дело № 2-245/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Петропавловское. 27 декабря 2017 года

Петропавловский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Л.И.Глущенко,

при секретаре Л.Ю.Заздравных,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к МВД России о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, отбывающий наказание в ФКУ ИК-3 УФСИН России по Алтайскому краю, обратился в районный суд с иском к МВД России о взыскании компенсации морального вреда, в котором с учетом уточнений просит взыскать с ответчика МВД России за счет средств казны Российской Федерации в свою пользу 100 000 рублей за ненадлежащие условия содержания в ИВС Быстроистокского района в марте 1996 года в рамках уголовного дела.

В обоснование своих требований истец указывает, что в марте 1996 года он доставлялся в ИВС по Быстроистокскому району в рамках уголовного дела, где содержался в ИВС в условиях, противоречащих нормам закона (ФЗ №103 от 15.07.1995), международных норм (ст.3 ЕСПЧ), Конституции РФ, которые унижали и оскорбляли человеческое достоинство, заставляли чувствовать тревогу и страх за жизнь и здоровье, причиняли нравственные страдания и переживания. 

В камерах нарушена санитарная норма на одного человека. Камеры площадью от 5-7 м.? (камера 1 и2) до 2-4 м.? (камера 3), где одновременно содержалось до семи человек, что противоречит нормам закона.

Нарушен принцип приватности. В камерах отсутствовал водопровод, канализация, вместо этого в камерах стоял бак, куда приходилось справлять естественные нужды организма на глазах и в присутствии других лиц, что вызывало чувство стыда и оскорбляло человеческое достоинство. В камерах стоял постоянный запах, что мешало нормальному приему пищи, не было возможности умыться и постираться, провести уборку в камере. 

Отсутствовала вентиляция. В камере приходилось сидеть потными, от тела исходил неприятный запах при встрече с людьми (на следственных мероприятиях, в суде), что причиняло чувство дискомфорта и неполноценности.

Не было душевой комнаты, хотя если лицо содержится в ИВС более 7-ми суток, закон гарантирует помывку в душе продолжительностью не менее 15 минут.

На прогулку выводили на 15-20 минут при лимите в 1 час. Выводили на прогулку вынести бак из-под отходов.

Питание было плохое, кормили один раз в сутки. Не было матрасов, одеял, подушек, простыней, наволочек, не выдавали санитарно-гигиенических пакетов, что также противоречило нормам права. Не было полок, вешалок, тумбочек, все вещи вместе с продуктами питания, лежали вперемешку на столе, что также причиняло неудобства.

Все вышеперечисленное причиняло нравственные страдания и переживания (моральный вред), оскорбляло и унижало человеческое достоинство, вызывало чувство тревоги и страха за жизнь, здоровье, чувство стыда, оценивается истцом в 100 000 рублей.

В судебном заседании (с использованием системы ВКС) истец ФИО1 требования иска поддержал, просит удовлетворить и учесть, что он содержался в ненадлежащих условиях в Быстроистокском ИВС в несовершеннолетнем возрасте. Представители МВД России (ответчик), МО МВД России «Петропавловский» (третье лицо) не явились, письменно известили о рассмотрении дела в их отсутствие, иск не признали, извещены надлежаще. На основании ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствии неявившихся лиц. 

Представитель ответчика МВД РФ иск не признал, в письменных возражениях указывает, что в данном случае требование истца о взыскании компенсации морального вреда вытекает из требований об оспаривании действий должностных лиц ИВС (орган внутренних дел, который является государственным органом исполнительной власти) по несоблюдению прав подозреваемых и обвиняемых на ненадлежащие условия содержания в учреждении в 1996, которое осуществляет по нормам КАС РФ. Однако истец обратился в суд только в 2017 году, то есть с пропуском трехмесячного срока установленного для оспаривания действий (бездействия) органа государственной власти и должностных лиц. При этом доказательств в подтверждение уважительности причин пропуска установленного для обращения в суд срока истцом не представлено. В соответствии со ст. 9 Федерального закона от 15.07.1995 №103-ФЗ, изоляторы временного содержания органов внутренних дел являются подразделениям полиции и финансируются за счет средств федерального бюджета по смете федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел. Недостаточное выделение денежных средств из федерального бюджета на реконструкцию и капитальный ремонт ИВС могло послужить тому, что условия содержания в ИВС могли не соответствовать требованиям действующего законодательства, в связи с чем, вина должностных лиц ИВС в причинении вреда истцу в результате ненадлежащих условий содержания в ИВС (если таковые будут установлены судом) отсутствует. 

Между тем, учитывая правовой смысл cт.cт.1099-1100 ГК РФ, Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 №10 «Heкоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Тогда как вина сотрудников ИВС в причинении нравственных страданий в периоды содержания истца в ИВС на сегодняшний день не установлена.

Истец в исковом заявлении указывает на то, что в период его содержания в ИВС были ненадлежащие условия содержания. Однако в нарушение приведенной правовой нормы, достаточных доказательств нарушения его прав не предоставил. Книги покамерной рассадки лиц, содержащихся в ИВС, не велись ввиду того, что нормативными актами ведение таких книг не предусмотрено. 

Таким образом, достоверно установить в какой из камер содержался истец, отвечала ли она установленным нормам не представляется возможным, поскольку истец обратился в суд через продолжительный период времени после указанных событий, то есть по истечении cpoкa хранения первичной документации. 

Обратившись же в суд, с настоящим иском спустя продолжительный промежуток времени, истец лишил себя права ссылаться на допустимые доказательства (журналы, списки, акты и т.д.), которые могли бы подтвердить обоснованность его требований. Кроме того, действовавшими в спорный период (1996 год) Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утверждённых приказом МВД России от 26.01.1996 №41, не предусматривалось, что камеры ИВС оборудуются санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности. 

Оборудование камер ИВС с соблюдением таких требований предусмотрено лишь с 2005 года, с утверждением приказом МВД России от 22.11.2005 №950 новых Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел. 

Согласно ч.1 ст.4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. 

Таким образом, отсутствие в камерах ограждений санитарных узлов, создающих требования приватности в 1996 году (если данное обстоятельство будет доказано) не нарушало действовавшее в спорный период законодательство, в связи с чем, доводы истца о нарушении его прав данными обстоятельствами, являются необоснованными. 

Кроме того, в материалах дела отсутствуют сведения о совместном содержании с истцом в камepe иных подозреваемых и обвиняемых. 

Между тем при условии одиночного содержания истца, отсутствие соответствующей приватности не может нарушать прав содержащегося в камере, а также исковое заявление не содержит сведений об обращении истца в период его содержания в ИВС в уполномоченные органы по поводу нарушения его законных прав и интересов.

Доводы истца, указанные в исковом заявлении, не свидетельствуют о том, что ему причинены физические и нравственные страдания в той степени, которая являлась бы основанием для возмещения государством вреда, в частности, в связи с отсутствием требований приватности санитарного узла. Истцом не приведены доводы о перенесенных им в этой связи физических и нравственных страданий высокой степени. В тоже время отбывание уголовного наказания не может не сопровождаться определенными ограничениями и их наличие не является безусловным основанием к взысканию компенсации морального вреда. 

Анализ действующего национального и международного законодательства, а также практики Европейского суда по правам человека позволяет сделать вывод о том, что возможность взыскания компенсации морального вреда в связи с ненадлежащими условиями содержания обусловлена длительным нахождением лиц в соответствующих помещениях, которые являются их местом постоянного пребывания на продолжительный период времени, что само по себе, при наличии существенных нарушений, приводит к возникновению нравственных и физических страданий. 

Непродолжительность нахождения истца в ИВС не позволяет констатировать, что условия его содержания достигли порога, позволяющего охарактеризовать обращение как бесчеловечное и унижающее достоинство в значении ст.3 Конвенции.

Более того, несмотря на то, что на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ исковая давность, по общему правилу не распространяется, подача истцом иска спустя 21 год, находясь в местах лишения свободы, доказывает отсутствие у истца надлежащей заинтересованности в защите своих прав и ставит под сомнения факты нарушений, о которых он сообщает в заявлении. При этом истцом не представлены доказательства наличия препятствий для своевременной защиты своих нарушенных прав. 

Данное обстоятельство позволяет сделать вывод о несоответствии значимости и действительности указанных нарушений содержания в ИВС тем физическим и нравственным страданиям, которые якобы претерпел истец. Более того, истец содержался в ИВС в 1996 году, при этом с иском обратился в суд только в 2017 году, спустя продолжительное время, что вызывает сомнение в причинении ему морального вреда именно ненадлежащими условиями во время содержания в ИВС, к тому же им не представлены доказательства наличия препятствий для своевременной защиты своих нарушенных прав. Заявленная истцом сумма морального вреда в размере 100 000 рублей является необоснованно завышенной и несоразмерной степени его нравственных страданий.

Представитель МО МВД России «Петропавловский» (третье лицо) в возражениях просит в иске отказать в полном объеме, поскольку за период с марта по сентябрь 1996 года никаких документов не сохранилось, а у истца ФИО1 не было препятствий своевременно обратиться в суд за компенсацией морального вреда за данный период. Условия содержания подозреваемых (обвиняемых) регламентированы Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденные приказом МВД РФ от 22.11.2005 № 950, а также ФЗ от 15.07.1995 № 103-ФЗ. Водопровод, канализация, санузел, в камерах ИВС по Быстроистокскому району отсутствовали, так как постройка здания ИВС старая (1961 года), по плану строения не предусмотрены, вины в этом МО и ПП по Быстроистокскому району нет. 

В связи с уничтожением документов по истечении срока хранения, подтвердить период содержания истца в ИВС ОВД по Быстроистокскому району, а также номер камеры, площадь и список лиц, содержащихся в ней, не представляется возможным, поскольку в соответствии с приказом МВД России № 615 от 1996 года срок хранения некоторых документов, регламентирующих деятельность ИВС, в том числе книг учета лиц, содержащихся в ИВС за 1996 год, санитарных журналов, актов обследования ИВС, технических паспортов, составляет 5 лет, подтвердить документально материально-бытовое состояние камер в 1996 году не представляется возможным. Акты об уничтожении данных документов были утеряны вследствие паводковой ситуации, сложившейся в Быстроистокском районе в мае 2014 года. 

Выслушав истца (по системе видиоконференцсвязи), исследовав письменные материалы дела, возражения представителя ответчика, третьего лица, суд находит требования истца подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст.ст. 22, 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно ст. 1069 ГК РФ, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. 

Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу ч. 1 ст. 1070 ГК РФ, вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Часть 2 данной статьи предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 ГК РФ. В этих случаях от имени казны Российской Федерации выступает соответствующий финансовый орган, ст. 1071 ГК РФ. 

Судом установлено, и подтверждено материалами дела, что осужденный ФИО1 в настоящее время отбывает наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-3 г.Барнаула по приговору Петропавловского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ (вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ). 

Согласно ст.4 ФЗ от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей. Подозреваемые и обвиняемые имеют право, в том числе, на материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, ст.17 ФЗ от 15.07.1995 № 103-ФЗ.

Содержащиеся в следственных изоляторах подозреваемые (обвиняемые) могут переводиться в изоляторы временного содержания в случаях, когда это необходимо для выполнения следственных действий, судебного рассмотрения дел за пределами населенных пунктов, где находятся следственные изоляторы, из которых ежедневная доставка их невозможна, на время выполнения указанных действий и судебного процесса, но не более чем на десять суток в течение месяца (ст.13 Закона).

Исходя из положений данного Закона установлено, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности, предоставляется индивидуальное спальное место, выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин). Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Согласно ст.3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

В соответствии со ст.21 Конституции Российской Федерации, достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В период содержания истца под стражей в ИВС Быстроистокского ОВД порядок деятельности изоляторов временного содержания ОВД регламентировался Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» от 15.07.1995 № 103-ФЗ. 

По сведениям ФКУ СИЗО-2 УФСИН России г.Бийска следует, что ФИО1 прибыл в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России ДД.ММ.ГГГГ, в период с ДД.ММ.ГГГГ убыл в ИВС по Быстроистокскому району, освобожден ДД.ММ.ГГГГ, в этот период в производстве Быстроистокского районного суда рассматривалось уголовное дело в отношении истца (л.д.40, 63). 

По данному уголовному делу вынесен приговор Быстроистокского районного суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГГГ по п. «а,б,г» ч.2 ст.158 УК РФ (окончательно по совокупности приговоров) к 2 годам 4 мес. лишения свободы в исправительной колонии общего режима, в приговоре указано, что истец содержался под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д.42-26).

Допустимых доказательств содержания истца в ИВС Быстроистокского района в иной период времени, истцом не представлено и судом не добыто.

Доводы истца, что он содержался в камерах с другими осужденными, подозреваемыми и обвиняемыми, камера не отвечала требованиям ФЗ № 103 от 15.07.1995; отсутствовала система приватности, частично нашли свое подтверждения в судебном заседании, и ответчиком не опровергнуты.

Положениям ст.23 ФЗ от 15.07.1995 № 103-ФЗ установлено, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Камеры ИВС оборудуются, в том числе санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности (п.3.2 Правил).

Все документы по ИВС Быстроистокского района были утеряны вследствие паводковой ситуации, сложившейся в мае 2014 года, а иные, имеющие небольшие сроки хранения (от 3-х до 5 лет), были уничтожены согласно приказа МВД России от 19.11.1996 № 615 «Об утверждении Перечня документов, образующихся в деятельности подразделений Министерства, органов внутренних дел, учреждений, предприятий и организаций системы Министерства внутренних дел Российской Федерации, с указанием сроков хранения». 

Достоверных и допустимых доказательств, подтверждения причинения истцу вреда здоровью в результате действий (бездействий) сотрудников следственного изолятора, суду не предоставлено, претензий в адрес сотрудников ИВС от истца не поступало. В заявленный период, прокурору района обращений истца по вопросу ненадлежащих условий содержания под стражей, не поступало.

Обратившись в суд, с настоящим иском спустя продолжительный период времени, истец лишил себя права ссылаться на доказательства (журналы, списки, акты и.т.д.), которое могли бы подтвердить обоснованность его требований в данной части. Каких-либо доказательств предоставления ответчиком недостоверных данных, ложной информации, истцом не представлено. 

Суд учитывает, что в соответствии со ст.3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемого под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающими достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. 

Так же суд принимает во внимание, что «Европейский Суд по правам человека своим Постановлением от 08.11.2005 по делу «Худоёров против России» признал нарушением ст. 3 Конвенции тот факт, что «заявитель был вынужден жить, спать и ходить в туалет в одной и той же камере, и счел этот факт достаточным для того, чтобы причинить душевные страдания и переживания, превышающие неизбежный уровень страданий, причиняемых помещением под стражу, и вызвать у него чувства беспокойства и неполноценности, способные унизить и оскорбить его». 

Исходя из положений ст.ст. 17-21 Конституции Российской Федерации и ст. 9-10 УПК РФ, суд приходит к выводу, что установленные выше обстоятельства свидетельствуют о нарушении ст. 3 Конвенции о защите прав и основных свобод граждан, в связи с нарушением требований и правил, и, это могло вызывать у истца тревогу за своё здоровье и причинить ему нравственные страдания. 

Поскольку факт нарушения вышеуказанных требований закона нашел свое частичное подтверждение, учитывая несовершеннолетний возраст истца в заявленный период, то исковые требования истца подлежат частичному удовлетворению.

Согласно требований ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 ст. 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина. Вред, нанесенный истцу, надлежит взысканию с казны Российской Федерации в лице МВД России. 

Ссылка представителя ответчика на пропуск истцом 3-х месячного срока для обращения в суд с заявленными требованиями, является ошибочной, т.к. в силу п.1 ст.208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, что соответствует п.7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда".

Определяя размер денежной компенсации морального вреда истцу, суд исходит из требований ст.ст.150, 151, 1101 ГК РФ.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает степень перенесенных истцом нравственных страданий в связи с унижающими его достоинство условиями содержания под стражей. В данном случае юридически значимым и достаточным обстоятельством является сам факт содержания истца в несовершеннолетнем возрасте в ИВС по Быстроистокскому району в марте 1996 года в условиях, не соответствующих установленным нормам, что влечет нарушение его прав, гарантированных законом, и само по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, что, в соответствии с упомянутыми выше правовыми нормами, является основанием для удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда. При этом суд учитывает, что истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что не обеспечение надлежащих условий содержания повлекло какие-либо тяжкие последствия или причинило вред его здоровью.

ФИО1 в иске заявил размер компенсации морального вреда в сумме 100 000 рублей. На основании ст.1101 ГК РФ суд, при определении размера компенсации, учитывает требование разумности и справедливости, фактические обстоятельства происшедшего, и полагает возможным уменьшить заявленный в иске размер морального вреда и определить денежную компенсацию морального вреда к взысканию в сумме 3500 рублей в пользу истца.

Руководствуясь ст.ст.194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, районный суд, 

Р Е Ш И Л:

Исковое заявление ФИО1 к МВД России о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице МВД России за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 денежную компенсацию в счет возмещения компенсации морального вреда в сумме 3 500 (Три тысячи пятьсот) рублей,

в остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд через Петропавловский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Окончательное решение суда составлено 29 декабря 2017 года.

Председательствующий