Дело № 12-116/2024

Р Е Ш Е Н И Е

по жалобе на постановление об административном правонарушении

г. Волжск 20 декабря 2024 года

Волжский городской суд Республики Марий Эл в составе судьи Салихова А.И., 

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 16 Волжского судебного района Республики Марий Эл по делу об административном правонарушении от 21 октября 2024 года о признании виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

установил:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 16 Волжского судебного района Республики Марий Эл по делу об административном правонарушении от 21 октября 2024 года ФИО1 назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 5000 рублей за совершение административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, как нанесение побоев, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в статье 115 УК РФ, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

Не согласившись с данным постановлением, ФИО1 обратился с жалобой, в которой просит отменить указанное постановление мирового судьи, производство по делу об административном правонарушении прекратить в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление.

Представитель МО МВД России «Волжский» в судебное заседание не явились, о рассмотрении дела извещены надлежащим образом. Сведений об уважительности причин неявки не имеется.

Потерпевший И.А.Г. и его защитник К.Г.В. просили постановление оставить без изменения, а жалобу ФИО1 без удовлетворения.

ФИО1 и его защитник Р.Н.В. в судебном заседании пояснили, что просят отменить вышеуказанное постановление мирового судьи, производство по делу об административном правонарушении прекратить в связи с отсутствием состава административного правонарушения на основании ст. 24.5 КоАП РФ, в обоснование жалобы указывая, что мировым судьей не рассмотрены ходатайства о признании недопустимыми доказательствами: объяснения ФИО2 от 6 февраля 2024 года; объяснения С.Т.А. от 6 февраля 2024 года; заключения судебно-медицинского эксперта № от 6 февраля 2024 года и № от 13 февраля 2024 года; заключения судебной видео-технической экспертизы № от 17 сентября 2024 года; объяснения ФИО1 от 12 февраля 2024 года. 

Считает, что доказательства в виде письменного объяснения свидетеля С.Т.А., постановления о назначении судебно-медицинской экспертизы от 6 февраля 2024 года, заключения судебно-медицинского эксперта № от 6 февраля 2024 года и № от 13 февраля 2024 года, видео-диск и заключение видео-технической экспертизы № от 17 сентября 2024 года, письменные объяснения ФИО1 от 12 и 13 февраля 2024 года, письменные объяснения потерпевшего И.А.Г. от 6 февраля и 15 апреля 2024 года, являются недопустимыми доказательствами.

Также указывает, что обжалуемое постановление вынесено на обстоятельствах, которые не нашли своих доказательствах.

Изучив материалы дела, доводы жалобы, прихожу к следующему.

В соответствии со статьей 6.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в статье 115 Уголовного кодекса Российской Федерации, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния, влечет наложение административного штрафа в размере от пяти тысяч до тридцати тысяч рублей, либо административный арест на срок от десяти до пятнадцати суток, либо обязательные работы на срок от шестидесяти до ста двадцати часов.

При этом побои - это действия, характеризующиеся многократным нанесением ударов, которые сами по себе не составляют особого вида повреждения, хотя в результате их нанесения могут возникать телесные повреждения (в частности, ссадины, кровоподтеки, небольшие раны, не влекущие за собой временной утраты трудоспособности или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности). Вместе с тем побои могут и не оставить после себя никаких объективно выявляемых повреждений.

К иным насильственным действиям относится причинение боли щипанием, сечением, причинение небольших повреждений тупыми или острыми предметами, воздействием термических факторов и другие аналогичные действия.

Таким образом, обязательным признаком объективной стороны состава указанного административного правонарушения является наступление последствий в виде телесных повреждений и/или физической боли.

Из материалов дела усматривается, что 6 февраля 2024 года около 16 часов 40 минут ФИО3, находясь по адресу: 

<

адрес>, в ходе словесного конфликта нанес И.А.Г. один удар головой в область носа, чем причинил последнему физическую боль.

Фактические обстоятельства подтверждаются собранными по делу доказательствами: протоколом 12 № об административном правонарушении от 15 марта 2024; выпиской КУСП № от 6 февраля 2024 года; заявлением потерпевшего И.А.Г., зарегистрированным в КУСП № от 6 февраля 2024 года, предупрежденного об уголовной ответственности; письменными объяснениями потерпевшего И.А.Г. от 6 февраля и 15 апреля 2024 года; заключением эксперта № от 12 февраля 2024 года в отношении И.А.Г.; заключением эксперта № от 12 февраля 2024 года в отношении И.А.Г.; письменными объяснениями свидетеля С.Т.А. от 6 февраля 2024 года; письменными объяснениями ФИО1 от 12 и 13 февраля 2024 года; заключением эксперта № от 13 марта в отношении ФИО1; постановлением УУП ОУУП МО МВД России «Волжский» Ш.Е.В. от 26 апреля 2024 года; видеозаписью рассматриваемых событий; заключение эксперта № от 17 сентября 2024 года и иными доказательствами, которым дана оценка по правилам статьи 26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности.

Выводы судебных инстанций о виновности ФИО3 в совершении административного правонарушения, предусмотренного статьей 6.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, являются правильными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам.

В соответствии с требованиями статьи 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при рассмотрении дела об административном правонарушении на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств установлены все юридически значимые обстоятельства совершения административного правонарушения, предусмотренные статьей 26.1 данного Кодекса.

Действия ФИО3 квалифицированы в соответствии с установленными обстоятельствами и требованиями Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Порядок и срок давности привлечения ФИО3 к административной ответственности соблюдены.

Протокол об административном правонарушении составлен в соответствии со статьей 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в нем отражены сведения, необходимые для разрешения дела. Протокол составлен в присутствии ФИО3 Права ему разъяснены, копия протокола вручена. Правом выразить несогласие с вмененным правонарушением ФИО3 воспользовался. Существенных недостатков протокол об административном правонарушении не содержит.

Согласно абзацу второму пункта 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» при рассмотрении дела об административном правонарушении собранные по делу доказательства должны оцениваться в соответствии со статьей 26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а также с позиции соблюдения требований закона при их получении (часть 3 статьи 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Нарушением, влекущим невозможность использования доказательств, может быть признано, в частности, получение объяснений потерпевшего, свидетеля, лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, которым не были предварительно разъяснены их права и обязанности, предусмотренные частью 1 статьи 25.1, частью 2 статьи 25.2, частью 3 статьи 25.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, статьей 51 Конституции Российской Федерации, свидетели, специалисты, эксперты не были предупреждены об административной ответственности соответственно за дачу заведомо ложных показаний, пояснений, заключений по статье 17.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а также существенное нарушение порядка назначения и проведения экспертизы.

Необходимо учесть, что нарушение административным органом при производстве по делу об административном правонарушении процессуальных требований, установленных Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, является основанием для признания незаконным и отмены оспариваемого постановления при условии, если указанные нарушения носят существенный характер и не позволяют или не позволили всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Существенный характер нарушений определяется исходя из последствий, которые данными нарушениями вызваны, и возможности устранения этих последствий при рассмотрении дела. Также существенность нарушения процессуального закона выражается в его влиянии на достоверность полученных сведений либо на соблюдение гарантированных процессуальным законом прав и интересов участников судопроизводства.

Несущественными следует признать такие нарушения процессуального законодательства, которые не повлияли и не могли повлиять на законность, обоснованность и справедливость вынесенного решения.

В пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» нижестоящим судам разъяснено о необходимости дифференциации существенных и несущественных недостатков протокола об административном правонарушении и их последствий для рассмотрения дела об административном правонарушении, что, по сути, не препятствует рассмотрению дела об административном правонарушении и вынесению постановления о назначении административного наказания при выявлении таких недостатков протокола, которые могут быть восполнены при рассмотрении дела по существу.

Если присущие протоколу об административном правонарушении недостатки являются несущественными и могут быть восполнены судьей, членами коллегиального органа, должностным лицом, осуществляющими производство по делу об административном правонарушении, посредством оценки всех имеющихся доказательств на основе всестороннего, полного и объективного исследования всех обстоятельств дела в их совокупности (статья 26.11 КоАП Российской Федерации), не исключается рассмотрение дела об административном правонарушении по существу и принятие по его результатам постановления о назначении административного наказания.

Согласно статьям 30.6 - 30.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях порядок пересмотра постановления и (или) решений по делам об административных правонарушениях, не вступивших в законную силу, аналогичен рассмотрению дела по существу и возлагает на суд обязанность проверки обоснованности привлечения к административной ответственности и справедливости назначенного наказания на основании имеющихся в деле и дополнительно представленных материалов. В целях чего суд вправе осуществлять не только исследование представленных доказательств, но и процессуальные действия, направленные на проверку их допустимости, относимости и достоверности.

На основании статьи 30.6 настоящего Кодекса при рассмотрении жалобы на постановление по делу об административном правонарушении проверяются на основании имеющихся в деле и дополнительно представленных материалов законность и обоснованность вынесенного постановления, в частности заслушиваются объяснения физического лица или законного представителя юридического лица, в отношении которых вынесено постановление по делу об административном правонарушении; при необходимости заслушиваются показания других лиц, участвующих в рассмотрении жалобы, пояснения специалиста и заключение эксперта, исследуются иные доказательства, осуществляются другие процессуальные действия в соответствии с настоящим Кодексом (пункт 8 части 2). Судья, вышестоящее должностное лицо не связаны доводами жалобы и проверяют дело в полном объеме (часть 3).

В связи с чем суд не лишен возможности вызвать в судебное заседание и допросить лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, потерпевшую, свидетелей, в случае необходимости вызвать и допросить эксперта для установления события и состава административного правонарушения. 

В суде апелляционной инстанции потерпевший И.А.Г. указал, что 6 февраля 2024 года с супругой С.Т.А. и ребенком двигался на автомобиле по дороге на 

<

адрес>. Из-за погодных условий и количества снега дорога имела только одну полосу для проезда автомобилей. На встречу ему двигался автомобиль под управлением ФИО1, который не давал ему возможности продолжить движение, в связи с чем у них возник словесный конфликт. Далее ФИО1 вышел из автомобиля и направился в его сторону, на что также вышел из автомобиля, а ФИО1, подойдя к нему, нанес один удар головой в область носа, от удара упал на землю, а ФИО1 навалился на него, на что пытался оттолкнуть его от себя, ему также помогала С.Т.А. От полученного удара получил травму носа. После чего ФИО1 слез с него и вернулся в свой автомобиль. Далее он направился в больницу, где ему была оказана помощь, а также обратился в полицию. Каких-либо ударов ФИО1 не наносил, угрозы в его адрес не высказывал, каких-либо предметов в руках не держал, напротив, ФИО1 первым нанес ему удар, от которого сразу же упал на землю. Он и его супруга ранее с ФИО1 знакомы не были, каких-либо конфликтов не имели, оснований для его оговора не имеют. 

В суде апелляционной инстанции свидетель С.Т.А. указала, что 6 февраля 2024 года с супругом И.А.Г. и ребенком двигались на автомобиле по дороге на 

<

адрес>. На указанной улице из-за погодных условий была расчищена только одна полоса для движения автомобилей. В ходе движения у И.А.Г. и ФИО1 произошел словесный конфликт, поскольку ФИО1 не давал возможности продолжить движение их автомобилю. Далее ФИО1 вышел из автомобиля и направился в их сторону, на что И.А.Г. также вышел из автомобиля, а ФИО1, подойдя к нему, нанес один удар головой в область носа, от которого И.А.Г. упал на землю, затем ФИО1 навалился на него, а И.А.Г. пытался оттолкнуть от себя, на что также пыталась снять ФИО1 От удара у И.А.Г. имелось повреждение в области носа. Далее они направились в больницу, где И.А.Г. была оказана медицинская помощь, а также он обратился в полицию. И.А.Г. каких-либо ударов ФИО1 не наносил, угрозы в его адрес не высказывал, каких-либо предметов в руках не держал, напротив, ФИО1 первым нанес ему удар, от которого И.А.Г. сразу же упал на землю. Она и ее супруг ранее с ФИО1 знакомы не были, каких-либо конфликтов не имели, оснований для его оговора не имеют. 

