Дело №1-13/18

П Р И Г О В О Р

 

Именем Российской Федерации

17 мая 2018 г. г. Реутов

Реутовский гарнизонный военный суд в составе председательствующего по делу - судьи Загорского В.Ю., при секретарях Векуа Д.В. и Кабановой Т.В., с участием государственных обвинителей старшего помощника военного прокурора Балашихинского гарнизона майора юстиции ФИО1 и помощника военного прокурора Балашихинского гарнизона капитана юстиции ФИО2, подсудимого ФИО3, его защитника-адвоката Карцева А.П., представившего удостоверение № и ордер от 23 марта 2018 года, рассмотрев в открытом судебном заседании в присутствии личного состава уголовное дело в отношении военнослужащего войсковой части 64053 капитана

ФИО3, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, с высшим образованием, 

<

данные изъяты>, ранее не судимого, проходящего военную службу по контракту с сентября 2005 года, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, фактически проживающего по адресу: 

<

адрес>,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.290 УК РФ,

установил:

ФИО3, проходя военную службу по контракту в должности начальника группы оперативных дежурных войсковой части 64053, расположенной в 

<

адрес>, являясь должностным лицом, обладающим организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями в Вооруженных силах Российской Федерации, используя свои служебные полномочия, действуя умышлено и противоправно, из корыстных побуждений, желая получить имущественную выгоду, незаконно, в нарушение требований ст.1, 7, 16, 24, 75-85, 239-240 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, ст.3, 7 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации, ст.32, 37 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», ст.7, 26 и 27 «О статусе военнослужащих» и п.3 гл.2 Положения о порядке прохождения военной службы предоставил военнослужащим по призыву Свидетель №4, Свидетель №1 и Свидетель №3 в период с 16 декабря 2016 года по 3 июля 2017 года суточные увольнения.

Так, в один из дней в период с 23 ноября по 10 декабря 2016 года рядовой Свидетель №4 обратился к ФИО3 за разъяснением порядка предоставления военнослужащим группы оперативных дежурных увольнения, в том числе суточных увольнений. В ходе указанного разговора у подсудимого возник преступный умысел, направленный на получение должностным лицом лично взятки в виде денег за совершение незаконных действий в пользу взяткодателя Свидетель №4, а также иных военнослужащих вверенного ему подразделения, так как в силу должностного положения и имеющихся полномочий, предусмотренных ст.16, 24 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, он мог способствовать в предоставлении военнослужащим увольнения, и, соответственно, скрывать от командования отсутствие подчиненных, находящихся в суточных увольнениях.

Реализуя задуманное, ФИО3, действуя с единым умыслом, обусловленный корыстным побуждением, с целью незаконного обогащения, зная о желании Свидетель №4, а в последующем Свидетель №1 и ФИО4 пойти в увольнение, разъяснил названным военнослужащим, что он может предоставить им суточные увольнения за пределы гарнизона за денежное вознаграждение в размере от 1000 до 1500 рублей в зависимости от количества дней увольнения, то есть за незаконные действия в их пользу, на что вышепоименованные военнослужащие ответили согласием. При этом ФИО3 берет на себя обязанности по оформлению необходимых документов и созданию обстановки, при которой командование воинской части не будет об этом осведомлено, в том числе и в момент его нахождения в период с 21 по 30 апреля 2017 года в отпуске.

Продолжая действовать во исполнение единого преступного умысла, ФИО3 незаконно освободил подчиненного ему по службе военнослужащего по призыву Свидетель №4 от исполнения прямых обязанностей и предоставил последнему увольнение, в том числе в период с 21 по 30 апреля 2017 года, за пределы гарнизона, а именно в период с 16 по 18 декабря, с 23 по 25 декабря 2016 года, с 13 по 15 января, с 27 по 29 января, с 24 по 26 февраля, с 11 по 12 марта, с 25 по 26 марта, с 21 по 23 апреля, с 5 по 9 мая, с 12 по 14 мая, с 19 по 21 мая, с 26 по 28 мая, со 2 по 4 июня, с 10 по 12 июня, с 16 по 18 июня и с 1 по 2 июля 2017 года, получив взятку лично в виде денег в размере 25000 рублей, которые Свидетель №4 по ранее достигнутой договоренности около 18 часов 18 декабря 2016 года лично передавал подсудимому вблизи 

<

адрес>, расположенного на территории войсковой части 19893, а в последующем 26 декабря 2016 года, 16 января, 30 января, 27 февраля, 13 марта, 27 марта, 2 мая, 15 мая, 22 мая, 29 мая, 5 июня, 13 июня, 19 июня, 3 июля 2017 года около 9 часов в помещении оперативных дежурных, расположенном на 2 этаже штаба войсковой части 64053. Помимо этого, часть денежных средств в размере 4000 рублей Свидетель №4 6 мая 2017 года по ранее достигнутой договоренности с подсудимым перевел последнему на банковскую карту 

<

данные изъяты> его супруги ФИО5 (Чайковской). 

Он же, действуя из тех же побуждений, незаконно освободил подчиненного ему по службе военнослужащего по призыву Свидетель №1 от исполнения прямых обязанностей и предоставил последнему увольнение, в том числе в период с 21 по 30 апреля 2017 года, за пределы гарнизона, а именно в период с 28 по 29 января, с 31 марта по 2 апреля, с 29 апреля по 1 мая, с 12 по 14 мая, с 26 по 28 мая и с 10 по 12 июня 2017 года, получив взятку лично в виде денег в размере 8500 рублей, которые Свидетель №1 по ранее достигнутой договоренности передавал подсудимому около 9 часов 30 января, 3 апреля, 2 мая, 15 мая, 29 мая, 13 июня 2017 года в помещении оперативных дежурных.

Также ФИО3 незаконно освободил подчиненного ему по службе военнослужащего по призыву ФИО4 от исполнения прямых обязанностей и предоставил последнему увольнение за пределы гарнизона в период с 10 по 11 июня 2017 года, получив взятку лично в виде денег в размере 1000 рублей, которые Свидетель №3 по достигнутой договоренности передал подсудимому около 18 часов 11 июня 2017 года в помещении оперативных дежурных.

Таким образом, подсудимый в период с 16 декабря 2016 года по 3 июля 2017 года получил лично от взяткодателей Свидетель №4, Свидетель №1 и ФИО4 денежные средства в размере 34500 рублей, которыми распорядился по своему усмотрению.

Подсудимый Чайковской виновным себя в совершении преступления не признал и пояснил, что проходя службу в указанной ранее должности, взяток ни от кого не получал. Он подтверждает факт предоставления подчиненным военнослужащим дневных увольнений, а именно: ФИО19 – 16, 18, 23, 25 декабря 2016 года, 13, 15, 27, 29 января, 24, 26 февраля, 11, 12, 25, 26 марта, 21, 23 апреля 2017 года, 5, 9, 12, 14, 19, 21, 26, 28 мая, 2, 4, 10, 12, 16, 18 июня, 1, 2 июля 2017 года; ФИО7 – 28, 29 января, 31 марта и 2, 29 апреля, 1, 12, 14, 26, 28 мая, 10, 12 июня 2017 года; Свидетель №3 – 10, 11 июня 2017 года. Однако указаний ФИО19, ФИО7 и Свидетель №3 о передачи ему денежных средств за предоставленные увольнения не давал, его они оговаривают. Причиной оговора является высокая уставная требовательность с его стороны к вышеперечисленным лицам во время прохождения ими военной службы по призыву. В дополнение к изложенному подсудимый указал, что имевшиеся обстоятельства передачи ФИО7 и ФИО19 денежных средств, а также осуществленный последним перевод на банковский счет его супруги обусловлены возвращением поименованными лицами его собственных денежных средств, занимаемых подчиненным военнослужащим по их просьбе. 

Несмотря на такую позицию подсудимого, вина Чайковской в инкриминируемом ему деянии, подтверждается совокупностью исследованных в суде доказательств.

Так, свидетель Свидетель №4, с учетом его оглашенных показаний, суду пояснил, что в период прохождения им военной службы по призыву в группе оперативных дежурных войсковой части 64053, Чайковской в период с 16 по 18 декабря, с 23 по 25 декабря 2016 года, с 13 по 15 января, с 27 по 29 января, с 24 по 26 февраля, с 11 по 12 марта, с 25 по 26 марта, с 21 по 23 апреля, с 5 по 9 мая, с 12 по 14 мая, с 19 по 21 мая, с 26 по 28 мая, со 2 по 4 июня, с 10 по 12 июня, с 16 по 18 июня и с 1 по 2 июля 2017 года, ему были предоставлены суточные увольнения за денежные средства в размере от 1000 до 1500 руб., а всего в размере 25000 рублей. При этом, за предоставленное увольнение с 16 по 18 декабря 2016 года денежные средства в размере 1500 рублей он подсудимому передавал около 18 часов на крыльце подъезда дома последнего, находящегося на территории военного городка, за предоставленное увольнение с 5 по 9 мая 2017 года, по ранее достигнутой договоренности с подсудимым перевел последнему 6 мая 2017 года 4000 руб. на банковскую карту ПАО «Сбербанк России» его супруги ФИО5 (Чайковской) с банковской карты отчима – Свидетель №6, остальные денежные средства передавал подсудимому в дни, следующие за днем возвращения из увольнения 26 декабря 2016 года, 16 и 30 января, 27 февраля, 13 и 27 марта, 2, 15, 22 и 29 мая, 5, 13 и 19 июня, 3 июля 2017 года в период времени с 9 до 11 часов в помещении оперативных дежурных. В момент передачи денежных средств какие-либо иные лица не присутствовали. Увольнения проводил по месту жительства своих родителей в 

<

адрес>. Из показаний этого же свидетеля видно, что за все время суточного нахождения за пределами воинской части, в подразделение не прибывал, увольнительные записки ввиду отсутствия их контроля и учета выбрасывал. Какие-либо денежные средства у подсудимого не занимал. 

Свои показания ФИО19 подтвердил при проверке их на месте, описав действия, совершаемые Чайковской в его интересах, указав места, где в период с декабря 2016 года по июль 2017 года передавал подсудимому денежные средства за предоставленные суточные увольнения из расположения воинской части, их размер, а также способ перевода денежных средств на банковский счет супруги подсудимого. 

Свидетель Свидетель №1, с учетом его оглашенных показаний, суду пояснил, что в период прохождения им военной службы по призыву в группе оперативных дежурных войсковой части 64053, Чайковской в период с 28 по 29 января, с 31 марта по 2 апреля, с 29 апреля по 1 мая, с 12 по 14 мая, с 26 по 28 мая, с 10 по 12 июня 2017 года, ему были предоставлены увольнения из расположения воинской части за денежные средства в размере от 1000 и до 1500 рублей за каждое увольнение, а всего в размере 8500 рублей, которые он по ранее достигнутой договоренности с подсудимым по возвращению из увольнения 30 января, 3 апреля, 2, 15 и 29 мая, 13 июня 2017 года в промежуток времени с 9 до 12 часов передавал последнему в помещении оперативных дежурных. При этом в момент передачи денежных средств какие-либо иные лица не присутствовали. Увольнение проводил по месту жительства родителей в 

<

адрес>. С просьбами к подсудимому дать ему в займы денежные средства не обращался, денежных средств получаемых от родственников было достаточно. 

Согласно протоколу проверки показаний на месте ФИО7 подтвердил данные им показания, указал на место, где в период с января по июнь 2017 года передавал подсудимому взятки в виде денег за предоставленные ему суточные увольнения из расположения воинской части. 

