Дело № 2-1/17 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

г. Калач 04 октября 2017 г.

Калачеевский районный суд Воронежской области в составе: 

председательствующего ЗЕЛЕНКОВОЙ Н.В., 

с участием истца ФИО1, её представителя ФИО2,

ответчика ФИО3, и его представителей ФИО4 и ФИО5,

представителей ответчика ООО «Семейная Стоматология» ФИО6 и ФИО7,

при секретаре Гребенниковой П.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 и Обществу с ограниченной ответственностью «Семейная Стоматология» о возмещении расходов и компенсации морального вреда в связи с нарушением прав потребителей,

УСТАНОВИЛ:

Истец просит суд, с учетом уточнений исковых требований, взыскать с ответчика 48000 руб. стоимость не оказанных стоматологических услуг, 76000 руб. возврата уплаченных денежных средств за некачественно оказанные стоматологические услуги (17, 27, 12, 11, 24, 45, 44, 33, 35 зубов), 66133,33 руб. стоимость расходов по устранению негативных последствий некачественного лечения, штраф в размере 50% от стоимости подлежащей взысканию суммы в соответствии с законом «О защите прав потребителей», и 200000 руб. в качестве компенсации причиненного истцу морального вреда.

В обоснование своих требований истец указал следующее: истец являлась пациенткой ответчика ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. На приеме ДД.ММ.ГГГГ у ФИО3 истец ФИО1 пояснила, что ей необходимо оказать медицинскую услугу по установке коронки из металлокерамики на каждый из больных зубов по отдельности, а при отсутствии зуба - недорогой зубной протез. Всего ей нужно было полечить таким образом № зубов, но ответчик убедил истца, что из эстетических соображений лучше все передние зубы будут выглядеть в одном стиле, для чего нужно сточить еще № здоровых зуба, на что ФИО1 дала свое согласие. Ответчик взялся за эту работу с оплатой в размере 127000 рублей. Указанную сумму истец начала выплачивать ответчику частями и на протяжении почти ДД.ММ.ГГГГ выплатила ему 88000 рублей, причем документов об оплате ответчик истцу не предоставлял. По окончании подготовки № зубов к установке коронок (стоимость этой работы составила 40000 рублей) ответчик поставил на них временные коронки. Однако в дальнейшем вместо согласованных ранее металлокерамических коронок ответчик поставил истцу на верхнюю челюсть (на 8 верхних зубов) сплошной дюбельный протез, на установку которого ФИО1 согласия не давала, к тому же потребовал с неё за этот протез еще 170000 рублей. Протез истцу не подошел (с ним у неё болели зубы и его невозможно было носить). В связи с этим данный протез по требованию истца ответчик снял ДД.ММ.ГГГГ и снова поставил ей временные коронки ДД.ММ.ГГГГ. Также ответчик предложил истцу теперь уже на нижнюю челюсть поставить коронки с оплатой 120000 рублей. С этим ФИО1 не согласилась, так как увидела, что назначаемая ответчиком стоимость все время растет. Ввиду этого она решила отказаться от дальнейших услуг ответчика и потребовала от него возвратить 48000 рублей разницы между произведенной оплатой и стоимостью фактически выполненных работ. С момента предъявления истцом указанного требования ответчик отказался его выполнить, прекратил с ней общаться и при её попытках обсудить с ним варианты возврата излишне уплаченных за произведенную без её согласия и неподходящую ей услугу, ответчик стал выгонять ФИО1. В связи с этим истец отправила ответчику претензию, в которой изложила все вышеуказанные обстоятельства и потребовала от ответчика выплатить в течение 5 дней с момента получения им данной претензии денежную сумму 48000 рублей излишне выплаченных за оказание несогласованной с истцом и неподходящей ей услуги (работы). На эту претензию, полученную ответчиком ДД.ММ.ГГГГ он никакого ответа не дал. В дальнейшем поставленный ответчиком протез пришел в полную негодность по причине некачественной его установки и в настоящее время у истца возникают большие затруднения во время еды. ФИО1 считает, что она имеет право на возмещение ущерба, вызванного неоказанием ей оплаченной услуги должного качества в полном объеме. Также ФИО1 ответчику были оплачены установка двух имплантов нижней челюсти на сумму 36000 рублей, в процессе установки протеза были сточены три здоровых зуба. Вся работа, произведенная ответчиком по причине ее некачественности требует полной переделки и повторного лечения, которое истец оценивает в 66133,33 руб.. Согласно Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» в случае нарушения прав потребителя в его пользу подлежит штраф в размере 50 % и компенсация морального вреда, взыскиваемых наряду с убытками. В соответствии с этими указаниями Пленума Верховного Суда РФ истец оценивает компенсацию морального вреда в размере 200000 рублей. Данная оценка компенсации причиненного ответчиком морального вреда указана исходя из степени нравственных и физических страданий ФИО1, переживаний по поводу оказанной ей некачественной услуги, а также физической боли и длительного большого дискомфорта, необходимости переделки протезов.

Территориальным отделом Роспотребнадзора в ходе проведенной по заявлению ФИО1 проверки ответчика выявлены допущенные ответчиком в ходе оказания ей вышеуказанных платных медицинских услуг нарушения требований закона и прав потребителя: не предоставлена информация, отсутствует договор на оказание услуг, не выдан документ, подтверждающий произведенную истцом оплату. В связи с этими нарушениями ответчик привлечен к административной ответственности.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала в полном объеме.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании поддержал требования своего доверителя по основаниям указанным в иске, при этом суду показал, что исковые требования изложены в уточненном исковом заявлении, эти требования не меняются. Что касается предоставленных суду доказательств, то не качественно проведенное лечение нашло полное подтверждение в ходе рассмотрения данного дела, что подтверждается результатами как минимум двух экспертиз. Лечение было проведено не качественно, информировать согласие, что такое информированное согласие определено законом, это письменное согласие на проведение манипуляций - письменного согласия не было, следовательно, никакого информированного согласия не было. Это является грубым нарушением закона защиты прав потребителя. На лицо факт серьезного нарушения, причинение морального вреда истице. Что касается протезирования, то представитель истца считает, что в материалах дела имеются достаточное количество доказательств четко подтверждающих, что ФИО3 проводил протезирование не имея на это специального разрешения для поведения такого рода деятельности. В заключении эксперта сказано, что такую деятельность ФИО3 проводить не имел право. В целом представитель истца считает, что все доводы его доверительницы нашли подтверждение в ходе данного дела, бремя доказывания лежит на ответчике ИП ФИО3 согласно закону о защите прав потребителей. Ответчиком ФИО3 не представлено доказательств свидетельствующих в его пользу или опровергающих доводы истицы. В обоснование компенсации морального вреда необходимо отметить, что истица годами испытывает страдания в виде физической боли и в виде переживания, а также в виде неудобств, связанных с тем, что у нее отсутствует часть зубов, и в виде тех последствий, которые ей придется преодолевать впоследствии. Все это в совокупности соответствует тому размеру, который ФИО1 просит взыскать с ИП ФИО3. 

В судебном заседании ответчик ФИО3 возражал против удовлетворения требований ФИО1, показав суду, что считает требования истца незаконными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям: истица обратилась к ответчику ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ по вопросу зубной боли. Объем предстоящей работы заранее определить было невозможно, поэтому договорились, что документы будут оформлены по окончании лечения и, соответственно, произведена оплата стоматологических услуг. Лечение № зубов, которые, как было установлено в результате первичного осмотра и на основании рентгенографии, было окончено ДД.ММ.ГГГГ и произведена оплата в размере 50000 рублей, квитанцию истица не взяла, сообщила, что договор об оказании услуг ей также не нужен. По результатам лечения было рекомендовано протезирование зубов, ФИО3 протезирование не выполнял, так как не имеет соответствующей лицензии. ФИО3 считает, что не причинил истице в результате лечения № зубов какой-либо вред. В соответствии со статьей 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить услуги. В силу пункта 2 статьи 779 ГК РФ правила главы 39 ГК РФ применяются к договорам оказания медицинских услуг. Глава 39 ГК РФ не устанавливает обязательных требований к форме договора возмездного оказания услуг. Согласно статье 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" за нарушение прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) несет ответственность, предусмотренную законом или договором. Если иное не установлено законом, убытки, причиненные потребителю, подлежат возмещению в полной сумме сверх неустойки (пени), установленной законом или договором. Статьей 14 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" установлено, что вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме. Право требовать возмещения вреда, причиненного вследствие недостатков товара (работы, услуги), признается за любым потерпевшим независимо от того, состоял он в договорных отношениях с продавцом (исполнителем) или нет. В соответствии со статьей 29 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе по своему выбору потребовать: безвозмездного устранения недостатков выполненной работы (оказанной услуги); соответствующего уменьшения цены выполненной работы (оказанной услуги); безвозмездного изготовления другой вещи из однородного материала такого же качества или повторного выполнения работы. При этом потребитель обязан возвратить ранее переданную ему исполнителем вещь; возмещения понесенных им расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами. Потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги) и потребовать полного возмещения убытков, если в установленный указанным договором срок недостатки выполненной работы (оказанной услуги) не устранены исполнителем. Потребитель также вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора. Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги). Убытки возмещаются в сроки, установленные для удовлетворения соответствующих требований потребителя. В соответствии со статьей 15 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Исходя из вышеприведенных законоположений требования истицы могут быть удовлетворены лишь при доказанности недостатков выполненной ФИО3 работы по лечению зубов и его вины в неправильном лечении. Требования о взыскании денежных средств за не оказанные услуги подлежат удовлетворению при доказанности факта передачи ответчику ФИО3 суммы сверх 50000 рублей. 

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО4 в судебном заседании возражал против удовлетворения требований ФИО1, показав суду, что считает требования истца незаконными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям: эксперты ссылаются на отсутствие информированного согласия, но это опровергается доказательствами, которые были оглашены в судебном заседании, а именно: телефонные разговоры и с ФИО8 и с ее дочерью. С этого разговора видно, что договоренность была и обсуждались моменты лечения. Значит ФИО1 понимала, что хочет, какова ее цель. Другое дело, что ФИО1 не была готова окончательно оплатить свое лечение и на каком-то этапе она поняла, что это для неё очень дорого, и тогда решила занять такую позицию. Что касается ее исковых требований по компенсации затрат на установку имплантатов, то необходимо отметить, что такую работаю ИП ФИО3 не выполняет. Выводов о работе по протезированию нет по причине того, что не известно, кто выполнил протезирование, так как нет документации. Также ответчик ФИО3 полагает, что размер компенсации морального вреда заявлен в необоснованно высокой сумме, считает, что сумма компенсации морального вреда должна быть снижена до разумных пределов. Нельзя отрицать очевидное, в частности: по вопросам права не должны были высказываться эксперты, по этому поводу должны высказываться участники гражданского процесса. И поскольку отсутствует письменное информирование ФИО1 на проведение, то это обстоятельство можно расценивать как одно из нарушений Закона о защите прав потребителей, а именно потребителей в данном случае медицинской услуги. ФИО4 считает, что те выводы, которые приведены экспертами не качественного лечения может быть компенсировано как потребителю. Считает, что требования о взыскании компенсации в этой части в связи с некачественными услугами не подлежат удовлетворению. По поводу вреда здоровью эксперты указали, что вред здоровью не был причинен. Исковые требования в части, где указано, что причинен вред здоровью - не подлежит удовлетворению, поскольку вред не причинен. ФИО3 признает требования только в части 50000 руб., в остальной части ФИО4 просил суд отказать в удовлетворении требований, так как его доверитель эти требования не признает.

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО5 в судебном заседании возражала против удовлетворения требований ФИО1, показав суду, что считает требования истца незаконными и не подлежащими удовлетворению, поскольку они не подтверждены материалами дела.

По настоящему делу проведены две судебно-медицинские экспертизы, результаты которых имеют некоторые различия.

В соответствии с п.п.1, 2 ст.57 ГПК РФ никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Это положение относится, в том числе, к экспертному заключению.

Ответчик полагает, что как результаты первой экспертизы №№ от ДД.ММ.ГГГГ:.. проведенной в БУЗ ВО «

<

данные изъяты>» (

<

адрес>), так и результаты второй экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ., проведенной в ФГБУ «

<

данные изъяты>» Минздрава РФ (

<

адрес>), не подтверждают того обстоятельства, что ответчиком были оказаны медицинские услуги ненадлежащего качества, и не могут быть положены в основу решения об удовлетворении исковых требований в связи со следующим.

Как первая экспертиза, так и вторая констатировали, что никакого вреда здоровью пациентки ответчиком причинено не было.

Вместе с тем, во втором экспертном заключении (

<

адрес>) имеется ряд выводов, которые ставят под сомнение законность и объективность этого заключения в целом.

Так, при ответе на первый вопрос эксперты - специалисты в области медицины вышли за пределы своей компетенции. В ответе на вопрос дается оценка соответствия заполнения медицинской документации нормам действующего законодательства.

Эксперты не могут делать выводы относительно вопросов права и правовых последствий оценки доказательств (п.8 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе»).

В соответствии с ч.1 ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном объективном непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Оценка доказательств - исключительная компетенция суда.

Однако, при ответе на второй вопрос во втором экспертном заключении (

<

адрес>) эксперты отмечают, что в плане лечения отсутствует подпись пациента, а это «означает, что пациент с ним не ознакомлен».

Такой ответ также выходит за рамки компетенции экспертов.

При ответе на 7-ой вопрос - «Исключается ли, что какие-либо из выявленных экспертизой недостатков лечения зубов ФИО1 врачом ФИО3 быть недостатками лечении пациента в ООО «Семейная стоматология?» - эксперты дают отрицательный ответ. В обоснование ответа имеется ссылка лишь на то, что в медицинской карте не отражены данные ортопантомограммы и прицельных дентальных снимков. При этом эксперты как бы даже не задумываются, что это всего лишь недостаток ведения медицинской документации, но отнюдь не фактические обстоятельства, на основании которых можно делать объективные выводы.

Что касается 8-го вопроса, то ответ на него не может быть положен в обоснование какого бы то ни было решения, поскольку все рассуждения строятся лишь на предположениях. Вопрос состоял в том, какая из методик - примененная в ООО «Семейная стоматология» или ИИ ФИО3 - дает вероятность выхода пломбировочного материала за верхушку корня.

Исходя из взаимосвязи с ответами на другие вопросы, выход пломбировочного материала за верхушку корня возможен как в ООО «Семейная стоматологи», и у ФИО3.

Прямой ответ, указывающий на вину ИП ФИО3 в ответе отсутствует, однако эксперты указывают, что все-таки эго был, вероятно, материал, примененный ФИО3.

С данными выводами согласиться нельзя.

В соответствии со ст.8 Федерального Закона от 31.05.2001г. №73-Ф3 «О государственной судебно-экспертной деятельности» эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме.

Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Таким образом, закон закрепляет требование проверяемости экспертных исследований. 

Вместе с тем, выводы не обоснованы какими бы то ни было ссылками на научное обоснование, источники, труды специалистов.

Отвечая на 9-й вопрос, эксперты делают вывод, что формирование кисты в области корня зуба 12 попадает на период после лечения фиброзного периодонтита в ИП ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ.) до момента ее обнаружения на компьютерной томограмме (ДД.ММ.ГГГГ.). При этом эксперты отмечают, что отсутствует рентгеновский контроль результатов лечения в ООО «Семейная стоматология», и на этом основании они делают вывод, что киста после лечения в ООО «Семейная стоматология» - отсутствовала.

Так что же на самом деле отсутствовало - киста или рентгеновский контроль?

Вместе с тем, следует отметить, что наличие кисты вообще не подтверждено, поскольку это может быть определено лишь при гистологическом исследовании, если на то будет желание пациента.

При ответе на 12-й вопрос также имеют место исключительно предположения не имеющие ничего общего со специальными познаниями, которыми эксперт должен руководствоваться при даче заключения. При всем при том, ответ на вопрос в заключении отсутствует, указано лишь на то, что вероятный период установки имплантатов совпадает со сроком лечения пациента у ИП ФИО3.

При сопоставлении результатов двух экспертиз приходится констатировать, что так и не получено однозначного ответа на вопросы — имеется ли киста, а также кем было допущено выведение пломбировочного материала за пределы верхушки зубов.

Относительно отсутствия либо наличия кисты можно судить по результатам гистологического исследования.

Что касается вопроса о выходе пломбировочного материала, то относительно виновника выхода пломбировочного материала могут быть проверены лишь путем химического анализа. При том, что такой дефект у истца объективно присутствует и исправляется он резекции верхушки корня, ответчик не возражает оплатить такую резекцию, а также оплатить анализы усеченных корней № зуба, где предположительно имеется киста, и имеется выход пломбировочного материала.

Такая манипуляция может быть проведена в Воронежской областной стоматологической поликлинике.

В результате анализов будет определено, имеется ли киста, а также какое именно вещество вышло за пределы каналов - паста эндометазона или эндогерметика (

<

данные изъяты>), что позволит определить виновника допущенного дефекта.

При отсутствии результатов таких экспертных исследований представитель ответчика ФИО9 – ФИО5 считает, что в иске следует отказать.

Истцом заявлены следующие исковые требования: о взыскании стоимости не оказанных услуг; о возврате уплаченных средств за некачественно оказанные услуги; стоимость повторного лечения; стоимость протезирования; штраф за нарушение срока исполнения требований потребителя; компенсация морального вреда.

Из указанных требований следует, что истец желает получить по одним и тем же основаниям денежные средства неоднократно.

Если истцу возвращаются денежные средства за не оказанные либо ненадлежащее оказанные услуги, то эти средства и подлежат расходованию на надлежащее - по мнению истца - лечение. Однако истец требует еще раз уплатить за лечение (требование о взыскании стоимости повторного лечения).

Что касается стоимости протезирования, то она не может быть взыскана с ИП ФИО3. поскольку услуги по протезированию у ИП ФИО3 оказаны не были.

На основании изложенного, представитель ответчика ФИО9 – ФИО5, действующая в интересах ФИО3, просит в иске отказать.

Вместе с тем, в случае, если суд посчитает требования истца подлежащими удовлетворению, просит применить ст.333 ГК РФ к требованиям о взыскании штрафа и снизить размер неустойки.

В соответствии с п.34 Постановления Пленума ВС РФ от 28.06.2012г. №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» размер подлежащей взысканию по закону «О защите прав потребителей» неустойки (пени) может быть уменьшен на основании ст.333 ГК РФ ввиду явной несоразмерности размера неустойки последствиям нарушения обязательства.

Ответчик является индивидуальным предпринимателем, а не юридическим лицом, имеющим значительные материальные ресурсы. Вред здоровью пациента причинен не был.

Также ФИО5 полагает, что размер компенсации морального вреда заявлен в необоснованно высокой сумме. В случае, если суд посчитает требования подлежащими удовлетворению, сумма компенсации морального вреда должна быть снижена до разумных размеров. Истцом никакими доказательствами не обосновано требование о компенсации морального вреда в столь высоком размере.

Представители ответчика ООО «Семейная стоматология» ФИО6 и ФИО7 в судебном заседании показали, что решение по делу оставляют на усмотрение суда.

Выслушав истца и его представителя, ответчика ФИО3 и его представителей ФИО4 и ФИО5, представителей ответчика ООО «Семейная стоматология» ФИО6 и ФИО7, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В соответствии со ст. 84 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» граждане имеют право на получение платных медицинских услуг, предоставляемых по их желанию при оказании медицинской помощи, и платных немедицинских услуг (бытовых, сервисных, транспортных и иных услуг), предоставляемых дополнительно при оказании медицинской помощи.

Платные медицинские услуги оказываются пациентам за счет личных средств граждан, средств работодателей и иных средств на основании договоров, в том числе договоров добровольного медицинского страхования.

Согласно ч. 1 ст. 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Согласно п. п. 27 и 32 Правил предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 04.10.2012 г. № 1006, исполнитель предоставляет платные медицинские услуги, качество которых должно соответствовать условиям договора, а при отсутствии в договоре условий об их качестве - требованиям, предъявляемым к услугам соответствующего вида.

В случае если федеральным законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации предусмотрены обязательные требования к качеству медицинских услуг, качество предоставляемых платных медицинских услуг должно соответствовать этим требованиям.

Вред, причиненный жизни или здоровью пациента в результате предоставления некачественной платной медицинской услуги, подлежит возмещению исполнителем в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии с п. 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Согласно ч. 3 ст. 98 названного закона вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В силу п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 г. № 17 «О рассмотрении судам гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Согласно преамбуле Закона РФ «О защите прав потребителей», настоящим Законом регулируется отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Недостаток товара (работы, услуги) - несоответствие товара (работы, услуги) или обязательным требованиям, предусмотренным законом либо в установленном им порядке, или условиям договора (при их отсутствии или неполноте условий обычно предъявляемым требованиям), или целям, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется, или целям, о которых продавец (исполнитель) был поставлен в известность потребителем при заключении договора, или образцу и (или) описанию при продаже товара по образцу и (или) по описанию.

Существенный недостаток товара (работы, услуги) - неустранимый недостаток или недостаток, который не может быть устранен без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляется неоднократно, или проявляется вновь после его устранения, или другие подобные недостатки.

Согласно ч. 1 и ч. 2 ст. 4 Закона РФ «О защите прав потребителей» продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется.

В соответствии с ч. 1 ст. 29 Закона РФ «О защите прав потребителей» потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе требовать возмещения понесенных им расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами.

Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги). Убытки возмещаются в сроки, установленные для удовлетворения соответствующих требований потребителя.

Положениями ч. 3 данной статьи предусмотрено, что требования, связанные с недостатками выполненной работы (оказанной услуги), могут быть предъявлены при принятии выполненной работы (оказанной услуги) или в ходе выполнения работы (оказания услуги) либо, если невозможно обнаружить недостатки при принятии выполненной работы (оказанной услуги), в течение сроков, установленных настоящим пунктом.

Потребитель вправе предъявлять требования, связанные с недостатками выполненной работы (оказанной услуги), если они обнаружены в течение гарантийного срока, а при его отсутствии в разумный срок, в пределах двух лет со дня принятия выполненной работы (оказанной услуги) или пяти лет в отношении недостатков в строении и ином недвижимом имуществе.

По смыслу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред не по его вине.

На основании ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

В силу ч. 1 ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из вышеприведенных правовых норм следует, что право на компенсацию морального вреда возникает по общим основаниям наступления ответственности за причинение вреда, к числу таких общих условий гражданско-правовой ответственности относятся противоправный характер поведения (действий или бездействия) лица, на которое предполагается возложить ответственность (либо наступление иных специально предусмотренных законом или договором обстоятельств); наличие у потерпевшего лица вреда или убытков; причинная связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими негативными последствиями; вина причинителя вреда.

Для возложения гражданско-правовой ответственности на конкретное лицо, необходима совокупность перечисленных условий. При этом отсутствие хотя бы одного из указанных условий ответственности, исключает ее применение.

В силу положений действующего гражданского законодательства бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательств, в том числе отсутствие дефектов при оказании медицинской помощи лежит на медицинской организации, оказавшей медицинскую помощь.

Доводы истицы, что ответчик ФИО3 оказывал ей медицинские услуги по поводу лечения зубов, не оспаривается ответчиком и подтверждается материалами дела. Как следует из медицинской карты стоматологического больного истец ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ г., ДД.ММ.ГГГГ., ДД.ММ.ГГГГ., ДД.ММ.ГГГГ., ДД.ММ.ГГГГ., ДД.ММ.ГГГГ., ДД.ММ.ГГГГ. посещала врача стоматолога ответчика ФИО3, который проводил лечение. (т.1. л.д. 21-28)

Также судом установлена оплата истцом ответчику ФИО3 за оказанные медицинские услуги в сумме 50000 руб., данное обстоятельство подтверждается квитанцией от ДД.ММ.ГГГГ. (т. 1 л.д. 28)

Ответчиком ФИО3 не было отобрано у ФИО1 письменное информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство или отказ от медицинского вмешательства. Данное обстоятельство фактически не оспаривается ответчиком. Его доводы о том, что устно с истицей обговаривался объем и виды лечения, суд не может расценить как информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство, поскольку в силу требований закона, оно должно быть оформлено в письменном виде.

Эти действия нарушают положения ст. 20 ФЗ от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», ст. 8, ст. 10 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей», о чём ранее уже указывал истец в дополнениях к иску. В силу ст. 12 Закона РФ «О защите прав потребителей» и ч. 1 ст. 1097 ГК РФ, потребитель имеет право на возмещение всех убытков, вызванных нарушением права потребителя на информацию об оказанной услуге. Нарушение права потребителя на информацию является самостоятельным и достаточным основанием для удовлетворения иска.

Также истцом представлены доказательства, подтверждающие её доводы о том, что медицинская помощь ответчиком ФИО3 была ей оказана ненадлежащего качества.

В соответствии со ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

По данному делу по ходатайству сторон было назначено и проведено три судебно медицинские экпертизы.

Согласно заключения комплексной судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №, выполненной ФБГУ «

<

данные изъяты>» Министерства здравоохранения РФ (т.2 л.д. 147-196) следует, что: 

«Согласно пункта 7 статьи 20 Федерального закона от 21.11.2011 №323-Ф3 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство или отказ от медицинского вмешательства оформляется в письменной форме, подписывается гражданином, одним из родителей или иным законным представителем, медицинским работником и содержится в медицинской документации пациента. В представленной медицинской карте стоматологического больного письменные информированные согласия ФИО10 на медицинские вмешательства, проведенные ей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, отсутствуют, что является нарушением вышеуказанного закона.

В представленной медицинской карте на имя ФИО10 отсутствуют сведения о комплексном плане диагностики и методике лечения.

Представленный на отдельном бланке «план» содержит только фактическое состояние зубной формулы на момент обращения, даты посещений и не подтвержденный (клинической и рентгенологической картиной) диагноз - «хронический периодонтит».

Данный план не соответствует стандартизированному плану, не содержит объективной информации о запланированных диагностических и лечебных мероприятиях:

не содержит предварительный, промежуточный и заключительный диагнозы;

отсутствует направление на рентгенологическое исследование, проведение которого является обязательным перед началом лечения; отсутствует рентген-контроль;

отсутствует направление на консультации смежных специалистов: врача- рентгенолога, врача-стоматолога-ортопеда, врача-пародонтолога, врача-хирурга - стоматолога;

в плане отсутствует подпись пациента (это означает, что пациент с ним не ознакомлен).

Все включенные в план терапевтического лечения зубы объединены одним диагнозом - «

<

данные изъяты>». Этот диагноз выставлен без учета клинической картины - «

<

данные изъяты>», свидетельствующей об обострении хронического процесса. Таким образом, данный диагноз не полный - не указано обострение хронического периодонтита всех леченых зубов. Кроме того, нет оценки состояния всей зубочелюстной системы ФИО1 до момента начала стоматологического лечения в «ИП ФИО3», не выставлен диагноз «

<

данные изъяты>».

Согласно представленной медицинской карте стоматологического больного в период лечения ФИО10 в ИП ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ), ей проводилось только терапевтическое лечение, включающее перепломбировку каналов методом латеральной конденсации (гуттаперчивые штифты), установку металлических (11,12) и стекловолоконных (№) штифтов. Сведений об ортопедическом этапе лечения в карте не представлено.

В представленной медицинской карте «ИП ФИО3» комплексный план и запланированные сроки стоматологического лечения не указаны. Для получения каких конкретно стоматологических услуг (терапевтическое лечение, подготовка к протезированию, протезирование) обратилась ФИО10 в данную клинику неизвестно. Сведений об установке ей временных коронок, телескопической конструкции, бюгельного протеза в карте не имеется.

Представленные на экспертизу конструкции являются временными коронками и свидетельствуют о проведении ФИО10 промежуточного ортопедического этапа лечения.

Учитывая отсутствие зубов (вторичную адентию) по данным рентгенологического исследования на ДД.ММ.ГГГГ, протезирование (восстановление зубного ряда) ФИО10 не проведено, то есть лечение по поводу адентии считается незавершенным.

При анализе медицинской документации, составленной в ИП ФИО3, согласно записям в карте: при рентгенологическом исследовании от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ отмечено, что у зубов №, №, №, №, № № № «... каналы запломбированы плотно до верхушки». Следует отметить, что имеется противоречие между дневниковыми записями в медицинской карте: так, при фактическом описании рентгенологического исследования зубов, в конце записи указано, что «рентгеновское исследование не проводилось».

По данным компьютерной томографии от ДД.ММ.ГГГГ перелеченные зубы №, №, №, №, №, №, №, №, № имеют выход пломбировочного материала за пределы апекса (верхушки) указанных корней зубов. Выведение пломбировочного материала за пределы верхушки корней зубов является недостатком (дефектом) оказания стоматологической помощи. Учитывая, что при описании рентгенограмм в процессе лечения указанных зубов в «ИП ФИО3» не отмечено выведение пломбировочного материала за верхушки зубов (как констатация факта неправильного пломбирования в предыдущей клинике), можно сделать вывод, что именно в «ИП ФИО3» пломбирование зубов ФИО10 проведено с недостатками.

Установление соответствия оказанной медицинской помощи стандартам медицинской помощи, является медико-экономическим контролем качества оказания медицинской помощи и осуществляется в рамках экспертизы качества оказания медицинской помощи (основание ст.37, ст.58, ст.62, ст.64 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ (ред. от 31.12.2014) «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», ст.40 Федерального закона от 29 ноября 2010 г. N 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», Письма Министерства здравоохранения РФ от 30 апреля 2013 г. N 13-2/10/2-3113 «О применении стандартов и порядков оказания медицинской помощи») и в связи с этим, не входит в компетенцию судебно-медицинской экспертной комиссии.

Ввиду незавершенности ортопедического этапа лечения, должный результат стоматологического лечения ФИО1 в «ИП ФИО3» - восстановление функций жевания и нарушенной эстетики не достигнут. К негативным последствиям для зубочелюстной системы в результате проведенного ей в «ИП ФИО3» стоматологического лечения можно отнести: развившийся хронический 

<

данные изъяты> в костной ткани в области корня зуба № (требующий хирургического стоматологического лечения), неблагоприятный прогноз 

<

данные изъяты> лечения в отдаленные сроки в связи с перепломбировкой каналов зубов (обострение хронического 

<

данные изъяты> вследствие выведения пломбировочного материалы за 

<

данные изъяты>).

Установление стоимости стоматологического лечения не входит к компетенцию судебно-медицинской экспертной комиссии.

Под вредом, причиненным здоровью человека, понимается нарушение анатомической целостности и физиологической функции органов и тканей человека в результате воздействия физических, химических, биологических и психических факторов внешней среды.

В данном случае, в результате проведенного ФИО1 врачом- стоматологом ФИО3 лечения, нарушения анатомической целостности (все имеющиеся на момент обращения зубы остались на месте) и физиологической функции (функция жевания сохранена в первоначальном виде до момента обращения) не выявлено, утраты трудоспособности в результате лечения не наступило, следовательно никакого вреда здоровью пациентки не причинено.

К недостаткам проведенного ФИО1 стоматологического лечения можно отнести выведение пломбировочного материала за 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>) в области зубов № и формирование кисты в области корня зуба №

Отсутствие в медицинской карте ФИО1 объективных данных (ортопантомограмма и прицельные дентальные снимки, их описание), констатирующих результаты проведенного ей ранее (в ДД.ММ.ГГГГ.) лечения в клинике «Семейная стоматология», по которым можно было судить о фактическом состоянии зубочелюстной системы (о качестве пломбирования корневых каналов, отсутствии/наличии кисты), позволяет отнести все выявленные недостатки лечения зубов к периоду оказания стоматологической помощи в «ИП ФИО3» (ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ).

Лечение периапикального периодонтита может проводиться различными методами пломбирования корневых каналов, наиболее оптимальным из которых является пломбирование гуттаперчивыми штифтами и силерами (

<

данные изъяты>). Использование методики пломбирования с помощью пасты эндометазон в настоящее время не используется, так как не обеспечивает достаточную герметичность корневых каналов зубов.

Согласно представленным медицинским документам в ООО «Семейная стоматология» ФИО1 получала лечение зубов по поводу 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>, с использованием при пломбировании корневых каналов пасты эндометазона. В «ИП ФИО3» проводилось лечение зубов по поводу хронического 

<

данные изъяты> методом латеральной конденсации (

<

данные изъяты>).

Ни одна из вышеуказанных методик пломбирования корневых каналов не считается успешно выполненной при условии выведения пломбировочного материала за верхушку корня зуба (

<

данные изъяты>). Выход пломбировочного материала за 

<

данные изъяты> относится к недостаткам (

<

данные изъяты>) стоматологической помощи и недопустим при лечении 

<

данные изъяты>.

Во избежание этого осложнения требуется соблюдение стандартного протокола лечения, а именно диагностический рентген-контроль с установленным в корне зуба мастер-файлом (для определения длины корневого канала) и контроль пломбирования каждого из каналов зубов.

В данном случае, рентгенологического контроля пломбирования корневых каналов зубов ФИО1 ни в клинике ООО «Семейная стоматология», ни в «ИП ФИО3» не проводилось.

Наличие у ФИО1 избыточного выведения пломбировочного материала за верхушки указанных выше зубов, вероятнее всего, обусловлено выходом эндогерметика (

<

данные изъяты>), являющегося твердеющей смолой, который, находясь за пределами 

<

данные изъяты>, расценивается как инородное тело. Указание на использование этого эндогерметика (

<

данные изъяты>) было только в медицинской карте «ИП ФИО3». Следует отметить, что 

<

данные изъяты>, являющийся пастой для пломбирования каналов, при условии выхода его за верхушку зубов по истечении времени имеет тенденцию к рассасыванию, в отличии от 

<

данные изъяты>

Выход 

<

данные изъяты> за пределы верхушки корней зубов у ФИО1, вероятнее всего, произошел из-за потери рабочей длины каналов эндоинструментами (без рентген- контроля с мастер-файлами) и расширения верхушечного отверстия в процессе механической обработки, что создало условия для выхода герметика за верхушку корней в 

<

данные изъяты>.

Согласно данным компьютерной томографии от ДД.ММ.ГГГГ в проекции зуба 12 имеется очаг деструкции костной ткани размерами до 4 мм, то есть - рентгенологические признаки 

<

данные изъяты>. Однако, для верификации этого диагноза требуется проведение 

<

данные изъяты> с последующим гистологическим исследованием.

Одним из этиологических факторов образования кисты является не вылеченный хронический периодонтит. Из анамнеза - в клинике «Семейная стоматология» ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ получала лечение по поводу пульпита зуба 12, который впоследствии может осложниться 

<

данные изъяты> (воспалительным процессом в 

<

данные изъяты>) и формированием 

<

данные изъяты> Отсутствие рентгенологического контроля результатов лечения в ООО «Семейная стоматология» на момент обращения ФИО1 в «ИП ФИО3» не дает возможности судить о наличии кисты в ДД.ММ.ГГГГ г..

ДД.ММ.ГГГГ в «ИП ФИО3» проведено эндодонтическое лечение зуба №, но уже по поводу хронического периодонтита. Единственное рентгенологическое исследование от ДД.ММ.ГГГГ, на котором видны рентгенологические признаки 

<

данные изъяты> проекции зуба № выполнено практически через год после окончания лечения ФИО1 в «ИП ФИО3». В связи с отсутствием 

<

данные изъяты> при описании рентгенограммы от ДД.ММ.ГГГГ перед началом лечения зуба № свидетельствует об ее отсутствии на тот период.

То есть формирование 

<

данные изъяты> в области корня зуба № попадает на период после лечения фиброзного периодонтита в «ИП ФИО3» (ДД.ММ.ГГГГ) до момента ее обнаружения на компьютерной томограмме (ДД.ММ.ГГГГ).

При соблюдении протоколов, рекомендованных при лечении апикального периодонтита, вероятность развития осложнений крайне мала.

Оценить состояние зубов, правильность (адекватность) ранее проведенного лечения можно только по рентгенологической картине. Поэтому объективно установить необходимость и обоснованность перелечивания зубов ФИО1 в «ИП ФИО3» без рентгеновских снимков не представляется возможным.

Судя по представленным компьютерным томограммам зубочелюстной системы ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, в проекции зубов № и № имеются имплантаты с признаками 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>) и частичной 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>). Одной из причин 

<

данные изъяты> костной ткани является отсутствие жевательной нагрузки на имплантаты ввиду незавершенного протезирования, а также неоптимальная их установка (в данном случае, нарушение оси имплантата 46).

При этом в представленной медицинской карте на имя ФИО1 в период лечения ее в «ИП ФИО3» сведений об установке имплантатов не имеется. Точно установить сроки установки имплантатов ФИО1 не представляется возможным. Однако, следует отметить, что для 

<

данные изъяты> требуется срок не менее 6-ти месяцев, а наличие 

<

данные изъяты> костной ткани свидетельствует об установке имлантантов в срок более 1 года назад.

Согласно данным медицинской документации, с момента окончания лечения ФИО1 в «ИП ФИО3» (ДД.ММ.ГГГГ) до проведения рентгенологического исследования (ДД.ММ.ГГГГ) прошло более ДД.ММ.ГГГГ. То есть, несмотря на отсутствие записей в медицинской карте о проведении имплантации, наиболее вероятный период установки ФИО1 имплантатов в области № и № зубов совпадает со сроками ее лечения в «ИП ФИО3».

Судя по первичному осмотру ФИО1 в ИП ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ «на момент осмотра зубы № отпрепарированы под ортопедическую конструкцию, на поверхности указанных зубов имеются остатки материала для фиксации коронок, следы-крошки от бора для снятия коронок», рентгенологическим данным от ДД.ММ.ГГГГ, результатам медицинского освидетельствования пациентки в рамках экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, экспертная комиссия считает, что указанные зубы подготовлены (отпрепарированы) под эстетические несъемные (возможно, металлокерамические) ортопедические конструкции.

Следует отметить, что основу ортопедической стоматологии составляет восстановление и протезирование зубов. Собственно протезирование (восстановление утраченного зуба) может быть различным как по методикам исполнения, так и по применяемым материалам. По типам конструкций зубные протезы принято делить на 3 группы: съемные протезы, несъемные протезы, условно съемные протезы. Вид протезирования подбирается индивидуально каждому пациенту.

Изготовление временных композитных коронок, изготовление и установление телескопической конструкции с использованием техники МОКАП (восковое моделирование в полости рта) относится к ортопедическим стоматологическим методам лечения частичной адентии и дефектов твердых тканей зубов.» (т.2 л.д. 190-195).

Таким образом, утверждения истицы, что ответчиком ФИО3 было проведено лечение ее зубов не надлежащим образом, с нарушением норм, некачественно, полностью подтверждаются данным заключением комплексной судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №, выполненной ФБГУ «

<

данные изъяты>» Министерства здравоохранения РФ (т.2 л.д. 190-195),

Аналогичные выводы в целом содержатся и в заключении медицинской стоматологической экспертизы, выполненной экспертами АНО «

<

данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 76-163)

Суд принял в качестве доказательства вышеуказанные экспертные заключения, так как они составлены комиссией компетентных экспертов, имеющих значительный стаж работы в соответствующих областях медицины, стоматологии и экспертизы, экспертиза проведена в соответствии с требованиями законодательства эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, не являются заинтересованными лицами. Выводы экспертов последовательны, непротиворечивы, основаны на методиках, поименованных в экспертном заключении и проведенных исследованиях. Само экспертное заключение по форме и содержанию соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ. Данные заключения были сделаны на основании всех представленных экспертам медицинских документов.

