38RS0030-01-2024-004440-81

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 марта 2025г. Усть-Илимск, Иркутская область

Усть-Илимский городской суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Шейко Т.М.,

при секретаре судебного заседания Курносенковой Н.А. 

с участием помощника Усть-Илимского межрайонного прокурора Булгатова А.А. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-438/2025 по исковому заявлению ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью "Компания" Востсибуголь" о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Усть-Илимский городской суд в обоснование которого указал, что ДД.ММ.ГГГГ в период работы в ООО «Трайлинг» во время ночной смены в 04:30 на территории Жероно-городского лесничества Северного лесхоза с ним произошел несчастный случай на производстве, в результате которого была получена тяжелая травма: закрытый двухлодыжечный перелом левой голени, перелом заднего края б/берцовой кости. Наружный подвывих стопы. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном лечении МУ УИ ЦГБ. Истцу была проведена операция: открытая репозиция остеосинтез по ФИО2. Под наркозом было проведено оперативное вмешательство: в б/берцовой кости проделан канал, проведена проволока, 8-образно обведена вокруг спицы на латоральной поверхности затянут узел. Ответчик, достоверно зная, что истцом получена тяжелая травма во время рабочей смены, не исполнил свою обязанность по расследованию несчастного случая в установленные законом сроки, и до момента увольнения истца никаких актов не составлял, никакого расследования не проводил. После увольнения с ООО «Трайлинг», ФИО1 стали беспокоить сильные боли в левой конечности, появились трофические язвы, поэтому он был вынужден снова обращаться за медицинской помощью. В связи с чем, медицинские работники обратили внимание на то, что у истца нет никаких документов по обстоятельствам получения травмы, а так как необходимо было оформлять страховые выплаты, то только после этого работодатель все таки вынужден был расследовать несчастный случай, который произошел ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, спустя три года, а именно в декабре 2006 г., был составлен Акт № по форме Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве, однако, фактически никакого расследования работодателем не проводилось, обстоятельства несчастного случая достоверно не устанавливались. 

Из представленных истцом дополнений следует, что ответчик, достоверно зная что им получена тяжелая травма во время рабочей смены, о чем имелись медицинские документы, больничные листы, не исполнил свою обязанность по расследованию несчастного случая в установленные законом сроки. До момента его увольнения в апреле 2006 г. никаких Актов не составлялось, никакого расследования не проводилось. Он не знал о том, что существует определенная процедура расследования несчастных случаев на производстве, думал, что работодатель все сделает по закону. После увольнения с ООО «Трайлинг» его стали беспокоить сильные боли в левой конечности, появились трофические язвы, поэтому он вынужден был снова и снова обращаться за медицинской помощью. В декабре 2006 г. был составлен Акт № по форме Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве. Однако, фактически никакого расследования работодателем не проводилось, обстоятельства несчастного случая достоверно не устанавливались. Материалы расследования несчастного случая не содержат никаких фотоматериалов и осмотра места происшествия, показания очевидцев очень сомнительны и противоречивы, кроме того, согласно Протоколу № заседания комиссии по проверке знаний в списке водителей ООО «Трайлинг» ФИО3 отсутствует. Таким образом, вышеуказанные обстоятельства указывают на то, что работодатель фактически скрыл несчастный случай с ним, если бы не его обращения в медицинские учреждения, не было бы никакого расследования. Ответчик мало того, что не обеспечил безопасные условия труда, но и также нарушил свою прямую обязанность по своевременному расследованию самого несчастного случая. В связи с чем, он испытывал нравственные страдания, выразившиеся в безразличном отношении к нему, как к работнику предприятия. Никакой материальной и иной помощи работодатель не оказал. Кроме того, с момента получения травмы с 2003 г. он был лишен получения социальных выплат и поддержки государства по вине работодателя. Ему пришлось длительное время добиваться получения инвалидности, только в 2010 г. ему была установлена 

