УИД: 11RS0002-01-2024-004455-61

Дело №2-259/2025 (№ 2-3649/2024)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Воркута 21 февраля 2025 г.

Воркутинский городской суд Республики Коми в составе:

председательствующего судьи Комиссаровой Е.С.,

при секретаре Басаргиной О.И.,

с участием представителя ответчика ФИО1,

прокурора Маляревича И.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к акционерному обществу по добыче угля «Воркутауголь» о взыскании денежной компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО2 обратилась в суд с иском к акционерному обществу по добыче угля «Воркутауголь» (далее АО «Воркутауголь») о взыскании денежной компенсации морального вреда в размере 1 000 000,00 руб.

В обоснование заявленных требований истец указала, что 11 февраля 2013 г. вследствие взрыва метана произошёл групповой несчастный случай, в результате которого погиб работник АО «Воркутауголь» ФИО3, приходящийся ей братом. Алексей был младшим братом в их семье, когда он родился, ей было 13 лет, мама работала и забота о братьях лежала на ней, она водила его в детский сад, потом в школу, осознанно занималась с ним, играла и очень сильно любила. На момент гибели брата она ухаживала за тяжелобольной матерью в г. Гатчине Ленинградской области, Алексей похоронен там же. Известие о смерти брата стало страшным ударом для неё. По сей день, она испытывает чувство тоски и невосполнимости потери (л.д. 3-5).

Ответчик представил возражения на иск, просил в удовлетворении иска отказать, поскольку порядок выплаты компенсации морального вреда членам семьи работника в случае его гибели и её конкретный размер определены в территориальном соглашении, заключённом между работодателем и работниками ОАО «Воркутауголь», в лице профсоюзных организаций. АО «Воркутауголь», как владелец источника повышенной опасности и как работодатель, на основании заключённых соглашений с членами семьи погибшего ФИО3 в добровольном порядке произвело выплаты компенсации морального вреда и иные выплаты супруге погибшего ФИО4, его детям ФИО5, ФИО6, ФИО7 и ФИО8 Кроме того, все расходы на погребение ФИО3 осуществляло АО «Воркутауголь». Также семье погибшего ФИО3 были произведены выплаты Фондом социального страхования (л.д. 3-5).

Представитель ответчика в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения иска по основаниям, изложенным в возражениях, а в случае их удовлетворения просил снизить размер денежной компенсации морального вреда до 400 000,00 руб., поскольку с момента гибели ФИО3 прошёл значительный промежуток времени, при этом АО «Воркутауголь» приняты все возможные меры для возмещения морального вреда, понесённого семьёй погибшего и дополнительно сестрой погибшего. 

Истец, её представитель, третьи лица ФИО9, ФИО10, ФИО11 о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились, истец и её представитель просили о рассмотрении дела в их отсутствие (л.д. 5, 117-127).

Дело рассмотрено в соответствии с ч.ч. 3, 5 ст. 167 ГПК РФ в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Выслушав возражения представителя ответчика АО «Воркутауголь», заключение прокурора, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу ст. 212 ТК РФ работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

ФИО3 работал в ОАО «Воркутауголь» в должности горнорабочего подземного 3 разряда на участке по добыче угля № 8 в структурном подразделении шахта «Воркутинская» с 21 февраля 2005 г. по 11 февраля 2013 г., трудовой договор прекращён с ним на основании п. 6 ст. 83 ТК РФ в связи со смертью работника (л.д. 57-58).

Постановлением Воркутинского городского суда Республики Коми от 25 марта 2019 г. на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования прекращено уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО9, ФИО10 и ФИО11, возбуждённое по ч. 3 ст. 216 УК РФ. Данным постановлением установлено, что допущенные ФИО9, ФИО10 и ФИО11 при ведении горных работ нарушения правил безопасности повлекли за собой 11 февраля 2013 г. взрыв метанопылевоздушной смеси в районе правого борта (по ходу движения вентиляционной струи) РУ35-ю в районе камеры приводов РУ35-ю, с последующим воспламенением угольной пыли на участке РУ35-ю от бункера до сопряжения с КШ 832-ю, взрывом угольной пыли в камере приводов КШ 832-ю, воспламенением угольной пыли на участке КШ 832-ю от сопряжения с РУ35-ю до нижнего сопряжения лавы 832-ю и воспламенением угольной пыли на лаве 832-ю, которые повлекли по неосторожности причинение крупного ущерба АО «Воркутауголь», тяжкого вреда здоровью человека и смерть работников АО «Воркутауголь», в том числе ФИО3

Таким образом, производство по данному уголовному делу прекращено по нереабилитирующему основанию, ФИО10, ФИО9 и ФИО11 против прекращения уголовного дела по данному основанию не возражали, не настаивали на продолжении расследования для получения доказательств своей невиновности и оправдания.

При таких обстоятельствах, в силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, установлен факт смерти ФИО3 при обстоятельствах, изложенных в постановлении Воркутинского городского суда Республики Коми от 25 марта 2019 г.

Смерть ФИО3 наступила 11 февраля 2013 г. в результате комбинированной травмы тела с повреждением лёгких, сердца, внутренней кровопотери, а также взрыва других веществ (л.д. 112).

Матерью ФИО12, родившейся 

<

дата> является ФИО13, 

<

дата> ФИО12 заключила брак с ФИО14, после заключения брак ей присвоена фамилия ФИО14 (л.д. 99-100).

<

дата> ФИО15 и ФИО16 заключили брак, после заключения которого жене присвоена фамилия ФИО15 (л.д. 8).

<

дата> у ФИО15 и ФИО15 родился сын ФИО3 (л.д.103).

Таким образом, ФИО2 приходится ФИО3 сестрой.

В соответствии со ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 ГК РФ.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинён жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, её размер определяется судом в зависимости от характера причинённого потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как разъяснено в п.п. 12, 14, 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее постановление Пленума ВС РФ № 33) обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда. Моральный вред может заключаться в нравственных страданиях, относящихся к душевному неблагополучию в том числе нарушению душевного спокойствия человека по причине переживания в связи с утратой родственников. Моральный вред, причинённый работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем. Осуждение или привлечение к административной ответственности работника как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении его уголовного дела и (или) уголовного преследования не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причинённый таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

По смыслу п.п. 1, 2 ст.1064 ГК РФ вред, причинённый личности гражданина подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим его, при этом лицо, причинившее вред, освобождается от его возмещения, если докажет, что он причинён не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Исходя из п. 1 ст. 1068 ГК РФ, юридическое лицо возмещает вред, причинённый его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В силу п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причинённый источником повышенной опасности, если не докажут, что он возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобождён судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п.п. 2, 3 ст. 1083 ГК РФ. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо, которое владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Как разъяснено в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечёт физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причинённого ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинён источником повышенной опасности. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Из разъяснений, данных в п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 33 следует, что в случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ. При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причинённого смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинён в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Таким образом, смерть ФИО3 наступила непосредственно при исполнении им трудовых обязанностей в структурном подразделении АО «Воркутауголь» - «Шахта Воркутинская при взрыве, то есть в результате деятельности, создающей повышенную опасность, так как шахта «Воркутинская» является опасным производственным объектом и бездействием работников АО «Воркутауголь», не обеспечивших ненадлежащие условия труда и безопасности погибшего, следовательно, между действиями (бездействием) работников ответчика и наступлением смерти ФИО3 имеется прямая причинно-следственная связь, в связи с чем, работодатель обязан компенсировать моральный вред, причинённый его работниками при исполнении трудовых обязанностей сестре погибшего работника ФИО3 ФИО17 

В соответствии с п.п. 8.1.3 и 8.1.4 коллективного договора ОАО «Воркутауголь» на 2011-2013 гг., в случае гибели работника при исполнении им трудовых обязанностей или обязанностей, связанных с производственной деятельностью, работодатель обеспечивает сверх установленного действующим законодательством Российской Федерации размера возмещения вреда: оплату всех расходов на погребение, в том числе и по отправке к месту захоронения, выплату семье погибшего (умершего вследствие производственной травмы или профессионального заболевания), проживавшей совместно с ним, единовременного пособия в размере не менее трёхкратного среднемесячного заработка в счет возмещения морального вреда, выплату каждому члену семьи погибшего (умершего вследствие производственной травмы или профессионального заболевания), находившемуся на его иждивении, единовременного пособия в размере средней годовой заработной платы, исчисленной из заработной платы за последние три года, но не мене чем в размере, установленном действующим законодательством Российской Федерации, в случае гибели работника при исполнении им трудовых обязанностей в результате катастрофы природного или техногенного характера (внезапный выброс угля и газа метана, эндогенный пожар, вспышка и взрыв газа метана и угольной пыли, прорыв в горные выработки воды и глины, горный удар, толчок и другое), а также производственной аварии, семье погибшего, проживавшей совместно с работником, (помимо вышеперечисленных выплат), выплачивается дополнительно компенсация причинённого морального вреда в размере одного миллиона рублей. К семье работника относятся: жена (муж), дети, родители и ребёнок погибшего, родившийся после его смерти.

В представленных возражениях на иск, ответчиком указано, что выплаты сестре ФИО3 ФИО2 им не производились, так как она не была признана членом семьи погибшего применительно к п.п. 8.1.3.3, 8.1.4 Территориального соглашения по организации угольной промышленности города Воркута на 2011-2013 гг.

Смерть близкого, родного человека является наиболее тяжёлым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой, затрагивающие личность, психику, здоровье, самочувствие и настроение. 

Как разъяснено в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 г. № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевших в уголовном судопроизводстве», исходя из того, что потерпевшим признаётся физическое лицо, которому преступлением причинён физический, имущественный или моральный вред, все иные лица, в том числе близкие родственники потерпевшего, на чьи права и законные интересы преступление не было непосредственно направлено, по общему правилу, процессуальными возможностями по их защите не наделяются. Защита прав и законных интересов таких лиц осуществляется в результате восстановления прав лица, пострадавшего от преступления. По уголовным делам о преступлениях, последствием которых явились смерть лица, пострадавшего от преступления, права потерпевшего переходят к одному из близких родственников и (или) близких лиц погибшего, а при их отсутствии или невозможности их участия в уголовном судопроизводстве - к одному из родственников.

Таким образом, близкий родственник может быть признан потерпевшим по уголовному делу, следовательно, имеет право на возмещение причинённого ему морального вреда, при этом непризнание лица потерпевшим по уголовному делу не препятствует предъявлению требования о взыскании компенсации морального вреда в рамках гражданского судопроизводства.

Оценив представленные доказательства в их совокупности, суд исходит из того, что истец ФИО17 испытывает моральные страдания в связи с утратой родного брата, что является для неё сильнейшим потрясением, причиняющим ей душевную боль и страдания, поскольку нарушена целостность семьи и семейных связей.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, суд учитывает фактические обстоятельства, в результате которых наступила смерть ФИО3, а также то, что с 1971 года ФИО3 и его сестра ФИО2 проживали в разных городах, имели свои семьи (с 1977 г. ФИО2 состоит в браке с ФИО18, в 1979 году у них родился сын Илья, ФИО3 в 1986 году вступил в брак с В.В.В., в 1990 году у них родилась дочь Анна, в 1993 году сын Максим, в 2003 г. данный брак расторгнут, в 2004 г. у ФИО3 и Л.О.Н. родилась дочь Софья, в 2006 г. ФИО3 и Л.О.Н. заключили брак, в 2010 г. у них родился сын Артур), принимая во внимание характер и степень нравственных страданий, глубины переживаний истца, руководствуясь принципами разумности и справедливости, учитывая мнение представителя ответчика о размере денежной компенсации морального вреда, полагает возможным снизить заявленный истцом размер денежной компенсации морального вреда до 400 000,00 руб.

На основании ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец при подаче иска был освобождён, подлежит взысканию в бюджет муниципального образования с ответчика в размере 3 000,00 руб. 

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО2 (...) к акционерному обществу по добыче угля «Воркутауголь» (ИНН 

<

***>) о взыскании денежной компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества по добыче угля «Воркутауголь» в пользу ФИО2 денежную компенсацию морального вреда в размере 400 000 (четыреста тысяч) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части иска ФИО2 к акционерному обществу по добыче угля «Воркутауголь» отказать.

Взыскать с акционерного общества по добыче угля «Воркутауголь» в бюджет муниципального округа «Воркута» Республики Коми в размере 3 000 (три тысячи) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Коми путём подачи апелляционной жалобы, представления через Воркутинский городской суд Республики Коми в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме (25 февраля 2025 г.). 

Председательствующий Е.С.Комиссарова