Согласно заключения комплексной судебно-медицинской экспертизы, выполненной БУЗ ВО «

<

данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ у истицы объективно подтверждено наличие тех же недостатков лечения, а именно выход пломбировочного материала за верхушки корня зуба, и сделан вывод, что данные недостатки были допущены не при оказании помощи ответчиком ФИО3, а при оказании медицинской помощи ФИО1 ответчиком ООО «Семейная стоматология», непосредственно перед обращением за медицинской помощью к ответчику ФИО3 Также в данном заключении не подтверждается наличие у истицы последствий ненадлежащего лечения зубов в виде кисты. (т. 2 л.д. 33-47)

По утверждению ответчика ФИО3, данное заключение экспертов свидетельствует о том, что выявленные недостатки лечения зубов истицы, свидетельствуют о том, что ненадлежащее лечение было оказано ФИО1 не им, а ответчиком ООО «Семейная стоматология» 

Данные утверждения ответчика суд считает необоснованными, т.к. выводы заключения комплексной судебно-медицинской экспертизы, выполненной БУЗ ВО «

<

данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ в этой части опровергаются как заключениями комплексной судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №, выполненной ФБГУ «

<

данные изъяты>» Министерства здравоохранения РФ, и медицинской стоматологической экспертизы, выполненной экспертами АНО «

<

данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, которые суд признает надлежащим доказательством, так и записями в медицинской карте стоматологического пациента, выполненными самим ответчиком ФИО3, в которых отсутствуют сведения о наличии указанных недостатков при обращении ФИО1 и о попытке их устранения.

В связи с вышеуказанными обстоятельствами, суд пришел к выводу, что медицинская услуга была оказана истцу ответчиком ФИО3 некачественно, без должного информирования, в связи с чем суд считает, что иск подлежит удовлетворению в отношении ответчика ФИО3, а в отношении ответчика ООО «Семейная стоматология» удовлетворению не подлежит.

Поскольку медицинская услуга была оказана истице ответчиком ФИО3 некачественно, требования истицы о возврате стоимости указанной услуги подлежат удовлетворению в сумме 50000 руб. Т.К. данная сумма была уплачена ею ответчиком согласно квитанции (т.1 л.д. 28).

Утверждения истицы, что она передала ответчику ФИО3 124000 руб. не нашли своего подтверждения в материалах дела. Отсутствуют письменные доказательства передачи данных денежных сумм истицей ответчику. Ссылка телефонный разговор, который подтверждает данный факт по мнению истцы, суд не может принять во внимание, т.к. согласно распечатки указанного разговора ответчик ФИО3 не называет сумму полученных им денег от истицы. (т.1 л.д. 49-50).

Согласно заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненное АНО «

<

данные изъяты>» (т.1 л.д. 248-258) рыночная стоимость устранения негативных последствий для зубочелюстной системы ФИО1, вызванных ненадлежащим качеством лечения, произведенного ИП ФИО3, а именно выполнения резекции верхушки корня № зуба, удаление № зуба и удаление имплантатов в проекции № и № зубов, составляет 18133,33 руб. (т.1 л.д. 252). В этой части иск также подлежит удовлетворению.

Пункт 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» предусматривает, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Данная норма предусматривает обязанность суда взыскивать штраф с исполнителя от всей суммы, присужденной судом в пользу потребителя, без конкретизации требований, которые должны учитываться при взыскании указанного штрафа.

Пункт 1 указанной статьи предусматривает, что за нарушение прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) несет ответственность, предусмотренную законом или договором.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (п. 6 ст. 13 Закона).

Следовательно, с ответчика ФИО3 подлежит взысканию штраф в пользу истца, и составит 34060 руб. ((50000 руб. + 18133,33 руб.) : 2).

Суд не находит оснований для удовлетворения ходатайства ответчика ФИО3 о снижении размера неустойки, т.к. на протяжении длительного времени с сентября 2015 года по настоящее время, ответчик не предпринял никаких мер для заглаживания ущерба, возврата полученных денег за некачественное лечение. Размер данной неустойки соразмерен причиненному ущербу.

С учетом указанных обстоятельств суд приходит к выводу о законности требований истца о взыскании компенсации морального вреда, поскольку собранными по делу доказательствами установлено не качественное оказание медицинской помощи ответчиком ФИО3 истцу, что способствовало возникновению возникших впоследствии истца неблагоприятных последствий. Доказательств обратного ответчик в соответствии со ст. 56 ГПК РФ суду не представил.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

На основании ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание, что ответчиком, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств, отвечающих принципам относимости, допустимости и достоверности отсутствия вины, учитывая степень физических и нравственных страданий истца, длительность получаемого лечения, определяет размер компенсации морального вреда в сумме 60000 рублей, поскольку данная сумма, с учетом установленных по делу обстоятельств, в наибольшей степени отвечает требованиям разумности и справедливости, а также способствует восстановлению баланса между нарушенными правами истца и мерой ответственности, применяемой к ответчику.

На основании ст. 98 ГПК РФ с ответчика подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлине пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Руководствуясь ст. 98 ГПК РФ, 103 ГПК РФ, суд считает необходимым взыскать с ответчика ФИО3 в доход местного бюджета государственную пошлину, от уплаты которой истец освобожден, в сумме 3543 руб. 87 коп..

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 50000 рублей за оказанные некачественные услуги, 18133 руб. 33 коп. стоимость расходов по устранению некачественного лечения, штраф в сумме 34060 руб., и в возмещение морального вреда 60000 руб..

Взыскать с ФИО3 госпошлину в доход государства в сумме 3543 руб. 87 коп..

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд в течение 1 месяца со дня изготовления решения в окончательной форме, т.е. с 10 октября 2017 года. 

Судья: Н.В.Зеленкова