Дело № 2 -1318/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Омск 12 апреля 2017 года 

Центральный районный суд города Омска в составе председательствующего судьи Баловой Т.А., при секретаре судебного заседания Баевой В.Н.., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску П.С.В. к Акционерному обществу «ЮниКредит Банк» о защите прав потребителей,

установил:

Истец обратился в суд с названным иском, в обоснование требований указав, что 16.11.2016 между ним и АО «ЮниКредит Банк» был заключен кредитный договор №, согласно которому Банк предоставил Заёмщику денежные средства в размере 

<

данные изъяты> рублей.

В сумму кредита включены денежные средства, направленные банком в качестве платы страховой премии по договору личного страхования жизни и здоровья заемщиков кредита в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Считает данные действия Банка не правомерными, в связи с чем, с АО «ЮниКредит Банк» подлежит взысканию сумма в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Истец обращался к ответчику с претензией, однако банком претензия истца оставлена без ответа.

Заключенный кредитный договор представляет собой бланк типовой формы, в соответствии, которым присутствует пункт об обязанности заемщика осуществить личное страхование.

Кредитный договор между истцом и ответчиком заключен по правилам ст. 428 ГК РФ, путем присоединения заемщика к предложенным условиям в целом в виде подписания договора о предоставлении кредита, разработанного банком, из чего следует, что заемщик был лишен возможности влиять на содержание договора в целом, и вынужден принимать условия, ущемляющие его права как потребителя.

Текст типовой формы указанного кредитного договора содержит неотъемлемые признаки договора присоединения к условиям банка и обязывает истца приобрести дополнительную услугу по страхованию жизни и здоровья без возможности внесения отказа от соответствующей услуги по страхованию со стороны заемщика.

Более того, подписание договора страхования осуществляется посредством агентских услуг банка (кредитным менеджером сотрудником банка в структурном подразделении банка), у заемщика не было возможности влиять и на содержание существенных условий страхования. Документы, входящие в состав кредитного пакета (предоставляемые заемщику для подписания, как стандартная процедура банка по выдаче кредита) изготовлены типографским способом, сам договор страхования не содержит оригинальной подписи и оттиска печати страховщика.

Полагает, что у заемщика есть право, а не обязанность заключать договор страхования ответственности заемщика.

Следовательно, банк, обязывая заемщика заключить договор страхования жизни и здоровья фактически страхует свой риск невозврата денежных средств, при том, что риск ключевое условие, входящее в понятие любой предпринимательской деятельности.

В выданный заемщику для подписания кредитный договор изначально заложено согласие - включено условие о страховании жизни и здоровья заемщика, не предоставляя возможности выбора.

Однако наличие подписи заемщика в договоре и его неотъемлемых частях не означает добровольность выбора истца на получение кредита с условием страхования жизни и здоровья, т.к. заемщик, являясь экономически слабой стороной отношений, не мог эффективно отстаивать свои интересы при получении кредита, в связи с чем, силу правовой некомпетентности, истец принимал оспариваемое условие договора как необходимое для заключения договора кредитования и не мог достоверно знать о его законности, поскольку не был поставлен в известность о том, что он вправе рассчитывать на получение кредита, в том числе на условиях, не дискриминирующих его как заемщика (существенное увеличение процентной ставки за пользование кредитом в случае отказа от страхования), без приобретения дополнительных услуг.

Навязанный банком договор страхования так же нарушает права потребителя, поскольку исполнения обязательств по кредитному договору, заключенному с банком, возврат страхователю уплаченной страховой премии за неиспользованный период не осуществляется.

Заемщик ставится в заведомо невыгодное положение, теряя возможность в случае досрочного исполнения обязательств по кредиту и отпадения необходимости обеспечения исполнения обязательств по нему - на возврат части неиспользуемой страховой премии, в том числе реализовать свое право потребителя в случае неудовлетворенности работой страховой организации сменить страховщика на предлагающего возможность более выгодные условия страхования, что является недопустимым.

Предложный истцу договор ущемляет права потребителей, поскольку не предусматривает возможность выбора оплачивать страховую премию путем оказания услуг по безналичному переводу денежных средств банком, либо оплачивать наличными денежными средствами в страховую организацию. Ограничивается безналичным расчетом посредством предоставления дополнительных услуг (платежного агента) банка.

Поскольку договор страхования устанавливает единственный источник денежных средств для уплаты страховой премии, а именно оплата страховой премии безналичным порядком за счет кредитных денежных средств, данное положение является недопустимым и противоречащим законодательству РФ, а права истца нарушенными.

Действия банка по перечислению денежных средств в размере 

<

данные изъяты> рублей противоречат п. 4.2. Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств.

Устанавливая в заявлении на страхование в качестве страховщика единственное юридическое лицо (указание конкретной страховой компании), ответчик обязывает заемщика застраховаться только в этой страховой компании, нарушая тем самым право физического лица - потребителя на предусмотренную статьей 421 ГК РФ свободу как в выборе стороны в договоре, так и в заключении самого договора.

При заключении кредитного договора банком было навязано условие о личном страховании в конкретной страховой компании.

Типовая форма кредитного договора банка, не содержит условий, предоставляющих возможность заключить договор страхования жизни и здоровья с другой страховой компанией, предлагающей более выгодные условия страхования, влияющие как на саму страховую защиту, так и на ее стоимость.

Следовательно, банк заинтересован в заключении заемщиком договоров страхования жизни, здоровья и иных рисков в страховой компании, с которой он состоит в договорных отношениях и получает значительную часть прибыли от заключенных договоров страхования.

Банк предлагал заемщику застраховаться только в указанной компании, действовал в своем интересе и в свою пользу, в частности, включая в условия страхования, достигнутые им с единственным страховщиком соглашения по всем интересующим его существенным условиям: о страховых рисках, размере страховой суммы, сроке действия договора страхования. При этом у заемщика отсутствует какая-либо возможность участия в согласовании существенных условий договора страхования и внесения каких-либо изменений на стадии заключения договора. Поскольку банк является агентом страховщика, следовательно, получает агентское вознаграждение за услугу страхования. 

Следовательно банк нарушил ст. 10 Закона РФ «О защите прав потребителей», ограничив права потребителя на выбор услуги.

Условие кредитного договора о страховании жизни и здоровья истца в конкретной страховой компании ущемляет право потребителя финансовой услуги по сравнению с правилами, установленными законом и иными правовыми актами РФ в области защиты прав потребителей, так как незаконно ограничивает выбор страховой компании, в связи с чем, данное условие кредитного договора, является ничтожным, убытки истца, выраженные в оплате суммы страховой премии подлежит взысканию с ответчика. 

Кредитный договор содержит условия об обязанности банка перечислить со счета заемщика часть кредита в размере 

<

данные изъяты> рублей для оплаты страховой премии страховщику. В тексте договора страхования указано, что он вступает в законную силу с даты списания со счета страхователя страховой премии в полном объеме.

До сведения заемщика не была доведена информация о размере вознаграждения банку из суммы страховой премии, перечисляемой со счета потребителя в пользу страховщика за подключение клиента к программе страхования, данное вознаграждение не согласовывалось с клиентом.

Поскольку банком нарушено право истца на предоставление достоверной информации обеспечивающей право выбора услуги, убытки истца в размере уплаченной страховой преми в связи с нарушением данного права подлежат взысканию с ответчика.

Навязанные услуги по страхованию, не предоставление сотрудниками банка информации о возможности отказа от услуги по страхованию при подписании документов по кредиту и в последующие 5 дней (период охлаждения), а также о роли банка как агента в данных правоотношениях, сумме агентского вознаграждения и действительной сумме страховой премии повлекло значительные убытки и временные потери истца как потребителя, необходимость обращаться за консультацией к юристу а также моральные волнения и переживания. В связи с этим истцу причинен моральный вред, который он оценивает в размере 

<

данные изъяты> рублей. 

Ссылаясь на положения ст.ст. 15, 17, 45 Закона РФ «О защите прав потребителей», Постановления Пленума Верховного Суда от 28.06.2012 № 17, Конституции РФ, ст. 15 ГК РФ, просит взыскать с АО «ЮниКредит Банк» в свою пользу убытки в размере 

<

данные изъяты> рублей, компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей, расходы по оплате услуг нотариуса в размере 

<

данные изъяты> рублей, штраф в размере 50% от взысканной суммы (л.д.2-5).

В порядке ст. 43 ГПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица привлечено ООО СК «Кадриф».

Истец в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в тексте искового заявления просил рассмотреть дело без его участия.

Представитель ответчика АО «ЮниКредит Банк» в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, представил письменный отзыв (л.д.37-47), в котором указал, что при заключении кредитного договора истец сформулировал цели кредита полностью отвечающие его собственным интересам, сообщил об этих целях банку в заявлении от 12.11.2016, никак не изменил свои намерения до заключения кредитного договора от 16.11.2016, никаких возражений или поправок относительно целевого использования кредита ответчику до заключения кредитного договора не сообщил, доказательств тому, что он возражал против каких-либо условий кредитного договора, истцом не представлено. Одновременно, и последующее поведение истца говорит о том, что приобретенное истцом в результате целевого использования кредита право требования от страховщика выплаты страхового возмещения имеет для истца реальную потребительскую ценность, так как истец не отказался от своего личного страхования и до настоящего времени. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что истребование и получение у ответчика кредита на оплату услуг личного страхования было результатом свободного выбора истца. В заявлении от 12.11.2016 истцом проставлены отметки в разделе Заявления «Страхование лгизни и здоровья» и «Включение в сумму кредита оплаты страховой премии по страховой программе «Классика» от ООО «Страховая компания «Кадриф». При этом сноски 1 и 3 к вышеуказанным разделам Заявления от 08.12.2016. указывают на то, что заполнение данных разделов заявления и заключение соответствующих договоров страхования не является обязательным условием и производится итсключительно на усмотрение заемщика. Отказ от заполнения данных разделов и заключения оответствующих договоров страхования не повлияет на дальнейшее предоставление кредита, не может послужить причиной отказа банка в предоставлении кредита или внесения в кредитный договор условий, ухудшающих положение заемщика. Заемщик вправе заключить договор страхования жизни и здоровья в иной страховой компании по своему выбору. Каких-либо доказательств того, что истец возражал против заключения кредитного договора на иных условиях, предоставлял протокол разногласий к кредитному договору либо иным образом выразил свое несогласие на заключение договора страхования, истцом не предоставлено, истец также не отказался и от получения кредита. Таким образом, тексты заявления от 12.11.2016, Индивидуальных условий от 16.11.2016, Общих условий опровергают доводы истца об обязательном заключении договора страхования при кредитовании и понуждению к подписанию кредитного договора с соответствующими условиями. Соотваетственно, довод истца о требовании банка о страховании заемщика в конкретной названной банком страховой компании и навязывание условий страхования при заключении кредитного договора не основано на законе, не имеет под собой оснований, не соответствует фактическим обстоятельствам и не подтвержден документально. Доказательств понуждения к заключению кредитного договора истец не представил. Между ООО «СК «Кардиф» и ФИО1 заключен договор страхования, на основании которого истец обязан уплатить страховщику страховую премию в размере, указанном в разделе «Страховая премия» - 

<

данные изъяты> рублей. Соответственно, необоснованно и не соответствует фактическим обстоятельствам заявление истца о том, что ему была навязана услуга по страхованию жизни и трудоспособности и о том, что он с информацией об услуге страхования ознакомлен не был, поскольку собственноручная подпись истца на заявлении от 12.11.2016, кредитном договоре от 16.11.2016, договоре страхования, заключенном итцом с ООО «СК «Кардиф», свидетельствует об обратном. Своей подписью на договоре страхования истец подтверждает, что он действует добровольно и в собственных интересах и осознает, что заключение договора страхования не является обязательным условием предоставления либо заключения каких-либо иных договоров. Таким образом, заявления истца относительно навязывания ему услуг по страхованию определенных рисков необоснованны, не соответствуют фактическим обстоятельствам, представляемые суду ответчиком доказательства подтверждают обратное, в то время как истец не предоставил никаких доказательств в обоснование своих доводов. Кроме того, ФИО1 и АО «ЮниКредит Банк» не находятся в правоотношениях по договору поручения, комиссии или агентскому договорам и банк не поручал истцу производить какие-либо расходы за счет банка, следовательно, банк не может быть ответственен за возмещение расходов, которые не были произведены за его счет на законных основаниях. Страховая премия в связи со страхованием жизни и трудоспособности была уплачена истцом другому лицу – страховой компании, и на основании иной сделки, сторонами которой являются ФИО1 и ООО «СК «Кардиф», следовательно, требовать с банка взыскания страховой премии неправомерно. При заключении договора истцу была предоставлена вся необходимая и достоверная информация, обеспечивающая возможность правильного выбора. В соответствии со ст. 12 Закона РФ «О защите прав потребителей» истец вправе в разумный срок отказаться от исполнения договора страхования, обратившись с требованиями о его расторжении, однако, обратился в суд только в феврале 2017 и с требованиями о взыскании страховой суммы не со страховщика, а к банку, который не является стороной договора страхования. С учетом изложенного, полагает, что истец злоупотребляет своим правом, в связи с чем в удовлетворении исковых требований просил полностью отказать. 

Представитель третьего лица ООО СК «Кадриф» в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Исследовав материалы гражданского дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему. 

Согласно ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора; условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Согласно п. 1 ст. 819 ГК РФ, по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Статьей 927 ГК РФ установлено, что страхование может быть обязательным и добровольным. В случаях, когда законом на указанных лиц возлагается обязанность страховать в качестве страхователей жизнь, здоровье или имущество других лиц либо свою гражданскую ответственность перед другими лицами за свой счет или за счет заинтересованных лиц (обязательное страхование), страхование осуществляется путем заключения договора в порядке главы 48 Гражданского кодекса РФ.

В силу ст. 934 ГК РФ по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

В силу ст. 940 ГК РФ, договор страхования может быть заключен путем составления одного документа (пункт 2 статьи 434) либо вручения страховщиком страхователю на основании его письменного или устного заявления страхового полиса (свидетельства, сертификата, квитанции), подписанного страховщиком. В последнем случае согласие страхователя заключить договор на предложенных страховщиком условиях подтверждается принятием от страховщика указанных в абзаце первом настоящего пункта документов.

Обязанность страховать свою жизнь или здоровье не может быть возложена на гражданина по закону (п. 2 ст. 935 ГК РФ).

Согласно статье 16 Закона РФ «О защите прав потребителей» условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 12.11.2016 ФИО1 в адрес АО «ЮниКредит Банк» было направлено заявление на предоставление ему денежных средств в рублях на покупку поддержанного транспортного средства. Стоимость транспортного средства с учетом дополнительного оборудования составляет 

<

данные изъяты> рублей, размер первоначального взноса – 

<

данные изъяты> рублей, сумма кредита на оплату транспортного средства – 

<

данные изъяты> рублей, срок действия кредита – 60 месяцев (л.д.49).

16.11.2016 между ФИО1 и АО «ЮниКредит Банк» был заключен кредитный договор на сумму 

<

данные изъяты> рублей на срок до 16.11.2021 под 18,9 % годовых (л.д. 9-10).

В соответствии с договором страхования, заключенным 16.11.2016 между ФИО1 и ООО «СК «Кардиф», страховая премия по данному договору составляет 

<

данные изъяты> рублей (л.д.58).

Согласно платежному поручению № 3 от 16.11.2016 была произведена оплата за ФИО2 страховой премии по договору страхования № № от 16.11.2016 в размере 

<

данные изъяты> рублей, НДС не облагается (л.д.57).

Согласно положениям ст. 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

На основании п. 22 заемщик передает в залог банку автомобиль с установлением согласованной стоимости автомобиля в размере 

<

данные изъяты> рублей в обеспечение надлежащего исполнения обязательств по погашению задолженности по кредиту и иных денежных обязательств по договору (л.д.52).

08.02.2017 истец обратился в банк с претензией о возврате денежных средств в размере 

<

данные изъяты> рублей (л.д.16).

Разрешая заявленные требования, с учетом представленных сторонами доказательств, руководствуясь общими положениями ГК РФ о заключении договора, Законом РФ «О защите прав потребителей», суд приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания с АО «ЮниКредит Банк» суммы удержанной страховой премии, компенсации морального вреда и штрафа.

Так, в заявлении от 12.11.2016 истцом проставлены отметки в разделе заявления «Страхование жизни и здоровья» и «Включение в сумму кредита оплаты страховой премии по страховой программе «Классика» от ООО «Страховая компания «КАРДИФ» (л.д.49).

Проставление истцом отметок в соответствующих разделах заявления от 12.11.2016 и собственноручная подпись истца под вышеизложенным указывает на его волеизъявление и его свободу выбора программы страхования, соответственно, мнение истца о навязывании ему услуг страхования не соответствует фактическим обстоятельствам, как не соответствует фактическим обстоятельствам утверждение истца о том, что банк нарушил права истца в части указания единственной страховой компании, с которой возможно заключить договор страхования. 

Текст заявления истца от 12.11.2016 указывает на обратное, в нем перечислены на выбор заемщика программы страхования и страховые компании. Соответственно, вывод истца о понуждении его ответчиком к заключению договора страхования в указанной банком страховой компании, также не соответствует действительности и не находит документального подтверждения. Собственноручные подписи истца на тексте заявления и кредитном договоре подтверждают обратное.

Как следует из п. 11 кредитного договора, целью получения кредита является оплата части стоимости заемщиком у ООО «Аларм-моторс Лахта» транспортного средства марки KIA Sportage, VIN: №, год выпуска 2014, оплата страховой премии за 1 год страхования по заключенному заемщиком договору имущественного страхования транспортного средства в соответствии с п. 9.2.2 Договора в размере 

<

данные изъяты> рублей, оплата страховой премии в размере 

<

данные изъяты> рублей по заключенному заемщиком договору страхования жизни и трудоспособности № № от 16.11.2016 (л.д.50-53).

Пунктом 21 кредитного договора подписанием настоящих индивидуальных условий заемщик поручает банку, а банк принимает к исполнению поручения заемщика в дату зачисления суммы кредита на счет: осуществить перевод 

<

данные изъяты> рублей с текущего счета заемщика в пользу ООО «Аларм-моторс Лахта» по договору купли-продажи автотранспортного средства № № от 12.11.2016 включая НДС; осуществить перевод 

<

данные изъяты> рублей с текущего счета заемщика в пользу ПАО СК «Росгосстрах», назначение платежа «Оплата по полису №»; осуществить платеж 

<

данные изъяты> рублей с текущего счета заемщика в пользу ООО «СК «Кадриф», назначение платежа: «П.С.В. – оплата по договору страхования жизни и трудоспособности № № от 16.11.2016, НДС не облагается».

При заключении кредитного договора, истец подтвердил, что банк предоставил ему всю необходимую информацию о возможности кредитования без оформления любого из необязательных в соответствии с действующим законодательством РФ видом страхования, указанных в п. 11.1 настоящих индивидуальных условий. Перечень видов необязательных в соответствии с действующим законодательством РФ видов страхования выбран заемщиком самостоятельно и отвечает его интересам (п.24).

Добровольность заключения договора страхования подтверждается отсутствием в спорном кредитном договоре каких-либо условий, ставящих предоставление кредитных средств в зависимость от страхования заемщиком рисков.

Истцом лично подписан кредитный договор, включающий в себя условия выдачи кредита, в том числе суммы на оплату страховой премии, что свидетельствует о добровольном принятии заемщиком условий страхования.

Договор страхования является самостоятельной сделкой, которая заключена на основании отдельного от кредитного договора волеизъявления заемщика.

Доводы истца о том, что кредитный договор является типовым, его условия заранее были определены банком в стандартных формах, он был лишен возможности повлиять на его содержание, был вынужден заключить договор на невыгодных для себя условиях, суд находит необоснованными, поскольку в соответствии с п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Кредитный договор, заключенный между сторонами, составлен в письменной форме, заемщик был ознакомлен с условиями кредитного договора, о чем свидетельствует его подпись.

Доводы стороны истца о том, что банк навязал истцу услугу по страхованию при заключении кредитного договора, чем нарушил право истца на свободный выбор услуги по страхованию, в том числе на выбор страховой компании, срока действия договора страхования и размера страховой суммы, судом признает несостоятельными.

Страхование жизни и трудоспособности истца не является обязательным условием кредитного договора, не влияет на предоставление банком кредита и должно осуществляться им исключительно по собственной воле. В данном случае истец по собственной инициативе застраховал свою жизнь и трудоспособность, на что указывает отсутствие как в общих условиях, так и в кредитном договоре обязанности страхования вышеуказанных рисков заемщика. Более того, в заявлении от 12.11.2016 в разделе «Страхование жизни и здоровья» указано на согласие либо несогласие с добровольным страхованием рисков жизни и утраты трудоспособности и заемщику предоставлено право выбора, о чем он делает соответствующую отметку. Истцом самостоятельно был сделан вывод о добровольном страховании вышеуказанных рисков, что подтверждается собственноручной подписью истца на заявлении от 12.11.2016, которая истцом не оспаривается. Доказательств того, что истец не соглашался со страхованием жизни и трудоспособности, последним не представлено. Соответственно, неправомерны, необоснованны и не соответствуют фактическим обстоятельствам заявления истца относительно навязывания ему услуг страхования и требования о взыскании с банка суммы страховой премии и всех остальных сумм, указанных истцом в его исковом заявлении, являющихся производными от основного требования.

Истец по собственной воле застраховал вышеуказанные риски и дал поручение ответчику перечислить страховую премию в пользу страховой компании, выбранной им самостоятельно. Раздел «Страхование жизни и здоровья» в заявлении от 12.11.2016 указывает на то, что в случае согласия страхования вышеуказанных рисков договор страхования жизни и здоровья может быть заключен заемщиком в любой страховой компании.

Каких-либо доказательств того, что истец возражал против заключения кредитного договора на иных условиях, предоставлял протокол разногласий к кредитному договору либо иным образом выразил свое несогласие на заключение договора страхования, истцом не предоставлено, истец также не отказался и от получения кредита.

Таким образом, тексты заявления от 12.11.2016, Индивидуальных условий от 16.11.2016, Общих условий опровергают доводы истца об обязательном заключении договора страхования при кредитовании и понуждению к подписанию кредитного договора с соответствующими условиями. Соответственно, довод истца о требовании банка о страховании заемщика в конкретной названной банком страховой компании и навязывание условий страхования при заключении кредитного договора не основано на законе, не имеет под собой оснований, не соответствует фактическим обстоятельствам и не подтвержден документально.

Доказательств понуждения к заключению кредитного договора истец не представил.

Заключая договор страхования со страховой компанией, П.С.В. дал поручение банку перечислить страховой компании часть кредитных средств в качестве страховой премии, на что указывает п.21 кредитного договора.

В данном случае заинтересованным в заключении договора страхования является П.С.В., который застраховал свою жизнь и трудоспособность против рисков неуплаты им самим и его наследниками кредита.

Согласно заключенному между ООО «СК «Кардиф» и П.С.В. договору страхования истец обязан уплатить страховщику страховую премию в размере, указанном в разделе «Страховая премия» - 

<

данные изъяты> рублей. Соответственно, необоснованно и не соответствует фактическим обстоятельствам заявление истца о том, что ему была навязана услуга по страхованию жизни и трудоспособности и о том, что он с информацией об услуге страхования ознакомлен не был, поскольку собственноручная подпись истца на заявлении от 12.11.2016, кредитном договоре от 16.11.2016, договоре страхования, заключенном итцом с ООО «СК «Кардиф», свидетельствует об обратном. Своей подписью на договоре страхования истец подтверждает, что он действует добровольно и в собственных интересах и осознает, что заключение договора страхования не является обязательным условием предоставления либо заключения каких-либо иных договоров (п. 2 договора страхования).

Таким образом, доводы истца относительно навязывания ему услуг по страхованию определенных рисков необоснованны, не соответствуют фактическим обстоятельствам, представляемые суду ответчиком доказательства подтверждают обратное, в то время как истец не предоставил никаких доказательств в обоснование своих доводов. 

Кроме того, П.С.В. и АО «ЮниКредит Банк» не находятся в правоотношениях по договору поручения, комиссии или агентскому договорам и банк не поручал истцу производить какие-либо расходы за счет банка, следовательно, банк не может быть ответственен за возмещение расходов, которые не были произведены за его счет на законных основаниях.

Как следует из искового заявления, истец требует взыскать с ответчика сумму страховой премии, однако, банк не является страховой организацией и никогда не получал от П.С.В. денежных средств в уплату страховой премии, следовательно, не может нести обязательства по возврату именно страховой премии.

Вышеуказанная сумма страховой премии не может быть востребована с банка, поскольку последний, не является ни стороной сделки, по которой такая сумма была уплачена истцом, ни получателем такого исполнения.

Таким образом, страховая премия в связи со страхованием жизни и трудоспособности были уплачены истцом другому лицу - страховой компании, и на основании иной сделки, сторонами которой являются только П.С.В. и ООО «СК «Кадриф» и, следовательно, требование истца о взыскании страховой премии с банка является неправомерным.

Кроме того, в соответствии со ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. При заключении кредитного договора данное условие было соблюдено, доказательств обратного истцом не предоставлено. Согласно ст. 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться, помимо указанных в ней способов, и другими способами, предусмотренными законом или договором. Приведенные правовые нормы свидетельствуют о том, что в кредитных договорах может быть предусмотрена возможность застраховать свою жизнь, здоровье и трудоспособность в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и в этом случае в качестве выгодоприобретателя может быть указан банк, но при этом страховая сумма оплачивается страховой компании, а не банку. Страхование жизни и здоровья заемщика относится к мерам по снижению риска невозврата кредита, в то время, как погашение кредита заемщика за счет страхового возмещения исключает неблагоприятные последствия в случае утраты им источников погашения долга - независимо от того, утрачены ли они или нет вследствие нетрудоспособности.

Условия предоставления кредитных средств физическому лицу со стороны банка не ставятся в зависимость от заключения или незаключения договора страхования определенных рисков с конкретной страховой компанией. Доказательств обратного в материалы дела не предоставлено. 

Таким образом, добровольность страхования в ООО «СК «Кардиф» выражена истцом путем проставления подписи, соответственно, связанные с этим гражданско-правовые последствия в виде перечисления обязательных страховых сумм, относятся именно на истца. Иное толкование законодательства ущемляет права и законные интересы других участников гражданского оборота, при том, что истцом несогласие с представленными условиями кредитования банка в какой-либо форме при подписании кредитного договора заявлено не было.

Разрешая спор, суд, учитывая, что в качестве способа обеспечения исполнения обязательств в кредитном договоре может быть предусмотрена возможность заемщика застраховать свою жизнь и здоровье, приходит к выводу о том, что договор страхования был заключен истцом добровольно. Из содержания кредитного договора усматривается, что заключение кредитного договора не было обусловлено обязательным страхованием жизни заемщика. Истец, действуя по своему усмотрению, самостоятельно заключил договор страхования, выдал распоряжение банку о перечислении страховой премии страховщику. Таким образом, при заключении кредитного договора П.С.В. как заемщику была предоставлена вся необходимая и достоверная информация, обеспечивающая возможность правильного выбора. При этом доказательства, подтверждающие то обстоятельство, что банк обусловил заключение кредитного договора обязательным заключением договора страхования, чем существенно нарушил право заемщика на свободный выбор услуги, а также возложил на заемщика бремя несения дополнительных расходов по страхованию, материалы дела не содержат. В связи с чем, суд не усматривает законных оснований для удовлетворения требований о взыскании убытков в связи с оплатой страховой премии.

Кроме того, из анализа вышеприведенных норм права применительно к сложившимся между сторонами правоотношениям следует, что страхование жизни и здоровья является допустимым способом обеспечения возврата кредита.

Учитывая, что требования о взыскании компенсации морального вреда и штрафа являются производными от основного требования, в удовлетворении которого судом отказано, правовых оснований для удовлетворения указанных требований также у суда не имеется.

По правилам ст. 98 ГПК РФ, заявленные истцом судебные расходы на оплату услуг нотариуса распределению также не подлежат в связи с принятием решения об отказе в удовлетворении иска.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований П.С.В. к Акционерному обществу «ЮниКредит Банк» о защите прав потребителей, отказать.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Омский областной суд через Центральный районный суд города Омска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Т.А. Балова 

Решение суда в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ.