УИД 66RS0015-01-2024-002609-43

Дело № 2-68/2025

Мотивированное 

решение

 составлено 10.02.2025 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 января 2025 г. г. Асбест

Асбестовский городской суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Емашовой Е.А., с участием помощника прокурора города Асбеста Лещина А.А., при секретаре судебного заседания Жигаловой С.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства Финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, 

установил:

Истец ФИО1 обратился в Асбестовский городской суд Свердловской области с исковым заявлением к Российской Федерации в лице Министерства Финансов Российской Федерации, о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, указав, что *Дата* к ФИО1 приехали сотрудники полиции и сотрудники следственного комитета, провели обыск в жилище ФИО1, напугав его жену и малолетнего ребенка, задержали ФИО1, доставили его в следственное управление следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области, после в отношении ФИО1 была применена мера пресечения в виде заключения под стражу с *Дата* по *Дата*.

*Дата* приговором Асбестовского городского суда Свердловской области ФИО1 по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч.3 ст. 162, п. п. «а», «в», «з», «к» ч.2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации был оправдан.

*Дата* суд апелляционной инстанции оставил без изменения приговор Асбестовского городского суда.

*Дата* 7 кассационный суд общей юрисдикции приговор Асбестовского городского суда Свердловской области отменил, вернул уголовное дело на новой рассмотрение.

*Дата* приговором Асбестовского городского суда Свердловской области ФИО1 был вновь оправдан по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч.3 ст. 162, п. п. «а», «в», «з», «к» ч.2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации. *Дата* приговор вступил в законную силу.

В связи с незаконным уголовным преследованием, истец просит суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 10 000 000 рублей, указав, что из-за незаконного обвинения он перенес глубокие нравственные страдания, именно, задержание произошло рано утром, когда члены семьи истца еще спали, сотрудники провели обыск в квартире, навели там беспорядок, ходили в грязной обуви, пригласили в качестве понятых соседей, рассказав им о том, что истец обвиняется в двойном убийстве. Все это вызвало у ФИО1 чувства тревоги и страха за себя и свою семью, в также чувства стыда перед соседями. После в отношении ФИО1 была применена мера пресечения в виде заключения под стражу, в связи с чем, он длительно незаконно содержался под стражей, с постоянным перемещением из одного СИЗО в другое, а также по комнатам внутри СИЗО (В СИЗО-1 ФИО1 сменил 6 комнат, в одной из которых содержались цыгане (как и убитые), наличие в сети Интернет публикаций обвиняющих истца, а также их обсуждение жителями города и области, отсутствие извинений и опровержений, многочисленные судебные процессы привели к затяжной психотравмирующей ситуации ФИО1

Истец ФИО1 в судебном заседании настаивал на удовлетворении исковых требований.

Представитель истца ФИО2, действующая на основании ордера, исковые требования поддержала, юридически обосновав.

Представитель ответчика Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации в судебное заседание не явился, о дате, месте и времени рассмотрения дела был извещен надлежащим образом, представил возражения относительно исковых требований, просил рассмотреть дело в свое отсутствие (л.д.81-84) 

Представитель третьего лица – Управления Федерального казначейства по Свердловской области в судебное заседание не явился по неизвестной суду причине, о дне судебного заседания был извещен надлежащим образом.

Представитель третьего лица – Следственного комитета Российской Федерации в судебное заседание не явился по неизвестной суду причине, о дне судебного заседания был извещен надлежащим образом.

Представитель третьего лица – Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области ФИО3, действующий на основании доверенности, в судебном заседании возражал против исковых требований, поддержал доводы письменных возражений (л.д.95-101).

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явился по неизвестной суду причине, о дне судебного заседания был извещен надлежащим образом. 

Представитель третьего лица – прокуратуры Свердловской области Лещина А.А., действующая на основании доверенности, считает, что размер компенсации морального вреда, причиненного ФИО1, подлежит снижению в соответствии с требованиями разумности и справедливости до 50 000,00 руб.

В соответствии со ст. ст. 14, 16 Федерального закона от 22.12.2008 №262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информация о дате, времени и месте рассмотрения дела размещена на сайте Асбестовского городского суда Свердловской области.

Заслушав лиц, участвующих в деле, обозрев материалы уголовного дела *Номер* по обвинению ФИО1, изучив и исследовав доказательства, имеющиеся в материалах дела, суд приходит к следующему.

Статья 46 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому судебную защиту прав и свобод. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

Статьями 52 - 53 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что права потерпевших от преступлений или злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба. Каждый имеет право на возмещение государством вреда.

Согласно п. 55 ст.5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации уголовное преследование - это процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

Под реабилитацией в уголовном производстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Реабилитированный - это лицо, имеющее в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием (пункт 35 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании части 4 статьи 42 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - УПК Российской Федерации) по иску потерпевшего о возмещении в денежном выражении причиненного ему морального вреда размер возмещения определяется судом при рассмотрении уголовного дела или в порядке гражданского судопроизводства.

В соответствии с ч.2 ст.133 Уголовно-процессуального кодекса РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием имеют: подсудимый, в отношении которого постановлен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1,2, 5 и 6 части первой ст.24 и пунктами 1 и 4-6 части первой статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса РФ, осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса РФ.

По смыслу закона в случаях, предусмотренных ч.2 ст.133 Уголовно-процессуального кодекса РФ, суд или следователь в соответствующем процессуальном документе, признают за оправданным или лицом, в отношении которого уголовное преследование прекращено по реабилитирующим основаниям, право на реабилитацию и направляют извещение с разъяснением установленного статьями 133, 135, 136, 138, 139 Уголовно-процессуального кодекса РФ порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием, в котором, в частности, должно быть указано, какой вред возмещается при реабилитации, а также порядок и сроки обращения за его возмещением.

В соответствии с ч.1 ст.133 Уголовно-процессуального кодекса РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В соответствии с ч.2 ст.136 Уголовно-процессуального кодекса РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Право на компенсацию морального вреда также предусмотрено статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК Российской Федерации), в силу которой, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст. 1100 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В соответствие со ст.1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно ст. 1070 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В силу ст.1071 Гражданского кодекса РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В судебном заседании установлено, что органом предварительного расследования истец обвинялся в совершении: разбоя, убийства при отягчающих обстоятельствах, покушения на грабеж, указанные действия квалифицированы по ч. 3 ст. 162, п.п. «а», «в», «з», «к» ч.2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 20.03.2001), ч.3 ст. 30, ч.1 ст. 161 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Приговором Асбестовского городского суда Свердловской области от *Дата* ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.1 ст.161 Уголовного кодекса Российской Федерации и ему назначено наказание в виде ограничения свободы на срок 2 года. В соответствии с ч.3 ст.72 Уголовного кодекса Российской Федерации в срок отбытия наказания ФИО1 зачтено время содержания его под стражей в период с *Дата* по *Дата* из расчета соответствия одного дня содержания под стражей двумя днями отбывания наказания в виде ограничения свободы. 

По предъявленному ФИО1 обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч.3 ст.162 (в редакции Федерального закона от 20.03.2001), п. «а», «в», «з», «к» ч.2 ст. 105 (в редакции Федерального закона от 20.03.2001) Уголовного кодекса Российской Федерации, он был оправдан в соответствии с п.2 ч.2 ст. 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей в связи с непричастностью ФИО1 к совершению указанных преступлений, за ФИО1 признано право на реабилитацию.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от *Дата* приговор Асбестовского городского суда Свердловской области от *Дата* в отношении ФИО1 изменен: уточнено установленное ограничение ФИО1, указано «не менять места своего жительства и не выезжать за пределы муниципального образования г. Асбеста без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за соблюдением осужденными наказания в виде ограничения свободы»; в остальной части приговор оставлен без изменения, апелляционное представление - без удовлетворения.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского кассационного суда общей юрисдикции от *Дата* приговор Асбестовского городского суда Свердловской области от *Дата* и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от *Дата* в отношении ФИО1 отменены, уголовное дело передано на новое рассмотрение в тот же суд первой инстанции иным составом со стадии судебного разбирательства.

*Дата* Асбестовским городским судом Свердловской области поставлен следующий приговор:

«Юровских О. Валериевича признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 161 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде ограничения свободы на срок 2 (два) года.

Установить следующие ограничения: не менять места своего жительства и не выезжать за пределы муниципального образования г. Асбеста без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; не посещать места проведения массовых и развлекательных мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях.

Установить осужденному ФИО1 на время отбытия наказания в виде ограничения свободы обязанность являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц по графику этого органа.

Меру процессуального принуждения обязательство о явке в отношении ФИО1 отменить.

В соответствие с ч. 3 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации зачесть в срок отбытия наказания ФИО1 время содержания его под стражей в период с *Дата* по *Дата* из расчета соответствия одного дня содержания под стражей двум дням отбывания наказания в виде ограничения свободы.

На основании п. 2 ч. 5 ст. 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, освободить ФИО1 от отбывания наказания в виде ограничения свободы сроком 2 года, в связи с его отбытием.

Юровских О. Валериевича, по предъявленному ему обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 3 ст. 162 (в редакции Федерального закона от 20 марта 2001 года), п. «а», «в», «з», «к» ч. 2 ст. 105 (в редакции Федерального закона от 20 марта 2001 года) Уголовного кодекса Российской Федерации, оправдать в соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей в связи с непричастностью ФИО1 к совершению указанных преступлений, признав за ФИО1 право на реабилитацию».

Приговор Асбестовского городского суда Свердловской области от *Дата* вступил в законную силу *Дата*.

В соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Из разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, содержащихся в абз. 3 п. 2 Постановления от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» (в редакции от 28.06.2022), следует, что применительно к судебным стадиям уголовного судопроизводства к лицам, имеющим право на реабилитацию, соответственно относятся: подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения и (или) по иным реабилитирующим основаниям; осужденный - в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части 1 статьи 27 УПК РФ.

В пункте 21 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17 разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33) даны разъяснения о том, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда. Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации) (абзацы первый, второй и четвертый пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).

Моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца, как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абзац первый пункта 42 названного постановления).

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать, в том числе, длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абзац второй пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).

Из приведенных норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, устанавливающем в том числе, что иски за причиненный реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.

Моральный вред - это нравственные и (или) физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага.

Компенсация морального вреда, являясь одним из способов возмещения вреда лицу, которое незаконно или необоснованно было подвергнуто - уголовному преследованию, направлена на возмещение такому лицу тех нравственных и (или) физических страданий, которые оно претерпевало в результате незаконного уголовного преследования.

Присуждение адекватного и достаточного возмещения (компенсации) – это способ осуждения неправомерного поведения государства. Компенсация должна быть присуждена с учетом фундаментального характера нарушенного права, даже если нарушение являлось случайным, а не намеренным следствием поведения государства.

Судом проанализированы доводы истца о том, что незаконным уголовным преследованием ему были причинены нравственные страдания, как самим фактом привлечения, так и тем, что он длительное время находился в изоляции от общества, к нему была применена мера пресечения в виде заключения под стражу.

Суд учитывает доводы истца о длительности уголовного преследования с *Дата*

Также в судебном заседании установлено, что в отношении истца по уголовному делу избиралась мера пресечения в виде заключения под стражу в период с *Дата* по *Дата*. Однако при этом судом также учитывает, что в соответствие с ч. 3 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации данный период был зачтен в срок отбытия ФИО1 назначенного по приговору суда наказания (за совершенное им преступление).

Суд полагает установленным и неоспоримым тот факт, что в период предварительного следствия и судебного разбирательства истец мог испытывать переживания по самому факту его подозрения в совершении преступления, виновным в котором он, в конечном счете, не был признан.

Кроме этого, суд учитывает, что истец привлекался к уголовной ответственности незаконно, был вынужден участвовать в следственных действиях в качестве подозреваемого, обвиняемого на протяжении длительного времени, в связи с привлечением к уголовной ответственности предоставлял органу предварительного следствия данные о своей личной жизни, обратился платно за оказанием ему юридической профессиональной помощи, при этом незаконность его уголовного преследования подтверждена исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе и оправдательным приговором. Так же, исследованные судом материалы уголовного дела, хотя и не свидетельствуют об умышленности в осуществлении незаконного уголовного преследования истца со стороны органов предварительного следствия, однако, позволяют суду прийти к выводу о том, что имевшиеся, на момент привлечения истца в качестве подозреваемого, обвиняемого материалы уголовного дела, не были достаточными для принятия такого решения. Изложенное безусловно свидетельствует о том, что истец испытывал переживания и как следствие – нравственные страдания, при этом, истец был ограничен в свободе своих действий и передвижений. 

Судом проанализированы доводы истца о том, что незаконным уголовным преследованием ему были причинены нравственные страдания в связи с тем, что к нему изменилось отношение соседей, коллег, жителей муниципального округа, в его адрес высказывались через сеть интернет оскорбления, осуществлялась «его травля», он переживал за свою семью и отношение окружающих к ним в связи с обвинением его в тяжком преступлении.

Как следует из пояснений самого истца, данных в судебном заседании, и из исследованных материалов дела, ни каких объективных доказательств тому, что к нему изменилось отношение жителей муниципального округа, коллег, соседей, суду не представлено, доводы о распространении негативной информации именно в отношении истца не подтверждены, высказывания лиц в сети интернет не были направлены непосредственно в адрес истца, ему стало известно об этих высказываниях уже после освобождения из под стражи. Данных о том, что органами предварительного расследования разглашались данные об обстоятельствах преступления, в совершении которого подозревался именно истец, равно как и предоставление свидетелям органами следствия сведений, порочащих именно истца и (или) его репутацию, суду так же не представлено, как и доказательств нарушения уголовно-процессуального законодательства со стороны следственных органов при производстве следственных действий по уголовному делу, в том числе сведений о незаконности проведенного обыска в жилище, очных ставок, экспертиз. 

При этом суд учитывает, что со слов истца трудностей в устройстве на работу после освобождения из под стражи он не испытывал, необходимости в смене места жительства не возникло, родственники истца (супруга и дочь) обратились с самостоятельным иском о компенсации морального вреда в связи с нравственными страданиями, которые им пришлось испытать в связи с его обвинением. 

Также суд не может не учитывать и тот факт, что истец был признан виновным в совершении преступления предусмотренного ч.3 ст. 30, ч.1 ст. 161 Уголовного кодекса Российской Федерации, ему назначено наказание, ранее он неоднократно привлекался к уголовной ответственности и отбывал наказания в виде лишения свободы.

Помимо вышесказанного, судом исследованы доводы истца об ухудшении состояния его здоровья. Указанные обстоятельства подтверждаются в части обращения истца за медицинской помощью. Истец перенес заболевание «пневмония», однако доказательств тому, что это заболевание возникло у него в связи с «незаконным привлечением истца к уголовной ответственности», ненадлежащими условиями его содержания в СИЗО, не оказании ему медицинской помощи в этих условиях, и в конечном итоге каким либо образом повлияли на ухудшение его здоровья в будущем, привело к каким-то негативным последствиям (например, инвалидности), ни истцом, ни его представителем не представлено, ни каких соответствующих экспертных заключений истец суду не представил, а оснований для назначения судебно-медицинской экспертизы у суда не имелось, и о назначении такой экспертизы истец так же не ходатайствовал. При этом истец до заключения под стражу имел ряд заболеваний, состоял на учете у нарколога.

Также ни истцом, ни его представителем не представлено доказательств тому, что истец находился и находится в длительной психо-травмирующей ситуации, испытывал и испытывает глубокие нравственные страдания и стресс, с которыми ему трудно справляться, что повлияло на его психическое здоровье, сведений об обращении истца к психологам, врачам-психиатрам не предоставлено, документы, подтверждающие назначение истцу лекарственных препаратов, также не предоставлено. 

Поскольку закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской - Федерации) устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда и конкретные обстоятельства, связанные с незаконным уголовным преследованием гражданина, соотнести их с тяжестью причиненных гражданину физических и нравственных страданий и индивидуальные особенности его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Следовательно, исходя из цели присуждения компенсации морального вреда реабилитированному гражданину размер этой компенсации должен быть индивидуализирован, то есть определен судом применительно к личности реабилитированного гражданина, к понесенным именно им нравственным и (или) физическим страданиям в результате незаконного уголовного преследования, с учетом длительности и обстоятельств уголовного преследования, тяжести инкриминируемого ему преступления, избранной в отношении его меры процессуального принуждения, причины избрания такой меры и иных обстоятельств, сопряженных с фактом возбуждения в отношении гражданина уголовного дела.

Вместе с тем компенсация морального вреда должна быть адекватной обстоятельствам причинения морального вреда лицу, подвергнутому незаконному уголовному преследованию, и должна обеспечить баланс частных, и публичных интересов, с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, поскольку казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

В соответствии с положениями ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, на основании вышеизложенного, установленных судом фактических обстоятельств, анализа норм права, регулирующих спорные правоотношения, суд полагает, что у истца ФИО1 имеется право на реабилитацию, на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей в связи с непричастностью ФИО1 к совершению преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 3 ст. 162 (в редакции Федерального закона от 20 марта 2001 года), п. «а», «в», «з», «к» ч. 2 ст. 105 (в редакции Федерального закона от 20 марта 2001 года) Уголовного кодекса Российской Федерации, а значит и право на компенсацию морального вреда в денежном эквиваленте, как об этом заявил истец, поскольку такое право, при установленных судом обстоятельствах презюмируется действующим законодательством РФ.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред и иные заслуживающие внимания обстоятельства. 

Судом, при определении компенсации морального вреда, причиненного истцу незаконным уголовным преследованием, помимо изложенного выше, так же учитывается, что длительность уголовного преследования в общей сложности составила два года, так же суд учитывает и степень страданий, связанных с индивидуальными особенностями истца, в том числе суд принимает во внимание совершеннолетний возраст истца, его семейное положение, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, с которым отсутствовала возможность общения в течение почти 8 месяцев. 

С учетом изложенного, заявленную сумму компенсации морального вреда в размере 10 000 000 рублей, суд находит завышенной и, исходя из требований разумности и справедливости, учитывая так же степень страданий истца, суд считает, что в пользу истца ФИО1 надлежит взыскать компенсацию морального вреда в сумме 400 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 400 000 (четыреста тысяч) рублей. 

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Свердловский областной суд через Асбестовский городской суд в течение одного месяца с даты изготовления мотивированного решения.

Судья

Асбестовского городского суда Е.А. Емашова