В силу части 1 статьи 28.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в случаях совершения административного правонарушения, предусмотренного статьей 6.1.1 названного Кодекса, проводится административное расследование.

По смыслу статьи 28.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях административным расследованием являются процессуальные мероприятия, совершенные с соблюдением формы и в порядке, предусмотренном законодательством об административных правонарушениях. С учетом этого не являются административным расследованием действия, совершенные в соответствии с нормами Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в рамках досудебного производства по уголовному делу, в результате которых должностным лицом определяется наличие или отсутствие признаков состава преступления.

Указанный подход соответствует подп. «а» пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях».

В случае, если административное расследование не осуществлялось, а производились действия в соответствии с нормами Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в рамках досудебного производства по уголовному делу, дела об административных правонарушениях, предусмотренных статьей 6.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, рассматриваются мировыми судьями.

Согласно указанной норме и разъяснениям, изложенным в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», административное расследование представляет собой комплекс требующих значительных временных затрат процессуальных действий, направленных на выяснение всех обстоятельств административного правонарушения, их фиксирование, юридическую квалификацию и процессуальное оформление (в том числе путем проведения экспертизы, установления потерпевших, свидетелей, допроса лиц, проживающих в другой местности).

В рассматриваемом случае обстоятельства административного правонарушения установлены без выполнения таких процессуальных действий, в рамках доследственной проверки в порядке статьи 144 УПК Российской Федерации.

При этом любые фактические данные, полученные в иных предусмотренных законом формах, на основании которых судья устанавливает наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, в соответствии со статьей 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях признаются доказательствами по делу об административном правонарушении.

Обстоятельства дела об административном правонарушении, предусмотренном статьей 6.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, могут быть установлены как на основании результатов административного расследования, так и мероприятий, проведенных в иных предусмотренных законом формах.

Вопреки доводам жалобы данных о том, что при рассмотрении настоящего дела не был соблюден запрет на использование доказательств по делу об административном правонарушении, полученных с нарушением закона (часть 3 статьи 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях), не установлено.

Вопреки утверждению заявителя с учетом фактических обстоятельств дела, письменные объяснения потерпевшего И.А.Г., свидетеля С.Т.А., постановление о назначении судебно-медицинской экспертизы от 6 февраля 2024 года, заключения судебно-медицинского эксперта № от 6 февраля 2024 года и № от 13 февраля 2024 года, письменные объяснения ФИО1 от 12 и 13 февраля 2024 года, являются допустимыми доказательствами по следующим основаниям.

Так, сообщение об обращении И.А.Г. за медицинской помощью вследствие получения телесных повреждений зарегистрировано в КУСП МО МВД России «Волжский» 6 февраля 2024 года за №.

В этот же день в КУСП МО МВД России «Волжский» зарегистрировано заявление И.А.Г. за № по факту нанесения ему неустановленным лицом телесных повреждений.

6 февраля 2024 года И.А.Г. был опрошен УУП ОУУП МО МВД России «Волжский» И.Р.М., при этом И.А.Г. предупрежден об ответственности за заведомо ложный донос по ст. 306 УК РФ, а также ему разъяснены положения ст. 51 Конституции Российской Федерации.

В этот же день должностным лицом вынесено постановление о назначении судебно-медицинской экспертизы в отношении И.А.Г., при этом в постановлении указано о необходимости предупреждения эксперта об уголовной ответственности по ст. 307 УПК РФ.

Также 6 февраля 2024 года С.Т.А. была опрошена УУП ОУУП МО МВД России «Волжский» И.Р.М., при этом С.Т.А. предупреждена об ответственности за заведомо ложный донос по ст. 306 УК РФ, а также ей разъяснены положения ст. 51 Конституции Российской Федерации.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № от 12 февраля 2024 года, у И.А.Г. зафиксированы повреждения, относящиеся к повреждениям, не причинившим вред здоровью человека. 

12 февраля 2024 года ФИО1 был опрошен УУП ОУУП МО МВД России «Волжский» И.Р.М., при этом ФИО1 предупрежден об ответственности за заведомо ложный донос по ст. 306 УК РФ и ст. 17.9 КоАП РФ, а также ему разъяснены положения ст. 51 Конституции Российской Федерации.

14 февраля 2024 года УУП ОУУП МО МВД России «Волжский» Ш.Е.В. вынесено определение о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования по факту заявления И.А.Г.

Также к указанному делу об административном правонарушении приобщены копии материалов по обращению ФИО1 от 13 февраля 2024 года.

Так, 13 февраля 2024 года в КУСП МО МВД России «Волжский» зарегистрировано заявление ФИО1 за № по факту нанесения ему неустановленным лицом телесных повреждений.

По данному факту в этот же день ФИО1 был опрошен УУП ОУУП МО МВД России «Волжский» В.Т.И., при этом ФИО1 предупрежден об ответственности за заведомо ложный донос по ст. 306 УК РФ, а также ему разъяснены положения ст. 51 Конституции Российской Федерации.

13 февраля 2024 года должностным лицом вынесено постановление о назначении судебно-медицинской экспертизы в отношении ФИО1, при этом в постановлении указано о необходимости предупреждения эксперта об уголовной ответственности по ст. 307 УПК РФ.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № от 13 марта 2024 года, у ФИО1 каких-либо повреждений не установлено.

Как усматривается из материалов дела об административном правонарушении, действия по опросу И.А.Г., С.Т.А. и ФИО1, а также по назначению и проведению судебно-медицинских экспертиз в отношении И.А.Г. и ФИО1 были совершенны должностными лицами в соответствии с нормами Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в рамках досудебного производства по уголовному делу, в результате которых должностным лицом определялось наличие или отсутствие признаков состава преступления.

Заключения экспертов № от 12 февраля 2024 года и № от 13 марта 2024 года вынесено на основании соответствующих постановлении в рамках проверки сообщений о совершении уголовного преступления.

Указание в экспертизах на то, что эксперту разъяснены права и обязанности, предусмотренные статьей 57 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, вместо положений статьи 25.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а также, что эксперт предупрежден об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, вместо статьи 17.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не порочит выводов экспертов и не свидетельствуют о недопустимости данных документов как доказательств по делу.

В соответствии со статьей 25 Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» в заключении эксперта должны быть отражены, помимо прочего, предупреждение эксперта в соответствии с законодательством Российской Федерации об ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Статья 307 Уголовного кодекса Российской Федерации предусматривает ответственность за заведомо ложное заключение эксперта в суде либо при производстве предварительного расследования, а статья 17.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях - за заведомо ложное заключение эксперта при производстве по делу об административном правонарушении или в исполнительном производстве. Подписка эксперта по статье 307 названного кодекса не свидетельствует о неправильности и недопустимости его заключения при производстве экспертизы по делу об административном правонарушении. Мера ответственности эксперта, предусмотренная статьей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, является более строгой, нежели ответственность, установленная статьей 17.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Действия ФИО1, не содержащие уголовно наказуемого деяния, квалифицированы в соответствии с установленными обстоятельствами и нормами Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Таким образом, письменные показания потерпевшего И.А.Г., свидетеля С.Т.А., а также ФИО1 отвечают требованиям, предъявляемым Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях к такого вида доказательствам, последовательны, непротиворечивы, согласуются с собранными по делу доказательствами и обоснованно признаны мировым судьей достоверными относительно обстоятельств административного правонарушения. 

Кроме того, ФИО1 12 февраля 2024 года предупреждался об административной ответственности по статье 17.9 названного Кодекса.

Суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том, что оснований для признания показаний потерпевшего И.А.Г., свидетеля С.Т.А., а также ФИО1 недопустимым доказательством не имеется, основания для оговора ФИО1 не установил.

Доводы жалобы о недоказанности вины ФИО3 в совершении вмененного административного правонарушения и об отсутствии состава административного правонарушения, подлежат отклонению поскольку опровергаются совокупностью собранных по делу доказательств.

Вопреки доводам жалобы постановление о назначении судебно-медицинской экспертизы от 6 февраля 2024 года, а также заключения судебно-медицинского эксперта № от 6 февраля 2024 года и № от 13 февраля 2024 года составлены экспертом, обладающим специальными познаниями в области проведенных исследований, на основе изучения всех имеющихся в деле документов.

Довод жалобы о том, что должностное лицо административного органа не ознакомило ФИО1 с постановлением о назначении экспертизы и с самими экспертизами, не может повлечь отмену обжалуемых судебных актов.

С момента начала производства по делу об административном правонарушении, то есть с 14 февраля 2024 года, данное постановление, как и заключения эксперта, были доступны для ознакомления, ФИО3 и его защитник Р.Н.В. не были лишены возможности знакомиться со всеми материалами дела (в том числе с заключениями эксперта) и выражать несогласие с ним на любой стадии производства по делу об административном правонарушении. 

Согласно ходатайству ФИО1 и его защитник Р.Н.В. от 5 апреля 2024 года, поступившему в Волжский городской суд Республики Марий Эл, указанные лица ознакомлены с материалами дела 5 апреля 2024 года в полном объеме.

Ссылки только на формальные нарушения, связанные с назначением экспертизы, не влекут признание их недопустимым доказательством, а также указание в постановлении о назначении судебно-медицинской экспертизы от 6 февраля 2024 года в отношении И.А.Г. о необходимости предупреждения эксперта об административной ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ не влекут признание указанного постановления и проведенного в дальнейшем заключения эксперта, недопустимым доказательством, поскольку согласно заключения эксперта следует, что последний об ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ, не предупреждался.

Судебно-медицинская экспертиза в отношении И.А.Г. и ФИО1 проведены в соответствии с Правилами определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденными постановлением Правительства РФ от 17 августа 2007 года №, приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека».

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце 4 пункта 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», протоколы и иные материалы ранее прекращенного уголовного дела в отношении лица, привлекаемого к административной ответственности за те же действия (бездействие), могут быть использованы в качестве доказательств при рассмотрении дела об административном правонарушении.

Указание в экспертизе о том, что эксперту разъяснены права и обязанности, предусмотренные статьей 57 УПК РФ, вместо положений статьи 25.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а также, что эксперт предупрежден об ответственности за отказ или уклонение от дачи заключения и за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК РФ, вместо 17.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не порочат выводов эксперта и не свидетельствуют о недопустимости данного документа как доказательства по делу, поскольку экспертиза была назначена и проведена в рамках проводимой доследственной проверки в порядке статьи 144 УПК РФ.

При таких обстоятельствах оснований сомневаться в достоверности выводов эксперта и допустимости его заключения у мирового судьи не имелось.

Заключения экспертов № от 6 февраля 2024 года и № от 13 февраля 2024 года составлены в соответствии с требованиями закона, экспертизы проведены по обстоятельствам, имеющим значение для дела, эксперт Т.Е.Ю., проводившая исследование, имеет высшее образование, наличие значительного стажа в экспертной деятельности, была предупреждена об установленной законом ответственности за дачу заведомо ложного заключения, выводы эксперта являются мотивированными, в заключении содержится описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные вопросы. Сомнений в достоверности и объективности заключения при рассмотрении дела у суда не имелось. При рассмотрении дела ни ФИО1, ни защитник Р.Н.В. на наличие оснований для отвода эксперта не указывали, о назначении повторной судебно-медицинской экспертизы с привлечением других экспертов не ходатайствовали.

В суде апелляционной инстанции эксперт Т.Е.Ю. указала, что экспертиза потерпевшего И.А.Г. была проведена с личным участием И.А.Г. и по медицинским документам, в ходе которых у И.А.Г. установлены телесные повреждения, отраженные в заключение эксперта, иных повреждений не имелось. У И.А.Г. были обнаружены повреждения: рана поверхностная спинки носа между верхней и средней третью, ссадина правой скуловой области в проекции верхнего края скуловой области, которые возникли от не менее, чем 2-х воздействий тупых твердых предметов, которым могла быть голова. Повреждения, обнаруженные в ходе проведения судебно-медицинской экспертизы у И.А.Г., могли образоваться при обстоятельствах, указанных И.А.Г., поскольку характер повреждений характерен для обстоятельств, указанных им. Также указала, что экспертиза ФИО1 была проведена с личным участием ФИО1 и по медицинским документам, в ходе которых у ФИО1 телесные повреждения не установлены. Перед началом проведения экспертиз ей были разъяснены права и обязанности эксперта, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, а также была предупреждена об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ.

Доказательств тому, что И.А.Г. получил телесные повреждения при иных обстоятельствах, материалы дела не содержат.

Ставить под сомнение выводы заключений эксперта оснований не имеется, поскольку они согласуются с совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Доводы жалобы о том, что ФИО1 не наносил удара потерпевшему либо о неумышленном характере его действий, не нашли своего подтверждения и опровергаются собранными по делу доказательствами, которые объективно свидетельствуют о виновности ФИО1 в совершении вмененного административного правонарушения и обоснованно признаны мировым судьей достаточными для рассмотрения дела по существу.

Вопреки доводам жалобы показания потерпевшего И.А.Г., свидетеля С.Т.А., эксперта Т.Е.Ю., а также показания ФИО1 от 12 февраля 2024 года, согласуются между собой, а также с другими доказательствами по делу, получены с соблюдением требований статьи 17.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Оснований сомневаться в правдивости и достоверности сведений, сообщенных указанными лицами, а также оснований полагать о наличии у них прямой, личной или косвенной заинтересованности в привлечении к административной ответственности ФИО1 не имеется.

Вопреки доводам жалобы мировым судьей дана надлежащая оценка, приведены мотивы, по которым суд принял во внимание видеозапись и заключение эксперта № от 17 сентября 2024 года.

Обстановка, зафиксированная на указанной видеозаписи, согласуется с исследованными в судебном заседании материалами административного дела, в том числе и с показаниями потерпевшего и свидетеля.

Представленная в дело видеозапись, содержащая сведения о юридически значимых обстоятельствах, имеющих значение для правильного разрешения дела, оценена в совокупности с другими доказательствами и признается допустимым доказательством по делу.

Право ФИО1 на защиту в ходе производства по делу не нарушено.

Кроме того, в соответствии со статьей 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях заключение эксперта относится к числу доказательств, на основании которых устанавливаются подлежащие выяснению обстоятельства по делу об административном правонарушении. Заключение эксперта не имеет заранее установленной силы и при осуществлении производства по делу подлежит исследованию и оценке по правилам статьи 26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в совокупности с иными собранными по делу доказательствами, что и было сделано мировым судьей при рассмотрении дела.

Доказательства, полученные должностными лицами МО МВД России «Волжский» при проведении мероприятий по проверке сообщения о совершении противоправных действий, согласуются с иными доказательствами по делу, отвечают требованиям статьи 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, имеют доказательственное значение для правильного разрешения настоящего дела об административном правонарушении.

Кроме того, на момент вынесения постановления о назначении экспертизы 6 февраля 2024 года ФИО1 не являлся лицом, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, поскольку определение о возбуждении дела об административном правонарушении было вынесено 14 февраля 2024 года по статье 6.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях по факту обращения с заявлением потерпевшего И.А.Г. фактически в отношении не установленного на тот момент лица, следовательно, у должностного лица в производстве которого находилось дело, отсутствовала обязанность по ознакомлению ФИО1 с постановлением о назначении экспертизы.

При этом необходимо отметить, что ФИО1 и его защитник после составления в отношении ФИО1 протокола об административном правонарушении, предусмотренном статьей 6.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, не были лишены возможности разрешить имеющиеся у них сомнения относительно выводов представленной в материалы дела экспертизы, заявив ходатайство о назначении по делу дополнительной или повторной судебной экспертизы, однако отказались от реализации предоставленных им прав.

Таким образом, ссылка в жалобе на неознакомление ФИО1 с постановлением о назначении судебно-медицинской экспертизы в соответствии с частью 4 статьи 26.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не является безусловным основанием для признания доказательства недопустимым и не влекут признание ее недопустимым доказательством.

Все доводы поданной в суд жалобы направлены на переоценку установленных по делу фактических обстоятельств. Аналогичные доводы были предметом проверки предыдущей судебной инстанции, не нашли своего подтверждения в материалах настоящего дела об административном правонарушении, противоречат совокупности собранных по делу доказательств, обоснованно отвергнуты по основаниям, изложенным в соответствующих судебных актах, и не ставят под сомнение наличие в действиях ФИО1 объективной стороны состава административного правонарушения, предусмотренного статьей 6.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Указание в жалобе на то, что в протоколе об административном правонарушении не указано точное место правонарушения, в части номера дома, не противоречит требованиям части 2 статьи 29.2 Кодекса и не свидетельствует о существенном нарушении норм процессуального права, поскольку установлено, что административное правонарушение ФИО1 совершено на 

<

адрес> Республики Марий Эл.

Доводы жалобы заявителя о наличии противоречий в показаниях потерпевшего и заключения эксперта в части количества ударов, выводы о виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ, не опровергают, о допущенных существенных процессуальных нарушения, не позволивших полно, всесторонне и объективно рассмотреть дело, не свидетельствуют, поскольку потерпевший И.А.Г. и свидетель С.Т.А. указывали об одном ударе, нанесенном ФИО1 и не ставят под сомнение наличие в действиях ФИО1 объективной стороны состава административного правонарушения, предусмотренного статьей 6.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Факт причинения ФИО1 побоев потерпевшему, от чего последний испытал физическую боль, подтверждаются материалами дела, поэтому выводы о наличии в его действиях состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ, являются верными.

Юридически значимым является причинение от удара физической боли, на что помимо показаний потерпевшего указывает и само обращение в медицинскую организацию с жалобами на боль.

В настоящем деле являются доказанными, как факт нанесения ФИО1 удара потерпевшему, так и причинно-следственная связь между указанными действиями и причинением И.А.Г. физической боли и указывает, что данные действия совершены ФИО1 умышленно.

Из доводов жалобы не следует, что при рассмотрении настоящего дела допущены какие-либо нарушения Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и (или) предусмотренные им процессуальные требования, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Довод жалобы о нерассмотрении мировым судьей ходатайств о признании недопустимыми доказательствами, не основан на материалах дела, поскольку данное ходатайство было рассмотрено в установленном статьей 24.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях порядке и отклонено с приведением в тексте решения соответствующих мотивов, оснований не согласиться с которыми не усматривается.

Административное наказание назначено привлекаемому лицу в пределах санкции статьи 6.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Обстоятельств, которые в силу пунктов 2 - 4 части 2 статьи 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях могли бы повлечь отмену обжалуемых судебных актов, не установлено.

Постановление о привлечении А.В.Н. к административной ответственности вынесено мировым судьей с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел.

Несогласие заявителя и его защитника – адвоката с оценкой собранных по делу доказательств и установленных мировым судьей обстоятельств правовым основанием к отмене принятого по делу постановления не является.

При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения постановления мирового судьи не усматривается.

Оснований для прекращения производства по делу об административном правонарушении в связи с отсутствием события административного правонарушения и по иным основаниям, не имеется. 

В связи с изложенным, руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ, суд

решил:

Постановление мирового судьи судебного участка № 16 Волжского судебного района Республики Марий Эл по делу об административном правонарушении от 21 октября 2024 года о признании ФИО1 виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ, оставить без изменения, жалобу ФИО1 - без удовлетворения. 

Судья А.И. Салихов