Дело № 2-259/18

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 февраля 2018 года Дмитровский городской суд Московской области в составе: 

председательствующего федерального судьи Черкашиной О.А., 

при секретаре Аболениной Д.С., 

с участием адвоката Ярилова В.Ю., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 к ФИО9 о взыскании ущерба, упущенной выгоды, расходов, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО8 обратилась в суд с иском (с учетом имевшего место уточнения требований) к ответчику ФИО9 о взыскании ущерба, расходов, компенсации морального вреда, мотивируя свои требования тем, что в результате нападения принадлежавшей ответчику собаки ей причинен ущерб в виде гибели домашнего скота.

В судебное заседание истец ФИО8 и адвокат по ордеру № № от ДД.ММ.ГГГГ года Ярилов В.Ю. явились, уточненные требования поддерживают, настаивают на удовлетворении иска.

Пояснили, что в результате нападения, имевшего место 09 июля 2017 года, принадлежащей ответчику собаки на домашний скот истца, ФИО8 причинен материальный ущерб.

Так, в результате нападения собаки ответчика на домашний скот истца, одна овцематка погибла, три овцематки получили травмы, приведшие в последующем к вынужденному забою животных.

Также повреждения получили две козы, в результате полученных травм потребовалось лечение, в том числе, посредством антибиотиков, в результате чего производимая им продукция (молоко) была непригодна к употреблению в пищу.

Просят о взыскании с ответчика материального ущерба в размере 

<

данные изъяты> руб., упущенной выгоды в размере 

<

данные изъяты> руб., расходов по проведению оценки в размере 

<

данные изъяты> руб., расходов по оплате услуг ветеринарного врача и приобретенные лекарства в размере 

<

данные изъяты> руб., расходы по оплате государственной пошлины.

Представитель ответчика ФИО9 по доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ года ФИО10 явился, с иском не согласился.

Пояснил, что доказательства причинения материального ущерба истцу ответчиком отсутствуют, следовательно, отсутствуют и правовые основания для удовлетворения иска.

Суд, изучив материалы дела, исследовав представленные доказательства, приходит к следующему.

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Однако, законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом.

Статьей 137 ГК РФ установлено, что к животным применяются общие правила об имуществе постольку, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное.

Согласно статье 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (часть первая).

В соответствии со статьей 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть первая); результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть четвертая).

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО8 просит о взыскании с ответчика ФИО9 материального ущерба в размере 

<

данные изъяты> руб., - стоимость погибшего животного и стоимость животных, вынужденно забитых, упущенной выгоды в размере 

<

данные изъяты> руб., расходов по проведению оценки в размере 

<

данные изъяты> руб., расходов по оплате услуг ветеринарного врача и приобретенные лекарства в размере 

<

данные изъяты> руб., расходы по оплате государственной пошлины.

Разрешая требования истца относительно возмещения материального ущерба, суд приходит к следующему.

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ года усматривается, что выходом на место ДД.ММ.ГГГГ года майора полиции ФИО1. было установлено, что ФИО8 является Главой КФХ, на принадлежащем ей земельном участке расположен сарай, в котором содержатся домашний скот: овцы и козы.

При осмотре места происшествия установлено, что при входе в дом на веранде расположена туша овцы со следами укусов.

Из объяснений ФИО9 в рамках административного дела № № следует, что о произошедшем ему стало известно от Т-ных; со слов ответчика вероятнее всего, увидев животных, собака сорвалась с привязи, пролезла под сеткой и направилась в сарай, где содержались животные.

В соответствии с актом от ДД.ММ.ГГГГ года, составленном ветеринарным врачом ФИО2 в присутствии двух свидетелей, гибель животного (овцематки) наступила от травм несовместимых с жизнью, полученных при покусах собаки. Туша утилизирована (л.д. 6).

Будучи опрошенным в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ года, свидетель ФИО2. подтвердил, что ДД.ММ.ГГГГ года констатировал гибель животного (овцематки) от покусов собаки.

Не соглашаясь с исковыми требованиями, сторона ответчика ссылается на то обстоятельство, что выпас скота истца осуществляется бесконтрольно, животные проникают на земельные участки жителей, портят плодово-ягодные и иные насаждения, причиняя, таким образом, имущественный вред жителям, в том числе, ответчику.

Кроме того, сторона ответчика ссылается на то обстоятельство, что установить, какая именно собака напала на животных истца, не представляется возможным.

Между тем, данные обстоятельства не могут служить основанием для отказа в иске и не лишают возможности, в том числе, и ответчика, обратиться в суд с самостоятельными требованиями с учетом положений ст. 1064 ГК РФ.

По ходатайству стороны истца в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ года опрошены свидетели ФИО3., ФИО4., ФИО5., пояснившие, что выпас домашнего скота истца осуществляется бесконтрольно, в связи с чем периодически возникают конфликтные ситуации с другими жителями.

Между тем, указанные свидетели очевидцами событий, имевших место ДД.ММ.ГГГГ года, не являлись, о произошедшем им стало известно лишь со слов, в том числе, и ответчика.

Кроме того, опрошенные лица однозначно не свидетельствовали, что собака ответчика не причастна к происшествию, имевшему место ДД.ММ.ГГГГ, пояснив, что обычно собака ответчика находится на привязи на земельном участке ФИО9

Суд принимает во внимание, что как следует из ответа Главного Управления государственного административно-технического надзора Московской области, ответчик привлечен к административной ответственности на основании ст. 3.2. Закона московской области от 04 мая 2016 года № № за нарушение ч. ст. 60 Закона Московской области от 30 декабря 2014 года № № «О благоустройстве в московской области» (л.д. 20).

Оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, дав им правовую оценку, суд приходит к выводу о том, что материальный ущерб вследствие утраты домашнего животного, причинен истцу принадлежащей ответчику собакой, в связи с чем с ответчика надлежит взыскать причиненный истцу материальный ущерб.

Определяя размер материального ущерба, суд исходит из следующего.

Так, судом бесспорно установлена гибель одного животного (овцематки), что подтверждается, в том числе, указанным ранее актом от ДД.ММ.ГГГГ года, а также показаниями ветеринарного врача ФИО2

Между тем, истец настаивает на том, что в результате нападения собаки три овцематки получили травмы, приведшие в последующем к вынужденному забою животных.

В материалы дела представлены фотоматериалы пострадавших животных, иных доказательств истцом не представлено, равно как и не представлено доказательств, свидетельствующих о необходимом и вынужденном забое животных.

Свидетель ФИО2 подтвердил, что по прибытию ДД.ММ.ГГГГ года на земельный участок истца он констатировал гибель одного животного, - овцематки, а также раны от покусов собаки на теле другого животного – козы, которой в этот же день в клинике он оказывал медицинскую помощь.

Также подтвердил, что истец по его назначению покупала лекарственный препарат «Амоксициллин», укол данного препарата был поставлен пострадавшей козе. 

Отвечая на вопросы суда и сторон по делу, данный свидетель пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ года коза и овцематка истца получили повреждения от покусов собаки, при этом овцематка получила повреждения не совместимые с жизнью. Другие животные если и получили повреждения, то незначительные, никаких ран других животных он не обрабатывал, рекомендаций по поводу необходимости забоя данных животных не давал, на повторные осмотры не приглашался, смертей других животных не констатировал.

Стороной истца представлен акт без указания даты, из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ года по рекомендации ветеринарного врача ФИО6 о нецелесообразности дальнейшего лечения, произведен забой трех овцематок.

Также представлена справка за подписью ветеринарного врача ФИО6 о том, что ДД.ММ.ГГГГ года им после осмотра трех овцематок, принадлежащих истцу, даны рекомендации по проведению забоя животных с последующей утилизацией по причине нецелесообразности дальнейшего лечения.

Оценивая указанные акт и справку, суд отмечает, что данные доказательства представлены стороной истца в ходе рассмотрения дела, справка датирована ДД.ММ.ГГГГ года.

Опрошенный в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ года свидетель ФИО7 пояснила, что данный акт подписан ею на днях, при этом в акте, представленном ей на подпись, имелась подпись только истца. О рекомендациях ветеринарного врача ей известно со слов истца.

В пояснениях данного свидетеля имеется противоречивость в части пояснений относительно состоянии и лечения животных, также усматривается непоследовательность в части событий, имевших место после ДД.ММ.ГГГГ

При таких обстоятельствах причинно-следственная связь между вынужденным забоем трех овцематок, принадлежащих истцу, и действиями ответчика не установлена.

Возражения стороны ответчика об отсутствии вины ФИО9 в произошедшем судом не принимаются, поскольку ответчик отвечает за причиненный вред, доказательств, что гибель принадлежащего истцу животного наступила по другой причине, равно как и по причине покусов иной собаки, суду не представлено и судом не добыто, а материалы дела свидетельствуют об обратном.

Довод стороны ответчика о необходимости применения ст. 1083 ГК РФ, судом не принимается, поскольку грубая неосторожность в действиях самого истца не установлена, равно как и не представлено доказательств того, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла истца.

Стороной истца представлен отчет о рыночной стоимости овцематок, согласно которому стоимость одного животного составляет 

<

данные изъяты> руб.

Доказательства иной стоимости данного животного стороной ответчика не представлено.

При таких обстоятельствах суд, установив, что материальный вред вследствие утраты домашнего животного в размере его стоимости причинен истцу принадлежащим ответчику источником повышенной опасности, каковым является крупная собака, пригодная для охранной службы, поведение которой не может всецело контролироваться владельцем, полагает взыскать с ответчика ФИО9 в пользу истца ФИО8 в счет возмещения материального ущерба 

<

данные изъяты> руб.

В удовлетворении данных требований в оставшейся части надлежит отказать.

Что касается требований относительно взыскания упущенной выгоды в размере 

<

данные изъяты> руб., исходя из стоимости молока, полученного от двух коз в течение 30 дней, то суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Суд не усматривает правовых оснований для взыскания с ответчика упущенной выгоды в связи с отсутствием достаточных и бесспорных доказательств неполучения данной выгоды: не представлены договоры с покупателями, данные о лактации коз, о количестве и безопасности производимого молока.

Представленный стороной истца отчет об оценке козьего молока не является достаточным и бесспорным доказательством упущенной выгоды, поскольку составлен по состоянию на февраль 2018 года, в то время как непригодность молока имела место в период с июля по август 2017 года.

Кроме того, в судебном заседании истец пояснила, что полученное молоко использовалось для изготовления молочной продукции, которая впоследствии, применяется в том числе, как средство оплаты за оказанные работы с третьими лицами.

Расходы по оплате услуг ветеринара и по оплате лекарства для пострадавшего животного в размере 

<

данные изъяты> руб. являются законными и обоснованными, следовательно, подлежащими удовлетворению.

Данные расходы понесены истцом по вине ответчика и документально подтверждены.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ расходы, понесенные истцом по оплате государственной пошлины, подлежат взысканию пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований в размере 390 руб.

Ответчиком понесены расходы по проведению оценки в размере 

<

данные изъяты> руб.

Указанные расходы подлежат ко взысканию с истца в пользу ответчика в размере 

<

данные изъяты> руб.

На основании изложенного, ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО8 к ФИО9 о взыскании ущерба, упущенной выгоды, расходов, - УДОВЛЕТВОРИТЬ ЧАСТИЧНО.

Взыскать с ФИО9 в пользу ФИО8, ущерб в размере 

<

данные изъяты> руб., расходы по оплате услуг ветеринарного врача и приобретение лекарств в размере 

<

данные изъяты> руб., расходы по оплате оценки в размере 

<

данные изъяты> руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 

<

данные изъяты> руб., а всего взыскать 

<

данные изъяты>.

В удовлетворении требований о взыскании ущерба, упущенной выгоды, расходов в оставшейся части, - ОТКАЗАТЬ.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Московский областной суд через Дмитровский городской суд Московской области в течение месяца.

Федеральный судья Черкашина О.А.