного банка, в счет оплаты стоимости квартиры, по требованию ФИО2 передала ей банковскую карту, привязанную к указанному расчетному счету, а так же сообщила ФИО2 «пин-код», позволявший осуществлять операции по указанному счету, в том числе, обналичить денежные средства. 

10.12.2015г. представитель КПК «Содействие» Д.Д., будучи не осведомленным о преступном замысле ФИО2, полагая, что покупатель в лице О.А. хочет приобрести квартиру по указанному адресу, подготовил следующие документы: договор займа * от 10.12.2015г. на сумму 453026 рублей, договор купли-продажи от 10.12.2015г., в соответствии с которым М.В. продала О.А. квартиру по адресу *, за 453026 рублей.

11.12.2015г. в дневное время, находясь в помещении ГБУ Свердловской области «Многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг» по адресу: *, О.А., неосведомленная о преступном замысле ФИО2, доверяя ей и полагая, что покупает 1/2 квартиры, подписала подготовленный Д.Д. договор купли-продажи от 10.12.2015г., договор займа * от 10.12.2015г., в соответствии с которым КПК «Содействие» для приобретения указанной квартиры выдал заём в размере 453026 рублей. 

После чего, 11.12.2015г. в соответствии с условиями договора займа на счет О.А. были перечислены денежные средства в сумме 453026 рублей.

Продолжая реализовывать преступный умысел, ФИО2, путем обмана и злоупотребления доверием, из корыстных побуждений, не намереваясь проводить указанную сделку и передавать М.В. в счет продажи квартиры денежные средства, 14.12.2015г. проехала к банкомату банка АО «Альфа-Банк» по адресу: * в *, где сняла с открытого на имя О.А. счета * денежные средства в сумме 453600 рублей, из которых 600 рублей принадлежали ФИО2 

Далее, в декабре 2015 г. ФИО2 с целью придания сделке законного вида внесла в кассу КПК «Содействие» 65000 рублей, оставшиеся денежные средства в сумме 388.000 рублей она присвоила себе, таким образом, похитила их, путем обмана и злоупотреблением доверием потерпевшей О.А.

Кроме того, с целью сокрыть совершенное преступление и придать сделке вид гражданско-правовых отношений, ФИО2 убедила О.А., М.В. заключить с ней договор займа денег от 18.12.2015г. серией *, в соответствии с которым, ФИО2 получила займ от М.В. в сумме 453.000 рублей. 

В дальнейшем, полученными в счет приобретения квартиры денежными средствами снятыми со счета О.А., ФИО2 распорядилась по собственному усмотрению.

В результате умышленных, преступных действий ФИО2 О.А. причинен материальный ущерб на сумму 388.000 рублей, который в соответствии п.4 Примечания к ст. 158 УК РФ, относится к крупному размеру. 

Допрошенная в судебном заседании подсудимая ФИО2 вину в предъявленном обвинении не признала.

Суду показала, что О.А. обратилась к ней в октябре 2015 года, хотела реализовать материнский капитал. Она предложила ей воспользоваться кредитом из потребительского кооператива, взять займ на улучшение жилищных условий. За работу попросила 10.000 рублей, та согласилась.

О.А. хотела оформить 1/2 квартиры матери в свою собственность. Она ей пояснила, что кооперативы с долями не работают и надо собственность на квартиру оформлять целиком.

В декабре 2015 потерпевшая отдала ей документы для оформления сделок. Она приехала в кооператив «Содействие», сдала документы Д.Д. Тот сказал, что нужно открыть счет в банке и оформить карту.

Она сходила вместе с О.А. в «Альфа-банк», открыли счет. На карту она внесла свои 600 рублей для открытия карты, ПиН-код потерпевшая назвала в банкомате, когда вносили деньги. Карту она отдала О.А.

Потом она отнесла документы по счету в кооператив. Также О.А. знала, что банк берет за работу 60.000 рублей.

10.12.2015 были готовы документы для подписания. О.А. приехала с матерью в МФЦ, ждали Д.Д. с документами, который привез договора и стороны их подписали. Потом сдали документы на регистрацию.

Регистратор сказал О.А., что ее квартира в залоге у кооператива. Нужна была еще справка с места жительства, О.А. сказала, что довезет позже.

Потом она позвонила О.А. и сказала, что у нее болеет мать и попросила у нее в долг деньги, О.А. утром занесла ей банковскую карту «Альфа-банка». Она написала ей расписку о том, что берет деньги в долг и обязуется вернуть 453.000 рублей до 1.03.2016. Потом через несколько дней она сняла эти деньги.

Через несколько дней пришла О.А., сказала, что узнала о ней много плохого и потребовала, чтобы она написала расписку на возврат денег ее матери у нотариуса. Она поехала и сделала расписку.

Потом узнала, что О.А. написала заявление в полицию о том, что она ее обманула.

Ее мать Н.А. скончалась 26.07.2016, сын получил в наследство квартиру. Она могла продать ее и рассчитаться с О.А., обманывать ее не хотела.

Не отдала деньги до 1.03.2016, т.к. не могла продать квартиру матери по *.

Ранее в ходе предварительного расследования показала (л.д.140-143, 172-175 т.6), что когда О.А. сообщила ей, что у нее есть материнский капитал, а ей нужны были срочно деньги, она решила похитить деньги, принадлежащие О.А. и предложила свои посреднические услуги. 

Она убедила О.А. получить ипотечный займ в КПК «Содействие», говоря, что отношения с кооперативом будут носить формальный характер. Не говорила ей, что ее мать деньги от кооператива не получит. Она получила от потерпевшей документы, обратилась в КПК «Содействие» для оформления сделки и займа, сказав, что О.А. будет покупать всю квартиру у матери.

Потом попросила О.А. открыть счет в банке, с которого планировала снять деньги без ее ведома. Она пришла с О.А. в банк и та открыла счет и привязанную к ней карту, она знала ПиН-код этой карты. При этом пояснила потерпевшей, что все документы и карту она отдаст сотрудникам кооператива и на карту ей перечислят деньги.

Также убедила О.А. в том, что кооператив за квартиру перечислит ей деньги, полученные от Пенсионного фонда на отдельный счет, который нужно будет открыть в Сбербанке, эти деньги и пойдут ее матери в счет оплаты. Такой операции быть не могло, поскольку кооператив перечислял деньги займа на карточный счет «Альфа-банка».

Она сняла 453600 рублей в банкомате по *, из них 600 рублей были ее, это оплата за открытие счета. Деньги она истратила на лечение своей матери, учебу дочери, оплату коммунальных услуг.

Потом она предложила составить расписку О.А. об обязательстве вернуть долг, чтобы предотвратить обращение потерпевшей в полицию, хотя деньги отдавать не собиралась. У ее матери деньги в долг не брала.

При дополнительном допросе от дачи показаний оказалась.

После оглашения показания не подтвердила, указав, что на нее оказывалось психологическое давление в виде угроз арестовать ее, а у нее была тяжело больная мать на руках в тот период. В связи с чем, она подписала все документы.

После исследования всех доказательств по делу дополнительно указала, что на л.д.56 т.7 имеется постановление о признании М.В. также потерпевшей по делу.

О.А. уполномочила ее на получение денежных средств с карты на ее имя, была в курсе всех деталей сделки. Знала, что кооператив возьмет 65.000 рублей и чтобы не терять эти деньги изначально была достигнута договоренность о том, что О.А. даст ей заемные деньги в долг, а она через 2 месяца вернет ей 453.000 рублей, поскольку ее мать болела и она была согласна на уплату процентов в размере 65.000 рублей. О получении денег в долг у О.А. они составили расписку, которую она и предъявила суду.

Однако, О.А., не дождавшись 2 месяцев до истечения срока возврата денег, стала требовать возврата денег, которых у нее не было. Потом попросила нотариально заверенную расписку на имя своей матери, которая и имеется в деле.

Она корыстной цели не преследовала и не хотела безвозмездно окончательно изъять имущество потерпевшей О.А.

Потерпевшая О.А. суду показала, что ранее была знакома с ФИО2 и знала, что та оказывает услуги по приобретению квартир. Она хотела выкупить у своей матери 1/2 долю на квартиру по * на средства материнского капитала. Поговорив с ФИО2, она согласилась воспользоваться ее услугами и оплатить ее работу после совершения сделки в размере 10.000 рублей, что было дешевле, чем в агентствах недвижимости.

Она отдала ФИО2 копию сертификата на материнский капитал, справку из Пенсионного фонда о том, что деньги находится на счете Пенсионного фонда и другие документы для оформления сделки.

ФИО2 ей сказала, что сделка будет проходить путем оформления займа в кооперативе. Они вдвоем приехали в «Альфа –банк», где на ее имя был открыт счет, привязанный к банковской карте, которую оформили на ее имя. ФИО2 сама назвала ПиН-код при оформлении карты и сказала, что отнесет эту карту в кооператив, который выдаст займ, для зачисления на карту материнского капитала через 2 месяца. Она отдала ей карту. ФИО2 внесла при открытии счета 600 рублей из своих средств и забрала карту и ПиН-код себе.

Потом примерно через 5 дней она, ее мать встретились с ФИО2 в МФЦ для оформления договора купли-продажи квартиры от матери на детей. Потом приехал в МФЦ сотрудник кооператива с договорами, которые они обе подписали, не читая. Когда подошли к регистрационному окну, чтобы сдать документы, то регистратор сообщил, что они оформили ипотеку на квартиру матери и пока ее не погасят, квартира будет в залоге у КПК «Содействие». Она понимала, что потом материнский капитал должен будет погасить ипотечный кредит, но она забеспокоилась, т.к. ранее речи о залоге квартиры не было. ФИО2 ее успокоила, сказав, что эта ипотека значения не имеет.

Через 5 дней они должны были получить документы по сделке.

Она решила сходить в кооператив «Содействие», чтобы выяснить про ипотеку и залог квартиры. Потом позвонила в «Альфа –банк», чтобы узнать есть на счете деньги или нет, а ей сообщили, что 453.000 рублей уже были переведены и сняты с карты.

Потом при получении документов по сделке в МФЦ она увидела, что стала собственником всей квартиры матери, а не 1/2 доли. Стоимость сделки 453.000 рублей. При этом ни она, ни мать денег не получили.

Она поехала в СПК «Содействие», чтобы ей там написали расписку в том, что через 2 месяца вернут деньги. Полагала, что карта «Альфа-банка» находится у них. Однако, там ей сказали, что деньги ей уже были по займу выплачены путем перечисления на карту. Она сообщила, что карта была не у нее. Тогда сотрудник кооператива стал звонить ФИО2, они поехали к ней домой. ФИО2 предложила написать ей расписку о том, что она вернет деньги через 2 месяца.

Она настаивала, чтобы ФИО2 написала расписку о возврате денег на имя ее матери у нотариуса, т.к. деньги должны быть по договору преданы матери, а не ей. ФИО2 оформила указанную расписку. Других расписок ни она, ни ФИО2 не писали.

Она заняла деньги у знакомых и погасила долг перед кооперативов 388.026 рублей, после чего, договор займа расторгли, залог с квартиры был снят. В настоящее время она является собственником квартиры, деньги материнского капитала ею не использованы. Однако 453.000 рублей, которые кооператив перечислил ей на карту, ни она, ни мать не получили.

ФИО2, воспользовавшись ее доверием, обманула ее и сняла с ее карты 453.000 рублей, которые не вернула до сих пор.

Ранее, наряду с данными показаниями, поясняла (л.д.135-139 т.1), что при подготовке к сделке она также отдала ФИО2 копии правоустанавливающих документов на квартиру. ФИО2 попросила ее открыть в банке счет на ее имя, чтобы кооператив перечислил на него деньги и деньги бы находились в пользовании кооператива и контролировались им до тер пор, пока Пенсионный фонд не перечислит на счет кооператива материнский капитал.

11.12.2015 они подписали договора в МФЦ, 18.12.2015 документы должны были быть готовы. 17.12.2015 она позвонила в «Альфа-банк» и ей сказали, что еще 11.12.2015 деньги были переведены ей на карту в сумме 453.000 рублей, которые 14.12.2015 были сняты в банкомате по *. Доступ к банковской карте имела только ФИО2

18.12.2015 она получила в МФЦ документы на квартиру, из которых следовало, что она приобрела в единоличную собственность квартиру своей матери за 453.000 рублей, которые были предоставлены кооперативом в качестве займа.

Когда она обратилась в кооператив, ей также подтвердили, что деньги были переведены на счет ее карты. Также узнала, что ФИО2 оплатила услуги кооператива в сумме 65.000 рублей.

После оглашения показания подтвердила.

Свидетель М.В. суду показала, что дочь на материнский капитал 450 000 рублей хотела приобрести 1/2 доли ее квартиры по *, она согласилась. Она доверилась дочери, которая хотела оформить сделку при помощи ФИО2

Они и дочь приехали в МФЦ к 15 часам. Она знала от дочери, что деньги за сделку будут переведены не сразу. Потом появился мужчина с документами по сделке, которые она и дочь подписали, не читая. Перед сдачей документов в договоре увидели, что в сделке указан переход права собственности на всю квартиру. ФИО2 сказала, что кооператив не работает с долями на квартиру. Потом они сделают как нужно. Она доверяла словам ФИО2 и поэтому потом также довезли справку и сдали ее в МФЦ.

Регистратор сказала им, что квартира в залоге у банка, что вызвало у дочери сомнения в сделке. Также сказали, что справка о прописке просрочена и нужно довезти новую. Тем не менее, несмотря на эти обстоятельства, они подписали документы и сдали их на регистрацию.

Потом дочь от знакомых узнала, что ФИО2 обманула много людей, поехала в юстицию, но ей сказали что сделка оформлена и квартира уже продана ей целиком. Деньги должна была получить она, как продавец квартиры, но ей их никто не отдал. Потом ФИО2 у нотариуса написала ей расписку как продавцу жилья о том, что будто бы взяла у нее в долг 450.000 рублей.

ФИО2 сказала, что они получат деньги через 2 месяца после оформления сделки.

Про оформление дочерью банковской карты она не знала, позже узнала, что дочь открыла счет и банковскую карту, куда должен был прийти материнский капитал. Потом дочь позвонила в банк и узнала, что деньги были переведены и сняты. Тогда дочь сказала, что карту и ПиН-код отдала ФИО2, чтобы та, с ее слов, унесла ее в кооператив, выдавший займ. 

Потом дочь написала заявление в полицию.

Деньги до настоящего времени не отдали.

Ранее, наряду с данными показаниями, поясняла (л.д.146-150 т.1), что в 2015 году ее дочь решила на средства материнского капитала приобрести у нее 1/2 доли квартиры по *, воспользовавшись услугами ФИО2

Дочь пояснила со слов ФИО2, что необходимо оформить займ в КПК «Содействие» и это носит формальный характер. Копии документов и справку из Пенсионного фонда о наличии материнского капитала дочь отдала ФИО2, которая также попросила дочь открыть счет в банке, на который кооператив бы перечислил деньги и деньги бы находились в пользовании кооператива пока Пенсионный фонд не перечислит на счет кооператива материнский капитал. 

Дочь с ФИО2 поехали в «Альфа-банк», где дочь открыла счет и карту к нему, все документы и карту отдала ФИО2, которая сообщила, что все передаст в КПК «Содействие» для оформления займа на имя дочери. Потом за счет материнского капитала данный займ будет погашен. Все документы по сделке должна была готовить ФИО2

11.12.2015 она с дочерью приехала в МФЦ с подлинниками документов, за 5 минут до их очереди приехал мужчина, который привез документы, с ними в виду нехватки времени они ознакомиться не успели и срочно их подписали, будучи уверены, что в них отражены те условия, на которых они хотели осуществить сделку.

Сотрудник МФЦ после проверки сообщил, что на имя дочери оформлена ипотека и квартира в залоге по займу в КПК «Содействие».

Они спросила об открывшихся обстоятельствах у ФИО2 и та сказала, что это все носит формальный характер.

17.12.2015 дочь позвонила в «Альфа-банк» и узнала, что 11.12.2015 на счет карты были зачислены деньги займа 453.000 рублей и сняты 14.12.2015 в полном объеме через банкомат по *.

Доступ к карте имела только ФИО2 и ее дочь.

18.12.2015 дочь получила документы по сделке в МФЦ, из них следовало, что дочь пробрела в единоличную собственность всю квартиру за 453.000 рублей, предоставленные КПК «Содействие».

Дочь обратилась в кооператив, сказав, что деньги не получила и хотела приобрести только 1/2 доли. Ей подтвердили, что все деньги были переведены ей на карту. Дочь и сотрудник кооператива поехали домой к ФИО2, та предложила на имя дочери написать расписку о возврате денег. Дочь не согласилась и тогда ФИО2 на ее имя написал расписку у нотариуса о том, что, якобы, она у нее взяла в долг 453.000 рублей.

Дочь из своих средств заплатила кооперативу 388.026 рублей, чтобы снять залог с квартиры. Деньги ФИО2 не вернула, которые сняла с карты.

После оглашения показания подтвердила.

Свидетель А.П. суду показал, что квартира по * ранее принадлежала теще, потом его жене. Знает, что дочь купила эту квартиру, половину или всю на средства материнского капитала, подробности ему неизвестны, но знает, что жена денег за продажу не получила.

Ранее показал (л.д.151-152 т.1), что знает, что дочь хотела у матери на средства материнского капитала выкупить часть квартиры, воспользовавшись услугами ФИО2, которая предложила провести сделку через кредитный кооператив, т.к. ждать деньги из Пенсионного фонда надо было долго. Кооператив должен был дочери перечислить деньги, а потом Пенсионный фонд перечислил бы деньги кооперативу. Однако, переведенные дочери деньги похитила ФИО2, сняв их в банкомате без ведома дочери.

После оглашения показания не подтвердил, указав, что просто подписал показания.

Свидетель Ч.В. суду показала, что является подругой О.А., знает, что та хотела переписать квартиру матери на себя или детей. На нее обманом оформили ипотеку на квартиру, чтобы погасить долг потерпевшая заняла деньги у всех знакомых, у нее лично 40.000 рублей.

Ранее поясняла (л.д.155-156 т.1), что О.А. заняла у нее 40.000 рублей, чтобы погасить ипотечный займ.

После оглашения показания подтвердила.

Свидетель Д.Д. суду показал, что работает в КПК «Содействие», контролировал сделки по материнскому капиталу, вел их от подписания до сдачи в Пенсионный фонд.

Помнит, что в конце 2015 обратилась ФИО2 с О.А. с целью приобретения последней квартиры у матери целиком на материнский капитал. С долями они не работают, т.к. Пенсионный фонд такие сделки не пропускает и деньги им не перечисляет. 

Были предоставлены все документы, сертификат на материнский капитал, подлинность документов проверили. Сделка была одобрена. После этого производится подписание документов и клиенту на его счет – любой не обязательно карты - кооператив переводит деньги займа. Банковские карты от клиентов не требуют, только номер счета, куда перевести деньги. Деньги поступают клиенту в течении 3-х суток.

Потом клиент обращается в Пенсионный фонд, представляет документы об улучшении жилищных условий за счет заемных средств и Пенсионный фонд перечисляет им средства материнского капитала примерно через 2 месяца.

Они берут с клиента 65.000 рублей за услуги, которые включают и выдачу денег и проценты за займ. Клиент платит их перед или сразу после регистрации документов единовременно. Кто вносил деньги по сделке с О.А., не помнит.

По сделке созвонились с К., была назначена дата сделки. К., обе, и ФИО2 были в МФЦ. Встретились, они обе подписали все документы, он объяснил про проценты, про суть займа, все объяснил. Считает, что стороны прочитали документы. Потом сдали документы на регистрацию. Про 1/2 доли К. ему не говорили. Вопросов с их стороны не было. О.А. спросила, когда переведут деньги, он ответил, что в день сделки.

Получил в МФЦ расписку о сдаче документов на регистрацию и представил ее в бухгалтерию, чтобы те перевели деньги займа на счет, указанный О.А.

Через полторы недели О.А. пришла в офис и спрашивала, когда ей перевели деньги, он посмотрел выписку из бухгалтерии, сказал дату, велел ей проверить на счету. О.А. сказала, что не получала денег.

Потом он позвонил ФИО2, чтобы та поговорила с О.А., привез потерпевшую к ФИО2 и уехал. При их разговоре не присутствовал.

Кто снял деньги, не знает. Потом О.А. закрыла займ, внеся деньги. С нее даже не стали брать 65000 рублей за услуги.

Ранее, наряду с данными показаниями, пояснял (л.д.162-165 т.1), что в начале декабря 2015 в кооператив «Содействие» обратилась риэлтор ФИО2 как посредник в оформлении сделки между К. с целью приобретения на заемные средства квартиры по *, которые потом будут компенсированы Пенсионным фондом. 

Он получил пакет документов от ФИО2 для оформления займа и сделки, после одобрения сделки руководством на 10.12.2015 было назначено подписание договоров в МФЦ. Все общение по сделке он проводил с ФИО2, которая уверила, что покупатель и продавец в курсе всех ее действий. Он приехал в МФЦ, стороны подписали все документы, в том числе, заявление на перечисление денежных средств на счет в «Альфа-банке». Он не спрашивал у О.А. и М.В. поняли ли они, что подписывали.

На основании полученной расписки о сдаче документов по сделке, бухгалтерия кооператива перечислила на счет О.А. деньги 453.000 рублей. Потом позвонила ФИО2 и сообщила, что деньги на счет поступили, потом она приехала и внесла в кассу 65.000 рублей - проценты за перечисленные деньги, о чем был составлен приходно-кассовый ордер.

Через несколько дней пришла О.А. и сказала, что не получала денег и он отвез ее к ФИО2 О.А. потом полностью погасила займ из своих денежных средств.

После оглашения показания подтвердил.

Свидетель С.А. пояснил, что был понятым при обыске в квартире ФИО9, полиция изымала документы, флэшки. Составили протокол, он и вторая понятая расписались. Со стороны полиции никаких противоправных действий не было.

Свидетель А.П. суду показал, что работает в МФЦ по *. В силу должностных обязанностей должен принять документы на регистрацию от участников сделки. В окно подают документы, в коридоре, кроме сторон сделки, у окна может находится кто угодно. Все стоят рядом, обычно много народа.

После просмотра расписки от 12.12.2015 подтвердил, что им была принята справка по ранее сданным документам на сделку.

Свидетель И.Г. суду показал, что работает в МФЦ, никого из сторон не помнит. В силу должностных обязанностей принимает от граждан документы на регистрацию сделок, составляет заявление, опись бумаг, проверяет паспорт или иной документ, удостоверяющий личность, спрашивает знакомились ли с документами, будут ли регистрировать ипотеку. С 2014 года участники сделки сами решают необходимость регистрации ипотеки, в связи с чем, он и спрашивает об этом. Подается заявление о регистрации перехода права собственности и второе заявление о регистрации ипотеки по желанию сторон, его подписывает должник по ипотеке.

При сдаче документов рядом могут находится и иные лица, кроме участников сделки. После просмотра расписки о получении документов л.д.104-105 т.8 - подтвердил, что он принял документы о регистрации сделки между К. 10.12.2015, справка из ЖКО для регистрации сделки не требуется.

Свидетель М.В. суду показала, что помнит, что О.А. в «Альфа-банке», где она работает открывала счет карты. Открывают при наличии паспорта, клиент заполняет анкету, пишет расписку в получении карты, определяет пин-код, который будет использовать. Для этого нужно вставить карту и ввести ПиН-код, она его при этом не видит. Клиент сам вводит. У нее видны только звездочки. После этого она выдает карту и документы клиенту, а не другим лицам. К карте можно подключить смс-оповещение об операциях по счету по желанию клиента.

Клиент вносит деньги 600 рублей - это комиссия за обслуживание карты, которая взимается сразу.

Свидетель В.В. показал, что О.А. дочь его троюродного брата, которая заняла у него 100.000 рублей, чтобы погасить ипотеку и не платить проценты, что сделала с квартирой толком не объясняла.

Свидетель Е.В. суду показала, что квартира по Дзержинского 29/2-2 от матери по наследству перешла к ее сестре ФИО10, что племянница О.А. хотела выкупить у матери 1/2 долю квартиры, использовав материнский капитал. Для этого обратилась за помощью к своей знакомой и та забрала себе все деньги.

О.А. оформила кредит, который должен был погасить потом материнский капитал. О.А. отдала карту и знакомая сняла 450.000 рублей. Деньги в размере материнского капитала. Потерпевшая стала занимать деньги, чтобы не платить проценты и отдать долг. Также знает, что потерпевшая О.А. стала собственником всей квартиры.

Она дала племяннице О.А. под проценты 150.000 рублей.

Суд принимает за основу обвинения показания потерпевшей О.А. в ходе следствия и судебного заседания в их совокупности, поскольку показания существенных противоречий не имеют и дополняют друг друга и достоверность показаний в ходе следствия подтверждена потерпевшей в судебном заседании, в том числе, показания в ходе следствия в части указания дат совершенных действий, оплаты ФИО2 услуг кооператива в сумме 65.000 рублей. Суд считает, что запамятование деталей вызвано длительным периодом времени, прошедшим с момента дачи показаний потерпевшей.

Потерпевшая О.А. подтвердила свои показания в ходе очной ставки с подсудимой (л.д.152-159 т.6).

Суд отдает предпочтение показаниям свидетеля М.В., данным в ходе предварительного расследования, поскольку показания были даны непосредственно после событий, носят более подробный характер и их достоверность подтверждена свидетелем в судебном заседании.

Суд отдает предпочтение показаниям свидетеля А.П. в ходе предварительного расследования, поскольку показания в полном объеме согласуются с показаниями О.А. и М.В., принятыми за основу обвинения и иными доказательствами по делу. Их достоверность свидетель удостоверил своей подписью, подлинность которой повредил в судебном заседании. В связи с чем, суд не принимает его доводы о том, что он таковых показаний не читал и с ними не знаком.

Суд принимает за основу обвинения показания свидетеля Ч.В. на следствии и в судебном заседании в их совокупности, поскольку существенных противоречий показания не имеют и дополняют друг друга.

Суд принимает за основу обвинения показания свидетеля Д.Д. в ходе предварительного расследования, поскольку показания были даны непосредственно после событий и их достоверность подтверждена свидетелем в судебном заседании. 

Показания потерпевшей О.А., принятые за основу обвинения, согласуются и подтверждаются показаниями свидетелей М.В., А.П., Ч.В., Д.Д., принятыми за основу обвинения, а также показаниями свидетелей С.А., А.П., И.Г., М.В., В.В., Е.В., а также материалами дела.

О.А. обратилась 21.12.2015 (л.д.8 т.1) в полицию с заявлением о привлечении ФИО2 к уголовной ответственности за хищение 453.000 рублей.

Согласно справки ГУ отделения Пенсионного фонда РФ по Свердловской области (л.д.70 тю1) О.А. с заявлением о распоряжении средствами материнского капитала не обращалась.

Согласно протокола выемки у потерпевшей О.А. изъяты документы по сделке с квартирой по * от 10.12.2015 (л.д.93-95 т.1), которые согласно протокола осмотрены (л.д. 125-127т.1), установлено наличие сертификата на материнский капитал (л.д.104 т.1), имеется договор купли-продажи квартиры (л.д.115-116 т.1), согласно которого О.А. за 453.000 рублей приобрела у М.В. квартиру, площадью 54 кв.м по *, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права (л.д.113 т.1) от 16.12.2015 О.А. единоличный собственник квартиры по * а также аналогичным пакетом документов (л.д.147-162 т.8).

Осмотром установлено, что О.А. заключила договор займа 10.12.2015 с КПК «Содействие» (л.д.105-111 т.1) о получении 453.026 рублей, что подтверждается также справкой (л.д.99а, 102 т.1). Также осмотром установлено, что О.А. внесла в кооператив 388.026 рублей, что подтверждается квитанцией (л.д.103 т.1), установлено наличие соглашения о расторжении договора займа (л.д.112 т.1), наличие заявления о погашении записи об ипотеке (л.д.98 т.1).

Согласно справок из МФЦ (л.д.104-109 т.8) документы на регистрацию сделки по квартире К. были сданы 10.12.2015, дополнительно справка донесена 12.12.2015, получен пакет документов с регистрацией перехода права собственности 18.12.2015. 

Согласно выписки по счету на имя О.А. (л.д.68 т.1, л.д.110 т.8), установлено, что счет открыт 9.12.2015, внесено 600 рублей, затем поступило 11.12.2015 по договору займа 10.12.2015 – 453.026 рублей, снято 14.12.2015 - 53600 рублей, затем 200.000, затем 200.000 рублей, при этом смс-сообщение к счету карты не подключались (л.д.110,122-125 т.8).

Согласно письма «Альфа-банка» (л.д.66-67 т.1) предоставлена видеозапись снятия денежных средств в банкомате по * и согласно протокола осмотра диска (л.д.125-127 т.1) деньги были сняты ФИО2, что согласуется с показаниями потерпевшей о том, что ФИО2 знала пин-код карты и вносила на нее 600 рублей в банке.

Также протоколом осмотра (л.д.125-127 т.1) подтверждено наличие от 18.12.2015 (л.д.114 т.1) договора займа денег на сумму 453.000 рублей до 1.03.2016 между свидетелем М.В. и ФИО2, оформленного у нотариуса.

При этом также в судебное заседание представлена расписка от 12.12.2015 о получении ФИО2 от О.А. 453.000 рублей (л.д.135 т.8).

Наличие одновременно двух указанных расписок противоречит обстоятельствам дела, поскольку потерпевшей О.А. выдавалась только одна сумма займа КПК «Содействие» в размере 453.000 рублей и дважды ее потерпевшая и ее мать передать ФИО2 не могли. 

При этом видеозаписью установлено, что именно ФИО2 сняла в банкомате сумму займа с карты потерпевшей О.А., о чем та 21.12.2015 написала претензию в банк (л.д.100, 125-127 т.1), что опровергает доводы подсудимой о передаче ей денег в долг из рук в руки потерпевшей и свидетелем М.В., учитывая, что они опровергли эти обстоятельства в судебном заседании и в ходе предварительного расследования.

Подсудимая ФИО2 оформила явку с повинной (л.д.134 т.6), в которой указала, что в декабре 2015 года решила обманом завладеть деньгами О.А., похитив денежные средства, которые переведет КПК «Содействие».

Эти сведения ФИО2 подтвердила при даче признательных показаний в ходе предварительного расследования (л.д.140-143,172-175 т.1) и именно эти показания согласуются с показаниями потерпевшей и вышеуказанных свидетелей, принятых за основу обвинения, а также материалами уголовного дела. В связи с чем, суд не доверять им оснований не усматривает и принимает их за основу обвинения.

Доводы подсудимой о том, что ей высказывались угрозы об изменении меры пресечения и она из-за тяжело больной матери была в виду этого вынуждена дать признательные показания, суд не принимает, поскольку мать подсудимой Н.А. скончалась 26.07.2016, ФИО2 находилась на подписке о невыезде, в порядке ст.91 УПК РФ не задерживалась, однако до судебного заседания подсудимая ФИО2 в правоохранительные органы с жалобами не обращалась.

Доводы подсудимой о том, что ею 12.12.2015 был написана расписка о получении взаймы от О.А. 453.000 рублей (л.д.135 т.8) суд не принимает, поскольку данный факт опровергнут в судебном заседании потерпевшей О.А.

Кроме того, суд считает, что в случае фактической передачи в долг денежной суммы расписка должна храниться у потерпевшей О.А. как гарантия возврата денег, а не у самой ФИО2

Факт наличия нотариальной расписки не отменяет действие вышеуказанной расписки от 12.12.2015, поскольку они даны разными людьми О.А. и М.В.

Кроме того, О.А. опровергла доводы подсудимой о том, что потерпевшая требовала нотариальной расписки на имя матери, последовательно указывала, что нотариальная расписка о долге была написана по инициативе самой ФИО2

Наличие двух расписок на одну и ту же сумму при установлении факта того, что займ был выдан одной суммой 453.000 рублей противоречит друг другу. 

Кроме того, в ходе очной ставки с М.В. ФИО2 (л.д.149-151 т.6) признала, что никогда не брала в долг у свидетеля М.В. 453000 рублей, расписка подразумевала, что она намерена вернуть деньги, которые она сняла с карты потерпевшей О.А.

В судебном заседании установлено, что деньги из банкомата по * были сняты подсудимой ФИО2, что опровергает содержание двух расписок о передаче денег в долг, поскольку наличными деньги не передавались. Наличие разрешения снять деньги с карты потерпевшей О.А. последней последовательно опровергалось.

Кроме того, свидетель Д.Д. указал, что в кооператив через несколько дней после подписания договора, т.е. после 10.12.2015, приехала О.А. и заявила о неполучению ею денег и он, позвонив ФИО2, отвез потерпевшую к ней, что опровергает доводы подсудимой о написании расписки 12.12.2015 о передаче денег в долг, поскольку, исходя из даты, расписка составлено ранее визита потерпевшей в кооператив «Содействие».

Также согласно расписки о предоставлении дополнительных документов по сделке (л.д.109 т.8) именно 12.12.2015 в 16.16 часов О.А. довезла справку, что свидетельствует о том, что она не давала в этот же день утром денег в долг подсудимой.

Из показаний потерпевшей О.А. и свидетеля М.В. следует, что только после получения документов о регистрации сделки 18.12.2015 дочь увидела, что стала собственником всей квартиры и поехала в кооператив за разъяснениями, в том числе, и по дате перевода денег, потом поехала в банк и узнала, что еще 14.12.2015 деньги были сняты с ее карты через банкомат.

Также подсудимая в ходе следствия никогда не выдвигала указанной версии и не предъявляла указанную расписку от 12.12.2015.

Суд критически относится к доводам подсудимой о том, что М.В. вместо статуса потерпевшей стала свидетелем по делу, поскольку деньги были переведены на счет О.А. и только она могла их снять, соответственно, статус М.В. верно изменен с потерпевшей на свидетеля по делу.

Доводы подсудимой о том, что она достигла с потерпевшей О.А. договоренности о том, что возьмет деньги в долг и вернет сумму целиком, беря на себя расходы в 65.000 рублей, необходимость несения которых в кооператив подтвердил свидетель Д.Д. и которые фактически были понесены ФИО2 – были опровергнуты показаниями О.А., отрицавшей наличие каких-либо договрных отношений по факту займа денег в целом, в том числе и на условиях, указанных подсудимой.

Доводы о передаче банковской карты с целью снятия денег подсудимой в счет получения ею займа от О.А. также опровергнуты потерпевшей в суде, которая последовательно поясняла, что карту у нее ФИО2 взяла, обманув ее, указывая, что карта с номером счета должна храниться в кооперативе. Она передала карту только вследствие доверия к подсудимой. 

О.А. последовательно указывала, что не разрешала снимать деньги с карты ФИО2 и не знала о том, что деньги будут сняты.

Доводы о том, что потерпевшая О.А. не дождалась исполнения обязательств 1.03.2016 и преждевременно обратилась в полицию суд не принимает, поскольку до настоящего времени ФИО2 деньги не вернула, что подтверждает наличие у нее корыстного умысла на безвозмездное хищение денежных средств.

Доводы защиты о том, что в претензии в банк О.А. указала о хищении ее карты, не могут служить основанием для освобождения ФИО2 об ответственности, поскольку в судебном заседании установлено, что фактически карта в распоряжении потерпевшей отсутствовала и деньги были сняты без согласия потерпевшей и ее уведомления об этом.

Доводы о том, что потерпевшая не оспорила сделку о переходе права собственности на ее имя суд не принимает, поскольку квартира в виду погашения потерпевшей займа осталась в ее собственности, свидетель М.В. со своей стороны сделку оспаривать не стала, учитывая наличие родственных отношений с потерпевшей.

Довод о том, что потерпевшая поздно написала заявление в полицию суд не принимает, поскольку установлено, что после получения документов о регистрации сделки и получения информации о хищении денежных средств с банковской карты О.А. в кратчайшие сроки в три дня обратилась в отдел полиции с заявлением о преступлении.

К показаниям подсудимой в судебном заседании в части, противоречащей показаниям потерпевшей О.А., принятых за основу обвинения и другим доказательствам, суд относится критически, расценивает их как защитную линию поведения и намерение избежать ответственности за содеянное.

Указанные доказательства являются относимыми и допустимыми, а в совокупности достаточными для установления вины подсудимой и суд принимает их за основу обвинения.

О корыстном умысле ФИО2 свидетельствует ее намерение похитить денежные средства материнского капитала, сразу, когда она узнала о их наличии у потерпевшей, что ФИО2 признавала в ходе предварительного расследования.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 путем обмана и злоупотребления доверием похитила имущество потерпевшей, поскольку под воздействием сознательно сообщенных ФИО2 заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений о намерении передать банковскую карту в КПК «Содействие», направленных на введение владельца денежных средств О.А. в заблуждение – О.А. передала банковскую карту подсудимой, которой был известен ПиН-код карты. При этом установлено, что подсудимая заведомо не намеревалась возвращать денежные средства, которые решила похить с банковской карты путем их снятия в банкомате.

При этом ФИО2 использовала с корыстной целью доверительные отношения с потерпевшей Т.Е., которые сложились в виду того, что потерпевшая доверила подсудимой заниматься оформлением сделки по переходу права 1/2 доли собственности на квартиру матери, согласившись выплатить ФИО2 за оказанные услуги материальное вознаграждение в размере 10.000 рублей.

Указанные обстоятельства в своей совокупности опровергают доводы подсудимой об отсутствии у нее корыстной цели на противоправное безвозмездное окончательное изъятие чужих денежных средств. Оснований для переквалификации содеянного ФИО2 на ст.165 ч.1 Уголовного кодекса Российской Федерации суд не усматривает.

Суд приходит к выводу, что ФИО2 совершила хищение чужого имущества О.А. путем обмана и злоупотреблением доверием.

При этом суд считает необходимым уменьшить сумму причиненного материального ущерба потерпевшей, поскольку установлено, что КПК «Содействие» перечислило 453.026 рублей. ФИО2 снято с карты 453600 рублей, из которых 600 рублей принадлежали ей и были внесены при открытии карты, 65.000 рублей внесено в кооператив с целью придания сделке законного вида, соответственно, ущерб для потерпевшей составляет 388.000 рублей.

Квалифицирующий признак совершения преступления в крупном размере подтвержден исследованными доказательствами, поскольку установлено, что сумма ущерба составила 388.000 рублей, что в соответствии с п.4 примечания к ст.158 Уголовного кодекса Российской Федерации образует крупный размер.

Исследовав и оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к выводу, что вина ФИО2 в совершении мошенничества, т.е. хищении чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, в крупном размере - полностью установлена и доказана.

Действия ФИО2 следует верно квалифицировать по ст. 159 ч.3 Уголовного кодекса Российской Федерации.

При назначении вида и размера наказания в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 Уголовного кодекса Российской Федерации суд учитывает:

По характеру общественной опасности ФИО2 совершено два тяжких преступления, посягающих на собственность, представляющих в виду этого повышенную общественную опасность.

При оценке степени общественной опасности суд учитывает, что оба тяжких преступления носят оконченный характер.

ФИО2 по преступлению в отношении О.А. оформила явку с повинной (л.д.134 т.6), вину полностью признала и раскаялась в содеянном в ходе предварительного расследования и именно эти показания были приняты судом за основу обвинения, по данному эпизоду подсудимая активно способствовала раскрытию и расследованию совершенного ею преступления на досудебной стадии, суд принимает во внимание, что ФИО4 заявляла ходатайство о заключении с нею досудебного соглашения (л.д.144-145 т.6), принесла извинения потерпевшим по каждому преступлению, чем совершила иные действия, направленные на заглаживание вреда причиненного каждой потерпевшей, суд также учитывает, что преступление от 2015 года совершено в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств в виду необходимости лечения тяжело больной матери Н.А., скончавшейся 26.07.2016 (л.д.90,130-132 т.8), также суд учитывает состояние здоровья подсудимой, что подтверждено документами (л.д.133-134 т.8), подсудимая положительно характеризуется по месту жительства (л.д.174 т.8), что суд признает обстоятельствами, смягчающими наказание виновной.

Рецидив в действиях подсудимой отсутствует в соответствии со ст.18 ч.4 п. «в» Уголовного кодекса Российской Федерации, поскольку условное осуждение по приговору от 27.06.2013 Красногорского районного суда не отменялось и ФИО2 не направлялась для отбывания наказания в места лишения свободы. 

Сведений о совершении преступления в состоянии опьянения материалы дела не содержат.

Иных обстоятельств, отягчающих наказание подсудимой, предусмотренных ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, судом не установлено. 

В качестве данных личности суд учитывает, что ФИО2 на учетах у врача-нарколога и психиатра не состоит (л.д. 232 т.6).

С учетом фактических обстоятельств преступлений и степени их общественной опасности, учитывая наличие смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих наказание обстоятельства в действиях подсудимой, суд не находит оснований для изменения категории каждого преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации

Судом установлено наличие ряда смягчающих наказание обстоятельств, в том числе, предусмотренных пунктами «д,и,к» ч. 1,2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, и отсутствии отягчающих наказание обстоятельств по преступлению в отношении О.А., а также предусмотренных пунктом «и» ч. 1,2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств по преступлению в отношении Н.П., в связи с чем, в соответствии с положениями ст.62 ч.1 Уголовного кодекса Российской Федерации срок или размер наказания подсудимой за каждое из преступлений не может превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации.

Суд, не усматривая исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью подсудимой, ее поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, не находит оснований для применения при назначении наказания положений, предусмотренных статьей 64 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Суд принимает во внимание, что два тяжких преступления по настоящему делу совершены в период условного осуждения по приговору от 27.06.2013 Красногорского районного суда и в соответствии со ст.74 ч.5 Уголовного кодекса Российской Федерации условное осуждение должно быть отменено.

Суд считает, что факт совершения преступлений в период условного осуждения свидетельствует о том, что поведение подсудимой носит преступный характер, ранее назначенное наказание, не связанное с реальным лишением свободы, не оказало никакого исправительного воздействия на поведение подсудимой и было явно недостаточным. 

Преступление в отношении Н.П. начато до постановления приговора от 27.06.2013 и окончено после него, преступление в отношении О.А. совершено после постановления указанного приговора. 

В соответствии с п.54 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 22.12.2015 №58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» в указанных случаях должны быть применены положения ст.70 Уголовного кодекса Российской Федерации, несмотря, в том числе, и на факт истечения испытательного срока по приговору от 27.06.2013 года.

С учетом данных о личности и обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности преступления, принципа гуманизма и справедливости наказания, вышеперечисленных смягчающих наказание обстоятельств, отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осужденной и условия жизни ее семьи, мнения потерпевших, просивших о строгом наказании, суд приходит к выводу о необходимости назначения ФИО2 наказания в виде лишения свободы без применения положений ст.73 Уголовного кодекса Российской Федерации,.

При этом, учитывая совокупность смягчающих наказание обстоятельств, суд считает возможным не назначать дополнительные наказания за каждое преступление в виде штрафа и ограничения свободы.

Оснований для применения Постановления Государственного Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24 апреля 2015 года № 6576-6 ГД "Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 годов", Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 18 декабря 2013 г. № 3500-6 ГД «Об объявлении амнистии в связи с 20-летием принятия Конституции Российской Федерации» в отношении осужденной не имеется.

Отбывание наказания ФИО2 в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации следует определить в исправительной колонии общего режима.

В соответствии с п. 10 ч. 1 ст. 308 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации с учетом тяжести совершенных преступлений, данных о личности виновной, а также назначения наказания в виде реального лишения свободы меру пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу следует изменить на заключение под стражу.

Гражданский иск потерпевшей Н.П. о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением в сумме 600.000 (л.д.148 т.2), Н.П. просила оставить без рассмотрения (л.д.233-235 т.7), указав, что в производстве Красногорского районного суда в порядке гражданского производства находится аналогичный иск.

Исковое заявление (л.д.171 т.8) по иску ФИО2 к М.Н. о взыскании с нее 600.000 рублей не подлежит рассмотрению в рамках настоящего уголовного дела, поскольку уголовное дело по факту хищения 600.000 рублей у Н.П. М.Н. прекращено за непричастностью к совершению преступления. Иск должен быть оставлен без рассмотрения.

Гражданский иск потерпевшей О.А. о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением в сумме 453.000 рублей (л.д.141 т.1) удовлетворить частично на основании ст.1064 ч.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в объеме доказанного обвинения в сумме 388000 рублей.

При решении вопроса о вещественных доказательствах, с учетом обстоятельств уголовного дела и мнения сторон, суд полагает необходимым:

- договор займа денег № * от 18.12.2015г.; договор купли-продажи квартиры по * от 10.12.2015г., заключенный между М.В. и О.А.; опись документов принятых для оказания платных государственных услуг МФЦ от 11.01.2016г; договор займа * от 10.12.2015 г. на сумму 453,026 рублей заключенный между О.А. и КПК «Содействие» с приложением; претензия по оспариваемой сумме от 21.12.2015г. поданная О.А.в АО «Альфа-Банк», о снятии с ее счета 12.12.2015г. 453000 рублей посторонним лицом; письмо от 15.01.2016г. в соответствии с которым КПК Содействие дает согласие на расторжение регистрации договора купли-продажи квартиры от 10.12.2015г.; квитанция к приходному кассовому ордеру * от 30.12.2015г., в соответствии с которым О.А. внесла в счет займа в КПК Содействие 388026 рублей; государственный сертификат на материнский капитал * от 03.06.2015г. на имя О.А. сумма 453026 рублей, хранящиеся у потерпевшей О.А. (л.д.130 т.1) – оставить в распоряжении потерпевшей О.А.;

- телевизор * в корпусе черного цвета; музыкальный центр «*- хранящиеся в камере хранения МО МВД России «Каменск-Уральский» (л.д.131 т.1 квитанция * от 26.04.2016 л.д.132 т.1) – возвратить ФИО2;

- 9 колец из металла желтого цвета с камнями красного и синего цветов, 19 серёг из металла желтого цвета с камнями красного, синего, зеленого цветов, 3 браслета из металла желтого цвета с камнями бирюзового цвета, синего цветов, 9 колец из металла серебристого цвета с камнями зеленого и сиреневого цветов, 17 серёг из металла серебристого цвета с камнями зеленого, синего, сиреневого цветов, 2 кулона в виде крестиков из металл серебристого цвета, 2 браслета из металла серебристого цвета с камнями синего цвета, флеш карта микро сд 2 гб;. флешкарта в корпусе серого цвета с надписью ADATA; ежедневник в обложке синего цвета, на лицевой части обложки цифирное обозначение – 2016; банковская карта «Альфа-банк» *; водительские права на имя Т.Е., *. в опечатанной коробке, скрепленной подписью понятых и следователя – хранятся при материалах уголовного дела- возвратить ФИО2;

- диск DVD-R с видеозаписью снятия денежных средств ФИО2 в банкомате (л.д.67 т.1) – хранить при уголовном деле до истечения срока его хранения. 

Руководствуясь ст.ст. 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО2 признать виновной в совершении преступлений, предусмотренных ст.160 ч.3 Уголовного кодекса Российской, совершенного в отношении потерпевшей Н.П., ст.159 ч.3 Уголовного кодекса Российской Федерации, совершенного в отношении потерпевшей О.А., и назначить наказание:

- по ст.160 ч.3 Уголовного кодекса Российской, совершенного в отношении потерпевшей Н.П. –3 (три) года лишения свободы;

- по ст.159 ч.3 Уголовного кодекса Российской Федерации, совершенного в отношении потерпевшей О.А. - 2 (два) года 6 (шесть) месяцев лишения свободы.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации путем частичного сложения назначенных наказаний по совокупности преступлений назначить 3 (три) года 6 (шесть) месяцев лишения свободы.

В соответствии со ст.74 ч.5 Уголовного кодекса Российской Федерации отменить ФИО2 условное осуждение по приговору от 27.06.2013 Красногорского районного суда.

В соответствии со ст.70 Уголовного кодекса Российской Федерации к наказанию, назначенному по настоящему делу, частично присоединить неотбытое наказание по приговору от 27.06.2013 Красногорского районного суда и по совокупности приговоров назначить окончательное наказание в виде 4 (четырех) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО2 подписку о невыезде и надлежащем поведении изменить на заключение под стражей, взяв ФИО2 под стражу в зале суда.

Срок наказания ФИО2 исчислять с 4 апреля 2017 года. 

Взыскать с ФИО2 в пользу О.А. счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением 388.000 (триста восемьдесят восемь тысяч) рублей 00 копеек.

Гражданский иск потерпевшей Н.П. к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением в сумме 600.000 – оставить без рассмотрения.

Гражданский иск ФИО2 к М.Н. о взыскании 600.000 – оставить без рассмотрения.

Вещественные доказательства после вступления приговора в законную силу:

- договор займа денег № * от 18.12.2015г.; договор купли-продажи квартиры по * от 10.12.2015г., заключенный между М.В. и О.А.; опись документов принятых для оказания платных государственных услуг МФЦ от 11.01.2016г; договор займа * от 10.12.2015 г. на сумму 453,026 рублей заключенный между О.А. и КПК «Содействие» с приложением; претензия по оспариваемой сумме от 21.12.2015г. поданная О.А.в АО «Альфа-Банк», о снятии с ее счета 12.12.2015г. 453000 рублей посторонним лицом; письмо от 15.01.2016г. в соответствии с которым КПК Содействие дает согласие на расторжение регистрации договора купли-продажи квартиры от 10.12.2015г.; квитанция к приходному кассовому ордеру * от 30.12.2015г., в соответствии с которым О.А. внесла в счет займа в КПК Содействие 388026 рублей; государственный сертификат на материнский капитал * от 03.06.2015г. на имя О.А. сумма 453026 рублей, хранящиеся у потерпевшей О.А. (л.д.130 т.1) – оставить в распоряжении потерпевшей О.А.;

- телевизор * в корпусе черного цвета; музыкальный центр *- хранящиеся в камере хранения МО МВД России «Каменск-Уральский» (л.д.131 т.1 квитанция * от 26.04.2016 л.д.132 т.1) –возвратить ФИО2;

- 9 колец из металла желтого цвета с камнями красного и синего цветов, 19 серёг из металла желтого цвета с камнями красного, синего, зеленого цветов, 3 браслета из металла желтого цвета с камнями бирюзового цвета, синего цветов, 9 колец из металла серебристого цвета с камнями зеленого и сиреневого цветов, 17 серёг из металла серебристого цвета с камнями зеленого, синего, сиреневого цветов, 2 кулона в виде крестиков из металл серебристого цвета, 2 браслета из металла серебристого цвета с камнями синего цвета, флеш карта микро сд 2 гб;. флешкарта в корпусе серого цвета с надписью ADATA; ежедневник в обложке синего цвета, на лицевой части обложки цифирное обозначение – 2016; банковская карта «Альфа-банк» *; водительские права на имя Т.Е., *. в опечатанной коробке, скрепленной подписью понятых и следователя – хранятся при материалах уголовного дела- возвратить ФИО2;

- диск DVD-R с видеозаписью снятия денежных средств ФИО2 в банкомате (л.д.67 т.1) – хранить при уголовном деле до истечения срока его хранения.

Приговор может быть обжалован в Свердловский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, со дня вручения копии приговора, путем подачи жалобы, представления через Красногорский районный суд.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденным, он вправе ходатайствовать о своем участии и предоставлении защитника в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья Красногорского районного суда

Каменска-Уральского Свердловской области Н.С. Лобанова 

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда определила:

Приговор Красногорского районного суда г. Каменска-Уральского Свердловской области от 04.04.2017 года в отношении ФИО2 изменить, исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на мнение потерпевших о наказании.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы адвоката и осужденной – без удовлетворения.

Приговор вступил в законную силу 16 июня 2017 года.