Дело №2-249/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

2 августа 2017 года г.Бирюч

Красногвардейский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Никулиной Т.В.

при секретаре Винниковой Л.В.

с участием помощника прокурора Красногвардейского района Кириллова А.В.,

истца ФИО1, представителя истца адвоката Падалко Ю.П., ответчика ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

<

данные изъяты> 2016 года в 

<

данные изъяты> ФИО2, управляя принадлежащим ему автомобилем 

<

данные изъяты>, в нарушение 8.1, 8.5 Правил дорожного движения, не убедившись в безопасности маневра и наличии транспортных средств, стал совершать поворот налево в момент, когда двигавшийся в попутном направлении ФИО1 на автомобиле «

<

данные изъяты> совершал его обгон. Вследствие нарушения ФИО2 Правил дорожного движения произошло столкновение транспортных средств, ФИО1 причинены физические и нравственные страдания, ФИО2 причинен тяжкий вред здоровью. Постановлением следователя СО ОМВД России по Красногвардейскому району от 30 декабря 2016 года в возбуждении уголовного дела по ч.1 ст.264 УК РФ отказано, установлена вина ФИО2 в дорожно-транспортном происшествии. 

ФИО1 инициировал в суде иск к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда за причиненные физические и нравственные страдания в размере 50000 руб. Мотивировал тем, что в результате ДТП у него было 

<

данные изъяты>, ухудшилось зрение, в связи с чем он получал стационарное и амбулаторное лечение. Ему проводились болезненные медицинские процедуры, что также вызвало физические и нравственные страдания. 

В судебном заседании истец и его представитель адвокат Падалко Ю.П. поддержали исковые требования. Пояснили, что утром 

<

данные изъяты> 2016 года ответчик двигался на автомобиле 

<

данные изъяты> с прицепом, который был нагружен кукурузой. Внезапно, не убедившись в безопасности маневра и не подав сигнал поворота, в нарушение п.п. 8.1 и 8.5 Правил дорожного движения, автомобиль повернул налево, пересекая полосу движения автомобиля истца, который осуществлял обгон. Вследствие ДТП, виновником которого являлся ответчик, истец испытал физические и нравственные страдания. Его беспокоили головные боли, в течение месяца не мог управлять автомобилем, возникло чувство страха и неуверенности в себе, лечился стационарно и амбулаторно, вынужден был принимать лекарственные препараты. Ответчик не предлагал добровольно возместить причиненный вред. 

Ответчик ФИО2 иск не признал. Свою вину в дорожно-транспортном происшествии не оспаривал, но, считает, что истец также нарушил Правила дорожного движения, ему не были причинены какие-либо нравственные страдания, поскольку заключением судебно-медицинской экспертизы не установлено наличие у истца телесных повреждений. 

Помощник прокурора Кириллов А.В. полагал иск удовлетворить частично. 

Исследовав обстоятельства дела по представленным сторонами доказательствам, суд признает иск обоснованным и подлежащим удовлетворению частично по следующим основаниям. 

Право на возмещение морального вреда предусмотрено ст.ст.151, 1099-1101 ГК РФ. Под моральным вредом понимаются физические или нравственные страдания, причиненные гражданину в результате действий, нарушающих его личные неимущественные права. При определении размера компенсации морального вреда учитываются характер и степень физических и нравственных страданий, обстоятельства дела, требования разумности и справедливости и иные, заслуживающие внимание обстоятельства. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

В соответствии с абз.2 п.2 ст.1101 ГК РФ характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу пункта 1 ст.1079 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст.1079 ГК РФ ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, несет владелец источника повышенной опасности. Владельцем источника повышенной опасности признается лицо, которое владеет источником повышенной опасности на праве собственности, оперативного управления или ином законном основании (в том числе по доверенности). 

Согласно п.3 ст.1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст.1064).

В соответствии с п.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п.2 ст.1064 ГК РФ).

В п.32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что с учетом того, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. 

Свидетельствами о регистрации транспортного средства подтверждается принадлежность автомобилей. Истец ФИО1 являлся владельцем (собственником) автомобиля «

<

данные изъяты>, регистрационный номер 

<

данные изъяты>, а владельцем источника повышенной опасности – автомобиля 

<

данные изъяты>, регистрационный номер 

<

данные изъяты> - ФИО2, которому принадлежит автомобиль, следовательно, он - надлежащий ответчик по иску о возмещении вреда.

Факт дорожно-транспортного происшествия 30 сентября 2016 года с участием автомобилей «

<

данные изъяты>, регистрационный номер 

<

данные изъяты> под управлением ФИО1 и автомобиля 

<

данные изъяты>, регистрационный номер 

<

данные изъяты> 31, под управлением ФИО2 подтверждается объяснениями сторон, отказным материалом №, поступившим из ОМВД России по Красногвардейскому району.

Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 30 декабря 2016 года 

<

данные изъяты> водитель ФИО2, двигаясь по автодороге 

<

данные изъяты> на автомобиле 

<

данные изъяты>, регистрационный номер 

<

данные изъяты>, при повороте налево не убедился в безопасности выполняемого маневра и создал помеху транспортному средству, совершавшему его обгон - автомобилю «

<

данные изъяты>, регистрационный номер 

<

данные изъяты> под управлением ФИО1 В результате ДТП ФИО2 причинен тяжкий вред здоровью, у ФИО1 не установлено телесных повреждений, по заключению эксперта сотрясение головного мозга достоверными клиническими и динамическими повреждениями не подтверждено. 

В возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 отказано за отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ. Согласно постановлению лицом, виновным в ДТП, является ФИО2, который признавал данный факт и заявил об отсутствии каких-либо претензий к ФИО1 Постановление не обжаловано участниками ДТП.

В материалах дела имеются объяснения ФИО2 от 9 ноября и от 9 декабря 2016 года об обстоятельствах ДТП, в которых он указывал, что двигаясь на автомобиле 

<

данные изъяты> с полуприцепом, не убедился в безопасности маневра, стал поворачивать налево, создав помеху автомобилю «

<

данные изъяты>, совершающему обгон его автомобиля, что привело к ДТП, считал себя полностью виновным в данном ДТП. 

Из протокола осмотра места происшествия, схемы ДТП видно, что автомобиль «

<

данные изъяты> осуществлял обгон автомобиля 

<

данные изъяты> на автодороге 

<

данные изъяты> где имеется прерывистая разделительная полоса, т.е. обгон допустим. 

Характер и локализация повреждений на автомобилях: правая передняя часть автомобиля «

<

данные изъяты> и левая передняя часть автомобиля 

<

данные изъяты>, отраженных в протоколах осмотра транспортных средств, справке о ДТП, подтверждают механизм ДТП, изложенный в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела. 

Допрошенные в качестве свидетелей сотрудники ГИБДД ОМВД России по Красногвардейскому району П.В.., выезжавший на место происшествия, и Д.М.., который выяснял обстоятельства ДТП, также подтвердили, что виновником дорожно-транспортного происшествия являлся водитель ФИО2, который внезапно стал поворачивать налево на примыкающую дорогу (на свалку) в момент, когда ехавший в попутном направлении автомобиль 

<

данные изъяты> уже приступил к обгону. В действиях водителя ФИО1 не было нарушений п.11 ПДД, поскольку знака, запрещающего обгон не было, ФИО1 начал обгон в месте, где была прерывистая линия разметки. Водитель ФИО2 не убедился в безопасности поворота, не подал заблаговременно сигнал и не пропустил автомобиль 

<

данные изъяты> Полуприцеп был нагружен кукурузой и ФИО3 пояснял, что не видел ехавший сзади автомобиль, признавал свою вину.

ФИО4. (очевидцы ДТП) показали, что 30 сентября 2016 года вместе с ФИО1 на его автомобиле ехали на работу. Впереди со скоростью примерно 50 км/час двигался автомобиль 

<

данные изъяты> с полуприцепом, нагруженным кукурузой. Включив поворот на скорости 80-85 км/час ФИО1 начал его обгон на прерывистой линии разметки и когда сравнялись, автомобиль 

<

данные изъяты> внезапно резко повернул налево, пересекая их путь движения. Уйти от столкновения не удалось, удар пришелся в правую переднюю часть. Сигнал поворота автомобиль 

<

данные изъяты> не подавал и они, видимо, не работали, так как изготовлены кустарным способом. После ДТП состояние здоровья ФИО1 ухудшилось. Он жаловался на 

<

данные изъяты> лечился стационарно, испытал сильный испуг и боялся садиться за руль автомобиля. 

У суда нет оснований сомневаться в достоверности показаний свидетелей, поскольку они согласуются с письменными доказательствами. 

Допрошенные в качестве свидетелей родственники истца: сестра – С.В.. и мать – Г.В. также подтвердили обстоятельства ДТП и наличие последствий для здоровья истца в связи с ДТП. Показали, что истец испытал сильное потрясение в связи с ДТП, возникло чувство страха, головные боли, сопровождающиеся тошнотой и рвотой. Из-за ухудшения состояния здоровья был госпитализирован, врачи выставили ему диагноз «

<

данные изъяты>», лечился стационарно в течение 10 дней, а затем - амбулаторно, примерно месяц принимал различные медицинские препараты. Назначенное лечение было зафиксировано в медицинской документации.

Согласно п. 8.1 Правил перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение (п. 8.5).

Таким образом, при выполнении маневра - поворота налево с главной дороги водитель ФИО2 обязан был руководствоваться указанными пунктами Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 N 1090, которые им не были соблюдены. 

Нарушение водителем ФИО2 пунктов 8.1 и 8.5 Правил дорожного движения находится в непосредственной причинной связи с происшедшим ДТП и его последствиями. 

Доводы ответчика о том, что истец совершал обгон на перекрестке, нарушив Правила дорожного движения, необоснованны, опровергаются документами, показаниями свидетелей. 

Согласно п.11.4 Правил дорожного движения обгон запрещен на регулируемых перекрестках, а также на нерегулируемых перекрестках при движении по дороге, не являющейся главной, а в данном случае ФИО1 двигался по главной дороге, знака, запрещающего обгон, не было, линия разметки - прерывистая. 

Отсутствие у истца страхового полиса не находится в причинной связи с ДТП.

При таких обстоятельствах совокупностью доказательств подтверждается факт совершения дорожно-транспортного происшествия по вине водителя ФИО2

Определяя размер компенсации морального вреда, в соответствии со ст.ст.151,1083,1099-1101 ГК РФ суд учитывает характер и степень физических и нравственных страданий, причиненных истцу, обстоятельства дела, семейное и имущественное положение ответчика, требования разумности и справедливости.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы у ФИО1 не установлено наличие телесных повреждений. Однако медицинскими документами, показаниями свидетелей подтверждается, что после ДТП ФИО1 был госпитализирован в травматологическое отделение ОГБУЗ «Красногвардейская ЦРБ» с диагнозом «

<

данные изъяты>». На протяжении десяти дней он находился на стационарном лечении, по поводу установленного диагноза получал лечение, испытывал физическую боль, вынужден был принимать лекарственные препараты и медицинские процедуры. Лечение было вызвано его плохим самочувствием и непосредственно связано с состоянием здоровья после ДТП, в связи с чем несмотря на содержание заключения СМЭ суд считает установленным факт причинения физических и нравственных страданий истцу. В связи с ухудшением самочувствия и госпитализацией был изменен его привычный образ жизни, он испытывал неудобства, ограничен в передвижении. Кроме того, из-за ДТП истец испытал нервное потрясение, чувство страха, неуверенности в себе, он не мог садиться за руль и управлять автомобилем. При этом доводы о том, что ухудшилось зрение после ДТП, подтверждения не нашли.

Учитывая характер и степень физических и нравственных страданий, обстоятельства дела, имущественное положение и состояние здоровья ответчика, получившего тяжелую травму в ДТП, требования разумности и справедливости, суд полагает уменьшить размер компенсации морального вреда. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

Иск ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 20000 руб. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в порядке апелляции в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Красногвардейский районный суд. 

Судья

Мотивированное решение изготовлено 8 августа 2017 года.

Судья