УИД №

дело №

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 октября 2024 года сл. Большая Мартыновка

Семикаракорский районный суд Ростовской области в составе председательствующего судьи Галимуллиной Н.Ф., 

при секретаре судебного заседания Талалайко Е.В., 

рассмотрев в судебном заседании материалы гражданского дела по иску ФИО2, ФИО3, ФИО4 к Государственному бюджетному учреждению Ростовской области «Центральная районная больница» в 

<

адрес>, Государственному бюджетному учреждению Ростовской области «Городская больница № №» в 

<

адрес> о взыскании средств, затраченных на лечение, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, ФИО3, ФИО4 обратились в суд с иском к Государственному бюджетному учреждению Ростовской области «Центральная районная больница» в 

<

адрес> (далее по тексту ГБУ РО «ЦРБ») о взыскании средств, затраченных на лечение и компенсации морального вреда, указав, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО6, являющийся для истцов мужем и отцом соответственно, был госпитализирован бригадой скорой медицинской помощи в МУЗ «Центральная районная больница» 

<

адрес> с жалобами на отдышку, приступообразным кашлем, слабостью и при поступлении был установлен диагноз: 

<

данные изъяты>, сопутствующий диагноз: 

<

данные изъяты>, после чего был госпитализирован в реанимационное отделение. ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 госпитализировали в ковидный госпиталь ГБ № 1 

<

адрес>, где ДД.ММ.ГГГГ он скончался. В результате некачественно оказанной медицинской помощи ФИО6 наступила его смерть, в связи с чем истцы просят взыскать с ГБУ РО «ЦРБ» в 

<

адрес> денежные средства, затраченные на лечение в размере 

<

данные изъяты> рублей, компенсацию морального вреда в пользу ФИО2 в размере 

<

данные изъяты> рублей, в пользу ФИО3 и ФИО4 по 

<

данные изъяты> рублей, штраф в соответствии с Законом РФ «О защите прав потребителей» в размере 50% от взысканной судом суммы.

При рассмотрении дела ФИО2 поддержала исковые требования. В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, указала, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 почувствовал недомогание, поднялась температура, кашель, 

<

данные изъяты> Состояние ухудшалось, обращались повторно к фельдшеру 

<

данные изъяты> поздно вечером состояние ФИО6 резко ухудшилось, вызвали скорую и госпитализировали в реанимацию ГБУ РО «ЦРБ» в 

<

адрес>. Впоследствии ФИО18 стало еще хуже и, несмотря на то, что настаивали на помещение его в ковидный госпиталь 

<

адрес>, ФИО6 туда перевезли только ДД.ММ.ГГГГ, а ДД.ММ.ГГГГ он скончался. 

Истец ФИО3 в судебное заседание не явился, надлежащим образом извещен. В телефонограмме просил о рассмотрении дела без участия. В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ исковые требования поддержал, указав, что не согласен с выводами экспертизы, проведенной по результатам проверки СО по 

<

адрес> СУ СК РФ по РО, поскольку в описательной части экспертизы не отражены все манипуляции, проведенные с ФИО6 в соответствии с данными медицинских карт, не отражены все дни нахождения ФИО6, не дана оценка всем действиям медицинских работников. 

Истец ФИО4 при рассмотрении дела исковые требования поддержал, просил их удовлетворить.

Представитель ответчика ГБУ РО «ЦРБ» в 

<

адрес> – адвокат ФИО16 возражала против иска, считая его необоснованным, указав, что согласно заключению экспертизы отсутствует причинно-следственная связь между действиями медицинских работников и смертью ФИО6 Согласно заключению лечение осуществлялось в соответствии с действующими медицинскими протоколами, просила в иске отказать.

Представитель привлеченного к участию в деле в качестве соответчика ГБУ РО «Городская больница № №» в 

<

адрес> Ростовской области в судебное заседание не явился, надлежащим образом извещен. В возражении указали, что отсутствует причинно-следственная связь между действия работников по оказанию медицинской помощи и наступлением летального исхода, так как стандарты оказания медицинской помощи при лечении не нарушены, просила в иске отказать.

Представитель третьего лица – Министерства здравоохранения Ростовской области в судебное заседание не явился, надлежащим образом извещены.

Привлеченные к участию в деле третьи лица – лечащие врачи ФИО17, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 в судебное заседание не явились, извещались судом в порядке ст. 113 ГПК РФ.

Старший помощник прокурора Мартыновского района ФИО11 полагала исковые требования подлежащими удовлетворению с определением размера компенсации морального вреда исходя из степени нравственных страданий.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив письменные материалы дела, материалы надзорного производства, материал проверки сообщения о преступлении № пр-21, суд приходит к следующему.

Письменными материалами дела установлено, что истец ФИО2 являлась супругой ФИО6 (л.д. 27), ФИО4 и ФИО3 являлись сыновьями ФИО6 (л.д. 28,29), умершего ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 30).

Согласно объяснениям ФИО2, ее супруг ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ почувствовал недомогание, поднялась температура, кашель, ДД.ММ.ГГГГ находился дома, на работу не ходил, сохранялась высокая температура, ДД.ММ.ГГГГ обратился в больницу, было назначено лечение, 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ состояние ФИО6 ухудшилось, обратились фельдшеру 

<

данные изъяты>

Из медицинской карты стационарного больного № следует, что ФИО6 поступил в терапевтическое отделение МБУЗ ЦРБ 

<

адрес> Ростовской области с жалобами 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Согласно экспертному заключению (протоколу оценки качества медицинской помощи) № от ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> отсутствие в медицинской документации обследований, осмотров, консультаций специалистов, дневниковых записей, позволяющих оценить динамику состояния застрахованного лица, объем, характер, условия предоставления медицинской помощи не позволяет провести оценку качества оказанной помощи, несвоевременное выполнение необходимых пациенту диагностических и лечебных мероприятий, что привело к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица (л.д. 18,19).

В экспертном заключении 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ указано, что нет консультации реаниматолога, нет указаний на использованный сосудистый доступ, в клиническом диагнозе не использована кодировка МКБ-10, нет описаний условий транспортировки в ковидный госпиталь (л.д. 20-22)

Из медицинской карты стационарного больного ГБ № № 

<

адрес> следует, что ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ доставлен по скорой помощи, выставлен диагноз 

<

данные изъяты> назначено лечение, 

<

данные изъяты>

Согласно экспертному заключению № от ДД.ММ.ГГГГ ООО «

<

данные изъяты> в МУЗ «ГБ № медицинская помощь пациенту оказана в соответствии с порядком оказания медицинской помощи взрослому населению (л.д. 163-165).

Из протокола патолого-анатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что основной диагноз: 

<

данные изъяты> (л.д. 167-172).

При проведении проверки сообщения о преступлении по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи ФИО6 ГБУ РО «БСМЭ» проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза и согласно заключению №-пк от ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты>

В МУЗ ЦРБ 

<

адрес> лечебно-диагностические манипуляции в целом проводились с учетом временных методических рекомендаций, однако имеются следующие дефекты:

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Лечение в обоих стационарах проводилось на основании актуальной версии временных клинических рекомендаций по ведению новой коронавирусной инфекции (Версия 8 утверждена ДД.ММ.ГГГГ) в соответствии с выставленным диагнозом, однако с нарушениями рекомендаций – имели место нарушения в диагностике, связанное с отсутствием ряда лабораторных исследований (в обоих больницах), отсутствием рентгенологического исследования ОГК в динамике, отсутствием консультации реаниматолога (В МБУЗ ЦРБ 

<

адрес>).

Объем лечебной помощи был достаточным.

Выявленные дефекты оказания медицинской помощи не повлияли на исход и не состоят в прямой причиной связи с наступлением смерти ФИО6

Как указано в заключении, причинно-следственная связь между действиями медицинских работников и наступлением смерти ФИО6 отсутствует. Особенности новой коронавирусной инфекции не позволяют гарантировать благоприятный исход даже при условии оказания полнообъемной медицинской помощи заболевшим в условиях ведущих лечебных учреждений России и мира, что подтверждается ежедневно обновляющимися данными о все новых и новых летальных случаях. Наличие любых хронических заболеваний, в том числе таких какие были у ФИО6 являются крайне неблагоприятным фактором и утяжеляют течение коронавирусной инфекции, являясь предиктором неблагоприятного исхода.

Постановлением следователя СО по 

<

адрес> Управления СК РФ ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении уголовного дела в отношении врача МУЗ «ЦРБ» 

<

адрес> ФИО12 по факту смерти ФИО6 в связи с отсутствием состава преступления предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ.

Из материалов надзорного производства прокуратуры 

<

адрес> по обращению ФИО3 следует, что по результатам проведенной проверки постановлением мирового судьи судебного участка № 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ заместитель главного врача по медицинской части МБУЗ «ЦРБ» 

<

адрес> ФИО13 привлечена к административной ответственности по ст. 19.20 КоАП РФ – осуществление деятельности, не связанной с извлечением прибыли с грубым нарушением требований и условий, предусмотренных специальными разрешением (лицензией), если специальное разрешение (лицензия) обязательно (обязательна).

К административной ответственности по ст. 5.39 КоАП РФ привлечен главный врач МУЗ «ЦРБ» 

<

адрес> ФИО14 постановлением мирового судьи судебного участка № 

<

адрес> за отказ в предоставлении информации по обращению ФИО3

При рассмотрении дела ФИО3, не согласившись с имеющимся в материалах проверки заключением по результатам комплексной судебной медицинской экспертизы, заявил ходатайство о назначении судебной комиссионной медицинской экспертизы, производство которой было поручено Государственному бюджетному учреждению здравоохранения 

<

адрес> с возложением обязанности по ее оплате на МУЗ ЦРБ 

<

адрес>. Однако, в связи с отсутствием оплаты дело возвращено без проведения экспертизы.

Оценивая имеющиеся в деле доказательства, суд приходит к следующему.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В ст. 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (п. п. 1, 2, 5 - 7 ст. 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (п. п. 3, 9 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 ст. 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В п. 21 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части второй ст. 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части второй и третьей ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены главой 59 ГК РФ (статьи 1064 - 1101).

Согласно пунктам 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда - вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В объем возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, входит в том числе компенсация морального вреда (пар. 4 гл. 59 ГК РФ).

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная 

<

данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Согласно абзацу 2 и 3 п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (абз. 2 п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Согласно позиции, изложенной в пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33, разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 ГК РФ.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 названного Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации).

В пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 30 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

Из изложенного следует, что в случае причинения работниками медицинской организации вреда жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи медицинская организация обязана возместить причиненный вред лицу, имеющему право на такое возмещение.

Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинской организации за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинской организации (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда - медицинского учреждения или его работников.

Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 ГК РФ. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда.

Из содержания искового заявления усматривается, что основанием для обращения истцов ФИО18 в суд с требованиями о компенсации морального вреда послужило ненадлежащее, по мнению истцов, оказание медицинской помощи ФИО6 являющегося супругом и отцом сотрудниками ответчиков, приведшее к стремительному и неконтролируемому развитию неблагоприятных последствий заболевания коронавирусной инфекции и его смерти.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ответчики по настоящему делу должны доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО18 в связи со смертью ФИО6, медицинская помощь которому, по утверждению истцов, оказана ненадлежащим образом.

Юридически значимым обстоятельством при рассмотрении настоящего спора является установление качества оказанной ФИО6 медицинской помощи в МБУЗ «ЦРБ» 

<

адрес> и ГБУ РО № в 

<

адрес>, а также установление последствий допущенных ответчиками дефектов оказания медицинской помощи.

Оценивая имеющуюся в материалах проверки экспертизу, суд учитывает, что согласно выводам указанной экспертизы лечение в обоих стационарах проводилось на основании актуальной версии временных клинических рекомендаций по ведению новой коронавирусной инфекции (Версия 8 утверждена ДД.ММ.ГГГГ) в соответствии с выставленным диагнозом, однако с нарушениями рекомендаций – имели место нарушения в диагностике, связанное с отсутствием ряда лабораторных исследований (в обоих больницах), отсутствием рентгенологического исследования ОГК в динамике, отсутствием консультации реаниматолога (в МБУЗ ЦРБ 

<

адрес>).

Также следует отметить, что ответчиками не доказан факт оказания медицинской помощи надлежащего качества, поскольку дефекты оказания медицинской помощи имели место быть в обоих больницах.

Дефекты оказания медицинской помощи со стороны МБУЗ ЦРБ 

<

адрес> установлены в ходе проведения прокурорской проверки, в связи с чем должностные лица привлечены к административной ответственности.

Указание в экспертизе на отсутствие причинно-следственной связи между действиями медицинских работников и наступлением смерти ФИО6 не является основанием для освобождения ответчиков от ответственности, поскольку дефекты оказания медицинской помощи в обоих медицинских учреждениях установлены, в том числе в части лабораторных исследований, а также в части диагностики, то есть с нарушениями Временных методических рекомендаций Версии 8, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ.

Указанные выявленные дефекты не свидетельствует об оказании медицинской помощи в полном объеме и надлежащего качества и подтверждает доводы заявленного иска о некачественно оказанной медицинской помощи.

На основании изложенного, с учетом исследованных материалов дела и отсутствием со стороны ответчиков допустимых, относимых и достоверных доказательств отсутствия вины в наступлении неблагоприятных последствий для здоровья и жизни ФИО6 в результате оказания ими медицинской помощи ненадлежащего качества, суд приходит к выводу о равной степени вины ответчиков.

С учетом изложенного, а также принимая во внимание, что в связи с оказанием медицинской помощи ненадлежащего качества ФИО6, его супруге и сыновьям бесспорно были причинены нравственные страдания, вызванные переживаниями за жизнь и здоровье ФИО6

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Ответчики не опровергли доводы истца о грубом и халатном отношении своих сотрудников, которые усугубили моральные страдания истцов в связи с болезнью близкого человека, которому медицинская помощь, несмотря многочисленные обращения не была оказана должным образом. Также моральный вред причинен истцам смертью близкого, родного человека, которая пусть не находится в прямой причинно-следственной связи с действиями ответчиков, но тем не менее способствовали более тяжелому течению болезни и ускорению наступления летального исхода.

Определяя размер компенсации морального вреда в соответствии с п. 1 ст. 1101 ГК РФ, подлежащий взысканию с ответчиков, суд учитывает конкретные обстоятельства дела, степень испытываемых нравственных страданий истцов, связанных со смертью близкого человека, а также причиненных физических страданий ввиду причинений вреда здоровью, требования разумности и справедливости, а также то, что компенсация морального вреда по смыслу ст. ст. 151, 1101 ГК РФ не должна носить формальный характер, ее целью является реальная компенсация причиненных пострадавшему страданий.

Суд полагает, что в пользу ФИО2 подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей, в пользу ФИО3 и ФИО4 по 

<

данные изъяты> рублей каждому. 

Рассматривая требования о взыскании расходов, связанных с приобретением препаратов, суд находит их необоснованными, поскольку истцами не представлено доказательств необходимости несения указанных расходов, доказательств назначения приобретенных препаратов. При этом суд учитывает, что согласно заключению экспертизы лекарственная терапия в обоих лечебных учреждениях проводилась в достаточном объеме.

Рассматривая требования истцов о взыскании с ответчиков штрафа в соответствии с Законом РФ «О защите прав потребителей», суд учитывает следующее.

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации» предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Граждане имеют право на получение платных медицинских услуг, предоставляемых по их желанию при оказании медицинской помощи, и платных немедицинских услуг (бытовых, сервисных, транспортных и иных услуг), предоставляемых дополнительно при оказании медицинской помощи (часть 1 статьи 84 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Платные медицинские услуги оказываются пациентам за счет личных средств граждан, средств работодателей и иных средств на основании договоров, в том числе договоров добровольного медицинского страхования (часть 2 статьи 84 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Платные медицинские услуги могут оказываться в полном объеме стандарта медицинской помощи либо по просьбе пациента в виде осуществления отдельных консультаций или медицинских вмешательств, в том числе в объеме, превышающем объем выполняемого стандарта медицинской помощи (часть 4 статьи 84 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

К отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона о защите прав потребителей (часть 8 статьи 84 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № утверждены Правила предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг.

Согласно пункту 2 названных правил платные медицинские услуг - это медицинские услуги, предоставляемые на возмездной основе за счет личных средств граждан, средств юридических лиц и иных средств на основании договоров, в том числе договоров добровольного медицинского страхования; потребитель - это физическое лицо, имеющее намерение получить либо получающее платные медицинские услуги лично в соответствии с договором. Потребитель, получающий платные медицинские услуги, является пациентом, на которого распространяется действие Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Как следует из преамбулы Закона о защите прав потребителей, этот Закон регулирует отношения, возникающие между потребителем и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Названный Закон определяет исполнителя услуг как организацию независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуального предпринимателя, выполняющего работы или оказывающего услуги потребителям по возмездному договору.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страховании, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу, что положения Закона о защите прав потребителей, устанавливающие в том числе в пункте 6 статьи 13 ответственность исполнителя услуг за нарушение прав потребителя в виде штрафа в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, подлежат применению к отношениям в сфере охраны здоровья граждан при оказании гражданину платных медицинских услуг. При этом основанием для взыскания в пользу потребителя штрафа является отказ исполнителя, в данном случае исполнителя платных медицинских услуг, в добровольном порядке удовлетворить названные в Законе о защите прав потребителей требования потребителя этих услуг. Данный правовой подход изложен в Определении судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-КГ19-7.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что медицинская помощь ФИО6 оказывалась ответчиками бесплатно в рамках обязательного медицинского страхования, в связи с чем к данным отношениям положения части 8 статьи 84 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», Закона о защите прав потребителей не применимы.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2, ФИО3, ФИО4 к Государственному бюджетному учреждению Ростовской области «Центральная районная больница» в 

<

адрес>, Государственному бюджетному учреждению Ростовской области «Городская больница №» в 

<

адрес> о взыскании средств, затраченных на лечение, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Центральная районная больница» 

<

адрес> (ОГРН №) в пользу ФИО2 (паспорт № №) компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>) рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Городская больница №» в 

<

адрес> (ОГРН №) в пользу ФИО2 (паспорт № №) компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>) рублей.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Центральная районная больница» в 

<

адрес> (ОГРН №) в пользу ФИО3 (паспорт № №) компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>) рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Городская больница №» в 

<

адрес> (ОГРН №) в пользу ФИО3 (паспорт № №) компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Центральная районная больница» в 

<

адрес> (ОГРН №) в пользу ФИО4 (паспорт № №) компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>) рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения 

<

адрес> «Городская больница №» в 

<

адрес> (ОГРН №) в пользу ФИО4 (паспорт № №) компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Центральная районная больница» в 

<

адрес> (ОГРН №) в доход местного бюджета госпошлину в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Городская больница №» в 

<

адрес> (ОГРН №) в доход местного бюджета госпошлину в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Семикаракорский районный суд Ростовской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: подпись

КОПИЯ ВЕРНА

Судья Галимуллина Н.Ф.

Решение в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ.