УИД 23RS0014-01-2023-005312-30 к делу № 2-1022/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ст-ца Динская 26 апреля 2024 г.

Динской районный суд Краснодарского края в составе:

председательствующего Николаевой Т.П.,

при секретаре ФИО6,

с участием:

истцов ФИО2, ФИО3,

представителя истцов ФИО7, 

представителя ответчика ФИО16

помощника прокурора 

<

адрес> ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего сына ФИО4, и ФИО3 к АО «Угольная компания Сибирская» о взыскании морального вреда и денежной компенсации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетнего сына ФИО4, и ФИО3 обратились в суд с исковым заявлением к АО «Угольной компании «Сибирская» о взыскании компенсации морального вреда и денежной компенсации.

В обоснование исковых требований указано, что 13.03.2017г. на шахте «Увальная», принадлежащей АО «УК Сибирская» произошел несчастный случай на производстве, в результате которого погиб работник предприятия АО « УК Сибирская»- ФИО1. 

Истица ФИО2 является супругой погибшего ФИО1, ФИО4- сыном, ФИО3 - членом семьи ФИО14 (приемная дочь). По результатам расследования был составлен акт о несчастном случае на производстве № от 27.03.2017г. Так, примерно в 07 часов 00 минут проходчики ФИО9, ФИО10 занимались подготовкой материалов для крепления забоя. ФИО1 в это время решил произвести подрубку кровли выработки для установки верхняка. Ориентировочно, через 30 минут ФИО1 остановил комбайн, по неустановленной причине направился в забой. В этот момент произошел обвал горной породы, в результате чего ФИО1 получил травмы, несовместимые с жизнью. Основной причиной несчастного случая явилось не обеспечение безопасных условий ведения горных работ и охраны труда работника.

Ссылаясь на ст. 237 Трудового кодекса РФ, указывает, что в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. 

В случае причинения вреда жизни или здоровью гражданина, требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку из сложившихся семейных связей, характеризующимися близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (т.е. членами семьи), нравственных и духовных страданий.

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ.

С учетом близких родственных отношений истцов, вины работодателя как в несчастном случае на производстве, так и в необеспечении работодателем безопасных условий труда, считают, что сумма компенсации морального вреда в размере 2 500 000 рублей в пользу каждого из истцов законна и обоснована. 

В соответствии со ст. 1083 ГК РФ снижение размера компенсации морального вреда возможно лишь в случае именно грубой неосторожности потерпевшего, что в настоящем деле отсутствует.

Обращает внимание Суда на позицию Верховного Суда Российской Федерации по делу №-КГ20-19-К7 от 08.02.2021г., где суд указал на недопустимость снижения размера компенсации морального вреда, ограничиваясь лишь формальным подходом, суд должен оценить степень вины нарушителя и характер причиненных нравственных страданий истцам.

Актом о несчастном случае установлен факт обрушения, разрушения сооружения, (вывал горной породы). Шахта относится к особо опасному объекту (ст. 48 Градостроительного кодекса РФ).

Ссылаясь на ч. 1 ст. 60 Градостроительного кодекса РФ, супруга погибшего ФИО1 заявляет о взыскании компенсации сверх возмещения вреда в размере 3 000 000 рублей.

Обращает внимание, что сумма в размере 787 034 рублей выплачена на основании п. 5.6 отраслевого соглашение по угольной промышленности Российской Федерации на 2013г., что является дополнительной ответственностью работодателя. 

В соответствии с п. 5.6 «Соглашения», в случае гибели Работника в результате несчастного случая на производстве, смерти инвалида, которая наступила вследствие трудового увечья, Работодатель обеспечивает сверх установленного действующим законодательством Российской Федерации размера возмещения вреда в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении.

Заявляет, что данная сумма не может быть зачтена в счет компенсации морального вреда.

Просит суд учесть иные заслуживающие внимание обстоятельства, а именно, то обстоятельство, что АО Угольная компания Сибирская, несмотря на свою обязанность выплатить денежные средства в соответствии с Отраслевым соглашением сверх предусмотренного законодательством, завуалировало выплату данных денежных сред как компенсацию морального вреда в добровольном порядке.

Сумму компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей считают возможным зачесть при определении размера исковых требований в части компенсации морального вреда. Другие выплаченные денежные средства имеют иную правовую природу и не относятся к компенсации морального вреда

Обращает внимание суда, что выплаченные в добровольном порядке суммы, по 500 000 рублей в счет компенсации морального вреда, не соответствуют ни принципам разумности, ни справедливости, а также судебной практики по аналогичной категории дел.

Ссылаясь на нормы Трудового, Гражданского, Градостроительного кодексов РФ, с учетом принятых в порядке ст. 39 ГПК РФ, уточнений, просят суд: взыскать с АО «Угольная компания Сибирская» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда – 2 500 000 рублей, в пользу ФИО2, действующей как законный представитель ФИО4, компенсацию морального вреда – 2 500 000 рублей, в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда – 2 500 000 рублей, а также взыскать в пользу ФИО2 компенсацию, предусмотренную ст. 60 Градостроительного кодекса РФ в размере 3 000 000 рублей.

Ответчиком представлены возражения на иск, о несогласии с заявленными истцами требованиями и просьбой отказать в удовлетворении иска, которые в виду значительности их объема судом не излагаются.

В судебном заседании истцы ФИО2 и ФИО3 поддержали уточненные исковые требования в полном объеме по доводам, изложенным в иске, просили их удовлетворить. 

ФИО2 пояснила суду, что гибель супруга является для неё невосполнимой утратой, в связи с чем, с 2017г. и до настоящего времени она 

<

данные изъяты>

ФИО3 пояснила суду, что ФИО14 ей не родной отец, но другого она не знает. В семье были замечательные отношения, отец принимал активное участие в её жизни, она была спортсменкой, по после его гибели у неё произошел нервный срыв, понадобилось лечение у врача психиатра, и со спортом пришлось расстаться. В настоящее время она вновь 

<

данные изъяты>

Представитель истца поддержал исковые требования, считает, что доводы, изложенные в иске законные и обоснованные, просил удовлетворить уточненные исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика АО «УК Сибирская»– ФИО16, действующий по доверенности, иск не признала, пояснила суду, что с право на компенсацию морального вреда было ими реализовано в 2017-2018 годах. Ответчиком семье погибшего 13.03.2017г. работника Филиала «Шахта «Увальная» АО «УК Сибирская» ФИО1 были произведены все выплаты, предусмотренные законодательством Российской Федерации и Отраслевым соглашением по угольной промышленности Российской Федерации. 

Между АО «УК Сибирская» и истцами были заключены Соглашения о возмещении ущерба, по которым произведены единовременные выплаты ФИО2 в размере 2 176 312 рублей и ФИО15 - 1 287 034 рубля.

Считает, что ст. 60 ГрК РФ никакого отношения к несчастному случаю, произошедшему с ФИО1, не имеет, поскольку имело место не разрушение сооружения, а падение куска горной массы (отслоение от массива и внезапное падение с высоты более 2 м куска породы).

Суд, выслушав участников процесса, изучив исковое заявление, возражения на иск, обсудив изложенные в них доводы, допросив свидетеля, исследовав и оценив в соответствии со ст. 67 ГПК РФ представленные доказательства в их совокупности, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению в части взыскания компенсации морального вреда, считает требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям:

Как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами гражданского дела, ФИО1 состоял в зарегистрированном браке с ФИО17 (свидетельство о заключении брака - л.д. 26.).

ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения приходится ему сыном (л.д. 27).

Членом семьи ФИО1 является ФИО18, находилась на его иждивении (л.д. 28).

На основании трудового договора № от 25.07.2016г. ФИО1 осуществлял трудовую деятельность в АО «УК Сибирская» с 25.07.2016г. в должности машиниста горных выемочных машин 5 разряда (л.д. 79-85)

Согласно акту № о несчастном случае на производстве от 27.03.2017г. на участке по проведению горных выработок № 

<

адрес> филиала «Шахта «Увальная» АО «УК Сибирская» 13.03.2017г. в 07 часов 36 минут произошло падение куска горной массы. Установлено, что основными причинами несчастного случая со смертельным исходом явилось не обеспечение безопасных условий ведения горных работ и охраны труда работников. Нахождение пострадавшего ФИО1 в незакрепленной части горной выработки, производство горных работ по проведению и креплению западного вспомогательного ствола пласта 67 с отступлением от требований документации выразившейся в превышении максимально допустимого обнажения кровли и боков (бортов) выработки с 0,7 м. до 1,15 м., что привело к отслоению горной массы, травмировавшей ФИО11, в нарушение последовательности возведения рамной металлической крепи КМПА-3-19-27 выразившееся в том, что сначала были установлены по 2 стойки по бокам выработки без применения временной крепи в виде верхняка (верхний элемент крепежной рамы) установленного у кровли выработки, удерживаемого крепеподъёмником проходческого комбайна КП-21-02, тогда как документацией предусматривался обратный порядок возведения рамной металлической крепи КМНИ-3-19-27, в одновременной установке за 1 цикл сразу 2-х крепежных рам металлической крепи КМПА 3-19-27 вместо 1 крепежной рамы.

Сопутствующими причинами несчастного случая явились: недостатки в инструктаже в области охраны труда, низкое качество разработки, что не обеспечило безопасность работников при осуществлении технологических процессов, недостаточный уровень геологического контроля за производством горным работ по проведению и креплению западного вспомогательного ствола пласта 67. Предписание главного геолога от ДД.ММ.ГГГГ № (о вскрытии геологического нарушения разведочным бурением шпуров) было выдано без посещения подземных горных работ, низкий контроль за исполнением «Положения о нарядной системе Филиала «Шахта «Увальная» АО «УК Сибирская», недостаточный производственный контроль за соблюдением требований промышленно) безопасности со стороны эксплуатирующей организации, не обеспечена организация и ведения подземных работ в соответствии с условиями труда, указанными в трудовом договоре: фактическая численность работников не соответствует штатной численности (л.д. 12-22).

ФИО1, умер 13.03.2017г., что подтверждается свидетельством о смерти III-ЛО№ (л.д. 25).

Таким образом, судом установлено, что ФИО12 погиб при исполнении им трудовых обязанностей по трудовому договору, заключенному с АО «УК Сибирская», смерть ФИО1 произошла в течение рабочего времени, случай признан работодателем несчастным, о чем составлен соответствующий акт.

Факт несчастного случая был расследован, оформлен и учтен ответчиком в соответствии со статьей 227 ТК РФ.

Данные обстоятельства в судебном заседании не оспаривались и подтверждаются материалами дела.

Статьей 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» в абзаце 3 п. 46 разъясняет, что в случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ.

Право истцов на компенсацию морального вреда в связи со смертью ФИО1 в судебном заседании не оспаривалось.

Согласно приказу № от 28.03.2017г., в связи с несчастным случаем со смертельным исходом, произошедшим 13.03.2017г. с машинистом горных выемочным машин 5 разряда ФИО1, выплачены ФИО2 заработная плата и иные выплаты, не полученные погибшим работником ко дню смерти, в размере 34 488, 48 работ, оплата всех расходов на погребение в размере 387 724, 00 рублей, единовременная выплата семье погибшего, проживавшей совместно с ним в размере 194 631, 45 рублей, единовременная выплата каждому члену семье погибшего в размере 787 034, 26 рублей, в счет возмещения морального вреда 50 000 рублей (л.д. 59, 60, 73,74, 75,76).

Между истцами и ответчиком 27.08.2018г. заключены соглашения о возмещении ущерба, в которых оговорены денежные суммы, условия их выплаты и последствия после получения. 

Платежным поручением № АО «УК «Сибирская» переведена ФИО18 единовременную выплату 1 287 034 рубля в соответствии с соглашением №

<

адрес>4 от 27.08.2018г. (л.д. 54, 70-71).

Платежным поручением № АО «УК Сибирская» переведена ФИО2 единовременная выплата на ФИО2 и ФИО4 2 176 312 рублей, в соответствии с Соглашением №

<

адрес>6 от 27.08.2018г. (л.д. 55, 64-67).

В соответствии с ч.1 ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Под моральным вредом понимаются физические или нравственные страдания, причинённый гражданину действиями или бездействием, посягающими на принадлежащие ему от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности), или нарушающими его имущественные права.

Моральный вред может заключаться, в том числе, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. 

Из названной нормы права следует, что размер компенсации морального вреда определяется в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. 

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

При определении размера компенсации морального вреда правовое значение имеет правильное определение фактических обстоятельств, при которых истцу причинен моральный вред, в том числе и оценка действий участников происшествия в конкретной ситуации.

В качестве доводов настоящего иска в части взыскания компенсации морального вреда истцы указывают на несоразмерность выплаченной суммы по 500 000 рублей.

В силу требований ч.ч. 1, 2 ст.67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, при том никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Разрешая спор, в соответствии со ст. 12 ГПК РФ судом созданы условия для всестороннего, полного и объективного исследования всех обстоятельств и предоставлена сторонам возможность представить доказательства в судебное заседание.

Как установлено в судебном заседании, после гибели супруга ФИО2 не может смириться с его безвременным уходом из жизни, нарушилась целостность их семьи, нарушился привычный для семьи образ жизни и семейные связи. Ее страдания повлекли 

<

данные изъяты>

Падчерица ФИО14, ФИО3 также тяжело перенесла смерть отчима, появилось необоснованное чувство страха, панические атаки. Она также проходила 

<

данные изъяты>

В ходе судебного разбирательства судом был допрошен свидетель ФИО13, супруг ФИО19 (ФИО15), который показал суду, что был знаком с ФИО1 при жизни, так как встречался с ФИО5, после его гибели находился рядом с истцами, поддерживал их. После возвращения из армии заметил все последствия произошедшего, настоял на обращении ФИО5 

<

данные изъяты>.

Оснований сомневаться в правдивости показаний свидетеля у суда не имеется, его показания подтверждаются письменными доказательствами, сведений о заинтересованности в исходе дела суду не представлено.

Доводы возражений ответчика о том, что АО «УК «Сибирская» выплачена компенсация морального вреда по заключенным в 2018г. Соглашениям, не могут служить основанием для отказа в удовлетворении иска.

Так, согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 3 пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022г. № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации, как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 Гражданского кодекса РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика, суд принимает во внимание характер страданий истцов, связанных с индивидуальными особенностями: возрастом, состоянием здоровья, выразившихся в испытываемых ими нравственных переживаниях, обстоятельства причинения вреда, требования разумности и справедливости, и то, что закон не ставит размер компенсации морального вреда в строго определенные рамки, однако компенсация морального вреда должна носить реальный, а не символичный характер.

Преждевременная смерть близкого человека является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжелые страдания, переживания, вызванные такой утратой, затрагивающие психику, здоровье, самочувствие и настроение.

Выплаченную истцам компенсацию морального вреда в размере по 500 000 рублей каждому суд находит недостаточной, и, исходя из принципов разумности и справедливости, полагает возможным определить общий размер компенсации по 1 000 000 рублей, взыскав с ответчика еще по 500 000 рублей на каждого члена семьи ФИО1

Данный размер, по мнение суда, будет отвечать компенсационному принципу перенесенных истцами моральных страданий, считая данный размер разумным и справедливым. 

Отказывая во взыскании компенсации, предусмотренной ст. 60 Градостроительного кодекса РФ в размере 3 000 000 рублей, суд исходит из следующего:

В соответствии с ч. 1 ст. 60 Градостроительного кодекса РФ, в случае причинения вреда личности или имуществу гражданина, имуществу юридического лица вследствие разрушения, повреждения здания, сооружения либо части здания или сооружения, нарушения требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения, требований безопасности при сносе здания, сооружения собственник такого здания, сооружения, если не докажет, что указанные разрушение, повреждение, нарушение возникли вследствие умысла потерпевшего, действий третьих лиц или чрезвычайного и непредотвратимого при данных условиях обстоятельства (непреодолимой силы), возмещает вред в соответствии с гражданским законодательством и выплачивает компенсацию сверх возмещения вреда: родственникам потерпевшего (родителям, детям, усыновителям, усыновленным), супругу в случае смерти потерпевшего в сумме три миллиона рублей; потерпевшему в случае причинения тяжкого вреда его здоровью в сумме два миллиона рублей; потерпевшему в случае причинения средней тяжести вреда его здоровью в сумме один миллион рублей.

Как следует из п. 8.1 Акта о несчастном случае на производстве № от 27.03.2017г., разрушение сооружения, либо его части, в смысле, придаваемом изложенной выше нормой права, не произошло. Имело место быть падение куска горной массы (отслоение от массива и внезапное падение с высоты более 2 м куска породы). Причиной несчастного случая явились нахождение пострадавшего ФИО1 в незакрепленной части горной выработки; производство горных работ с отступлением от требований документации, выразившейся в превышении максимально допустимого обнажения кровли и боков (бортов) выработки с 0,7м до 1,15м, что привело к отслоению горной массы (вывал горной массы с правого борта выработки), травмировавшей работника; нарушение последовательности возведения рамной металлической крепи; одновременная установка за 1 цикл сразу 2-х крепежных рам металлической крепи вместо 1 крепежной рамы.

Установлены лица, допустившие нарушение требований охраны труда, в том числе ФИО1 (п. 10 Акта).

Кроме того, 27.08.2018г. сторонами заключены Соглашения, одним из условий которых указано, что как ФИО2, так и ФИО19 (ФИО15) гарантируют, что после перечисления всей указанной в п. 2 Соглашения суммы, не будут иметь права требовать никаких платежей, а также не будет иметь права на предъявление к АО «УК Сибирская» каких-либо претензий по любым иным основаниям, связанным с произошедшим несчастным случаем.

При таких обстоятельствах, оснований для взыскания предусмотренной ст. 60 Градостроительного кодекса РФ компенсационной выплаты не имеется.

В соответствие с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 21 Постановления пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016г. № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении:

иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда),

Поскольку истец в силу ч. 1 ст. 333.36 НК РФ освобожден от уплаты государственной пошлины при обращении в суд с настоящим исковым заявлением, при этом суд пришел к выводу об удовлетворении заявленных исковых требований, в соответствии с положениями ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию в соответствующий бюджет бюджетной системы Российской Федерации государственная пошлина 6 000 рублей.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего сына ФИО4, и ФИО3 к АО «Угольная компания Сибирская» о взыскании морального вреда и денежной компенсации – удовлетворить частично.

Взыскать с АО «Угольная компания Сибирская» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО2 (паспорт № №), компенсацию морального вреда – 500 000 (пятьсот тысяч) рублей,

Взыскать с АО «Угольная компания Сибирская» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО4, компенсацию морального вреда – 500 000 (пятьсот тысяч) рублей,

Взыскать с АО «Угольная компания Сибирская» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО3 (паспорт № №), компенсацию морального вреда – 500 000 (пятьсот тысяч) рублей,

В остальной части иска – отказать.

Взыскать с АО «Угольная компания Сибирская» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход государства государственную пошлину в размере 6 000 (шесть тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Динской районный суд Краснодарского края в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения.

Полный текст решения изготовлен 02 мая 2024г.

Председательствующий: Т.П. Николаева