Дело № 2-92/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

5 февраля 2018 года город Псков

Псковский городской суд Псковской области в составе:

председательствующего Пантелеевой И.Ю.

при секретаре Котовой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству внутренних дел Российской Федерации, Министерству Финансов Российской Федерации, Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Псковской области о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству внутренних дел Российской Федерации, Министерству Финансов Российской Федерации, Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Псковской области о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконных действий инспектора ДПС ОГИБДД УМВД России по г. Пскову ФИО2, в размере 3000 руб., обязании последнего строго соблюдать законодательство РФ и внесении в ГИБДД УМВД России по г. Пскову представления по данному факту, а также судебных расходов по оплате государственной пошлины - 300 руб. 

В обоснование иска указал, что 11 марта 2017 года у дома № 42 по ул. Л. Толстого в г. Пскове транспортное средство Рено Дастер под его управлением было остановлено инспектором ДПС ОГИБДД УМВД России по г. Пскову ФИО2

После проверки документов указанным инспектором в отношении него незаконно возбуждено дело об административном правонарушении, а именно составлен протокол об отстранении от управления транспортным средством, согласно которому основанием для этого послужило наличие запах алкоголя изо рта.

По результатам прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения с использованием технического средства измерения – алкотектора, оно не установлено.

В последующем сотрудником полиции вынесено постановление по делу об административном правонарушении, которым производство по делу прекращено по п.1 ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с отсутствием события административного правонарушения.

Считает, что законных, правовых оснований для остановки его автомобиля, отстранения от управления транспортным средством и проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения у инспектора ДПС ОГИБДД не имелось, поскольку отсутствовали достаточные основания полагать, что он находился в состоянии опьянения.

В связи с незаконными действиями названного сотрудника ему причинен моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях, переживаниях о возможном лишении права управления транспортным средством на длительный срок, что может повлиять на его деятельность, связанную с разъездами, в испытываемом унижении, волнении, дискомфортном, нервозном состоянии, стрессе, который оценивает в 3000 руб.

Истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме; просил взыскать моральный вред. 

Представитель ответчика - МВД России в суд не явился; о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом.

Представитель ответчика - УМВД России по Псковской области в суд не явился; о времени и месте разбирательства дела извещен надлежащим образом; ранее в судебном заседании представитель ФИО3 иск не признала, указав, что истцом не доказана незаконность действий должностного лица, сам по себе факт возбуждения дела об административном правонарушении, применения мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1, проведении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения не является безусловным основанием для взыскания компенсации морального вреда. Аналогичная позиция изложена в письменных возражениях.

Представитель ответчика - Министерства финансов Российской Федерации ФИО4 в судебном заседании иск не признала; ссылалась на то, что Минфин России является ненадлежащим ответчиком по делу; полагала надлежащим ответчиком - МВД России. Кроме того, указала, что незаконность действий, вина инспектора ДПС ГИБДД ОР УМВД России по г. Пскову, а также причинение истцу морального вреда не доказана, в связи с чем просила в иске отказать.

Представитель третьего лица - УМВД России по городу Пскову ФИО5 против удовлетворения иска возражала, поскольку факт незаконных действий должностного лица при возбуждении дела об административном правонарушении в отношении истца не нашел своего подтверждения в ходе судебного разбирательства; то обстоятельство, что производство по делу об административном правонарушении прекращено на основании п. 1 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с отсутствием в действиях истца события административного правонарушения, не может являться безусловным доказательством противоправности и незаконности действий инспектора по составлению протокола об отстранении от управления транспортным средством и последующим освидетельствованием на состояние алкогольного опьянения, в отсутствие очевидных нарушений законодательства, регламентирующего производство по делам об административных правонарушениях. Кроме того, истцом не представлено доказательств причинения ему нравственных или физических страданий, а также нарушения его личных неимущественных прав или нематериальных благ в связи с возбуждением в отношении него дела об административном правонарушении, вследствие чего просила в удовлетворении иска отказать.

Третье лицо - инспектор взвода ДПС № 2 СР ДПС ГИБДД ОР УМВД России по Псковской области ФИО2 в суд не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Выслушав лиц, участвовавших в деле, допросив свидетеля, исследовав материалы дела об административном правонарушении, исследовав материалы настоящего дела, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 11 марта 2017 года инспектором ДПС ГИБДД УМВД России по г. Пскову ФИО2 был остановлен автомобиль Рено Дастер, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1

Водитель был отстранен от управления транспортным средством, основанием для отстранения послужило: управление транспортным средством с признаками алкогольного опьянения, запах алкоголя изо рта, о чем составлен соответствующий протокол 60АА № 053466 /л.д. 9/.

Согласно акту 60АА 034105 освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 11 марта 2017 года, сотрудником полиции с применением технического средства измерения было проведено освидетельствование ФИО1 на состояние алкогольного опьянения. Показания прибора - 0,000 мг/л. Результат освидетельствования – не установлено состояние алкогольного опьянения. ФИО1 с результатами освидетельствования согласился /л.д. 10/.

В связи с данными результатами 11 марта 2017 года инспектором ДПС ГИБДД УМВД России по г. Пскову ФИО2 вынесено постановление по делу об административном правонарушении, которым производство по делу прекращено по п. 1 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с отсутствием события административного правонарушения /л.д. 11/.

Установлено, что протокол об административном правонарушении в отношении ФИО1 не составлялся; сведения о нарушении последним Правил дорожного движения РФ, совершении административного правонарушения отсутствуют. 

Определяя надлежащего ответчика по настоящему спору, суд исходит из следующего.

Согласно ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину, в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с названным Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Как указано в п. 3 ст. 125 ГК РФ, в случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане.

В соответствии с подп. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту, в качестве представителя ответчика в суде выступает главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования.

Согласно п. п. 1, 2 Положения о Министерстве финансов Российской Федерации, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 N 329 (ред. от 12.11.2016) Минфин России является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере бюджетной, налоговой, страховой, валютной, банковской деятельности, финансового обеспечения государственной службы и других сферах.

Министерство финансов Российской Федерации осуществляет координацию и контроль деятельности находящихся в его ведении Федеральной налоговой службы, Федеральной службы по регулированию алкогольного рынка, Федеральной таможенной службы и Федерального казначейства.

В силу п. 5.6 указанного Положения Минфин России осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание Министерства и реализацию возложенных на Министерство функций.

Указом Президента Российской Федерации от 09.03.2004 N 314 (ред. от 07.12.2016) "О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти" предусмотрено создание ряда органов государственной власти, которым передаются ранее возложенные на Минфин России правоприменительные функции.

Полномочия по организации исполнения федерального бюджета, установленные бюджетным законодательством Российской Федерации, возложены на Минфин России лишь до внесения соответствующих изменений в законодательство Российской Федерации (пункт 2 постановления Правительства РФ от 30.06.2004 N 329.

Таким образом, по общему правилу, Минфин России не осуществляет правоприменительные функции. Возложение на него таких функций возможно лишь при отсутствии иного уполномоченного органа.

Подпунктом 100 пункта 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 21.12.2016 N 699, установлено, что МВД России осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что надлежащим ответчиком по данному делу является Министерство внутренних дел Российской Федерации.

Для разрешения требований о компенсации морального вреда суд отмечает, что возмещение вреда в порядке ст. 1069 ГК РФ возможно лишь при доказанности факта противоправных, виновных действий государственных органов либо должностных лиц этих органов. 

Согласно ст. 151 ГК РФ моральный вред компенсируется в случаях нарушения или посягательства на личные нематериальные блага (права) граждан при наличии вины причинителя. При этом размер компенсации определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему нравственных и физических страданий.

Ответственность за причиненный вред в результате неправомерных действий (бездействия) должностного лица государственного органа наступает на общих основаниях, но при наличии специальных условий. Общие условия ответственности за вред предусматриваются ст. 1064 ГК РФ. Согласно данной норме, для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда; причинную связь между действиями и наступившими последствиями; вину причинителя вреда.

Следовательно, истец должен доказать незаконность действий инспектора ДПС ГИБДД УМВД России по г. Пскову ФИО2, наличие причиненного вреда, а также причинно-следственную связь между этими элементами. 

Разрешая данный спор, суд находит, что ФИО1 необходимые доказательства, подтверждающие факт незаконных действий в отношении него со стороны сотрудника полиции, не представлены.

В соответствии с Положением о Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации (утв. Указом Президента Российской Федерации от 15.06.1998 года N 711) ГИБДД МВД России осуществляет федеральный государственный надзор и специальные разрешительные функции в области безопасности дорожного движения.

Должностные лица ГИБДД МВД России одновременно являются также и сотрудниками полиции.

Согласно п. п. 2, 7 ст. 2 Федерального закона от 07.02.2011 года N 3-ФЗ "О полиции" основными направлениями деятельности полиции являются: предупреждение и пресечение преступлений и административных правонарушений, обеспечение безопасности дорожного движения.

В силу положений п. п. 4, 11 ч. 1 ст. 12 Федерального закона "О полиции" сотрудник полиции обязан выявлять причины административных правонарушений и условия, способствующие их совершению, принимать в пределах своих полномочий меры по их устранению; пресекать административные правонарушения.

В соответствии с п. 20 ст. 13 указанного Федерального закона, сотрудники полиции вправе останавливать транспортные средства, если это необходимо для выполнения возложенных на полицию обязанностей по обеспечению безопасности дорожного движения, проверять документы на право пользования и управления ими, документы на транспортные средства и перевозимые грузы.

Контроль и надзор за безопасностью дорожного движения должностными лицами ГИБДД МВД России осуществляется в соответствии с Административным регламентом МВД России исполнения государственной функции по контролю и надзору за соблюдением участниками дорожного движения требований в области обеспечения безопасности дорожного движения (утв. Приказом МВД России от 02.03.2009 года N 185, в ред. от 22.12.2014) (далее по тексту Административный регламент).

Согласно п. п. 63 - 67 Административного регламента основаниями к остановке транспортного средства сотрудником являются: установленные визуально или зафиксированные с использованием технических средств признаки нарушений требований в области обеспечения безопасности дорожного движения; проведение на основании распорядительных актов руководителей органов внутренних дел, органов управления Госавтоинспекции специальных мероприятий, связанных с проверкой в соответствии с целями соответствующих специальных мероприятий транспортных средств, перемещающихся в них лиц и перевозимых грузов.

В соответствии с подп. "и, п" п. 12 Положения о Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации, сотрудники ГИБДД для выполнения возложенных на них обязанностей имеют право останавливать транспортные средства, проверять документы, составлять протоколы об административных правонарушениях.

В силу п. 2 ч. 4 ст. 28.1 КоАП РФ дело об административном правонарушении считается возбужденным с момента составления первого протокола о применении мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, предусмотренных ст. 27.1 этого Кодекса.

Из материалов дела следует, что после остановки ФИО1 в отношении него был составлен протокол об отстранении от управления транспортным средством и акт освидетельствования на состояние опьянения, то есть возбуждено дело об административном правонарушении.

Согласно ч. 1 ст. 27.12 КоАП РФ лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, а также лица, совершившие административные правонарушения, предусмотренные частью 1 ст. 12.3, частью 2 статьи 12.5, частями 1 и 2 статьи 12.7 настоящего Кодекса, подлежат отстранению от управления транспортным средством до устранения причины отстранения.

Согласно п. 126 Административного регламента, основаниями для отстранения от управления транспортным средством являются: наличие достаточных оснований полагать, что лицо, которое управляет транспортным средством, находится в состоянии опьянения (наличие у лица одного или нескольких признаков: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица, поведение, не соответствующее обстановке).

Наличие у ФИО1 такого признака алкогольного опьянения, как запах алкоголя изо рта, являлось достаточным основанием полагать, что он находится в состоянии опьянения. 

При выявлении названного признака сотрудник полиции вправе отстранить водителя от управления транспортным средством, что и было сделано инспектором ДПС ГИБДД - составлен протокол об отстранении ФИО1 от управления транспортным средством.

Впоследствии в соответствии с ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ, п. 129 - 135 Административного регламента истец подлежал освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения с использованием технического средства измерения - алкотектора, что и было произведено сотрудником полиции.

Проанализировав вышеуказанное, суд приходит к выводу, что отстранение истца от управления транспортным средством и требования сотрудника ГИБДД о прохождении им освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, являются обоснованным. 

Указанные обстоятельства подтверждают наличие, как повода, так и основания для возбуждения в отношении истца дела об административном правонарушении, что соответствует требованиям п. 1 ч. 1, п. 2 ч. 4 ст. 28.1, ст. 27.12 КоАП РФ.

По результатам освидетельствования оформлен акт освидетельствования на состояние опьянения, согласно которому алкогольное опьянение у истца не установлено; с данными результатами последний согласился.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 26.06.2008 года N 475 утверждены Правила освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов.

Согласно п. 6 указанных Правил, перед освидетельствованием на состояние алкогольного опьянения должностное лицо, которому предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида, или должностное лицо военной автомобильной инспекции информирует освидетельствуемого водителя транспортного средства о порядке освидетельствования с применением технического средства измерения, целостности клейма государственного поверителя, наличии свидетельства о поверке или записи о поверке в паспорте технического средства измерения.

Согласно ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ отстранение от управления транспортным средством соответствующего вида, освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществляются должностными лицами, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида, в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи.

Аналогичное требование содержится в п. 11 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов (утв. Постановлением Правительства РФ от 26.06.2008 года N 475).

В силу ч. 2 ст. 25.7 КоАП РФ в случаях, предусмотренных, главой 27 и ст. 28.1.1 настоящего Кодекса, обязательно присутствие понятых или применение видеозаписи. Понятой удостоверяет в протоколе своей подписью факт совершения в его присутствии процессуальных действий, их содержание и результаты.

Материалы, полученные при совершении процессуальных действий с применением видеозаписи, прилагаются к соответствующему протоколу либо акту освидетельствования на состояние алкогольного опьянения (ч. 6 ст. 25.7 КоАП РФ).

Как усматривается из материалов дела в отношении ФИО1 применены меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении в виде его отстранения от управления транспортным средством, освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, которые выполнены в присутствии понятых, что также подтверждается представленной в материалы видеозаписью производства в отношении истца указанных процессуальных действий.

Таким образом, нарушений установленного законом порядка применения мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1, проведении его освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, инспектором ДПС ГИБДД ФИО2 не допущено.

Требование указанного инспектора о прохождении освидетельствования на состояние опьянения являлось законным, поскольку имелись достаточные основания полагать, что ФИО1 находился в состоянии опьянения ввиду наличия у него такого признака опьянения как запах алкоголя изо рта.

Таким образом, доводы истца о незаконности действий сотрудника ГИБДД по его отстранению от управления транспортным средством и проведению освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, поскольку он в таком состоянии не находился, а следовательно запаха алкоголя изо рта не имелось, не заслуживают внимания, поскольку основаны на неверном толковании норм права.

При установленных обстоятельствах дела, учитывая положения п. 63 Административного регламента, основания подвергать сомнению законность действий сотрудника ГИБДД, находящегося при исполнении должностных обязанностей, отсутствуют.

Проанализировав вышеуказанные обстоятельства, суд считает, что порядок действий сотрудника полиции соответствовал Административному регламенту, факт незаконных действий (бездействий) должностного лица не нашел своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

При этом то обстоятельство, что по результатам освидетельствования наличие опьянения у ФИО1 не установлено, в связи с чем производство по делу об административном правонарушении прекращено инспектором ДПС ГИБДД, не может являться безусловным доказательством противоправности и незаконности действий должностного лица, так как данные действия были совершены им в пределах представленных полномочий в отсутствие очевидных нарушений законодательства, регламентирующего производство по делам об административных правонарушениях.

Поскольку ФИО1 фактически к административной ответственности не привлечен, доказательств причинения ему нравственных или физических страданий, а также нарушения его личных неимущественных прав или нематериальных благ в связи с возбуждением в отношении него дела об административном правонарушении не представил, суд с учетом обстоятельств дела оснований для взыскания в его пользу компенсации морального вреда не находит. 

Таким образом, заявленные истцом требования удовлетворению не подлежат в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194, 197-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО1 к Министерству внутренних дел Российской Федерации, Министерству Финансов Российской Федерации, Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Псковской области о взыскании компенсации морального вреда, обязании инспектора ДПС ОГИБДД УМВД России по Г. Пскову ФИО6 строго соблюдать законодательство РФ и внесении в ГИБДД УМВД России по г. Пскову представления по данному факту отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме в Псковский областной суд через Псковский городской суд.

Судья /подпись/ И.Ю. Пантелеева

Мотивированное решение изготовлено 12 февраля 2018 года.