<

данные изъяты> гр. инвалидности в связи с трудовым увечьем. До сих пор испытывает нравственные страдания от неправомерных действий работодателя и несправедливого отношения к нему, вынужден обращаться за защитой своих прав в суд. Просит взыскать с ООО «Компания Востсибуголь» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в размере 1000 000 рублей. Взыскать с ООО «Компания Востсибуголь» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в связи с не своевременным расследованием несчастного случая на производстве в размере 100 000 (сто тысяч) рублей

Согласно выписке из ЕГРЮЛ деятельность ООО «Трайлинг» прекращена 28.05.2015 путем реорганизации в форме присоединения к ООО "Компания" Востсибуголь", в связи с чем, на основании определения от 27.12.2024 произведено изменение наименования ответчика с ООО «Трайлинг» на ООО "Компания" Востсибуголь".

Определением суда от 10 февраля 2025г. к участию в деле, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечена Государственная инспекцию труда в Иркутской области.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО4 исковые требования поддержали в полном объеме, по доводам, изложенным в исковом заявлении и в уточнении к нему. 

Представитель ответчика ФИО5 исковые требования не признала, поддержала письменные возражения, приобщенные ранее в судебном заседании. Дополнительно указала, что инвалидность была установлена истцу, не в связи с полученной травмой, а на основании сопутствующих заболеваний. Травма получена истцом не на территории принадлежащей ООО «Востсибуголь». Просила в иске отказать в полном объеме, поскольку вина общества не установлена, а в действиях истца установлена неосторожность и невнимательность, что следует из акта. При этом указала, что не оспаривает факт составления акта о несчастном случае на производстве в 2006 году. 

В судебное заседание представитель третьего лица Государственную инспекцию труда в Иркутской области не явился, извещены надлежащим образом, своевременно. Согласно отзыву, просили дело рассмотреть в свое отсутствие. 

Исследовав материалы дела, оценив доказательства в соответствии со статьями 67, 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению в части по следующим основаниям.

Согласно положениям Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37). 

Обязанности работодателя при несчастном случае указаны в ст. 228 - 231 Трудового кодекса Российской Федерации, в том числе формирование комиссии по расследованию несчастного случая.

Пунктом 8 Постановления Министерства труда РФ от 24 октября 2002 года N 73 "Об утверждении форм документов, необходимых для расследования и учета несчастных случаев на производстве, и Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях установлено, что расследование несчастных случаев, указанных в п. 3 настоящего Положения, проводится комиссиями по расследованию несчастных случаев (далее - комиссия), образуемыми и формируемыми в соответствии с положениями статьи 229 Кодекса и требованиями настоящего Положения, в зависимости от обстоятельств происшествия, количества пострадавших и характера полученных ими повреждений здоровья.

Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац четырнадцатый части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Порядок расследования несчастных случаев на производстве установлен в статьях 227 - 231 Трудового кодекса Российской Федерации и Положении об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденном постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 24 октября 2002 г. N 73 "Об утверждении форм документов, необходимых для расследования и учета несчастных случаев на производстве, и положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях".

В соответствии с частью 1 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

В статье 228 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что при несчастных случаях, указанных в статье 227 настоящего Кодекса, работодатель (его представитель) обязан: немедленно организовать первую помощь пострадавшему и при необходимости доставку его в медицинскую организацию; принять неотложные меры по предотвращению развития аварийной или иной чрезвычайной ситуации и воздействия травмирующих факторов на других лиц; сохранить до начала расследования несчастного случая обстановку, какой она была на момент происшествия, если это не угрожает жизни и здоровью других лиц и не ведет к катастрофе, аварии или возникновению иных чрезвычайных обстоятельств, а в случае невозможности ее сохранения - зафиксировать сложившуюся обстановку (составить схемы, провести фотографирование или видеосъемку, другие мероприятия); в установленный настоящим Кодексом срок проинформировать о несчастном случае органы и организации, указанные в настоящем Кодексе, других федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации, а о тяжелом несчастном случае или несчастном случае со смертельным исходом - также родственников пострадавшего; принять иные необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования в соответствии с настоящей главой.

Согласно части 1 статьи 229 Трудового кодекса Российской Федерации для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. В состав комиссии включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного представительного органа работников, уполномоченный по охране труда. Комиссию возглавляет работодатель (его представитель), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, - должностное лицо соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности.

Порядок проведения расследования несчастных случаев определен в статье 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации.

Частью 1 статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.

В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда и (или) иных федеральных законов и нормативных правовых актов, устанавливающих требования безопасности в соответствующей сфере деятельности. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве (часть 4 статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации).

После завершения расследования акт о несчастном случае на производстве подписывается всеми лицами, проводившими расследование, утверждается работодателем (его представителем) и заверяется печатью (при наличии печати) (часть 5 статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель (его представитель) в течение трех календарных дней после завершения расследования несчастного случая на производстве обязан выдать один экземпляр утвержденного им акта о несчастном случае на производстве пострадавшему (его законному представителю или иному доверенному лицу), а при несчастном случае на производстве со смертельным исходом - лицам, состоявшим на иждивении погибшего, либо лицам, состоявшим с ним в близком родстве или свойстве (их законному представителю или иному доверенному лицу), по их требованию. При невозможности личной передачи акта о несчастном случае на производстве в указанные сроки работодатель вправе направить акт по месту регистрации пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица) по почте заказным письмом с уведомлением о вручении лично адресату и описью вложения. Второй экземпляр указанного акта вместе с материалами расследования хранится в течение 45 лет работодателем (его представителем), осуществляющим по решению комиссии учет данного несчастного случая на производстве. При страховых случаях третий экземпляр акта о несчастном случае на производстве и копии материалов расследования работодатель (его представитель) в течение трех календарных дней после завершения расследования несчастного случая на производстве направляет в исполнительный орган страховщика по месту регистрации работодателя в качестве страхователя (часть 6 статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации).

Пунктом 26 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях установлено, что несчастные случаи, квалифицированные комиссией или государственными инспекторами труда, проводившими их расследование, как несчастные случаи на производстве, подлежат оформлению актом о несчастном случае на производстве по форме 2, предусмотренной приложением N 1 к настоящему Постановлению (далее - акт формы Н-1). Акт формы Н-1 (Н-1ПС) составляется комиссией, проводившей расследование несчастного случая на производстве, в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке субъекта Российской Федерации. При несчастном случае на производстве с застрахованным составляется дополнительный экземпляр акта формы Н-1 (Н-1ПС). При групповом несчастном случае на производстве акты формы Н-1 (Н-1ПС) составляются на каждого пострадавшего отдельно. Акты формы Н-1 (Н-1ПС) подписываются всеми членами комиссии, проводившими в установленном порядке расследование несчастного случая. Подписи членов комиссий, проводивших расследование несчастных случаев на производстве, указанных во втором абзаце пункта 9 настоящего Положения, а также происшедших в учреждениях, указанных в подпункте "в" пункта 15 настоящего Положения, заверяются соответственно судовой печатью либо печатью соответствующего представительства (консульства).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве, суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе, если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Как следует из представленных в дело доказательств, ФИО1 в период времени с ДД.ММ.ГГГГг. по ДД.ММ.ГГГГг. был трудоустроен в должности водителя МАЗ в Усть-Илимском филиале ООО «Трайлинг» Жеронское каменноугольное месторождение, что подтверждается приказом о приеме на работу и об увольнении, соответственно. 

Их представленного журнала вводного инструктажа от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 проведен инструктаж по технике безопасности, пожарной безопасности, инструктаж охраны труда, о чем ФИО1 был ознакомлен под роспись.

Протоколом заседания комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается, что водитель ФИО1 сдал проверку знаний. 

Как следует из акта о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в 04:30 часов ФИО1 делая 4 рейс при разгрузке угля на ТЭЦ, выходя из кабины, споткнулся об обломок угля и получил травму левой голени. Доехав сам до диспетчерской ООО «Трайлинг» пересел на дежурный автомобиль УАЗ на территории Жероно-городского лесничества Северного лесхоза ФИО1 в результате которого была получена тяжелая травма: закрытый двухлодыжечный перелом левой голени, перелом заднего края б/берцовой кости. Наружный подвывих стопы. При этом комиссия не установила виновность должностных лиц ООО «Трайлинг» в данном несчастном случае. В п.8 акта указано, что причиной вызвавшей несчастный случай является неосторожность и невнимательность со стороны водителя ФИО1 Указанный несчастный случай связан с производством и подлежит расследованию, учету и регистрации в ООО «Трайлинг», что следует из п.7 акта. 

Из протокола опроса пострадавшего ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ следует, в том числе «при разгрузки угля я споткнулся на куче угля которую сам привез при выгрузке...». 

Из протокола опроса очевидца несчастного случая ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что «утром приехав на смену а/м обнаружил во дворе предприятия без ФИО1 на что механик объяснил по поводу его отсутствия что произошел несчастный случай, связанный с повреждением ноги...».

Из протокола опроса очевидца ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что « ФИО1 на МАЗе 640, чистил кузов от намерзшего угля и споткнулся на кочке угля после этого у него появилась острая боль в ноге...»

Согласно представленной в дело медицинской документации, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на стационарном лечении МУ УИ ЦГБ. 

Так, согласно выписному эпикризу №, ФИО1 находился на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в МУ УИ ЦГБ, диагноз 2-х лодыжечный перелом левого г/стопного сустава со смещением, перелом заднего края б/берцовой кости, подвывих стопы кнаружи. Травма ДД.ММ.ГГГГ на производстве, подвернул ногу. ДД.ММ.ГГГГ проведена операция: открытая репозиция остеосинтез по ФИО2.

Из выписного эпикриза № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 находился на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, кл.диагноз : 

<

данные изъяты>, проводилось лечение: перевязки, физиопроцедуры, симптоматическое терапия, выписан без перемен по окончании курса лечения, рекомендовано: наблюдение, физиопроцедуры, удаление металлоконструкции после заживления трофич. Язвы.

Из выписного эпикриза истории болезни № от ДД.ММ.ГГГГг. следует, что ФИО1 находился на стационарном лечении в отделении травматологии с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГг. с диагнозом 

<

данные изъяты>

Из выписного эпикриза № следует, что ФИО1 находился на стационарном лечении в отделении травматологии-ортопедии МУ УИ ЦГБ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом 

<

данные изъяты> МОС поступал в плановом порядке. Операция от ДД.ММ.ГГГГ - удаление металла. 

Из амбулаторной карты на имя ФИО1, а именно из листа записи 

заключительных диагнозов установлено наличие следующих диагнозов: ДД.ММ.ГГГГ –

<

данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ-

<

данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, 

<

данные изъяты>

Из личного дела ФИО1 представленного ФКУ «ГБ МСЭ по Иркутской области» установлено, что ДД.ММ.ГГГГ последнему выдано направление на медико-социальную экспертизу, в связи с полученной ДД.ММ.ГГГГ травмой на производстве. ДД.ММ.ГГГГ разработана программа реабилитации, установлена 

<

данные изъяты> группа инвалидности (трудовое увечье), с ежегодным переосвидетельствованием. 

Из заключения КЭК от ДД.ММ.ГГГГг. следует, что ФИО1 нуждается в санаторно- курортном лечении по заболеваниям опорно-двигательного аппарата и органов кровообращения, медикаментозном лечении. 

Согласно представленному делу МСЭ, освидетельствование ФИО1 проводилось ежегодно. Из акта медико- социальной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 40%, дата первого несчастного случая на производстве, в связи с которым определена степень утраты профессиональной трудоспособности - ДД.ММ.ГГГГг. Степень утраты определена бессрочно. Разработана программа реабилитации.

Из протокола проведения медико –социальной экспертизы гражданина от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 является инвалидом 

<

данные изъяты> группы, бессрочно. Соблюдение личной гигиены –самостоятельно при более длительном затрачивании времени. Способность к передвижению- самостоятельно. Основная профессия –водитель, стаж 32 г. в настоящее время работает по другой профессии. При обследовании жалобы на боли в левой нижней конечности, отечность левой голени, чувство тяжести, усталости в икроножных мышцах, варикозное расширение вен нижних конечностей, трофические язвы левой голени, ограничение при самостоятельном передвижении ( быстрая утомляемость). Установленный диагноз: последствия производственной травмы от ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты>

Аналогичные сведения изложены в протоколах медико –социальной экспертизы гражданина за предыдущий период времени с момента обращения с 2006 году по 2022гг. 

Из установленных обстоятельств следует, что истцу была причинена тяжелая производственная травма, в связи с полученным трудовым увечьем, при этом он испытал и продолжает испытывать физические и нравственные страдания, при этом суд учитывает, что согласно акту Н-1 причиной несчастного случая также является неосторожность самого потерпевшего. 

Оснований ставить под сомнение, обстоятельства, установленные в ходе расследования несчастного случая, суд не имеет, поскольку данный акт в установленном законом порядке не оспорен, не признан недействительным.

Как следует из представленной трудовой книжки на имя ФИО1, до полученной производственной травмы был трудоустроен водителем. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ был трудоустроен водителем МАЗ на перевозку угля ООО «Трайлинг». ДД.ММ.ГГГГ принят слесарем сантехником 3 разряда, ДД.ММ.ГГГГ уволен по собственному желанию. ДД.ММ.ГГГГ принят в сторожевую охрану на должность сторожа. ДД.ММ.ГГГГ уволен по соглашению сторон. ДД.ММ.ГГГГ принят сторожем. ДД.ММ.ГГГГ уволен по собственному желанию. ДД.ММ.ГГГГ принят рабочим по обслуживанию здания школы. ДД.ММ.ГГГГ уволен по собственному желанию. ДД.ММ.ГГГГ принят водителем самосвала в автотранспортный цех. ДД.ММ.ГГГГ уволен по собственному желанию. ДД.ММ.ГГГГ принят слесарем сантехником в службу ремонта. ДД.ММ.ГГГГ уволен по собственному желанию. ДД.ММ.ГГГГ принят водителем на все марки автомобилей. ДД.ММ.ГГГГ уволен по собственному желанию. ДД.ММ.ГГГГ принят водителем на все марки автомобиля. ДД.ММ.ГГГГ уволен по собственному желанию. С ДД.ММ.ГГГГ осуществлял трудовую деятельность в должности водителя по 2016 г. С 2019г по 2021 трудоустроен в качестве водителя. С 2021 по 2022г. трудоустроен трактористом. С 2023г. и по настоящее время трудоустроен слесарем по ремонту и обслуживанию перегрузочных машин. 

Определяя степень физических, нравственных страданий, полученных в результате производственной травмы, а также размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание конкретные обстоятельства получения вреда: причиненный вред принес длительные нравственные и физические страдания. В результате полученной травмы истец долгое время находился на стационарном лечении, где перенес операцию: затем перенес операцию по удалению вставленной металлоконструкции; на протяжении 20 лет продолжает испытывать боль, что приносит физические и нравственные страдания, характер и последствия полученной травмы лишили возможности полного восстановления, в связи с чем, истец потерял надежду на полное восстановление. В связи с постоянным ощущением физической боли истец вынужден принимать на постоянной основе лекарственные препараты для уменьшения болевого синдрома. Исходя из характера травмы, истец испытывает неудобства в быту, он лишена возможности вести привычный и активный образ жизни, полученная травма и ее последствия изменили качество его жизни безвозвратно. 

Данные обстоятельства подтверждены суду пояснениями истца, сведениями из медицинской документации, показаниями свидетелей ФИО6, ФИО7 

Оснований для критической оценки показаний свидетелей не имеется, поскольку показания свидетелей не противоречат пояснениям истца, между собой и материалам гражданского дела. 

Принимая во внимание, что ответчик не представил суду доказательств компенсации истцу морального вреда, исходя из характера травмы и ее последствий в результате причинения вреда здоровью, их длительности, отсутствия возможности на протяжении более 20 лет и в дальнейшем вести активную, полноценную жизнь, учитывая постоянные боли, ограничения, при длительном передвижении, то, что по настоящее время истец нуждается в постоянном лечении, после полученной производственной травмы, перенес операции, реабилитационные мероприятия не принесли результата, так как истец до настоящего времени лишен возможности осуществлять физическую активность в том объеме, в котором она была до получения травмы, то есть, последствия травмы привели к значительному ухудшению здоровья истца; истцу установлена 

<

данные изъяты> группа инвалидности, в связи с производственной травмой, изменение привычного образа жизни, вынужденные ограничения в повседневной жизни, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований и взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 400000 рублей, что соответствует требованиям разумности и справедливости. 

В удовлетворении исковых требований в большем размере истцу надлежит отказать. 

Однако при этом, суд учитывает, что истец после получения травмы и по настоящее время трудоустроен, при этом осуществляет трудовую деятельность, в том числе, и в качестве водителя большегрузных машин, тракториста. 

При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание также факт причинения истцу вреда на производстве, во время исполнения трудовых обязанностей, несвоевременное проведение работодателем расследования и составление акта о несчастном случае на производстве, объем и характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, обусловленных получением травмы, степень вины самого ФИО1, допустившего неосторожность и невнимательность, отсутствие указания на степень вины работодателя, организационно-правовой статус и финансовое положение ответчика, иные обстоятельства дела.

Согласно статье 1083 ГК РФ, вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит (п. 1). Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (п. 2). Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно (п. 3).

Таким образом, нормативно основанием для уменьшения размера возмещения вреда является совершение потерпевшим грубой неосторожности, которая содействовала возникновению или увеличению вреда.

Однако, согласно акту Н-1, грубая неосторожность или умысел в действиях ФИО1, не усмотрены.

При этом, оснований для полного освобождения ответчика от ответственности также не имеется.

По мнению суда, взысканный размер компенсации морального вреда в пользу истца согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости.

Доводы стороны ответчика о том, что не установлена вина работодателя, в связи с чем, в удовлетворении исковых требований необходимо отказать, травма произошла не на территории принадлежащей ответчику, основаны на неверном толковании норм действующего законодательства и не опровергают выводы суда по обстоятельствам дела.

Несчастный случай произошел с истцом, являющимся работником ответчика, в месте выполнения работы, предусмотренной трудовой функцией истца, и во время рабочей смены, при выполнении непосредственных должностных обязанностей. 

Тот факт, что не установлена вина работодателя не освобождает ответчика от предусмотренной действующим законодательством компенсации перенесенных истцом нравственных и физических страданий при получении травмы на производстве. 

То обстоятельство, что в несчастном случае, произошедшим с истцом имеется и его вина, не препятствует удовлетворению заявленного им требования о компенсации морального вреда. 

Довод стороны ответчика о том, что у истца имелись еще хронические заболевания, на основании которых ему и была установлена инвалидность судом не принимается, поскольку противоречат исследованным письменным доказательствам, в частности, доказательства, имеющимся в личном деле МСЭ на имя ФИО1 

Представленный стороной ответчика в материалы дела акт № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ судом не может быть принят в качестве надлежащего доказательства своевременного составления акта, поскольку данный акт составлен с нарушениями требований норм действующего законодательства. 

В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации. Размер государственной пошлины определяется согласно п.п. 1 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации и по данному спору составляет 3000 рублей, поскольку заявлено требование неимущественного характера. 

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью "Компания" Востсибуголь" о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО1 (паспорт 

<

данные изъяты>) с Общества с ограниченной ответственностью "Компания" Востсибуголь" ( ИНН 

<

***>) компенсацию морального вреда в размере 400000 рублей. 

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Компания" Востсибуголь" (ИНН 

<

***>) государственную пошлину в доход бюджета города Усть-Илимск в размере 3000 рублей. 

В удовлетворении исковых требований в большем размере истцу отказать. 

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Усть-Илимский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий судья Т.М. Шейко 

Мотивированное решение изготовлено 7 апреля 2025 г.