Председательствующий Рожин В.А. Дело № 22-1143/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Курган 6 июля 2023 г.

Курганский областной суд в составе председательствующего Алфимова А.Н при секретаре Осиповой С.А.

с участием прокурора отдела прокуратуры Курганской области Достовалова Е.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам потерпевшей ФИО1 и защитника осужденного, адвоката Абдрахимова Р.Р. на приговор Сафакулевского районного суда Курганской области от 11 мая 2023 г., по которому

ФИО2, родившийся 

<

...> в 

<

адрес>, судимый:

- 12 августа 2016 г. по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ (с учетом постановления от 7 июня 2017 г.) к 4 годам 3 месяцам лишения свободы в колонии строгого режима;

- 5 октября 2016 г. по ч. 1 ст. 119 УК РФ с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ (с учетом апелляционного постановления от 15 ноября 2016 г. и постановления от 7 июня 2017 г.) к 4 годам 10 месяцам лишения свободы в колонии строгого режима. Постановлением от 5 сентября 2019 г. наказание в виде лишения свободы заменено ограничением свободы на срок 3 года 2 месяца 18 дней. Наказание отбыто 4 декабря 2022 г.,

осужден по п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ к 1 году 9 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав выступление защитника осужденного, поддержавшего доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора об отсутствии оснований для отмены или изменения приговора, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

по приговору суда ФИО2 осужден за умышленное причинение К1. средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Преступление совершено 12 декабря 2022 г. в с. Карасево Сафакулевского района Курганской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Виновным себя ФИО2 признал полностью.

В апелляционной жалобе потерпевшая К1. просит приговор изменить ввиду его чрезмерной суровости, применить к ФИО2 условное осуждение. Указывает, что суд, не учел ее позицию о назначении ФИО2 наказания без реального лишения свободы, поскольку они с ним примирились, проживают вместе, воспитывают совместного ребенка. Моральный ущерб ей возмещен.

Не согласна, что суд в основу приговора положил ее показания на предварительном следствии, а не в судебном заседании. В ходе предварительного следствия на нее оказывалось психологическое воздействие со стороны дознавателя, ввиду ее отказа давать показания против ФИО2. Ее запугивали в прокуратуре тем, что отберут ребенка, лишат родительских прав, если она не подпишет протокол допроса и не даст нужные показания. При этом гарантировали, что ФИО2 не будет лишен свободы. Настаивает, что не желала привлечения его к ответственности и то, что именно ее измена стала причиной конфликта и нанесения ей повреждений, однако суд произвольно отклонил эти доводы. 

Указывает, что, лишая свободы ФИО2, суд фактически лишил ее и их с осужденным совместного ребенка источника существования и крыши над головой. 

В апелляционной жалобе защитник просит изменить приговор, применить к ФИО2 положения ч. 1 ст. 73 УК РФ. 

Полагает, что суд недостаточно учел совокупность смягчающих наказание обстоятельства достаточную для признания их исключительными: поведение осужденного после совершенного преступления, который выдал участковому уполномоченному орудие преступления – металлическую кочергу, и, находясь у себя дома, в ходе осмотра места происшествия сообщил ему о совершенном преступлении, что должно быть признано явкой с повинной, принял меры к заглаживанию причиненного потерпевшей вреда и примирению с ней. 

Находит несправедливым, что ФИО2 назначено наказание в виде реального лишения свободы при наличии установленных смягчающих наказание обстоятельств, сведений о его семейном положении, положительных характеристиках. 

Кроме того, выражает мнение о том, что при вынесении приговора судом допущены грубые нарушения норм уголовно-процессуального закона. 

Так, вывод суда о признании отягчающим обстоятельством нахождение ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения, повлиявшего на его поведение при совершении преступления, является необоснованным и не подтвержден материалами дела. Как в ходе предварительного следствия, так и в суде допрошенные лица поясняли, что непосредственно перед нанесением телесных повреждений потерпевшей ФИО2 спал. На состояние опьянения он освидетельствован не был, сам подсудимый состояние опьянения отрицал. 

Суд не имел оснований ссылаться в обвинительном приговоре на показания свидетеля К2 в ходе предварительного следствия. К2 показала, что фактически дознаватель ее не допрашивал. По его просьбе она подписала пустые бланки, так как дознаватель торопился, в исправительном учреждении, где она содержалась, он находился не более 15 минут. Суд эту информацию не проверил.

Кроме этого, в судебном заседании установлено, что на предварительном следствии К2 незаконно разъяснены положения ст. 308 УК РФ, о чем свидетельствует ее подпись в соответствующей графе (т. №, л.д. №), фотокопия протокола ее допроса, изготовленная защитником при выполнении требований ст. 217 УПК РФ и приобщенная к материалам дела, а также показания дознавателя ФИО3 о том, что он внес изменения в протокол, то есть вычеркнул сведения о разъяснении ответственности по ст. 308 УК РФ уже после ознакомления сторон с материалами дела. При этом из протокола судебного заседания также следует, что перед допросом К2, ей была разъяснена ответственность за отказ от дачи показаний. 

Аналогичные нарушения были допущены дознавателем и при допросе потерпевшей К1.. В частности, в текст ее показаний (т. №, л.д. №) после выполнения требований, предусмотренных ст. 217 УПК РФ, внесены исправления, не оговоренные допрашиваемым лицом, что также подтверждается фотокопией протокола допроса, изготовленной защитником при ознакомлении с делом. 

Указанные факты свидетельствуют о нарушении права на защиту ФИО2, поскольку после ознакомления его с материалами уголовного дела в них внесены изменения, с которыми ни осужденный, ни его защитник ознакомлены не были.

По этой же причине показания потерпевшей К1., данные ею в ходе предварительного следствия, не могли быть использованы при вынесении приговора.

Также выражает мнение о том, что не основан на законе отказ суда в признании пояснений ФИО2 в ходе осмотра места происшествия, явкой с повинной. 

Из материалов дела видно, что с заявлением о преступлении потерпевшая обратилась 13 декабря 2022 г. к участковому уполномоченному М1., осмотр же места происшествия проводил участковый М2, который информацией об обстоятельствах произошедшего не обладал. ФИО2 участвовал в указанном осмотре места происшествия – дома, где он проживает, и добровольно сообщил о совершенном им преступлении в отношении К1.. 

Не оформление явки с повинной в качестве самостоятельного процессуального документа не влияет на учет этого обстоятельства в качестве смягчающего наказание.

В основу принятого судом решения положено заключение судебно-медицинской экспертизы № от 

<

...> о степени тяжести телесных повреждений потерпевшей (т. № л.д. №), которое является недопустимым доказательством, поскольку экспертом исследована медицинская карта стационарного больного № из хирургического отделения ГБУ «

<

...>», не представлявшаяся на исследование лицом, назначившим экспертизу (т. №, л.д. №), а самостоятельно собирать материалы для экспертного исследования в силу ч. 4 ст. 57 УПК РФ эксперт не вправе. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как видно из материалов дела, нарушений уголовно-процессуального закона в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства, влекущих в соответствии со ст. 389.17 УПК РФ отмену или изменение приговора, по данному делу не допущено. Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. 273-291 УПК РФ. В судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастие, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела. Все представленные суду доказательства исследованы. Все ходатайства председательствующим судьей рассмотрены в установленном законом порядке.

Стороны не возражали против окончания судебного следствия.

Поданные защитником осужденного замечания на протокол судебного заседания рассмотрены и удостоверены в части их правильности председательствующим с вынесением мотивированного постановления. 

Решение суда об удостоверении замечаний на протокол судебного заседания не изменяют фактических обстоятельств уголовного дела установленных им и не свидетельствуют о существенных нарушениях уголовно-процессуального закона, которые бы являлись основанием к отмене или изменению приговора (ст. 389.15 УПК РФ).

Суд правильно установил фактические обстоятельства дела и сделал обоснованный вывод о доказанной виновности ФИО2 в содеянном на основе объективной оценки исследованных в судебном разбирательстве дела убедительных и достаточных доказательств, допустимость и достоверность которых сомнений не вызывают, их содержание и анализ приведены в приговоре. Доказательствам дана надлежащая оценка, соответствующая положениям ст. 17, 87 и 88 УПК РФ. 

В качестве доказательств виновности осужденного суд правильно сослался на показания потерпевшей, свидетеля К2, оглашенные в порядке ст. 281 УПК РФ, свидетелей Е., У., К3, Ф., Х.., заключения экспертов и другие документы, содержание и доказательственное значение которых приведены в приговоре. 

Кроме этого судом первой инстанции также обоснованно учтены и показания ФИО2, в той части, в которой они не противоречат установленным обстоятельствам и объективно подтверждены другими доказательствами.

Их этих показаний следует, что именно он причинил К1. телесные повреждения, ударив ее по руке и ноге кочергой.

Положенные судом в основу приговора доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и не содержат существенных противоречий по обстоятельствам, имеющим значение для вывода суда о виновности осужденного. 

Данных о заинтересованности потерпевшей и свидетелей в исходе дела и оговоре ФИО2 не установлено.

Доводы потерпевшей и осужденного об иных причинах конфликта, в ходе которого ФИО2 причинил К1. телесные повреждения, обстоятельства получения от нее показаний на досудебной стадии производства по уголовному делу, аналогичные тем, что изложены К1. и защитником осужденного в апелляционных жалобах были предметом проверки суда первой инстанции и с приведением убедительных мотивов обоснованно отвергнуты как несостоятельные.

Так, из показаний потерпевшей К1., положенных в основу приговора видно, что 12 декабря 2022 г. совместно с ФИО2 и его матерью К2 распивала спиртное на кухне. ФИО2 сильно опьянел и уснул на полу кухни. Когда К2 попыталась разбудить его, чтобы тот ушел спать в комнату, последний устроил ссору с ней. К1. попыталась его успокоить, тогда ФИО2 стал ругаться уже с ней, на ее замечания не реагировал, сказал уложить спать их совместного ребенка и подойти к нему. Когда она вернулась на кухню, Абдуллин взял кочергу и два раза ударил ее по правой руке и ноге, отчего она испытала сильную боль. После этого ФИО2 уехал на такси в магазин. А уехала в с. Сухоборское Щучанского района к знакомым. На следующий день обратилась за медицинской помощью.

Не соглашаясь с доводами жалобы защитника осужденного, суд апелляционной инстанции полагает, что внесенное дознавателем исправление в текст протокола допроса потерпевшей, касающееся отчества ФИО2, не затрагивает существа ее показаний и не искажают их. Из содержания этих показаний со всей очевидностью следует, что они даны потерпевшей именно о противоправных действиях ФИО2, их причинах и последствиях.

Осужденный был ознакомлен с текстом указанного протокола, поэтому не имеется оснований полагать, что на досудебной стадии производства по уголовному делу допущено существенное нарушение уголовно-процессуального закона, связанное с правом на защиту ФИО2, которое бы могло стать основанием как для признания этого доказательства недопустимым, так и для отмены или изменения приговора.

Эти показания потерпевшей суд обоснованно признал достоверными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела, поскольку они подтверждены и согласуются с другими исследованными доказательствами.

В частности из показаний свидетеля К2, видно, что 12 декабря 2022 г. ФИО2 после совместного с нею и К1. употребления спиртного, опьянев, лег спать на полу кухни. Желая, чтобы он спал на кровати, стала будить сына, однако последний, проснувшись и находясь в состоянии алкогольного опьянения, стал выражаться в ее адрес нецензурной бранью. Говорил, что ему не дают спать, беспокоят, взял на полу кухни металлическую кочергу и стал ею размахивать. На ее замечания не реагировал, а кроме этого стал ссориться и с К1., упрекая ее в том, что она плохо справляется со своими материнскими обязанностями по воспитанию ребенка, которого та держала на руках. Сказал К1. уложить ребенка спать, а когда она вернулась на кухню, ФИО2 кочергой нанес ей удары по правой ноге и руке. Она пресекла дальнейшие действия ФИО2, который после этого успокоился, вызвал такси, уехал за спиртным. К1., опасаясь дальнейшего насилия, также уехала из дома.

Сам факт дачи показаний свидетелем К2 сомнений не вызывает, как и то, что эти показания относятся к событиям преступления и лицу его совершившего. 

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что запись о прочтении указанного документа и согласии с ним выполнены свидетелем непосредственно после текста, содержащего значимые сведения, подписаны свидетелем, что прямо указывает на ее личное участие в следственном действии.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона при проведении и процессуальном оформлении показаний свидетеля К2 – матери осужденного, суд обоснованно не усмотрел, сославшись на них как на доказательства вины ФИО2. 

Факт предупреждения близкого родственника осужденного об уголовной ответственности по ст. 308 УК РФ, за отказ от дачи показаний, безусловным основанием для признания указанного доказательства недопустимым не является. При проведении допроса К2, ей также разъяснялись права, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ и ст. 56 УПК РФ, по смыслу которых, наличие родственных отношений исключает ответственность свидетеля по указанной норме уголовного закона.

Согласно заключениям эксперта у К1. установлены телесные повреждения в виде закрытого перелома малоберцовой кости правой голени в нижней трети, без смещения и закрытый перелом в нижней трети правой локтевой кости, без смещения, причинившие вред здоровью средней тяжести по признаку длительности расстройства здоровья свыше трех недель, а также кровоподтеки верхний и нижний конечностей, не расценивающиеся как причинившие вред здоровью, полученные от воздействия твердого тупого предмета.

Получение вышеуказанных телесных повреждений невозможно при падении с высоты собственного роста, так как они носят множественный характер, и расположены в различных анатомических областях. Анатомическое расположение вышеуказанных телесных повреждений доступно для самопричинения.

Экспертные исследования выполнены по медицинским документам, представленным уполномоченными на то лицами, о чем в заключениях эксперта имеются соответствующие записи. Оснований полагать, что эксперт самостоятельно собирал материалы для производства экспертиз, не имеется. Из постановления о назначении судебно-медицинской экспертизы (л.д. №) следует, что в распоряжение эксперта надлежит предоставить материалы и К1..

Кроме этого, следует учесть, что при назначении и производстве дополнительной экспертизы, в которой нашли свое разрешение не только дополнительные вопросы, но и содержатся выводы о характере, локализации и степени тяжести телесных повреждений установленных у К1., в распоряжение того же эксперта были предоставлены медицинские документы (л.д. №, №). При этом никто из участников уголовного судопроизводства не оспаривал выводы эксперта, изложенные как в основном, так и дополнительном заключениях.

Из показаний свидетеля Е. видно, что 12 декабря 2022 г. в вечернее время к нему домой на такси приехала К1.. У нее были повреждены правая нога и рука. Она сообщила, что дома в с. Карасево совместно с сожителем ФИО2 и его матерью распивала спиртные напитки, после этого ФИО2 лег спать у печи. Мать осужденного стала будить его в связи с чем возник конфликт, в ходе которого ФИО2 избил ее кочергой. На следующий день К1. госпитализировали.

Согласно показаниям свидетеля У., она подвозила К1. от 

<

...> ЦРБ в с. Сухоборское Щучанского района. В ходе поездки К1. рассказала, что ее несколько раз ударил сожитель по правой руке и ноге кочергой.

Оценив исследованные по делу доказательства в их совокупности, суд обоснованно пришел к выводу о доказанной виновности ФИО2 в содеянном и правильно квалифицировал его действия по п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ.

Нежелание потерпевшей привлекать ФИО2 к уголовной ответственности на законность и обоснованность приговора не влияет, поскольку преступление, в совершении которого ФИО2 признан виновным, не относится к делам частного обвинения. 

Наказание ФИО2 назначено в соответствии с требованиями ст. 6, 43, 60 УК РФ и ограничительными положениями ч. 2 ст. 68 УК РФ и является справедливым. 

Мнение потерпевшей не имеет для суда определяющего значения при назначении наказания и не является основанием для его смягчения. 

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, обязанность государства обеспечивать права потерпевших от преступлений не предполагает наделение потерпевших правом определять необходимость осуществления публичного уголовного преследования в отношении того или иного лица, а также пределы возлагаемой на это лицо уголовной ответственности и наказания, поскольку вопросы назначения наказания в силу п. 1 ч. 1 ст. 29 УПК РФ относятся исключительно к полномочиям суда.

Судом учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного и условия жизни его семьи, смягчающие и отягчающее наказание обстоятельства.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств судом верно учтены наличие малолетнего ребенка у виновного, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в даче пояснений при осмотре места преступления и изъятии орудия преступления, а также в принятии иных действий, направленных заглаживание вреда, причиненного в результате преступления.

При этом, вопреки доводам жалобы защитника осужденного, суд правильно не усмотрел оснований для признания в действиях ФИО2 явки с повинной. Свое решение суд подробно и убедительно мотивировал в приговоре.

Отягчающими наказание обстоятельствами, в соответствие с п. «а» ч. 1 и ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, обоснованно признаны рецидив преступлений, образуемый судимостью от 12 августа 2016 г., и совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употребления алкоголя, поскольку такое состояние оказало влияние на его поведение, повлекло агрессию, снижение критики поведения и ослабление контроля за собственными действиями, способствовало формированию у него умысла на совершение преступлений. 

Факт употребления алкоголя осужденный не отрицал в судебном заседании, о том, что ФИО2 находился в состоянии алкогольного опьянения также показали потерпевшая и свидетель К2.

Верным является и вывод суда об отсутствии оснований для применения положения ст. 53.1 УК РФ, а также для учета каких-либо исключительных обстоятельств, которые позволили бы суду при назначении наказания применить положения ст. 64, ч. 3 ст. 68, ст. 73 УК РФ.

С учетом установленных обстоятельств, личности осужденного, влияния назначенного наказания на его исправление, суд пришел к выводу о том, что исправление ФИО2 невозможно без изоляции его от общества.

Вид исправительного учреждения для отбывания наказания назначен ФИО2 в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ в исправительной колонии строгого режима.

Иные доводы защитника осужденного, сообщившего суду апелляционной инстанции об изъятии у К1. ребенка органами опеки, мотивированной оценки не требуют, поскольку не относятся к существу обжалуемого приговора. 

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, по делу не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Сафакулевского районного суда Курганской области от 11 мая 2023 г. в отношении ФИО2 оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции с подачей кассационных жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного постановления, а по истечении этого срока – непосредственно в суд кассационной инстанции. 

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий