Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

15 июля 2020 года город Тверь

Калининский районный суд Тверской области 

в составе председательствующего судьи Василенко Е.К.,

при ведении протокола судебного заседания в письменной форме и аудиопротоколирования секретарем ФИО1, 

с участием: истца ФИО2, ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 о взыскании денежных средств в счет возмещения убытков, причиненных в результате необоснованного уголовного преследования, взыскании компенсации морального вреда,

установил:

Истец ФИО2 обратился в Калининский районный суд Тверской области к ФИО3 с исковым заявлением, в котором с учетом письменных дополнений от 13 марта 2020 года, просит взыскать с ответчика в свою пользу:

- денежную сумму в размере 50 000 рублей в счет возмещения расходов на оплату услуг представителя по уголовному делу частного обвинения;

- денежную сумму в размере 50 000 рублей в счет компенсации морального вреда.

Исковое заявление основано на положениях статей 132, 135, 136 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, 151, 1000, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивировано оправданием истца по уголовному делу частного обвинения по части 1 статьи 128.1 Уголовного кодекса Российской Федерации. Указано, что приговором мирового судьи судебного участка № 17 Тверской области от 18 октября 2019 года, оставленным без изменения апелляционным постановлением Калининского районного суда Тверской области от 22 ноября 2019 года ФИО2 оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 128.1 Уголовного кодекса Российской Федерации. В результате необоснованного уголовного преследования истец понес судебные расходы на оплату услуг адвоката филиала № 1 НО «ТОКА» Нефедченкова В.А. в размере 50 000 рублей и испытал нравственные страдания в связи с фактом рассмотрения уголовного дела, определения статуса истца в уголовном процессе в качестве подсудимого. Истец испытал переживания за свою дальнейшую судьбу, определение в уголовном процессе в качестве подсудимого поставило истца в психотравмирующую ситуацию, поскольку он ранее не привлекался к какой-либо ответственности, о привлечении к уголовной ответственности узнали близкие и родные, знакомые истца. Истец полагает, что обращение ФИО3 с заявлением о возбуждении уголовного дела было продиктовано не потребностью защищать свои права и законные интересы, а намерением причинить вред. На протяжении длительного времени ФИО3 обращался в разные инстанции с жалобами на неправомерное поведение истца в вопросах пользования землей, ни одна жалоба не была удовлетворена по существу. Размер морального вреда оценен истцом 50 000 рублей. Нравственные страдания истца связаны с переживаниями по поводу возбуждения в отношении него уголовного дела и ведения уголовного преследования с апреля 2019 года по февраль 2020 года, за данный период в рамках уголовного дела состоялось больше десяти судебных заседаний, в силу процессуального статуса подсудимого, истец должен был присутствовать на них, что являлось для него стрессом, он не мог настроится на работу, стал нервным, постоянно принимал успокоительные средства, испытывал страх за свою репутацию и боялся, что ответчик будет его постоянно преследовать. Также истец указывает, что ухудшилось состояние его здоровья, испытывал хронические головные боли и головокружения, обострились хронические заболевания опорно-двигательного аппарата (остеохондроз позвоночника), он испытывал сильные боли, в мае пришлось обратиться за врачебной помощью, пройти курс лечения. По месту жительства истца по вопросу привлечения к уголовной ответственности его неоднократно спрашивали соседи и родственники, распространялись негативные слухи. В качестве свидетелей по уголовному делу были допрошены Глава администрации сельского поселения и жена истца, что неблагоприятно сказалось на его репутации. Досудебный порядок урегулирования спора не имел положительных результатов. 

В судебном заседании истец ФИО2 исковые требования поддержал в полном объеме.

В судебном заседании ответчик ФИО3 исковые требования не признал, поддержал доводы письменных возражений.

В письменных возражениях от 15 июня 2020 года, поступивших в суд 30 июня 2020 года ФИО3 ссылаясь на положения статьи 33 Конституции Российской Федерации, статей 2,5, 7, 10 Федерального закона от 02 мая 2006 года № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», статьи 133-139 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 10, 152, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, полагает, что исковые требования удовлетворению не подлежат. ФИО3 указывает, что воспользовался своим конституционным правом обжаловать неправомерные действия, поскольку истец отрицая наличие договорных отношений препятствовал в газификации дома ответчика. По мнению ФИО3, наличие высшего юридического образования и статуса адвоката не препятствует его обращению в правоохранительные органы по вопросу оценки действий истца в силу предоставленных им полномочий. Основанием для гражданско-правовой ответственности является совокупность условий: наличие ущерба, виновное и противоправное поведение причинителя вреда, причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и ущербом. Истец не представил доказательств, подтверждающих злоупотребление правом со стороны ответчика. 

Исследовав материалы дела, выслушав участвующих в деле лиц, суд приходит к следующим выводам.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

Принцип состязательности представляет собой правило, по которому заинтересованные в исходе дела лица вправе отстаивать свою правоту в споре путем представления доказательств, участия в исследовании доказательств, представленных другими лицами, путем высказывания своего мнения по всем вопросам, подлежащим рассмотрению в судебном заседании.

Состязательность предполагает возложение бремени доказывания на сами стороны и снятие по общему правилу с суда обязанности по сбору доказательств.

Предметом иска является материально-правовое требование о взыскании убытков в размере 50 000 рублей на оплату услуг представителя по уголовному делу а также материально-правовое требование о взыскании компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей.

В силу принципа состязательности сторон (статья 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) и требований части 2 статьи 35, части 1 статьи 56 и части 1 статьи 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказать факт причинения морального вреда при определенных обстоятельствах и конкретным лицом, степень физических и нравственных страданий, и в чем они выражаются, причинно-следственную связь между причинением вреда и наступившими физическими или нравственными страданиями, размер компенсации вреда возложена на истца. 

Основаниями гражданско-правовой ответственности за причинение убытков является совокупность следующих обстоятельств: наличие убытков, противоправность действий (бездействия) причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправными действиями (бездействием) и наступлением вредных последствий, вина причинителя вреда и размер убытков. Недоказанность одного из указанных обстоятельств является основанием для отказа в иске. Обязанность доказывания наличия вышеуказанной совокупности возлагается на истца. Отсутствие хотя бы одного из указанных обстоятельств является основанием отказа в удовлетворении данного рода требований.

В ходе рассмотрения дела достоверно установлено, что приговором мирового судьи судебного участка № 17 Тверской области от 18 октября 2019 года (дело № 1-42/2019) ФИО2 оправдан по предъявленному ФИО3 частному обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 128.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (клевета).

Апелляционным постановлением Калининского районного суда Тверской области от 22 ноября 2019 года (дело № 1-13/2019) и кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от 14 апреля 2020 года оправдательный приговор оставлен без изменения (том 2 уголовного дела, л.д. 27-41, 76-79, 152-156).

Как следует из данных судебных постановлений, ФИО2 оправдан на основании пункта 3 части 2 статьи 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - УПК РФ) в связи с отсутствием в его действиях состава преступления с указанием на отсутствие умысла у ФИО2 на совершение клеветы в отношении ФИО3

В судебных постановлениях также указано, что из показаний частного обвинителя ФИО3 следует, что ФИО2 обвинил его в совершении преступления – подделки его подписи в договоре, заключенным в апреле 2006 года. Этот договор был заключен между ним и ФИО2 Договор о взаимном разрешении на подключение к газопроводу. Этот договор они подписали добровольно в д. Сокол. Нотариально договор заверен не был, так как он рассчитывал на порядочность ФИО2 Тем более, что денег с него он не взял. В последствии их отношения испортились и ФИО2 умышленно стал отрицать факт заключения договора. Эти сведения были распространены в период времени с 10 до 11 часов 15 ноября 2018 года. ФИО2 в его присутствии сообщил их двум рабочим, прорабу и своей жене. Также он полагает, что ФИО2 сообщил эти сведения главе администрации Аввакумовского сельского поселения Калининского района Тверской области ФИО4 В настоящий момент газификация дома не закончена, так как в месте врезки в газопровод ФИО2 насыпал большую кучу песка. У него на газопровод имеются все необходимые документы: технические условия и разрешение. В данном случае им после получения технических условий для подключения газа к новому дому, предложили получить согласие соседа. У него имеется две точки подключения: одна через домовладение, вторая - минуя его. 

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании показал, что он не препятствовал в проведении строительных работ по газификации соседнего участка. Ему позвонила супруга и сообщила, что какие-то люди производят земляные работы перед домом, у калитки. Люди без формы, без каких-либо надписей и опознавательных знаком. В связи с чем, он приехал домой. По приезду он поинтересовался у работников о том, что они здесь делают. На что они ответили, что производят работы для подключения к газопроводу соседнего дома. В ответ он спросил о наличии разрешения на проведение работ. С ним общался по этому поводу только Л.И.С., все остальные работники были вдали. Даже ФИО3 близко не подходил, он находился в метрах 25-30. Он сказал, что есть, показал в телефоне какое-то фото. В ответ на это, он попросил показать оригинал документа. На что тот ответил, что его здесь в наличии нет. После чего, ФИО3 сказал: «отвезите меня домой, я покажу». На что он возмутился, поскольку ведутся земляные работы здесь, значит документы должны быть по месту проведения работ. В связи с чем, он позвонил в сельский совет, где узнал, что разрешение на проведение земляных работ не выдавалось. В течении 30 минут примерно приехал глава сельского поселения и приостановил работы. Они между собой поговорили и все уехали. Он никак не препятствовал, он только требовал, чтобы показали документы, поскольку земляные работы проводились перед его калиткой, где уложена тротуарная плитка.

Из материалов дела также следует, что 18 апреля 2019 года в городе Твери между ФИО2 (доверитель) и адвокатом Нефедченковым В.А. (адвокат) было заключено соглашение об оказании юридической помощи, по условиям которого адвокат принял на себя обязанность оказать доверителю юридическую помощь, отстаивать и защищать его права и законные интересы в мировом суде Калининского района Тверской области по заявленпию ФИО3 о возбуждении уголовного дела по части 1 статьи 128.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, в частности: знакомиться с материалами дела, анализировать правовую ситуацию, вырабатывать правовую позицию, собирать и предоставлять сведения в объеме, необходимом для оказания юридической помощи, участвовать в судебных заседаниях при рассмотрении дела по существу, готовить процессуальные документы. 

Размер вознаграждения между сторонами установлен в сумме 50 000 рублей (Раздел 3). При этом оплата производится по фактически отработанному времени при участии в судебных заседаниях путем внесения наличных денежных средств адвокату для последующей передачи в кассу адвокатского образования, либо непосредственно в кассу (бухгалтерию) адвокатского образования, либо перечислением через банк на расчетный счет. 

22 ноября 2019 года в городе Твери между ФИО2 (доверитель) и адвокатом Нефедченковым В.А. (адвокат) было заключено соглашение об оказании юридической помощи, по условиям которого адвокат принял на себя обязанность оказать доверителю юридическую помощь, отстаивать и защищать его права и законные интересы в апелляционной инстанции (Калининский районный суд Тверской области) с объемом прав и обязанностей, аналогичным соглашению от 18 апреля 2019 года. Размер вознаграждения между сторонами установлен в сумме 5 000 рублей (Раздел 3). При этом оплата производится по предоплате путем внесения наличных денежных средств адвокату для последующей передачи в кассу адвокатского образования, либо непосредственно в кассу (бухгалтерию) адвокатского образования, либо перечислением через банк на расчетный счет. 

Получение денежных средств в размере 50 000 рублей по оплате оказанных Нефедченковым В.А. услуг по соглашениям подтвержден документально заверенными копиями квитанций № на сумму 5000 рублей от 29 апреля 2019 года, № на сумму 10 000 рублей от 23 мая 2019 года, № на сумму 10 000 рублей от 27 июня 2019 года, № на сумму 5 000 рублей от 30 июля 2019 года, № на сумму 5000 рублей от 29 августа 2019 года, № на сумму 5000 рублей от 15 октября 2020 года, № на сумму 5000 рублей от 28 октября 2019 года, № на сумму 5000 рублей от 28 ноября 2019 года. 

В материалах уголовного дела 1-13/2019 имеется заверенная копия удостоверения адвоката Нефедченкова В.А. (т.1, л.д.48), ордер № 073601 серии ВЕ (т.1, л.д.49), 

Адвокат Нефедченков В.А. принимал участие в семи судебных заседаниях по рассмотрению уголовного дела по существу в суде первой инстанции: 22 мая 2019 года (т.1, л.д.59-65), 13 июня 2019 года (т1.л.д. 118-120), 27 июня 2019 года (т.1, л.д.132-136), 30 июля 2019 года (т.1, л.д. 155-157), 13 августа 2019 года (т.1, л.д.170-172), 26 сентября 2019 года (т.1, л.д.207-217), 18 октября 2019 года (т.2, л.д.14-26). В суде апелляционной инстанции 22 ноября 201 года (т.2, л.д.66, 69-74). В суде кассационной инстанции адвокат участия не принимал. 

В материалах дела имеется ходатайство Нефедченкова В.А. об ознакомлении с материалами дела (т.1, л.д.149), письменные возражения на апелляционную жалобу (т.2, л.д.54-55), и на кассационную жалобу (т.2, л.д.127-128). 

Факт оказания юридических услуг и их возмездный характер, нашел свое подтверждение в материалах дела, доказательств обратного ответчиком ФИО3 не представлено. Письменные доказательства представленные в дело в качестве подтверждения произведенной оплаты содержат сведения о получателе платежа и его размере всего на сумму 50 000 рублей, и могут свидетельствовать о несении ФИО2 расходов на оплату услуг защитника Нефедченкова В.А., поскольку согласуются с другими доказательствами по делу.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец ФИО2 указывает на то, что он был оправдан по уголовному делу по частному обвинению, а заявление ФИО3 о возбуждении уголовного дела частного обвинения в отношении него по части 1 статьи 128.1 Уголовного кодекса Российской Федерации было подано с целью причинения ему вреда.

В соответствии с частью 1 статьи 20 УПК РФ в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке.

Согласно части 2 этой статьи уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 115 частью первой, 116.1 и 128.1 частью первой Уголовного кодекса Российской Федерации, считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, за исключением случаев, предусмотренных частью четвертой настоящей статьи, и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым. 

Частью 1 статьи 133 УПК РФ установлено право на реабилитацию, которое включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

На основании пункта 1 части 2 данной статьи право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения.

Ввиду того, что уголовное преследование по уголовным делам частного обвинения (за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 части 1 и частью 4 статьи 147 УПК РФ) возбуждается частным обвинителем и прекращение дела либо постановление по делу оправдательного приговора судом первой инстанции не является следствием незаконных действий со стороны государства, правила о реабилитации на лиц, в отношении которых вынесены такие решения, не распространяются.

Согласно части 2 статьи 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Таким образом, требования о компенсации морального вреда, причиненного необоснованным предъявлением частного обвинения в совершении уголовного преступления, подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства на основании норм Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом того, что причинителем вреда является не государственный орган или должностное лицо, а частный обвинитель.

Пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 названного Кодекса.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу (абзац третий статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Общие основания ответственности за причинение вреда установлены статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Из положений статей 1064, 1070 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в их системном толковании следует, что компенсация морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, осуществляется независимо от вины причинителя в случаях наступления последствий, указанных в пункте 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации (в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста), и только при условии причинения его должностными лицами либо государственными органами, указанными в данной норме закона.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17 октября 2011 года № 22-П по делу о проверке конституционности частей первой и второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, применимость специального порядка возмещения государством вреда предрешается не видом уголовного преследования, а особым статусом причинителя вреда, каковым могут обладать лишь упомянутые в части 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации государственные органы и должностные лица - орган дознания, дознаватель, следователь, прокурор и суд - независимо от занимаемого ими места в системе разделения властей (пункт 3).

Специфика правовой природы дел частного обвинения, уголовное преследование по которым осуществляется частным обвинителем, ограничивает применение к ним положений главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Вынесение мировым судьей оправдательного приговора в отношении подсудимого по такому делу не порождает обязанность государства возместить причиненный ему вред (если он не был причинен иными незаконными действиями или решениями судьи), поскольку причинителем вреда в данном случае является частный обвинитель, выдвинувший необоснованное обвинение.

При оправдании подсудимого по делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному делу (часть 9 статьи 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации). Взыскание в пользу реабилитированного расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. Возмещение же иного вреда за счет средств частного обвинителя главой 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не предусматривается. Реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не меняет публично-правовой сущности уголовной ответственности и не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины (пункт 5).

В отличие от уголовного преследования, осуществляемого в публичном и частно-публичном порядке (части 1, 3, 5 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации), привлечение к уголовной ответственности по делам частного обвинения, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, является следствием обращения частного обвинителя в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица.

Такое обращение является одной из форм реализации конституционного права граждан на обращение в государственные органы (статья 33 Конституции Российской Федерации) и конституционного права каждого на судебную защиту (часть 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации).

Из права на судебную защиту вытекает общий принцип, в силу которого правосудие нельзя было бы признать отвечающим требованиям равенства и справедливости, если расходы, понесенные в связи с судебным разбирательством, ложились бы на лицо, вынужденное прибегнуть к судебному механизму обеспечения принудительной реализации своих прав, свобод и законных интересов, осуществление которых из-за действий (бездействия) другого лица оказалось невозможно, ограничено или сопряжено с несением неких дополнительных обременений. При этом не исключается дифференциация федеральным законодателем правил распределения судебных расходов, которые могут иметь свою специфику, в частности в зависимости от объективных особенностей конкретных судебных процедур и лежащих в их основе материальных правоотношений (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 11 июля 2017 года № 20-П).

По делам частного обвинения, процессуальные издержки возмещаются за счет средств федерального бюджета или взыскиваются с осужденных или частных обвинителей. При оправдании подсудимого по уголовному делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному уголовному делу; при прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон процессуальные издержки взыскиваются с одной или обеих сторон (часть девятая статьи 132 этого же Кодекса).

Таким образом, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации не во всех случаях предусматривает возможность возмещения судебных расходов потерпевшего (частного обвинителя), в том числе связанных и с выплатой вознаграждения представителю.

По смыслу статьи 131 УПК РФ процессуальные издержки представляют собой денежные суммы в возмещение необходимых и оправданных расходов, неполученных доходов, а также вознаграждение и выплаты, которые причитаются к уплате физическим и юридическим лицам, вовлеченным в уголовное судопроизводство в качестве участников или иным образом привлекаемым к решению стоящих перед ним задач.

В соответствии с частью 9 статьи 132 УПК РФ и разъяснениями, содержащимися в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 42 от 19 декабря 2013 года «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам», при оправдании подсудимого по уголовному делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному уголовному делу.

Вместе с тем, суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи, в соответствии с пунктом 5 части 2 статьи 131 УПК РФ отнесены к числу процессуальных издержек только в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению суда.

Конституционный Суд Российской Федерации указывал, что в случаях, когда возмещение судебных расходов законом не предусмотрено, лицо не лишено возможности добиваться возмещения причиненных ему убытков в самостоятельном процессе, если для этого имеются основания, предусмотренные статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации № 1141-О от 26 мая 2016 года, № 2230-О от 25 октября 2016 года и других, в системе действующего правового регулирования, в том числе с учетом положений статьи 131 УПК РФ, расходы на оплату услуг представителя обвиняемого не относятся к числу процессуальных издержек, а могут расцениваться как вред, причиненный лицу в результате его необоснованного уголовного преследования по смыслу статьи 15 «Возмещение убытков» Гражданского кодекса Российской Федерации. Эти расходы могут быть взысканы на основании и в порядке, которые предусмотрены статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующей общие основания ответственности за причинение вреда.

Обязанность возместить причиненный вред является мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 2009 года № 13-П и от 7 апреля 2015 года № 7-П). Касательно отношений по поводу возмещения имущественного вреда - как имеющих частноправовой характер - это означает, что данное правовое регулирование должно осуществляться, главным образом, в рамках гражданского законодательства за счет присущего ему правового инструментария.

Неподтверждение в ходе судебного разбирательства предъявленного обвинения само по себе не является достаточным основанием для признания незаконным обращения к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения и, как следствие, для принятия решения о взыскании процессуальных издержек с частного обвинителя.

Учитывая изложенное, при разрешении споров о взыскании компенсации морального вреда и убытков в виде денежных сумм (расходов), выплаченных адвокату за оказание им юридической помощи, в случае вынесения оправдательного приговора по делу частного обвинения юридически значимым является вопрос о том, было ли обращение частного обвинителя в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица продиктовано потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы либо намерением причинить вред другому лицу.

Разрешая данный вопрос, необходимо учитывать, в частности, фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя либо, напротив, о злоупотреблении им правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения.

Требования оправданного по делу частного обвинения о возмещении убытков могут быть удовлетворены лишь при условии установления противоправности действий частного обвинителя, а именно, в случае, если заявление о привлечении к уголовной ответственности не имело под собой никаких оснований, а обращение в суд в частном порядке направлено исключительно на причинение вреда другому лицу (злоупотребление правом).

Проанализировав положения приведенных выше правовых норм, оценив представленные в материалы дела письменные доказательства и пояснения сторон в их совокупности, суд приходит к выводам об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований о взыскании денежной суммы в размере 50 000 рублей в счет возмещения расходов на оплату услуг представителя по уголовному делу частного обвинения, взыскании денежной суммы в размере 50 000 рублей в счет компенсации морального вреда.

Противоправность действий частного обвинителя ФИО3 приговором мирового судьи, либо судебными постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанции не установлена.

Сам факт вынесения мировым судьей оправдательного приговора по делу частного обвинения в отношении ФИО2 не является безусловным основанием для возложения ответственности по компенсации морального вреда и возмещении убытков на частного обвинителя ФИО3

В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на обращение в государственные органы и право на судебную защиту, выступающее, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, гарантированных Конституцией Российской Федерации.

Объективных и достоверных доказательств, подтверждающих злоупотребление ФИО3 своим правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения, истцом ФИО2 в материалы дела не представлено.

Сами по себе утверждения истца о том, что ФИО3 длительное время обращается в различные инстанции с жалобами на неправомерное поведение истца в вопросах землепользования, не подтверждают цель его о обращения к мировому судье и злонамеренный характер с заявлением частного обвинения.

Доказательств, свидетельствующих о злоупотреблении ФИО3, предусмотренным статьей 22 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации правом на обращение к судье в порядке частного обвинения, что обращение в частном порядке не имело под собой никаких оснований, об изложении им ложных сведений с целью причинить ФИО2 вред, в материалы дела не представлено.

Руководствуясь вышеназванными правовыми нормами, регулирующими спорные правоотношения, исследовав и оценив представленные доказательства в их совокупности, суд также приходит к выводу, что истцом ФИО2 не доказаны факт причинения ему нравственных или физических страданий ответчиком ФИО3, какие нравственные или физические страдания перенесены, вина причинителя, размер суммы компенсации морального вреда.

Заявления истца о появлении стресса, нервного потрясения в связи с необходимостью посещать суд, отсутствии сосредоточенности, негативном изменении состояния здоровья, медицинскими документами не подтверждены, приложенные копии заключений от 25 мая 2019 года врача К.И.В. в подлиннике не были представлены, выданы на имя «ФИО2.» (исследование 27528) и в совокупности с иными доказательствами по делу, не свидетельствуют о наличии прямой причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими неблагоприятными последствиями у истца, в виде ухудшения состояния здоровья, поскольку появлению таких реакций организма могут способствовать различные неблагоприятные внешние факторы (резкие смены погодных условий, физические нагрузки, переутомление, нарушения диеты и пр.). 

Принимая во внимание, что ответчик оспаривает причинение морального вреда и не признает заявленные требования, истец ФИО2 не представил достаточной совокупности доказательств виновного нарушения его личных неимущественных прав ФИО3, причинение ему нравственных страданий, правовые основания для удовлетворения заявленных требований к ответчику отсутствуют. 

При отказе в иске судебные расходы истца возмещению за счет ответчика не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198, Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ФИО3 о взыскании денежной суммы в размере 50 000 рублей в счет возмещения расходов на оплату услуг представителя по уголовному делу частного обвинения, взыскании денежной суммы в размере 50 000 рублей в счет компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме через Калининский районный суд Тверской области.

Председательствующий: Е.К. Василенко

Решение в окончательной форме изготовлено 22 июля 2020 года

1версия для печати