Допрошенный свидетель Свидетель №3, с учетом его оглашенных показаний, суду пояснил, что в период прохождения военной службы по призыву в группе оперативных дежурных войсковой части 64053, Чайковской с 10 по 11 июня 2017 года, ему было предоставлено суточное увольнение за денежные средства в размере 1000 рублей, которые он по возвращению из увольнения 11 июня 2017 года около 18 часов передал подсудимому в кабинете оперативных дежурных, при этом в указанном помещении более никого не было. Увольнение проводил по месту жительства родителей в 

<

адрес>. Денежные средства у подсудимого не занимал, поскольку имелось денежное довольствие, и неоднократно получал деньги от родственников.

Свои показания Свидетель №3 подтвердил при проверке их на месте, описав действия, совершаемые Чайковской в его интересах, указав место, где передавал подсудимому денежные средства за предоставленное суточное увольнение из расположения воинской части.

Свидетель ФИО6, мать свидетеля ФИО19, с учетом её оглашенных показаний, суду пояснила, что в период прохождения ФИО19 военной службы по призыву последний ходил в увольнения не менее 16-ти раз, а именно с 16 по 18 декабря, с 23 по 25 декабря 2016 года, с 13 по 15 января, с 27 по 29 января, с 24 по 26 февраля, с 11 по 12 марта, с 25 по 26 марта, с 21 по 23 апреля, с 5 по 9 мая, с 12 по 14 мая, с 19 по 21 мая, с 26 по 28 мая, со 2 по 4 июня, с 10 по 12 июня, с 16 по 18 июня и с 1 по 2 июля 2017 года. Прибывая в увольнение, ФИО19 оставался ночевать дома, в часть возвращался на следующие сутки или по окончанию суточных увольнений. В последующем со слов ФИО19 узнала, что за вышеперечисленные дни увольнений последний передавал Чайковской денежные средства в размере от 1000 до 1500 рублей. Также ей известно, что 6 мая 2017 года ФИО19 просил её мужа перевести денежные средства в размере 4000 рублей на банковскую карту какой-то женщины, по имени Белла Сергеевна, якобы за то, что он занял эти деньги у нее, чтобы добраться до дома. Однако позже ей стало известно, что перечисленные её мужем денежные средства в размере 4000 рублей на банковский счет Беллы Сергеевны были перечислены за то, что Чайковской отпустил ФИО19 в увольнение с 5 по 9 мая 2017 года. Как видно из показаний свидетеля в период прохождения ФИО19 военной службы по призыву в пользовании последнего находился абонентский номер №.

Допрошенный свидетель Свидетель №6, отчим свидетеля ФИО19, суду показал, что в период с декабря 2016 года по июль 2017 года ФИО19 неоднократно ходил в увольнения. При этом каждый раз оставался ночевать дома и убывал обратно только на следующий день. В дальнейшем со слов ФИО19 ему стало известно, что за убытия в суточные увольнения он передавал Чайковской денежные средства в размере от 1000 до 1500 рублей. 6 мая 2017 года к нему подошел ФИО19 и попросил его перевести 4000 рублей на номер банковской карты 

<

данные изъяты>, принадлежащий некой Белле Сергеевне. Пояснив, что занял указанную сумму перед убытием в увольнение, чтобы добраться до дома. Он выполнил его просьбу с помощью мобильного приложения 

<

данные изъяты>. По прошествии времени ФИО19 рассказал ему, что переведенные 6 мая 2017 года на банковскую карту денежные средства в размере 4000 рублей предназначались Чайковской за то, что последний отпустил ФИО19 в увольнение с 5 по 9 мая 2017 года. 

Свидетель ФИО7, мать свидетеля ФИО7, с учетом её оглашенных показаний, суду пояснила, что в период прохождения ФИО7 военной службы по призыву последний ходил в увольнения 6-ть раз, а именно с 28 по 29 января, с 31 марта по 2 апреля, с 29 апреля по 1 мая, с 12 по 14 мая, с 26 по 28 мая, с 10 по 12 июня 2017 года. Каждый раз прибывая в увольнение оставался ночевать дома, в часть возвращался только по окончанию суточных увольнений. В дальнейшем со слов ФИО7 стало известно, что суточные увольнения ему предоставлялись Чайковской за денежные средства в размере от 1000 до 1500 рублей, в зависимости от количества суток. Всего ФИО7 передал Чайковской 8500 рублей. Из показаний этого же свидетеля видно, что в период прохождения ФИО7 военной службы в пользовании последнего находился абонентский номер №.

Допрошенная свидетель ФИО8, мать свидетеля ФИО9, суду показала, что в период прохождения Свидетель №3 военной службы по призыву последний ходил в суточное увольнение один раз на её день рождение, в период с 10 по 11 июня 2017 года. В последующем со слов ФИО9 узнала, что за предоставленное увольнение последний передал Чайковской 1000 рублей. Как следует из показаний свидетеля, в период прохождения Свидетель №3 военной службы в пользовании последнего находился абонентский номер №.

Свидетель ФИО10, бывший военнослужащий по призыву войсковой части 64053, с учетом его оглашенных показаний, суду пояснил, что со слов ФИО19, ФИО7 и Сергова ему стало известно о том, что Чайковской отпускал их в суточные увольнения за денежные средства в размере от 1000 до 1500 рублей в зависимости от количества дней увольнения. При этом ему известно, что ФИО19 двенадцать раз ходил в увольнение за 1500 рублей, три раза за 1000 рублей, один раз за 4000 рублей с 5 по 9 мая 2017 года, Свидетель №3 ходил в увольнение один раз с 10 по 11 июня 2017 года за 1000 рублей, а ФИО7 в период с января по июнь 2017 года ходил в увольнение шесть раз за денежные средства в размере от 1000 до 1500 рублей, а всего в размере 8500 рублей. Он также подтверждает, что вышепоименованные лица не единожды отсутствовали в выходные дни в казарменном помещении, в котором они проживали совместно, включая и ночное время.

Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО11, Свидетель №12 и ФИО12 дали показания, по своему содержанию аналогичные приведенным выше показаниям свидетеля ФИО10, применительно к обстоятельствам об осведомленности вышеперечисленных лиц о предоставлении Чайковской суточных увольнений ФИО19, ФИО7 и Свидетель №3 за денежные средства, а также убытии ФИО19, ФИО7 и ФИО9 в суточные увольнения в период прохождения военной службы по призыву шестнадцать раз, шесть раз и один раз соответственно. Как следует из показаний этих же свидетелей, ФИО19, ФИО7 и Свидетель №3 неоднократно отсутствовали в выходные дни в казарменном помещении, где они совместно проживали, включая и ночное время. 

Из показаний свидетелей Свидетель №7 и Свидетель №10, бывших военнослужащих войсковой части 64053, следует, что когда они несли службу в суточном наряде по роте в качестве дежурных, Чайковской давал им указания по внесению сведений в книгу вечерней поверки о прибытии военнослужащих группы оперативных дежурных ФИО19, ФИО7 и ФИО9 с увольнения и присутствии их в расположении при вечерней поверке. Однако указанные военнослужащие периодически при проведении вечерних поверок не присутствовали. В строевой записке записывались сведения согласно книге вечерней проверки, и делался доклад дежурному по части о наличии личного состава, сведения о том, что кто-то из указанных выше лиц находился в увольнении, не подавались. В ночное время в подразделение прибывал дежурный по части для проверки несения службы суточным нарядом, фактическое наличие личного состава со сведениями, имевшимися в строевой записке, не сверялось.

Допрошенный свидетель ФИО13 суду показал, что он, как командир войсковой части 64053 осведомлен о том, что Чайковской предоставлял своим подчиненным военнослужащим по призыву ФИО19, ФИО7 и Свидетель №3, суточные увольнения из расположения воинской части за взятки в виде денег. К нему вышеперечисленные военнослужащие с вопросом о предоставлении увольнений на сутки не обращались. Разрешения Чайковской отпустить ФИО19, ФИО7 и ФИО9 в увольнение на сутки в период с декабря 2016 года по июль 2017 года не давал. Решение о предоставлении таких увольнений военнослужащим по призыву принимает исключительно командир воинской части. Военнослужащие по призыву, в частности ФИО19, ФИО7 и Свидетель №3, к нему с жалобами на Чайковской не обращались. 

Аналогичные по смыслу и содержанию показания дал в судебном заседании и свидетель Свидетель №2

Свидетель ФИО14, военнослужащий войсковой части 64053, суду показал, что в соответствии с приказом начальника генерального штаба ВС РФ от 30 ноября 2016 года Чайковской назначен на должность начальника группы оперативных дежурных. В период с 30 ноября по 31 декабря 2016 года происходила передача дел и должности, при этом обязанности начальника группы оперативных дежурных фактически исполнял Чайковской. Решения как начальник группы оперативных дежурных, в том числе и в отношении личного состава, куда входили ФИО19, ФИО7 и Свидетель №3 принимал Чайковской. Военнослужащие по призыву, в частности ФИО19, ФИО7 и Свидетель №3, к нему с жалобами на Чайковской не обращались.

Допрошенный свидетель Свидетель №14, военнослужащий войсковой части 64053, с учетом его оглашенных показаний, суду пояснил, что за время службы в период с декабря 2016 года по июль 2017 года, он неоднократно заступал дежурным по части – оперативным дежурным, а именно с 24 на 25 декабря 2016 года, с 14 на 15 января, с 24 на 25 февраля, с 21 на 22 апреля, с 5 на 6 мая, с 9 на 10 мая, с 13 на 14 мая, с 3 на 4 июля, с 13 на 14 мая 2017 года, при этом, в ночное время наличие личного состава фактически не проверял, поскольку это не входит в обязанности дежурного по части. Категорично утверждать о прибытии ФИО19 и ФИО7 из увольнения и о нахождении их в ночное время в расположении воинской части в вышеперечисленные дни не может. ФИО19, ФИО7 и Свидетель №3 отмечались как налицо, а поэтому дежурным по части и командованием воинской части не был выявлен факт незаконного отсутствия перечисленных военнослужащих в ночное время в расположении воинской части. Военнослужащие по призыву, в частности ФИО19, ФИО7 и Свидетель №3, к нему с жалобами на Чайковской не обращались. 

Свидетель Свидетель №13, военнослужащий войсковой части 64053, с учетом его оглашенных показаний, суду пояснил, что за время службы в период с декабря 2016 года по июль 2017 года, он не раз заступал дежурным по части – оперативным дежурным, а именно с 17 на 18 декабря 2016 года, с 13 на 14 января, с 29 на 30 января, с 12 на 13 марта, с 26 на 27 марта, с 6 на 7 мая, с 14 на 15 мая, с 27 на 28 мая, со 2 на 3 июня, с 1 на 2 мая и с 14 на 15 апреля 2017 года, при этом, в ночное время наличие личного состава не проверял, поскольку это не входит в обязанности дежурного по части. Однозначно утверждать о прибытии ФИО19 и ФИО7 из увольнения и о нахождении их в ночное время в расположении воинской части в вышеуказанные дни не может. ФИО19, ФИО7 и Свидетель №3 отмечались как налицо, а поэтому дежурным по части и командованием воинской части не был выявлен факт незаконного отсутствия перечисленных военнослужащих в ночное время в расположении воинской части. Военнослужащие по призыву, в частности ФИО19, ФИО7 и Свидетель №3, к нему с жалобами на Чайковской не обращались.

Свидетель Свидетель №16, военнослужащий войсковой части 64053, с учетом его оглашенных показаний, суду пояснил, что когда Чайковской в период с 21 по 30 апреля 2017 года находился в отпуске, он временно исполнял обязанности начальника группы оперативных дежурных. В период исполнения обязанностей связывался с Чайковской по различным вопросам, в том числе по предоставлению военнослужащим по призыву увольнений. В указанный период к нему подходил рядовой ФИО7 с просьбой предоставить увольнение в период с 29 апреля по 1 мая 2017 года. По указанию Чайковской названному военнослужащему были предоставлены соответствующие увольнения. Поскольку суточные увольнения в войсковой части 64053 запрещены, Чайковской дал ему указание выписать увольнительные записки на каждый день, за исключением на 29 апреля 2017 года, то есть выдать ФИО7 увольнительные записки на 2 дня, на 30 апреля 2017 года до 18 часов и на 1 мая 2017 года до 18 часов. После утверждения списков увольняемых командиром воинской части, он выписал увольнительные записки и по ранее отданному Чайковской указанию, отпустил ФИО7 в утреннее время 29 апреля 2017 года. Решительно утверждать о прибытии ФИО7 из увольнений и о нахождении его в ночное время в казарменном расположении с 29 апреля на 1 мая 2017 года не может. Вообще за время службы в период с декабря 2016 года по июль 2017 года он не раз заступал дежурным по части – оперативным дежурным и в ночное время наличие личного состава фактически не проверял, поскольку это не входит в обязанности дежурного по части. В указанный ранее период ФИО19, ФИО7 и Свидетель №3 отмечались как налицо, в связи с чем дежурным по части и командованием воинской части не был выявлен факт незаконного отсутствия перечисленных военнослужащих в ночное время в расположении воинской части. Военнослужащие по призыву, в частности ФИО19, ФИО7 и Свидетель №3, к нему с жалобами на Чайковской не обращались.

Вместе с тем, в ходе судебного заседания свидетель Свидетель №16 изменил ранее данные им показания, утверждая, что Чайковской каких-либо указаний отпустить ФИО7 в увольнения с 29 апреля по 1 мая 2017 года не давал. Предоставление ФИО7 дневных увольнений 29, 30 апреля и 1 мая 2017 года по согласованию с Чайковской обусловлено наличием у ФИО7 зубной боли и невозможностью оказания последнему бесплатной помощи квалифицированным специалистом медицинской части и госпиталя. Более того, при несении им службы в качестве дежурного по части в период с 27 на 28 января, с 26 на 27 февраля, 23 на 24 апреля, с 7 на 8 мая, с 21 на 22 мая, с 3 на 4 июня, с 12 на 13 июня, с 17 на 18 июня, с 30 апреля на 1 мая 2017 года ФИО19 и ФИО7 прибывали из увольнений, в ночное время находились в расположении воинской части. В дополнение к изложенному свидетель Свидетель №16 указал, что явился очевидцем того, как Чайковской по просьбе ФИО19 возле помещения оперативных дежурных занимал последнему денежные средства в размере 500 рублей. 

Допрошенный свидетель Свидетель №15, военнослужащий войсковой части 64053, с учетом его оглашенных показаний, суду пояснил, что за время службы в период с декабря 2016 года по июль 2017 года, он неоднократно заступал дежурным по части – оперативным дежурным, в ночное время наличие личного состава фактически не проверял, поскольку это не входит в обязанности дежурного по части. Однозначно утверждать о прибытии ФИО19 в один из дней с 16 по 18 декабря, с 23 по 25 декабря 2016 года, с 13 по 15 января, с 27 по 29 января, с 24 по 26 февраля, с 11 по 12 марта, с 25 по 26 марта, с 21 по 23 апреля, с 5 по 9 мая, с 12 по 14 мая, с 19 по 21 мая, с 26 по 28 мая, со 2 по 4 июня, с 10 по 12 июня, с 16 по 18 июня, с 1 по 2 июля 2017 года, ФИО7 в один из дней с 28 по 29 января, с 31 марта по 2 апреля, с 29 апреля по 1 мая, с 12 по 14 мая, с 26 по 28 мая, с 10 по 12 июня 2017 года, ФИО9 с 10 по 11 июня 2017 года из увольнения и о нахождении их в ночное время в расположении воинской части в вышеуказанные дни не может, поскольку проверку личного состава проводил выборочно. ФИО19, ФИО7 и Свидетель №3 отмечались как налицо, а поэтому дежурным по части и командованием воинской части не был выявлен факт незаконного отсутствия перечисленных военнослужащих в ночное время в расположении воинской части. Военнослужащие по призыву, в частности ФИО19, ФИО7 и Свидетель №3, к нему с жалобами на Чайковской не обращались.

Вместе с тем, в ходе судебного заседания свидетель Свидетель №15 изменил данные им ранее показания, утверждая, что на предварительном следствии показания, касающееся формального контроля личного состава в ночное время не давал. При несении им службы в качестве дежурного по части с 28 на 29 января, со 2 на 3 апреля, с 20 на 21 мая, с 10 на 11 июня и с 16 на 17 июня 2017 года, ФИО19, ФИО7 и Свидетель №3 прибывали из увольнений, в ночное время находились в воинской части.

Свидетель ФИО15, военнослужащий войсковой части 64053, суду показал, что в середине мая 2017 года видел, как ФИО19 подходил к Чайковской в помещение оперативных дежурных и просил последнего занять ему денежные средства. Также он явился очевидцем того, как в начале апреля 2017 года Чайковской возле помещения оперативных дежурных по просьбе ФИО7 занял последнему денежную сумму в размере 1500 рублей.

Допрошенный свидетель ФИО16, военнослужащий войсковой части 64053, суду показал, что в январе 2017 года явился очевидцем того, как Чайковской по просьбе ФИО19 занял последнему денежную сумму в размере 2000 рублей. Кроме того, он видел, как примерно в апреле 2017 года Свидетель №3 обращался к Чайковской с просьбой занять ему денежные средства.

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО17, супруги подсудимого, видно, что в конце марта в начале апреля 2017 года к ней подходил бывший военнослужащий по призыву ФИО19 с просьбой дать в долг деньги в размере 4000 рублей, на что она ответила согласием. 6 мая 2017 года на её банковскую карту 

<

данные изъяты> поступила сумма в размере 4000 рублей, указанную сумму перевел ФИО19 с целью возврата долга.

Свидетель ФИО18 дола суду показания аналогичные показаниям свидетеля ФИО17 в части касающейся дачи последней взаймы ФИО19 денежных средств в размере 4000 рублей. 

Из протоколов осмотра предметов (документов) от 11 января 2018 года видно, что следователем осмотрена информация о телефонных соединениях абонентских номеров +№ используемого ФИО7, +№, используемого ФИО19, и +№, используемого Свидетель №3. В ходе осмотра установлено, что в периоды с 16 по 18 декабря 2016 года, с 11 по 12 марта, с 25 по 26 марта, с 5 по 9 мая, с 12 по 14 мая, с 10 по 12 июня, со 2 по 4 июня, с 16 по 18 июня и с 1 по 2 июля 2017 года ФИО19 находился на территории 

<

адрес>; в периоды с 31 марта по 2 апреля, с 29 апреля по 1 мая, с 12 по 14 мая, с 26 по 28 мая, с 10 по 12 июня 2017 года ФИО7 находился на территории 

<

адрес>; в периоды с 10 по 11 июня 2017 года Свидетель №3 находился на территории 

<

адрес>.

Путем осмотра книги увольняемых личного состава по призыву войсковой части 64053 установлено, что в ней содержатся сведения об убытии ФИО19, ФИО7 и ФИО9 в период с декабря 2016 года по июль 2017 года в увольнения.

То, что в силу ст.ст.34, 36 Устава внутренней службы Вооруженных Сил РФ, Чайковской по своему служебному положению и воинскому званию являлся начальником для рядовых ФИО19, ФИО7 и ФИО9, следует из соответствующих выписок из приказа начальника Генерального штаба ВС РФ – первого заместителя Минобороны РФ № от ДД.ММ.ГГГГ, командира войсковой части 64053 № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ.

Суд критически относится к измененным в суде показаниям свидетеля Свидетель №16 в части отрицания последним дачи Чайковской ему указаний отпустить ФИО7 в увольнение с 29 апреля по 1 мая 2017 года и формального контроля личного состава при несении службы с утверждением факта прибытия из увольнения и нахождения ФИО19, ФИО7 в ночное время в расположении воинской части в период с 27 на 28 января, с 26 на 27 февраля, с 23 на 24 апреля, с 30 апреля на 1 мая, с 7 на 8 мая, с 21 на 22 мая, с 3 на 4 июня, с 12 на 13 июня, с 17 на 18 июня 2017 года, а также свидетеля Свидетель №15 в части отрицания формального контроля личного состава при несении службы с утверждения факта прибытия и нахождения ФИО19, ФИО7 и ФИО9 в период с 28 на 29 января, со 2 на 3 апреля, с 20 на 21 мая, с 10 на 11 июня, с 16 на 17 июня 2017 года, в ночное время в воинской части.

Данные показания помимо голословных утверждений свидетелей Свидетель №16 и Свидетель №15 объективно в суде ничем не подтверждены, прямо опровергаются совокупностью приведенных выше доказательств, в частности протоколом осмотра документов, содержащих информацию о соединениях между абонентами и абонентскими устройствами, а также исследованными показаниями Свидетель №16 и Свидетель №15 данными на предварительном следствии.

Более того, допрошенные по обстоятельствам выполнения процессуальных действий свидетели Свидетель №16 и Свидетель №15, каждый в отдельности, показали, что в период предварительного следствия в ходе допроса показания давали добровольно, без какого-либо влияния на них, а после личного прочтения протоколов, каких-либо замечаний по поводу их содержания не высказывали.

По убеждению суда вышеприведенные показания свидетелей Свидетель №16 и Свидетель №15, согласно которым им достоверно известно о прибытие из увольнения и нахождение ФИО19, ФИО7, ФИО9 в ночное время в воинской части в период с 27 на 29 января, с 26 на 27 февраля, со 2 на 3 апреля, с 23 на 24 апреля, с 30 апреля на 1 мая, с 7 на 8 мая, с 20 на 21 мая, с 21 на 22 мая, с 3 на 4 июня, с 10 на 11 июня, с 12 на 13 июня, с 16 на 17 июня, с 17 на 18 июня 2017 года, которые противоречат последовательным и согласующимся в деталях с другими доказательствами показаниям свидетелей обвинения, с учетом их явной надуманности, необоснованности суд признает не соответствующими действительности, данными из соображений войскового товарищества с подсудимым, с целью сокрытия истинных обстоятельств совершенного Чайковской преступления и содействия ему в возможности избежать уголовной ответственности, так как они соответствуют избранному подсудимым способу защиты, а поэтому отвергает их как несостоятельные.

По этим же причинам суд отвергает и показания свидетеля ФИО17 о переводе ФИО19 6 мая 2017 года на её банковский счет 4000 рублей в счет возвращения долга, так как она является супругой подсудимого и, по мнению суда, непосредственно заинтересована в благоприятном для подсудимого исходе данного уголовного дела.

Наряду с этим, оценивая показания свидетелей Свидетель №16, ФИО15, ФИО16 и ФИО18, касающиеся получения ФИО19, ФИО7, Свидетель №3 денежных средств в долг от Чайковской и его супруги, суд учитывает, что подсудимый по своей должности и воинскому званию в соответствии со ст.34 и 36 Устава внутренней службы ВС РФ для вышепоименованных свидетелей является начальником, в связи с чем показания последних считает неубедительными, данными в угоду подсудимого, с целью помочь избежать законной ответственности за содеянное. Они опровергаются показаниями свидетелей ФИО19, ФИО7, ФИО9 и протоколами очных ставок проведенных с участием ФИО19 с каждым из вышеупомянутых свидетелей, согласно которым последние уверено, заявляют об отсутствии фактов обращения их к подсудимому и иным лицам с просьбой занять денежные средства. 

Следует отметить, что показания свидетелей Свидетель №16, ФИО15, ФИО16 и ФИО18 касающиеся обстоятельств займа денежных средств, не оставляют у суда сомнений относительно причастности подсудимого к совершенному преступлению, поскольку эти свидетели не являлись очевидцами получения Чайковской или передачи денежных средств в качестве взятки и им ничего не известно о предоставлении ФИО19, ФИО7 и Свидетель №3 суточных увольнений за взятки. Соответственно, показания названных свидетелей суд расценивает как не имеющие значения для правильного разрешения дела и не принимает их во внимание.

Анализируя показания свидетелей Свидетель №4, Свидетель №1, ФИО4, ФИО10, ФИО11, Свидетель №12, ФИО12, Свидетель №2, ФИО14, Свидетель №10, Свидетель №7, ФИО13, Свидетель №5, Свидетель №6, ФИО7, ФИО8, Свидетель №13, Свидетель №14, а также показания свидетелей Свидетель №16 и Свидетель №15, данных ими на предварительном следствии, суд полагает, что они согласуются между собой, носят последовательный и логичный характер в различных стадиях уголовного процесса, взаимно дополняют друг друга и конкретизируют обстоятельства произошедшего, подтверждаются другими доказательствами по делу, вследствие чего признает достоверными и кладет в основу обвинительного приговора. 

Сведений о заинтересованности вышепоименованных свидетелей в исходе дела, умышленном оговоре ими подсудимого в совершении тяжкого преступления по договоренности с кем-либо, равно как и противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих эти показания под сомнения, и которые могут повлиять на существо предъявленного обвинения, не установлено.

У суда нет оснований не доверять показаниям свидетелей ФИО19, Свидетель №1 и ФИО4 о том, что подсудимый получил от них денежные средства в сумме 34500 рублей за его незаконные действия, связанные с предоставлением суточных увольнений. С момента возбуждения уголовного дела и в течение всего производства по делу (как досудебного, так и судебного) показания указанных лиц в части размера взятки, действий, за которые она передавалась, и действий лиц, участвующих в рассмотренных событиях, были стабильными и не противоречивыми.

Незначительные неточности в показаниях свидетелей в суде в части времени и дат суд расценивает как результат истечения времени с момента совершения преступления и до их допроса в суде.

Существенных процессуальных нарушений, влекущих признание указанных выше доказательств недопустимыми, судом не установлено.

Довод подсудимого и стороны защиты о том, что показания свидетеля ФИО7 должны быть подвергнуты сомнению, поскольку между показаниями последнего, данными в суде, и на предварительном следствии имеются противоречия, суд считает несостоятельным.

Давая оценку показаниям свидетеля ФИО7 на предварительном следствии и в судебном заседании, суд считает необходимым признать его показания в суде достоверными в той части, которые не противоречат показаниям, данным в ходе следствия, обстоятельствам, установленным судом, и совокупности других доказательств. Показания свидетеля ФИО7 данные, на предварительном следствии, суд признает допустимыми, поскольку они получены при соблюдении норм уголовно-процессуального закона. Изложенные в протоколах допроса обстоятельства, известные ФИО7, не противоречат обстоятельствам, установленным судом, и другим доказательствам, признанным судом достоверными. Достоверность своих показаний, изложенных в протоколах его допроса, ФИО7 удостоверил собственноручно своей записью и подписью, с замечаниями к следователю не обращался. Поэтому в основу обвинительного приговора судом положены показания ФИО7, данные на предварительном следствии. 

Довод подсудимого о том, что свидетели Свидетель №4, Свидетель №1, Свидетель №3, ФИО10, ФИО11, Свидетель №12, ФИО12, Свидетель №10 и Свидетель №7 его оговаривают с целью мести за служебную деятельность в судебном заседании не нашел своего подтверждения.

Также в судебном заседании не установлено между подсудимым и свидетелями Свидетель №5, Свидетель №6, ФИО7 и ФИО8 каких-либо совместных интересов, способных породить конфликт. Каждый из этих свидетелей познакомился с подсудимым, в частности в ходе предварительного следствия, и какой-либо личной заинтересованности в судьбе подсудимого не имеют.

Утверждения подсудимого и его защитника об обратном с отрицанием причастности к совершенному уголовно-наказуемому деянию суд оценивает критически, находя их противоречащими другим, собранным по делу и исследованным судом доказательствам, и расценивает как реализацию подсудимым своего права на защиту.

Иные доводы, приведенные подсудимым и стороной защиты, не имеют существенного значения для дела, не обладают той степенью убедительности, которая присуща доказательствам, и в большей своей части направлена на критику и переоценку результатов предварительного расследования.

Органами предварительного следствия в объеме предъявленного обвинения подсудимому вменено получение взятки от ФИО9 в виде денежных средств в сумме 1000 рублей 12 июня 2017 года около 9 часов в помещении оперативных дежурных.

Вместе с тем, путем изучения показаний свидетеля ФИО9, данных на предварительном следствии, в суде, и исследованного протокола проверки показаний на месте достоверно установлено, что случай передачи Свидетель №3 взятки произошел 11 июня 2017 года около 18 часов в помещении оперативных дежурных. Принимая во внимание установленные обстоятельства и мнение государственного обвинителя, суд полагает необходимым уточнить дату и время получения подсудимым взятки от ФИО9, указав 11 июня 2017 года около 18 часов, поскольку это существенным образом не влияет на объем предъявленного обвинения, не ухудшает положение подсудимого и не нарушает его право на защиту. 

Собранные доказательства в своей совокупности подтверждают, что Чайковской совершил незаконные действия в пользу ФИО19, ФИО7 и ФИО9, так как он, являясь начальником группы оперативных дежурных, то есть обладая организационно-распорядительными функциями во вверенном ему подразделении, зная, что суточные увольнения военнослужащих по призыву запрещены, используя служебные полномочия, незаконно предоставлял вышепоименованным подчиненным, умышленно, из корыстных побуждений, соответствующие увольнения. 

Таким образом, вышеуказанные противоправные действия подсудимого Чайсковского, который, являясь должностным лицом в Вооруженных Силах РФ, за вознаграждение в виде денег в общей сумме 34500 рублей, в нарушение ст.ст.239-240 Устава внутренней службы Вооруженных Сил РФ, в период с 16 декабря 2016 года по 3 июля 2017 года освобождал от исполнения прямых обязанностей и предоставлял суточные увольнения подчиненным ФИО19, ФИО7 и Свидетель №3, суд расценивает как получение должностным лицом взятки за незаконные действия и квалифицирует их по ч.3 ст.290 УК РФ.

Действия подсудимого Чайковской по получению взятки в период с 16 декабря 2016 года по 3 июля 2017 года совершены с единым умыслом.

К такому выводу суд приходит на основании исследованных в суде доказательств, учитывая, что денежные средства подсудимому ФИО19, ФИО7 и Свидетель №3 передавались систематически в одно и то же время, в одном и том же месте, за одни и те же действия виновного лица.

Вменение подсудимому совершение незаконных действий по предоставлению суточных увольнений ФИО19 в период с 16 по 18 декабря и с 23 по 25 декабря 2016 года, до момента принятия подсудимым дел и должности начальника группы оперативных дежурных с января 2017 года, суд признает обоснованным, поскольку это подтверждается обстоятельствами дела, согласно которым подсудимый фактически с декабря 2016 года исполнял обязанности начальника группы оперативных дежурных и, соответственно, мог использовать служебные полномочия при совершении незаконных действий в пользу подчиненного ФИО19.

При решении вопроса о назначении подсудимому наказания суд в соответствии с п.«г» ч.1 ст.61 УК РФ учитывает наличие на иждивении у него дочери ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Суд также принимает во внимание, что подсудимый ранее к уголовной ответственности не привлекался, по месту службы характеризуется положительно, награжден ведомственными медалями и наградой.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимому, не имеется.

Исходя из фактических обстоятельств совершения подсудимым преступления и степени его общественной опасности, несмотря на наличие обстоятельств, смягчающих наказание, и отсутствие отягчающих, оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую на основании ч.6 ст.15 УК РФ, по мнению суда, не имеется.

Поскольку все перечисленные смягчающие вину обстоятельства у подсудимого, не уменьшают степени общественной опасности совершенного им коррупционного преступления, суд не находит оснований для применения к подсудимому ст.64 УК РФ.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что цели наказания и восстановления социальной справедливости могут быть достигнуты при назначении подсудимому наказания в виде лишения свободы. Оснований для применения к подсудимому более мягкого наказания суд не усматривает, поскольку назначение более мягкого наказания в виде штрафа, предусмотренного санкцией ч.3 ст.290 УК РФ, не будет в полной мере соответствовать принципу справедливости назначения наказания.

Кроме того, принимая во внимание, что подсудимый совершил умышленное тяжкое преступление корыстной направленности, против интересов государственной службы, суд считает необходимым в соответствии с санкцией ч.3 ст.290 УК РФ назначить подсудимому дополнительное наказание в виде штрафа в размере, равном двукратной суммы взятки, то есть в размере 69000 рублей.

Вместе с тем, учитывая характеристику личности подсудимого, отсутствие отягчающих обстоятельств, наличие у него семьи, суд полагает, что цели исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений могут быть достигнуты без реального исполнения наказания в виде лишения свободы с применением требований ст.73 УК РФ.

Принимая во внимание наличие у подсудимого положительной характеристики по службе, ведомственных медалей и наград, суд считает нецелесообразным назначение подсудимому дополнительного наказания, предусмотренного санкцией ч.3 ст.290 УК РФ в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

В соответствии со ст.104.1 УК РФ конфискации подлежат деньги, ценности и иное имущество, полученное в результате совершения одного из преступлений, перечисленных в п.«а» части первой данной статьи, в частности, предусмотренных ст.290 УК РФ.

Согласно ч.1 ст.104.2 УК РФ, если конфискация определенного предмета, входящего в имущество, указанное в ст.104.1 УК РФ, на момент принятия судом решения о конфискации данного предмета невозможна вследствие его использования, суд выносит решение о конфискации денежной суммы, которая соответствует стоимости данного предмета.

Несмотря на то, что полученные подсудимым денежные средства в сумме 34 500 рублей, являющиеся предметом взятки, использованы, суд в силу ст.104.1 и 104.2 УК РФ приходит к выводу о необходимости конфискации у подсудимого денежных средств в размере, соответствующем сумме взятке.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.302-304, 307-309 и 389.1-389.4 УПК РФ, суд 

приговорил:

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.290 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на 3 (три) года со штрафом в размере двукратной суммы взятки 69000 (шестьдесят девять тысяч) рублей.

В соответствии со ст.73 УК РФ считать назначенное ФИО3 наказание условным и установить испытательный срок, в течение которого осужденный должен своим поведением доказать свое исправление, в размере 2 (два) года. 

В соответствии с ч.5 ст.73 УК РФ возложить в период испытательного срока на ФИО3 обязанность не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление осужденного, являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий исправление осужденного один раз в месяц.

Штраф исполнять самостоятельно. 

Перечисление суммы штрафа производить по реквизитам, предусмотренным законодательством о национальной платежной системе: Главное управление Банка России по Центральному федеральному округу 

<

адрес> (сокращенное наименование 

<

данные изъяты>); БИК – №; корр.счет – нет; наименование получателя ( л/сч №) УФК по 

<

адрес> (

<

данные изъяты> л/сч № расчетный счет – №; КБК – №.

На основании ст.104.1 и 104.2 УК РФ взыскать с ФИО3 в доход Российской Федерации денежные средства, соответствующие размеру полученной взятки, в размере 34 500 (тридцать четыре тысячи пятьсот) рублей.

Меру пресечения ФИО3 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, по вступлению приговора в законную силу – отменить. 

По вступлению приговора в законную силу вещественное доказательство по делу – книгу увольняемых личного состава по призыву войсковой части 64053, которая хранится в комнате вещественных доказательств военного следственного отдела СК России 

<

данные изъяты> – вернуть по принадлежности в войсковую часть 64053;

- цифровые носители – диски CD-R с информацией о соединениях между абонентами и абонентскими номерами по абонентским номерам +№, + №, и + № – хранить при материалах уголовного дела.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Московский окружной военный суд через Реутовский гарнизонный военный суд в течение 10 суток со дня его провозглашения. В случае апелляционного обжалования осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий по делу подпись В.Ю. Загорский